Текст книги "Предательство одного подарит любовь многих (СИ)"
Автор книги: Taruna Poddubnaya
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)
– Интересная мысль, я обязательно проверю, сами мы об этом не подумали как-то. Вот только все осложняется тем, что тех, кто помогал выполнять грязную работу, убивают. Посмотреть, что у них в голове нет возможности, – задумчиво сказал элохай.
– Неужели при таком разнообразии рас у вас нет тех, кто может поговорить с мертвыми? – предложила я вариант, ведь в книжках писали про всяких некромантов, вдруг и у них такие есть.
– Жаль конечно, но нет таких. Неужели у вас есть те, кто может общаться с мертвыми? – заинтересованно спросил жнец. Видимо, эта тема его зацепила.
– Точно сказать, есть такие или нет, не могу. Но у нас есть, так называемые, ясновидящие, которые говорят с душами умерших. Вот только подтвердить точно, видят ли и общаются ли они с кем-то, или все выдумывают, нельзя. У нас часть людей верит, а часть считает, что врут, – пояснила я им.
– А ты как считаешь, могут говорить? – с какой-то странной надеждой спросил жнец.
– Не знаю, мне никогда не приходилось к ним обращаться, а вот знакомая моя была. После мне уже и рассказывала, что та ясновидящая ей многие ответы дала за умершего родственника, которые ему знакомая задать не успела при жизни, – даже вспомнила, с каким азартом мне рассказывал об этом моя коллега, и проглотила очередной кусочек фрукта.
– Будь у нас такие, многие бы проблемы решились, – сказал жнец.
– Неужели твоя раса не может так делать, ты же жнец? У нас жнецами называют тех, кто собирает души мертвых! – от моих слов жнец удивился, а элохай улыбнулся.
– Ну, можно сказать, мы чем-то похожи с теми жнецами на твоей планете. Мы тоже забираем жизнь из тела, – сказал и как-то напряженно посмотрел на меня. Думаю, он предположил, что я сейчас откажусь от него или убегу.
– Не смотрите на меня так, я с криками не убегу отсюда. Ты такой какой есть, и я принимаю тебя со всеми твоими особенностями, не переживай! – сказала и вложила свою ручку в его большую ладонь.
– Ну, раз вы не собираетесь убегать, то я возьму ваших женихов, и уже мы убежим! Нам нужно как можно быстрее решить этот вопрос! И надеюсь, вы не забыли про бал, который скоро устраивается. Совет обязует всех быть там! – элохай остался очень довольным своим высказыванием, посмотрев, как недовольно нахмурились мужчины.
Глава 21
Мужчины стали уходить, подходя на прощание меня поцеловать. Но каждый поцелуй и легкие прикосновения стали вызывать в моем теле дрожь, которой не было ранее. Поцелуй в макушку от Зака прошелся лёгкой волной возбуждения по моему телу. Объятия Дэрока и его чудесный аромат, который я не чувствовала раньше, привел к легкому головокружению. А вот реакция на Уриха вообще поразила, его поцелуй разрядом тока прошёлся через все тело и, сосредоточившись внизу живота, начал пульсировать. После того как он отстранился, мне захотелось взвыть от того, что все прекратилось. Чувство пустоты стало нарастать. Звук закрывающейся двери был угрожающим, будто я проваливаюсь в холодную пустоту. Но, обнявшие меня со спины, руки согрели, вновь пробудив пламя внутри меня. Мне захотелось прогнуться в спине, что я и сделала. Прижалась плотнее к груди мужа и пошевелила попкой, из моих уст вырвался стон.
– Мне, конечно, приятно то, что ты делаешь, но ты себя хорошо чувствуешь? – спросив это, он резко развернул меня и посмотрел в глаза.
– Не знаю, но какое-то необычное чувство! Вы все так приятно пахнете, и такие лапочкиии! – мне как кошке захотелось об него потеряться всем телом.
– Эл, с ней точно не все хорошо, у нее зрачки как блюдца! Надо срочно звонить Рояне, пока ей совсем плохо не стало! – Ларэн полез в свой карт.
– Или ей становится очень хорошо! Уууу! Дорогая, спокойнее! – мои ручки уже во всю, не стесняясь, стали шарить под его одеждой.
Чем больше я трогала мужа, тем больше в моей голове все остальные мысли вытесняла одна единственная «Хочу его сейчас и не раз». Повиснув на нем как обезьянка, почувствовала, как меня понесли. Куда меня тащат, уже было неважно. Поняла, что мы поднимаемся по лестнице, и скоро почувствовала, как меня попытались положить на кровать. Вот только отцепить меня от себя у мужа не получилось, держалась я очень крепко. Мне казалось, отцепись я, и мое быстро стучащее сердце остановится сразу.
Сколько прошло времени, не знаю, но с каждой минутой низ моего живота будто наливался свинцом. И он там не застывал, а наоборот пульсировал. Кожа начала гореть как при высокой температуре. Зажав между ног бедро Элика, стала тереться об него надеясь, что мне станет легче.
– Да что такое?! Почему она в таком состоянии? И где наконец Рояна? – шипел Элик, пытаясь удержать меня и не сделать при этом мне больно.
– Сказала, что скоро будет. Елена же ела все то же самое, что и мы. Не думаешь же, что кто-то ее отравил? – беспокойный голос Ларэна меня еще больше возбудил, а не заставил задуматься, что со мной явно не хорошо.
Меня стали удерживать еще одни руки. Муж отцепил мои ноги и старался их зафиксировать. Вот только я не успокаивалась, меня даже такое удержание заводило. От моих стонов мужчины мучились не меньше. Почувствовала, что мои руки стали удерживать только одной ладонью. Вторая ладонь поползла вдоль тела и стала гладить грудь, отчего я стала только еще больше извиваться. Когда ладонь заползла под одежду и, надавив на клитор, стала его ласкать, я за какие-то доли секунды забилась в оргазме.
– Ты что творишь, ей может хуже станет от этих действий?! – заорал муж.
– Что-то я не припомню, чтобы у нас в академии или на корабле от оргазма кто-то умирал. Зато точно помню, как с ума сходили, когда кончить не могли! Вспомни, как десять членов экипажа чуть руки и член не стерли вместе с кожей. Их тогда какой-то гадостью напоили, – орал на него в ответ Ларэн.
– Да, такое за всю жизнь не забудешь. Стирали вдесятером, а от их вида потом у всего корабля болело. Неужели ты думаешь, что и она приняла это, но как? – слышно по голосу, что Элик был уже в панике.
– Не знаю я, могу только предположить, да и не похоже. Мы то все спокойные, если так можно сказать. От ее стонов мне уже давно не спокойно, вот-вот штаны треснут! – голоса я уже путала.
– Ты вообще тихо в углу сидеть должен за свою глупость, а не мою жену трогать! – шипел Эл.
– Нашел время, когда об этом поговорить. Успокойся, Рояна уже поднимается! – после слов Ларэна дверь в комнату открылась с грохотом, и по полу застучали каблуки.
– Что у вас тут происходит?! Вы что ей дали? Вы что уже сами ничего не можете, решили ее накачать, идиоты! – кричал женский голос, а меня снова начало накрывать сильными волнами возбуждения.
– Мы тут совсем не причем, все хорошо было. Поужинали, сидели веселились, а потом пришел элохай. Поговорили с ним и остальные ушли, а это началось! – чуть ли не рыча говорил Элик.
– Не бывает ничего просто так, быстро рассказывайте, что она ела. Держите ее крепко, мне нужно кровь для анализа взять, – почувствовала, как мою одну руку крепко сжали.
– Да продукты все те, что уже не раз ели. Вот только потом фрукты она ела, ей очень мулил понравился, но не может же это от него быть? – рассказывал Эл.
– Ты откуда знаешь, что не может?! Она может на что угодно так реагировать, мы о ней ничего не знаем. Если не считать того, что она с вами совместима, – в ответ так же рычала Рояна.
– Но ведь возможно она и права, мы абсолютно ничего не знаем о ее расе! Это для нас эти фрукты просто вкусные и полезные, а для нее, как ты видишь, нет! – беспокоился Ларэн и потому полностью поддерживал теорию Рояны. Он знал ее профессионализм. – Прости, Рояна, я знаю, что ты скорее всего права. Я очень волнуюсь за нее, она такая маленькая и, сама видишь, в каком она состоянии, – вздохнул Элик, соглашаясь с доводами своих друзей. От того, что это их неосторожность привела к такому состоянию, становилось только тяжелее.
– Если все так, как вы говорите, то не стоит себя винить, никто не знал, что может такое произойти. Поэтому прекрати винить себя, надо сосредоточиться на том, как помочь, – уже более спокойно сказала медик.
– Долго еще ждать? – спросил Ларэн, все были на взводе, будто бы и их чем-то напоили. – Нет, уже готово! Вот только результаты вас, не знаю, или порадуют, или огорчат. Она сейчас уже в сексуальной агонии. Никакими препаратами я ее из этого состояния вывести не могу, боюсь не выдержит организм.
– Что же теперь делать, как ей помочь, Рояна? – практически взмолился Элик.
– По старинке, мальчики. Ей нужно много секса, очень много! – коварно улыбнувшись, сказала Рояна и стала собираться очень быстро.
– Ты хочешь сказать, что это поможет? – удивился Ларэн.
– Ей поможет, а вот вы мальчики устанете. Да, чуть не забыла, когда все закончится, намажьте все ее тело вот этим, внутри тоже! – после этих слов она поставила баночку и, схватив сумку, выбежала из спальни.
– Чувствую, что просто краду её тело, а ты? – на Ларэна нахлынуло стеснение. При этом его член стоял по стойке смирно и упирался в моё бедро. – Нашел время, когда заниматься самобичеванием. Можешь сказать спасибо, что ситуация повернулась так. Ведь еще неизвестно, сколько бы ты ходил вокруг да около из-за своей вины. Возможно, все складывается наилучшим образом. Какие у тебя еще варианты есть, кроме как помочь ей и себе одновременно? Правда, надеюсь, объяснение для нее будет приемлемо, и воспримет она это правильно. До этого Елена сильно отличалась от остальных. Думаю, и в этот раз так же, но у меня тоже странное чувство, – говоря это, Эл стал раздеваться. Мне становилось все жарче, и тело снова стало выгибать, а изо рта стали вырываться стоны, которые я не могла контролировать. С одной стороны я слышала шуршание снимаемой одежда, а с другой меня гладили руки Ларэна. Его руки были очень мягкими, а движения ласковыми. Вначале он еле касался меня кончиками своих пальцев, гладил руку. После он стал подниматься к шее и долго, но очень ласково и осторожно, гладил её и ключицу. Когда Ларэн стал спускаться от шеи к груди, в его руке стала чувствоваться дрожь. В тех местах, где он касался оставались горячие следы, и мне было мало этих касаний пальцами. Его пальцы были длинными и не самыми тонкими. Мое воображение быстро нарисовало, как они погружаются внутрь меня, как он глубоко и часто вставляет их внутрь. От этих мыслей стоны стали громче, и внутренние мышцы сильно сжались. Будто услышав мои мысли, он пролез этими пальчиками вновь под резинку и стал гладить между лепестками. Смазки было уже так много, что она была даже на бедрах. Поэтому его пальцы ласково скользили. Каждое его движение было близко к моим глубинам, в которых я хотела почувствовать его. Вот только он будто издевался и кружил пальцами вокруг, не позволяя мне самой насесть на них. Но, наконец, он потерял контроль и сам вторгся в меня двумя пальцами на всю возможную глубину. Охвативший мое тело оргазм был сильным, но недолгим. Желаемое моим телом облегчение он не принес. Мое тело продолжило выгибаться и требовать еще большего, чем он дал. Я еще более похотливо застонала.
– Мне кажется, или с каждым оргазмом ей не становиться легче? – хриплым голосом поинтересовался Ларэн.
– Видимо, простых ласк и касаний, ей мало. Нашей девочке нужно полноценное соединение с мужчиной, а не твои дразнилки! – ответил Элик, укладываясь на кровать и стягивая с меня кофту.
– Тогда помоги ей первый, по праву первого мужа! – Ларэн не церемонясь больше, схватился за резинку моих штанишек и стянул их вместе с бельем одним движением.
– Сейчас, моя любимая! Ты получишь в полной мере то, чего хочешь. Не стесняйся своих желаний, мы сделаем все, что ты захочешь! – вместо слов одним мощным толчком муж вошел в меня и стал двигаться в бешеном темпе.
С каждыми новыми его толчками, которые были то короткими, то длинными, внутри меня скручивалась пружина все туже и туже. Но мне все равно чего-то не хватало, пока моих губ не коснулась бархатная головка. От неожиданности я открыла свои затянутые возбуждением глаза. Передо мной на коленях стоял Ларэн, держа в руках свой прекрасной формы член. Было очень заметно, что хоть он и был ростом меньше Элика, размерами своего члена он был крупнее. Его член был с такими же выпуклостями у головки и ниже у основания. Протянув руку, чтобы обхватить его, почувствовала, что мои пальцы немного не сошлись, но, касаясь его, я получала эстетическое и тактильное удовольствие. Долго любоваться не стала, слишком сильно мне хотелось большего. Открыв рот, языком провела по головке, от чего в комнате раздалось сразу три наших стона удовольствия. Он толкался мне в рот, каждый раз все глубже и плотнее прижимаясь к стенке горла. Каждый его толчок был и получением удовольствия, и внимательной заботой обо мне, чтобы не навредить в порыве страсти.
Когда мужчины задвигались в унисон, мне казалось, что они стремятся коснуться своими членами друг друга внутри меня. Такие мощные толчки сводили меня с ума, вскоре мы все дружно содрогнулись в оргазме. Судя по количеству спермы, которая изливалась в моё горло, Ларэн все годы копил не только свое богатство. Обняв меня за талию, Элик уложил нас на кровать, а потом перетащил меня на себя, уложив спиной на свою грудь.
– Мы еще не закончили, дорогая! – произнося эти слова, Ларэн встал перед нами на колени. Взяв мои ноги в свои нежные руки, он поднял их и положил на свои плечи. Членом стал ласкать мой клитор, двигаясь будто трахает меня, это завело меня снова, будто минуту назад не было того оргазма, как и предыдущих. Ларэн возбуждал меня внизу. Муж тоже не остался в стороне и повернул мою голову для поцелуя. Его губы были такими сладкими и желанными, что я никогда не перестану ими наслаждаться. В тот момент, когда Элик сжал в руках мои соски, Ларэн одним мощным толчком вошел в меня и стал двигаться. Лежа на одном мужчине, чьи руки сжимают мою грудь и дарят острое удовольствие, и продолжая с ним целоваться, я чувствовала другого мужчину, чей вес немного давил сверху. Он целовал мою шею, иногда чередуя с легким покусыванием. Через некоторое время член Ларэна вышел, и его место занял член мужа, глубоко вбиваясь в меня. Так они и чередовались. То один входил в меня, а другой ласкал клитор, то второй был во мне, а другой ласкал грудь.
Не знаю, сколько длилось это страстное безумие, и сколько раз мы сменили позы и одновременно кончили. Вот только пламя внутри меня хоть и стало меньше, но затухать точно пока не планировало. Мы все были уже мокрыми и скользкими от пота. Даже простыни на кровати были сильно влажными. Именно в этот момент, когда мы в очередной раз содрогались в оргазме, дверь в комнату открылась, и кто-то вошел.
Зашуршала одежда и моей ступни коснулись явно не пальцы, а что-то похожее на веревки только намного мягче. Даже через закрытые веки, которые не было сил и желания открывать, я увидела свечение. Этот свет мог принадлежать только одному члену моей семьи и сомнений, что это Урих, у меня не было. Эти веревки, нежно опутав обе мои ноги, стали медленно и очень осторожно вытягивать меня из переплетения тел уже полноценных двоих моих мужей.
Когда мое тело перестало двигаться, меня коснулись его руки и приподняли, чтобы очень страстно поцеловать. Его язык и губы целовали очень страстно, будто путник глотал воду после долгой жажды. Но это не продлилось долго, Урих отстранился и перевернул мое тело, в удобное для него положение. Никогда не могла подумать, что волосы он сможет использовать столь необычным образом. Они опутали мои руки и, подняв их над головой, зафиксировали там. Другая часть оплела мою талию и каждую грудь, сжав ее, это добавило острых чувств страсти.
– Милая, я, конечно, не так представлял и планировал нашу с тобой первую брачную ночь и закрепление связи. Но искренне надеюсь, что ты согласна стать моей женой не только из-за того, что сейчас с тобой происходит. Ты согласна стать моей и разделить со мною свет? – спросил именно в такой момент он.
Ответить у меня сил не хватило, только кивнуть головой в знак согласия, но этого оказалось достаточно. После этого, он будто издеваясь, ввел в меня только головку члена и остановился, лаская поцелуями мою спину. Мои стоны и попытки сесть на него глубже не увенчались успехом, его волосы держали меня крепко. Благодаря им, мне казалось, что у него не две и даже не три руки, а как минимум десять. Он гладил ими и мою грудь, и мои ноги. Даже до клитора добрался, то поглаживая, то легонько ударяя по нему. Соки текли по моим ногам, а Урих все так и не двигался, заставляя таким образом мое тело сходить с ума. Почувствовала, как он ведет языком вдоль позвоночника, а мучившая меня пружина стала слабеть. Будто прочувствовав это, Урих, наконец-то, ворвался в меня и одновременно сжал свои пираньи зубы на моем плече. Не знаю, сколько длилось все это, но он ни на секунду не разжимал своих зубов. Чем ближе мы приближались к оргазму, тем больше света поглощало мое тело. Мне начало казаться, что мы стали одним целым светящимся клубком. Когда нас накрыл оргазм, из моих глаз также лился свет, а под кожей светились огоньки как у Уриха. Эта картина была прекрасной, вот только сил моих на любование ей не осталось. Вместе в лопнувшей пружиной из меня, как из воздушного шарика, ушли все силы и я, отключившись, повисла безмолвной тряпочкой.
Глава 22
В момент, когда в руках Уриха от избытка чувств и физической нагрузки отключилась Елена, вошли Дэрок и Зак. У обоих был очень сильный голод во взгляде на девушку и желание убивать при взгляде на мужчин. Их ноздри синхронно раздувались от витающих запахов страсти в комнате, но сделав пару вздохов, они взяли себя в руки, чему позавидовали остальные.
– Ну и что смотрите?! Неудовлетворённых мужиков давно не видели?! Урих, отпусти уже Елену, не надо в нее пытаться врасти. Я, конечно, понимаю тебя и поздравляю, но ей нужна ванная и отдых не в подвешенном положении! – прорычал Зак и двинулся освобождать Елену от Уриха, который единственное, что мог делать, это глупо, но счастливо хлопать глазами.
– Не отдам! – зашипел Урих, когда Зак попытался высвободить Елену.
– Дэрок, нужна помощь! – позвал он жнеца, понимая, что один бережно не вытащит девушку.
– Ага! – не церемонясь, видимо, нервы у мужика были на пределе, он вырубил Уриха ударом по затылку. После этого Елена осталась в руках Зака, а вот Урих валялся кулем у их ног.
– А поосторожнее не мог?! Он всё-таки член семьи, да и мозг тоже у него нужный орган! – возмутился Зак. Он как-то не подумал, что жнец воспользуется такими методами.
– То, что он член, это я уже вижу, а вот что мозг повредится, так не страшно, он у него сейчас все равно не работает. Поэтому повредиться там нечему. Похоже весь его мозг распределился в волосах, вон как сверкают, и лампы включать не надо. Во, даже вырубился и то с улыбкой, сейчас пожалуй во сне продолжение смотрит, – сказал жнец, слегка пнув Уриха мыском ботинка.
– Ясно, тогда на тебе все эти трое и замена постельного белья. А я пока помою Елену, и этого еще бы помыть не мешало! – сказал Зак, смотря на лежащего на полу Уриха, и понимая, что там он его оставить не может.
– Эээ, нееет! Делим поровну, тебе два и мне два. Могу помочь вот его оттащить в ванную, польешь сверху, да полотенцем накроешь, сам высохнет. А ты в это время спокойно помоешь малышку! – сказал жнец и потащил того за ногу в сторону ванной.
– Об пороги сильно не бей, это у него волос и зубов много, а голова одна, помни об этом! – напомнил Зак, а сам в это время смотрел на шокированных Ларэна и Элика.
– А ты помнишь, что сказала Рояна в сообщении? – не поворачивая головы и не останавливаясь, спросил жнец.
– Что? Позаботиться о Елене, помыть, сделать массаж и намазать, вроде все? – непонимающе смотрел Зак.
– Все то все, а чем намазать ты нашел? – бубнеж жнеца уже исходил из ванной.
– Слушай, какой же ты противный и злой, это же жуть! Как тебя окружающие терпят то? – Заку и самому было не просто держать на руках Елену, не имея возможности насладиться ее телом.
– Тут ты ошибаешься, это я еще очень добрый, семья всё-таки! – оскалился жнец. Он повернулся к двоим, которые резко взбледнули, понимая, что сейчас с ними будет. Осознавая, что помочь мужикам, он не может, да и если честно, не очень хочет, Зак пошел в ванную, где уже жнецом заботливо набиралась вода. Войдя, он нашел полотенце, которое собирался устроить под головой Елены для комфорта. Ванна была уже наполовину наполнена, и он решил тут же положить свою лапушку. Погрузив ее, понял, что воду нужно срочно выключать. Устроив Елену удобно, усмехнулся тому, какой она там смотрелась крошечной. Эта картина вызвала умиление и немного успокоила его. Повернувшись, покосился на Уриха, закинутого в угол жнецом. Пошел искать то, чем нужно намазать Елену. Выйдя из ванной в комнату, понаблюдал картину, как Дэрок выталкивает пинками двух практически голых мужиков за дверь, а те и сопротивления не оказывают. Видимо, смекнули, что при попытке сопротивления огребать будут долго и много.
– Ты все никак не успокоишься? – спросил Зак жнеца.
– И не успокоюсь, пусть не надеются. Надо же было так измучить, что когда мы прибыли, она уже крепко спала обессиленной. А это светлячок у меня еще увидит отсутствие радости в жизни. Не, ты подумай, сбежать втихую от всех и прибыть сюда, чтобы развлекаться. Мы его там, блин, ищем, а он уже сюда улетел на всех порах, чтобы успеть к празднику, – очень злой Дэрок содрал постельное белье и открыл окна, впуская вечернюю прохладу.
– Дэр, ты же знаешь, они еще молодые и бестолковые, не умеют ждать. Но завтра, пока малышка будет спать, согласен, надо им объяснить. Но сам же понимаешь, если бы мы с тобой приехали, когда она не спала, то все равно ничего не было бы. И ты, и я знаем, что первую ночь мы можем быть только наедине, иначе остальные пострадают, – попытался успокоить его Зак
.– Да, знаю и понимаю, но все равно не могу успокоиться. Ты же понимаешь, завтра Елена проснётся и вспомнит все, что тут было. Ты знаешь, как она отреагирует? Может после этого она вообще неизвестно сколько нас к себе не подпустит. Никого! – тяжело вздохнув и сев на кровать, сказал жнец, растирая лицо руками.
– Ты судишь о ней по нашим женщинам и опять забываешь, насколько она отличается! – напомнил в очередной раз Зак, который сам уже полностью успокоился.
– Да, я и не забывал об этом, вот только другого опыта общения с женщинами у меня нет, уж извини! – разведя руки в стороны, проворчал Дэрок.
– Все я понимаю, сам себя постоянно ловлю на таких мыслях. Но раз уж эти получили свое, то напомни им сейчас официально отправить запрос на регистрацию семьи, чтобы с утра Елена или приняла, или отказала! – как-то с хитринкой сказал Зак.
– Ты хочешь их проучить, чтобы они всю ночь в страхе провели, думая, что она может отказать после того, что произошло? – заржал жнец, поняв ход мыслей Зака.
– Сомневаюсь, что откажет, но помучить стоит, нам то со своим стояком теперь тоже мучиться! Да где же эта штука, которой нужно намазать? – искал по поверхностям Зак.
– Иди мой Уриха, потом я его заберу. После массажа принесешь Елену, намажем. К тому времени я с этими поговорю и средство найду! – после его слов в комнату как две тени вошли Ларэн и Элик.
– Ну что, ждем вашего третьего и приступим к разговору! – хищно улыбнулся жнец, от чего даже Заку сбежать захотелось.
– Желаю удачи, громко не кричите. Елену разбудите, утоплю! – развернувшись на пятках, Зак ушел.
Проверив, не сильно ли остыла вода, пока его не было, Зак повернулся к Уриху. Тот так и не пришел пока в сознание, и судя по глупой улыбке, совсем не имел желания открывать глаза. Ведь действительно, эта троица моложе их с Дэроком почти на сто лет, напомнил он себе, чтобы снова не начать злиться.
Расы жнеца и Зака поздно идут в академию. Вначале воспитываются дома, учась контролировать свои возможности. Если один из них потеряет контроль, то будет немало жертв. Те сложности с контролем и дисциплиной, через которые еще в юном возрасте прошли Зак и жнец, этим троим и не снились.
Они вдвоем были на одном курсе, всегда задирали друг друга и соревновались между собой. Но, к их сожалению, при присоединении последнего сектора активисты вышли из подполья, которое было против этого. Вначале все было не так страшно. Но небольшие беспорядки переросли в достаточно жестокое противостояние. Тогда погибло очень много существ. Их с Дэроком призвали туда. Никто не посмотрел, что они еще даже не окончили академию. На их расах лежит ответственность по защите остальных, в независимости от возраста и обстоятельств их призывают. Так с ними и случилось. Их отправили в новый сектор, не до конца обученных и не готовых терять своих друзей.
То, через что они прошли, сплотило их как братьев, но друзья никогда не показывали этого в обществе. Многие, узнав об их дружбе, могли попытаться воспользоваться этим в своих коварных целях. Долгие годы, они общались в тайне, иногда смеясь друг над другом и говоря, что они как тайные любовники, только без любви!
В том противостоянии, погибли не только их друзья, но и остатки юношеской наивности. Когда все восстание было подавлено, и даже малейшие очаги задавлены еще в зачатках, пришло время возвращаться в академию. Вернулись они туда, откуда и ушли, вот только в живых из всего курса осталось шестеро. Трое после тяжелых ранений не стали заканчивать академию и ушли на другую службу. А Дэрок с Заком остались в академии, хоть и сложно складывались поначалу отношения с сокурсниками, со временем все наладилось. Разница в возрасте еще тогда была ощутима, а вот после возвращения эта разница стала заметна еще больше.
Там они и сдружились, с этими тремя непоседами, которые постоянно во что-то влипали. Только поначалу они дружили вчетвером, а вот Урих уже свалился на них позже. Причем свалился в прямом смысле, он прятался от студентов других курсов после того, как взломал их карты. Пока те бегали и искали его, он, зацепившись волосами за крепления на потолке, повис там и со временем задремал. Именно в тот момент, когда мужчины проходили коридорами, Урих свалился им на головы со своего тайного убежища. Как он потом им доказывал, что этого не должно было случиться, что волосы не могли его подвести! Но в итоге доказать не смог, факты говорили сами за себя. С тех пор к нему прилипло прозвище «Потолочный жук». Это очень бесило Уриха, он обижался и дулся на остальных, выглядело это очень забавно.
Зак и Дэрок были как старшие братья для этой троицы. Те вечно попадали в неприятности, а они как старшие их оттуда вытаскивали, но и наказывали тоже сурово. Когда троица сбегала из академии для похода в город и знакомств с женским полом, старшие братья их прикрывали. Ведь что жнец, что Зак не сильно надеялись встретить ту, которая их полюбит, а не просто продолжит их род за большую сумму.
Таким образом и они появились на свет, поэтому не таили пустых надежд и не тратили время на бесполезные свидания. Дэрок и Зак знали своих матерей, но никогда не общались с ними, а про материнскую любовь вообще говорить не приходится. Ведь выносить и родить представителя их расы без осложнений может только любящая женщина. Но и сам мужчина тоже должен любить, находясь в гармонии с темной и агрессивной частью, живущей в нем и дающей ему такую силу. А вот женщина, которая готова родить только из-за денег, может умереть. Именно поэтому их представители выкупают только яйцеклетки. Потом их оплодотворяют семенем мужчины, и уже в специальной лаборатории на свет появляются представители их рас.
Его знакомство с еще одним представителем сильнейшей, но малочисленной расы, произошло не на каком-нибудь приеме. Зака и его отряд отправили на одну из диких планет, на которой спрятались объединившиеся отбросы разных рас, которые стали космическими пиратами. Они брались за любую грязную работу, даже кражу детей. Их последующая продажа щерсам было делом обыденным для этих существ.
Именно в этом месте при выполнении задания Зак и встретил юного элохая. Тот, будучи еще неопытным, поверил женщине, которая похитила его в отместку другому и продала. А уж там поиздевались над ним от души. Все пытались выместить на нем свои обиды не за одно поколение, которое наказали элохаи. Юноша был жестоко избит, лицо его было изрезано и посыпано составом, которой не давал ранам зажить. Это привело к их воспалению, которое приносило сильную, постоянную боль. Зак нашел его случайно. Продвигаясь по туннелям, он провалился в одну из комнат-камер, где на цепях висело изуродованное тело парня. Юноша, увидев Зака, просил дать ему возможность умереть. Его сознание было спутано из-за того, что он пережил. Но вместо смерти воин вколол сильное обезболивающие и снотворное.
Его вывезли и на корабле оказали медицинскую помощь. Юный элохай долго пробыл в медкапсуле, которая восстанавливала его. Вот только глубокие раны, которые были посыпаны порошком, полностью заживить и убрать не получилось. По какой-то непонятной причине Зак привязался и чувствовал ответственность за него. Навещал того постоянно, даже когда элохай был без сознания. Придя в сознание, юноша не хотел жить, его постоянно мучили ужасы воспоминаний. Шрамы на теле и лице не давали забыть обо всем днем, а кошмары ночью. Представители его расы пытались стереть или уменьшить воспоминания и реакцию на них, но все было без результата.
После долгих разговоров Зак смог убедить элохая жить, чтобы иметь возможность наказать других и не дать случиться подобному вновь. Вот только из медицинского центра вышел уже не юноша, а беспощадный каратель, не знающий сострадания ни к женщинам, ни к мужчинам. С каждым годом он становился все более замороженным. Эмоции не проявлялись на его лице даже при смертельном приговоре, который он и приводил в исполнение.
– Долго ты им еще любоваться собираешься? – вывел Зака из воспоминаний голос жнеца.
– Нет, задумался! Вспомнил, как мы все познакомились, и как этот жук свалился нам на головы! – улыбаясь, ответил Зак.
– Он не только на них свалился, но так и уселся там, не слезая. Сидит как на самом удобном троне! – жнец был все так же ворчлив.
– Тебе не кажется, что ты все так же строг с ними, как и в академии, а ведь они уже сегодня стали мужьями! – покачал головой Зак.
– Могу помочь им, чтобы их брак продлился ровно одну ночь! – Дэрок, сняв лейку душа с крепления, дал ее Заку в руку, а сам подошёл к Уриху, и закрыл тому рот. – Это чтобы он не разбудил Елену своим ором, когда очнётся.
– Хочешь помыть холодной водой! Ну правильно, будет ему наказание, нечего сбегать от старших! – не дожидаясь, включил холодную воду на полную.
