Текст книги "Охотник на богов (СИ)"

Автор книги: А. Райро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Пока я шёл до места, в стенах зала открывались бойницы. Да уж, просто «беседой» тут не особо пахло.

Мозарт следовал за мной, и как только я уселся в кресло, он встал рядом, будто приготовившись отбиваться. Его сияющие золотистые глаза зорко осмотрели бойницы и самого кириоса.

Тот уселся напротив меня, заняв место в центре стола-подковы.

В зале повисла тишина. Только пальцы трансмографистки, проворные, хоть и полноватые, щёлкали по клавишам.

На секунду я ощутил резкое головокружение, потом – тошноту, но стоило мне проморгаться и перевести дыхание, как всё прошло.

Тем временем Кэйнич пристально меня разглядывал и молчал. Изучал глазами моё лицо, мою татуировку-стрелу на руке, перебинтованную голень и мокрую, грязную, забрызганную зелёной слизью одежду.

Потом он так же молча достал из кармана мой перстень-накопитель и медленно положил его на стол.

– Это ваш накопитель, коллекционер ЛасГален?

– Да, кириос…

В этот момент в допросную вошёл ещё один человек.

Он задержался на пороге и поклонился женщине, сидящей в углу в сером кресле.

– Госпожа Майдере, моё почтение.

Та никак не отреагировала, продолжая сидеть не шевелясь, будто восковая фигура.

Размашистым шагом вошедший преодолел зал, уселся слева от кириоса и уставился на меня мрачным взглядом.

Это был парень не старше двадцати пяти, бледнокожий, сухопарый и долговязый, с длинной косой чёрных волос, тонким прямым носом, высоким лбом и тёмными пытливыми глазами. Его круглые очки с жёлтыми стёклами занимали пол-лица, но это не делало его нелепым.

Парень выглядел слишком опасным, чтобы над ним смеяться. На его шее болталось не меньше десятка разных амулетов, на запястьях гремели браслеты, а оба уха, ноздрю и бровь украшал пирсинг.

Через секунду в зале появился ещё один человек.

Крупный широкоплечий мужчина с седым ёжиком волос, глубокими морщинами меж бровей и массивным подбородком с недельной щетиной. На вид ему было лет семьдесят, но выглядел он бодро, моложаво и грозно. Стариком его назвать язык бы не повернулся.

Мужчина тоже остановился у порога и поклонился женщине в углу.

– Госпожа Майдере, моё почтение.

И опять она не ответила и не шевельнулась.

Мужчина занял место справа от кириоса и посмотрел на меня. По выражению его лица сложно было определить, что он думает. Одно было ясно: он хорошо меня знал и видел не первый раз.

– Итак, господа, – объявил Кэйнич, – начнём. Наша беседа будет фиксироваться трансмографистом Гильдии, госпожой Кольб, и передаваться в режиме реального времени во все необходимые инстанции, в том числе, в главное управление Ордена Тайн. Итак, представлю присутствующих. Меня зовут Мидас Кэйнич, я маг-коллекционер седьмого яруса мастерства, почётный гражданин и главный представитель Гильдии Воинов Горна в городе Гипериос группы Ареопага на территории Земель Покоя Республики Эксагор.

Трансмографистка опять заколотила по клавишам.

Не вставая с кресла и не сводя с меня глаз, кириос представил тех, кто сидел с ним за столом.

Начал с черноволосого парня в жёлтых очках.

– Это Бауч Беласко, гражданин и член Гильдии Воинов Горна, маг-экзорцист второго яруса мастерства. Прибыл в Гипериос сегодня утром, по программе распределения студенческой лиги из Земель Заката.

Затем кириос представил второго.

– А это господин Геродиан Йешу, почётный гражданин, маг-усилитель пятого яруса мастерства и глава города Гипериос группы Ареопага на территории Земель Покоя Республики Эксагор.

Палец Кэйнича указал на меня.

– Господа, это Тайдер ЛасГален, не-гражданин, маг-коллекционер, пока без какого-либо мастерства. Проживает в городе Гипериос с рождения и никогда не выделялся выдающимися способностями. Но сегодня, господа, этот мальчик совершил то, чего вот уже тысячу лет не могут сделать даже учёные из Ордена Тайн. Он захватил бога, запечатал его в тело морфи и заставил убить грувима. Остальные грувимы сразу покинули город.

Его взгляд переместился на Мозарта.

– А это тот самый морфи. Как сказал мне сам ЛасГален, он собрал его из деталей других морфи, отправленных на свалку утилизации из магазина Хартога, в котором ЛасГален работает. Попросту, он украл детали и тайком собрал слугу в доме семьи Гасперов, ну а потом каким-то чудесным образом захватил бога и вживил его в собранного морфи прямо в городе во время Полудня Гнева. По крайней мере, это пока всё, что мы знаем.

Как только Кэйнич смолк, из-за стола тут же поднялся Йешу.

Он направился ко мне, но остановился метра за три от моего кресла. Внимательно посмотрел на морфи, нахмурился и вернул взгляд на меня.

Йешу не выглядел разгневанным, как Кэйнич, или настороженным, как экзорцист. Глава города, скорее, был сосредоточенным, чтобы не упустить ни одной мелочи в моём поведении. Хотя бдительным и опасным он тоже был не меньше остальных.

– Тайдер, ты понимал, что делал? – обратился ко мне глава. – Ты осознавал свои поступки в полной мере и совершал их добровольно?

– Не совсем, господин глава, – ответил я.

Другого ответа у меня просто не было, ведь любой мой ответ будет проверен досконально…

Эпизод 10. С тобой что-то не так

Если честно, в глотке пересохло от напряжения, да и укус на ноге начал ныть и жечь так, что хотелось сунуть ногу в лёд.

– Что значит «не совсем»? – уточнил глава Йешу. – Ты не осознавал, что делал?

– После укуса охранного идола с моей памятью что-то стало… – Я показал на свою перебинтованную ногу, сделал голос ещё более твёрдым и посмотрел мужчине прямо в глаза. – Скорее всего, это была карма на временную потерю памяти. Я не совсем осознавал, что делал, потому что ничего не помнил, не знал правил и нарушил их, даже не понимая этого.

Йешу переглянулся с Кэйничем, а экзорцист тихо хмыкнул и нахмурился, ещё внимательнее вслушиваясь в мои слова, а потом покосился на женщину в углу, госпожу Майдере, но та, как обычно, не шевелилась, сидя в кресле, будто мёртвая.

– Я не собирался захватывать бога, – продолжил я. – Это получилось случайно, когда мы с братом отбивались от его атаки. Я взял тот золотой лук и…

Тут из-за стола поднялся Кэйнич.

– Так это ты использовал божественный артефакт?

– Да, кириос.

– Тогда почему ты мне сразу этого не сказал, когда я разглядел на луке трещину? – От злости он сжал кулаки так, что кожаные перчатки скрипнули.

– Потому что вы не спрашивали, кириос.

Я понимал, что ещё чуть-чуть – и он рассвирепеет, но это был единственный ответ, который я мог дать, чтобы выйти сухим из воды.

Желваки кириоса напряглись, он покачал головой и процедил:

– Ты решил пошутить с Гильдией, ЛасГален? Считаешь себя бессмертным? – Кэйнич глянул на экзорциста. – Он считает себя бессмертным, господин Беласко. Смех да и только.

Экзорцист никак не отреагировал, лишь его взгляд стал ещё более мрачным, а глаза за очками совсем потемнели.

– Погодите, кириос, мы всё выясним. – Йешу шагнул ко мне ближе, не сводя глаз с моего вспотевшего лица. – Итак, Тайдер, давай сначала. Вчера утром ты пришёл ко мне и попросил разрешения на отгул на работе и личную вылазку к гнездам богов деревянного класса. Ты буквально умолял меня, говорил, что тебе помогут брат и сестра. Я хорошо знал твоих родителей и видел, как ты стараешься, чтобы вступить в Гильдию, но у тебя ничего не получается. Мне жаль, но я был готов тебе отказать. Однако ты продемонстрировал мне накопитель, в котором имелось две захваченных тобой души грувимов. Всё верно?

Я нахмурился.

– Простите, но я не помню, господин глава. Память всё ещё не вернулась.

Такой ответ был моим спасением, хотя я уже понял, что настоящий Тайдер ЛасГален был не так уж прост. Он наврал главе города, что обе души в его накопителе захвачены, а не куплены тайком.

Йешу коротко выдохнул, его лоб прорезали глубокие морщины.

– Врачеватель тебя осмотрит, а пока вернёмся к твоей вылазке. В ней участвовал ещё твой брат Кристобаль, не-маг, а сестра-усилитель ждала у границы. Верно?

– Выходит что так.

– Один из богов деревянного класса атаковал вас, и вы отбивались. Во время боя ты и захватил бога в свой накопитель, верно? Ты воспользовался артефактом из гнезда этого бога?

Он покосился на лук в руке Мозарта.

– Да, господин глава, – ответил я. – Я не знал, что пользоваться артефактом запрещено.

Мой ответ заставил Йешу схватиться за лоб и посмотреть на остальных.

– Он не знал… вы слышали, господа? Он просто не знал, что это запрещено! Но я бы сказал иначе. Он не знал, что это невозможно, и что до него божественные артефакты таким образом никто не покорял. А он взял и сделал это, потому что не знал, что так делать нельзя. Какая ирония.

– Это не ирония! Тут что-то нечисто, глава Йешу! – возразил Кэйнич, поднявшись и тоже направившись ко мне. – Этот Полдень Гнева был серьёзным, вы сами видели. На Гипериос давно не было таких нападений. И все грувимы лезли к дому Гасперов! Не находите это странным? Вся эта история требует расследования, а сам ЛасГален должен быть заключён под стражу до выяснения обстоятельств! Ну не мог он захватить бога без чьей-то помощи и неизвестной нам технологии Одинай! Вы посмотрите на него! Какой из него покоритель божественных артефактов и хозяин богов? Я не одобрил ни единой его заявки в Гильдию, потому что толку от этого парня для нашей армии – ноль! Он такой же Воин Горна, как моя матушка – воздухоплаватель!

– Но факты, кириос… факты говорят об обратном. – Йешу потёр массивный щетинистый подбородок и глянул на Мозарта. – Перед нами бог собственной персоной. Посмотрите. Покорный и безобидный, как ребёнок, пока ему не прикажут атаковать. А ведь он может крушить божественных слуг, если хозяин отдаст приказ это сделать.

Йешу неожиданно протянул руку Мозарту.

– Меня зовут Геродиан Йешу, я маг-усилитель пятого яруса мастерства, а кто ты?

Кириос Кэйнич замер.

– Вы с ним за руку собрались здороваться? С богом?.. А если он сожжёт вашу ладонь прямо сейчас или оторвёт её? Или выстрелит в вас? – начал возмущаться он, но Йешу так и не убрал руки.

Мозарт бросил взгляд на его ладонь, потом посмотрел на меня и сощурил мерцающие глаза, будто спрашивал: можно ему пожать руку или нет.

– Можно, – кивнул я.

Слуга тут же ухватил ладонь Йешу своей огромной ручищей и стиснул так, что мужчина закашлялся.

– Мозарт, бог Гор, – представился морфи.

Когда он отпустил руку Йешу, тот быстро размял пальцы и поморщился от боли, но не смог скрыть в голосе восторга:

– Невероятно, Тайдер… это невероятно. Расскажи подробнее, как именно ты захватил этого бога и вживил его в морфи.

Пришлось рассказывать всё… ну почти всё.

Как я схватил лук, как атаковал бога с помощью последней души в перстне, как лучом пленил жертву и захватил в накопитель. Ну а потом как пронёс этот накопитель с богом в город, а когда на дом Гасперов напали грувимы, как я вживил энергию бога в тело морфи и приказал атаковать.

Йешу расспрашивал меня о каждой мелочи, о каждом моём действии, о каждой реакции организма – и я рассказывал.

Умолчал только о том, что в каждой атаке мне помогал Годфред. Наверняка, если бы я в этом признался, то меня ждал бы не просто арест. Я был носителем бога – носителем заклятого врага всего этого государства. Думаю, с них хватит и того, что рядом со мной стоит Мозарт.

Пока я рассказывал про захват бога Гор и нападение грувимов, трасмографистка печатала каждое моё слово; госпожа Майдере сидела мертвецом на кресле в своих очках газосварщика; Кэйнич ходил туда-сюда, заведя руки за спину, и хмурился; ну а экзорцист безотрывно изучал меня. Его тёмные глаза, будто чёртовы рентгеновские лучи, пронзали мой череп насквозь.

Йешу же вёл беседу и, как умел, изображал «хорошего полицейского».

Мозарт стоял и наблюдал за всеми, а я отвечал на вопросы вот уже около часа. Из открытых бойниц меня держали на прицеле ревма-рендеров – точно таких же пистолетов, каким Афена отбивалась от грувима.

Прошло ещё около получаса прежде чем Йешу наконец перестал донимать меня расспросами.

– Что ж, Тайдер, кое-что прояснилось, поэтому мы прямо сейчас…

И тут вдруг проходящий мимо Кэйнич сделал то, чего от него никто не ожидал – молниеносно снял с крепления на поясе свой гарпун и выстрелил… в меня!

* * *

Раздался звон, вспыхнули искры буквально перед моим носом.

Золотая стрела Мозарта сбила гарпун Кэйнича прямо в полёте и отшибла его в пол. Иззубренный наконечник гарпуна вонзился в пол. Причем, в каменный пол – такой силы был удар.

Я сделал вид, что не удивился, хотя внутри всё напряглось, конечно.

Этот Кэйнич охренел совсем!

Я посмотрел сначала на него, а потом – на Мозарта. Бог среагировал на угрозу так быстро, что успел отбить удар кириоса, хотя тот действовал максимально неожиданно.

– Надо же, – бросил Кэйнич и так же быстро убрал ружьё в крепление на поясе, после чего выдернул воткнутый в пол гарпун. – Бог защищает мага-коллекционера, своего заклятого врага. Ничего бредовее я не видел, но это интересно.

Мозарт глянул на меня, ожидая разрешения ударить стрелой в голову Кэйничу, но я покачал головой.

– Нет, Мозарт, пока не нужно.

– Не нужно?.. – впервые я увидел на физиономии бородатого слуги такую яркую эмоцию: он удивился, да так, что его густые рыжие брови взлетели на лоб.

Кэйнич больше на него не смотрел, а подошёл к главе Йешу.

– На пару слов, глава. Это важно.

У него был такой многозначительный взгляд, что Йешу не стал откладывать разговор. Вместе они вышли из зала, но прежде чем дверь за ними закрылась, я услышал, как Кэйнич нетерпеливо заговорил:

– Этот мальчишка может натравить своего бога на кого угодно…

– И тогда будет уничтожен, – перебил его Йешу. – Но посмотрите на это с другой стороны, кириос…

Дверь закрылась.

Теперь за столом остался только экзорцист.

Не сводя с меня глаз, он протянул руку и дотронулся до моего перстня, лежащего на столе. Накопитель среагировал на его прикосновение так, что меня прошиб пот: перстень поднялся на ребро черепом вверх и завертелся вокруг своей оси, будто волчок.

И пока он раскручивался, экзорцист медленно поднимался из-за стола.

* * *

Когда парень в жёлтых очках встал во весь свой приличный рост, мой перстень на столе резко замер и завалился на бок, точно так же, как лежал до этого.

– С тобой что-то не так, – произнёс парень.

Его голос был негромким, но грубоватым. Он не вязался с молодостью недавно выпустившегося студента и больше подходил мужчине средних лет.

– Значит, ты потерял память после укуса охранного идола? – уточнил он, выходя из-за стола и медленно приближаясь ко мне. – А ты вообще помнишь, кто такой экзорцист, и на что он способен?

– Он избавляет людей от кармы, как мне сказали, – ответил я, вспоминая те небольшие обрывки информации, что успел услышать от разных людей и сопоставить.

– Именно так, – кивнул экзорцист. – Чем выше ярус мастерства такого мага, тем более сложную и тяжёлую карму он может убрать. А карма бывает разная, как ты понимаешь. Порой её вообще разглядеть сложно. Но если на тебя, коллекционер ЛасГален, наложил карму охранный идол бога деревянного класса, то с ней справится и наш врачеватель Луин.

– А сам Мозарт может снять с меня карму своего охранного идола? – спросил я.

Беласко остановился напротив меня и Мозарта, но на моего морфи даже не взглянул. Всё его внимание было приковано только ко мне.

Глаза за жёлтыми стёклами очков смотрели на меня безотрывно несколько секунд, после чего он объявил тихо, но уверенно:

– Снять может только тот идол, который эту карму и наложил, а где ты его будешь искать?.. – Он помолчал. – И знаешь что ещё? Я не вижу на тебе кармы на потерю памяти. Неожиданно, правда?

Я почувствовал, как от тревоги во мне всё напрягается под пристальным взглядом Бауча Беласко.

Он аккуратно взялся за дужки очков, снял и посмотрел на меня уже без них. Его зрачки сузились до такого размера, что почти исчезли, радужная оболочка из карего цвета стала белой. Он так сосредоточился, что стальные кольца пирсинга в его ноздре и на брови раскалились докрасна!

– Зато я вижу на тебе другую карму, – продолжил Беласко, веско обозначая каждое своё слово.

Я постарался не выдать эмоций, хотя такого поворота не ожидал. Значит, на теле Тайдера ЛасГалена действительна была карма! Только какая?..

Экзорцист шагнул ближе.

– Хочешь знать что с тобой не так?

Его глаза стали сине-бордовыми, будто налились венозной кровью.

– А со мной что-то не так? – спросил я, интуитивно понимая, что сейчас услышу что-то неприятное. Что-то такое, что скорректирует все мои цели.

– Это карма на мутацию магии, – прямо сообщил экзорцист. – Совершенно незаметная для носителя. Но если ничего не предпринять, то твоя магия начнёт меняться, а через полгода-год ты вовсе перестанешь быть коллекционером и станешь кем-то другим, и никто не сможет даже предугадать, кем именно. Такая карма меняет не только способности, но и тело. Это страшная участь, и тому есть свидетельства. Такая же участь постигла когда-то великого воина, всем известного борца с богами, Артазара. Его любили, как героя, называли Утренней Звездой Эксагора, а его гарпун носил имя Луч Рассвета. И что стало с великим Артазаром?

Я невольно сглотнул собравшую в глотке слюну.

– И что с ним стало?

Глаза экзорциста снова обрели карий цвет. Парень надел очки и с прежним подозрением уставился на меня.

– Его историю слышали все, даже малые дети. А ты, значит, не слышал? Ты же не терял память, как мы выяснили.

Я поднялся с кресла, не отводя взгляда от внимательных глаз Беласко.

– Не знаю, что именно со мной случилось, и как на меня повлияла карма, но я ничего не помню. Даже того, что слышали все. Проверьте внимательнее, если хотите.

Это было опасное требование, но ничего другого не оставалось.

Наш поединок взглядов длился секунд десять. Слышно было только, как траснмографистка передаёт весь наш разговор «кому надо», и как щёлкает её аппарат.

Экзорцист резко развернулся и прошёл обратно к столу, мельком взглянув на мой перстень, что на нём лежал, и уселся на место.

– Требуешь, чтобы тебя проверили внимательнее?

Он повернул голову и посмотрел на женщину в кресле.

– Это госпожа Майдере, глава регионального отдела Ордена Тайн и командир специальной боевой группы. Она маг-дисгений. Это не менее важный дар, чем дар коллекционера, экзорциста или усилителя. Дисгении умеют отключаться от собственного тела и внедрять своё сознание в другое живое существо, чтобы его контролировать. Сила внедрения зависит от силы мага. Можно контролировать живое существо, временно становясь им. Как надолго – это тоже зависит от многого и касается только тех, у кого нет защиты от внедрения. А оно проходит по-разному, но, похоже, ты даже не заметил, что твоё сознание познало силу дисгения, верно? Такая великая способность даётся им с годами практики. А госпожа Майдере – дисгений шестого яруса мастерства.

Он ещё раз поклонился женщине.

– Вы ведь уже проверили нашего подопечного, госпожа Майдере?

Экзорцист был первым, кто хоть что-то спросил у неё, а не просто сказал: «Моё почтение».

Женщина наконец шевельнула худыми маленькими ладонями, лежащими на подлокотниках кресла, но очки с лица не убрала.

– Конечно, господин Беласко, – ответила она спокойно и мелодично. – Я отключилась от своего тела всего лишь на мгновение, но мне этого хватило, чтобы внедрить сознание в этого коллекционера и кое-что узнать. Перенос произошёл сразу же, как только мальчик сел в кресло для допросов. Он действительно ничего не помнит. Полнейшая блокировка определённой части памяти. Мне не удалось увидеть в его воспоминаниях ничего, кроме событий с того момента, как он очнулся возле гнезда бога Гор. Всё, что он рассказал кириосу Кэйничу – правда. Но всё же… хм…

Она смолкла и задумалась, и вместо пота меня прошиб мороз.

– Всё же необычные способности этого мальчика вызывают недоумение, опасение и… хм… надежду, – наконец добавила она. – Его сознание активно сопротивлялось моему внедрению, но у мальчика не хватило навыков и силы защиты. И да, вы правы, господин Беласко. Магия этого коллекционера начала мутировать, как и он сам. Это пока совершенно незаметные изменения, почти никакие, но они начинаются. Однако в карме ли дело? Хотя я не экзорцист, поэтому не берусь утверждать наверняка.

Я перевёл взгляд на женщину.

Она внедрялась в моё сознание? Но почему я ничего не почувствовал? Или то короткое головокружение и было внедрением дисгения?..

И ещё странность: почему она не увидела моих воспоминаний из прошлого мира. Неужели их прикрыл Годфред? И, похоже, это именно он сопротивлялся внедрению дисгения.

Но сейчас он, как назло, молчал, будто его не существует.

Я продолжал смотреть на женщину, не сводя глаз.

Так вот почему она казалась мёртвой. Видимо, при переносе сознания, дисгений перестаёт контролировать собственное тело и находится будто в обмороке. Если бы она стояла, то упала бы при этом.

Неприятные маги, эти дисгении.

Тут мне стало не по себе, потому что я вспомнил, что Афена Гаспер – тоже дисгений, и у неё целая комната клеток с птицами, на которых она тренируется. Так вот что она с ними делает. Внедряет в них своё сознание! Именно она атаковала грувима с помощью птиц, а сама находилась в отключке.

Экзорцист Беласко кивнул женщине.

– Благодарю, госпожа Майдере.

Потом посмотрел на меня, его взгляд смягчился.

– Значит, ты действительно потерял память и не помнишь историю Артазара Утренней Звезды. Что ж, если ты отсюда всё-таки выйдешь, то спроси у кого-нибудь, как великий Артазар скрыл свою мутацию и превратился в чудовище, таясь в замке на утёсе Бар-Тимей, а потом вышел оттуда и истребил сразу два города в Землях Рассвета. Спроси о том, как он стал врагом государства и всего нашего народа. Поверь, тебе расскажут всё в подробностях, хотя об Артазаре разговаривать не любят.

Я не стал садиться обратно в кресло для допросов и снова обратился к экзорцисту.

– Вы избавите меня от кармы, господин Беласко?

Тот покачал головой.

– Нет, тобой займётся врачеватель Луин. Но это в том случае, если кириос Кэйнич и глава Йешу не передадут тебя учёным главного управления Отдела Тайн, вместе с твоим морфи. – Он покосился на трансмографистку, которая всё так же фиксировала каждое слово. – Как бы там ни было, решение примет высшее руководство Гильдии, поэтому мы пока что…

Дверь в зал распахнулась, и экзорцист сразу смолк.

Появились Йешу и Кэйнич. Судя по их суровым лицам, они много спорили, но похоже, к чему-то пришли. Кэйнич был зол больше обычного, а это значило, что в споре проиграл именно он.

Они оба не успели пройти к столу.

Трансмографистка госпожа Кольб вдруг замерла, её пальцы застыли над клавишами, а потом аппарат пискнул и мигнул красной лампой. Со скрипящим звуком из него выкатилась бумажная лента с сообщением.

Женщина перевела дыхание, аккуратно оторвала ленту, поднялась со стула и торопливо засеменила через весь зал – напрямую к Кэйничу и Йешу.

– Господа, пришла директива от руководства Гильдии за подписью главы Нечча, согласовано с главным управлением Ордена Тайн. Это насчёт коллекционера ЛасГалена и его дальнейшей судьбы.

Она передала ленту в руки Кэйничу.

Тот молча начал читать сообщение, и его физиономия с каждой секундой мрачнела всё больше…