Текст книги "Экзамен для героев"

Автор книги: Алекс Орлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

44

День обещал быть солнечным и нежарким, свежий ветерок с севера остужал нагретые солнцем тенты и асфальт вокруг кафе. Посаженные вдоль домов деревья шумели листвой, а со стороны канала доносился запах воды.

Хозяин кафе на повышенных тонах втолковывал что-то работнику, видимо опоздавшему к открытию заведения. Наконец они закончили разговор, и работник в фирменной голубой униформе вышел под тенты с блокнотом и карандашом в руках.

Сначала он подошел к Джиму и взял заказ – «кофе-лир и мороженое, можно сливочное», потом к Тони – тот сидел за другим столиком и повторил заказ с незначительными изменениями.

Джим разместился так, что мог видеть кухонные постройки кафе и небольшую площадь перед ними. Тони наблюдал за площадью, каналом и подъездами со стороны перекрестка. Патроны были досланы в стволы, запасные обоймы приготовлены, основные направления отхода – намечены.

10.05. Напротив кафе остановилось такси, из него вышел Инструктор.

Не пользуясь никакой маскировкой, кроме темных очков, он прошел под тенты и сел посреди зала – оказавшись на линии между Джимом и Тони.

– У вас закурить не будет? – тут же спросил его Тони. Инструктор достал из кармана нераспечатанную пачку «Голлерс» и, привстав, протянул Тони.

– Берите всю, у меня еще есть.

– Спасибо, – коротко поблагодарил Тони. Теперь у него был кодировочный приемник, настроенный на передатчик Инструктора. У Джима оставалась открытая связь с Тони, от которого он должен был получать краткие сообщения.

– Здравствуйте, сэр, что желаете заказать? – спросил остановившийся рядом с новым посетителем официант.

– А что у вас есть в такую рань?

– Э-э… мороженое и кофе есть всегда.

– Тогда мороженое и кофе. И пепельницу, пожалуйста.

– Одну минуту, сэр, – сказал официант и ушел.

– Привет, ребятки, – тихо произнес Инструктор. Джим увидел, как шевельнулись его губы, но слова расслышал только Тони.

– Здравствуй, Инструктор, – ответил он.

– А Джим меня не слышит?

– Он тебя видит, все в порядке.

В это время Джим переставил свой стул на метр в сторону, чтобы в случае необходимости стрелять в Инструктора, не боясь задеть Тони.

– Наверное, я должен как-то объяснить вам, что я тут делаю…

Появился официант. Он поставил на столик Джима кофе и мороженое, а затем на столик Инструктора – пепельницу.

– Спасибо, – буркнул тот.

– Так вот, мы все понимаем, что каждому человеку для жизни нужен какой-то смысл…

– Кажется, у него крыша съехала, – предупредил Тони по второму каналу. Джим сунул руку под рубашку и слегка развернулся – теперь он мог выстрелить в Инструктора за долю секунды.

– …я скакал по планетам, материкам, городам, стрелял в каких-то парней, они стреляли в меня. Чаще везло мне, потому что я был лучше их…

Появился официант.

– Ваш заказ, сэр, – сказал он, ставя перед Тони кофе и мороженое, потом, повернувшись к Инструктору, добавил: – Сейчас будет готов ваш заказ, сэр.

– Благодарю, приятель, – ответил тот. Официант ушел, бросив на Джима недоуменный взгляд, ведь тот так и не притронулся к кофе и мороженому.

10.12. На стол перед Инструктором поставили кофе и мороженое. Мимо кафе проехала полицейская машины и вскоре скрылась за поворотом.

– И вот появились вы, двое шустрых ребят, которых наводил на задание сам Пятьдесят Второй. Два элитных щенка, быстро выраставшие в матерых волкодавов. После знакомства с вами я не раз думал о том, кто бы взял верх, окажись мы с вами по разные стороны…

– Подтверждаю, крыша съехала полностью, – передал Тони. Джим чуть повел головой, чтобы разгрузить мышцы шеи. Он помнил все премудрости, которым их когда-то обучал Инструктор.

– Однако просто послать вам вызов – этого я сделать не мог, потому что это было бы непрофессионально, да и некоторая привязанность к вам у меня оставалась – что есть, то есть.

Инструктор прервался и попробовал кофе, затем повернулся к стоявшему у кухонной дверей официанту и показал большой палец.

– Но я прекрасно понимал, что если Пятьдесят Второй решит покончить со мной, он поручит эту работу вам, потому что больше некому. Они уже делали несколько попыток, но только зря людей потратили. А если бы проблемы появились с вами, Управление обратилось бы ко мне. Так и получилось.

Инструктор снова попробовал кофе. Со стороны перекрестка показалась какая-то нищенка, она двигалась в сторону кафе, внимательно осматривая обочины, иногда что-то подбирая и складывая в карман.

– Однако и теперь я не могу стрелять в вас, но мне в голову пришла отличная мысль – мы могли бы посоревноваться, оказавшись в одинаковой ситуации. В настоящем пекле. Для это нужно лишь подбросить Управлению информацию о нашей встрече. Пятьдесят Второй в лепешку расшибется, чтобы разом решить проблемы, возникшие у него со всеми нами.

На дороге появился фургон и стал быстро приближаться к кафе.

– И вот я здесь, – громко произнес Инструктор и развел руками. – И притащил за собой «хвост»

Внезапно показался легковой автомобиль. Он стал обгонять фургон, а затем неожиданно атаковал его, разбив себе крыло и заставив фургон подпрыгнуть на бордюрном камне.

Взревев двигателем, фургон контратаковал, отбросив легковушку на противоположную обочину, проскочил еще десяток метров и стал тормозить на дымящихся покрышках.

Тони вдавил кнопку коммуникатора, отсылая в полицию сообщение о наркодилерах.

Фургон еще не успел остановиться, как атаковавший его автомобиль, теряя элементы кузова, докатился до кафе и врезался в кухонный угол, закрыв корпусом посетителей.

Джим, Тони и Инструктор вскочили со своих мест, а в следующее мгновение в руках побирушки сверкнула вспышка. Заряд невиданной силы ударил в кабину цветочного фургона, последовал взрыв, куски изорванного железа взвились в воздух, но не успели еще они упасть, когда из пламени и дыма по прикрывавшей кафе машине ударили автоматические пушки.

К этому моменту Джим и Тони уже откатились по бетонному полу, но Инструктор откатиться не успел. Очереди бронебойных снарядов прошили автомобиль, разнесли в щепки стул, на котором сидел Инструктор, а затем, для верности, прошлись по полу. Осколки бетона брызнули в стороны, пробивая стены кухни и прошивая тенты. Взвились обломки стульев Тони и Джима, а из распахнувшейся дверцы автомобиля вывалилась истекающая кровью девушка. Перевалившись на спину, она вытянула руку вдоль пола и из-под днища автомобиля выстрелила из какого-то оружия.

От мощного выброса энергии разбитое авто подскочило на полметра, а на другой стороне улицы одному из «лансеров» оторвало опоры. Второй, уже поврежденный, еще продолжал разносить постройки и остатки мебели, но вскоре был добит выстрелом «побирушки».

Со стороны перекрестка послышалась яростная стрельба – прибывшая полиция нарвалась на резервную группу стрелков. Шальные пули защелкали по асфальту, над проезжей частью заискрились тонкие зеленоватые молнии. Вскоре над местом недавней схватки появился челнок.

Завывая двигателями, он стал опускаться на затянутую черным дымом дорогу. Сбросив лохмотья побирушки и припадая на левую ногу, в сторону кафе побежал человек.

– Тони, это за нами! – крикнул Джим.

– Догадываюсь, – ответил напарник и, перебежав к изуродованному телу девушки, на мгновение растерялся. Он намеревался поднять ее, но боялся, что искромсанное снарядами тело развалится.

В конце концов Тони решился и, перепеленав ношу своими длинными руками, крикнул:

– Джим, прикрой!

– Готов! – отозвался напарник и, высунувшись из-за руин кухни, несколькими выстрелами сбил с траектории два мчавшихся к челноку внедорожника.

Увидев выскочившего из дыма Тони с Делией на руках, Дриз включил механизм открывания дверей и, повернувшись в сторону наступавших боевиков, выстрелом из короткоствольного оружия вдребезги разнес один из их автомобилей.

Оставляя кровавую дорожку, Тони заскочил в тамбур, за ним юркнул Джим и последним – Дриз. Двери закрылись, двигатели надсадно загудели, и под звон барабанивших по обшивке пуль судно стало быстро набирать высоту.

45

Низкие тучи проносились над ледяными торосами, осыпая их новыми порциями колючего снега. Редкие вспышки молний озаряли унылую заснеженную долину, окаймленную острыми серыми скалами. Лучи здешнего светила редко пробивались сквозь многослойный пирог из туч. Лишь на короткие мгновения в разрыве свинцовых разводов, похожих на истрепанную грязную марлю, возникали белоснежные облака замысловатых форм, напоминавшие нагромождения взбитых сливок на праздничном торте.

Такая погода за окном держалась второй день и, как подозревал полковник Форсайт, редко сменялась на какую-либо другую. Настроения работать не было, если бы не поддержка Флосси и Джона, полковник сделал бы себе пару выходных.

– Не стоит пялиться на это безобразие, от этого в голову приходят суицидальные мысли, – произнесла Флосси, входя в кабинет полковника без стука и ставя на стол большую чашку кофе.

– Могла бы и постучаться.

– Зачем? Здесь дверь неплотно прилегает, тебя видно через щель.

– Какой ужас! Мне ведь теперь и почесаться нельзя, в смысле – не везде, – поразился полковник, придвигая к себе кофе.

– Как там у Джона в комнате, нагреватель заработал?

– Да, но он все еще сидит в зимней куртке, говорит, что так ему лучше думается.

– О чем?

– Решает проблему агентурной сети категории «эс-один». Обложился дисками с учебными программами, завалил стол математическими выкладками…

– Ну что же, может, из этого что-то выйдет. Это мы с тобой проходили «жизненные университеты», а он человек с дипломом, пусть старается.

Флосси села рядом. Уже с утра все полученные донесения были просмотрены, решения приняты, распоряжения отправлены. Это был один из дней, когда сообщений поступало немного, но за этот недолгий отдых приходилось платить днями, когда принтерная приставка раскалялась от многочасовой работы, выдавая на-гора́ все новые проблемы на листах писчего пластика.

В приемной загудел зуммер, принтер снова зашелестел бумагой.

Флосси вздохнула и пошла к рабочему месту.

– Дверь не закрывай! – попросил полковник, как будто опасался, что Флосси от него что-то утаит.

Секретарша пробежалась по выходящему тексту глазами и почесала переносицу.

– Это с Ренцона? – нетерпеливо спросил полковник.

– Да.

– И что, удача или провал?

– Ни то и ни другое…

Пока Флосси дожидалась выхода листа полностью, полковник нажал кнопку на интеркоме.

– Джон, зайди, есть новости с Ренцона.

Помощник не заставил себя ждать, появился в приемной, как только Флосси направилась к двери полковника.

Один за другим они вошли в кабинет и расселись по своим места – Джон в дальний угол, Флосси возле стола шефа.

– Итак, – произнесла она, распрямляя лист. – Удалось достигнуть только половины целей операции – ликвидировать Счастливчика. Опознать его удалось лишь по экспресс-анализу. Симмонс и Тайлер эвакуированы с места схватки компактным десантным ботом вместе с еще двумя незнакомцами, раненными в результате схватки.

– Очень интересно! – произнес Джон и плотнее запахнулся в теплую куртку. – А что делали наши прославленные «лансеры»?

– Минуточку, тут слишком много посторонней информации, видимо, писавший донесение еще не отошел после шока… Ага, вот тут написано, что противник атаковал первым, нанеся удар по микроавтобусу, перевозившему «лансеры». Тем не менее они сумели открыть огонь, которым и был уничтожен «ирис». Оба «дабл-ириса» не пострадали. Телеметрия уже готовится, скоро прибудет. Общие потери – двадцать три человека. Пятнадцать – безвозвратные потери, шестеро ранены, двое пропали без вести. Большой расход живой силы объясняется тем, что ко времени схватки туда подоспело усиленное полицейское спецподразделение.

– А что значит «пропали без вести»? – уточнил Джон.

– Скорее всего, их разнесло в клочья, – предположил полковник.

Флосси кивнула:

– Я как раз просматриваю раздел «противодействие». Симмонс и Тайлер были вооружены обычным стрелковым оружием, а вот их сообщники – компактными устройствами, предположительно использующими принцип лазер-доставки.

Флосси опустила руку с донесением и посмотрела сначала на полковника, потом на Джона.

– Лазер-доставка пока что понятие фантастическое, – безапелляционно заявил помощник.

– С чего ты взял? – возразил Форсайт. Он не переносил, когда кто-то делал заявления в столь категорической форме.

– Лазер-доставка требует огромной энергии для первоначального импульса. Проще говоря, мы взрываем атомный заряд, чтобы достигнуть мощности, необходимой для лазер-доставки маленькой пули.

– Это теоретически? – с усмешкой поинтересовался полковник.

– Да, сэр.

– Джентльмены, давайте оставим этот спор на потом, ладно? – спокойно и как-то по-бытовому попросила Флосси.

– Да, ты права, – согласился полковник. – Гораздо важнее понять, кто и как помог нашим шалунишкам эвакуироваться, когда мы считали, что им уже не уйти.

– Можно я? – поднял руку Джон.

– Говори, приятель.

– Первый вариант – Симмонс и Тайлер подстраховались и наняли себе охрану с десантным судном. Второй вариант – Счастливчик приволок за собой команду, которую мы не заметили.

– Это маловероятно, – покачал головой полковник. – Счастливчика вели очень плотно, слушали всю его коммуникацию…

– Кроме внешнего «почтового ящика», – заметила Флосси, – по которому он и связывался с Симмонсом и Тайлером. О чем шла переписка, мы не знаем, поскольку располагаем только текстовой дешифровкой, которую Счастливчик якобы забыл удалить из своего домашнего рециклера.

Какое-то время все трое молчали.

– Ты считаешь, что Счастливчик держал нас за болванов? – спросил полковник.

– Ну, вообще-то ему не впервой.

– Но ведь тогда получается полная чепуха, господа! – воскликнул Джон, вскакивая со стула. – Счастливчик намеренно извещает нас о том, что он едет на встречу с Симмонсом и Тайлером. Зачем? Чтобы рассказать им, какие мы плохие, и при этом стопроцентно подставиться под огонь наших стрелков! Абсурд, господа!

– Да еще тащит с собой какой-то отряд прикрытия, – задумчиво проговорила Флосси. – Если бы он хотел их спасти, хватило бы одного сообщения и не нужно было тащиться в такую даль, да еще с какими-то десантными кораблями.

– Тогда выходит, что прикрытие принадлежало Симмонсу и Тайлеру, ведь это именно их подобрал десантный челнок, – сказал полковник.

Снова загудел зуммер приемника. Флосси подпрыгнула, как молодая, и выскочила в приемную, а через минуту вернулась с видеопанелью, поставила ее на угловую тумбочку и, вставив чип с информацией, отошла с дистанционным пультом управления.

Джон перенес свой стул поближе и снял зимнюю куртку.

Флосси стала прокручивать ролик, останавливаясь на самых значимых местах. Разобраться в материале могли только профессионалы, поскольку изображение прыгало, то и дело менялись ракурсы, что можно было понять, ведь носители камер – люди и автомобили – все время перемещались и даже уничтожались в течение боя.

Наконец все заявки были выполнены, все интересные кусочки просмотрены по нескольку раз и выжимать из этого ролика больше было нечего. Флосси погасила экран и вернулась на свое место, Джон отнес стул в угол и снова надел куртку.

– Итак, некто на автомобиле пытался таранить транспорт с «лансерами», затем перекрыл этим автомобилем видимость нашим стрелкам, – начала перечислять Флосси. – Потом, откуда ни возьмись, по фургону выстрелили предположительно из гранатомета – к сожалению, этот источник не был захвачен камерой, но, возможно, тот, кто, прихрамывая, бежал к челноку, и был этим гранатометчиком.

– И он же потом уничтожил автомобиль – носитель одной из камер, – заметил Джон.

– Это домыслы, – возразил полковник. – На этих кадрах мы видели вспышку в глубине облаков черного дыма, из чего нельзя сделать точных выводов, кто именно уничтожил автомобиль с видеокамерой.

– Хорошо, – согласился Джон, – но относительно других промелькнувших силуэтов, полагаю, споров не будет? Один из них – Симмонс, тот, который движется в неподражаемой манере эксов – на каждый шаг три выстрела.

– Согласна, это был Симмонс, а тот, который нес чье-то тело, – определенно Тайлер. Благодаря росту и телосложению его трудно с кем-то спутать. Конечно, нам еще потребуется экспертиза, но ее выводы для меня очевидны. Поэтому давайте будем считать, что компьютерный обсчет подтвердил – в челнок заскочили Симмонс и Тайлер.

– И что с того? – спросил полковник.

– Ничего. Просто мы закрыли этот этап и теперь должны вспомнить, на каком основании мы приняли решение ликвидировать Симмонса и Тайлера.

– На том основании, что их физические возможности значительно отличались от физических возможностей человека, – подсказал Джон.

– Значит, мы можем смело предположить, что их эвакуировали именно те, кому их физические возможности не кажутся чем-то необычным.

– Инопланетяне, что ли? – усмехнулся Джон. – Дифт?

– Отнюдь, – покачал головой полковник. – Нам уж давно известно, что Дифт ведет войну с кем-то равным ему по силе. Стало быть, здесь могут проявиться посланцы этой третьей силы.

– Но… это означает, что мы дураки, раз пытались уничтожить посланцев наших потенциальных союзников, – высказался Джон.

– Нет, Джон, мы совсем не дураки, – возразила Флосси. – Если кто-то воюет с Дифтом, совсем не обязательно, что он является нашим союзником. Если двое поссорились из-за права владения поросенком, можно не сомневаться, что поросенку все равно придется стать колбасой, кто бы ни выиграл это право.

46

Едва устояв на ногах при резком подъеме челнока, Тони сгрузил свою окровавленную ношу на некое подобие стола и тут же стал поправлять части почти развалившегося тела. Очередь из бронебойных снарядов прошла сквозь тело девушки, трудно было понять, откуда она взяла силы, чтобы еще суметь выстрелить в робота из уродливого короткоствольного оружия, которое даже теперь не выпускала из руки.

– Здесь есть какие-нибудь бинты?! – прокричал Тони, стараясь перекрыть шум турбин.

– Оставьте ее, – устало отмахнулся молодой мужчина, прикрывая рукой кровоточащую рану в бедре. – Из такого состояния ей не выбраться… Были бы здесь медицинские кондукторы, но их нет… это слишком маленькое судно…

– Тони, успокойся, уже ничего нельзя сделать, ты же видишь! – вмешался Джим.

– Что значит успокойся?! Она спасла нас! Спасла ценой своей жизни, мы обязаны сделать все возможное!

– Эй ты, а зачем нужны кондукторы? – спросил Джим, держась за стену.

– Они… – Раненый поморщился. Было видно, что он чувствовал себя плохо. – Ну, они соединяют эти части вместе… чтобы ткани касались, тогда… тогда они станут срастаться.

– Может, у вас есть какие-то медицинские инструменты? Скальпели или простые ножи? Иголки, нитки?

Раненый отрицательно покачал головой.

– Тут только… ремонтный набор для двигателей и магистралей…

– Где он? – спросил Джим, удерживая равновесие на вибрирующем полу.

– Там… – неопределенно махнул рукой раненый, прикрывая глаза.

Идти здесь было некуда. Джим заметил тонкую жестяную дверцу, распахнул ее и увидел уложенные в гнезда диковинные инструменты, каких никогда не видел прежде. Разве могли тут оказаться нитки или иголки? Хотя… Джим выхватил тубу с блестящими золотистыми нитями.

– Похоже, они свиты из медных жилок, Тони! – сказал, он показывая тубу.

– Будем шить медью! – решительно заявил тот, трясущимися руками собирая распадающиеся части своей спасительницы. – Иглы, Джим! Ищи иглы!

– Есть иглы! – ответил напарник, доставая еще одну тубу с намотанной на нее тонкой, меньше миллиметра в диаметре, перфорированной проволокой. Подобрав подходящий, похожий на кусачки инструмент, он наискось рассек два куска проволоки и передал их Тони вместе с кусачками.

Пока тот заправлял в иглы медные нити, Джим повторно исследовал все инструменты, остановившись на одном, показавшемся ему знакомым. Испробовав его на куске похожего на жесть материала, он удовлетворенно кивнул – это оказался большой степлер.

Когда Джим повернулся к Тони, тот уже вовсю орудовал иглой, сшивая края какого-то органа, удивительным образом ориентируясь в этом кровавом месиве.

– Не стой, я тебе иглу приготовил! Сшивай печень!

– Разве это печень? – осторожно спросил Джим и судорожно сглотнул. Ему стоило больших трудов противиться приступу тошноты.

– У них другая анатомия, неужели не понятно?! – заорал на него Тони, но Джим не обиделся. Крик Тони отрезвил его, позволил реально оценить ситуацию и взяться за работу.

Джим старался не думать, что перед ним растерзанное тело, проще было представлять это натурным макетом, каких у них с Тони было множество.

На занятиях по выживанию им не раз приходилось иметь дело с очень натуралистично выполненными макетами, исполнявшими роль раненых. Сначала от их вида подташнивало, но потом напарники привыкли и научились вытаскивать пули и осколки обыкновенными ножницами, стягивать перебитые кости подручными материалами и выполнять много других действий, связанных с выживанием. Теперь эти навыки оказались весьма кстати.

– Почему у нее не сворачивается кровь? – крикнул Тони, адресуя вопрос раненому.

– У нас она не сворачивается… – ответил тот.

– Понятно… А какие-нибудь медицинские запасы имеются, например кровезаменитель?

– Есть в медблоке. Порошковый наполнитель.

– А сколько вы можете протянуть совсем без крови? – спросил Джим и, прицелившись, щелкнул степлером, прихватив вместе два обломка бедренной кости.

– Восемь часов…

– Ну… – Джим щелкнул еще раз и, отложив степлер, взялся за иглу. – В данном случае восемь часов это вряд ли… Но часика два у нее есть.

Через час упорной и быстрой работы перепачканные кровью напарники перевернули собранное тело на живот и занялись другой стороной, где повреждений было меньше. Еще через полчаса работа была закончена, а раненый мужчина к тому времени окончательно пришел в себя.

– Ну что, переворачиваем еще раз? – спросил Джим.

– Да, – кивнул Тони. – Взялись! Р-раз!

Они снова перевернули тело девушки на спину, и Тони с помощью небольшого перочинного ножа срезал с него остатки изорванной и пропитанной кровью одежды.

– Ну и что ты думаешь? – спросил Джим.

– Примерно так зашивают трупы бродяг пьяные патологоанатомы, – признался Тони.

– Но у них хотя бы инструменты есть, а мы шили чем попало…

Джим повернулся к раненому, который уже шуровал в стенном шкафу.

– Ее нужно чем-то прикрыть.

– Сейчас все будет. Есть тонкая амальгама, специально для случаев сильных повреждений… Хотя, конечно, не таких сильных.

Еще прихрамывая, но уже не закатывая от боли глаза, раненый приковылял к столу и подал Джиму тонкий рулон золотистой невесомой фольги.

– Замотайте ее поплотнее…

– И лицо?

– Нет, до того уровня, где заканчиваются раны.

Джим взялся за работу. Тони помогал ему приподнимать собранное тело. Тонкая блестящая пленка удивительным образом притягивалась израненным телом, словно становясь его новой кожей.

– Здорово, – сказал Джим. Теперь девушка выглядела одетой в золотистое облегающее платье.

– А это вам, – сказал раненый, подавая Джиму и Тони по куску голубоватой ваты. – Вытереть руки и лица.

Несмотря на то что на ощупь «вата» была сухой, она прекрасно отчистила с кожи кровь и просто грязь, при этом не изменяя своего вида.

– Тебя как зовут? – спросил раненого Тони.

– Дриз.

– Кто ты, Дриз, зачем вы с этой красоткой пытались защитить нас?

– Сейчас я не могу рассказать вам всего, но в одном можете не сомневаться – вы среди друзей.

– А что с ней дальше делать? – Джим кивнул на девушку.

– Вы совершили чудо, мне и в голову не приходило, что у Делии были какие-то шансы без кондукторов… но вы все так соединили… Так ловко, как будто всегда этим занимались.

– Так ее зовут Делия? – спросил Тони.

– Да, это ее имя.

– Чем еще мы можем ей помочь?

– Нужно подождать час или около того. Как только вены встанут на место, можно заливать центрофент – кровезаменитель. Порошок и растворитель у нас имеются.

– Кстати, а куда мы летим? – спросит Джим, невольно прислушиваясь к гудению двигательной установки и мелкому подрагиванию обшивки и пола.

– Мы должны вернуться к базовому судну. Еще часов семь – и окажемся на месте, если, конечно, нас не перехватят «шадоу».

– А что это за штука?

– Дифтские перехватчики. У нас с ними война.

Джим с Тони переглянулись. Ну разумеется, разве могли они попасть куда-то, где нет войны?

– И давно у вас война? – поинтересовался Тони.

– Никто уже не помнит, когда она началась.

Они помолчали. Делия лежала неподвижно, не проявляя никаких признаков жизни. Разумеется, дышать она не могла, сшивного материала в ее легких было больше, чем здоровых тканей, но, несмотря на бледность, ее собранное из фрагментов тело все больше приобретало некую целостность.

– Почему здесь нет никаких удобств? – спросил Джим, не решаясь сесть на металлический пол, от которого исходил ощутимый холод.

– То, что вы называете удобствами, не позволяет этому судну быть невидимым. Именно поэтому здесь нет всех тех вещей и приспособлений, к которым вы привыкли на борту судов. Но не все так безнадежно…

Дриз проковылял к стене и, отрыв дверцу, стал доставать какие-то коробки, похожие на конфетные.

– Что это, угощение к чаю? – устало улыбнулся Тони и снова обеспокоенно покосился в сторону Делии. Ее состояние не могло не вызывать опасений.

– Это не угощение, это так необходимые вам удобства.

Дриз сорвал белую упаковку, обнажив беловатый брикет из спрессованной бумаги – по крайней мере так это выглядело со стороны. Выдернув тонкий шнурок, он положил брикет на пол, и тот, с шелестом и потрескиванием, стал раскладываться в садовый стульчик.

За первым стулом последовал второй, а затем Дриз разложил кушетку. Все это время Джим и Тони следили за происходящим, как туземцы за демонстрацией стеклянных бус.

– Здорово! – первым признался Джим. – И что, потом эта штука может снова сложиться?

Он дотронулся до садового стула, тот сдвинулся с места, поскольку почти ничего не весил.

– Осторожно, когда садитесь, его нужно придерживать руками, иначе может выскользнуть, – предупредил Дриз.

Следуя его инструкциям, Джим сел и с удовольствием вытянул ноги.

– Работает? – спросил Тони.

– На все сто, – подтвердил напарник. Он осторожно поднялся со стула, перешел к кушетке и прилег на нее, заложив руки за голову. – Хорошо… Хочешь прилечь, Тони?

– Нет, я здесь посижу, – ответил напарник, присаживаясь на стул рядом со столом, где лежала Делия.

– Эй, Дриз, а как насчет отлить? – спросил Джим и, вынув из-за пояса мешающий пистолет, положил его на пол.

– Но ведь я дал вам поглотитель, вот он… – Дриз проковылял к столу и взял лежавшие на краю куски ваты. – Если его растянуть – вот так… получится подходящая платформа утилизации.

Дриз вытянул кусок ваты и подал Джиму.

– Подложите, как это делают для маленьких детей, и этот кусок поглотителя примет до четырех килограммов жидких и твердых шлаков.

Джим сел на кушетку, взял «вату» и сомнением осмотрел ее. Он был знаком со всякого рода компактными средствами, но чтобы до четырех килограммов…

– Ну что же, камрад Дриз, проверю это приспособление прямо сейчас… Хорошо, что дама еще не в сознании.