Текст книги "Договор на любовь с магом. Целительница моей души (СИ)"

Автор книги: Аделина Весна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

2.3

– Ещё одна? – вместо того, чтобы представиться ответил мужчина, чем вызвал у меня лёгкое недоумение. Какой дружелюбный, слов нет!

– Ну-у-у, да. Это мой дом, – я отцепилась от него одной рукой, при этом всё также сидя у него на руках, и показала на "поместье" Брианны Росс. Не хватало только, чтобы ветер подул сильнее и дом завалился. – Это новость вас как-то тревожит?

Он с недоверием во взгляде ещё раз взглянул на дом, а затем опять на меня. Самой с трудом верится, но как есть.

– Не ожидал, что в этой глуши живёт столько народу на один участок земли. Не ушиблись?

– Нет, спасибо.

Сосед убрал руки, что я чуть не свалилась на землю от неожиданности. Хорошо, что смогла устоять на ногах, уж лучше было упасть с лестницы, чем так!

– Вы уже достигли того возраста, Брианна, когда должны понимать, что нельзя взбираться по таким лестницам. Меня могло не оказаться рядом.

– В таком случае у вас бы стало на одну соседку меньше.

Он не оценил мою шутку. На его серьёзном лице не мелькнула даже тень улыбки. Губы были плотно сомкнуты, брови нахмурены, а небольшой шрам на лбу только добавлял жёсткости его образу, и вообще он казался слишком угрюмым. Я бы даже сказала злым, но тогда мне придётся поставить под сомнения слова Ди-ди. Или может он только мне так не рад?

Сосед не проронил ни слова и пошёл прочь. Я расценила это как – не судьба, но всё-таки...

– Стойте! И это всё?

– А что ещё?

Он даже не обернулся и мне пришлось любоваться его дублёнкой. Хорошо, что не ввалилась в его дом с абсурдным предложением руки и сердца, хоть и фиктивного, но всё равно было бы неприятно.

– Могли бы представиться в ответ. В вашем возрасте вы должны знать элементарные правила приличия.

– Фобос.

Вот и познакомились. Раз с Фобосом не сложилось, значит нужно заняться остальными делами. Меня это ни капли не расстроило, наоборот, подняло настроение и добавило оптимизма! Вот уж ещё такой ерундой заниматься!

Ди-ди, святая женщина, согласилась посидеть с детьми в свой выходной. Провёв с ними беседу о том, что нужно вести себя хорошо и слушаться тётю Ди-ди, я поспешила в школу, чтобы там помогли мне запросить документы на перевод и молить, чтобы они приняли Фрею с Эйданом в конце учебного года. Надежда была лишь на то, что директрисой всё также была подруга моей мамы.

И, о, да! Удача сегодня на моей стороне! Миссис Кроуфли, седовласая милая женщина, которая совмещала в себе строгость с искренней добротой, всё также занимала директорское кресло. Она так обрадовалась моему возвращению и тому, что в школе появятся новенькие, что без лишних слов согласилась помочь.

Ну не чудесно ли?

А потом она проболталась, что в деревне нет целителя и жителям приходится ездить в соседние сёла, а то и в город, чтобы хоть как-то поддерживать своё здоровье. И я, не откладывая на другой день, поспешила в администрацию, чтобы срочно занять вакантное место. И что? У меня получилось! Завтра я приступлю к работе по программе перевода из столицы.

Всё складывалось сказочно просто. Мне хотелось визжать от радости, прыгать по лужам и смеяться всем невзгодам в лицо! И даже встречавшиеся на пути соседи никак не омрачали моё состояние. Все их: ох, Брианночка, как же так? Их расспросы почему я вернулась, зачем рассталась с таким прекрасным женихом, раз богатый, значит обязательно такой, ещё и воспитываю детей сестры, а у самой нет родной кровиночки в мои-то годы! Сегодня всё это не имело никакого значения!

В чудесном настроении вернулась к детям и Ди-ди, и мы все вместе приготовили ужин, посидели у камина, читая сказки с книжных полок моей прекрасной подруги. Но когда я уложила Фрею и Эйдана, рычаг, отвечающий за хорошее настроение, опустился вниз. Меня накрыло реальностью, которая неумолимо пыталась меня побольнее прижать.

Дом разваливается, зарплата мизерная, школа сельская. Роджер хоть и испытывал денежные проблемы, но у него было имя, статус, какая никакая репутация, а ещё двухэтажный роскошный особняк в столице и, наверняка, новая женщина.

После этой мысли меня окончательно накрыло. Я села в угол комнаты, тихонько качаясь из стороны в сторону на полу. Эти два дня пыталась не думать о себе и своих чувствах. Как так произошло, что неземная любовь вдруг обратилась в пыль? Цветы, свидания, признания, предложение – всё это оказалось ничем.

Как он мог так поступить со мной?! Почему, за что? Что со мной не так? Неужели я так плоха?

Мы же любили друг друга... Или нет?

Самое ужасное, что я не понимала как мне жить дальше. Как начинать всё сначала?

Сдержавшись, чтобы в очередной раз не затопить комнату слезами, как ночью на кухне, вернулась в гостиную. Нашла чистый лист бумаги и наспех нацарапала письмо Роджеру. Нет, не о том, что люблю его и не понимаю что пошло не так в наших отношениях. Он не явился лично, значит и на письмо не ответит, просто вычеркнул из своей жизни. Сообщила ему, что с детьми всё в порядке и они изъявили желание остаться со мной, а там всё решит суд.

Деревенская почта явно работала не быстро, а мне нужно было срочно отправить письмо. Помочь в этом может лишь артефакт магпочты и почему-то чутьё подсказывало, что мне придётся ещё раз пообщаться с душкой соседом, у него точно был такой, я уверена.

Свернувшись клубком в кресле, крутила в руках сложенное письмо и мыслями возвращалась к требованию от опеки о полной семье.

Вот же проклятье, всё-таки придётся пробовать. И варианта лучше, чем лесник здесь точно не будет...

Глава 3

Фобос

* * *

Как человек, привыкший к тишине и одиночеству, не мог подобрать слов, чтобы описать свои будни. Соседи сменялись одни за другим, отвлекая меня от работы, чтобы познакомиться – на их языке, на моём – выведать личную информацию, чтобы было что обсудить с другими. Не думал, что в глуши, в лесу, могло жить такое количество людей, у которых, судя по всему, не было никаких дел и забот, кроме как наведываться ко мне в поместье. Ещё и рядом было два дома, вместо одного, а значит на одного близкого соседа больше. Хорошо, что с другой стороны дома лес, но я не отказывался от предположений, что и там мог кто-то затаиться, и пусть это лучше будут соседи, чем кто-либо другой.

Я не мог свыкнуться, что я свободен и меня никто не ищет, что все давно поверили в мою смерть. Давно не верю в такие вещи. Я ощущал, как в спину дышит опасность, не давая расслабиться. Я обязан всегда быть на чеку даже здесь, вне поле зрения тех, кто давал мне защиту. В этой глуши меня настигало чувство уязвимости, и пусть деревня находилась далеко от границ с Алкаей*, это не убавляло тревоги, а лишь усиливало её.

Вернувшись с ежедневного утреннего обхода территории, которая уходила глубоко в лес, я заметил у входной двери одну из соседок. Брианна, кажется. Я бы мог сделать вид, что удивлён гостям, но кому нужно было это притворство? Устал от бесконечных знакомств, когда же этому придёт конец?!

– Доброе утро! – с дружелюбной улыбкой она взмахнула рукой в знак приветствия, а я тяжело вздохнул от ежедневно повторяющегося сценария. Я поднял руку в ответ и, когда мы сравнялись, она показалась мне довольно нервной, что заставило насторожиться. – Пришла сгладить впечатление от нашей первой встречи и познакомиться нормально.

– О, ну я-то всё о вас знаю, Брианна Росс, – из памяти предыдущих дней доставал отрывки, доносящихся до меня сплетен. – Вы вернулись из столицы, потому что вас бросил богатый жених, из-за того, что вы поправились на добрые десять килограмм, одевались так, как не подобает женщине высшего света, а ещё вы воспитываете чужих детей, когда своих-то нет. Вернулись сюда в надежде, что здесь вас не найдут стражи порядка, потому что вы выкрали детей, ведь кто отдаст их нищей даме без дома. Ваши соседи довольно разговорчивые.

Сначала мне показалось, что я вышел за пределы приличия своей речью и даже хотел попросить прощение за такую наглость, но она засмеялась. Так искренне и звонко, а терракотовые кудри запрыгали в такт тёплому, как наступившие весенние дни, смеху. Он будто просочился сквозь моё хмурое настроение и, что странно, я слегка улыбнулся сам себе.

– А вот про вас мало, кто что знает. Вы неразговорчивый. Одни слухи да домыслы.

По поводу смены настроения показалось. Очередное вымогательство информации, потому я намеревался поскорее закончить наш разговор и встречу тоже.

– Вам что-то от меня нужно? Так говорите прямо, Брианна.

– С чего вы взяли?

– Всем что-то от кого-то нужно, вы бы не пришли ко мне просто так, как бы и я не пришёл к вам. И дело точно не в том, что наше знакомство прошло не так, как вы себе представляли.

– Хотела попросить воспользоваться вашим артефактом магпочты, – не уклоняясь от моего замечания ответила она и мне это понравилось. Враньё я не любил, и так погряз в нём достаточно. Но откуда ей было известно о том, что он у меня непременно есть?

– Откуда бы ему у меня взяться? Это не простая вещь.

– Оттуда откуда и поместью?

– Я просто привожу его в порядок по велению работодателя, у него нет возможности этим заняться, – и ни капли лжи. Но наш разговор начинал меня нервировать. Слишком наблюдательная или... Об "или" думать не хотелось. Исключено.

– Вы же не просто лесник, да? Ваша одежда выглядит так дорого, всё как с иголочки, а ваша манера говорить... Это тоже работодатель велел?

– Моя манера говорить ничем не уступает вашей.

– Я жила в столице очень много лет, за время проживания там научилась говорить иначе. Вы слышали, как говорят местные?

Разумеется, слышал эту смесь диалектов, и знал, что сильно выделяюсь, хоть и пытался говорить похоже выходило крайне плохо.

– А вещи... – продолжил я, обходя стороной её упоминание, – лучше иметь две качественные рубахи, чем десяток непонятно из чего и дело тут не в деньгах. Я лесник, Брианна. Хочется вам этого или нет, но артефактом магпочты можете воспользоваться. Так я держу связь с тем, кто платит мне деньги за работу. Кому будете отправлять письмо?

Я впустил её в дом, приоткрывая перед ней дверь, а сам вошёл следом. Она остановилась в прихожей, В других комнатах активно шёл ремонт: заделывались дыры в стенах, перекрывались полы, сегодня ещё и каменщики должны были приступить к работе, чтобы улучшить состояние и внешний вид особняка.

– Бывшему жениху. Нужно сообщить, что с детьми всё хорошо и они со мной.

– Так вы всё-таки украли детей?

Она одарила меня недобрым взглядом, таким, который говорит: не вашего ума дело, господин лесник.

Я отлучился в свою комнату, достал из прикроватной тумбы артефакт и, вернувшись к ней, поставил его на пуфик.

Брианна уверенно ввела шифр, который ей был необходим, вложила письмо и долго не решалась нажать на кнопку, отправляющую его по назначению. Я терпеливо наблюдал за тем, как она скользила взглядом по артефакту, как переминала пальцами в нерешительности. И сам нажал на кнопку под её негодующий и удивленный одновременно взгляд.

– Раз всё, то предлагаю распрощаться.

– Погодите.

Брианна замешкалась, делая вид, что рассматривает интерьер разваливающегося дома, но я видел, как она боролась сама с собой, от чего стало любопытно, что ей ещё от меня нужно.

– Вы только ничего такого не подумайте, – смущённо и как-то тихо проговорила она. До этого её голос был весьма громким и смелым, а сейчас у неё даже щеки вспыхнули, а голос задрожал. – Мне просто нужна помощь. Всего лишь до суда, без каких-либо обязательств. Мне больше некого попросить, вы же сами знаете какие здесь люди... Ненадёжные. А ваша любовь к молчанию очень кстати. Не могли бы вы притворится моих женихом? Пожалуйста, – добавила она, когда настала моя очередь растеряться.

Что за абсурдное предложение? Я уже был фиктивным женихом и что теперь? Меора – королева. Замужняя и с тремя детьми, когда я.... Просто никто. Аристократ – отныне слишком обобщенное название для тех, у кого есть деньги, статус, род, но это пережитки прошлого. Сейчас же я просто Фобос, у которого нет ничего, кроме этого поместья и денег, которые я заработал, исследуя Бездну Анферна* по велению короля. Мне только этого сейчас не хватало!

– Нет. И давайте сделаем вид, что этого разговора никогда не было. Надеюсь, что артефакт вам больше не понадобится. Всего доброго.

Она даже возразить не успела или попросту не собиралась, как я, взяв её под локоть, провел до двери. И когда она скрылась с другой стороны, на меня набросились противоречивые чувства. Нет, однозначно получилось слишком грубо, но я не мог согласиться на такое предложение.

*Алкая – королевство, где большую часть жизни жил Фобос, прислуживая королю, который являлся ему не родным дядей.

*Бездна Анферна – Анферн третий подземный мир, где заперта вся тёмная магия и дочь Богов мира Вельхама. Все привыкли называть её Бездной. С недавних пор Анферн начал открываться, разрывая защитные круги, а тёмная магия постепенно возвращается, ища себя сосуд.

3.1

Хоть и весна в Росане быстро сменяла зиму, солнце всё равно казалось мне аномально тёплым. Оно припекало в дублёнку и голову, и я подвинулся на левый край лавки, которая стояла во дворе поместья. Вид с неё открывался на каменщиков, которые приступили к работе, как только серость раннего утра раскрасилась яркими лучами. Ещё вчера по стене расползались трещины, один угол осыпался, а сегодня поместье, словно оживало вновь. Каменщик то и дело отходил, наклонял голову, следя за тем, чтобы рисунок фактуры новых блоков вторил линиям старых, его помощник осаживал камень киянкой, подбивая его как нужно, а я внимательно наблюдал за ними, чтобы мозг всегда был чем-то занят, а непрошенные мысли не застревали в моей голове. У меня и так их столько, что можно возвести целый дворец, если бы единицей измерения выбрал камень.

– Слушай, доброе утречко, свет ты мой! Глянь-ка, работа-то у вас прямо огнем горит, аж искрит! – пора было привыкнуть, но от неожиданности чуть не вскочил с лавки. Хотелось выругаться от души, а лучше удариться головой о рядом стояще дерево. Никогда не забуду Янису это издевательство! Я уже даже не вздыхаю, улыбка сама натягивается на моё лицо, не как привычка, а как что-то уставшее и нервное. – Уйму денег, поди, на эту починку извели. Лесником, стало быть, кличешься? Ну-ну... Это ж тебе нонче такое жалованье отваливают. Хотя, ведомо мне, лесовиков-то здесь отродясь не бывало, может, годов с сотню назад и след простыл. Можа, ты шпиён какой закордонный? Я в одной книжке про такое вычитывала.

Баба Гларалея, так она просила её называть, села рядом и поглядывала на меня, прищурив глаза. Но я не поддамся на это моральное давление, не в моих правилах проигрывать в гляделки и не в моих интересах, чтобы меня так легко вычислили. Ещё и кто?

Написать что ли весточку Его Величеству, что нашёл ему такого шпиона, что он вычислит всех врагов и свергнет неугодный режим? Уму непостижимо, чем я тут занимаюсь...

– Вам бы с вашей фантазией книги писать. Раньше лесников не было, потому что боялись, что разрывы выйдут за пределы проклятой части леса, а сейчас всё тихо и спокойно.

Звучало вполне логично и, вероятнее всего, так и было в действительности.

– Мож и напишу. Ну лады, не скучай, – она поковыляла в сторону своего дома без чувства того, что битва проиграна, она обязательно вернётся с новой версией.

Обдумывая какой высоты поставить забор и какой должен быть замок на воротах, вернулся в дом, в котором сегодня было затишье. Нет, оставаться здесь жить я не собирался, но может тот несчастный, который купит поместье будет рад такому подарку, как забор? Мне бы точно пришлось такое по душе.

Я взял кружку остывшего кофе, который забыл допить, и с закрытыми глазами откинулся на спинку нового кресла, привезённого вчера вечером вместе с остальной мебелью.

– Ты обидел нашу тётю, – прозвучал возмущенный детский голос прямо над ухом.

Боги... Они точно хотят, чтобы у меня случился сердечный приступ...

Я повернул голову и увидел две кудрявые головы у открытого окна (до дверей и окон руки ещё не дошли). Мальчик и девочка, так похожие на соседку, о которой пытался не вспоминать, потому что ситуация вышла странной, я бы даже сказал абсурдной.

– Это она вам сказала, что я её обидел?

– Нет, но мы видели как она плакала после того, как была у вас! Значит виноваты вы!

Теперь заговорил мальчуган, столько было смелости в его голосе, что я улыбнулся тому, какие у Брианны защитники. Может, если бы у меня были такие в своё время, то всё сложилось иначе и ничего, что им максимум по десять.

– И что же, вы будете мне мстить?

– Шантажировать! – хором ответили дети.

– Представьтесь, шантажисты. Как мне вести с вами переговоры, если я не знаю ваших имён. И сядьте напротив, будьте добры.

Они приставным шагом, не поворачиваясь ко мне спиной, сели туда, куда я им сказал. Забавные. Неужели думают, что действительно могу причинить им вред? Я и тетю их обижать не собирался, но вышло как вышло, не считаю себя виноватыми в этой ситуации.

– Он Эйдан, – указав на брата ладонью, представила его девочка, – а меня зовут Фрея.

Она показалась мне взрослее своего брата, у неё был слишком осознанный взгляд для ребёнка, словно она видела и знала больше, чем положено детям.

– Фобос, – представился я в ответ. – Итак, в чём проблема?

– Если ты не поможешь, то нас заберу и отдадут дяде.

– Вы подслушиваете взрослые разговоры? – они одновременно отрицательно покачали головой, я не спускал с них взгляда, стуча пальцами по быльцу, и тогда, взглянув друг на друга, тяжело вздохнули и всё-таки кивнули утвердительно. Так я и думал. – Почему вы не хотите жить с ним? У вашей тёти ничего нет и вам будет лучше жить в более комфортных условиях.

– У нас есть дом! И Бри устроилась на работу! Мы будем ходить здесь в школу, – кричал Эйдан, не находя себе места в кресле. – А он, он...

– Он нас никогда не любил, – ответила вместо него сестра.

– Любовь необязательное условие для благополучной жизни.

– Он нас обижал. Бил. Мы ему нужны для его выгоды, ради денег, мы будем марионетками в его руках, без права ослушаться, потому что он наш опекун.

И после этой фразы меня заклинило, как дверь в одной из комнат, когда я впервые пытался туда попасть. Я так злился, дёргая ключ в замочной скважине, что он чуть не сломался. Сейчас тоже что-то сломалось, я не знал, что это. Я не был излишне чувствительным, такое мне чуждо, как и станет им после такой жизни. Мне было примерно столько же, когда меня забрали на воспитание во дворец, когда я стал марионеткой в чужих руках, ради чужой выгоды. Я смотрел на их лица, омраченные перспективой остаться навсегда одинокими и нелюбимыми, и видел себя. Тело пробило дрожью, в глазах потемнело, пульс забился в висках. Стиснув зубы, зажмурил глаза. Так всегда бывало при приступе, он наступал редко и неожиданно. В голове всплывали яркие образы, звуки, запахи из прошлого: боль, кровь, слёзы, приказы, бесконечные выговоры, выжженная клятва на руке, от которой теперь остался лишь шрам, замученная Меора, которую я собственноручно ломал по чужому велению. Бледная, заплаканная, с синяками глазами она могла являться мне во снах, не только во время приступов.

Я медленно выдохнул, приводя себя в чувства, и открыл глаза.

– Вам плохо? – Фрея положила руку мне на плечо и от её ладони по небольшому участку тела разлилось тепло, забравшее головную боль. Удивительно как развит её дар целительства в столь юном возрасте.

Про себя назвал пять предметов: кресло, камин, картина над ним, кружка в руках и книга на подоконнике. Три звука: пение птиц за окном, тревожное дыхание Фреи у уха и топот ног Эйдана. Запах: кофе.

– Спасибо, Фрея. Ты мне очень помогла.

Она смотрела на меня своими огромными глазами, вот-вот заплача. И в этот момент я принял решение, о котором, возможно, пожалею, но зато в мире станет на два сломленных человека меньше.

– Брианна дома?

– Да, прибежала с работы, кто-то приехал. Она попросила нас выйти погулять. Наверное, нас заберут... – опустив голову вниз и раздирая от нервов кожу на пальцах, сказал Эйдан.

– Вставай, – подбадривая, похлопал его по плечу, – давайте послушаем взрослые разговоры.

Подумаешь, притвориться чужим женихом. Я в этом мастер, стаж пять лет точно. Всего лишь до суда, а дальше сама. Мне это было даже выгодно. Скажу всем, что приехал ради Брианны в эту глушь, и вот наконец она приняла моё предложение выйти за меня.

Такая любовь, ах! – вздохнут разом все соседи и отвяжутся от меня.

Бездна, какой же бред!

Нет, я не мог поверить, что иду с двумя детьми в соседний дом на разборки. В том, что там были разборки можно не сомневаться. Чем ближе мы подходили к соседскому дому, тем отчётливее были слышны женские крики, а дети ухватились на мои рукава, как за спасательный круг. Стоит ли говорить, что плавать не умел? Я, несомненно, подписался на что-то ужасное, но приняв обыденный безразличный вид, открыл дверь как к себе домой.

– Какие-то проблемы?