Текст книги "Илманитари: Империя И'Ааниан: Книга Нулевая: Зачин Падения (СИ)"

Автор книги: Вечный Странник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Глава Двадцать Девятая. Восстание прошлого умирающей планеты, Орден Т'Илларского Креста негодует. Очищение близко, Проекция А'Ршаниандела В'Акштари хочет своего.

Р'Интаниан К'Андари продолжал собирать живые травы, ростки деревьев, и прочее, что ещё сохранилось на умирающем Ойнтароне. Он собирал, пытаясь вспомнить все самые лучшие воспоминания, что связаны с этой планетой. Детство, потом учёба, заведение новых знакомств во время учёбы в колледже, а потом и университете. После... После Р'Интаниан параллельно с чтением исследовательской литературы, активно читал приключенческие романы, мечтая когда-нибудь отправиться в одиночное приключение, чтобы повидать виды Ойнтарона. Под рукой у него всегда был О'Кхлианис О'Ойнтарон, Путеводитель По Ойнтарону. Увесистая книга, что вмещала в себя разнообразные факты о его родном мире. О Богах Ойнтарона, которые оберегали его, и которые являлись тем Младшим Видом, что смогли возвыситься, о том, как они построили макро-среду Ойнтарона, но с пометкой о том, что это всего лишь интерпретация Л'Ангванктари прошлого. Эту книгу он также взял с собой, когда выходил из дворца, но из-за всех передряг, полностью забыл про неё, и сейчас, открыв книгу, Р'Интаниан сверяясь с ней, чтобы не подобрать чего-то опасного.

– Р'Инти, Р'Инти, смотри, что я нашла! Эти цветы, символ моей династии, С'Иантины. Их фиолетовый цвет есть на нашем флаге и символе династии! – Говорит радостно Ниррли, подбегая к Р'Интаниану, и показывая тому собранный ею Т'Илларий, венок, из этих цветов. Р'Инти улыбнулся:

– Они очень красивые, Ниррли! Ты уже собрала всё, что хотела собрать? – Говорит тот, смотря на Ниррли. Ниррли, отрицательно покачав головой, говорит:

– Нет, ещё не всё. Мне нужно собрать ещё немного, да и, остальные тоже не собрали то, что хотели. Лучше подождать. – Говорит Ниррли, улыбнувшись. Р'Интаниан кивнул в ответ, и продолжил собирать разные диковинки Ойнтарона в очередной контейнер. Он брал всё, что было не тронуто заражением. Остальные делали также. Он надеялся, что если они посадят некоторые травы, и растения Ойнтарона на других макро-средах, то они прорастут, и всегда будут радовать его воспоминаниями про его родной Ойнтарон.

– Р-Р'Инти, я ощущаю что– то недоброе. Словно..... Словно развоплощённые души тех Илманитари, что жили на Ойнтароне, ощущают то, что планета умирает. Я слышу, как они воют, как им голодно без духовной пищи, а некоторые вот-вот материализуются, чтобы вкусить живую Илманитарскую плоть. Такое бывало, когда Малиркарт загрязнял миры своей Тьмой, и упокоившиеся Илманитари, Бьярлманктари и другие, восставали, жаждая вкусить живых. А загрязнения мерзопакостной В'Ааршта-Сетью и Мараайей, сделали их... ещё сильнее. – Говорит А'Рратион, подходя к Р'Инти. Хоть А'Рратион и казался с самого начала сильным и могучим Бьярлманктари, но глубоко внутри него сидел страх перед У'Кхванкти, упокоившимися Старшими и Младшими видами. Когда Кьярдарли, будь-то младшие или старшие виды упокаиваются, их души начинают постепенно внутренне гнить, разлагаться, развоплощаться. А когда их души развоплощаются, и если тело не успели отправить Белыми Кораблями к Единому, чтобы Кьярдарли там существовал наслаждаясь новой жизнью, то они уходят в землю, И'Кхартар, очень древнее слово, что существовало испокон веков, и питаются её энергией, но если И'Кхвартар каким-то способом загрязнена, будь-то умышленно или нет, Н'Иани У'Кхванкти, Неупокоившиеся, начинают выходить из под земли, напитанные злобой и тем, что их забыли отправить в плавание на Белых Кораблях, и их голод ничто не может утолить, кроме плоти и души живых Кьярдарли.

–У'Кхванкти? Я читал о них, А'Рратион, но они были лишь в эпических произведениях, где их вызывали злые Илманитари, которые хотели захватить мир. Я не знал, что они существуют. Мне отец говаривал, что все в Династии К'Андари, да и знакомые тоже, нужный срок отправляются на Белые Корабли, А'Шианти В'Акршатати. И... Я не знал, что на Ойнтароне много тех, кого забыли. – Говорит Р'Интаниан, прислушиваясь. Он слышит не просто гул планеты, он слышал вой. Голодный вой.

– Все! Нам нужно быть осторожными. Я слышу странный голодный вой! – Говорит Р'Интаниан, бросая контейнеры с собранными диковинками на землю. Остальные Л'Ангванктари, обернувшись, подошли к Р'Инти. Его мать, подойдя к нему, сказала:

– Вой? Ты заболел, Р'Инти. Я не слышу никакого воя. – Говорит та, прислушиваясь к тому, что происходит на Ойнтароне.

– Мама, ты разве не слышишь? Вой очень сильный. Те, кто воют, голодные. У меня уже уши болят. – Говорит Р'Интаниан, зажимая свои уши. На мгновенье настала тишина, а потом послышался вместо воя рык. Протяжный, дикий. А'Рратион уже вошёл в боевую форму, чтобы не проиграть У'Кхванкти. Р'Интаниан же, достал из ножен свой волшебный клинок, что загорелся ярким, обжигающим золотым светом, встав рядом с А'Рратионом. Остальные молодые и взрослые Л'Ангванктари, слыша этот рык, тоже взялись за оружия, засветившись своими внутренними энергиями.

– Они скоро будут.... – Тяжело дыша говорит Р'Интаниан, а его клинок, словно предчувствуя это, сияет ярче.

– РРРРРРРРАУУУУУ! – Все тут же услышали рык и вой множества У'Кхванкти, которые стали вылезать из под земли, прогрызая себе дорогу через то, что больше не питает их. Некоторые У'Кхванкти вылезали из под зданий, ибо там проходила У'Кхванкти-Сеть, что звалась ещё М'Укхташи-И'Нкхни, Сетью Покойных. Их острые заражённые когти, проламывали себе проход везде, где только можно.

– Д-дууууши! К-кроооовь! П-Плоооооть! Дааааайте в-вкусиииить н-нааааам, п-потоооомки забывшие н-наааас! – Говорят У'Кхванкти хором, пытаясь выдать нечто, что напоминало живую речь. У некоторых У'Кхванкти было оружие. Почерневшее, позеленевшее от лежания в земле вместе с хозяевами. – Е-Едааааааррррр! – Рычали те во время ходьбы, и от них отлетали куски земли, и чего-то ещё склизкого и противного.

– П-Проклятие! Их становится слишком много! Нам нужно либо сражаться с ними сейчас, либо добраться до Края Ойнтарона, отбиваясь от орд У'Кхванкти. – Дрожа говорит А'Рратион, у которого был страх перед неупокоившимися. Глубинный, древний страх. Он и сам не хотел стать таким, а хотел на Белые Корабли. Существование в таком виде это всё равно, что не существовать вовсе.

– Мы отобьём эту часть, и побежим к Стайланти,, а та отвезёт нас к Краю Ойнтарона! У нас нет времени, чтобы сражаться со всеми этими У'Кхванкти. И потом... Их поддержит загрязнённая земля, они всё равно восстанут. – Стиснув зубы говорит Р'Интаниан, успев разделить на части одного У'Кхванкти, который пёр на него, стремясь сожрать. В другую руку, Р'Интаниан взял свой А'Рихонстрел, и начал отстреливаться от У'Кхванкти, стреляя им в голову, что оказалось весьма эффективным против такого противника. Остальные принялись сражаться против неупокоенных так, как привыкли. Нарти жёг их своим внутренним пламенем, оставляя лишь горстку пепла, помогая своему отцу, а Ниррли, вместе с родителями, использовали скорость, чтобы внезапно нападать на У'Кхванкти. А'Рратион рубил и кромсал У'Кхванкти своими древними когтями через страх.

– Почему они не заканчиваются? Рррр! Мы ведь почти что проредили их! – Говорит А'Рратион, издавая свой фирменный рык, и попутно кромсая врага своими когтями. – Получите, неупокоенные! – Радостно рыча, говорит А'Рратион осмелевши, продолжая резать и кромсать тех, кто подходит к нему.

Бой продолжался ещё некоторое время. Земля обагрилась упокоенной кровью У'Кхванкти, повторно загрязнившись. Теперь она не была пригодна ни для выращивания культур, ни даже просто для того, чтобы жить на ней. Дважды загрязнённая поверхность Ойнтарона, постанывала от загрязнения, постоянно гудя, а гул становился всё более жутким и неестественным. Катаклизмов становилось всё больше, а их светило накалялось ещё сильнее, почти что прожигая свой лунный спутник, который уже не мог контролировать ни приливы, ни отливы, ни прочие погодные условия.

Ураганы тоже делали часть своей работы. Они сносили здания, которые всё ещё по какой-то причине стояли, разрушали всё на своём пути, даже оставленную А'Рихон-технику на планете. У большинства оставшихся Илманитарских построек на Ойнтароне, выбиты окна, сломаны двери, сломано всё, что умирающая природа способна сломать, но от ураганов была и польза, они, налетев на У'Кхванкти, начинают засасывать рычащих и голодных неупокойников, разрывая их на части своей силой. Тут-то, до сражающихся Илманитари и дошло: Они стали загонять У'Кхванкти в приближающиеся уроганы, и просто на-просто заталкивать их туда, а Р'Интаниан стрелял в них из своего А'Рихонстрела, разрывая сгнивший мозг, на котором оставалось лишь совсем немного частиц-разума.

– Да, почти! Теперь нам нужно как можно скорее добраться до Стайланти! – Говорит Р'Инти, вырвавшись вперёд, попутно отстреливаясь от У'Кхванкти, которые всё ещё наступали. Остальные последовали за ним. Кто-то спотыкался, кто-то уставал, но они шли, попутно убирая тех У'Кхванкти, которые их настигали.

– Стайланти, превратись в А'Рихон-танк, у нас чрезвычайная ситуация! На нас напала орда У'Кхванкти, и нам нужен мощный транспорт, который довезёт нас до Края Мира, и поможет отстреливаться от противников! – Задыхаясь говорит Р'Интаниан. Стайланти, запиликав, отвечает:

– Моя А'Рихон-энергия почти на нуле, но я постараюсь выжать из неё всё, чтобы помочь вам. Приказ принят. Превращение в А'Рихон-танк. – Говорит Стайланти, и начинает превращаться в массивный зелёно-голубой танк, пушка которого также была окрашена в зелёно-голубой цвет, и состояла из трёх разной величины дул. Двери А'Рихонтанка отворились, и молодые и взрослые Л'Ангванктари вместе с Бьярлманктари А'Рратионом, вошли во внутрь, крепко заперев входные двери, и Стайланти, включив автопилот, направилась к Краю Мира, обдавая пытающихся бежать за ними У'Кхванкти, А'Рихон-топливом.

Сзади А'Рихонтанка появились турели, которые стали отстреливать бегущую за ними орду, пока транспорт ехал, дополнительно разрушая своей тушей всё на своём пути. Они не знали, как скоро они доберутся до Края Ойнтарона, но им нужно сделать это как можно скорее, ибо Орден Т'Илларского Креста не будет ждать их слишком долго, и просто сотрёт их вместе с этой планетой.

В защищённой Светом Т'Иллара базе Т'Илларского Десанта:

– Я ощущаю, что планета заражена ещё больше. Проклятый договор. Если мы ещё раз опоздаем, то придётся очищать планету семь раз, чтобы на ней не осталось ничего заражённого. – Говорит А'Лдарэн, сидя за столом своего кабинета. Сейчас он был без брони, его тело покрывала лишь лёгкая туника, а сам А'Лдарэн, задумчиво смотрел в окно базы. – Зачем я вообще согласился на сражение с этим мальчишкой? Я не должен был дать ему получить ту силу, какую он получил. Это несправедливо! – Говорит сквозь зубы А'Лдарэн, стукнув кулаком по столу.

Л'Ирзания, что тоже была в сине-жёлтой тунике, что подчёркивала её смугловатую фигуру, а её алые волосы были распущены, подошла к А'Лдарэну, и сказала:

– Но мы можем отыграться. Руководство потеряло связь с этой планетой, а значит, не будет ничего страшненького в том, что мы поиграемся с Р'Интанианом К'Андари и его друзьями. То, что он избран, не даёт ему прав потешаться над Орденом Т'Илларского Креста Имени Святейшего Т'Илларета. – Говорит та, ухмыльнувшись.– Мы их встретим на Краю Ойнтарона, и подготовим им подарочек, М'Иклар А'Лдарэн. Или дайте выйти мне, я отомщу за ваше поражение этому мальчишке! – Продолжает та, улыбнувшись. А'Лдарэн, подойдя к ней, прикоснулся к ей талии, притянул Л'Ирзанию к себе, и шепнул ей на ушко:

– Мы отыграемся вместе. Они ничего не сделают против ауклемированных Л'Ангванктари. – Говорит А'Лдарэн, а на лице его появилась жестокая усмешка. – Если его избрала Изнанка Света, то сам Святейший Т'Илларет не будет против, если я его проверю. Проверю на веру. А что до орды У'Кхванкти... Мы их сожжём Пламенем Святейшего Т'Илларета, от этого ни один У'Кхванкти не уцелеет. – Продолжает тот, и, обняв ближайшую к нему Л'Ангванктаршу из его отряда, направился к выходу.

– Мы выходим прямо сейчас? – Спрашивает Л'Ирзания. Её глаза загорелись недобрым огоньком, и она достала из ножен клинок, сделанный из алого иномирского металла. – Мы можем отправить с собой ещё наших Л'Ангванктари, Они будут нам опорой в случае, если этот глупец решит мешать нашей миссии. – Продолжает та, но А'Лдарэн, положив указательный палец правой руки на её губы, ответил:

–Нет, Л'Ирзли, нет, мы идём не сейчас. Пусть они думают, что мы даём им закончить их дела, и мы проявим элемент неожиданности. И я не хочу брать других Л'Ангванктари. Они должны охранять наш оплот на этой планете от У'Кхванкти, что будут нападать на нас. Их пробудила та грязь, о которой мы им говорили, но нет, нас не послушали. Когда я закончу с этим делом, я обязательно вкушу Н'Иллирийского вина, с системы-миров Н'Иллирия. Там вино очень хорошей выдержки, мне попадалось даже вино, которому было десять тысяч лет. – А'Лдарэн отвлёкся н тему про вино. Этот напиток всегда дурманил этого Л'Ангванктари. Конечно, его ауклемированный организм позволял ему дольше находиться не подвергаясь дурманящим действиям напитка, но он словно привязался к распитию вина с конкретной системы-миров.

– Хорошо, М'Иклар А'Лдарэн. Тогда и вы угостите меня потом. Мы можем сходить ещё на горячие на центральной системе светил нашей системе-миров Р'Иммилия. Горячие источники на планете И'Ллантор просто великолепны. – Говорит та, улыбнувшись всеми своими белоснежными зубами смотря А'Лдарэну прямо в глаза. Они были знакомы с раннего детства. Ещё с того времени, пока те не были избраны Орденом, и очень сильно сблизились друг с другом.

– Но я, всё же, надену доспехи Ордена. На всякий случай. – Говорит Л'Ирзания, и, уйдя переодеваться, оставляет А'Лдарэна одного. Он размышляет, смотря на то, что осталось от этой планеты. Корил ли он себя за то, что эту планету забыли? Нет. Корил ли он верхушку за это? Тоже нет. Он понимал, что у Т'Илларетов слишком сильная бюрократическая система, что не позволяет уследить часто за системами-миров, которые под контролем Ордена, а уж за одиночными макро-средами внутри них, тем более. Когда планета будет сожжена за семь дней, у неё будет время переродиться, уже сияя Светом Пресветлого.

А'Лдарэн, тоже ушёл надевать доспехи, ибо понимал, что медлить уже категорически нельзя. Да что там, нужно подготовиться к тому, чтобы отбиваться от атак сразу множества противников. Орден Т'Илларского Креста Имени Святого Т'Иллара, почти никогда не проигрывал в честных сражениях. То сражение с Р'Интанианом К'Андари, он считал абсолютно нечестным.

Переодевшись в доспехи ордена, А'Лдарэн взял свой клинок, убрал его в ножны, и стал смотреть на обжигающее светило Ойнтарона. Оно бы расплавило его доспехи, если они не были бы покрыты защитным слоем Икмантина, невидимого металла, который защищает снаряжение от плавления. Он задумался ещё о том, что... Что было бы неплохо не только проучить Р'Интаниана К'Андари, но и о том, чтобы доказать Изнанке Света, что именно он был достоин быть избранным ею с самого рождения, а не быть просто ауклемированным высоко-образованным Л'Ангванктари. Почему жизнь так несправедлива к тем, кто хочет чего-то, а это что-то получают другие? Он об этом всегда задумывался. После сражений, во время отдыха, во время Т'Илларской Купели, во время ежегодичного празднования Т'Илланнеры, когда Святой Т'Илларет вернулся со своего похода умирающим, но получившим чудесное исцеление и Благословение Пресветлого. Т'Илларета почитали Сыном Пресветлого ещё с самого рождения его, Т'Илларет И'Нларианский, из системы-миров И'Нларии, совершал те чудеса, что были недоступны Л'Ангванктари тех лет, но он был противником любых культов, хоть и потом создалось Т'Илларство, и Т'Илларская Церковь, что хоть и считается самостоятельной, но является частью Церкви Единого и Церкви Пресветлого.

"Выбор.... Что за несправедливая вещь? Я стал искусственным Л'Ангванктари по Праву Предназначения, по праву Долга, или по моей собственной прихоти стать сильнее? Я изучал множество культур Л'Ангванктари, оккультных практик, изучал трактаты Т'Илларета, я во всём искал намёки Предназначения, Света, во всём старался быть похожим на то, что сам считаю Светом. Но что в итоге? Я оказался на Единым забытой планете, которая умирает, и которую мне предстоит уничтожить. Святой Т'Илларет, дай мне вкусить хоть каплю жития твоего, дай мне почувствовать твои Чудеса. Я столько верил в тебя, в твои идеалы. Почему же ты молчишь? Если бы я мог переродиться, я бы родился таким, как ты. Тем, кого избрал Пресветлый с рождения. Но я стал тем, кем стал. Твоим воином, что несёт клинок во славу твоих деяний, во славу твоего имени. "– В разуме А'Лдарэна проносились именно такие мысли. Других мыслей у него не было. Он бродил по защищённой земле Ойнтарона, и размышлял о таком как минимум час, и, вернувшись в штаб-квартиру Ордена, сказал Л'Ирзании:

– Я многое обдумал. Нет, я не хочу извиниться перед Р'Интанианом К'Андари. Напротив, я хочу научить его тому, чему учился сам. Тому, что вера приходит через пот, кровь и сражения. Как Святейший Т'Илларет был Воином Пресветлого, что распят был на Т'Илларском Кресте юродивым народом, что увидел в нём проделки Малиркарта, а потом воскрес, вознёсся в Небесный Град, и оттуда зрит за нами, исцеляя наши грешные и юродивые сердца и души. Т'Илларский Орден несёт своё бремя, и я принесу Учение Т'Илларета Р'Интаниану К'Андари, как член этого ордена. – Говорит А'Лдарэн, и, встав на колени, воздел руки к небу, которое постепенно становится всё краснее и краснее от накала атмосферы.

– Что это? У'Кхванкти? Что ж.... Время пришло показать, из чего сделан Орден Т'Илларского Креста! – Говорит А'Лдарэн, и он наполняется красной аурой, которая заполняет не только его нутро, но и то, что вне его пределов. Глаза А'Лдарэна наливаются Красным Гневом, его клинок тоже налился алым, да так, что из него стала капать кровь, которая сияла магическим отблеском. У'Кхванкти подходили, выли, рычали, желали вкусить А'Лдарэна, но тот, обходя их с помощью перекатов, прыжков, и парируя их удары так, что отрубал им головы, а его красная энергия, формировалась в Т'Илларский крест, правая сторона которого была наклонена вверх, а левая вниз, и этот крест также рубил Л'Ангванктарскую нежить, сжигая её священным Т'Илларским пламенем.

– М'Иклар А'Лдарэн, М'Иклар А'Лдарэн! Я пришла к вам на помощь! —Говорит Л'Ирзания, доставая свой клинок, и, присоединяясь к А'Лдарэну, помогает рубить и резать всё наступающих и наступающих У'Кхванкти, которые будто бы и не желали заканчиваться. Наоборот, напитавшись своим гневом, озлобившись на не забытых, они становились всё сильнее и сильнее с каждым разом, пока ауклемированные Л'Ангванктари, используя как свои обычные силы, так и улучшенные органы, рубили своих противников клинками, окропляя землю новой кровью неупокоенных.

– Их слишком много! Откуда? Мы же защитили базу Светом Т'Иллара! Что происходит?! – Задыхаясь говорит напарница А'Лдарэна, отбиваясь от атак тех, кто пытался кусать её, чтобы заразить своей не-живой субстанцией, превратив в такую же голодную тварь. А'Лдарэн, решив, что сейчас самое время, громогласно крикнул:

– А'УКЛМА ДИНАСТИИ И'ЛЮХАРИУМ! ПРОБУДИСЬ ВО МНЕ, ВОИНЕ СВЯТОГО Т'ИЛЛАРЕТА, ПРОБУДИСЬ И НАПОЛНИ МЕНЯ ЖИВОЙ СИЛОЙ! Я ЖЕЛАЮ, ЧТОБЫ ТЫ ПРИНЕСЛА СВЕТ Т'ИЛЛАРЕТА СЮДА, В ЭТИ КРАЯ, ЧТО ОБАГРЕНЫ НЕНАВИСТЬЮ! – После этих слов, А'Лдарэн стал меняться. Тело его покрылось новым слоем защиты, пальцы превратились в острые, красные когти, из которых шёл яркий свет, Т'Илларский Крест свисал с его спины, а Распятый Т'Илларет с Копьём Т'Иллара, стал на этом кресте ещё мрачнее, словно вот-вот он оживёт и восстанет. А'Лдарэн взял этот крест в две руки, а на самом кресте были острые зазубрины, к которым был прибит Т'Илларет, ставший после Мучеником Т'Илларом. Эти зазубрины наполнились невиданным праведным гневом, и начали разрубать У'Кхванткти, проходя через все их тела. Красная аура А'Лдарэна тоже вносила свою лепту, разрушая разлагающиеся тела врагов своим присутствием, а затем, за спиной А'Лдарэна, появились два алых крыла, что целиком состояли из его ауры, и, взлетев, размахивая крестом, А'Лдарэн произнёс:

– СВЯЩЕННОЕ ПЛАМЯ Т'ИЛЛАРЕТА МУЧЕНИКА, СНИЗОЙДИ НА ЭТУ ГРЕШНУЮ ПЛАНЕТУ, И СОЖГИ ТЕХ, КТО ПРОТИВИТСЯ ТВОЕМУ СВЕТУ! А'УКЛМА, ПОРОДИ ОГНЕННЫЕ МОЛНИИ ИЗ КРАСНОГО СИЯНИЯ, ЧТО БУДУТ РАЗИТЬ ВРАГОВ Т'ИЛЛАРА! – Кричит тот, и небо покрывается не просто красным огнём, нет. Небеса разверзлись, и тысячи звёздных осколков, объятых красным пламенем, посыпались на эту часть Ойнтарона, поражая своим огнём всех, кто попадался ей. Неупокоенные кряхтели, стонали, пытались отойти от этого огня, но тщетно. Когда падающие осколки звёзд касались их тел, они просто испарялись. Спустя время, звёздный дождь окончился, оставив после себя только то, что не повелел сжечь А'Лдарэн, что парил на алых крыльях, держа в руках Т'Илларский Крест.

– Кх... Вот и всё. Эти твари боятся пламени. Быть может, поможем дружкам Р'Интаниана, М'Иклар А'Лдарэн? Покажем им, на что способны Праведные Л'Ангванктари. Продемонстрируем им не фокусы, а настоящую святую мощь. – Говорит Л'Ирзания, вытирая со лба пот от усталости. – Мы должны принести им ту Веру, что приходит ко всем, к кому-то раньше, к кому-то позже, но Вера должна прийти к каждому Л'Ангванктари. В Церковных Системах-Миров привечают тех, кто пришёл к Т'Илларству сам, без навязывания. Но не взглянув на настоящую веру, Л'Ангванктари не сможет принять её сам. Всегда нужен пример. – Продолжает та, а на её лице проявилась улыбка. Она сама пришла к Т'Илларству, когда увидела праведность Рыцарей Света, когда те спасли её матушку и младшего брата от неминуемой гибели. Именно тогда, Л'Ирзания и погрузилась полностью Т'Илларианство.

– Л'Ирзания. Он не хочет быть Избранным, он не хочет участвовать в Великой Игре Света И Тьмы. Ему всё подают на блюдце с золотым покрытием, а он отказывается брать. К нему приходил сам Небесный Посланник. А ко мне кто? Я всего добился сам, сам принял Веру Т'Иллара, сам ношу на груди Т'Илларский Крест, отмечаю все причитающиеся нашей вере праздники, помогаю Церкви Единого А'Интаси, и помогаю священникам Церкви Пресветлого О'Антартлана, я постоянно молюсь тому, чтобы хоть кто-то из Небесного Воинства обратил на меня внимание, а он? Какие ритуалы он провёл, чтобы это всё свалилось на голову этого бессветного Л'Ангванктари? Никакие! Он ничего не проводил, чтобы прийти к тому, кто он есть сейчас. – Говорит тот, показывая своё презрение, а Т'Илларский Крест на его груди, словно раскаляет его грудную клетку, о чём-то предупреждая.

– М'Иклар А'Лдарэн.... Я понимаю всю вашу боль, через которую вы прошли. Но его Избранности не отменишь, хотя, я согласна с тем, что он не похож на исключительного совсем. Просто обычный малолетний выскочка, который всё время провёл у себя в комнате, и теперь не хочет принять полную картину мира. Ему стоит показать, как он ошибается, и тогда, и тогда он примет Истинную Веру. – Говорит Л'Ирзания, скрестив в Т'Лларском кресте руки на своей груди. Она верила, что сможет наставить этого бессветного бедолагу на правильный путь, не прибегая к бессмысленному насилию, что осуждаемо одним из правил Т'Илларета.

– Ты снова права, Л'Ирзания. Нам стоит попробовать подыскать подход, чтобы Р'Интаниан сам пришёл к нашей вере. Если бы мы знали его слабые места... – А'Лдарэн задумался. И вправду. Какие слабые места можно найти у Р'Интаниана К'Андари? Воспользоваться его положением? Может быть, прикоснуться как-то к его близким? Они думали, а на Ойнтароне уже наступала тёмная, беззвёздная ночь, будто бы кто-то погасил все звёзды. Л'Ирзания и А'Лдарэн ушли в укрепления Ордена Т'Илларского Креста, став размышлять дальше.

Проекция А'Ршаниандела В'Акштари тоже имеет свои чувства:

Проекция А'Ршаниандела В'Акштари шла своим путём до Края Ойнтарона, дополнительно заражая и разрушая то, что осталось незаражённым. Серый Туман и чёрная жижа оставались там, где проходила эта проекция, а Ойнтарон, словно чувствуя это, издавал звуки, которые напоминали кашель больного Кьярдарли, чья душа вот-вот развоплотится. Проекция А'Ршаниандела шла молча, думая о чём-то своём. Да, даже у проекции есть свои чувства, эмоции и остальное. Созданный А'Ршаниандел В'Акштари не понимал, зачем его выдернули из зоны комфорта. Ради чего? Чтобы его хозяин поигрался с противником? Будто бы у него не было времени сделать этого раньше. А после этого проекция должна исчезнуть? Нет, исчезновение, это точно не то, к чему освободившаяся проекция стремится.

"А что если я сломаю портал и сделаю так, чтобы этот Орден, уничтожил не только Ойнтарон, но и наших беглецов? Это будет сладкая мест ь за те унижения, которые мой создатель получил. О да, месть будет невероятно сладкой." – Подумал созданный А'Ршаниандел, ускоряя шаг и заражение всего, что не было ещё заражено. Если те, что были здесь до него не смогли сломать этот проклятый портал, проекция В'Акштари это сделает самостоятельно. Идея казалась настолько заманчивой, что эта проекция стала идти вприпрыжку, словно она пританцовывала.

Ей было всё равно на неупокоенных, проекция А'Ршаниандела В'Акштари не набрасывалась на них. не уничтожала. Пусть они грызут и едят всё, что считают нужным. Ей до этого нет дела, пока месть не будет свершена. Голова проекции затуманена лишь местью, и ничем иным. Словно сам А'Ршаниандел В'Акштари при создании проекции, вплёл эту месть в её судьбу, будто бы желал, чтобы она была исполнена за него, раз он не смог.

– А'Схша! – Произнесла проекция А'Ршаниандела В'Акштари, и перед нею открылось множество дверей, что были все испачканы чёрной жижей, а чёрные пузырьки на них бурлили и шумели так, словно это бесчисленные моря звёзд. Проекция вошла в центральную дверь, а затем вышла на другом континенте Ойнтарона, и проделала так ещё несколько раз, пока не оказалась на краю планеты. Оказавшись на Краю Ойнтарона, проекция осмотрелась. Никого. Она подошла к порталу, который был в самом центре округлого искусственно созданного острова, и, смотря на портал, говорит:

– Ну что ж, вот мы и встретились. Мой создатель говорил, что я должен подождать возле тебя, когда сюда прибудет Р'Интаниан К'Андари, но я хочу внести в твою конструкцию кое какие правки. – На лице проекции появилась усмешка, и та лёгкими шагами подошла к порталу, погладила его когтистой ладонью, оставляя странные и непонятные узоры, а затем, она слилась с самой местностью, растёкшись по поверхности искусственно созданного острова чёрной, мутной жижей, которая бурлила также, как и океан вокруг этого острова. Сам портал тоже стал покрываться чёрной жижей с низу до верху, а из него стали вылезать странные щупальца, словно порождая некое существо, что стало постепенно выбираться.

–О, гхма, милкхум, нарзкхлани о'гинхнан! – Произнесло это существо на непонятном древнем языке, наконец полностью выйдя из портала. Это было жуткое зрелище. Существо полностью состояло из множества чёрных, как сама ночь щупалец, которые истекали то-ли кровью, то-ли странной жижей голубого и серого оттенка. У существа под тысячу глаз, которые расположены то на щупальцах, то на его мясистом, бурлящем и кипящем, как бушующий океан теле, а голова существа была похожа сначала на голову большого младенца Л'Ангванктари, покрытого чёрной тиной, а потом она вывернулась наизнанку, став похожей на что-то мерзкое, большое рыбноподобное нечто. После того, как это вышло из портала, за ним вышли множество солдат, которые напоминали скорее рыбоголовых с острыми ушами, полностью покрытых тиной, чем на стандартного Л'Ангванктари. Затаившаяся проекция А'Ршаниандела В'Акштари, вышла навстречу процессии. и поклонилась:

– Добро пожаловать, добро пожаловать, Повелитель Тёмных Вод Малиркарта, Император Тины и Лорд Н'Имгхдактор! я рад, что вы со своими Н'Имгхдактарли, решили посетить столь уютно-противную планету под названием Ойнтарон. Честь, большая честь и хвала вам. Скоро сюда прибудут Илманитарские глупцы, и вам, то есть, я хотел сказать нам, нужно проучить их. Я буду рад, если вы нам поможете! – Проекция говорила нарочито вежливо, ведь если она проявит грубость, Н'Имгхдактор сможет избавиться от неё за минуту. Множество глаз смотрели на эту проекцию, то прищуриваясь, то смерив её злобным взглядом, а затем, существо заговорило множеством глубокомысленных голосов, по которым складывалось ощущение, что их миллиарды:

– Жалкий, брррл, червь! Ты, брррл, не представляешь, брррл, насколько ты жалок, брррл, ты думаешь, брррл, что я, Великий Лорд Н'Имгхдактор, выйду, брррл, в своём истинном облике, брррл?! Это всего лишь проекция, созданная специально, брррл, для устрашения, брррл, глупых, брррл, Илманитари. Но раз, брррл, ты призвал меня, брррл, то ты, брррл, расплатишься своей, брррл, ничтожной душой! – Щупальца тянулись к проекции так, словно хотели заполучить её. Они чуяли силу, которая в ней была, но не догадывались, что это была лишь одна десятая часть того, что есть у создателя этой проекции. Проекция, сделав ещё один поклон, произнесла:

– Г-Господин, я-я всё п-понимаю, что э-это для вас мелочи, но я заключаю сделку, я хочу. чтобы я стала свободной, я хочу, чтобы меня больше не использовали, как Проекцию, я хочу обрести полную материю и полную душу, и я молю вас, помогите с этим, и моя душа будет в в-вашем р-распоряжении. И помогите проучить глупых Илманитари! – Говорит Проекция А'Ршаниандела В'Акштари, кланяясь в ноги жуткому существу. А существо, словно насмехаясь, говорит:

– Бррл, ты настолько жалок, бррррлуп, но я, бррррлуп, в-бррлдушный, брррлуп, и моё вел-буррлдушие, обойдётся тебе в дорого, брррлуп! Ты будешь служить мне, брррлуп, пока, брррлуп. не истечёт, брррлуп, контракт! Бррлуп, я помогу, бррлуп, жалкому, бррлуп, тебе! – Говорит существо, издавая полубулькающие звуки, и пытаясь изобразить нечто подобное на нанкнанктарский, но получалось у существа с трудом.

– Слушаюсь, повелитель. – Покорно произносит проекция А'Ршаниандела, и они заключают важнейшую сделку, которую только может заключить проекция существа.

Все стороны готовятся к последнему столкновению на этой умирающей планете, надеясь на праведное для себя ожидания. Приятного прочтения!