Текст книги "Граф Рысев 8 (СИ)"

Автор книги: Алекс Ключевской (Лёха)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Во время падения полковник сумел сгруппироваться. Он покатился по земле и пружинисто вскочил на ноги.

– Чёрт! – я соскочил со своего коня, и он, почувствовав свободу, рванул вслед за кобылой к спасительным воротам. Я же подскочил к Пумову: – Бежим, быстрее.

– Зачем ты остался? – крикнул полковник на ходу.

– Чтоб ты спросил, – огрызнулся я, и тут за спиной раздался рёв.

Развернувшись, я, не глядя, швырнул сгусток зелёного пламени прямо в оскаленную морду твари. И практически сразу в руках оказались привычные мне меч и кинжал. И тут выяснилась одна весьма неприятная особенность этих тварей. Они, оказывается, могут швыряться своими наростами.

Один я отбил мечом, от второго Пумов сумел отклониться, вот только третий, выпущенный одновременно со вторым, задел его по руке. Шип оказался настолько острым, что пропорол одежду и добрался до тела. Брызнула кровь.

Пумов выругался, а я тем временем подскочил к твари и воткнул меч ей в глаз, стараясь разрушить глазницу и добраться до мозга.

Варан-переросток забился, и я отскочил, оставляя меч в нём. Ко мне подлетел Пумов и, схватив здоровой рукой за рукав пальто, потащил к воротам, в которых для нас была открыта лишь небольшая калитка.

Тварь в это время продолжала с визгом кататься по земле, а к ней стремительно приближались её приятели. Так уж получилась, что она была самой шустрой, поэтому отхватила первой.

Мы с Пумовым влетели в раскрытую калитку, которая захлопнулась за нашими спинами, и на поместье опустился купол защиты.

Глава 10

Я осматривал своё пальто, которое теперь придётся выкидывать. Очередное! Ко мне подбежала Маша, опередив Мамбова, Чижикова и всех остальных.

– Нам нужно свою мастерскую по пошиву верхней одежды открывать, – мрачно сказал я жене, указывая на пятна тягучей крови. – Кстати, хорошая мысль, надо её обдумать. Клан большой, всё равно всех одевать нужно. Мы скоро разоримся исключительно на одежде.

– Мы не разоримся на одежде, – вздохнула Маша. – Я найду тебе куртку. Думаю, что в данных условиях она лучше подойдёт.

– Да, это будет идеально, – я улыбнулся и повернулся к матерящемуся сквозь зубы Пумову. Ему надо было помочь, элементарно рану перевязать и обезболивающее дать.

Пумов между тем стаскивал свой распоротый бушлат. Было холодно, не май месяц, но он, видимо, представил себе, как будет отдирать его от раны, и решил не дожидаться, пока нас проводят в тепло. К нему подскочил Сусликов, помогая и стараясь не слишком потревожить рану. Я подошёл поближе, а Ванька уже вовсю копался в нашем багаже, пытаясь найти походную аптечку.

– Кто-нибудь, сделайте доброе дело, – Пумов отшвырнул бушлат, и его весьма ловко поймал Чижиков, – приведите сюда эту дрянную кобылу, которая меня сбросила! Я прямо сейчас ей кишки выпущу, и мы расплатимся с хозяевами этого поместья за помощь отменнейшей конской колбасой!

– Боюсь, я не приму подобную плату за помощь, – сзади раздался мелодичный женский голос, и мы как по команде повернулись в ту сторону.

Хозяйка поместья «Зелёная дубрава» вдовствующая баронесса Ехиднина оказалась высокой и очень фигуристой женщиной лет тридцати-тридцати пяти на вид. Прелестное личико в обрамлении густых каштановых волос, милая улыбка… Хороша.

Я сделал шаг назад, предоставив право Пумову самому разбираться с ней. Точнее, с тем, как именно он намеревался расплачиваться. И тут его рана всё-таки не выдержала издевательств и снова открылась. По руке потекла кровь, капая с пальцев на ещё не сошедший снег.

– О боги, – баронесса внезапно побледнела и закрыла рот рукой. – Вы ранены!

Пумов, внимательно разглядывающий хозяйку, сориентировался почти мгновенно. Картинно застонав, он схватился за руку, зажимая глубокий, что уж там, порез. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, наверное, как-то пафосно извиниться, но хозяйка подбежала к нему и обняла за талию. По-моему, Пумов в поддержке не нуждался, да и мужиков вокруг собралось вполне прилично, чтобы дотащить его туда, где баронесса угол выделит. Но она почему-то решила, что помочь «умирающему» обязана собственноручно.

Баронесса потащила полковника в дом, а мы с Сусликовым недоумённо переглянулись, а потом Генка посмотрел на Игната.

– Сколько, говоришь, это прелестное существо влачит одинокое существование вдовы? – вкрадчиво спросил капитан, прищурившись.

– Я понятия не имею, – Игнат ханжески поджал губы, а потом всё-таки добавил. – Странно, что она, обладая такими… – он запнулся, – такими… прекрасными глазами, – наконец выдохнул командир егерей и мой помощник, – именно что влачит существование в этой глуши.

– Почему ты исключаешь вероятность того, что баронесса любила мужа и не хочет оскорблять его память интрижками? – ко мне подошла Маша и протянула куртку. Я быстро скинул испорченное кровью тварей пальто прямо на землю и набросил куртку на плечи. – Хотя, судя по всему, Лев Иванович ей понравился.

– Это было заметно каждому, кто посмотрел в их сторону, – хмыкнул Мамбов, отводя взгляд от дома, где уже скрылись Ехиднина и Пумов. – Наверное, она уже очень давно вдова, и желание ощутить рядом с собой мужчину перевешивает желание чтить память покойного мужа, – он невольно нахмурился. – Это вполне понятное и естественное желание, вот только… А нам-то что делать? Прямо во дворе палатки раскидывать?

– Господа, – словно в ответ на его слова к нам подошёл высокий худощавый старик, – госпожа баронесса приказала приготовить для вас комнаты. А для ваших егерей найдётся место в прекрасной казарме. Она всё равно у нас пустует, – он вздохнул так тяжко, что стало понятно, как сильно его расстраивают пустые казармы.

– Игнат, размести людей, – приказал я. – И позаботьтесь о продуктах. Всё скоропортящееся передайте на кухню. Милосердие госпожи баронессы, конечно, не знает границ, но она не обязана кормить всю нашу толпу.

– Слушаюсь, ваше сиятельство, – и Игнат поспешил к своим людям, я же посмотрел на Машу.

– Идите устраивайтесь, мне нужно с Макаром связаться. Они должны были нам навстречу выехать, и мы их пока не предупредили о сюрпризе, который нас здесь поджидал, – сказал я и перевёл взгляд на Мамбова. – Олег, ты можешь просчитать хотя бы приблизительно, что здесь происходит? Почему твари так резко изменили своим привычкам? И не могло ли на эти изменения повлиять наше прибытие?

– Я попробую, но точного результата не гарантирую, слишком мало данных, – кивнул Мамбов. – Или тебе успели что-то ещё сообщить?

Неподалёку заржала лошадь, и тут же по защитному куполу побежали яркие всполохи от удара, после которого раздался глухой рёв. Не сговариваясь, мы с Мамбовым и Сусликовым бросились к воротам. К счастью, здесь были предусмотрены смотровые окна, перед которыми мы и расположились, отталкивая друг друга локтями.

Чижикова во дворе не было, он убежал вслед за Пумовым и баронессой. Ну никакого такта нет у Марка, вот что с ним делать⁈ Видел же, что ранение у полковника не опасное, но нет, побежал мешать милой женщине ухаживать за раненым. Идиот! Теперь понятно, как он попался на горячем. И хорошо ещё, брак Марка оказался удачным, иначе он, пожалуй, на Северный полюс не просился служить, а попросту туда сбежал. С другой стороны, ему места здесь всё равно не хватило бы.

– Они ещё и каннибалы, – Мамбов брезгливо поморщился. Мы же с Сусликовым внимательно смотрели, как ящеры разрывают на части тело своего собрата, которого я сумел утихомирить.

Но жрали не все. Три особи, которые были немного крупнее обедающих, столпились возле защиты напротив ворот и смотрели прямо на нас злобными взглядами. Четвёртый ящер валялся неподалёку. Похоже, это был тот, с чьей помощью твари пытались атаковать, проверяя поле на прочность.

– Даже интересно, как они выбрали жертву? – пробормотал Сусликов. – Не жребий же тянули.

И тут мы получили ответ на его вопрос. Один из изучающей нас троицы схватил дохлого неудачника за хвост и потащил к жрущим тварям, словно один общий стол устраивая. Твари приветствовали его восторженным рёвом, и один из них тут же вцепился в бок туши, вырывая из неё огромный кусок.

– Гадость какая! – на этот раз и мы с Сусликовым поморщились. – Такое лично мне ещё ни разу не попадалось, – добавил я, разглядывая это жуткое пиршество.

И тут притащившая обед тварь изловчилась и схватила за хвост своего живого собрата. Пойманный был её меньше почти вдвое. Он верещал и пытался вырваться, но один из главных, если я правильно понял их иерархию, не обратил на визги никакого внимания. Тварь подбежала к защите и просто швырнула мелкого на поле. Треск! И рядом с главенствующей троицей упал труп бедолаги.

– Вот это ни хрена себе! – отчётливо в наступившей тишине проговорил Сусликов. А троица снова сбилась в кучу. Они не издавали ни звука, но нам почему-то показалось, что твари каким-то образом переговариваются между собой. – Охренеть! – добавил капитан и отступил от смотрового окна.

– Так, я пойду попробую кривую вероятностей составить, – Мамбов помотал головой, словно хотел прогнать образы, застывшие перед глазами. Нам было сложнее это сделать, потому что у художников воображение всё-таки немного по-другому работает, чем у всех остальных.

Его место тут же занял Куницын. Он смотрел на то, что происходит за воротами, слегка нахмурившись.

– Ты таких знаешь? – тихо спросил я у него.

– Нет, – Аркаша покачал головой. – Это что-то новенькое. Они разумные? – Он повернулся ко мне.

– Да кто бы знал, – я отошёл от смотрового окна и поместил за ухо бусину.

– Евгений Фёдорович, что-то случилось? – голос Макара раздался очень отчётливо, словно егерь стоял где-то поблизости.

– Да, – ответил я и продолжил. – Вы далеко от «Зелёной дубравы»?

– Километрах в десяти, а что? – я почти увидел, как он нахмурился.

– Вопреки твоим выводам, нас встретили весьма агрессивно настроенные ящерицы, – раздражённо ответил я. – Более того, у меня, и не только у меня сложилось впечатление, что они нас ждали. А ещё появилось странное чувство, что эти ящерицы не просто кем-то направляются, они сами разумные. Ты не замечал за ними подобных особенностей?

– Нет, – судя по звукам, Макар остановился и спешился с коня. – Я не замечал ничего, что могло бы указывать на их разумность. Вот то, что они друг друга жрут, это да, это видел.

– Так, – я быстро обдумывал сложившуюся ситуацию. – Знаешь, а ведь ты можешь быть прав. Возможно мы только что увидели тварей, ну пускай будут командирами, которые гораздо крупнее остальных, и у этих-то троих башка точно варит.

– Что нам-то делать, Евгений Фёдорович? – хмуро спросил Макар.

– Езжайте к поместью, где дед окопался. Нам нужно знать, вот эти, которые придумывают, как защиту снять с «Зелёной дубравы», единственные твари, или есть ещё и они разделились? Сюда не смейте приближаться. Я с трудом одного завалил, а вы при прямом столкновении можете им на корм пойти.

– А вы? – спросил Макар, и я услышал в его голосе намёк на бунт.

– У нас здесь полно еды и много оружия. В том числе и уникальные новинки. Так что будем пробовать их достать. Защитный периметр позволяет производить выстрелы и совершать магические атаки. А на высоту амбразур эти твари всё равно не допрыгнут. К счастью, они не летают, как те же драконы.

– Может быть, мы попробуем…

– Нет, Макар, – я прервал его, почти зашипев. – Езжайте к деду. Я буду на связи. В крайнем случае у всех есть мобилеты, и мы, хвала Рыси, не на изнанке сейчас. Выполняй.

– Слушаюсь, ваше сиятельство, – ответил командир отряда разведчиков с явной неохотой и отключился.

Я вытащил мобилет и набрал номер. Нужно сообщить деду о том, что произошло, да и предупредить, что Макар сейчас с ним начнёт связываться, чтобы пожаловаться на произвол наследника.

Краем глаза заметил, как к смотровому окошку подошли Маша с Вероникой. Сусликов и Куницын тут же отодвинулись, дав им возможность полюбоваться на тварей. Они были из наших мест, и им обоим в голову не пришло, что нужно как-то оградить женщин от столь неприятного зрелища. Как не пришло им в голову, что Вика может быть не подготовлена к подобному. Но я помню, как она вела себя во время прорыва той жуткой гориллы, которая почти выпотрошила меня. Так что Вика вряд ли испытает чудовищное потрясение, увидев тварей.

Я успел заметить, как на личиках моей жены и Вероники отразилось отвращение. Но тут мне ответили, и я отвернулся, чтобы поговорить с дедом без помех.

* * *

Зябликов Всеволод Аркадьевич прошёлся по комнате, поглядывая на своего юриста, который в этот момент проверял поправки в договоре, которые внёс в него поверенный Рысева

– Я правильно понимаю, Всеволод Аркадьевич, конечную сумму мы пока не вносим? – наконец спросил он, поднимая взгляд на барона.

– Нет, Ерофей Петрович, у нас договорённость с графом, – Зябликов тяжело вздохнул. – Если они нас освобождают без потерь с нашей стороны, то я наполовину снижаю стоимость поместья.

– Это очень щедрая скидка, Всеволод Аркадьевич, – заметил юрист.

– Ерофей Петрович, я оцениваю свою жизнь гораздо выше, чем эти проклятые пятьдесят процентов, – рявкнул Зябликов. – И так уж получилось, что у Рысевых есть отряды прекрасно обученных егерей, которых натаскивали специально действовать в условиях прорывов. Скажите, Ерофей Петрович, у вас есть подобный опыт? – спросил он ядовито. – Если есть и вы почему-то от меня скрывали столь замечательный факт, то сейчас самое время признаться. Я с удовольствием отдам вам те деньги, которые заложил в скидку, если вы выведете меня отсюда!

– Вы прекрасно знаете, что у меня нет навыков борьбы с тварями, – юрист раздражённо сорвал с себя очки. – Если бы это было не так, я бы давно попытался вырваться отсюда. Да и то не факт. Всё-таки сам граф посчитал, что того десятка егерей, который его сопровождает, мало для подобной задачи, раз они ждут подкрепления.

– Я вам больше скажу, Ерофей Петрович, – голос Сергея Ильича заставил и барона, и юриста вздрогнуть и обернуться. Рысев вошёл в кабинет настолько неслышно, что они его заметили, только когда граф подал голос, – десяток разведчиков уже в «Тихой роще». И я всё ещё считаю, что этого недостаточно. Данные, которые мне передаёт Макар ПроРысев, командир этого отряда, несколько противоречивы, поэтому я предпочитаю не рисковать, а дождаться, когда прибудет мой внук с основным отрядом.

– Вы меня напугали, ваше сиятельство, – Зябликов приложил руку к колотящемуся сердцу, Рысев же приподнял бровь, глядя на него с удивлением. – Вы так неслышно вошли… Ладно, не будем об этом. Вот, договор готов, – и он указал на юриста, который тем временем принялся суетливо складывать листы договора в папку. Как мы и договаривались, сумма будет указана после того, как дорога отсюда будет свободна.

– Да, я помню. Слава! – крикнул он, и в кабинет тут же проскользнул поверенный. – Проверь документы.

Вячеслав быстро кивнул и сел за стол, открывая папку и вынимая из неё договор. Рысев же подошёл к окну. Зябликов открыл рот, чтобы спросить у него о новостях, но тут у Рысева зазвонил мобилет.

– Макар, что у тебя? – спросил Сергей Ильич. Молча выслушав то, что говорил ему собеседник, он внезапно рявкнул так, что стоявший рядом с ним барон подпрыгнул, а Слава выронил бумагу, которую держал в руке. – И что тебе в приказе непонятно⁈ Если Женя сказал, что ты направляешься сюда, то ты садишься на коня и выдвигаешься сюда! В конце концов ему и Игнату виднее, где именно ты сейчас можешь больше пользы принести. Он отключился и пробормотал: – Идиоты.

Он с мрачным видом посмотрел в окно. Видимо, новости, которые ему передал Макар, были не слишком весёлые. Зябликов снова открыл рот, но тут мобилет графа снова зазвонил.

– Да, Женя, – ответил он, всё ещё хмурясь. – Да, Макар уже пытался оспорить твой приказ. Женя, он беспокоится, его можно понять, – произнёс Сергей Ильич спокойно, словно ещё полминуты назад не орал на того самого Макара. – Что? – Рысев прикрыл глаза и дальше слушал внука, сжав побелевшие губы. – Хорошо, я пошлю Макара проверить дорогу. И нет, никто не знал, что я сюда еду, это была незапланированная поездка. Просто совпало несколько обстоятельств, и я решил проветриться. Будь осторожен, – добавил граф, отключился и преувеличенно аккуратно положил мобилет в карман. А потом повернулся к Зябликову, сверля того злобным взглядом.

– Что такое? – барон даже попятился под взглядом жёлтых глаз, в которых начали мелькать искры. – Что-то случилось?

– О да, Всеволод Аркадьевич, случилось, – на лице Рысева заграли желваки. – Только что звонил мой внук Евгений. Он поведал очень интересную историю. Оказывается, эти твари, прорвавшиеся сюда через прорыв, обладают зачатками разума. А ещё Женя предположил, что в связи с этим ими может кто-то управлять.

– Это плохо, да? – Зябликов вытащил платок и протёр им вспотевший лоб.

– Да, Всеволод Аркадьевич, это очень плохо. Однако приводит нас к весьма интересному выводу, который вытекает из одного вопроса: зачем вы настаивали на встрече со мной? – граф шагнул к барону. Зябликов сделал шаг назад, споткнулся о кресло и рухнул в него, в то время как Сергей Ильич навис над ним, пристально разглядывая.

– Я не понимаю…

– Давайте я попробую угадать, – Рысев прищурился. – Вы с кем-то что-то не поделили. Здесь, за Уралом решили отсидеться, но вскоре пришло понимание, что вас и тут могут найти. И тут пришло моё предложение о покупке этих земель. И вы решили, что Рысевы вполне смогут вас защитить и даже уничтожить вашего противника, но при одном условии: если глава клана окажется в ловушке вместе с вами. Я прав?

– Вы неправильно меня поняли… – пролепетал Зябликов.

– Всеволод Аркадьевич, если из-за ваших махинаций что-то случится с моими людьми и, не дай Рысь, с внуком, вы пожалеете, что не дали тварям себя загрызть, – Рысев выпрямился. – Слава, оставь эти документы.

– Оставить? Мы не заключаем сделку? – Вячеслав недоумённо посмотрел на графа.

– Нет, потому что прямо сейчас вы со Всеволодом Аркадьевичем составите дарственную на моё имя. Раз уж так получилось, что ваш план сработал, и вас вытащат отсюда вместе с нами, то я хочу получить компенсацию, – Зябликов икнул и начал закатывать глаза. А Рысев продолжил: – Вместе с Женей приехал очень хороший аналитик. Но мальчикам не хватает данных, чтобы сделать полноценный анализ. Поэтому будьте так любезны, на отдельном листочке запишите имена тех, кого вы подозреваете в таком изощрённом покушении на вашу жизнь. И поторопитесь. Потому что если вы начнёте юлить и тянуть время, то клан Рысевых одним вашим поместьем не удовлетворится.

Глава 11

Макар вышел на дорогу и огляделся. Никакой посторонней активности заметно не было, но егерь не привык расслабляться. Хотя с этими тварями им считай, что повезло в том плане, что они совершенно не умели тихо передвигаться. Их приближение опытные егеря слышали метров за триста и успевали среагировать, убравшись с дороги.

– Как они охотились на своей изнанке? – пробормотал Илья, один из разведчиков, подходя к Макару.

– Скорее всего, в кольцо жертву брали, – ответил ему Макар. – Ты же видел, эти твари не одиночки. И да, Евгений Фёдорович прав, они почти разумны, потому что могут отрезать путь к отступлению. Так что не расслабляемся, чтобы не сожалеть потом о потерянной из-за собственной глупости жизни.

Бусина за ухом завибрировала, намекая на то, что с ним кто-то хочет поговорить. Стукнув по ней один раз, чтобы активировать, командир разведчиков отчётливо произнёс:

– Макар ПроРысев на связи.

– Макар, – раздался в ухе голос графа Сергея Ильича. – Доложи, что удалось выяснить?

– Они разделились на две группы, – отрапортовал Макар. – Одна группа кружит возле поместья Зябликова, вторая не уходит далеко от «Зелёной дубравы». И, похоже, те твари, что осуществляют общее руководство… – он замялся, когда говорил об этом. Всё-таки в головах егерей сложилась определённая картина, в которой зачатки разума есть у тварей даже хоть отдалённо, но похожих на человека. Ящеры в эту картину никак не вписывались.

– Макар, не мямли, – поторопил его Сергей Ильич.

– Те твари, что координируют обе группы, находятся как раз возле «Зелёной дубравы», – наконец сказал Макар.

– Есть какие-нибудь странности? – после того, как Макар привёз Сергею Ильичу передатчик, общение вышло на новый уровень. Но надо отдать должное Рысевым, часто они не надоедали разведчикам, позволяя тем выполнять возложенную на них миссию.

– Да, пара странностей имеется, – задумчиво проговорил Макар. – Твари не уходят дальше нашей «Тихой рощи». А ведь наше поместье не крайнее по этой дороге. Дальше есть ещё одно, но оно пустое. Управляющий нашего поместья говорит, что хозяева не появлялись там уже пару лет. И даже прислуги в поместье нет. На поместье целый ворох сохранных заклинаний навесили и артефактов наставили. Раз в полгода приезжает поверенный, проверяет сохранность и обновляет макры в артефактах. И всё на этом.

– А кто хозяин? – деловито поинтересовался Рысев. Если поместье стоит вот так, заброшенное, то вероятность того, что оно не нужно хозяину, крайне высока, и его можно будет попробовать купить, чтобы почти полностью этот участок включить в клан Рысевых.

– Не знаю, – ответил Макар. – Управляющий тоже плечами пожимает. Говорит, что когда-то барон Сычёв хозяином числился. Как оно сейчас дело обстоит, никому не известно. Может, и продал поместье барон давным-давно.

– Ты сказал, что странностей несколько, – Сергей Ильич быстро записал имя барона, чтобы не забыть. Нужно всё-таки выяснить насчёт поместья. В конце концов, у них юристов много, вот пускай и узнают, кто владелец данной земли.

– Да, – Макар снова задумался. – Другая странность заключается в том, что вторая группа тварей обретается не возле самого поместья, где вы с Зябликовым сидите, а патрулирует. Они примерно в двух километрах дорогу перегородили. Вообще не уходят с неё.

– Нашего любезного Всеволода Аркадьевича караулят, чтобы не сбежал ненароком, – ядовито заметил Сергей Ильич. – Да, это поместье теперь наше. Борон Зябликов так расчувствовался, что подарил его клану Рысевых.

– Да ладно? – Макар улыбнулся. – Встречаются же ещё душевные люди! – добавил он издевательским тоном. А потом деловито добавил. – Пожалуй, это все странности. В остальном практически не отличаются от других тварей, разве только у них очень продуманные действия.

– Эти зверюги вообще ведут себя нетипично, – ответил ему Сергей Ильич, и Макар мог поклясться, что граф поморщился. – Почему они не разбредаются кто куда? И как их командирам, пускай будут командирами, удаётся связываться со всеми членами их стаи? Они телепаты?

– Вы у меня это спрашиваете? – Макар почесал висок. – Я не знаю, телепаты они или нет. Да я даже этих трёх здоровенных гадов видел исключительно издалека. За всё это время нам удалось уничтожить троих, из них одного Евгений Фёдорович убил, когда они к «Зелёной дубраве» прорывались. Но нам не удалось забрать тела, чтобы хотя бы изучить. Вы же сами видели, что они спокойно жрут друг друга.

– С другой стороны, это тоже опыт. Думаю, это неплохо, что мы встретились с подобными тварями здесь. У нас есть прекрасно защищённые убежища и средства связи друг с другом, – Сергей Ильич задумался. – Макар, слушай новое задание. Прогуляйся-ка со своими ребятами до того заброшенного поместья. Не нравится оно мне. С ним явно что-то не так.

– Я сам хотел предложить вам, ваше сиятельство, нечто подобное, – тут же отозвался Макар. – Мы уходим в режим молчания. Я свяжусь с вами и Евгением Фёдоровичем, как только появится возможность.

– Хорошо. Я Жене передам, чтобы он тебя не беспокоил, – и Сергей Ильич отключился.

Макар же почти минуту обдумывал приказ, а затем махнул рукой, подзывая Илью.

– Возвращаемся в «Тихую рощу», из неё выдвигаемся в «Каменный угол», – приказал командир своему заму.

– Наконец-то, – выдохнул Илья. – Этот «Каменный угол» как бельмо на глазу. Вроде бы и нет там никого, а проверить стоит. Может, и есть, да только мы не в курсе. Ну а ошиблось чутьё, так хоть успокоимся.

– Выполняй, нечего лясы точить, – и разведчики клана шагнули с дороги, растворившись в лесу, словно их здесь минуту назад и не было.

* * *

– Лидия Дмитриевна, я сам прекрасно справлюсь с перевязкой, – Пумов посмотрел на женщину, вошедшую в его комнату с подносом, на котором были разложены предметы для перевязки. – Моя рана оказалась не такая уж и опасная, как я представлял себе. Да, как говорит мой молодой друг, я же всё-таки к кошачьим отношусь, а на нас всё быстро заживает.

– Мне совсем нетрудно, Лев Иванович, – пробормотала Ехиднина, и её скулы слегка порозовели.

Баронесса поставила поднос на столик и принялась открывать флаконы с зельями и готовить бинты. Пумов некоторое время пристально на неё смотрел, а затем начал снимать рубашку. Одно дело помогать при перевязке раненому бойцу, каким он был вчера, когда они заскочили в этот гостеприимный дом, спасаясь от тварей. И совсем другое ухаживать за почти здоровым мужчиной. Полковнику даже интересно стало, как далеко зайдёт её решимость. Но, с другой стороны, нельзя было сказать, что ему неприятно внимание красивой женщины.

Лидия Дмитриевна обернулась и чуть не выронила корпию, смоченную в обеззараживающем зелье, потому что Пумов приблизился к ней совершенно бесшумно и теперь стоял очень близко. Лев Иванович не был таким высоким, как большинство его спутников, и Ехидниной не нужно было задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. А ещё он стоял перед ней обнажённый по пояс.

– Лидия Дмитриевна, вам лучше уйти, – мягко улыбнулся полковник. – Март уже почти вступил в свои права, и на котов накатывает игривое настроение. Женщинам в это время лучше держаться от нас подальше.

– Что вы такое говорите, Лев Иванович? – пробормотала хозяйка дома.

Она очень остро чувствовала его присутствие. А всё потому, что после смерти мужа заперла себя здесь, не выходя в свет. Да и до его смерти нельзя было сказать, что барон много внимания уделял молодой жене. Он предпочитал всем этим любовным глупостям охоту, что Лидочку вполне устраивало. Её рано выдали замуж, и они почти сразу уехали в эту глушь. Она просто не знала других мужчин. И вот в её дом ввалилась целая толпа, и баронесса внезапно вспомнила, что она женщина, и что ей тоже присущи некоторые желания.

– Я вас честно предупредил, Лидия, – Пумов протянул руку, вытащил из её пальцев корпию и бросил на поднос. После этого обхватил лицо женщины и поцеловал еë. Баронесса вздрогнула и упёрлась ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть, но потом плюнула на приличия, прижимаясь всё ближе…

– Я хотел уточнить, защита установлена на макрах? Просто я привёз с собой целую коллекцию, и если нужно заменить… – дверь распахнулась, и в комнату ввалился Рысев. – Упс, как неловко получилось, – пробормотал Женя и попятился к двери.

– Рысев, – прорычал Пумов, резко разворачиваясь и закрывая собой баронессу, которая охнула и прижала руки к горящим щекам. – Какого чёрта ты вваливаешься в чужие спальни?

– Знаешь, если я не хочу, чтобы меня застукали за шалостями с Машей, я обычно закрываю дверь, – парировал Рысев. – Вот тут такая штучка из замочной скважины торчит, ключ называется. К тому же я увидел, как Лидия Дмитриевна идёт сюда с подносом, полным бинтов. Мне и в голову не могло прийти, что их можно использовать как-то иначе, кроме перевязки. Хотя мне в голову могло прийти и не такое, но применительно к вам обоим…

– Рысев, пошёл вон, – Пумов сделал шаг в сторону Жени, но тот поднял руки.

– Я всё понял, ухожу. Но воспользуйся моим советом, запри дверь, да и насчёт макров в защите подумайте.

Он выскочил из комнаты, а Пумов витиевато выругался и провёл рукой по своей бритой макушке.

– М-да, ситуация, – Пумов повернулся к Ехидниной. – Лида…

– Всё нормально, – она опустила руки. – Его сиятельство не показался мне человеком, падким на сплетни. К тому же это был всего лишь поцелуй. А вашу рану всё ещё нужно обработать.

– Давайте уже покончим с перевязкой, а потом решим, что делать дальше. Что касается Рысева… Скажем так, Женя никогда намеренно не причинит вреда ни одному из нас. Но это не значит, что он не воспользуется ситуацией, если сочтёт, что ему зачем-то нужно будет придать произошедшее огласке.

– Да, я слышала, что высшая аристократия берёт от своих первопредков гораздо больше, чем все остальные, – баронесса вздохнула и показала руку с перстнем Пумову. – Мне хотелось бы, чтобы на нём была не лилия изображена. Если бы я смогла заставить себя принять тотем мужа, то мы бы смогли с графом говорить на равных. А так остаётся только ждать, что же он решит делать.

– Я не дам тебя в обиду, – Пумов улыбнулся и принялся разматывать бинты на руке, легко перейдя на «ты». – И с этим мальчишкой сумею справиться. Всё-таки у него есть хоть какое-то чувство уважения к своему наставнику. Во всяком случае, я на это надеюсь.

* * *

Я с философским видом разглядывал жуткий пейзаж, висящий на стене в галерее. Кто вообще додумался эту мазню сюда повесить?

– Отвратительная вещь, – сообщил мне Мамбов, подходя ближе. – Тот, кто это рисовал, совершенно не разбирается в живописи.

– Это точно, – ответил я задумчиво. – Я вот сейчас пребываю в раздумьях, и моя совесть яростно борется с чувством долга перед кланом.

– У тебя есть совесть? – Мамбов ухмыльнулся. – Выбрось её немедленно. Иначе я настучу Медведеву, и тот никогда не сделает тебя начальником Сибирского отделения.

– Он и так никогда меня не сделает начальником этого отделения, – успокоил я его. – У меня помимо остатков совести есть ещё куча недостатков, которые ему не нравятся.

– И что же случилось такого непредвиденного, что ты начал мучиться подобным выбором?

– Да так, – я неопределённо помахал рукой. – В принципе, ситуация была прогнозируема и без анализа, но я не думал, что всё случится настолько быстро. С другой стороны, я Пумова понимаю, чего тянуть-то, когда рядом такая женщина?

– Понятно, – Олег засмеялся. – Ты прав, ситуация очень предсказуемая. Полковник в прекрасной форме да ещё и ранен. Убийственное сочетание, – он облокотился на перила и посмотрел вниз в холл. – Оставим Пумова. Лев Иванович заслужил награду, что ни говори. Он же, по сути, на себе волочёт училище, да и охрана форта чуть больше, чем наполовину на нём завязана.

– И это возвращает меня к борьбе совести с долгом, – я вздохнул. – Ну не можем же мы лишить форт и училище полковника Пумова, не так ли? Я снова посмотрел на пейзаж: – Абсолютно отвратительная вещь. Если мне удастся присоединить это поместье к землям клана, первое, что я сделаю, это сожгу эту мерзость. Повернувшись к другу, я долго на него смотрел, а потом добавил: – Дед подумал над твоим анализом и отрядил Макара с командой к этому странному пустому поместью. Думаю, мы пока не будем предпринимать никаких действий. Когда получим данные разведки, тогда и сядем за карту. У нас два специалиста в тактике имеются, так что, думаю, мы сумеем что-то дельное придумать.