Текст книги "Научи меня (жить) любить... (СИ)"

Автор книги: Аглая Беккер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4 ТИМУР

Зал нашел быстро, дверь была приоткрыта, слышалось какое-то движение. Я без предупреждения открыл дверь и замер. Пигалица в лосинах и майке, которые очень сексуально обтягивали и без того идеальную фигуру, двигалась как кошка, музыку я не слышал, но потом заметил наушники в ушах. Что там играло я, естественно, не слышал, но ей видимо нравилось – глаза были прикрыты от удовольствия. Она очень гармонично смотрелась в танце, было видно, что это ей очень нравится. Движения были настолько плавными, что не мог оторвать взгляд – смотрел как завороженный. Вдруг проснулось давно спавшее желание – настойчивое и агрессивное желание присвоить и обладать этой маленькой женщиной. Сжимать ее в руках, целовать длинную шею, сминать под собой так, чтобы вырваться не могла или не хотела.

И вдруг произошло то, чего я никак не мог ожидать – пигалица со всего маху врезалась в меня. Я естественно машинально схватил ее за талию и мы оба упали.

Но я видимо так и не вышел из транса, в который попал от ее танца, потому то бессовестно продолжал на ней лежать, не мог оторвать взгляд от ее глаз. И что уж там говорить, вставать совсем не хотелось. Воображение тут сориентировалось моментально – руки начали гореть огнем от близости ее тела, я даже уже начал представлять, как снимаю с нее эту чертову майку, но из оцепенения меня вывел голос пигалицы:

– Я вам не кажется, что мы с вами не настолько хорошо знакомы, чтобы на мне так спокойно лежали? – и взгляд такой недовольный, как будто это я ее сам завалил.

Черт!

Я подскочил, подал ей руку, помог встать. Вот как так-то – сама виновата, а стыдно мне, и это уже не первый раз за последние 30 мин. чертовка! Ну нет, не пойдет.

– Не плохо бы извиниться! – отвечаю ей, надеясь все-таки, что до нее дойдет, что она не права.

– Да уж, не мешало бы. – сама в это время поправляет одежду и распускает волосы чтобы снова собрать их в аккуратный хвост. А я как дурак смотрю и глаз не могу оторвать от ее распущенных волос и прям по рукам хочется дать, когда снова их собирает резинкой. Видимо теперь это и есть мой личный фетиш – ее волосы! Я молчу в растерянности, но видимо Аню ничего не может заставить растеряться.

– Ладно, я вас прощаю! – разворачивается и идет в другую сторону зала.

– В смысле? Вы? Меня? Очень интересно за что? – опешил я.

– Как это за что? – повернулась. Спокойным тоном продолжила:– Вы за мной бессовестно подглядывали, а потом еще и на пол повалили. Считаете этого не достаточно для извинений?

Я вообще обалдел! Да у пигалицы талант! Она снова меня дураком выставила!

– Я? подглядывал? Да ты в своем уме? – я даже голос повысил, хоть и не собирался сначала.

– Я в своем уме. – все так же спокойна. А ее вообще можно вывести из себя? Или она специально меня бесит? – и на «ты» мы вроде не переходили.

Продолжить дальше этот философский диалог помешал ПС. Он вошел и казалось тоже опешил от нашего вида. Оба растрепанные, так сразу и не поймешь со стороны что случилось.

– Что произошло? – Семеныч посмотрел на нас по очереди, ожидая ответа.

– Ваша сотрудница….

– Да это я виновата – не дала мне договорить пигалица. – я танцевала и не увидела как Тимур Александрович вошел, налетела на него случайно и мы упали. Только я от неожиданности на него еще и наехала. Извините, – это уже мне – я была не права. Видимо это тот самый случай, когда лучшая защита, это нападение. Еще раз прошу прощения.

– ничего, я тоже хорош, приперся без стука, напугал. – мне показалось я слышу свой голос со стороны. Я точно не собирался нести такую праведную чушь. Голос мой продолжил – Но если я правильно помню – вы меня уже простили.

Щеки на прекрасном личике пигалицы залились краской. Что это? Смущение? Стыд? Ага как бы не так. Ты наверное даже не знаешь что это такое.

– Отлично, что все без претензий. Анечка, я бы хотел лично попросить тебя все-таки взять Соню, индивидуально. График согласуем, чтоб всем было удобно. Вы как Тимур Александрович?

Ситуация надо сказать, не очень. Я еще никогда никого не уговаривал, а тем более каких-то пигалиц.

– Если после всего, что сегодня произошло между нами, Тимур Александрович все еще готов рискнуть, я тоже готова попробовать. – и смотрела на меня в ожидании ответа. Так глупо и нелепо я еще никогда себя не чувствовал. Эта пигалица сегодня разнесла меня в пух и прах сама того не подозревая.

– Я готов рискнуть. Но если что-то пойдет не так или Соне не понравится, мы сразу прекратим занятия. – зачем то согласился. Сейчас можно было отказаться без вреда для моего самолюбия. Но…Желание увидеться с пигалицей еще раз было сильнее здравого смысла.

– Отлично. Я готова завтра с утра познакомиться с вашей девочкой. В какое время ребенку комфортнее? И сразу бы хотелось посмотреть снимки. Я так понимаю там перелом голени?

Я тут совсем растерялся. Пигалица вдруг из беззаботной бабочки – нахалки стала такой серьезной медичкой, что такие метаморфозы застали меня в врасплох. Я даже невольно подумал о ролевых играх – с ней бы было интересно. И тут же стало стыдно за свои мысли.

– Утром. Мы будем к 8. Вы же заканчиваете в 8 утра, правильно?

– смена заканчивается в 6 утра, но я буду здесь до 10 часов примерно. Буду ждать вас в начале девятого.

Я шел к машине и перебирал все, что произошло за последний час. Весь последний год мне удавалось держать себя в руках и не поддаваться соблазну. Женщины стали для меня чем то вроде антидепрессанта – снять стресс не более. И был уверен, что больше ни одна женщина не выведет меня из равновесия. Но стоило одной наглой пигалице появится в моей жизни на несколько минут и я уже не так в этом уверен. Умом понимаю, что нужно свести к минимуму это общние – чутье никогда не подводило. Но сам же понимаю, что не смогу. И вроде должна бесить, но вызывает совсем другие эмоции. Желание! Нестерпимое желание обладать, заполучить себе, чтобы только от моего голоса млела, только от моих рук трепетала, только мое имя шептала и только мне принадлежала. Зачем? Сам не знаю, но хочу, чтоб было так! И еще ревность – чувство доселе мне неизвестное. Я даже Лику никогда серьезно не ревновал. А тут такое жгучее чувство – а ведь я даже не знаю, может у нее есть кто-то. Это надо обязательно выяснить.

Глава 5 АНЯ

Сегодня должна была прийти Соня, дочка Сурового. Я очень переживала. Возможно, даже боялась. Но не из-за ребенка. Из-за ее папы. Как-то пошло все у нас не так – знакомство по дурацки, неловкости много для часа общения. Но у меня было ощущение, что я знаю его гораздо дольше. Не было минуты, чтобы я о нем не думала. Причем мысли были самые разнообразные – от стыда за свое поведение до злости на его поведение, от равнодушия до симпатии. Этот взрослый мужчина вызывал странные эмоции. Давно забытые эмоции, спрятанные глубоко в сознании.

В 11 классе за мной ухлестывал Пашка Быстров, ловелас всея гимназия. Что так на него повлияло, я тогда не понимала, но он был очень настойчив. Причем как то резко переключился с Аллочки – красавицы, на Анечку – зубрилку. Я тогда о парнях не думала совсем – на носу были выпускные экзамены и поступление. Да и до этого я не особо увлекалась мальчиками – учеба была всегда на первом месте. Даже тетя меня частенько ругала, что я не хожу никуда. В общем Пашка так меня окутал своей заботой и вниманием, что я в конечном итоге поплыла. Даже наверное влюбилась. Поэтому когда случайно услышала в женской раздевалке разговор Аллочки со своей свитой – сначала потеряла дар речи, а потом сбежала со школы и рыдала два дня. Оказалось Пашка поспорил со своим другом, что даже такая зубрилка как я не сможет устоять перед ним и он обязательно затащит меня в койку. Что-то сломалось во мне тогда. Я с тех пор не позволяла никому и близко подойти ко мне. Пашке я, конечно, отомстила, да так что до сих пор вся школа наверное помнит. Но от этого не легче – верить мужчинам я так и не научилась. В институте был Миша, пытался ухаживать, звал на свидания, но я не чувствовала ничего. Были еще ребята, в том числе и на работе уже – но я так и осталась холодной ко всем. Вообще никаких эмоций. Погрузилась в работу, со временем привыкнув, что отношения не моя тема.

И ту появился этот Суровый! И вся моя кирпичная стена, которую я строила все эти годы, дала трещину. И, кажется, прояви он немного настойчивости – стена рухнет как при бомбежке. Вот только Суровый этот тот еще тип – ему видимо моя персона как кость в горле. Только вот почему, неизвестно. Хотя если бы мне мужик нахамил в первые 5 минут знакомства, я бы, наверное, тоже симпатией к нему не воспылала.

Всю ночь я рассуждала сама с собой (почему бы и не поговорить с хорошим и умным человеком) о нем, о себе, о том, как дальше относится ко всему происходящему, как выстраивать отношения. Для себя под утро решила, что зря я собственно распсиховалась. Повода никакого нет – он отец моей новой пациентки, только и всего. А еще он редкостный хам (хоть и красивый), скорее всего женоненавистник (хоть и очень сексуальный). А главное у него есть дочь, а значит, есть и мать девочки – а это уже чужая территория. И вообще он взрослый мужик, да еще и при деньгах – а это уже точно не мой уровень. В общем, вдоволь наобщавщись со своим внутренним голосом, я решила Суровому больше не хамить и держать дистанцию. И желательно не думать о нем постоянно. Да точно, не думать! А бояться можно? Потому что прихода его я боялась.

В 8.20 в зал вошла приятная женщина лет 50 с маленькой девочкой. Девчушка пряталась за женщину, очень стеснялась, слегка прихрамывала, но абсолютно не критично.

– Здравствуйте! – женщина обратилась ко мне, – Вы Анна Сергеевна?

– Да, это я. Можно просто Аня.

– Хорошо, а я Александра Матвеевна Суровая, а это Соня.

– Очень приятно. Не очень-то вы и суровая, Александра Матвеевна! – не удержалась я.

Женщина рассмеялась, было видно, что она с юмором, не то, что ее сынок. А вот Соня как-то не поддерживала нашего веселого настроя.

Я присела на корточки и обратилась к девочке:

– Привет! Любишь танцевать?

– Нет. – было заметно, что девочка не общительная, даже слишком для ребенка ее возраста.

– Почему?

– Не умею.

– Ну так и я не умела, а научилась. – я встала. – Хочешь и тебя научу?

Но Соня видимо решила больше со мной не разговаривать, потому что мой вопрос остался без ответа. М-да, а девочка то с изюминкой, видимо вся в папу. Вопрос только был, почему не мама привела ребенка, а бабушка. За эти два дня о маме ни слова, впрочем, о родственниках мы вообще не разговаривали. Ну ладно, первого контакта не получилось, значит пойдем другим путем.

– Александра Матвеевна, а вы? Любите? Умеете? – подмигнула я женщине. Она, кажется, сразу поняла, что я затеяла и подыграла мне.

– Люблю! Но тоже не умею – изобразила сожаление женщина – Научите?

– С радостью! Может и Соня к нам присоединится.

Александра Матвеевна оказалась очень хорошей ученицей. Правда, давние проблемы со спиной не позволяли ей многое, но мы решили над этим поработать. Раз уж работа с девочкой должна быть индивидуальной, бабушке тоже будет полезно. Через 10 минут Соня начала проявлять интерес, а через полчаса уже двигалась с нами вместе и улыбалась. Занятие длилось 2 часа – но для первого раза я решила не напрягать спину АМ и ногу Сони, поэтому упор сделали на установление отношений. Соня удивила – ее хмурость исчезла, наверное, благодаря присутствию бабушки. Если первый час занятия мы приглядывались друг к другу, то потом уже веселились от души.

Глава 6 ТИМУР

Соню собирался отвезти на занятие сам. Хотел убедиться в профессионализме пигалицы. Надеялся все– таки, что она не справится и все это закончится раньше. Хотя увидеть еще раз эту наглючку очень хотелось и это злило страшно. Что в ней такого – обычная пигалица, как сотни других. Но почему-то даже сам уже так не думал. Другие девки не бесили, было все равно – а эта раздражала так, что аж тело сводило при одной мысли о ней. Или это не от раздражения, а от желания. Да ну, нет. Просто бесит и все.

От мыслей отвлек звонок юриста – снова нужно мое присутствие. Да что ж такое то, зачем мне эти бездари, если все приходится решать самому!

Набрал маме – опять придется просить ее. Мама конечно с радостью на все согласилась.

День, несмотря на плохое утро, пошел в рабочем темпе. Катастрофы удалось избежать, что не могло не радовать. Решил вопрос за час, и поехал сам забрать своих с занятий. Это прекрасно мог сделать и отец, или Николай наш водитель, но я поехал сам. Мама не отвечала на звонки, и я немного волновался. В быстром темпе поднялся в студию и как только открыл дверь, сразу понял, что волновался зря.

Мама, дочь и Аня веселились и дурачились, и даже не заметили, как я вошел. Да они бы сейчас и цунами не заметили – им было весело. Мама скакала как степная лань – а у нее так-то спина больная. А Соня – смеялась в голос, а ведь я даже не помню, когда она просто улыбалась в последний раз.

Аня. Эта пигалица приковала взгляд, что я забыл и о матери и о дочери. Казалось сейчас она была самой собой – без этой ее вуали из злорадства и ехидства, без шипов и молний. Искренне улыбалась, глаза сияли. А эти волосы – небрежность ей очень шла. Она казалось такой настоящей в этот момент, и такой манящей.

А я поймал себя на мысли, что с даже с Ликой Соня не была такой смешливой. Я смотрел на них и, кажется сам начал улыбаться. Со стороны и не скажешь, что пигалица знает их всего 2 часа.

– ПАПА! – Соня заметила, что я стою и подбежала. – Пойдем с нами!

Я даже сообразить не успел как оказался в центре зала.

– Тимур Александрович, ботинки в зале принято снимать. – Аня решила обратиться ко мне без приветствий. Я нахмурился. – Или у вас носки дырявые? – Нет, пигалица не исправима. Видимо ее суперсила – бесить меня и ставить в неловкое положение.

Все трое засмеялись, и я не смог не поддаться этому веселью.

Глава 7 ТИМУР

Соня уже неделю занимается у пигалицы. мама водит её сама– тоже подсела на эти её танцульки. Говорит реально помогает, Соня очень изменилась– стала веселее, активнее. появился огонек в глазах. Дома только и разговоров – Анечка то, Анечка сё…. Я все время пытаюсь переключиться, не думать о ней. А они жужжат. В общем, в мыслях моих пигалица поселилась плотно. И когда пришлось уехать на время по делам, даже расстроился. Хоть и не видел её всю неделю, но знал что она где-то рядом. А тут 500 км отделяет. И не жужжит над ухом о ней никто.

Наверное это проверка такая для меня– если не перестану о ней думать пока буду в командировке – придётся встретиться лично. Может приглашу куда-нибудь. Видимо нужно закрыть гештальт, как любит говорить моя мама. Сделать все, что рисует периодически мое воображение и жить дальше спокойно. Хотя был не уверен, что это поможет.

Марк поехал со мной – у него тоже дела были в этом городе. Дела закончили раньше, всего за четыре дня, завтра возвращаться. Решили посидеть в клубе, выпить. Друг то парень окольцованный – девки его не интересуют. А я вот надеялся. Но как только выпил, понял что не выйдет ничего. Сам даже и не понял, как начал сравнивать всех девок с пигалицей. Бляха опять она. И ведь почти получалось не думать все эти дни– если только утром. Ну ещё вечером. Да кого я обманываю – ночь тоже её время.

– Эй, Тим, ты чего такой загруженный тебе вон красотка за баром мин 20 уже улыбается, а ты не реагируешь. Ты что в монахи подался? – издевается. Эх, знал бы ты друг о чем я сейчас думаю.

– Да нет. Не хочу. Надоело.

– А вот это уже интересно. Сел поудобнее – готов слушать!

С Марком мы дружим со школы. Секретов у нас нет. Когда он собирался жениться на Лене, только я знал, что и как он собирается делать, потому что Лена твердо держала оборону. Я тогда его поддерживал, помогал. Хоть и осуждал. Поэтому рассказал в общих чертах. Может надеялся что друг что-нибудь внятного скажет. Но видимо зря надеялся. Марк продолжает стебаться.

– Да кто-то влюбился?

– Перепил что-ли? Ересь не неси. Лика мне такую прививку от любви поставила.

– Ну, допустим, Лика твоя мне никогда не нравилась. А эта Аня – закатывает свои глаза, как будто смакует – она конечно заноза. Но мне уже нравится.

– Слышь – нравится ему. Лене то все расскажу, – угрожаю, хоть и в шутку, пытаюсь поставить его на место.

– Да шучу-шучу, – поднимает руки вверх. – Твоя заноза, ты и мучайся, – и ржёт как конь.

– Не моя!

– И в этом что-ли вся проблема? – спрашивает вполне серьёзно.

– Я вообще-то от тебя дельное что-то ждал

– А я тебе дело и говорю. Хорошая девка то по ходу. И видно по тебе, что она тебе запала. А ты строишь из себя обиженно на весь женский род. Ну, ошибся раз, попалась сука, что теперь умереть?

– А если и эта такая же? Вот как их раскусить то, а?

– А ты не кусай. Себя послушай. Знаешь друг, я её не знаю конечно лично. Но то, как она себя ведет – вызывает уважение на самом деле. На шею тебе не бросается, хоть и знает что при деньгах. Да и личность она по ходу интересная. Учится, работает, танцует. На месте не сидит, от безделья не мучается. Курс ещё этот говоришь. Молодец, в общем девка то. Тебе в кой-то веки попалась нормальная баба, а ты ссышь.

– Да причём тут это. Все как то слишком хорошо. Ну не бывает идеальных.

– Бывают. Лена моя идеальная! Во всем. На Соню свою посмотри.

– Соня ребёнок ещё. А Лена твоя– для тебя идеальная. Ты её любишь просто и все.

– Да, может ты и прав, мы идеализируем тех, кого любим. Но ведь наличие недостатков не говорит о том, что человек плохой. Наоборот – настоящий, живой. Как на ладони. А твоя то еще и с изюминкой.

– Пигалица. А я стартер. Представляешь, мать сказала. что я ей не подхожу. Я ей зачем?

– Ох и дурак ты Суровый! Ну и мучайся дальше. Все равно ведь из головы её не выкинешь.

– Да уж, теперь вряд-ли. Вот что в ней такого, чего в других нет. Меня от Лики так не колбасило. Ей ведь лет 20 всего.

– Возраст то причём. Лика твоя пустышка была. А Анька личность. С ней то по ходу не соскучишься!

– Это точно. Не соскучишься. Как что ляпнет– пол дня прийти в себя не могу. Иной раз задушить охота.

– Это называется – живые эмоции, брат. А пригласи ее к нам, у Матвея день рождения. Они же вроде как с Сонькой подружились. Ну, придумай что-нибудь. Жуть как познакомиться охота.

– Она не согласится. Врать придётся.

– Ничего, наврешь. Зато посмотришь на неё в нештатной ситуации, так сказать.

Посидели ещё недолго, да и поехали домой. Пить не пили, а чего тогда тянуть. Приеду, конечно поздно. Зато день начну уже в городе.

Глава 8 АНЯ

Сегодня занимались не долго. Александра Матвеевна была какая то взволнованная.

– Александра Матвеевна, что-то случилось? Вы сегодня какая-то рассеянная.

– Да ничего. Волнуюсь за мужа. Он сегодня с утра плохо себя чувствовал.

– Тогда. может быть, закончим? Время к вечеру.

Александра Матвеевна отвлеклась на телефон. Во время разговора выражение ее лица резко изменилось и я поняла, что что-то случилось.

– Анечка – обратилась она ко мне. Она была чем то очень расстроена, но старалась держать лицо. – А ты вечером свободна?

– Ну, вообще да, на сегодня я закончила, смена в приёмке у меня завтра.

– Извини пожалуйста что беспокою, но ты не могла бы отвезти Соню домой и побыть с ней пару часиков? Мне нужно в больницу

– Что-то случилось?

– Мужа привезли по скорой сюда. Не хочу, чтобы Соня знала, что дедушке плохо

– Конечно. Вы тут сами справитесь?

– Да– да. Я пойду к Петру Семёновичу, он поможет если что. А вас увезет Николай. И вернётся за мной. Я как все решится здесь, я сразу примчусь. А ты пожалуйста побудь с Сонькой

– Без проблем. А Тимур Александрович не будет против?

– Он будет только завтра. Ему пришлось в командировку срочно ехать.

– Хорошо.

Николай привез нас в коттедж и уехал обратно. Соня провела мне экскурсию по дому. Мы приготовили простой ужин. Все-таки Александра Матвеевна приедет поздно, ей будет не до стряпни. Соня в домашней обстановке оказалась большая молодец – вела себя по-хозяйски, иногда мною даже командовала. К вечеру мы поужинали, я помогла Соне принять ванну, поиграли. Время близилось к десяти часам, но наша бабушка не объявлялась. Звонить ей я, конечно, не стала, но от девчонок узнала, что мужа оперируют, значит ждать скоро её не стоит. Уложив все-таки Соню спать, я включила в гостиной телевизор, шёл какой-то фильм, я не заметила, как сама прилегла.

Глава 9 ТИМУР

Высадил Марка у дома.

– Зайдёшь? – спросил друг

– Нет, поеду. Мать что-то трубку не берет, отец тоже. Да и время для гостей не подходящее.

– Ну давай, брат, как знаешь. Созвонимся.

Мы простились с другом, и я рванул к родителям. Если честно их игнор немного меня волновал. Если мама с телефоном не дружила, то отец был на связи круглосуточно, поэтому я переживал.

Подъехав к коттеджу, обратил внимание, что машины нет. Странно.

В дом вошёл тихо, мало ли. Может все уже спят – время то позднее, двенадцать почти. Прошёл в гостиную и обалдел… Пигалица, собственной персоной! Мирно посапывает на диванчике. Первая мысль – «какая же она в этот момент милая». Нет в ней тех колючек, которыми она всегда обороняется. Чистая невинность. В доме тепло, поэтому она без одеяла – идеальные ножки слегка поджаты, но так и манят прикоснуться. Каштановые локоны небрежно прикрывают часть милого личика. Провожу взглядом по расслабленному телу. Вот она – кажется, протяну руку и она моя. И тут я понял, что пропал. Вся обида на весь женский род вдруг отступила. И я решил – она будет моей, несмотря ни на что. Я просто не смогу иначе. Она уже моя– хоть сама и не знает. Шею сверну любому мудаку, который попытается разинуть рот на мое.

Подошёл к диванчику, присел, тихонько убрал локоны волос с лица. Она смешно покорчила нос, но не проснулась. Только пухлые губки свои облизнула во сне. И тут у меня окончательно сорвало тормоза, я наклонился и поцеловал. И оторваться уже не смог. Тем более что Аня начала отвечать. Сколько это длилось я не знаю – мне казалось вечность, но вдруг все закончилось. Резко, что даже стало холодно.

Я открыл глаза и увидел испуганное лицо Ани. Она смотрела на меня, как будто видела впервые. Её большие глаза от испуга, казалось стали ещё больше. И я тонул в них. Не мог сказать и слова, хотя понимал, что должен был.

– Тимур Александрович, что вы тут делаете? – первая прервала нашу игру в гляделки Аня. В этот момент не было в ней злости, только недоумение.

– Ну… тут живут мои родители. – сказал первое что пришло в голову. Было неловко. И решил я немного разрядить обстановку и пошутить – ну и видимо интуиция сработала, что ты тут.

Аня растерялась. Или не проснулась до конца ещё. Какая она в этот момент милая и растерянная.

О, и тут она заметила что я гуляю по ней взглядом. Напрягаясь, резко подскочила, но не рассчитана силы и расстояние между нами. Оказалась прямиком в моих руках, что я снова не сдержался и поцеловал. Уже более настойчиво.

Но видимо Аня уже окончательно проснулась и пришла в себя, резко вырвалась из моих объятий и оттолкнула.

– Да что вы делаете? – в лёгком её шёпоте были нотки раздражения. Но не было злости. Это давало надежду.

– Не удержался– ответил я ей. – Но извиняться не буду.

– Почему? – она казалось совершенно искренне удивилась.

– Потому что извиняются, за то что сделали и пожалели. Я не пожалел. И сделал бы это снова.

– Ну это вряд-ли. – И вот тут от милой и нежной Ани не осталось и следа. Вернулась пигалица.

– Поживём– увидим! – сказал я совершено спокойно. Я для себя уже все решил – осталось только пигалицу убедить в том что она уже моя– целиком и полностью. И нет у нее другого пути, кроме как рядом со мной. И ради этого я немного потерплю.

– Так что произошло? Почему ты тут и где все?

Я старался говорить, как ни в чем не бывало. Выходило плохо.

– Соня спит. Вашему отцу стало плохо, он в нашей больнице. Ваша мама с ним, а меня попросила проглядеть за Соней. Но раз вы уже тут, то я пойду.

Аня, конечно, тоже старалась упорно делать вид, что ни чего не было минуту назад. Но, как и у меня, у неё тоже нифига не выходило. Но сбежать она собиралась вполне серьёзно.

– Куда? Ночь на дворе. Оставайся. Утром я тебя отвезу.

– Вы же понимаете прекрасно, что я не останусь.

В этот момент входная дверь хлопнула и в гостиную вошла мама.

– Сынок, – мама была удивлена, не меньше чем я некоторое время назад. – Ты давно вернулся?

– 10 мин назад. Ты почему не позвонила? Как отец?

– Не хотела беспокоить. Его прооперировали. Язва. Сейчас все хорошо. – обратилась уже к Ане – Анечка, детка прости что я тебя сегодня так напрягла. Поздно уже, останешься?

– Александра Матвеевна, мне утром на смену. Я не могу, правда.

– Я отвезу. – Я решил, что это лучшее, что сейчас можно сделать. Если она будет спать в соседней комнате, я точно не усну, а то ещё и глупостей наделаю.

Моя красавица хотела отказаться, но мама сказала, что водителя она отпустила и собственно выбора у нее не оставалось.

Мы вышли во двор молча. И вроде старались вести себя непринуждённо, но напряжение не проходило.

– Сядь вперёд. Там мои вещи. – сказал Ане, когда она открыла заднюю дверь моей машины.

– Нет, я никогда не езжу на переднем сидении – в этот момент я заметил испуг в её глазах, но сразу понял что боится она не меня. Нет это что-то другое. – Вещи твои мне совсем не мешают. Я занимаю мало места.

Ладно. Может оно и к лучшему. Пусть сидит сзади.

До её дома доехали молча. Правда Аня всю дорогу ерзала и теребила сумку. А я глаз с неё не сводил, хорошо, что ночью машин почти нет.

Подъехав к дому, я планировал проводить до квартиры. Нет, напрашивается на чай я, конечно, не собирался, но побыть ещё хоть минутку рядом хотел. Но Аня как всегда разрушила мои планы – ей одной это удавалось делать филигранно. Она выскочила из машины, как только я припарковался, на бегу сказала «спасибо» и убежала

А я остался стоять. Понимал что бессмысленно но уезжать не хотелось. В квартире загорелся свет, Я постоял ещё мин 10, свет погас и я поехал.

Так хорошо на душе мне не было уже давно. Вспоминая посекундно, все что произошло, я понял главное – Аня отвечала на поцелуй. Значит, у меня есть шанс…