Текст книги "Хроники безумного колдуна переродившегося в теле бога (СИ)"
Автор книги: Vincent Bowence
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
– Чёрт, это Алурей, – произнесла Аранольд, поджав губы и поднимая руку к тяжёлому мечу.
Ситуация стремительно накалялась. Внезапно из теней выскочил убийца. Он стремительно бросил нож в Милени, и время, казалось, остановилось. В последний миг, когда казалось, что вот-вот наступит трагедия, я ухватился за лезвие, превратив боль в немую кару.
Аранольд отбила его руку со скоростью молнии. Я схватил его за лицо, глубоко вглядываясь в глаза, полные ненависти, и, глядя в него, скомандовал:
– Кислота!
Крики разнеслись по храму, старинные стены, казалось, завопили в ответ.
– Ты в порядке? – мой голос вырвался с искренним беспокойством, когда я повернулся к Милени.
– Да! Спасибо вам, господин Дарго, – ответила она, приходя в себя от шока, в глазах эльфийки мелькнула решимость.
Мгновение…
Тишина, которая меня окружала, распадалась, и я ощутил настоящую жестокость приближающегося врага. Я обнажил меч с кинжалом, определяя, что нам предстоит действовать согласно ситуации, когда тени начали шевелиться вокруг нас.
– Выходите, ублюдки! Я вас сожгу дотла и повешу ваши тела на ваших кишках! – когда-то мелодичный голос превратился в яростный крик.
Откуда-то из глубины храма раздались острые голоса, как у оскаленной звери. Деревянные стены, укреплённые многими веками, затряслись от магии, позволяющей злостным намерениям ожить. Моя рука крепко держала меч, готовый сражаться.
– А ты смелый человек! Что ты скажешь, когда мои тени будут рвать твою плоть и душу? – голос, резкий и противный, прокатился в воздухе, словно замаскированная угроза.
Появился сползающий из тени, мужчина, чьи чёрные сальные волосы распались до плеч. Его лицо покрывали выпирающие вены, высокие скулы и острый нос придавали ему вид хищника. Чёрные глаза были пугающе омерзительны. Одет он был в чёрную мантию с красной вышивкой.
– Кто ты? – выкрикнула Аранольд, глядя на него с ненавистью.
– Я жрец храма Дебора – бога тьмы, Альмет! – его смех звучал, как зловещая симфония. – Отдай чашу пророка, и ваша смерть будет быстрой!
Из темноты, отбрасываемой огнём факелов, начали проявляться силуэты, словно призраки из недр заброшенного мира. Убийцы, рождённые из тени и крови, сближались к нам с предательским спокойствием.
– Будьте начеку, – отозвался я, собирая мысли, обращаясь к своим спутникам.
Альмет, глядя нам в лица, никогда не скрывал злобу. Его чёрные глаза горели ненавистью.
– Мой ответ один: вам всем конец! – презрительно произнёс я, раскрывая мои меч и кинжал.
Тени кружились, как дикие козы, ожидая момента, чтобы вогнать ножи в наши сердца.
– Так и быть, вы будете страдать! – вскрикнул жрец, и в его голосе было слышно предвкушение.
Сообщение:
Жажда крови активирована!
Первое, что я ощутил, было нарастающее напряжение в воздухе. Темнота обвивала нас, словно живое существо, предвещая беду. Стены древнего храма казались близкими и в то же время далёкими, сейчас они не могли скрыть тот ужас, что захватил пространство. Тени начали материализоваться, как дымка из самых глубин подземелья. В их сущности таилась злоба, готовая выплеснуться наружу.
– Да рассеет свет тьму! – прорвал тишину голос Милени.
Яркость, то плыло, по её словам, рассеивалась, пробуждая ожидание. Эльфийка подняла посох, и вокруг нас закружилась волна яркого света, распарывая тьму. Тени мгновенно отшатывались, словно лягушки от резкого звука грома.
– Ого! Что это было сейчас? – изумлённо произнёс я, ощущая, как адреналин пронзает моё тело.
– Это новое заклинание против тёмной магии, – пояснила она с лёгкой искоркой гордости в голосе. – Урон не наносит, но может спокойно сдерживать врага.
Словно в ответ на её слова, тени вновь задрожали, собираясь в более осязаемые сущности. Я увидел, как за спиной Милени две фигуры укоренились в мрачном полумраке, зловеще сверкая клинками. Но Лима со свирепым выражением лица, была готова отразить атаку врагов. Девушка парировала удары, метко перерезая им глотки. Движения девушки напоминали танец – плавные, но решительные.
Аранольд, как порыв ветра, рванула вперёд, устремляясь в самую гущу этих тёмных существ. Огромный клинок, сверкающий в кромешной тьме, отлетал от её доспеха, но она не обращала на это внимания. В одной руке она держала меч, а другой, захватив голову одного из убийц, вбила врага в пол как гвоздь.
– Двое других спереди! – крикнула она с выкриком, когда двое стало нацеливаться на неё.
Её рука с тяжёлым мечом обрезала воздух, принуждая врагов замирать. Я рванулся в сторону, чтобы помочь ей, но нашёл перед собой ещё одного убийцу.
– Рывок!
Я нанёс резкий выпад и обезглавил его со взыскательной точностью. Однако ответный удар врага направился прямо в мою голову!
Двигался быстро, сместив шею вправо, с ловкостью, стал элегантным танцором и смог перехватить его руку, проткнув горло. Другой убийца неожиданно вынырнул из-под ног. Мне удалось уклониться, прикрывшись телом его товарища. Кинжал вошёл в плоть мертвеца, и вдруг он вспыхнул, как спичка, когда я произнёс слово:
– Пламя!
Лима внезапно упала на пол, пронзённая хладнокровной атакой одного из убийц. Я увидел, как его клинок занёсся над ней, и адреналин всколыхнул меня, как выброшенный волной на обрыв.
– Держись! – закричала Милени, и её посох с металлическим набалдашником уверенно врезался в череп убийцы, раскалывая его.
Пока я зазевался, спереди выпрыгнул враг. Мне удалось парировать удар, после чего я вонзил меч с кинжалом в пузо убийцы. Но раненый враг из последних сил схватился за мои руки, не давая вынуть оружие из его плоти. За спиной появился ещё убийца, готовый нанести мне смертельный удар, но здесь появилась Аранольд и пригвоздила к лову своим мечом убийцу.
– Ты вовремя, – произнёс я, задыхаясь от напряжения и страха.
– А ты не зевай, – с вызовом ответила Аранольд, как ловкий хищник, готовый к прыжку.
– Ваши драгоценные убийцы оказались никчёмными! – выкрикнул я, раззадоривая Альмета, стоявшего вдали; его тень, как, казалось, вытянулась.
Сообщение:
Вы получили + 500 опыта.
Пожиратель душ не может быть активирован!
– Вы глупцы, я повелитель теней! На сколько вас хватит, пока вас не покинут силы? – раздался голос жреца.
Внезапно тела убийц взмыло в чёрную дымку, превратившись в туман, который слился с пространством храма. А затем они вновь материализовались, и число врагов увеличилось, как в печальном кошмаре.
– Походу, у нас проблемы, – произнесла Аранольд, с тревогой вглядываясь в бездонный поток убийц, то и дело подступавших.
Ощущалась необходимость остановить это безумие. Но куда ни посмотри – нужно было уничтожить источник магии, но к жрецу подобраться было почти невозможно.
– Рывок! Рывок! – мои слова резали воздух как острый меч. Я ощущал, как каждый мускул напрягается перед лицом врага.
Беря разгон, я устремился вперёд, готовый к атаке, которая, по сути, могла стать решающей. Альмет, жрец тьмы, стоял передо мной, его фигура мерцала, полная невидимой угрозы.
– Тебе конец, мразь! – мой крик разлетелся по стенам, обитым древней пылью, и я вложил всю свою ярость в удар.
Однако лезвие, пронзающее воздух, лишь резануло пустоту. Удар не нанёс никакого урона, и в ту же секунду её тьма обрушилась на меня, словно невидимая волна.
– Ты глупец! – его смех пронзил пространство, как мрачная мелодия. – Я повелитель теней, и твои атаки бесполезны! Ты просто мусор! Ничтожество!
Его слова, полные презрения, обожгли моё эго, но я продолжал стоять, притягивая к себе остатки магической энергии. Взгляд на моих товарищей, окружённых теми же тенями, только усилил мою решимость.
Жрец засмеялся и выпустил луч тёмной энергии в мою сторону.
– Пламя! – скомандовал я.
Огонь и тьма встретились в свирепом противостоянии, и я чувствовал, что время уходит.
– Надо что-то придумать, пока моя мана не закончилась! – крикнул я, наблюдая за тем, как Милени создала защитный барьер в попытке удержать врагов на расстоянии.
– Я могу тебя усилить! – её голос прозвучал, как светлая нота среди ворчания тьмы, но я лишь покачал головой.
– Нет смысла, моё оружие не может нанести физического урона жрецу.
– У тебя есть магия! – настойчивый тон эльфийки привлёк моё внимание, и в тот миг в голове закружилась безумная идея.
– Наложи на меня защиту от огня, и сваливайте из храма! – мой голос зазвучал резко, как никогда.
– Ты что задумал?! – Лима, сплеснув руками, смотрела на меня с обеспокоенным выражением лица.
– Сожгу здесь всё дотла! – в лице у меня внезапно появилась улыбка, предвещавшая тяжёлые последствия. Ощущение наслаждения от магической силы охватило меня, словно тёплый свитер в холодный день.
Сообщение:
Ваше сопротивление огню повышено!
Следующий миг, как только мои товарищи покинули храм, запечатав проход магией, я погрузился в накалённые чувства. Устремив взгляд на повелителя теней, мне стало ясно: момент настал.
– Ты покойник, человек! – голос жреца, как ледяное лезвие, отчеканивал каждое слово. – Когда я убью тебя, то нагоню твоих спутниц и разорву их на кусочки!
Словно застыв во времени, я внимательно наблюдал, как тьма, предвосхищая уничтожение, вдруг столкнулась с моим гневом. Пламя разрывалось изнутри, заполняя весь храм, и искры самостоятельно тянулись к Альмету.
– Пламя! Пламя! Пламя! – мой голос, пробиваясь сквозь гул, звучал, как набор заклинаний, освещая и озаряя пространство вокруг.
Рождающаяся энергия нарастала, вдыхая силу.
Сообщение:
Багровое пламя разрушения призвано.
– Что ты удумал, ублюдок?! – крик жреца заполнил зал, смешиваясь с искажённым звуком шипящего пламени.
Жгучая правота моих мыслей споткнулась о его гнев. Если физическое оружие бесполезно, то мне необходимо было использовать пламя, чтобы сжечь тьму!
– Готовься сдохнуть, Альмет! – произнёс я с гордыней, в горле раздаваясь приглушённый хрип.
Как же мне не хватало всепожирающего огня. Редкие мгновения, когда простое пламя становилось живым, воистину освободили себя от оков. Альмет, пытаясь удержать свою тьму, наблюдал, как его заклятия начинают таять под натиском пламени.
– Мы ещё встретимся с тобой, и я поквитаюсь за всё! – угроза жреца звучали, как прощальный зов, когда он превратился в сгусток тьмы и взмыл к потолку, вонзаясь в окно, как дымок из свечи.
Я покинул храм, фурор пламени затопил потемневшие стены, а обломки древности начали дрожать под натиском стихии.
– Вы в порядке, господин Дарго? – глухой голос Милени дотянулся до меня, и я ощущал её тепло, когда она прыгнула на плечи, выдавая звуки, как испуганный котёнок.
– Всё хорошо! – смотря на неё, смеющийся взгляд, встретился с её глазами.
– Что вы теперь думаете делать? – вопрос из моих уст был направлен на Аранольд.
– Вернусь в город и объясню ситуацию моему заказчику. Что-нибудь, да и придумаем, – ответила женщина.
– Если что, обращайтесь, – я, тяжело вздыхая, потёр лоб, словно осознав тяготы предстоящего пути.
– А вы что? – спросила Аранольд, указывая на меня.
– А я пока наслажусь багровым пламенем и вернусь в город. Вы, кстати, должны мне пятьдесят процентов от награды, – выговорил я с предельно широкой улыбкой, снимая маску с лица и выставляя наглый взгляд.
– Сочтёмся ещё, – фраза леди Аранольд разнеслась по воздуху.
Баба, берсерк покинула нас, отправившись в город, а я ещё две минуты наблюдал за прекрасным пламенем, что пожирал храм. Надеюсь, мне не придётся платить за это.
Глава 12. Свидание и воспоминания
Солнце лениво поднималось над горизонтом, прокладывая свою золотистую дорожку сквозь пыльные стёкла окна. Я лежал на краю своей кровати, рассматривая список своих статов, которые плавно возникли в воздухе, словно призраки. Каждый раз, когда я открывал их, меня охватывало странное волнение.
– 12-й уровень.
Здоровье 400, выносливость 390, мана 370.
– Статы, – тихо произнёс я, и цифры всплыли, как старые воспоминания, вновь оживая в этом мире.
– Сила: 70.
– Ловкость: 60.
– Сила магии: 50
– Мана: 45.
– Предчувствие: 62.
– Обман: 47.
– Убеждение: 47.
– Регенерация: 50.
– Стойкость: 50.
Я на мгновение завис, погружаясь в мир этих чисел. Недоумение сменилось гордостью. Наблюдая за своими достижениями, я чувствовал, как сквозь меня пробегает волна силы.
Также мне недавно дали одно очко умений для развития навыков и теперь у меня было их два. Была открыта ветка разрушения, и я получил новое заклинание.
Магия – дерзкая и могущественная сила, позволяющая управлять стихиями и творить чудеса. Открылась возможность изучить заклинание, «разрушительный шторм». Это заклинание создаёт сильнейший поток ветра и грозы, разрывая плоть врагов. Мне нравится орудовать кинжалом и мечом, но моя стезя – это магия. Я не мог не мечтать о том, как смогу применить новое заклинание и устроить фееричную мясорубку.
Лима и Милени мирно сопели под рядом на кровати, их лица были спокойны, словно они были частью этого удивительного мира. Вурса мирно лежала на столе, солнечные лучи грели её шерстяной бок. А вот Аранольд, обуревающая страстью берсерк, оккупировала вторую кровать в комнате, бросаясь диким сном, как зверь, готовый в любой момент ринуться в бой.
Что они ко мне липнут как джемы. Женщина заявилась вчера ко мне в комнату и отдала часть награды, после решила присоединиться к нашему отряду. Я хотел отказаться, но кровожадность этой бабы мне была по душе. Хоть не лезет в кровать ко мне как Лима и Милени.
Я заботливо убрал прядь волос с лица Милени, заставив себя улыбнуться – хоть с той единственной эльфийкой у нас были весьма необычные отношения. Она явилась в мою жизнь всё-таки не как зимняя метель, а как лёгкий дождь, что освежает и оживляет.
Восстав от сладкого дурмана, я осторожно выбрался из-под тёплого одеяла и направился на первый этаж гильдии. Нужно было позавтракать и хорошенько отдохнуть перед новыми свершениями. Порой мне казалось, что моя жизнь – это не просто набор характеристик, а хаос, который поглотил меня с новой силой в новом мире. Мне было интересно узнать свой предел здесь.
Спускаясь по старым скрипучим ступенькам, я почувствовал запах жареного цыплёнка и свежего хлеба, заставляя спешить к столу. За столом я расположился у окна, за которым разворачивался утренний потоп жизни, когда жители гильдии начинали двигаться и шуметь. Моё утро было погружено в спокойствие, пока в столовую не вбежала та, что была для меня загадкой. Милени, как всегда, излучала ауру безмятежности.
– Ты так тихо встал и ушёл, что я не заметила, – улыбнулась эльфийка, приподняв бровь, словно проверяя, не надумал ли я вновь ускользнуть.
– Не хотелось вас будить, – ответил я, пробуя сочный цыплёнок, щедро политый красным соусом и запивая элем.
Вкус напоминал мне о еде в моём мире. Еда была похожа, как и блюда, отличием, наверное, был вкус алкоголя.
– Знаешь, какой сегодня день? – спросила Милени, наклонившись ближе, несмотря на то что уже за завтраком я едва дышал.
Я покачал головой, не ведая о значении этой даты.
– День Нури-Алури, – произнесла она, и в её голосе звучала отголосок особой важности.
Я открыл рот, чтобы спросить, что значит это священное название. Мне были неведомы в новом мире все праздники или особые даты.
Милени, с её светлыми волосами и безмятежным обаянием, словно ожившая картина произнесла:
– Сегодня день влюблённых!
– Какой день? – не удержавшись, произнёс я, озадаченно глядя в её светлые глаза.
В них отражалась искренность, которая наполняла сердце тёплом. Наблюдая за её реакцией, я почувствовал, как в груди разрастается что-то, не поддающееся объяснению, вроде предвкушения чего-то важного. Эльфийка продолжала говорить, и, как будто указывая на бескрайние горизонты, которые я сам никогда бы не смог ощутить.
– В этот день мужчины и девушки проводят весь день вместе, едят всякие вкусности, гуляют и рассказывают о себе, – проговорила Милени, её лицо слегка покраснело от смущения.
Я заметил, как румянец придавал ей ещё большую привлекательность, делая её взгляд более томным и загадочным.
– Что ты хочешь сказать этим? – спросил я, чувствуя, как внутри меня растёт любопытство.
Её ответ, как лёгкое дуновение ветра, задело мою душу в самое сердце:
– Я хочу пригласить вас сегодня провести день со мной. Я ваша должница. Вы спасли меня не раз, и тогда в храме, если бы вы не остановили рукой кинжал убийцы, я бы погибла. Мне хочется вас просто отблагодарить.
В её глазах заиграли искорки, полные искренности. Я не мог сдержать растерянности. Она права. То, что произошло тогда, когда я в последний миг спас её жизнь, до сих пор будоражит мои мысли.
– Хорошо. Я согласен, – вымолвил я, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с волнующими её предложениями. – Всё равно ничего сто́ящего по заданиям нет на доске для нас.
– Отлично! – её голос зазвучал, как колокольчик, наполняя меня радостью. – Оденьтесь поприличней и не надо надевать доспехи, это свидание, а не разборка с разбойниками. И оружие не берите с собой!
Эта фраза поколебала мой разум и вызвала шутливую замешанность. «Свидание»? снова обронил я в мыслях. Слово казалось чужим, но в то же время давало мне надежду.
– Хорошо! – кивнул я, погружаясь в свои мысли о том, какую одежду мне выбрать, чтобы впечатлить Милени. Я поднялся в комнату, открывая шкаф и изучая его содержимое. В это время наш разговор был прерван.
– Что ты ищешь? – спросила Лима, свисающая с кровати рядом и игриво подмигивающая мне.
В тоне девушке проскользнуло лёгкое подсмеивание, и на секунду моё раздражение взорвалось.
– Приличную одежду! – рявкнул я, пытаясь вернуть к фокусировке свои мысли.
Неожиданно, как будто тень пробежала по лицу Лимы, глаза девушки стали игривыми, в них проскользнула искорка интриги.
К ним присоединилась Вурса. Её изогнутая кошачья фигура привлекала внимание.
– Ого, кто-то на свидание собрался! И кто твоя вторая половинка? – спросила Лима.
– Господин Дарго нашёл себе пассию? – к разговору тут же подключилась леди Аранольд.
«Не начинай», – пронеслось у меня в голове, как предостерегающий шёпот. В это мгновение в разговорах и шутках мне стало невыносимо. Я не хотел быть средством для весёлых комментариев их преданного коллектива.
– Да чтоб вас! – воскликнул я, понимание, своего волнения и смешанные эмоции нарастали до предела. – Милени сказала сегодня праздник и позвала на свидание просто чтобы отблагодарить за всё.
Эти слова эхом отзывались в моих мыслях, но меня уже не интересовали дамские шутки; их неуместные реплики грозили испортить все ожидания. Каждый взгляд, каждое подмигивание, словно стрелы в мою душу.
– А я думала, вы не краснеете, – вставила Вурса, её дерзость бросала вызов.
Внутри меня закипала буря.
– Вы хотите Милени больше, чем меня? – поинтересовалась Лима, свисая с кровати почти оголив свою пышную грудь.
– Так, что за разврат опять! – вымолвил я, чувствую, как напряжение парадоксально тянет с собой. Лима, непокорная как вихрь, прервала экран моих мыслей.
– Лима, прикройся! – произнесла Аранольд.
– Ой, что ты заладила, у само́й грудь плоская и показать нечего, – вырвалось из девушки как издёвка.
– Я тебя сейчас порублю на куски! – выкрикнула женщина.
– Хватит! – наконец воскликнул я, поднимая руки.
В голове у меня было только одно: «Скорее одеться и уйти! Пусть они делают что хотят»!
Я стремительно одел белую рубашку с серыми штанами, поверх накинул коричневую кожаную куртку. Приведя себя в порядок, быстро схватил кинжал и спрятал оружие за спину, отгоняя всё лишнее, как плохие мысли. Ощущая вихрь эмоций, я покинул комнату.
Солнце уже находилось в зените, его золотистые лучи колыхались по крышам города. На выходе из гильдии авантюристов меня уже ждала Милени. Она была в красивом лёгком платье зелёного цвета. Волосы аккуратно уложены, а на ногах белые туфли. Она вкусно пахла, и её глаза были наполнены восторгом.
– Ты выглядишь великолепно, – вырвалось у меня в тот миг, когда время будто остановилось.
Её белоснежная улыбка ответила мне, наполнив атмосферу теплом.
– Спасибо, – мягко произнесла она. – Нечасто вас увидишь без доспехов и оружия. Вы выглядите тоже отлично.
Мы направились к берегу озера, недалеко от небольшой лавки с ароматами свежей выпечки и специй. Утки, в своём непринуждённом спокойствии, словно охраняли это место.
Терраса, на которой мы уселись, была полна жизни. Шумные разговоры, смех парочек, лёгкий шёпот ветра… Вдруг перед нами поставили десерт – красивую вазу со сладким кремом и сочными фруктами.
– Пробуй, это невероятно вкусно, – побуждало меня лицо Милени, её искренний интерес вызывал ответную нежность.
Когда я попробовал первый кусочек десерта, тело отпустило напряжение, это было очень вкусно. Мы вновь смотрели друг на друга, улыбаясь и флиртуя. Не буду врать, в этот момент моя пустая душа почти ничего не чувствовала, вот именно почти. Что-то пробивалось из глубин моего нутра, и это меня пугало.
– Какая у вас мечта? – спросила эльфийка, и я вдруг понял, как сложно на такое простое, на первый взгляд, вопрос ответить.
Мысли скатились к прошлому, и, не успев остановиться, я вспомнил: как семилетнего меня унесли в мир страха и боли.
Ночь опустилась чёрной мглой. Я, маленький, испуганный мальчик, очнулся в мире, полном мрака. Обезумевший за стенами нечеловеческими существами и чёрной магией, где каждый шорох заставлял замирать сердца. Я был игрушкой в руках колдуна, его про́клятым увлечением. Его ржание резало воздух, заполняя его зловещим шёпотом. Меня использовали ради жестоких экспериментов; я был простым ребёнком среди равнодушных демонов. В первую неделю я потерял пол-уха, пару зубов, литр крови и палец на ноге. Мои плечи сковывал груз страха: дни без еды, ночи, полные мучительных воплей, и не единой надежды на спасение.
Воспоминания о том времени до сих пор оставались как распятые ужасы в моём сердце. И я вспоминал, как долго голод толкал меня к ужасам: крысы стали единственным источником жизни. Я чётко помнил, как однажды придушил одно из этих существ, его тепло сочеталось со звуком, противным самому ужасу. Я чувствовал, как задыхался у меня в руках, а сил было лишь на один шаг – шаг к жизни.
Спустя годы пыток, когда надежда почти исчезла, вышел я на путь мести. Тот, кто сломал мою жизнь, казался беззащитным, пока не почувствовал холодное ужасающее лезвие. Тот момент, когда заточенная ложка вошла в горло колдуна, притянул меня обратно в мир, но уже без страха.
Мне оставалось вернуться в родительский дом, ожидая, что они будут рады, снова меня увидеть. Но я узнал жестокую правду, родители продали меня колдуну, так как на меня приходилось тратить много еды. И я в ярости преданный своими близкими, проткнул отца вилами. А матери я перерезал её горло. Старший брат, увидев это, попытался меня убить. Он замахнулся топором и нанёс удар по мне. Я лишился пальца на руке. Но после я достал заточенную ложку из кармана и воткнул ему в глаз. Все они были предателям и лжецами. Лишь моя младшая сестра была безвинна. Я сжёг дом, а сестру отнёс в монастырь. Оставалась одно, вернуться в башню чёрного колдуна.
В мрачной башне, укрытой от глаз мира, я нашёл свой путь. Годы, проведённые в упорном изучении запретных искусств, принесли свои плоды. Я овладел магией, могуществом, которое превзошло все мои ожидания. Бог Разрушения и Хаоса, чьё имя я не смею произносить вслух, стал моим покровителем. Благословение свыше стало основой для создания культа, целью которого стало не просто завоевание, а становление нового миропорядка – мира, омытого хаосом, лишённого мелких раздоров и бессмысленных войн. Моя цель – единый мир, правда, очищенный пламенем абсолютного хаоса. Это не утопия, а высшая форма гармонии, которую я вижу.
Эти мысли пронеслись в моей голове, пока я разговаривал с Милени.
На вопрос о моей мечте я ответил честно, без прикрас:
– Моя мечта – получить всё! Я хочу, чтобы мои близкие не знали горя, а я – страха.
Милени, эльфийка с необыкновенной красотой и силой духа, внимательно слушала, глаза девчонки отражали смесь изумления и сочувствия.
– А какова твоя мечта? – спросил я.
Собственная мечта эльфийки, высказанная со слезами на глазах, была проста и болезненно человечна:
– Очистить имя своей семьи и вернуться на родину.
В словах Милени чувствовалась глубокая печаль, несправедливость обиды.
Я протянул руку, взял её ладонь. Её кожа была нежной, холодной, как ледяная роса.
– Когда-нибудь мы посетим твою родину, и там узна́ют о великой авантюристке и целительнице всего континента, – обещал я, и в этот момент произошло нечто неожиданное.
Наши губы встретились в нежном поцелуе. Милени мгновенно отстранилась, заливаясь румянцем.
– Простите, господин Дарго! Мне не хотелось вас смутить.
Её извинения были искренними, и я улыбнулся, успокаивая её.
– Ничего страшного, прощаю, – сказал я.
Вечер мы провели, кормя уток в городском озере. Разговор тёк легко, словно река. Когда мы возвращались в гильдию, улицы уже освещались фонарями. Решив сократить путь, мы свернули в узкий переулок. И здесь меня посетило ощущение опасности, как удар током. Чем больше я получал очков к предчувствию, тем сильней работало моё шестое чувство.
Из тени вышли шестеро бандитов, лица которых скрывали грязные куски ткани. Самый крупный из них с рубцом над глазом, грубо преградил нам путь.
– Эй вы, влюблённая парочка! Гоните деньги! – прорычал он.
Я сжал кулаки.
– Валите прочь, если вам жизнь дорога! – ответил я, голос мой прозвучал холодно и твёрдо.
– Шестеро против одного… какой пустяк. В моих жилах текла ярость, и я был готов использовать её для защиты Милени.
Предводитель банды, грубый тип, ухмыльнулся, бросая вызов:
– Да ты шутник. Нас здесь шестеро, а ты один. Гони деньги, если не хочешь, чтобы мы позабавились с твоей подругой.
Первый, потянувшийся мужчина к Милени, успел лишь почувствовать ледяную сталь, прежде чем его ладонь отлетела, фонтанируя кровью на стену. Крики боли смешались с воплями ужаса, когда мой стремительный удар лишил второго бандита, кинувшегося на меня с деревянной дубинкой голеней. Он рухнул, издавая нечленораздельные звуки.
– Монстр! – раздалось отчаяние, и бандиты, забыв о своей первоначальной цели, бросились врассыпную.
Я уже приготовился к погоне, готов был преследовать и уничтожить каждого, но Милени, лицо которой было забрызгано кровью, схватила меня за руку.
– Не надо! Вы выше этого, – прошептала эльфийка, голос ей был полон непонятного мне сострадания.
С трудом сдерживая свою ярость, я достал из кармана кусок грубой ткани и вытер ей кровь с лица девчонки. Кожа Милени была нежной, и я почувствовал, как в моей груди что-то дрогнуло.
– Хорошо. Пойдём обратно в гильдию, – произнёс я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри меня бушевала борьба.
Улыбка, которую я попытался изобразить, вышла неестественной, напряжённой.
Я столкнулся с непоколебимым милосердием Милени. Она, не задумываясь, использовала свою эльфийскую магию, чтобы залечить раны тех, кто только что пытался её убить. Это был поступок, который нарушал все мои представления о справедливости и отмщении. Видеть, как моя спутница прикасается к своим недавним мучителям, вызывало во мне диссонанс, пошатнув веру в свою систему ценностей, построенную на кровавом законе.
Но я не откажусь от своих убеждений никогда.
