Текст книги "Союз. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Vector

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7

– Итак, что тут у нас? – спросил следователь полиции, войдя в допросную.

Меня в нее привели минут пять назад, усадили за стол и сказали ждать. Как-то приковывать и ограничивать мои передвижения в пределах помещения не стали, лишь заперли входную дверь. Наивно, как по мне. Хотя… Учитывая мой уровень, о котором полиция, конечно же, знает, захоти я сбежать, вряд ли они бы смогли мне помешать. И они это прекрасно понимают, раз не стали снова надевать на меня наручники. А дверь – формальность.

До этого же я часов семь проторчал в одиночной камере. Не отель пять звезд, но, на удивление, оказалось вполне сносно. Отдохнул себе спокойно, подремал немного, полазил по внутренней сети отделения. С сетью вообще смешно вышло.

Сидел я, скучал и решил попробовать заглянуть в нее, особой надежды, что получится порыскать по ней, у меня не было. И каково же было мое удивление, когда, немного попыхтев, Эклайз сообщил, что успешно получил доступ и теперь можно спокойно пользоваться ею.

От подключения из внешней сети сеть отделения полиции хорошо защищена, но вот изнутри то ли кто-то поленился, то ли дело еще в чем-то, но защита гораздо слабее и с уязвимостями. Просто смешно. Неужели никто ни разу не воспользовался этим? В нынешние-то времена, когда для этого не нужны какие-то внешние устройства и достаточно одной лишь нейросети. Непонятно, но в любом случае подключиться Эклайзу удалось, и в моем распоряжении оказалась вся сеть. Подвоха же какого-то за эти часы обнаружить так и не получилось.

И конечно же, я не мог не воспользоваться тем, что у меня есть доступ к сети полицейского отделения. Времени у меня было предостаточно, так что я начал рыскать по ней, ища, что там есть интересного, и коротая время. Посмотрел обстановку в отделении, полазил по их базам данных. И даже нашел кое-что любопытное.

Например, Арти хотели обвинить в убийстве напавших на нас наемников. Вот ни с того ни с сего, вначале все было нормально, а потом, видимо, какому-то чинуше стрельнуло, и он отдал приказ арестовать всех, кто оказывал активное сопротивление наемникам с летальным исходом для последних.

Но ничего не вышло. Во-первых, Арти сама далеко не обычный обыватель, и в обиду ее давать никто не собирался. Как только появился такой намек, сразу же прибыл адвокат от наших сторонников среди местных и устроил в полиции такое, что они только рады были избавиться от причины, приведшей его к ним.

А во-вторых, она ведь не одна убивала, руки замарали и другие гости того вечера, сражаясь за свои жизни, и были они далеко не самыми простыми людьми. Плюс к этому вся ситуация в целом, начавшиеся обвинения в сторону полиции, как та вообще такое допустила.

И полиция решила все спустить на тормозах, не став рисковать. Самооборона и ничего больше – таков был итог удивительно краткого расследования, продлившегося буквально несколько часов. Вопросов ни у кого никаких по этому поводу не возникло. Гости вечера удовлетворенно кивнули, а полиция облегченно выдохнула, что сумела не по уши вляпаться в огромную кучу дерьма, из которой не факт что смогла бы выгрести без серьезных последствий для себя. Ну а в дерьмо она в целом все равно вляпалась – вопросы о том, как стал вообще возможен этот захват и все с этим связанное, никто не снимал.

Кроме этого, я же получил и доступ к камерам наблюдения. И они тут установлены не только в общественных местах, но и в камерах временного содержания арестованных. Нашел по ним Эрлиха и второго пленника. Пленник нормально, сидел недовольно смотрел на стену и ждал, когда им займутся, а вот Эрлих… Его поведение кардинально изменилось, со стороны казалось, что он тронулся умом. Но я же ведь не настолько сильно его прессовал. Это гениальная актерская игра или у него в самом деле поехала вдруг крыша? Непонятно. И, наблюдая со стороны, я так и не смог это выяснить.

Но ожидание закончилось, и вот меня притащили в эту комнату для допросов.

– Сергей Асов, – произнес следователь, сев за стол напротив меня и положив планшет перед собой.

Ох уж мне эта показуха.

– Сергей Асов, – согласно киваю.

– Что, родители тоже любят историю? – спросил он, усмехнувшись.

– Возможно.

Подколку игнорирую, прекрасно понимая, что ее вызвало. Да и глупо обижаться на такое. А доказывать, что перед ним сидит во плоти та самая история, смысла не вижу.

– Как же вы докатились до жизни такой, Сергей? – спросил он, сочувственно смотря на меня.

– Если бы полиция работала лучше, не пришлось бы докатываться до такого. Мы все же в столице, самом безопасном месте Земной Федерации. И вдруг такое. Да еще и где? Не просто на столичной планете, а в самом ее сердце – в столице! – возмущенно говорю.

В ответ получаю уставший взгляд, красноречиво передающий, что следователь думает про всю эту мою речь и что я уже далеко не первый, кто сегодня ему говорит подобное.

– В чем меня обвиняют? – перестаю ломать комедию и задаю вопрос по существу.

– В помощи террористам, захватившим уважаемых людей.

Смотрю на него, стараясь взглядом передать все, что я думаю об этом обвинении. Теперь мой черед красноречивых взглядов. Но его так не проймешь, тертый калач.

– А ничего, что я был одним из гостей и меня тоже захватили в плен?

– Есть у нас такая информация, да. Вот только вы, в отличие от остальных, каким-то образом оказались в мэрии в компании одного из террористов. Подозрительно, не находите?

– Не нахожу. У вас должны быть записи с камер брони спецназа, на которых прекрасно видно, в какой момент нас застали ваши люди и чем именно мы тогда были заняты. И сразу скажу, только слепой может посчитать, что мы были на одной стороне.

– Есть такая запись, да, – согласно кивнул он. – Только она ничего не доказывает. Вы могли разругаться, и результат этого наши бойцы и застали. Если вы не с террористами, почему не освободились раньше? С вашим уровнем это не должно было стать проблемой.

– Во-первых, я был не один, со мной еще один пленник был. Во-вторых, террорист был вооружен, я ждал подходящего момента, чтобы начать действовать без риска, что кто-то невинный пострадает. Уровень террориста мне был неизвестен, и приходилось перестраховываться.

– Допустим. Тогда есть еще обвинение в нанесении тяжких увечий.

– Кому? – удивленно спрашиваю, прокручивая в уме наш путь из комплекса, где было мероприятие до мэрии. И вроде бы никому ничего не ломал.

– Террористу.

– Вы шутите?

– Нисколько. Вы раздробили ему кисть, сломали руку выше, сломали ребро.

– А с чего вы взяли, что это сделал я? Он очень неудачно пережил столкновение аэрокара со зданием мэрии.

– У нас информация из достоверного источника.

– Это вы так называете второго пленника?

То, что его допросили, знаю. Правда, о чем именно говорили, не успел выяснить, узнал о том, что его водили на допрос, лишь по факту, в это время был занят другим.

– Допустим, – не стал отрицать следователь.

– А ничего, что он тоже все это время находился вместе со мной? И к нему у вас должны быть те же самые вопросы. Может, он пособник террористов? Сбежать или как-то освободиться он не пытался, вообще ничего не предпринял для этого.

В ответ получаю долгий и тяжелый взгляд. Ясно, ничего у них нет, просто пытаются прощупать меня, а вдруг выгорит. Вдруг за мной есть какие-то грешки и я начну юлить, нервничать? Вот тогда-то и можно будет поднажать, вдруг расколюсь. Да и нужно же хоть на ком-то отыграться за все? Остальных гостей трогать себе дороже, а я непонятно кто непонятно откуда и в пределах Земной Федерации неизвестен.

– У вас есть что-то, кроме пустых обвинений? Какие-то доказательства? Что-то веское? Если нет, тогда отпускайте уже меня, и так слишком долго проторчал у вас.

По лицу следователя понимаю, что ничего у него на меня нет, даже нормального повода еще помурыжить здесь. Удивительно было бы, окажись это не так.

– Вы свободны. Можете идти, – произнес он, поднявшись из-за стола. – Идемте, провожу. Вас ждут уже.

Иду следом за ним. Длинный коридор, и мы вышли в холл. Сразу же замечаю там Арти и Цербера.

– Вы свободны, – повторил следователь, подведя меня к ним. – Постарайтесь больше не попадать в подобные ситуации. Приятного времяпрепровождения на Нове.

Сказав все, что хотел, он оставил нас одних, отправившись дальше заниматься своими делами. Вещи мне возвращать не нужно. Костюм и обувь при мне, их не забирали, а больше у меня ничего не было.

– Наконец-то, – произнесла Арти и бросилась мне на шею, крепко обняв. Мне показалось, еще немного, и она оторвет мне голову от избытка эмоций.

Цербер же ограничился приветственным кивком.

– Почему так долго тебя не выпускали? – спросила Арти, продолжая обнимать меня.

– Это скорее к вам вопросы. Где мой адвокат? Тебя вытащили быстро, а вот по поводу меня таких действий я не заметил.

– Откуда знаешь? – удивленно спросила девушка.

– Пока сидел здесь, влез в их сеть, – тихо отвечаю Арти.

– Знаешь все?

– В общих чертах. Так чего вы меня раньше не вытащили отсюда?

– Бюрократия, – развел руками Цербер, прекрасно слышавший наш разговор.

– В смысле?

– В прямом. Никаких обвинений тебе не было выдвинуто. Ты тут находился непонятно в каком статусе. Полиции требовалось время, чтобы хоть как-то оформить тебя, чтобы потом отпустить. Пришлось подождать, уж извини. Брать штурмом отделение все же решили, что не стоит. Хотя кое-кто был совсем не против такого варианта. – Произнеся это, он красноречиво посмотрел на девушку, намекая, кто именно хотел брать штурмом отделение полиции.

– Домой? – спросила у меня Арти.

– Нет, есть еще одно дело здесь. Нужно пообщаться с одним арестованным.

– Как ты собираешься это сделать? Только не говори, что прорваться силой. Это тебе не окраинные системы, тут будут неприятные последствия. Особенно учитывая, что мы тут еще не закончили свои дела.

– Ты за кого меня принимаешь? – укоризненно смотрю на Цербера.

– Тогда как?

– Все просто. Немного хакерства, подделка документов и тонна уверенности в себе.

– А? – удивленно произнес он, явно не поняв, что я задумал.

– Вы на аэрокаре?

– Да, на стоянке стоит.

– Хорошо, ждите меня там. Закончу и приду к вам.

– Точно хочешь сделать это сейчас? – спросила Арти, совсем не горящая желанием разжимать свои объятия. Она все это время продолжала обнимать меня, даже и не подумав отпустить.

– Точно.

– Эх, ладно, – грустно произнесла она и убрала руки с моей шеи.

Кивнув ей и Церберу, разворачиваюсь и иду обратно. Кому-то задуманное мной могло бы показаться полнейшим безумием. Но нет, чистый расчет. Когда ты полностью контролируешь происходящее в здании, провернуть запланированное, не встретившись ни с кем из полицейских, кто видел тебя в лицо, не так уж сложно. А с остальными проблем возникнуть не должно.

Сам же план прост до безобразия. Эрлиху так и не предоставили адвоката. Вот под этим предлогом я и попаду к нему. Все необходимые документы Эклайз уже сделал, и первую проверку они должны пройти. Полиция их уже получила и знает, что к задержанному должен заявиться адвокат.

Попаду к Эрлиху, пошаманю с камерами наблюдения и додавлю этого гада, выясню все, что не успел в прошлый раз, а потом спокойно выйду отсюда как ни в чем не бывало.

– Вы куда? – остановил меня полицейский на входе в крыло содержания арестованных.

– Адвокат. К Эрлиху Кацу, – уверенно говорю, смотря на него взглядом занятого человека, которого заставляют тратить время непонятно на что.

– Да. Проходите, – произнес он, заглянув на мгновение в интерфейс своей нейросети, и отошел в сторону, пропуская меня дальше.

Пара пройденных дверей, очередной полицейский, в этот раз он взялся сопровождать меня до нужной камеры.

– Дверь откроется, когда вы подойдете к ней, – предупредил он меня, перед тем как запустить внутрь.

– Знаю.

Прохожу в камеру. Дверь за мной сразу же закрылась, отрезав от внешнего мира. Сейчас здесь только я и Эрлих Кац, который еще не осознал, в какой заднице оказался. Изображение на камере наблюдения заменено на фальшивое, для наблюдателя Эрлих сел на койке, я стою у двери, и мы спокойно разговариваем.

– Я же говорил тебе, что мы не закончили, – громко произношу и подскакиваю к наемнику.

Тот лежал спиной ко мне, игнорируя вошедшего. Когда услышал мой голос, вздрогнул, но сделать ничего не успел. Подскочил к нему и, схватив, поднял в воздух.

– Помнишь меня? Не успел забыть? – спрашиваю, недобро смотря на него.

Он же машет руками, вращает вытаращенными глазами – ведет себя странновато. Не столько старается освободиться, сколько просто совершает хаотичные действия. Слегка вбиваю его в стенку, пытаясь привести в чувство. И ни хрена, стало только хуже.

– Хватит придуриваться! – прикрикиваю на него, отвешиваю несколько легких оплеух.

И все еще ничего. Он дергается, пытается вырваться, но как-то это… не так. Неужели он в самом деле сошел с ума? Мне не показалось, когда наблюдал за ним через камеры? Но почему? Когда нас захватил спецназ, он был вполне вменяемым. Здесь же я почти сразу начал наблюдать за ним. И с ним тут толком ничего не делали – бросили в камеру, и все. Его даже не проверяли и не допрашивали еще.

Разве что по дороге или когда лечили, перед тем как поместить в камеру, кто-то успел поработать над ним. По дороге вряд ли, а вот когда лечили… Да, похоже, именно тогда с ним что-то сделали, и он стал вот таким. Может, это побочный эффект от лечения? Нет, вряд ли.

– Да приди же ты в себя! – раздраженно говорю и хорошенько встряхиваю его. – Что с тобой произошло⁈

На несколько мгновений его взгляд будто бы прояснился. Он взглянул на меня с ужасом и отчаянием. Вот только мне почему-то показалось, что эти эмоции связаны не со мной, а с чем-то другим.

– Зачистка… – прохрипел он, а затем его взгляд стал прежним, потеряв какую-либо осмысленность.

Так, похоже, что-то от его личности еще осталось, только достучаться до нее крайне трудно. А еще, видимо, с допросом придется повременить. Планы только что поменялись, мне нужно вытащить отсюда Эрлиха и попробовать привести его в нормальное состояние.

Раз с ним такое сделали, значит, он знает что-то важное, что-то, что ни в коем случае не должна была узнать полиция. И вряд ли это только то, кого наемники должны были устранить. Это, безусловно, важная информация в свете того, что все провалилось, но не думаю, что только из-за нее стали бы так заморачиваться.

Задумчиво чешу голову. Как-то я не думал, что все повернется вот так. Придется импровизировать. Но Эрлиха надо вытаскивать отсюда, это не обсуждается.

– Дожил, – тихо бурчу вслух и, крепко ухватившись за его руку, тащу к выходу из камеры. Он не то чтобы сопротивляется, послушно идет следом, даже почти не дергается, но некоторые усилия для этого все же приходится прилагать.

Попробуем внаглую. Эклайз только что слегка подправил базы данных полиции, и Эрлих Кац по ним был отпущен вместе со своим адвокатом. С камерами наблюдения проблем возникнуть не должно, ничего такого уж подозрительного мы не собираемся делать, а на сохранившихся записях мое лицо будет изменено.

Если нам не встретится никто любопытный и слишком подозрительный, может и прокатить. А вот если не прокатит… тогда варианта всего два. Или мы оба снова загремим за решетку, или прорвемся с боем. И что-то оба они меня не очень прельщают.

Выйдя из камеры в коридор, тащу Эрлиха за собой. Недолгий путь по коридору, и мы дошли до первого поста.

– Куда? – удивленно спросил полицейский, смотря на нас и тянясь рукой к пистолету на поясе.

Это уже другой полицейский, не тот, который был, когда я заходил сюда, успели смениться. И что хуже, этот видел, как меня доставляли сюда в качестве арестованного. Буду надеяться, что не узнает.

– Проверьте приказ, – бросаю ему.

Нахмурившись, он взял планшет и начал проверять мои слова, при этом стараясь не спускать с нас взгляда.

– Странно, – удивленно протянул он. – Ладно, проходите.

Пока он не передумал, или не заподозрил неладное, или не вспомнил что не надо, быстро протаскиваю Эрлиха дальше. Недолгий путь, и мы добрались до выхода из этого крыла. Осталось самое сложное – пройти каким-то образом через почти все отделение полиции. Тяжело вздохнув, открываю дверь и уверенным шагом иду дальше.

– Стоять. Куда? – остановил нас полицейский спустя несколько десятков пройденных метров.

Мы прошли уже пару постов, примерно половину пути, и вдруг вот он взялся непонятно откуда.

– Его отпустили. Я адвокат. Сопровождаю.

– Да? – окинул он нас подозрительным взглядом, но этим и ограничился, быстро потеряв интерес и отправившись дальше по своим делам.

Не теряя времени, веду Эрлиха дальше. Еще несколько минут, и мы наконец-то покинули отделение полиции. Остановившись у входа, оглядываюсь по сторонам, ища парковку. Ага, вижу. Развернувшись в нужную сторону, быстрым шагом направляюсь туда, все больше удаляясь от отделения.

Стоило мне показаться на парковке, как двери одного из аэрокаров открылись и из него вылез Цербер и замахал мне рукой. Иду прямо к нему.

– Это кто? – спросил он, когда мы с Эрлихом подошли к нему и я, открыв заднюю дверцу, начал запихивать того внутрь аэрокара. И вот тут-то Эрлих решил показать характер и начать сопротивляться.

– Арти, проследи, чтобы он не буйствовал, – прошу девушку, которая удивленно наблюдала за происходящим, но никаких вопросов пока не задавала. И отвечаю на вопрос Цербера: – Это Эрлих Кац.

– Тот самый? – удивился он.

– Да.

– Ты издеваешься? Зачем ты его притащил сюда? И что с ним такое? Он ведет себя странно. Да и выглядит тоже.

– Нет, не издеваюсь. Он мне нужен. Мне нужны ответы от него. А странный он такой потому, что с ним что-то сделали, он сейчас не в себе, – отвечаю, засунув наконец-то наемника в аэрокар и закрыв за ним дверцу.

– Как ты его вывел из отделения?

– Похитил. Поэтому давай уже улетать отсюда, пока полиция не опомнилась и не подняла тревогу.

– Вот не можешь ты нормально… – тихо пробурчал Цербер, оббегая аэрокар и залезая на водительское место.

– Так получилось, – говорю, сев на соседнее с ним место.

Ничего больше не говоря, Цербер рывком поднял машину и, выжимая из нее все соки, начал стремительно наращивать высоту.

– Сильно наследил? – спросил он, тревожно поглядывая в сторону отделения. Но там пока все тихо, никто не выбегает в поисках беглецов.

– Вроде бы нет. По цифровой части все чисто. Разве что могли запомнить в лицо. Но у них там столько людей туда-сюда ходит, что проблемы с этой стороны вряд ли возникнут.

– Куда летим? – спросил Цербер, когда мы отдалились от отделения полиции на несколько километров.

– Нужна хорошая медицинская капсула и врачи, чтобы посмотрели, что с ним такое, – отвечаю, кивнув на Эрлиха, который как завороженный смотрит в окно на проносящиеся далеко внизу здания.

– Есть такое. Хорошо, летим туда, – произнес Цербер, пару мгновений подумав. – А пока летим, расскажи, зачем он тебе понадобился. Для чего так рисковать?

Собравшись с мыслями, начинаю рассказывать все по порядку. О том, что произошло. О своих догадках. Обо всем.

Глава 8

Цербер привез нас в небольшую частную клинику, где не принято задавать вопросы. Медицина и ничего больше. Причем на очень хорошем уровне, на Нове это одна из лучших частных клиник. И с их ценником за свои услуги они могут позволить себе не задавать лишних вопросов.

Приняли нас быстро, передали им Эрлиха, обрисовал свои подозрения насчет его состояния, и им сразу же занялись. Мы же остались ждать. Нам предложили разместиться в комфортной комнате отдыха, но я отказался, остался в коридоре, чтобы случайно ничего не пропустить, мало ли.

Можно было Эрлиха отвезти в другое место, например, на одну из баз Слияния, есть на Нове несколько таких, но там все же не тот уровень – максимум хоть и хорошие, но стандартные медицинские капсулы для оперативной помощи и спасения жизни. Если же с Эрлихом что-то этакое, сильно выходящее за рамки стандартного, там вряд ли получилось бы помочь ему и все равно пришлось бы везти сюда или в другую клинику, только время бы зря потеряли. Цербер решил перестраховаться и сразу полетел сюда.

– Что с ним? – спрашиваю у вышедшего врача из палаты, в которую поместили Эрлиха.

– У вашего друга обнаружены повреждения мозга. Ничего еще необратимого. Необходимая помощь оказана, в течение получаса он должен проснуться и будет в норме. Память не должна была пострадать, но это станет окончательно ясно лишь после его пробуждения. Вы успели вовремя, еще не больше суток, и было бы уже поздно, мозг удалось бы восстановить, а вот с воспоминаниями все было бы гораздо сложнее.

– Чем вызваны эти повреждения? Это могли быть последствия сильного удара? – спрашиваю, вспомнив, как напоследок хорошенько впечатал Эрлиха в пол, когда нас захватил спецназ.

– Нет. Повреждения вызваны химическим воздействием. Вашему другу сделали инъекцию – ее след мы нашли – и ввели прямо в мозг вещество, повредившее его. Действовали грубо, но эффективно.

Значит, с ним это все же сделали, когда его лечили в полиции после моего допроса. Я не ошибся в своих предположениях. С одной стороны, это радует, не я виноват в произошедшем с ним, а с другой, огорчает, ведь это значит, что у тех, кто сделал это, кто бы это ни был, есть свои люди в полиции, готовые пойти на такой риск.

– Почему он в таком случае остался жив и даже не превратился полностью в овощ? Сомневаюсь, что там было точечное воздействие.

– Вы правы и неправы одновременно. Точечного воздействия в самом деле не было, но доза вещества была строго рассчитана. Видно, что такое не в первый раз проделывают и все отработано и проверено. Его не хотели убивать, только заставить молчать, стереть его память, личность. Не расскажете, что с ним произошло?

– Нет.

В ответ врач пожал плечами, не став настаивать.

– Вам встречались еще похожие случаи?

– Не припоминаю ничего такого.

– Ясно, спасибо за ответы.

– Вы можете пройти в палату и дождаться его пробуждения. Только сами не будите, его мозгу нужно время. Вы оплатили сутки здесь, можете оставить его до завтра, если желаете. Если нет, тогда, как проснется, можете забрать его.

– Хорошо, – киваю врачу и прохожу в палату Эрлиха.

Там просторно, чистенько, места для посетителей есть, не только койка пациента. Эрлих же, как и сказал врач, спит. Выглядит безмятежно, так и не скажешь, что он совсем недавно пережил явно не лучшие моменты своей жизни и был буквально на волоске от того, чтобы перестать быть самим собой.

Сажусь в одно из кресел и принимаюсь ждать, когда он очнется. Арти села рядом со мной. А вот Цербер решил куда-то сходить, пока есть время. Дела у него какие-то появились. Но улетать куда-то ему не нужно, будет ждать нас в аэрокаре или просто снаружи клиники.

Минута сменяется минутой, время в ожидании тянется неспешно. Была мысль залезть в сеть, посмотреть, что творится в полиции и вообще на Нове, но решил, что не стоит, могу прозевать момент пробуждения Эрлиха, и кто знает, что он попытается предпринять, когда поймет, где оказался и в каком положении. Он может выкинуть все что угодно.

Минут двадцать, и Эрлих зашевелился, а потом и открыл глаза, потерянно смотря перед собой.

– С возвращением в нормальное состояние, – говорю, подойдя к нему.

Он повернул голову в мою сторону, и в его взгляде промелькнуло узнавание.

– Что происходит? – спросил он, оглядываясь по сторонам и то и дело напряженно косясь на меня.

И увиденное явно сбило его с толку, он не знает, как реагировать, и совсем не ожидал оказаться в больничной палате.

– Что ты помнишь последнее?

– Нас захватила полиция, меня доставили в медблок, чтобы подлечить после нашего с вами разговора. А потом лишь какие-то смутные обрывки до того, как я сейчас очнулся здесь.

– Судя по всему, в медблоке тебе повредили мозг, сделали какую-то инъекцию.

– Заставили меня замолчать, – произнес он, моментально помрачнев.

– Когда мы в последний раз с тобой общались, ты упомянул о некой зачистке. Что это значит?

– Зачистка тех, кто провалился, – спокойно ответил Эрлих, не став даже пытаться юлить и отпираться. – Зачем вы меня вытащили? Восстановили? Я же правильно понимаю, что в нормальном состоянии сейчас только благодаря вам?

– А сам не догадываешься, для чего я это сделал?

– Вам нужны ответы.

– Верно. И предлагаю начать с того, на чем мы остановились, когда нас прервали. Будешь сам отвечать или нужна внешняя мотивация?

– Не нужно, я расскажу.

– Так просто? – удивленно спрашиваю, ожидав, что он попытается посопротивляться хотя бы для вида.

– Нет смысла скрывать что-то, я уже списан, меня больше нет, – безразлично ответил он. – Задавайте ваши вопросы, отвечу, на что смогу.

Хм-м, не похоже, что он врет. Сейчас к нему подключена кое-какая медицинская аппаратура, следящая за его состоянием, и получить к ней доступ Эклайз смог. Пусть это и не полноценные детекторы для определения лжи, но, в общем-то, отслеживать такое можно. Так что, врет Эрлих или нет, скорее всего, удастся определить.

– Хорошо. Кто был целью и кто заказчик?

– Она была целью, – ответил Эрлих, кивнув на Арти.

– В смысле⁈ – переглядываюсь с девушкой, но она тоже ничего не понимает.

Кто-то заказал мою Арти? Кто-то хочет ее убить⁈ Гнев нахлынул, сметя все остальные эмоции. Захотелось немедленно найти заказчика и убивать его мучительно и долго. Сделав несколько глубоких вдохов, беру себя в руки и загоняю разбушевавшийся гнев подальше, пока рано для него.

– В прямом. Мы пришли туда за ней. Все остальное было заметанием следов, Слияние не должно было узнать, что ее устранили намеренно. Неудачное стечение обстоятельств, не повезло оказаться не в том месте не в то время, и ничего более.

– Почему ее хотят убить?

– Мне это неизвестно.

– А предположения есть?

– Есть, – согласно кивнул он. – Кому-то очень не понравилось, что столь значимая персона вновь появилась в Земной Федерации, и не в качестве простой гостьи, а начала чем-то активно заниматься. Об Артемиде знают многие, культовая личность наряду с Сергеем Асовым. Но в отличие от последнего, известно, что она поддержала Слияние и хоть куда-то пропала на многие годы, но вполне могла дожить до наших дней. И когда она появилась на Нове и что-то затеяла, скорее всего, по указке Слияния…

– Кто заказчик?

– Не знаю. Я лишь исполнитель, со мной таким не делятся.

– Кто ты такой? Наемный убийца?

– И он тоже. Но вообще мой профиль гораздо шире. Убийства, сопровождения, захваты – все такого рода, за что платят деньги.

– Ты ведь не сам по себе, так?

– Так.

– Расскажи про вашу организацию.

И если до этого Эрлих отвечал сразу, то сейчас он крепко задумался, а его пульс начал быстро расти.

– Остальные, кто участвовал в захвате пленных. Кто они такие? Они не были похожи на наемников. Слишком слабая выучка, странное поведение, – задаю другой вопрос, выждав секунд пятнадцать и так и не дождавшись ответа на предыдущий. Решил пока не напирать, есть еще и другие вопросы.

– Это были и не они.

– А кто тогда? Ты же сам сказал в прошлый раз, что наемники.

– Мало ли чего я сказал тогда. И я имел в виду скорее себя, а не их.

– Допустим. Так кто они такие?

– Фанатики. Самые радикальные из них. Мы их нашли, собрали, обучили и используем в своих целях, изредка подкидывая дровишек в пламя их фанатизма и позволяя творить угодное их душе.

– Те самые фанатики?

– Да, которые считают, что люди должны прозреть и вся хрень в этом духе. Как уже сказал, самые их радикальные представители. Мы находим даже сомневающихся, кто еще не стал таким, но уже подумывает о необходимости более радикальных действий, и обрабатываем их, превращая в нужное нам оружие. Удобно, на них можно свалить все что угодно, и никто ничего не заподозрит. А сами фанатики, которые обычные, – что бы они ни говорили, как бы ни пытались открещиваться, им никто не верит. Но используем мы их не так уж часто, нельзя злоупотреблять.

– Серьезно у вас все организовано. Вернемся к прежнему вопросу – кто вы такие? Чтобы все это проворачивать, нужны немалые ресурсы.

Эрлих снова замолчал, не спеша давать ответ на этот вопрос.

– Ай, ладно, что уж теперь, я все равно списан, – обреченно произнес он. – Нас можно назвать организацией наемников с очень широким спектром предоставляемых услуг. Действуем в пределах Земной Федерации, куда-то в другие места стараемся не соваться, редко когда беремся за такие заказы. Существуем уже несколько сотен лет. Наша деятельность по понятным причинам особо не афишируется, но все, кому надо, знают о нас и как на нас выйти, чтобы разместить заказ.

– Как называется ваша организация?

– Никак? – не очень уверенно ответил Эрлих. – Она просто существует, и те, кому надо, знают про нее. Какого-то названия нет.

– Кто-то знает, кто заказал Арти? – спрашиваю, кивнув на внимательно слушающую нас девушку.

– Только если кто-то из администраторов или выше. Не могу сказать точно, не знаю. Кто-то точно должен знать. Кто-то взаимодействовал с заказчиком, принимал оплату. Там хоть и все максимально анонимно, но наша организация старается подстраховываться на случай возникновения непредвиденных осложнений, чтобы было с кем связываться и предъявлять за неверные данные, предоставленные им. Или возникшие из-за этого проблемы. Так что где-то интересующая вас информация имеется, но где именно, я подсказать не могу.

– Я же правильно понимаю, что одной попыткой все не ограничится?

– Да, все так. Будет новая попытка.

– Какая и когда?

– Не знаю. Но, думаю, какое-то время у вас есть, готовиться будут тщательно, чтобы не было очередного провала, а это не быстро. Рекомендую залечь на дно хотя бы на пару месяцев. Потом, скорее всего, поднимут цену в связи со сложностью заказа, и, возможно, заказчик откажется платить, и заказ отменят.

– А если отбивать все попытки?

– Тогда попробуют еще сколько-то раз, все зависит от цены заказа, и поднимут ценник. Если заказчик согласится – все продолжится, если нет, то все, сможете выдохнуть.

– И вот всю эту операцию с захватом и устранением Артемиды ты подготовил из тюрьмы?

– Готовил ее не только я, но да, можно и так сказать.

– Понятно, а что по поводу меня?

– А что по поводу вас? – непонимающе посмотрел на меня Эрлих.

– Никаких заказов, никаких указаний?

– Я ни о чем таком не знаю. Да и с чего бы? Ну спутник нашей цели, ничего особенного.

– Ладно, – протягиваю, даже немного расстроившись. Глупость, конечно, но…

– Что будет со мной? – спросил Эрлих.

Хороший вопрос. И честно говоря, я над ним как-то не думал, не до того было. Спасти-то я его спас, ответы получил, пусть от этого и не стало легче, но вот что дальше?

– Только не возвращайте обратно в полицию. Лучше уж пристрелите меня сами, результат будет таким же, – попросил он.