Текст книги "Плохая девочка (СИ)"

Очнулась Кэтрин от того, что кто-то сильно хлопнул дверью. В первые несколько мгновений девушка не могла понять где находится, а потом воспоминания обрушились, словно лавина. Кэтрин быстро задышала, отчаянно прикрываясь простыней и понимая, что спала в одних трусиках. Легче ей стало от осознания того, что хоть рядом с ней место на кровати и было примято, но Элайджи в спальне не было.

– Что стряслось, Никлаус? – услышала Кэтрин голос Элайджи и вздрогнула. Обмотавшись простыней, девушка тихими шагами подошла ближе к двери, чтобы все слышать.

– Ребекка приходила сегодня с утра. Сообщила, что Майкл появится в Академии совсем скоро, – послышался голос Клауса. Кэтрин почувствовала, как ее сердце стало отстукивать бешеный ритм.

– Почему отец не смог приехать на Хэллоуин, но решил появиться сейчас? – недоуменно спросил Элайджа. Кэтрин услышала, как Клаус фыркнул.

– Это же твой отец, вот и думай, – грубо отрезал Клаус, а потом вдруг совсем другим голосом произнес фразу, заставившую Кэтрин застыть. – Кстати, ты не один?

– С чего ты взял? – невозмутимо поинтересовался Элайджа.

– Выглядишь слишком довольным, – усмехнулся Клаус. Послышались быстрые шаги и звук открывающейся двери. И в тот момент, когда Кэтрин с облегчением выдохнула, младший Майклсон добавил. – Между прочим, спать со студентками как-то не очень, братец. И скажи, чтобы Петрова сменила духи, потому что во всей Академии только она благоухает таким резким ароматом лилий.

Элайджа ничего не ответил. Дверь снова хлопнула, а Кэтрин быстро отскочила ближе к постели, пытаясь найти свою одежду. Черт! Куда Элайджа вчера откинул ее джинсы и рубашку?!

– Это ищешь? – произнес Элайджа входя в комнату. Кэтрин чуть ли не подпрыгнула на месте от внезапного появления куратора. Обернувшись и все также прижимая простынь к обнаженному телу, девушка посмотрела на Майклсона. Он смотрел на нее с легкой усмешкой, а в руках у него была ее одежда!

– Да, спасибо, – пробормотала Кэтрин и быстро выхватила джинсы и рубашку из рук куратора. – Отвернитесь!

Элайджа рассмеялся, но все же отвернулся.

– Вампиры прекрасно видят в темноте, Катерина. Неужели ты думаешь, что я вчера не успел рассмотреть все, что хотел? – насмешливо поинтересовался Элайджа, и Кэтрин почти закипела от негодования. Быстро натянув свою одежду, она откинула простынь в сторону и, скрестив руки на груди, повернулась к куратору.

– Куратор Майклсон… – начала Кэтрин, но грозный взгляд Элайджи заставил ее замолчать. Он медленным шагами подошел к ней, не давая девушки и возможности сбежать.

– Значит “куратор Майклсон”, да? – угрожающе переспросил Элайджа. Кэтрин отчаянно кивнула и попыталась попятиться назад. – А вчера ты называла меня по имени.

Кэтрин ничего не могла ответить на это заявление. Ей оставалось только пятиться назад, пока она не уперлась в стену. Оглянувшись по сторонам, Кэтрин поняла, что попала в ловушку. Элайджа насмешливо улыбался и, остановившись слишком близко к девушке, вдруг уперся рукой о стену, нависая над Кэтрин.

– Четыре дня, Катерина, – тихо проговорил Элайджа, и девушка непонимающе взглянула на него. – Через четыре дня моя кровь перестанет действовать на твой разум.

Кэтрин молчала, но ее сердце стучалось слишком сильно. Хотелось совершенно разных вещей – сбежать, ударить наглого куратора, например… а еще снова оказаться в его объятиях и почувствовать его руки на своей коже. Мучаясь противоречивыми желаниями, Кэтрин нервно сглотнула ком в горле.

– Через четыре дня поговорим, Катерина, – довольно улыбнувшись, произнес Элайджа и убрал руку, словно выпуская девушку из плена. – У тебя есть целых четыре дня, чтобы попробовать сбежать. Если, конечно, тебе этого хочется…

Элайджа наклонился и легко прикоснулся губами к скуле Кэтрин, от чего она вся напряглась. По телу прошла волна дрожи и желания, но уже через секунду Майклсона не оказалось рядом. Недовольно фыркнув, Кэтрин поспешила вон из комнаты преподавателя.

========== 9. ==========

Первое, что сделала Кэтрин оказавшись в своей комнате, – выкинула единственные духи. К черту их! Из-за них теперь напыщенный индюк Клаус в курсе происходящего! Причем Клаус явно сделал неправильные выводы, и теперь нужно будет постараться, чтобы не только не попадаться на глаза куратору, но миновать внимание младшего Майклсона.

Весь день у девушки получалось избегать и того, и другого, но вот во время ужина фортуна отвернулась от нее.

– А вот и она, – довольным голосом произнес Клаус и спокойно уселся напротив Кэтрин. Та вздрогнула, но на ее лице не мелькнула ни одна эмоция. Кэтрин со скучающим видом продолжала медленно пить кровь из бокала, то и дело посматривая по сторонам, словно в поиске опасности. – Можешь расслабиться, Элайджа сегодня занят исключительно нашей сестрой.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – ровным голосом проговорила Кэтрин и попыталась встать, но Клаус сильно дернул ее за руку, и девушка снова оказалась за столом. Возмущенно посмотрев на Майклсона, Кэтрин выдернула руку из его хватки. – Не смей прикасаться ко мне.

– Не претендую, Петрова, поэтому расслабься, – усмехнулся Клаус, а потом показательно вдохнул, улавливая аромат. – Избавилась от духов? Правильное решение, милая.

– Хорошо, что тебе надо, Никлаус? – грубо прервала парня Кэтрин, и назвала она его специально полным именем – прямо также, как это сделал Элайджа с утра. Услышав обращение, Клаус с неприязнью посмотрел на девушку.

– Не называй меня так, ясно? – пододвинувшись ближе к Кэтрин, Майклсон чуть наклонил голову. – Подозреваю, что у Элайджи мозг немного отключился, раз он позволил, чтобы подобное у вас случилось…

– Ничего не было! – прошипела Кэтрин, стараясь сдержаться от того, чтобы просто не треснуть Клауса по голове. Что-то подсказывало ей, что он этого просто так не оставит и терпеть не будет. Она ведь не Кэролайн, ее чары на Майклсона-младшего не подействуют.

– Тогда еще лучше, потому что ничего и не должно было быть! – рявкнул Клаус. – Ты понимаешь, что наши семьи с самого основания враждуют? Глава рода никогда не одобрит подобный выбор Элайджи. Найди себе кого-нибудь другого.

Стойко выслушав Клауса, Кэтрин скрестила руки на груди и нахмурилась.

– Скажи это своему брату! Я не единственный инициатор того… хм… что не случилось.

Клаус откинулся на спинку стула и вдруг рассмеялся. Кэтрин скептически смотрела на парня, надеясь, что этот разговор подходит к концу.

– Поверить не могу.

– Что? – не поняла Кэтрин, и Клаус заулыбался хищной улыбкой.

– Всегда правильный и благородный Элайджа умудрился так накосячить. Обычно расстройством главы семьи занимаюсь я. Хочу посмотреть на Майкла, когда он все узнает, – ответил Клаус, поднялся и хотел уже уходить, как к столу подошел Деймон. Он сверлил Кэтрин взглядом, и тут она поняла, что сейчас будет разбор полетов. Вчера она сначала набросилась на него с поцелуями, а потом также стремительно сбежала, ничего не объяснив. Сальваторе явно хотел крови. И крови Кэтрин.

– Петрова, – процедил сквозь зубы Деймон, – надо поговорить о вчерашнем…

– А что вчера было? – заинтересованно спросил Клаус. Его серые глаза сверкали весельем, и Кэтрин захотелось провалиться сквозь землю.

– Эта неадекватная сначала набросилась на меня с поцелуями, а потом, когда твой братец довольно сильно отшвырнул от нее об стену, она сбежала! Сбежала и ничего даже не объяснила! – зло поведал Клаусу Деймон. Тот несколько секунд молчал, а потом рассмеялся. Сальваторе непонимающе уставился на друга. – Чего ржешь?

– Ничего, приятель, – ухмыльнулся Клаус, а потом, подтолкнув Деймона в сторону от столика Кэтрин, добавил, – боюсь, что здесь тебе ничего не светит. Петрова предпочитает мужчин постарше.

Деймон непонимающе позволил себя увести, Клаус продолжал веселиться, а Кэтрин осталась совсем одна – злая, пылающая желанием оторвать младшему Майклсону голову, но одна, что не могло не радовать.

Оказавшись в своей комнате, Кэтрин устало выдохнула и наконец смогла расслабиться. Переодевшись в рубашку для сна, девушка уже собиралась лечь спать, как в дверь постучали. Кэтрин замерла. Никто, кроме Кэролайн, не приходил к ней. Никогда. Осторожно спустив ноги на холодный пол, Кэтрин медленно подошла к двери и аккуратно приоткрыла ее.

– Какого черта! – вырвалось у Кэтрин, прежде чем куратор Майклсон легким движением оказался в ее комнате, закрывая дверь. Еще через секунду девушку уже прижимали к этой самой двери и закрывали рот самым возмутительным образом – ее целовали!

Руки Элайджи пробрались под рубашку, заставляя Кэтрин вздрогнуть и тихо застонать. Прикосновения его пальцев были почти горячими. Если бы Кэтрин не знала наверняка, то была бы уверена, что его прикосновения оставляет на ее теле ожоги.

Наконец, прекратив поцелуй, куратор уставился на пытающуюся взять себя в руки Кэтрин. На губах Майклсона появилась хитрая ухмылка, а вот девушка почувствовала негодование.

– Что вы себе позволяете, куратор? – едко поинтересовалась Кэтрин, но на Элайджу ее слова никак не повлияли. Он прижался к ней всем телом и чуть прикусил мочку уха, от чего с губ Кэтрин сорвался еще один стон. Словно удовлетворенный данной реакцией, Элайджа отодвинулся и позволил Кэтрин выскочить из своих рук. Отойдя на несколько шагов от куратора, девушка скрестила руки на груди. – Ну и?

– Когда ты в таком виде, я не могу нормально с тобой разговаривать, – спокойно сообщил Майклсон, скользя взглядом по обнаженным бедрам Кэтрин. Девушка яростно выдохнула и хотела уже было прикрыться простыней, как снова оказалась в плену рук Элайджи. – Пойдем ко мне.

Предложение Элайджи было таким заманчивым, таким соблазнительным. Кэтрин яростно думала, пытаясь найти хоть одну причину немедленно влепить куратору пощечину. Но он, словно издеваясь, нежно поглаживал кожу девушки, вызывая во всем ее теле дрожь.

– Ты сказал, что у меня есть четыре дня. Прошел только один, – напомнила куратору Кэтрин и обернулась лицом к нему. Майклсон кивнул, но отпускать девушку не собирался. – Так в чем дело?

– Все одно и то же, Катерина, – как то устало выговорил Элайджа и вдруг улыбнулся. – Хочу тебя в своей постели. И чтоб ты спала. Сегодня я впервые за долгое время действительно спал хорошо.

– Используешь меня, чтобы выспаться? – выпалила Кэтрин за что тут же поплатилась – Элайджа прикоснулся губами к ее шее, опускаясь все ниже, заставляя закусывать губу, чтобы не стонать от наслаждения.

– Да, ты мой талисман для хорошего сна, – промурлыкал Элайджа, и Кэтрин сдалась. Она весь день, особенно после разговора с Клаусом, уверяла себя, что все произошедшее ночью – ошибка. Что она просто поддалась эмоциям, совершая ошибку за ошибкой. Но сейчас Кэтрин поняла, что все это были отговорки. Она действительно хотела этих прикосновений. Действительно хотела оказаться в постели Майклсона. И, ужасней всего, ей было откровенно плевать на все причины, по которым они не могли этого сделать. Не могли быть вместе.

– Хорошо, – выдохнула Кэтрин и тут же оказалась на руках Элайджи. – Мне бы джинсы надеть…

– Забудь, в такое время никто не ходит по преподавательскому этажу, – отмахнулся Майклсон, и уже через пару минут они были в его спальне. Положив Кэтрин на кровать, Элайджа навис прямо над ней. – Так как прошел твой день?

– Ты серьезно хочешь сейчас разговаривать? – прошептала Кэтрин и потянулась к губам Элайджи. Он ответил сразу же. И в этот раз его поцелуи не были осторожными и аккуратными. Вместо нежности в прикосновениях проскальзывала самая настоящая страсть, и, честно говоря, Кэтрин это понравилось намного больше. Не сдерживаясь, девушка легко заставила Элайджу лечь на спину. Сама она оказалась прямо на нем. Ловкими движениями расстегивая рубашку куратора, Кэтрин закусила губу.

– Такая сосредоточенная, – проговорил Элайджа, и Кэтрин ухмыльнулась.

– Вам, куратор Майклсон, необходимо подучиться говорить девушкам комплименты. Что значит “сосредоточенная”? Это по вашему комплимент, который стоит говорить девушке, когда она сидит на вас и расстегивает вашу рубашку?

– Прекрасная, – начал Элайджа и снова легко оказался над Кэтрин. Она попыталась вернуться в прежнее положение, но он не позволил, – соблазнительная, невероятно непослушная…

– Непослушная? Ммм… – Кэтрин хотела сказать что-то еще, но в этот момент Элайджа стянул с нее рубашку, прикасаясь руками к груди и продолжая целовать шею.

– Очень непослушная, – подтвердил Майклсон, а потом его пальцы вдруг слегка оттянули резинку трусиков, поглаживая нежную кожу. Кэтрин замерла, почти перестала дышать, не позволяя себе даже вздрогнуть. Тягучее чувство внизу живота, заставила девушку выгнуться навстречу Элайдже и его пальцам, но куратор, словно издеваясь, убрал руку и как-то целомудренно поцеловал Кэтрин в лоб. – А теперь спать, Катерина.

Откинувшись на подушки рядом, Элайджа по-хозяйски притянул Кэтрин к себе и, уткнувшись в ее плечо, затих.

Несколько секунд Кэтрин молчала, пытаясь справиться со своим ускорившимся дыханием, а потом зашипела.

– Ты издеваешься!

– Вот этот твой вид в моей кровати – одно сплошное издевательство, я же не жалуюсь, – промурлыкал Элайджа, и Кэтрин фыркнула. Она знала, что сейчас он улыбается, и несмотря на то, что ей хотелось наговорить куратору множество гадостей, она промолчала и тоже улыбнулась. Ближе прижавшись к телу Элайджи, Кэтрин закрыла глаза, наслаждаясь каждым мгновением.

========== 10. ==========

Проснулась Кэтрин от холода. Просто в один момент она почувствовала, как сильные руки Элайджи аккуратно соскользнули с ее талии, а кровать чуть прогнулась. Не отрывая глаза, Кэтрин поняла, что куратор прошел в ванную комнату и тихо прикрыл за собой дверь. Усмехнувшись, девушка наконец открыла глаза и распласталась на кровати в позе звезды. Простынь приятно холодила обнаженную кожу, а внутри Кэтрин все сильнее вспыхивало любопытство.

Да, Элайджа сказал, что через четыре дня действие крови закончится. Прошло почти два – осталось столько же, а выдержка и благородство куратора не ведает границ. Но что если Кэтрин не хотела ждать? Что если ей было невыносимо это ожидание, эти ночные прикосновения и объятия? Что, если девушка хотела намного большего? И Кэтрин было все равно на кровь Элайджи в ее организме. Она была уверена, что хочет его не из-за этого!

Грациозно вскочив с постели, Кэтрин обмоталась простыней и проследовала в ванную комнату. К ее огорчению куратор уже принял душ, и теперь стоял в одних брюках перед зеркалом, аккуратными движениями лезвия убирая щетину. Когда Кэтрин появилась за его спиной, Элайджа чуть приподнял бровь, но не обернулся.

– Я тебя разбудил? Прости. Еще рано, у тебя есть время поспать, – как бы между прочим проговорил куратор и продолжил свое занятие. Кэтрин хитро улыбнулась и пожала плечами. А потом одним движением убрала руки от груди, и простынь с легким шелестом упала к ее ногам. Наступила тишина, прерываемая лишь шумом воды из-под крана. Элайджа застыл на месте и медленно опустил руки к раковине. Кэтрин же, наслаждаясь произведенным эффектом, подняла руки и потянулась, заставляя куратора заметно напрячься.

– Если вы не против, куратор Майклсон, я приму душ, – мелодично произнесла Кэтрин, делая акцент на обращении на “вы”, но идти к душевой кабинке не спешила, а продолжала наблюдать за мужчиной. Ее поведение было форменным издевательством, но разве сам Майклсон не издевался над ней вот уже две ночи? Разве не он дарил ей эти страстные и нежные поцелуи и прикосновения, дразня и даря надежду на продолжение?

– Как пожелаешь, Петрова, – выдавил из себя Элайджа и сильнее вцепился пальцами в край раковины. Кэтрин его реакция не удовлетворила, поэтому она легкими шагами подошла к мужчине и в мгновение ока повернула его к себе.

– Вы еще глаза зажмурьте, куратор, чтобы не видеть меня, – рассмеялась Кэтрин, когда Элайджа попытался отодвинуться подальше от нее, но у него, конечно, ничего не получилось. Девушка нежным движением стерла остатки пены для бритья с подбородка Майклсона, от чего он напрягся еще сильнее. На мгновение через тело Кэтрин словно прошел разряд тока, и ей показалось, что она и сама теряет контроль от ощущения горячей кожи куратора под своими пальцами. Но это длилось лишь мгновение. Еще через секунду Кэтрин уже полностью контролировала себя и улыбалась, видя почти мучение на лице мужчины.

– Катерина… – почти прошипел Элайджа, но Кэтрин этого было достаточно. Она хихикнула, а потом непринужденной походкой направилась к душевой кабинке. Не смотря на куратора, девушка медленно стянула с себя трусики и отбросила в сторону. Со стороны Майклсона послышался шумный вздох. Обернувшись через плечо, Кэтрин соблазнительно улыбнулась и направилась в душевую. Ох, как она надеялась, что Элайджа не устоит! Как же ей хотелось, чтобы он отбросил в сторону эти свои дурацкие принципы и прижал ее к стене, даря жесткие, но такие нужные поцелуи!

Но Кэтрин вошла в душевую кабинку и закрыла дверцу. И ничего не произошло. С недовольным вздохом девушка включила прохладную воду, чтобы успокоиться и заодно освежиться. Потому что в один момент поняла, что сама она пахнет запахом Элайджи. А это не было хорошо, особенно – в месте, где каждый второй вампир с легкостью может определить чей запах на ней.

Прохладная вода приятно освежала, и Кэтрин подставила лицо под душ. Только через несколько минут дверь в ванную комнату хлопнула, и девушка поняла, что Элайджа вышел.

*