Текст книги "Филин. Разрывая страницы (СИ)"

Автор книги: Vells

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Интересно, а оборотни тоже будут неправильные? Вот бы они были пацифистами.

В книге же описывалась стая из пяти особей, которые точили зуб на сам город и князя, в частности, так как десять лет назад, брат Григора и получается отец тех двух барышень, истребил их стаю практически полностью, после чего изгнал с этой земли. Спалив при этом, фигово количество гектар леса, и покалечив с полсотни неповинных горожан, которых считал перевёртышами. И вот по прошествии долгих лет оборотни вернулись вновь в Чебан, дабы свести счёты с городом и княжеской семьёй.

– Ну, блохастые, держитесь у меня. – Сказал я себе под нос, выезжая за ворота замка, под волчий вой, и показавшейся из-за туч огромному полумесяцу, а также закрывшиеся со скрипом массивные ворота.

Глава 3
Гребаные лунатики. Часть – 2. Следствие ведет вампир

На следующее утро, после банкета у князя я попал в круговорот дел здешнего города. Питер каким-то чудо-образом слил инфу, что я типа буду расследовать их пропажи и убийства, от чего поспать мне нормально не дали. Поэтому уже в шесть утра я с красными глазами и растрёпанными волосами сидел за столом местного отдела стражи, а ко мне выстроилась целая вереница крестьян и простых жителей города.

– Я вас уверяю господин хороший, – мял папаху толстый крестьянин с амбре, как из свинарника. – Это мой сосед Яков. У меня было шесть свиноматок и сорок поросят. А у него две свиноматки и десять поросят. Мои хрюшки пропали, а у него нет. Это он их украл. Завидует он мне пёс поганый.

– Разберёмся. Следующий! – Махнул я на мужика рукой, чтобы освободить место для очередного бредового рассказа или доноса.

Стражники кидали на меня косые взгляды и лыбились в бороды и усы, наблюдая эту вереницу насильников моих ушей и мозга. Так продолжалось весь день, и за это время, чего я только не наслушался.

Как я понял, автор этого труда хотел написать роман, приближённый к реалиям того времени, которое он описывал. Но не судьба. Ибо получился полный трешь. Так как в этом книжном мире, теперь вроде как бы был парламент с либерально настроенными силами. Но и монархия во главе с королём и управленцами в виде знатных родов, которые никто не отменял, и которые, как я понял, уже больно-то и не при делах были.

К чему я это веду, да к тому, что многие крестьяне, подвергшиеся пропаганде, винили во всём князя этих земель, мол, он лично свиней да коз из хлева ворует и пирует за их счёт. В общем, жирует гад буржуазный. Ну и девушек таскает, понятно зачем, вот только непонятно, зачем мужиков, но кому какое дело, главное же жалоба и козёл отпущения.

Становилось понятно, почему Григор Ионеску встал на лыжи и намылился свалить из страны.

Следом по дороге моих мучений, подкинутой Питером, который спал и видел, как женится на Малке, и прибирает княжеское состояние к рукам. А состояние было не малое, малой части вчерашнего разговора хватило, чтобы понять, насколько богат здешний князёк.

– Вот, сегодня в лесу нашли. – Указал мне на дом, рядом с которым были выставлены гробы, пожилой мужчина.

– Типа морг? – сплюнул я на мостовую и прошёл к зданию, заходя внутрь.

На трёх столах, которые находились в помещении, лежало два трупа. Мне и подходить к ним было не надо близко, чтобы понять, что они были обезображены и разорваны, будто огромными зверями.

Да, я и так знал, кто за этим стоит, и всё это было больше фарсом, чем ведением расследования. Походив вдоль столов с телами людей с умным видом, крутого патологоанатома, я подавлял рвотные позывы и быстро вышел на улицу, где нос к носу столкнулся с Питером и Малкой.

– Как идут дела? – улыбаясь, произнёс Эдерли, по-джентльменски подавая руку даме.

– Как сажа бела, – Произнёс я, борясь с желанием послать его на кол.

– Мистер Файлен, вы хорошо вчера добрались до города? – Улыбнулась мне Малка.

Я перевёл взгляд красных, не выспавшихся глаз на аристократку, и постарался мило улыбнуться.

– Да, дорога была нетрудной, – не сдержался и зевнул я. – А вы какими судьбами здесь?

– Надо вещи забрать и получить важные бумаги, которые должны были прибыть сегодня днём. – Важно выпятил вперёд грудь Эдерли.

– Ну не буду вас отвлекать тогда, – повернулся я к ним боком. – Мне ещё надо осмотреть место, где нашли новые тела, до захода солнца. Так что бывайте.

– Не забудь, написать отчёт от моего имени в отдел. – Приобнял Малку, Питер.

Я, офигев от такой наглости здешнего альфонса, только чудом не послал его на хутор бабочек ловить.

– То, что я должен, записано в налоговом кодексе, то, что не должен в уголовном, а остальное на моё усмотрение. Как-то так мистер Эдерли. – Развернулся я к нему спиной и пошёл, чавкая грязью по мостовой к конюшне, где стояла моя лошадь кабриолет.

Этот хренов франт бесил меня всё больше и больше. Мало того что он не делал, что ему было приписано, так ещё пытался выехать на моём горбу, альфончик недоделанный.

Выведя лошадь, из стойла, я вспомнил Бедбери, ведь именно с ним я научился верховой езде и, запрыгнув в седло, поскакал из города к лесу, на окраине которого нашли двух крестьян.

И какое меня ждало удивление, когда я, рыская словно ищейка, по примятой окровавленной траве услышал, как ко мне приближается всадник. Повернув голову, я увидел как на холм, на котором я находился, поднимается Малка. А вдалеке за ней во весь опор скачет Эдерли.

– Да чё вы докопались-то до меня. – Устало выдохнул я, смотря, как ко мне приближаются люди в лучах заката.

Малка, буквально взлетев на холм, с неприсущей ловкостью для дамы в платье, спрыгнула с седла и мило улыбнулась мне.

– Как успехи?

Я хотел было открыть рот для ответа, как вдалеке послышался голос Эдерли:

– Княжна Малка! Сударыня! Подождите же меня!

Сама же княжна слегка скривилась, услышав, как и я собственно, доносившиеся вопли мужика, скачущего к нам во весь опор.

– Княжна. Вы убежали от вашего спутника? – удивлённо поднял я брови. – Уже поздно, вам опасно вот так необдуманно гулять, когда убийца всё ещё на свободе.

Конечно, я знал, что до середины книги с княжной и её отцом не должно было ничего случиться, а на Эдерли оборотни должны были напасть, только завтра. Хотя уже не факт. Так что мои речи были просто пустым сотрясанием воздуха.

– Не убежала, а хотела с вами поговорить. Вы ведь так поспешно ушли при нашей встрече. И я не виновата, что Питер, такой нудный. – Сказала княжна, и мы понимающе улыбнулись друг другу.

В этот момент, герой любовник, наконец-то доскакал до нас и спешивался с коня, как-то зло, сверля меня взглядом.

– Княжна, – переключил Питер всё внимание на девушку, в упор, игнорируя моё присутствие. – Здесь могут рыскать преступники. Я бы себе никогда не простил, если бы с вами что-то случилось, моя дорогая Малка. Давайте вернёмся в замок и обсудим скорый отъезд в Германию. Все бумаги получены. Осталось утрясти формальности, и мы начнём новую жизнь вдали от этих мест.

– Я думаю, что с мистером Файленом мне тут ничего не угрожает. Вы же сами говорили моему отцу, что Лео лучший кандидат, после вас, конечно, на распутывание столь сложных преступлений.

– «Вот ты хорёк городской». – Думал я про себя, смотря на эту балабольную личность.

– Вы правы княжна Малка, – кривился Эдерли, улыбаясь при этом. – Но Лео ещё многому нужно будет научиться. Поэтому я так и переживал за вас. Давайте не будем ему мешать и отправимся в обратную дорогу. У вас же, как говорил князь, ожидаются гости.

Я слушал Эдерли и думал, о каких на хрен гостях он говорит? Походу можно сливать весь написанный сюжет в сортир, кроме общей составляющей – оборотни.

– Если хотите, то отправляйтесь. А я пообщаюсь с мистером Файленом. Он, как я думаю, не откажется после сопроводить меня до дома, как истинный джентльмен.

– Как кто? – Посмотрел я на людей через плечо. – А.… Ну да, конечно—конечно.

– Тогда я также останусь с вами. Ваша защита мой приоритет, княжна. – Ластился перед девушкой Питер, словно лис, соблазняющий курицу.

В таком же манерном ключе прошли полчаса. За это время я только и слышал тупые намёки и подкаты к Малке от Эдерли, который походу всерьёз решил стать частью княжеской семьи.

Сама же княжна вела себя словно мой хвост, лазя по всем кустам и оврагам за мной по пятам, чем знатно бесила своего воздыхателя, что был, чуть ли не красный как рак от моего ролевого косплея Сусанина в здешних дебрях.

Мне даже казалось, что Малку забавляло, доводить до бешенства, которое старался не показывать в присутствии княжны, Эдерли.

Незаметно солнце село за горизонт и стало совсем темно, от чего мы стали возвращаться на кромку леса, где паслись наши лошади.

Выйдя на поляну, я и понять ничего не успел, как мощнейший удар отправил меня обратно в лесные гущи.

Влетев в кустарник, я, ломая прутья и ветви, упал в заросли и захрипел от боли во всём теле.

– Это не по сценарию мать вашу, – Встал я на ноги, держась рукой за ствол дерева.

Совсем близко раздался визг, но принадлежал он не Малке, а Эдерли. Я и не знал, что мужик может так верещать. Оказалось, может.

За считанные секунды я опять был на поляне и стал свидетелем, как два огромных мохнатых волка, что передвигались на задних лапах, зажали княжну и верещащего без передыха Эдерли у двух переплетённых стволов деревьев, которые служили защитой для их спин.

Самое удивительное, что мне вломили пилюлей, а верещащего, словно бабская сирена Эдерли, даже ни тронули, оттеснив альфонса просто на пару метров к лесу.

Руки же Питера сжимали пистолет, но он что-то не спешил вступать в бой с бобиками, тряся им словно экзорцист кадилом при изгнании нечистого.

Малка же стояла рядом с Эдерли, но на её лице не было как такового страха, хотя может это просто последствие шока от блохастых, или трелей её воздыхателя. Вот только была одна странность, она смотрела на них, будто общаясь с ними без слов.

– Ты стрелять-то будешь? Или забыл, где курок находится? – Зачем-то произнёс я, привлекая внимание всех, кто был на поляне.

Оборотни рывком развернулись на меня и зарычали, да так, что их слюни долетели до меня и знатно окатили мою тушку.

– Пиндец, – утёр я лицо от слюней. – Вы на меня пасти-то не раскрывайте, я вам не стоматолог.

Оборотни, сверкая красно-жёлтыми, как угли глазами, рванули в мою сторону, от чего я подпрыгнул на месте и рванул обратно в лес, слыша крик Малки:

– Не трогайте его!

Но походу болонкам переросткам было глубоко положить, на слова княжны, ибо треск ломающихся кустов явно обозначил позицию оборотней по моей персоне.

Я бежал меж стволов деревьев, то и дело, скользя в только оттаявшей за зиму земле, а грязь, словно этого и ждала, облепляя мои сапоги, делая их при этом тяжелее в десятки раз.

Влетев, как сошедший с рельсов паровоз в один из оврагов, я резко развернулся лицом к преследующим меня оборотням.

– Ну, вроде меня хрен увидишь. – Произнёс я, смотря, как два оборотня влетели на край оврага, и устремились вниз, в надежде на лёгкую победу.

Псины переростки, помогая верхними конечностями, уже практически на четвереньках сбежали в овраг и, рыча, словно уже победили, прыгнули на меня с двух сторон.

В доли секунды до столкновения, я, напрягшись всем телом, крутанулся вокруг своей оси, словно торнадо, раскидывая в разные стороны волков переростков.

– Обломился поздний ужин! Щя я вам всех блох повыбиваю. – Рванул я к удавленному оборотню, что воткнулся башкой в ствол дерева.

Не прошло и секунды, как я влепил ему удар с ноги, отбивая о его морду, всю грязь, что налипла на мой сапог, и как молния рванул в другую сторону, чтобы в мгновение ока влететь на полном ходу коленом в морду второго оборотня.

– Вампиров на вас нет, псины вы беспородные. – Приземлился я на ноги после знатного удара. – Щя я вас подосиновиками сделаю.

Вой сотряс мои перепонки, вот только выли не мои соперники, а кто-то другой. Два оборотня, что огребли тумаков, словно вспомнили, что они полно приводные, и на четвереньках рванули прочь, осыпая меня землёй из-под своих лап.

– Сначала слюни, потом земля. При следующей встрече лепестками роз обсыпайте. А лучше деньгами! – Орал я оборотням вслед.

Не прошло и минуты, как эти блохастые мешки исчезли из виду, а я, увязая в грязи, стал карабкаться обратно из оврага. Выбравшись же, наконец-то на ровную лесную поляну, чуть не прыгнул обратно, когда из тёмных кустов выскочила фигура, которой оказалась Малка.

– Тебе срочно надо к врачу. Идти можешь? – На полном ходу ко мне стала расстреливать меня словами княжна.

Я, уставившись на Малку как идиот, даже поверил её словам, схватившись руками за грудь.

– Постойте? Я ж не ранен. Врач отменяется, меняю мужика в белом халате на ванну. – Провёл я ладонью по грязной одежде.

– Не ранен⁉ – Княжна остановилась в полуметре от меня как вкопанная. – А оборотни? Они же должны были… – Запнулась черноволосая девушка.

– Должны. Да не обязаны, – отмахнулся я, от аристократки здешних мест. – Лапы ещё не выросли, чтобы меня на корм пускать. Они чё-то решили ретироваться. Может, зайца, иль лося увидели. – Нёс я какой-то бред.

– Наверное. – Протянула Малка и сделала ещё один шаг ко мне.

Я от такой близости, словно бальный танцор, сделал па в сторону и нервно улыбнулся.

– А где Эдерли? С ним всё хорошо? – Перевёл я разговор с себя на ухажёра княжны.

– Он, как оборотни за тобой побежали, хотел ускакать, прихватив меня в город, но случайно упал с седла и потерял сознание, а его лошадь убежала. – Почему-то оправдывалась княгиня.

Вот за такими разговорами мы вышли обратно на поляну, и действительно в грязи, которую размесили четыре ноги одной из лошадей, валялся главный герой любовник.

Я же опасаясь, что блохастые переростки чихуа-хуа вновь решат огрести люлей, и припрутся по наши души, быстро подошёл к Питеру и, перевернув мужика с бока на спину, хотел ударить по щекам, приводя в чувства, но моя рука застыла в полуметре от рожи Эдерли.

На мирно вырубленном лице Питера красовался огромный пунцово фиолетовый фингал.

– С лошади говоришь, упал? – Смотрел я на заплывший, как у китайского пчеловода, глаз Эдерли. – Эй, хорош опоссумам парадировать. Вставай, бобики ушли. Подъём! – Заорал я, наклонившись ещё ниже в самое ухо мужика.

Эдерли вздрогнул и, суча руками и ногами, как перевёрнутая на спину черепашка, таращился на меня, как на призрака.

– Мы живы? Что это за твари? Это монстры из самого ада! – Открылся словесный понос у пробуждённого.

– А ты про этих чудных пушистых зверьков? – Расплылся я в улыбке. – Это батенька вервульфы. Если не хочешь с ними опять встретиться, то живо поднимай жопу, и поехали на хрен отсюда.

Второй раз мне повторять не пришлось. Эдерли вскочил как ужаленный, не обращая внимания на свой фингал, и в один присест был у «моей» лошади, лихо, взлетая в седло.

– Княжна, давайте быстрее садитесь в седло, надо как можно быстрее покинуть это место. – Уже со своего транспорта вещал ухажёр.

– Мистер Файлен, поскольку лошадей осталось всего две, то я поеду с вами. – Вела Малка под уздечку свою лошадку.

– Княжна, вам надо скакать со мной, мы же немедленно отправляемся в замок. А Лео, пусть скачет в город, и собирает ополчение, и начинает охоту на этих тварей! – Раздавал команды подбитый полководец.

– Безопасней ехать всем вместе, а ополчение и до утра подождёт. – Мило одарила меня улыбкой княжна, подходя чуть ли не впритык ко мне.

– Но! – Начал, было, Питер.

– Без но. – Сказала как отрезала Малка.

Поняв, что так можно долго пререкаться и спорить, я вскочил в седло и подал руку девушке, что только этого и ждала, дабы залезть на круп нашего скакуна, и обнять меня руками, прижимаясь всем телом.

Сорвавшись с места, мы покидали место встречи с оборотнями, уносясь в сторону замка князя Ионеску.

Скача вдоль полей, я стал замечать, что княжна Малка, как мне казалась, водила носом по моей спине и подбиралась к шее, от чего по телу у меня побежали мурашки.

– Ты там что это? Обнюхиваешь меня, что ли? – Повернул я голову вполоборота назад.

– Нет. Просто твой запах, он…. – Запнулась Малка.

– Ну, уж простите. Сам не в восторге, а после ночи с клопами, и амбре опрошенной полу похмельной кучи крестьян, так на меня даже комары не садятся с мухами, видно, брезгуют. Так что придётся потерпеть. – Сказал я, когда мы влетели в полу лесную местность на пути в замок.

Малка же, сжала меня руками, да так, что мне стало казаться, будто у девушки в руках вакуумный компрессор встроен. А Эдерли завидев замок, пришпорил коня и понёсся ещё быстрее, от чего я также припустил лошадь, и выпустил весь воздух из лёгких от объятий княжны.

Ворота замка на удивление были открыты и всюду горели факелы, освещая внутренний двор замка. Сначала Эдерли, а потом и мы, проскакав ворота, остановили взмыленных лошадей чуть ли не у крыльца замка.

Бравый бывший офицер Британской короны, слетев с лошади, тут же был подле нас и уже тянул руки к Малке, которая с неохотой, но всё же приняла помощь франта, спрыгивая с лошади.

Я же так и остался сидеть верхом, смотря как из дверей, появились люди. Их было много. В центре этой процессии, конечно, был Григор, а плечом к плечу с ним шёл полный мужчина с рыжей бородой до груди, и пронзительными глубоко посаженными глазами. За их спинами возвышались два молодых человека лет так за двадцать, но ещё вряд ли достигших тридцати. Оба широкоплечие и массивные с рельефной мускулатурой бодибилдеров, и суровыми овальными лицами, а также длинными волосами. Тот, что был с лева, имел бледно-рыжие волосы, как и борода у пузатого мужчины, а вот второй парень, напротив, был курчав и черноволос. Они словно сверлили меня взглядом, не обращая внимания на Эдерли, который тут же ринулся к их компашке.

– Что случилось? Почему вы все такие грязные и избитые, – удивлённо окинул Григор, Питера.

– Князь, – взвыл Эдерли. – Мы были атакованы неведомыми монстрами, я как мог, защищал княжну, и вот мы, наконец-то смогли добраться досюда. Я получил послание из Европы. Нас уже ждут. Надо быстрее покинуть это место. Тут водятся исчадья ада. – На одном дыхании выпалил Питер.

– Григор, походу твой связующий, испугался медведей, что вылезли из спячки после затяжной зимы в поисках съестного. – Засмеялся толстяк с рыжей бородой в красном облачении, вышитом золотой нитью.

Его смех поддержали все остальные, и на минуту с десяток голосов слились в дружный гомон.

Эдерли затравленно озирался на людей, потом на нас, и снова на них, но Малка молчала, молчал и я.

По книге Григор знал про оборотней, но сейчас вместо того, чтобы рассказать страшную историю, поднял на смех того, кто как бы должен сражаться с его напастью.

– Малка. Дочь моя, – обратился отец к княжне. – Ты тоже видела этих исчадий ада?

Девушка, подобрав подол платья и, идя к отцу, произнесла:

– Это были два самых жалких и невоспитанных медведя, что я видела. За зиму они знатно исхудали, и походу лишились остатков манер, да и сил к тому же.

Вот тут я прифигел.

Там в овраге, Малка точно говорила, что это оборотни. А сейчас отрицала это, списывая всё на каких-то тощих медвежат.

– Отец, уже поздно. А мистер Файлен помог нам с м…. Медведями. Может, он останется у нас на ночь? И приведёт себя в порядок, ему всех больше от них досталось.

Но в планы князя не входило, оставлять хоть кого-то постороннего в замке, и по этой причине Эдерли и я были любезно выдворены из обители Григора, под недовольный надутый взгляд его дочери.

Очутившись за воротами, главный недоделанный герой романа, поравнялся со мной, подъезжая чуть ли не впритирку на лошади, и произнёс:

– Ты что творишь?

Я округлил глаза и непонимающе посмотрел на Эдерли.

– Что я творю? – Протянул я.

– Липнешь к княжне, вот что! Она только о тебе и говорит. Я к ней и так и эдак, а она всё про тебя. Не лезь. Я первый её приметил, она моя добыча. – Надувался как индюк бывший военный.

– Ох, блин, – выдохнул я. – Да я ни сном, ни духом. Я даже близко к ней не хотел приближаться. Так что будь спокоен. Добытчик блин.

– Смотри у меня. – Крякнул он и пришпорил коня.

Я смотрел, как стартанул герой не того романа, и только поднял голову в ночное небо.

– Только ревнивого идиота мне для полной жопы здесь не хватало. – Протянул многострадально я, пустив свою лошадь в галоп.

В городе мы были через полчаса езды. За это время на нас никто не напал, а Эдерли и вовсе уверовал в тощих медведей побирушек, от чего беготни по городу с криками «Аааа демоны!» не предвиделось.

Заведя в стойло транспорт, я отправился искать хозяина постоялого двора, и узнать у него есть здесь вообще средства для мытья.

Толстый кряжистый мужик, с удивительно писклявым голосом, сообщал мне, что всё есть, если есть деньги. Деньги были, и мощный трактирщик, как фея красная, упорхнул выполнять мою просьбу. Ну как просьбу, я ему блин денег за это дал.

Короче, через час, в моей комнате стояла огромное нечто, будто небрачный ребёнок бочки и таза с большими амбициями. В этом подобии ванны уже была налита горячая вода, и поэтому в моей комнате, которая и так была обителью сырости и угловой плесени, начались вообще тропики.

Когда я хотел, было начать раздеваться, для постирушек себя любимого, одна из двух керосиновых ламп закончилась, ввергая большую часть комнаты в сумрак. Но делать было нечего. Скинув одежду до труселей, я потянулся всем телом, хрустя позвоночником, и услышал, что дверь со скрипом в мою комнату отварилась.