Текст книги "Россия и Китай. Конфликты и сотрудничество"

Автор книги: Александр Широкорад

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)

Очевидец Волков вспоминал: «Страшную картину представляла собой Урга после взятия ее Унгерном. Такими, наверное, должны были быть города, взятые Пугачевым. Разграбленные китайские лавки зияли разбитыми дверьми и окнами, трупы гамин-китайцев вперемешку с обезглавленными замученными евреями, их женами и детьми, пожирались дикими монгольскими собаками. Тела казненных не выдавались родственникам, а впоследствии выбрасывались на свалку на берегу речки Сельбы. Можно было видеть разжиревших собак, обгладывающих занесенную ими на улицы города руку или ногу казненного. В отдельных домах засели китайские солдаты и, не ожидая пощады, дорого продавали свою жизнь. Пьяные, дикого вида казаки в шелковых халатах поверх изодранного полушубка или шинели брали приступом эти дома или сжигали их вместе с засевшими там китайцами».[76]76
  Юзефович Л. Самодержец пустыни. С. 115.


[Закрыть]

В мае 1921 г. войска барона Унгерна (около 10,5 тыс. сабель, 200 штыков, 21 орудие, 37 пулеметов) вторглись в пределы Дальневосточной республики в районе Троицкосавска. Главный удар они наносили вдоль правого берега реки Селенга, вспомогательный – вдоль ее левого берега с целью перерезать Кругобайкальскую железную дорогу и изолировать Дальневосточную республику от РСФСР. В упорных оборонительных боях с 28 мая по 12 июня 1921 г. части Красной Армии отразили попытки белых прорваться к железной дороге по левому берегу Селенги. Войска барона Унгерна понесли большие потери и отступили вглубь Монголии за реку Иро.

В середине июня 1921 г. красные сформировали экспедиционный корпус 5-й армии под командованием К.А. Неймана в составе 7,6 тыс. штыков и 2,5 тыс. сабель. Корпус располагал 20 орудиями, 2 бронеавтомобилями и 4 самолетами. 27–28 июня части экспедиционного корпуса во взаимодействии с НРА ДВР и Монгольской Народно-революционной армией (МНРА) под командованием Сухэ-Батора начали наступление. 6 июля красные взяли Ургу.

22 августа Унгерн фон Штернберг был взят в плен, а 15 сентября расстрелян по приговору революционного трибунала. Любопытно, что на допросе барон заявил, что его родина Австрия. В какой-то мере это было справедливо, поскольку он родился в австрийском городе Граце во время путешествия его родителей по Европе.

11 июля 1921 г. было образовано Народное правительство Монголии, а 5 ноября подписан договор о сотрудничестве с РСФСР. Власть в Монголии (Внешней Монголии) сосредоточилась в руках революционных элементов, но до мая 1924 г., когда умер последний монгольский хан (богдо-гэгэн), Монголия формально являлась монархией.

12 января 1921 г. войска Дальневосточной республики нанесли поражение белогвардейцам при Волочаевке. 14 февраля был освобожден Хабаровск. Белогвардейские части, прикрываемые японскими войсками, отступили на юг. Народно-революционная армия ДВР успешно продвигалась по направлению к Никольск-Уссурийскому и Владивостоку. Большую помощь революционным войскам оказали партизаны.

Успехи, одержанные НРА и партизанами, с одной стороны, и резкое ухудшение внутреннего и международного положения Японии – с другой, вынудили японское правительство пойти на новые переговоры, на этот раз уже не только с ДВР, но и с РСФСР. Вначале сентября 1922 г. в Чаньчуне открылась конференция представителей Японии и объединенной делегации ДВР и РСФСР.

Еще до созыва конференции японцы объявили о выводе войск из Приморья к 1 ноября 1922 г. Делегация ДВР и РСФСР требовала вывода японских войск также и с Северного Сахалина, но японцы отвергли это требование. Чаньчунская конференция была Прервана 26 сентября 1922 г.

В 2 часа дня 25 октября 1922 г. стоявшая в бухте Золотой Рог многочисленная японская эскадра с последними экспедиционными войсками на борту подняла якоря и стала выходить в открытое море. Японцы задержались ненадолго на острове Русском, но через несколько дней ушли и оттуда.

В тот же день, 25 октября, в 4 часа дня, войска НРА торжественно, без единого выстрела, вступили в город Владивосток, население которого приветствовало своих освободителей от интервентов. Гражданская война на Дальнем Востоке завершилась.

Несколько слов стоит сказать о судьбе кораблей Сибирской флотилии. 23 октября 1922 г. командующий Сибирской военной флотилией адмирал Г.К. Старк увел русские корабли в корейский порт Гензан. Всего было уведено 30 кораблей, в том числе канонерская лодка «Манчжур», ледокол «Илья Муромец», вспомогательный крейсер «Лейтенант Дыдымов» (бывший крейсер пограничной стражи), транспорты, пароходы, минные заградители и т. д. На кораблях находилось около 9 тыс. человек. Адмирал Старк отобрал в Гензане лучшие суда и повел их в Шанхай. Во время шторма 4 декабря 1922 г. погиб крейсер «Лейтенант Дыдымов». В начале декабря 1922 г. флотилия Старка прибыла в Шанхай. Китайские власти встретили белогвардейцев крайне неприязненно и вскоре предложили покинуть порт. Старк вынужден был подчиниться и 10 января 1923 г. вновь вышел в море, предварительно высадив на берег всех белогвардейцев и гражданских беженцев. В Манилу вместе со Старком вышли только команды кораблей, и то в неполном составе. (Значительную часть команд составляли офицеры). Сделано это было умышленно. В Маниле Старк продал остатки флотилии и ряд пароходов Добровольного флота. Деньги господа офицеры поделили между собой. Сам адмирал Старк уехал в Париж, где безбедно прожил до 1950 г.

Из боевых судов Сибирской флотилии во Владивостоке остались лишь эскадренные миноносцы, однако механизмы их были изношены, а частично разграблены интервентами. Большевикам удалось ввести в строй в сентябре 1926 г. только миноносцы «Твердый» (с 19 сентября 1923 г. «Лазо») и «Точный» (с 19 сентября 1923 г. «Потапенко»). Но прослужили они недолго, и оба в апреле 1927 г. были разобраны на металл. Остальные миноносцы в строй не вводились и были разобраны в 1923–1925 гг.

Лишь после краткого экскурса в историю Гражданской войны мы можем вернуться к русско-китайским отношениям. Уже в ноябре 1917 г. Наркомат иностранных дел вступил в контакт с китайским посланником в Петрограде Лю Цзин-жэнем. В ходе переговоров, длившихся до марта 1918 г., советская сторона заявила об отказе своего правительства от всякого рода кабальных договоров, нарушавших суверенные права Китая.

Не ожидая начала переговоров о пересмотре договоров, советское правительство отозвало из Китая воинские части, которые, согласно «Заключительному протоколу», содержались там царской Россией и правительством Керенского (как и другими державами) для охраны дипломатической миссии. Далее правительство РСФСР изъявило готовность аннулировать серию русско-японских соглашений 1907–1916 гг. о сферах влияния в Китае. Кроме того, советское правительство восстанавливало суверенные права Китая в полосе отчуждения КВЖД.

В начале декабря 1917 г. Лю Цзин-жэнь был официально уведомлен, что бывший царский посланник в Китае князь НА. Кудашев «более не является представителем русского правительства» и что одновременно «уволен от должности управляющий Восточно-китайской железной дороги генерал Хорват».[77]77
  Документы внешней политики СССР. Т. 1. С. 46.


[Закрыть] Однако пекинский кабинет, полностью находившийся под контролем Антанты, продолжал поддерживать отношения с бывшей миссией царского правительства. Мало того, он предоставил убежище бандам Семенова, Калмыкова и других белогвардейских атаманов, использовавших территорию Северо-Восточного Китая в качестве плацдарма для ведения Гражданской войны против советской власти.

Правительство РСФСР потребовало от китайского кабинета прекращения этого курса, фактически являвшего вмешательством во внутренние дела Советской России. Китайские представители, встретившиеся в апреле 1918 г. на станции Мациевской с советскими представителями для переговоров по пограничным вопросам, отказались выполнить требование советского правительства и весьма откровенно объяснили свою позицию тем, что «союзники еще не признали Русского Советского правительства и не дали Китаю указаний, что нужно ликвидировать семеновское движение».[78]78
  Там же. С. 229.


[Закрыть]

16 мая 1918 г. пекинское правительство подписало секретное японско-китайское соглашение о совместных действиях против Советской России. 24 августа пекинское правительство сообщило об отправке своих войск в Россию. Китайские войска находились во Владивостоке, Хабаровске и в Забайкалье, а во Владивостокский порт был послан китайский крейсер «Хай-Юн»,[79]79
  Крейсер «Хай-Юн» построен в 1896–1898 гг. фирмой «Вулкан» в Германии. Водоизмещение 2950 т, машины мощностью 7500 л. с, скорость 19,5 уз., вооружение: 3 – 150/40-мм, 8 – 105/40-мм, 6 – 47-мм орудий, 3 – 356-мм торпедных аппарата.


[Закрыть] который ушел оттуда лишь в 1919 г. Все китайские воска, находившиеся на территории России, оперативно были подчинены японскому командованию.

25 июля 1919 г. правительство РСФСР обратилось с посланием к китайскому народу и правительствам Южного и Северного Китая (т. е. к Дуань Цижуню и Сунь Ятсену). В этом послании излагалась программа советской власти по установлению дружественных отношений с Китаем. В нем были повторены и разъяснены основные положения декрета о мире и вновь сформулирована позиция РСФСР в вопросе о пересмотре старых русско-китайских договоров. Советское правительство заявило о своем отказе от «боксерской» контрибуции, которую китайское правительство все еще продолжало выплачивать царскому посланнику. В послании также говорилось об отказе советской власти от прав экстерриториальности в Китае и указывалось, что «ни один русский чиновник, поп и миссионер не смеют вмешиваться в китайские дела, а если он совершит преступление, то должен судиться по справедливости местным судом. В Китае не должно быть иной власти, иного суда, как власть и суд китайского народа». В заключение советское правительство предлагало «китайскому народу в лице его правительства ныне же вступить… в официальные отношения».[80]80
  внешней политики СССР. Т. 2. С. 221–223.


[Закрыть]

И этот важнейший документ, опубликованный в газете «Известия» 26 августа 1919 г., пекинское правительство семь месяцев скрывало от своего народа, лишь в конце марта 1920 г. он был опубликован в китайской печати. Но и после этого, 4 апреля 1920 г., представитель пекинского министерства иностранных дел заявил, что его правительство не получало текста советской ноты. Но вскоре выяснилось, что эта версия была придумана для обмана общественного мнения, требовавшего установления дружественных отношений с РСФСР. В ответ на петицию студентов, призывавших к открытию переговоров с Советской Россией, министерство иностранных дел опубликовало 11 апреля 1920 г. официальное заявление, в котором утверждалось, что «дипломатия слабого государства не располагает большими силами, она действует, всегда опираясь на великие державы. Если мы сейчас будем действовать независимо, то встретим на практике много препятствий и вряд ли достигнем успеха. Поэтому сейчас нужно повременить».[81]81
  Пын Мин. История китайско-советской дружбы. С. 126.


[Закрыть]

В 1918–1920 гг. на КВЖД хозяйничали все, кому не лень – белогвардейцы, японцы, вмешивались и китайские, а точнее, мукденские власти. Однако формально главой КВЖД, а также Желтороссии был генерал-лейтенант Д.Л. Хорват, назначенный главнокомандующим КВЖД еще в начале века. Лишь после всеобщей забастовки служащих КВЖД в марте 1920 г. Хорват был вынужден подать в отставку и отправился в Пекин, где умер 16 мая 1937 г. После отъезда Хорвата китайские власти объявили, что берут в свои руки административную власть в полосе отчуждения КВЖД.

В 1920 г. Дальневосточная Республика и Китай (северное правительство) установили дипломатические отношения. 26 августа 1920 г. дипломатическая миссия ДВР прибыла в Пекин, а в феврале 1921 г. в Харбине было учреждено представительство ДВР. Это было особенно важно, поскольку в Желтороссии власть пекинской клики играла весьма малую роль, а фактическая власть принадлежала мукденскому губернатору (милитаристу) Чжан Цзо-миню.

Установление дипломатических отношений между Китаем и ДВР делало невозможным дальнейшее пребывание в Пекине царского посла князя Кудашева. Следует заметить, что сей князь был не промах. В 1918–1920 гг. в счет погашения так называемой «боксерской» контрибуции Китай исправно вносил каждые два месяца в Русско-Азиатский банк 250 тыс. таэлей, которые шли в распоряжение Кудашева. Неоднократные протесты советского правительства, отказавшегося от получения контрибуции и требовавшего «не выдавать эти вознаграждения бывшим русским консулам… или русским организациям, на это незаконно претендующим»,[82]82
  Документы внешней политики СССР. Т. 3. С. 126.


[Закрыть] систематически игнорировались. Естественно, князь ни перед кем не отчитывался в расходах этих денег.

Но и этих денег князю не хватало. По его требованию 8 июля 1920 г. шанхайская полиция сняла команды с трех русских кораблей («Симферополь», «Пенза» и «Георгий»), принадлежавших до революции Добровольному флоту. Моряков отвезли на территорию французской концессии, где они фактически находились под арестом. В сентябре 1920 г. по секретному приказу Кудашева русские корабли были выведены из Шанхайского порта в неизвестном направлении. Сколько выручил князь за эти суда – установить уже не удастся.

И вот 23 сентября 1920 г. китайские газеты опубликовали декрет президента о том, что «Китай… перестает ныне признавать Российских Посланников и Консулов», так как «они давно уже утратили свой представительный характер и поистине не имеют оснований продолжать исполнять лежащие на них ответственные обязанности».[83]83
  Сборник документов, относящихся к КВЖД. С. 287.


[Закрыть]

7 марта 1921 г. представители ДВР и милитаристы Чжон Цзо-линя подписали соглашение о восстановлении сквозного железнодорожного движения Чита – Харбин – Владивосток. Первый поезд отправился на следующий день – 8 марта.

Надобность в буферном государстве отпала. В октябре 1922 г. ЦК РКП(б), «учитывая требования трудящихся Дальнего Востока», признал целесообразным упразднение «буфера». 14 ноября 1922 г. Народное собрание Дальневосточной республики постановило объявить на русском Дальнем Востоке Советскую власть и просить ВЦИК распространить на всю территорию края действие советской Конституции. 15 ноября 1922 г. ВЦИК принял декрет, по которому территория упраздненной ДВР (за исключением Северного Сахалина, откуда японские войска эвакуировались только в мае 1925 г.) вошла как составная часть в РСФСР.

Большие политические изменения произошли и в Китае. В апреле 1921 г. президентом Китая был избран Сунь Ятсен. Однако его столицей был город Кантон, а юрисдикция простиралась лишь на южные китайские провинции.

В Пекине же власть в начале 1920-х годов переходила от одной феодально-милитаристской группировки к другой. Шла вооруженная борьба главным образом между двумя кликами – чжилийской и мукденской, из которых первая, во главе с У Пей-фу и Цао Кунем, являлась в значительной мере проводником английской и американской политики, а вторая, во главе с Чжан Цзо-линем, находилась на иждивении Японии.

Летом 1921 г. правительство РСФСР установило дружественные отношения с правительством Сунь Ятсена, а соглашение с пекинским правительством было подписано лишь 31 мая 1924 г. (о нем я расскажу в следующий главе).

Несколько слов следует сказать и о японско-советских отношениях. 20 января 1925 г. в Пекине между СССР и Японией был подписан договор. Согласно его статье 3: «Японское правительство должно к 1/15 мая 1925 г. полностью эвакуировать войска из Сахалина. Эвакуация должна начаться тотчас же, как только позволят климатические условия. Немедленно вслед за эвакуацией японских войск из всех районов Северного Сахалина и из каждого в отдельности над последними устанавливается полный суверенитет законных властей СССР».

Взамен СССР предоставил концессии Японии на добычу нефти и угля на Северном Сахалине. Забегая вперед, скажу, что эти концессии были аннулированы лишь в 1944 г.

В августе 1925 г. на Амур вернулись угнанные японцами на Сахалин суда. Среди них были монитор «Шквал», канонерские лодки «Бурят», «Монгол» и «Вотяк», бронекатер «Копье», катер № 1, пароходы «Хилок», «Сильный» и пять барж.

ГЛАВА 21
КОНФЛИКТ НА КВЖД

Еще до окончания Гражданской войны на Дальнем Востоке возник вопрос о дальнейшем статусе КВЖД. С точки зрения международного права КВЖД должна была принадлежать РСФСР как правопреемнику царской России, поскольку была построена исключительно за счет русского государства. Тем не менее на КВЖД претендовали все, кому не лень – Китай, Япония, США, Франция и т. д.

В 1921 г. в Пекине по поводу КВЖД были начаты переговоры между Дальневосточной республикой и Китаем. После ликвидации ДВР, в 1922 г., переговоры продолжала делегация РСФСР. Советское правительство предлагало правильное и справедливое решение вопроса о КВЖД – установить совместное (на равных началах) управление этой железной дорогой.

31 мая 1924 г. было подписано «Соглашение об общих принципах для урегулирования вопросов между СССР и Китайской республикой». По этому соглашению устанавливалось совместное советско-китайское управление КВЖД.

Однако мукденский правитель Чжан Цзяо-лин заявил, что он не признает советско-китайского соглашения, поскольку оно затрагивает вопрос о КВЖД, находящейся на территории Маньчжурии, и требовал заключения специального договора СССР с маньчжурскими властями. Советское правительство, желавшее решить дело миром, согласилось начать переговоры с Чжан Цзяо-лином как с главою провинциального маньчжурского правительства. 20 сентября 1924 г. в Мукдене было подписано соглашение, аналогичное по содержанию Пекинскому (31 мая 1924 г.), но касавшееся главным образом КВЖД. Мукденское соглашение было санкционировано пекинским правительством.

Несмотря на эти принятые соглашения ситуация на КВЖД оставалась крайне напряженной. В немалой степени этому способствовало наличие в полосе дороги десятков тысяч белогвардейцев и просто бандитов, бежавших с территории СССР.

В 1925 г. мукденские власти в нарушение своих обязательств отказались уволить с КВЖД белогвардейцев, и только после настойчивых требований СССР было заключено соглашение о замене белогвардейцев советскими и китайскими гражданами, хотя осуществление этого соглашения и в дальнейшем саботировалось мукденскими властями во главе с Чжан Цзяо-лином.

В январе 1926 г. мукденскими властями был арестован управляющий КВЖД – советский гражданин. А в конце августа мукденские власти захватили речную флотилию КВЖД. В 1927 г. мукденские власти продолжали бесчинствовать: ими был произведен обыск в Союзе железнодорожников, а затем в советском торгпредстве в Харбине, закрыта контора советского общества «Транспорт» и т. д. В 1928 г. произошел захват телефонной станции КВЖД. В конце мая 1929 г. был произведен налет на генеральное консульство СССР в Харбине.

В начале июля 1929 г. на станцию Пограничная прибыло 10 эшелонов с китайскими войсками (до 6 тыс. человек), 44 орудия и 4 бронепоезда. Китайские солдаты стали грабить советских железнодорожных служащих и издеваться над ними. Среди бела дня солдатами была публично изнасилована 14-летняя девочка – дочь железнодорожного служащего.

Наконец, 10–11 июля китайцы захватили силой КВЖД. Руководящие советские работники на железной дороге были отстранены от должностей, произошли многочисленные аресты советских граждан в Маньчжурии.

Советское правительство отозвало из гоминдановского Китая всех своих дипломатических, консульских и торговых представителей, всех советских работников КВЖД. Гоминдановскому послу в Москве было предложено выехать из СССР. Железнодорожная связь с Маньчжурией была прервана.

Одновременно вдоль всей китайской границы начались набеги белогвардейских банд[84]84
  Термин «белогвардейские банды», по мнению автора, совершенно не приемлем к войскам Деникина, Юденича, Врангеля и др. Но здесь идет речь о группах людей, русских по национальности, не поддерживаемых ни военными, ни политическими эмигрантскими организациями, а состоявших на службе у туземных китайских властей. Члены этих банд не имели собственной формы, а действовали в форме красноармейцев, солдат китайской армии или в гражданской одежде. Уже это одно делало их по всем тогдашним законам войны бандитами, подлежащими военно-полевому суду.


[Закрыть] на советскую территорию. Причем действия банд в ряде случаев прикрывались регулярными китайскими войсками.

Приведу несколько примеров бандитских нападений на советскую территорию. В 3 часа утра 12 августа 1929 г. банда Дутова-Позднякова переправилась на лодках через Амур в районе Благовещенска, напротив китайского поселка Восемь Балаганов (китайское название Лобэй). Бандитов попытался перехватить пограничный катер, но с китайского берега по нему был открыт интенсивный огонь, и катер вынужден был отойти. Ему на помощь подошел монитор «Ленин». С 6 часов утра до 8 ч 20 м. «Ленин» вел артиллерийский огонь по китайскому берегу. После того как огневая точка противника была подавлена, монитор подошел к берегу и высадил небольшой десант. Десантники отогнали китайцев на 8 километров от реки, а затем вернулись обратно. Потери противника неизвестны, а у нас был один раненый – комвзвода Лихобабин.

Но, судя по всему, китайцы не унялись, и 13 августа Восемь Балаганов обстреливали уже мониторы «Ленин» и «Свердлов», а также бронекатера. На китайский берег был высажен 76-й полк.

После мобилизации местного населения в распоряжении Чжан Цзяо-лина оказалась Мукденская армия численностью около 300 тыс. человек и белогвардейские отряды общей численностью около 70 тыс. человек. В начале октября 1929 г. войска Чжан Цзяо-лина сосредоточились на четырех направлениях: в районах станций Маньчжурия, Хайлар, Цицикар; на благовещенском направлении; в районе устья рек Сунгари (Лахасусу, Фугдин) и в Приморье.

Для разгрома войск противника на советско-китайскую границу из Сибирского военного округа были переброшены: в Забайкалье, в район Даурия, – 18-й стрелковый корпус; в Приморье, в район Никольск-Уссурийский, – 19-й стрелковый корпус. Впоследствии в район Чита – Даурия были подтянуты 21-я и 12-я стрелковые дивизии, а в район сосредоточения Забайкальской группы – рота танков МС-1. ВВС Отдельной Дальневосточной армии к началу конфликта состояли из Забайкальской и Дальневосточной авиагрупп. В Забайкальскую авиагруппу входило около сорока самолетов, в основном Р-1. В составе Дальневосточной авиагруппы было 69 самолетов, большинство которых также составляли самолеты Р-1. Кроме того, в Дальневосточной группе имелось несколько бомбардировщиков ТБ-1 и истребителей «Мартинсайд».

Из этих войск приказом Реввоенсовета СССР от 7 августа 1929 г. была образована Особая Дальневосточная армия, в состав которой вошла также Амурская речная военная флотилия. Командующим Особой Дальневосточной армией был назначен кавалер четырех орденов Красного Знамени Василий Константинович Блюхер.

Китайцы создали на Сунгари довольно мощную военную флотилию. В состав Сунгарийской флотилии входили четыре канонерские лодки специальной постройки, пять вооруженных пароходов, военный транспорт «Ли-Чуань» (одна пушка калибра 50–47 мм) и плавбатарея «Дун-И», представлявшая собой несамоходную железную баржу с четырьмя 47-мм пушками, одним 40-мм автоматом, тремя бомбометами[85]85
  Бомбометами у нас тогда называли 8-см минометы Стокса-Брандта и другие системы минометов.


[Закрыть] и двумя пулеметами.

Наибольшую ударную силу представляли, естественно, канонерки специальной постройки. Канонерская лодка «Кианг-Хенг» (она же «Киан-Хын», она же «Цзян-Хун») была построена в 1907 г. в Японии на верфи Кавасаки. Водоизмещение ее 565 т, паровая машина мощностью 950 л. с. позволяла развивать скорость хода 13 узлов; вооружение: одна 120/40-мм, одна 75-мм, 4– 47-мм пушки, 4 пулемета, 2 бомбомета.

Канонерская лодка «Ли-Дзи», бывшая германская канлодка «Оттер», построена в Германии в 1909–1910 гг. 20 марта 1917 г. захвачена у немцев китайцами. В начале 1920-х годов лодка была переведена на Сунгари. Водоизмещение ее 314 т, паровая машина мощностью 1728 л. с, скорость хода 15 узлов. Вооружение: две 88/30-мм и одна 52/55-мм пушки, три бомбомета.

Канонерская лодка «Ли-Суй», бывший германский пароход «Фатерланд», построен в Элбинге в 1902–1904 гг. Водоизмещение 280 т, паровая машина 450 л. с, скорость хода 13 узлов. Вооружение: одна 88/30-мм, две 75-мм, две 52/40-мм пушки и два бомбомета.

Канонерская лодка «Дзян-Пин» (она же «Tsim-Pei») построена в Шеттене в 1912 г. для Китая. Водоизмещение 140 т, паровая машина мощностью 500 л. с. давала скорость хода 12 узлов. Вооружение: две 75-мм, две 57/50-мм пушки и два бомбомета.

Вспомогательные пароходы «Дзян-Най», «Дзян-Тай», «Дзян-Пай» и «Дзян-Тунь» – это небольшие колесные пароходы, захваченные китайцами у русских в 1918–1928 гг. Вооружение их составляли одна-две пушки калибра 47–52 мм и два бомбомета.

Главная тыловая база Сунгарийской флотилии находилась в Харбине, операционная – в Лахасусу, зимняя – в Фугдине.

В состав советской Амурской флотилии входили четыре монитора, четыре канонерские лодки, три бронекатера и минный заградитель «Сильный». Большинство орудий мониторов и канонерских лодок в 1915–1916 гг. было отправлено на Балтику и там захвачено финнами. Поэтому с артиллерией в начале 1920-х годов на Амуре были большие проблемы и в некоторых башнях ставили деревянные стволы, аккуратно окрашенные и зачехленные. Тем не менее, китайцы что-то пронюхали, и их пропаганда утверждала, что все орудия на мониторах деревянные, за что китайцы позже и поплатились.

Монитор «Свердлов» был вооружен четырьмя 152/50-мм пушками в четырех башнях, двумя 76,2-мм зенитными пушками Лендера и одним 40-мм автоматом Викерса. Остальные мониторы имели по шесть 120/50-мм пушек.

Зенитное вооружение на мониторе «Красный Восток» состояло из двух 76,2-мм и одного 40-мм автоматов Виккерса, а на «Сунь Ятсене» и «Ленине» – из двух 40-мм автоматов Виккерса.

Канонерские лодки «Беднота», «Красное Знамя» и «Пролетарий» были вооружены двумя 120-мм пушками и одной 76-мм пушкой Лендера. (На «Пролетарии» взамен пушки Лендера стоял 40-мм автомат Виккерса). Канонерская лодка «Бурят» была вооружена двумя 75/50-мм пушками Кане.

В составе Амурской военной флотилии находился 68-й отдельный авиационный речной отряд – 14 гидросамолетов МР-1. Но фактически в конфликте участвовало только восемь машин. Причем четыре гидросамолета МР-1 базировались на авиаматке «Амур», переделанной из монитора «Вихрь».

С лета 1929 г. большинство кораблей Сунгарийской флотилии находились на рейде у города Лахасусу. В устье Сунгари было выставлено заграждение из 60 гальванических и гальваноударных мин. Мины были поставлены и на двух протоках, соединяющих Сунгари с Амуром. Выше минных полей были установлены боновые заграждения, которые почти полностью перекрывали плес реки и ее проток. В качестве дополнительного заграждения у входа в протоки стояли груженные камнем баржи, подготовленные в случае необходимости к затоплению.

Наши официальные источники утверждают, что еще в сентябре китайцы из Сунгари в Амур стали пускать плавающие мины.

Советское правительство приняло решение нанести решительный, но ограниченный удар по китайским войскам, находившимся в районе КВЖД. Боевые действия Особой Дальневосточной армии начались Сунгарийской наступательной операцией. Целью операции являлось уничтожение Сунгарийской военной флотилии и разгром китайских войск в районах городов Лахасусу и Фугдин. Задача разгрома лазасусской группировки китайцев и Сунгарийской флотилии была возложена на Амурскую военную флотилию с приданным ей 2-м батальоном Волочаевского стрелкового полка и на 2-ю стрелковую дивизию.

В ночь на 12 октября советские корабли подошли непосредственно к устью Сунгари и стали по диспозиции.

В 6 ч 12 м. мониторы «Ленин», «Свердлов» и «Сунь Ятсен» открыли огонь по кораблям Сунгарийской флотилии. Монитор «Красный Восток» начал обстрел береговых укреплений и батарей противника в районе деревень Могонхо и Чичиха. В течение 20 минут «Красный Восток» подавлял двухорудийную батарею противника в деревне Чичиха. Затем он перенес огонь на канонерскую лодку «Дзян-Пин» и спустя 10 минут потопил ее. На 20-й минуте боя монитор «Свердлов» потопил канонерскую лодку «Ли-Дзи», а через несколько минут меткими залпами повредил канонерскую лодку «Ли-Суй» и поджег пароходы «Дзян-Тай» и «Дзян-Най».

Повреждений «Свердлов» не получил, но в ходе стрельбы из строя по техническим причинам вышла система электропитания. На корабле погас свет. Прислуга орудий была вынуждена перейти на ручную подачу и наведение орудий. Но это не повлияло на ход боя.

Два снаряда с монитора «Сунь Ятсен» попали в пароход «Дзян-Тай» и вызвали взрыв его порохового погреба. Пароход, объятый пламенем, пошел ко дну. После этого артиллеристы «Сунь Ятсена» заставили замолчать плавбатарею «Дун-И».

С кораблей Амурской флотилии на берег высадился десант 2-й стрелковой дивизии. Выбив китайцев из прибрежных укреплений, десантные части, поддержанные огнем корабельной артиллерии, продвинулись к городу Лахасусу. Высадившийся первым 5-й стрелковый полк подошел к городу с северо-востока. 6-й стрелковый полк сломил сопротивление противника и глубоким маневром подошел к Лахасусу с юга. В город советские войска ворвались одновременно со всех сторон и завязали бой на улицах.

Между тем десант в составе 2-го батальона Волочаевского полка и взвода моряков, высадившись с минного заградителя «Сильный» в районе деревень Могонхо и Чичиха, сражу же перешел в наступление и, несмотря на противодействие противника, стремительным ударом выбил его из укрепленных позиций и прижал к реке Сунгари. К 15 часам десант, сломив сопротивление китайцев, овладел городом и крепостью Лахасусу.

Тральщики, протралив проход под правым берегом, дали возможность канонерским лодкам и бронекатерам выйти на Лахасусский рейд. В результате боя береговые укрепления вокруг Лахасусу были разрушены. По советским данным, китайцы потеряли 4 корабля, 200 человек были убиты, 98 взяты в плен. В качестве трофеев были взяты плавбатарея «Дун-И», четыре баржи, два мотокатера, 12 орудий, 13 бомбометов, 15 пулеметов и около трехсот винтовок. Около 2200 китайских солдат и офицеров разбежались по окрестностям.

После сражения у Лахасусу советское правительство предложило китайским властям вступить в переговоры, но получило отказ.

Китайцы начали сосредотачивать крупные силы в районе города Фугдин. Это был второй после Лахасусу мощный укрепленный район китайцев.

После боя у Лахасусу у китайцев остались лишь канонерская лодка «Киан-Хын», три вооруженных парохода («Дзян-Най», «Дзян-Тунь» и «Дзян-Ань») и вооруженный транспорт «Ли-Чуань», ушедшие во время боя вверх по Сунгари. Но сухопутных сил у Фугдина противник сосредоточил намного больше, чем у Лахасусу. К тому времени здесь находились 7-я и 9-я гиринские пехотные бригады, эскадроны 43-го кавалерийского полка, а также вооруженные дружины и отряд полиции. Сюда же срочно перебрасывались из города Сань-Син два кавалерийских полка и ряд других воинских частей. На всем пути от Лахасусу до Фугдина гоминдановцами были уничтожены все мосты, а в 14 км от Фугдина оборудованы довольно сильные артиллерийские позиции и линии окопов протяжением в 13 км. Укреплялся и сам город с расчетом на возможные уличные бои.

Реввоенсовет Особой Дальневосточной армии решил провести операцию по разгрому Фугдинского укрепленного района. Она возлагалась снова на Амурскую флотилию во взаимодействии со 2-й стрелковой дивизией, 5-м Амурским и 4-м Волочаевским полками.

Корабли флотилии, выделенные в эту операцию, были разделены на две группы. Первая, ударная, группа получила задачу прорваться на Фугдинский рейд и уничтожить корабли противника вместе с их базой. В состав этой группы вошли мониторы «Красный Восток» и «Сунь Ятсен», канонерские лодки «Красное Знамя», «Пролетарий», «Бурят», два тральщика, минный заградитель «Сильный» и бронекатер «Барс». Действиями ударной группы руководил командующий флотилией. Вторая группа должна была высадить десант в районе села Тузаки и быстрым комбинированным ударом занять город и крепость Фугдин. Во вторую группу входили монитор «Свердлов», канонерская лодка «Беднота», катера и пароходы транспортного отряда, имевшие на борту 5-й Амурский полк, два батальона 4-го Волочаевского полка и эскадрон кавалерии. Группой командовал командир 2-й стрелковой дивизии.