Текст книги "Chemical Wedding (СИ)"
Автор книги: Vilriel
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 88 страниц)
По мере речи МакГонагалл лицо у Иванны изумлённо вытягивалось. Вот так заявочки! Интересно… С чего вообще МакГонагалл пришла в голову вся эта ересь? Хозяин Кабаньей головы – осведомитель Дамблдора? Или МакГонагалл в курсе Иванниных ночных приключений? Или что-то другое? Если да – то что? Тронуться можно…
– Минерва, вы меня нокаутировали, честно говоря, – развела руками Иванна. – Я понимаю, наверное, ваше беспокойство… Но, поверьте, оно совершенно беспочвенно. Не знаю, что именно заставило вас подозревать меня в желании, кхе-кхе, вскружить профессору Снейпу голову, но, как бы невероятно это ни звучало, у меня к нему интерес исключительно профессиональный, – она посмотрела в глаза МакГонагалл со всей искренностью, на какую была способна. – У меня сейчас застопорились важные исследования, отчего я нахожусь на грани помешательства. На профессора Снейпа я возлагаю огромные надежды: если кто и способен мне помочь – так это он, я уверена.
МакГонагалл кивнула.
– Я ещё раз прошу прощения, – вздохнула она. – Вы же понимаете, я давно знаю Северуса, ему досталось по жизни. Я желаю ему только добра… Потому, вероятно, перегибаю.
– Ну что вы, я всё понимаю, – улыбнулась Иванна. – Не беспокойтесь.
На этом доверительная беседа завершилась, и МакГонагалл, попрощавшись, удалилась. Оставшись одна, Иванна долго чесала затылок, но так и не пришла ни к каким выводам. По всем выкладкам выходило, что МакГонагалл добивалась как раз диаметрально противоположных результатов… Совершенно очевидно, что любая девица после таких речей непременно побежала бы охмурять Снейпа, теряя тапки: либо купившись на слова о «тяжёлой судьбе» и «страданиях», либо же из чувства банального противоречия. Иванна отказывалась верить, что явно не глупая МакГонагалл это не учла, при том, что на сводницу она категорически не похожа. Понимать происходящее Иванна отказывалась.
========== Глава 22 ==========
2 октября – 3 октября.
Преподавательская комната – библиотека – кабинет Снейпа – комната Иванны – Кабинет Зелий.
Продолжая ломать голову над странным пассажем Минервы, Иванна успела накропать для Смитов резюме предстоящих работ, их примерный план и краткий список полезной литературы для справок. После этого, наспех пожевав прихваченных в кухне пирожков, она переместилась в библиотеку – которую, к счастью, нашла без проблем.
Там, под бдительным оком мадам Пинс, обложившись несколькими объёмистыми словарями – в том числе двумя руническими – она совершенно потеряла счёт времени. Свой рабочий стол она покидала четырежды. Один раз, чтобы дать свободу выпитому чаю, и три раза – до Запретной секции за нужными книгами, в одной из которых, к своему неописуемому счастью, нашла часть тех сведений, что она как раз собралась переводить с древневаллийского. В Запретной секции обнаружился сборник старинных рецептов зелий, предназначенных для введения человека в состояние, близкое к анабиозу, с английским подстрочником; не самый современный английский – правда, вполне удобочитаемый. Второй увлёкшей её книгой был фолиант с неизданными черновиками Гермеса Трисмегиста, третьей – небольшой трактат об отвратительном на взгляд Иванны исследовании: неизвестный ей шотландский колдун изучал продолжительность жизни двух своих собак, подмешивая им в еду растения разной степени ядовитости. Черновики Трисмегиста её заинтересовали набросками оригинальных методик очистки реагентов, а записи злобного шотландца (как окрестила про себя колдуна Иванна) – упоминаниями ряда интересных растений, произрастающих в Англии.
Основательно зарывшись в бумаги, она почти полностью игнорировала окружающую действительность, только изредка краем сознания отмечая появление в библиотеке то одного, то другого ученика. Кто-то приходил сдать книгу, кто-то – взять, реже ученики оставались в библиотеке, подобно Иванне обложившись книгами и свитками.
Погружённая в древние тексты, Иванна здорово удивилась, когда в зале, распугивая припозднившихся учеников, возник Снейп и поинтересовался, знает ли она, что сейчас половина девятого и что ужин ей уже не светит. Насчёт ужина Иванна совершенно не расстроилась, так как прекрасно приспособилась есть на кухне, о чём немедленно сообщила Снейпу.
– Впрочем, спасибо, что меня пнули, я могла так до утра просидеть, очень уж занятно, – сняв очки, она принялась тереть уставшие глаза. – К счастью, я тут успела набросать план для наших девушек. Надо как-то им передать.
– Если вы не откажетесь помочь мне завтра с заготовками для больничного крыла, как раз вручите, – предложил Снейп.
– Да, я с удовольствием, – кивнула Иванна, надев очки и решительно закрыв мемуары злобного шотландца. – Надо, так сказать, устроить себе небольшую разминку перед тем, как приступать к серьёзному делу. Вы не подумайте, будто я считаю зелья для лазарета чем-то несерьёзным, однако ж средство от насморка приготовить несравнимо проще…
– Я вас понял. Впрочем, это всё лирика. Я искал вас, чтобы пригласить на стаканчик противолунатического зелья, – сообщил Снейп.
– Ой, я опять всё на свете забыла. Очень мило с вашей стороны, – оживилась Иванна.
– Мило или не мило – понятия относительные, я просто желал бы выспаться перед учебной неделей, – кисло заявил Снейп. – Если вы не возражаете.
Он дождался, пока Иванна соберёт свои папки, и сопроводил её в свой кабинет, где выдал целых два стакана: один с противолунатическим, второй – с укрепляющим зельем, про которое Иванна тоже напрочь забыла, и тщательно проконтролировал, чтобы она приняла всё до капли. Иванна полностью отдавала себе отчёт, что далеко не каждый будет рад, если по нему среди ночи начнёт топтаться здоровенный кошак, однако эта чрезмерная забота коллеги чрезвычайно веселила.
– А вы вообще как больше по жизни – собачник или кошатник? – поинтересовалась она, отставляя второй стакан.
– Всё зависит от того, чья это анимагическая форма, – зловеще ответил Снейп, мрачно косясь на Иванну.
Та прохихикалась и очень вежливо спросила:
– Ну, теперь я могу отправляться ко сну?
– Присядьте пока, мне нужно полчаса – понаблюдать вашу реакцию. Я немного скорректировал оба зелья, чтобы они наверняка подействовали, – Снейп указал ей на стул, после чего тоже сел.
– Нет, ну как вам это нравится! – возмущённо всплеснула руками Иванна, следуя его приглашению. – А заранее меня нельзя было предупредить? Вдруг вы в рецептуру включили что-то, на что у меня аллергия?
– Вас послушать, так у вас аллергия на всё, куда ни ткни, – поморщился Снейп.
– Ну, не на всё, но на несколько распространённых вещей, – поправила Иванна.
– Да, малахитовый корень – это просто невероятно распространённая вещь! – кивнул Снейп. – К тому же, кто вам сказал, что я менял состав? Я всего лишь немного скорректировал методику приготовления и дозы ингредиентов.
– А, ну тогда ладно, – успокоилась Иванна.
Не то, чтобы она действительно испугалась аллергических реакций, просто старалась поддержать высокоинтеллектуальную беседу.
Чтобы скоротать время, Снейп предложил ей развлекательное чтиво в виде эссе пятикурсников, предложив ей угадать, кто из них ни за что не продолжит изучать Зелья на шестом курсе. Вдоволь поухмылявшись над содержанием и даже иногда над формой произведений, она уверенно выбрала девять осмысленных и вменяемых работ, а остальные отодвинула в сторону как забракованные. Снейп похвалил её проницательность, но заявил, что в отношении одного из отобранной девятки (гриффиндорца, к слову сказать) у него пока есть большие сомнения. В перерывах между Иванниными чтениями, которые, кстати, длились раза в два дольше предполагаемого получаса, он не забывал проверять реакцию её зрачков, считать пульс и оценивать общее состояние подопытной, делая отметки в записной книжке. Признав состояние Иванны удовлетворительным, он, наконец, соизволил отправить её спать.
Иванна, прихватив папки, удалилась к себе, позёвывая и тихо радуясь опустевшим коридорам. До своей комнаты она добралась уже в полусонном состоянии, автоматически сунула папки на свободную полку шкафа, вытащила из бельевого узла фланелевую пижамку и облачилась в неё. Зелья-зельями, а так спокойнее. И теплее.
В постель она рухнула, снова пожалев, что не спросила МакГонагалл про возможность замены постельного белья.
Иванна проснулась, когда лучи осеннего солнца полностью осветили комнату. Выспалась она в кои-то веки просто замечательно, потому и чувствовала себя соответствующе. Она посетила ванную и, одеваясь, прикинула планы на день. По итогам размышлений она сложила в карман вчерашние резюме для Смитов, уменьшила лабораторную мантию и также сунула её в карман, после чего с чистой совестью отправилась на кухню. Домовики, похоже, привыкли к ней окончательно и уже не реагировали на её появление суматошной беготнёй.
Как только Иванна закончила с завтраком, перед нею возник престарелый домовик и сообщил, что профессор Снейп просит её зайти в башню Рэйвенклоу за мисс Смит, после чего спуститься в кабинет Зелий. Иванна поблагодарила домовика и отправилась выполнять ответственное задание.
…Мисс Хоуп Смит, облокотившись на преподавательский стол в кабинете Зелий, сосредоточенно изучала список зелий, которые было необходимо приготовить для лазарета. В то же время её декан в кладовой раздражённо позвякивал склянками, сопровождая свои действия едкими комментариями. Слышимость была весьма посредственная, но девушка точно знала, что комментарии носят исключительно риторический характер, а подходить и переспрашивать – бессмысленно и даже вредно. Благодаря особому навыку, развиваемому слизеринцами в течение первых лет учёбы, она довольно точно отличала, где подлинное раздражение, а где – нормальное рабочее брюзжание.
Входная дверь кабинета открылась, впуская в помещение мисс Тори Смит и доктора Иванну Мачкевич. Хоуп, приветствуя их, повернулась и удивлённо осеклась. Доктор Мачкевич имела вид недовольный, фыркала через равные интервалы времени и пожимала плечами. Сокурсница Хоуп утирала слёзы и безуспешно боролась с приступами хохота.
– Что за цирк? – угрожающе вопросил Снейп, высунувшись из кладовой.
– Ой, извините, – Тори сделала было серьёзное лицо, секунду удерживала это выражение, но потом махнула рукой и принялась смеяться.
– Сами в следующий раз за ней заходите, – буркнула Иванна. – У них Страж неадекватный!
– О, вам Страж какую-то неправильную загадку загадал? – заинтересовалась Хоуп.
– Оно меня спросило – что общего у ворона и конторки, – фыркнула Иванна.
– А вы что ответили?
– Я ответила «потому что гладиолус»! – свирепо сообщила Иванна. – И хватит ржать, какой вопрос – такой ответ! – рявкнула она на Тори, не произведя, впрочем, на ту никакого впечатления.
– Самое главное, у Стража произошла истерика, и доктор Мачкевич получила доступ в нашу гостиную! – Тори смогла слегка успокоиться, и настал черёд её сокурсницы хохотать. – Хорошо, в общей гостиной только старшекурсники были, младшие от потрясения не скоро оправились бы.
Снейп скрылся в кладовке с выражением лица, которое ясно сообщало, что, не будь у него более важных дел, он бы обязательно покрутил пальцем у виска.
– Хватит уже ржать, честное слово, – шикнула на девиц Иванна. – Откуда я знала, что нужно отвечать что-то серьёзное?!
– Да не нужно серьёзное, – Тори зажмурилась и мотнула головой. – Надо оригинальное, остроумное, да и вообще… Ай, да какая разница. Надеюсь, Страж не сломался.
Комментарий к Глава 22
Собственно, в этой главе внимательный читатель может, если очень захочет, придраться к незначительному маггловскому анахронизму 8)
========== Глава 23 ==========
3 октября, 1993 г., воскресенье.
Кабинет Зелий.
– Ну-с, что тут у нас? – спросила Иванна, переодеваясь в лабораторную мантию.
– Да ничего особенного, – отсмеявшаяся Хоуп перевела взгляд обратно на список. – Перцовое зелье, Укрепляющее, Кроветворное, Костерост, мазь от ожогов, от синяков, от шрамов, от порезов, Умиротворяющий бальзам, ну и так далее.
– Стандартный набор для поддержания детишек в целостности и сохранности, – пояснила Тори.
– Ничего себе тут у вас веселье! – слегка обалдела от услышанного Иванна. – И мне Дамблдор после это пусть хотя бы попробует что-нибудь сказать о диких нравах Дурмштранга! Если у вас тут, с поправкой на численность контингента, ежегодно расходуется запас зелий по этому списку… – она развела руками.
Хогвартские ученицы переглянулись и синхронно пожали печами. Иванна перебросила свою повседневную мантию через спинку преподавательского стула и признала себя готовой к труду и обороне.
– А что это там профессор Снейп застрял в кладовой? – спросила она.
– Выбирает ингредиенты, – ответила Хоуп.
– Коллега, чем это вы там в одиночку звените? – крикнула Иванна в сторону кладовой. – Вам помочь?
– Джина здесь нету, не беспокойтесь! – ответствовал Снейп.
– Вредина, – проворчала она.
– Я всё слышал! – угрожающе прозвучало в ответ. – Соберите пока нужное оборудование, раз вам неймётся.
– С этого и надо было начинать. Нет, обязательно нужно меня упрекнуть в беспробудном пьянстве, – пожаловалась она девицам, те сочувственно покачали головой. – Ну, что, поехали. Дамы, показывайте где тут что… Кстати, коллега! .. – поворачиваясь в сторону кладовой начала она и осеклась, вздрогнув: неслышно подошедший Снейп находился в нескольких шагах от неё, держа в руках по штанглассу тёмного стекла.
– Не обязательно так голосить, я же сказал – со слухом у меня всё в порядке, – невозмутимо заметил он, ставя штанглассы на свой стол.
– Я хотела спросить, с какого зелья начнём? – с той же невозмутимостью спросила Иванна, принципиально не сообщая ему своих мыслей касаемо дурацких шуток.
– С Перцового. Его нужно больше остальных, ученики постоянно простужаются, – ответил Снейп, удаляясь обратно в кладовую.
– Не удивительно, вот пройдёт такой мимо, – вполголоса прокомментировала Иванна, указывая головой в сторону скрывшегося Снейпа, – одарит ледяным взглядом – волей-неволей простудишься.
– Коллега, я по-прежнему всё слышу!
– Вашему слуху, коллега, я нечеловечески завидую!
– Может быть, пока вы упражняетесь в остроумии, мисс Смит организуют рабочий стол?
Мисс Смит с готовностью достали палочки, и после пары минут их слаженных действий ученические столы были выстроены в один длинный широкий стол, а стулья сдвинуты в угол.
– Декан, сколько котлов выставлять? – поинтересовалась Хоуп, заглядывая в кладовую.
– Три чугунных на пять пинт, – ответил Снейп, всучив ей прозрачную банку с чёрным порошком. – Это мне на стол.
Вскоре на составном столе собралось всё необходимое для приготовления Перцового зелья. Перед тем как приступить к работе, Снейп ещё раз проверил комплектность ингредиентов и назначил Смитов ответственными за их нарезку.
Иванна, меж тем, собрала волосы в пучок на затылке и, поискав по карманам мантии, почувствовала себя дурно; в одном из карманов должен – просто обязан! – был находиться платок, под который можно было собрать волосы. Платка не обнаружилось. Снейп, заметив как вдруг спала с лица Иванна, поинтересовался, нормально ли она себя чувствует и не нужно ли ей антипохмельного зелья. Иванна набрала было воздуха, чтобы всё же выдать назидательную лекцию об уместном юморе, но в следующий момент обнаружила, что паника отступила, и молча выдохнула. После того памятного случая со взрывом она стала излишне остро реагировать на некоторые вещи, связанные с техникой безопасности.
– Девы, у вас не найдётся ненужного шарфа или косынки? – пожевав нижнюю губу, спросила она. – Мне необходимо волосы прикрыть.
– Нет! – хором ответили Смиты, виновато разведя руками.
– Коллега, может быть, вы меня выручите? – умоляюще посмотрела Иванна на Снейпа. – До моей комнаты далеко идти.
– Вы уверены, что это необходимо? – Снейп поморщился, будто она попросила чего-то совсем противоестественного.
– Да, – твёрдо кивнула Иванна. – У меня комплекс. Фобия, если желаете.
– Не желаю, – раздражённо заявил Снейп, покидая кабинет.
Несколько минут спустя он вернулся и молча вручил Иванне нечто, при ближайшем рассмотрении оказавшееся шейным платком в слизеринскую зелёно-серебряную полоску. Иванна, рассыпаясь в благодарностях, повязала его на манер банданы и окончательно успокоилась.
– Ну, всё, теперь я точно готова, – объявила она, потирая руки.
Работа закипела. Иванна, истосковавшаяся по работе в приличных условиях, находилась в упоении. Она порхала от котла к котлу, едва слышно напевая себе под нос; ингредиенты летели в котёл и смешивались словно бы от одного её взгляда. Это была её стихия. Пребывая в приподнятом настроении, Иванна стала расспрашивать девушек о них самих. Оказалось, что их знакомство состоялось в Хогвартс-Экспрессе. Они были весьма удивлены, когда выяснилось, что живут на соседних улицах. Семьи их являются древними и уважаемыми, при этом поддерживая довольно тесный контакт с магглами. «Междомовую грызню» девушки не очень понимают, оттого всерьёз не поддерживают, и это, как ни странно, не делает их изгоями в собственных Домах. Когда окружающие слышат, как «ласково» девушки друг друга величают – например «унылой занудой» и «заносчивым пресмыкающимся», у них не остаётся сомнений, что это совершенно реальный яд. Иванна, продолжая размешивание уже во втором котле, линию поведения девушек похвалила и завещала продолжать в том же духе. Снейп тем временем занялся подбором компонентов для следующего зелья, для чего вновь удалился в кладовую.
Перемешивание было процессом медитативным, потому, приступив к третьему котлу, Иванна невольно принялась тихонько напевать югославскую народную песню, дабы никого не отвлекать текстом. Пела она, как ей казалось, ещё тише, чем в первый раз, но Тори, которая как раз поднесла ей растёртую в порошок корицу, её обескуражила.
– Zaspo Janko pod jablanom, Mile moje drage, Lepe moje crne oči, Pogledajte na me…
Не успела она допеть первый куплет, как Тори странно хрюкнула и украдкой стрельнула глазами в сторону кладовой.
– Извините, ассоциации, – она моментально вернула себе серьёзное выражение лица.
– Угу, ты ещё скажи, что по-сербски понимаешь, – не поверила Иванна.
– По-сербски не понимаю, но у меня прабабка по материнской линии – русская и любит классические романсы. Ну, знаете… очи чёрные, очи страстные… – напела она по-русски с сильным акцентом, после чего тихонько хихикнула. – Слова звучат похоже. Или я неверно расслышала?
– Верно, – до Иванны, наконец, дошёл ассоциативный ряд Тори и она, порадовавшись, что Снейпа сейчас нет поблизости, рассмеялась.
– Опять цирк начинается, – донёсся комментарий из кладовой.
Хоуп отложила нож и, скрестив руки на груди, возмущенно уставилась на меломанок, в ультимативной форме потребовав объяснить, в чём веселье. Тори подошла к подруге и, укрывшись одним из вариантов изолирующего звуки заклинания, пояснила ей про упоминание в песне прекрасных чёрных глаз, заодно пересказав краткое содержание классического романса. Хоуп по мере усвоения информации ухмылялась всё шире. Иванна, глядя на предпринятые меры предосторожности, одобрительно кивнула.
Когда Снейп вернулся из кладовой с охапкой флаконов и холщовых мешочков, все трое в кабинете уже успели принять деловой вид, который, впрочем, ни в коем разе не усыпил его подозрительности. Иванна забеспокоилась было, что он сейчас живо выяснит, что тут происходило в его отсутствие и обидится, но понаблюдав, как девушки с самыми невинными выражениями лиц старательно отводят взгляды, успокоилась. Очевидно, жизнь уже научила их элементарным способам противостоять легилименции.
Через несколько часов перцовое зелье было готово; желающих его опробовать не нашлось, потому вся команда немедленно приступила к приготовлению двух котлов мази от синяков. Откровенно говоря, в ней Иванна не видела вообще никакой необходимости (сколько она себя помнила, на её коже постоянно присутствовали синяки в количестве от трёх до бесконечности, и никогда они её не беспокоили), но выражать своё недоумение не стала – надо, значит – надо.
Тем более, сам процесс приготовления увлекал. Давно ей не доводилось работать со столь толковыми людьми. Смиты всё схватывали на лету, не упорствовали в своих заблуждениях, моментально исправляя и принимая к сведению редкие недочёты.
Что же до Снейпа, так тот, как и предполагала Иванна, показал себя идеальным напарником для работы в лаборатории. Короткие язвительные пикировки на тему наилучших способов сделать ту или иную работу совершенно не мешали слаженно и почти синхронно готовить каждому свою порцию мази. Финальная стадия процесса требовала энергичного перемешивания полученной густой массы до идеально однородного состояния при помощи стеклянной лопатки. Иванна к перемешиванию приступила чуть раньше коллеги и краем глаза заметила, что он оглядывает стол в поисках второй лопатки. Вспомнив, что кто-то из Смитов для чего-то позаимствовал её, она бессознательно считала со Снейпа нужный мыслеобраз и, не переставая помешивать, дотянулась до шкафа. Там, не глядя выдвинув один из ящиков, она добыла необходимый инструмент, передала её коллеге, удостоившись короткого «спасибо» с его стороны, и мыском ботинка вернула ящик на место. Три минуты спустя, когда она была готова разлить готовую мазь по заботливо выстроенным Смитами банкам, используя полы мантии в качестве прихватки, в неё полетела проволочная конструкция для удержания котла, которую она поймала также почти не глядя. Закончив с фасовкой, она перебросила прихват обратно Снейпу, который как раз закончил размешивание. Тот поймал его свободной рукой, не отрывая взгляда от своего котла.
Укупоривая банки с готовой мазью, Иванна ощутила идущие от Смитов, которые, надо сказать, наблюдали за их трюками во все глаза, волны восхищённого изумления. Она проанализировала последние события и глубоко задумалась – как бы ей в собственной лаборатории обзавестись личным Снейпом? Это было всё равно, как если бы она отрастила дополнительную пару рук и глаз. Да и от парочки личных Смитов, пожалуй, не отказалась бы.
– Ну-с, есть добровольцы? На ком испытывать будем? – вопросила она, дабы отвлечься от сложных дум. – Ладно, так уж и быть, я доброволец, – она вдруг вспомнила, что утром во время водных процедур заметила, что на её правом запястье расцвёл совершенно восхитительный «браслет» – наследие её ночного приключения. Перехватывая тогда её руку, Снейп был настроен весьма решительно.
Этот синяк, как, собственно, и любой другой, её совершенно не беспокоил, удалять его было даже жалко – с глубокого детства Иванну завораживали метаморфозы цвета гематом, а свежий экземпляр как раз входил в самую красочную свою фазу. Естествоиспытатель в ней, однако, желал немедля опробовать свежеприготовленную полупрозрачную синеватую сильно пахнущую мятой субстанцию, потому она решительно подтянула вверх рукав сначала мантии, а затем и водолазки. Перехватив взгляд Снейпа, внимательно следящего за её действиями, она продолжила:
– Это ерунда, кожа тонкая – постоянно их цепляю. Не беспокойтесь.
– Даже и не думал, – буркнул он. – Позвольте вашу руку. Рукав придерживайте.
Одной рукой он взял её за предплечье, второй зачерпнул на стенке одного из котлов остатки мази и с выражением лица, которое можно было истолковать равно как сосредоточенность и как досаду, стал аккуратно наносить мазь на синяк. Когда он добрался до внутренней стороны запястья, Иванне стоило больших трудов не начать извиваться и хихикать. Только благодаря тому, что Снейп цепко удерживал её руку, она заставила себя стоять смирно. Успев ознакомиться с его хваткой, она могла с уверенностью предположить, что такими темпами мазь имеет шанс очень скоро закончиться. Получив свободу по окончанию процедуры, Иванна вытянула руку перед собой, чтобы все смогли наблюдать, как постепенно тёмно-синие переливы бледнеют и исчезают с её кожи.
– Ну, что и требовалось доказать – безупречно, – резюмировала Иванна, стирая остатки приятно холодящей кожу мази и опуская рукав. – Что там у нас дальше?
========== Глава 24 ==========
3 октября, воскресенье.
Кабинет Зелий.
Работа продвигалась бодро и весьма продуктивно. Не прошло и пяти часов, как список мадам Помфри окончательно иссяк. Дождавшись, пока Снейп разложит по трём сундучкам результаты дневных трудов, Смиты принялись за уборку кабинета. Иванна захватила преподавательский стул (поскольку это был единственный в кабинете стул со спинкой) и, сев на него верхом, с удовольствием стала наблюдать за их действиями, положив подбородок на спинку стула. Снейп, заперев сундучки, уменьшил их и отправился в больничное крыло сдавать колдомедику.
В его отсутствие Иванна разучила с начавшими мытьё лабораторной посуды девицами «Заспо Янко», настрого запретив им петь эту песню при Снейпе. Не было никаких гарантий, что он точно не знает ни сербского, ни русского, так что рисковать не стоило. Хоуп подтвердила, что декан её – человек разносторонний, так что гарантий нет никаких, а Тори добавила, что даже если он и не знает, ничто не мешает ему подойти к её декану и ненавязчиво поинтересоваться, не знает ли тот. А если уж Флитвик и не знает сам, то всегда знает, где посмотреть.
– Так что, вот что мы имеем… – резюмировала Иванна, поднимаясь со стула и потягиваясь. – Ага, наверное, уже можно переодеться, – первым делом она сняла Снейпов платок и сунула его в карман мантии, затем вынула из волос шпильки и с наслаждением помассировала скальп.
Когда она меняла лабораторную мантию, эффектно украшенную зелёными брызгами укрепляющего и алыми пятнами кроветворного зелья, на повседневную, дверь в кабинет тихонько приоткрылась, и в кабинет сунулась вихрастая голова знакомого Иванне первокурсника-рэйвенкловца. Оглядев округлившимися глазами наличествующий контингент, мальчик нерешительно попросил разрешения войти. Тори, обернувшись на голос, с удивлением воскликнула:
– Реджинальд, ты что тут забыл?
– На самом деле, не я… – начал тот, но не договорил, так как под аккомпанемент «ну иди уже» его решительно протолкнули внутрь класса; в проёме возник белобрысый гриффиндорец из той же памятной Иванне компании и настороженно огляделся. – Вот, Тим пакет с шоколадными лягушками в столе забыл… – пояснил рэйвенкловец. – Мы заметили, что профессор Снейп ушёл в больничное крыло, и решили забрать его, пока он не заметил…
– Редж, ну тебя-то зачем сюда понесло? Пусть бы Тим сам и забирал своих лягушек, – поинтересовалась Тори. – Ты же не можешь не осознавать, что профессор Снейп, застань он вас тут, не ограничится снятием баллов с обоих Домов, но наверняка и взыскание вам влепит.
– Я хотел во-он ту штуку получше рассмотреть, – смущённо опустил глаза Редж, указывая на стоящую в шкафу-витрине собранную дистилляционную установку.
Выглядела она действительно впечатляюще, так что чувства любознательного первокурсника были в целом понятны. В ответ на его заявление Тори понимающе кивнула, Иванна так же понимающе улыбнулась, Хоуп попыталась изобразить на лице «ненормальные рэйвенкловцы, чего уж с них взять», но, в целом, тоже отнеслась к стремлению Реджа с пониманием. Тори подставила к шкафу табуретку и помогла младшему товарищу на неё взобраться, чтобы тот мог получше разглядеть установку, параллельно отвечая на его вопросы о её устройстве.
– Можно я своих лягушек поищу? – спросил Тим, вопросительно глядя на Иванну.
– Стой где стоишь! – решительно запретила Хоуп, доставая палочку. – Акцио шоколадные лягушки! – в ответ на её действия откуда-то из-под стола показалась упаковка сладостей и влетела к ней в руку. – Забирай, – она передала лягушек Тиму и пояснила для Иванны: – Да мне декан голову открутит, если узнает, что я в его отсутствие позволила гриффиндорцу шарить по кабинету Зелий!
Тим поблагодарил девушку и вдруг обратил внимание на колоритные пятна, украшающие Иваннину лабораторную мантию.
– Скажите, а правду говорят, что профессор Снейп – вампир? – выпалил он.
Позже девушки пояснили Иванне, что в Гриффиндоре это считается классической весьма забавной байкой, которой старшекурсники потчуют своих младших последователей.
– Разумеется, правда, – фыркнула Иванна, прежде чем успела сообразить, что говорит с маленьким ребёнком, который ещё не может различить, когда иронизируют, а когда говорят правду. – Вот, смотри, – она присела перед ним и, откинув волосы на левое плечо, оттянула ворот водолазки, демонстрируя старый шрам – след от вампирского укуса. С Хоуп в это же время внезапно случился приступ сильного кашля. – Но ты не волнуйся, – поспешно добавила она, видя с каким ужасом уставился на неё гриффиндорец, – тебе ничего не грозит. Он кусает только молодых красивых женщин.
– В таком случае, совершенно непонятно, с чего это вдруг я укусил вас? – ядовито раздалось откуда-то сверху за её спиной.
– М-м-м, сложно сказать, – задумчиво протянула Иванна, поняв причину приступа слизеринки; она выпрямилась и повернулась лицом к Снейпу, возвращение которого из больничного крыла все дружно проморгали. – Не в себе, может, были.
– Имея дело с вами, можно всякого ожидать, – кисло заметил он, после чего обратил внимание на первокурсников. – Итак, что здесь делают юные джентльмены во внеурочное время, позвольте узнать?
Он посмотрел сначала на Хоуп – та, совершенно спокойно глядя ему в глаза, позволила «считать» из своей памяти относящиеся к делу события, после чего аккуратно отвела взгляд, не позволяя ему продвинуться глубже. Снейп, зловеще усмехнувшись, переключил внимание на первокурсников.
Тим под его взглядом съёжился, но потом вспомнил, что отличительной особенностью его Дома является храбрость, набрал в лёгкие воздуха, и отчеканил:
– Я забыл в столе шоколадных лягушек, сэр.
– А я, – подал голос с табуретки Редж, – хотел поближе посмотреть на… – он покосился на Тори и, получив от той ободряющий кивок, продолжил: – …на установку для возгонки.
Снейп выразительно фыркнул.
– И так… Минус пять баллов с Гриффиндора за разгильдяйство и безответственность – чтобы никаких посторонних предметов на уроках не было, мистер Стивенс! По минус пять баллов с Гриффиндора и Рэйвенкло – за несанкционированное проникновение в кабинет во внеурочное время, – он перевёл суровый взгляд с Реджа обратно на Тима.
Тори в это же время помогла Реджу слезть с табуретки и быстро показала язык Хоуп, которая наблюдала за сценой, невинно хлопая ресницами. Та хлопать перестала, но ответно язык показать не могла, будучи в поле зрения Снейпа. Иванна закусила губу, стараясь не захихикать.
– Впрочем, за честность, которой в последнее время от Гриффиндора так редко можно ожидать, начисляю пять баллов, – продолжил Снейп, повергнув в лёгкий шок как Хоуп, так и Тори. – Пять баллов Рэйвенкло за тягу к знаниям – хотя, конечно, это всё равно, что премировать тигра за тягу к сырому мясу… И ещё пять – лично мисс Смит. Смею надеяться, что мистер Крайтон запомнил хотя бы половину из того, что она ему успела рассказать. А сейчас – оба марш отсюда!
