355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сьюзен МакКлайн » Рухнувшие небеса (СИ) » Текст книги (страница 5)
Рухнувшие небеса (СИ)
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 23:25

Текст книги "Рухнувшие небеса (СИ)"


Автор книги: Сьюзен МакКлайн



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Мне не хотелось печатать имя того наглого «Забвенца», помешанного на сексе. Еще чего, буду обсуждать его со своей лучшей подругой. Зачем уподобляться примеру большинства девушек в этом городе?

Карен: Что?

Я: Ты серьезно?

Карен: Да что ты от меня хочешь, Грейс? Пиши понятнее!

Я измученно вздохнула. Ладно, так уж и быть, все равно я могу удалить нашу переписку, когда захочу.

Я: Габриель Эйнсфорд.

Черт. И тут понеслось. Мой телефон разрывался от вибраций, а я только и успевала читать чудаковатые сообщения от подруги. Большинство из них были вопросительными.

Карен: ААААААААААААААААААААААА! Мой напиток пил сам Габриель! Срань господня! Мне будут все завидовать! Ох, невероятно! Скай, скажи, как он его пил? Ему нравилась «Маргарита»? А, вот еще: смотрел ли он на тебя? И да, ты сама предложила ему выпить? Он улыбался, когда пил? Что ты молчишь, чертовка?! Тебе улыбнулась такая удача!

Да, удача. Не знала, что она появляется спонтанно, обзывает тебя подружкой наркомана, делает уйму «комплиментов» по поводу твоего внешнего вида и, в конечном счете, становится свидетелем твоего кофейного конфуза.

Я решила шокировать Карен сильнее. Я этим не хочу вызвать у нее зависть или еще что, просто пусть знает, что случилось со мной недавно. Мне нечего от нее скрывать. Ну, почти. Про случай с немытым грабителем и таинственным исчезновением придется не рассказывать. Во-первых, она начнет за меня волноваться, во-вторых, будет ругаться, что я не позвонила копам, в-третьих, мне просто не поверит, если скажу, как собственными глазами видела кое-что фантастическое во дворе.

Я: Это полный ужас. Я столкнулась сегодня с ним. Ничего не думай, я его не преследовала, просто забежала купить кофе, и тут нарисовался он. Мне не хотелось с ним говорить, он первый начал. Мне неприятен Габриель по общению. И да, знаешь что? Он несколько раз назвал меня монашкой, прокомментировал мой… дерьмовый прикид и что самое ужасное – из-за него я пролила кофе на свою футболку со странным растением посередине.

Я прикусила ноготь, ожидая ответа. Сто процентов она сейчас визжит в своей комнате, а старенькая кровать от ее интенсивных прыжков рискует в любое мгновение развалиться. Карен позвонила мне спустя где-то десять секунд и сразу заболтала, переводя дыхание (оказывается, я была права, что она делала).

– Габриель? – ее громкий голос заставил меня встрепенуться. – Ты шутишь?

– Разве похоже на шутку?

Она пронзительно закричала. Я отстранила телефон подальше от уха, чтобы в свои семнадцать не оглохнуть. Когда услышала, что ее визг (аналогичный типичным поклонницам «Забвенцев», который довелось мне услышать в клубе) затих, поднесла трубку к уху.

– Хотя бы предупреждай иногда, а то скоро не смогу слушать твою вечную болтовню.

На конце провода раздался девчачий вздох.

– Ах, просто не верится! Расскажи мне все! Он с тобой еще о чем-нибудь говорил? О, он запомнил твое имя?

Кстати, да, теперь же тот тип знает и мое имя. Вот черт. Нужно же было так сглупить и сказать, как меня зовут…

– Кажется, да, – я решила ответить пока на последний ее вопрос. – И мы в принципе не говорили. Короче, могу рассказать все завтра.

– Почему завтра? – захныкала Карен.

– Тебе звонил Брэндон?

– Ну ииии?

Я упала лицом в подушку.

– Паб «У Джозеффа», суббота, гуляем, делимся впечатлениями за неделю и тому прочее… Дошло?

– А, точно, – протянула. Подруга всегда отличалась тугой сообразительностью. – Значит, завтра. Круто. И да, я не отпущу тебя, пока мне все не расскажешь досконально.

Это будет настоящей мукой. На секунду мне перехотелось завтра идти в паб.

– Ладно.

– Что-то я не слышу звука тарелок и подносов, – произнесла Карен, наверняка прислушиваясь. – Ты не пошла на работу?

– «А» – за сообразительность! Да. Знаешь, была утром не в настроении идти работать. Брэндон обещал отпахать за меня.

Карен простонала.

– Мишка-Брэндон, как мне его жаль. Ты его эксплуатируешь!

Она придумала нашему другу это прозвище из-за его мягкого характера. Да, иногда Брэндон бывает злым, нередко включает придурка, частенько бесплатно попивает в «Эдеме на Земле» алкоголь, но все-таки он очень милый и добрый. Всегда готов прийти на помощь, заступиться (да, бывали случаи), а когда тебе плохо, может утешить.

– Не правда, – пропела я, перекатываясь на спину.

– Да ты что! Скай, он по тебе сохнет, разве не видно? – произнесла Карен, и я закатила глаза ее нелепому предположению.

–Мы с Брэндоном друзья. Не больше. И он и я это знаем.

Возможно, Карен права и Брэндон тайком в меня влюблен. Но… этого просто не может быть. У нас с ним хорошие дружеские отношения, тем более, он никогда не приглашал меня на свидания (или просто боялся). Тут я серьезно задумалась. А что, если проявления его чрезвычайной заботы ко мне: массаж во время рабочего дня, предложение после окончания смены довести до дома и тому подобное – это выражение его симпатии? Ох. Я густо покраснела, понимая, что, наверное, неосознанно давала Брэндону ложную надежду на что-то между нами.

– Ври мне больше, – Карен ухмыльнулась. – И да, держу пари, что завтра он за тобой заедет.

Вот же черт. Заедет. Похоже, он действительно в меня втюрился. Какой уже раз подбрасывает куда-то, делает намеки на то, что я ему нравлюсь. Намеки! Точно. Я глубоко вздохнула. Какой же я была глупой – не замечала ничего, что было перед моими глазами! Вела себя с ним, как с обычным… другом. Брэндон наверняка успел поставить под вопросом мою ориентацию.

– Да, он сам предложил. И вообще, я ему не нравлюсь. Я же… неуклюжая, странная и… короче, я же Скайлер Грейс, Карен.

Я решила не говорить подруге, что разделяю ее предположение. Сделаю вид, будто совсем не замечала, что Брэндон пытался ко мне неуклюже подкатывать все это время.

– И да, еще ты забыла несколько прилагательных о себе – красивая, милая, веселая и добрая. Ты ему нравишься, идиотка, пойми это наконец, – в ее голосе чувствовалась улыбка. – Ох, кстати, завтра мы же с ним увидимся, я как раз у него спрошу про тебя, а потом попробую вас сблизить, мои стеснительные голубки!

Я подавилась слюной, подскакивая с кровати и прислоняя трубку к другому уху.

– Даже не смей, – испуганно выкрикнула. – Я знаю, чем это все кончится!

Нет, меня не пугал Брэндон и его компания, скорее, пугали тесные отношения с ним. И вообще с любым другим парнем. Я еще ни разу ни с кем не встречалась (хотя мне предлагали) и не желала пока начинать – боялась всего этого.

– Увиииидимся завтра, Грейс!

Карен нажала на сброс.

Это конец.

Я обречена.

***

—Черт, – я потянула вниз топик, который оголял живот (неужели за год успела так вымахать?); раньше он закрывал пупок. – Черт!

Я не сдавалась и крутила короткую вещь в разные стороны, пока не осознала, что можно не выпендриваться и надеть обычную футболку, все равно в пабе никто не оценит мой внешний вид – ребята будут увлечены не разглядыванием шмоток друг друга, а – общением. Я стянула с себя маленький, но красивый топ, и через несколько секунд на мне красовалась черная футболка, закрывающая ремень на джинсовых шортах. На ноги обула белые кеды, а с волосами решила ничего не делать – просто распустила их. Повесив рюкзак на плечо, я спустилась вниз, когда услышала треск гравия на улице – Брэндон подъезжает. Папа, кинув в мою сторону взгляд, замер с пультом в руке. Мы с ним так и не поговорили нормально и не смогли помериться, поэтому, старались друг друга избегать. Глупо. Тем более с его стороны. Он-то уже давно не ребенок, мог бы сделать первый шаг сам…

Чтобы поскорее удалиться из дома, я ускорилась.

– Скай, – голос папы заставил меня остановиться около двери. Не оборачиваясь, я нажала на ручку и не шевелилась. Неужели это случится! – Ты уходишь?

Ох. Я ожидала от него совершенно другого. Тихий разочарованный выдох вылетел из меня.

– Да. Идем с друзьями в новый паб. Обещаю, пить не буду.

– Я не об этом волнуюсь. Мы можем поговорить? Сегодня или… в крайнем случае – завтра.

Я понимала, насчет какой темы он хочет поговорить, и кивнула. Папа приносил свои извинения только после того, как все обсуждал и разрешал со мной. Надеюсь, скоро наши отношения станут прежними. После гибели мамы мы часто ссоримся, так что, это не первый и, к несчастью, не последний раз. А как иногда хочется вернуться в прошлое, вернуться в тот время, когда все у нас было хорошо, когда мы были счастливы…

Сигнал автомобиля вывел меня из легкого транса. Я вылетела во двор, сжимая лямку рюкзака. На обочине красовался «шикарный» пикап Брэндона. Иногда я просто забывала, что он у него есть, и позволяла себя после изнурительного рабочего дня отвезти домой. Сам его счастливый владелец стоял на улице, довольно улыбаясь. Брэндон насчет внешнего вида тоже, видимо, не запаривался – надел простые джинсы, фланеливую рубашку и – подходя ближе, я принюхалась – похоже, вылил на себя как минимум ведро отстойного одеколона. Черт. Если у него была идейка – очаровать меня запахом, то она с треском провалилась.

– Шикарно выглядишь, – присвистнул он, открывая скрипучую дверь. Я искренне надеялась, что мой… друг устранил тот зловонный запах в салоне и заправил машину качественным бензином.

– Спасибо.

Раньше я реагировала на его комплименты адекватно, а сейчас – совершенно наоборот. Я отводила взгляд, кусала губу, краснела, и когда он нечаянно дотрагивался до меня, сидя за рулем, вздрагивала. Не знаю, что со мной творилось такое, я не чувствовала себя комфортно в компании Брэндона, и он это замечал. Сначала он, видя, в каком я расположении духа, ссылался на свою неудачно-сказанную шутку (хотя тут это было не при чем), а потом уже стал молча искать причину моей неловкости рядом с ним у себя в голове, нелепо улыбаясь мне и стараясь тем самым немножко разрядить напряженную обстановку.

Паб «У Джозеффа» отличался от других просто невероятным скоплением народа, живой музыкой и оригинальностью в дизайне. Перед входом нас встретила неоновая мигающая вывеска с названием, под которой околачивались толпы людей примерно нашего возраста. Все улыбались, смеялись, что-то бурно обсуждали, сидя за круглыми столиками и попивая свежее пиво, выданное энергичным барменом, флиртующим со всеми девушками в пабе. Освещение было как раз кстати – тусклое, навевало некий азарт, а песни в исполнении трех привлекательных парней заставляли меня слегка пританцовывать, когда направлялась мимо столиков вместе с Брэндоном. Мы не знали, пришли ли Райан и Карен, поэтому искали их знаменитые затылки и одновременно примечали, где еще остались свободные места.

– Тут круто, – подметил Брэндон, осматриваясь.

– Ага.

– Воу, воу, Рай, посмотри, кто, наконец, пришел! – Карен, вышедшая на пару с Райаном из толпы, толкнул его в плечо, указывая на нас.

Тот потер больное место, усмехаясь и кивая нам в знак приветствия. Подруга подбежала к нам. Ее хорошо-уложенные локоны подпрыгнули, когда она остановилась. Я невольно посмотрела на ее наряд и улыбнулась, увидев ее в потертых джинсах с дырками и в темно-синей толстовке с надписью «Ходячие рулят!» – она никогда не изменит своему вкусу. Среди всех девушек, находившихся тут, мы были одни не в платьях. Ох, и взвоют же некоторые бедняжки, когда в конце вечера на их шикарных платьях появятся следы, например, от пива. В такие места, где много пьяных людей и алкоголя, лучше не надевать свои самые лучшие вещи, если не хочешь потом мучиться, ведя борьбу с пятнами.

– Мишка-Брэндон! – взвизгнула Карен, кидаясь ему на шею.

– И я рад тебя видеть.

Брэндон обнял ее в ответ, смеясь, а потом, когда подруга перевела взгляд на меня, я насторожилась. Через секунду она уже болталась на мне и говорила, как замечательно мы проведем этот вечер. Райан скромно приблизился к нам, не переставая улыбаться, они с Брэндоном обменялись рукопожатиями и ударами в грудь – никогда не понимала, зачем парни так делают. Потом Райан стиснул меня, и я окончательно попрощалась с воздухом из легких.

Наша дружная четверка направилась к свободному столику. Райан с издевательской улыбкой шмыгнул вперед меня, когда я хотела занять место возле Карен, а Брэндон приземлился рядом с ним, лучисто мне улыбаясь. Тут я поняла, что за чертовщина творится, когда Карен и мой друг – блондин, который подкрашивает волосы хной и уверяет, что этот цвет – его настоящий, таинственно переглянулись. Карен, похоже, рассказала все Райану, и теперь эта сатанинская двойка будет пытаться свести меня с Брэндоном. Господи. Какой дурдом.

Я кинула томный взгляд на единственный стул, стоящий близко со стулом моего тайного воздыхателя. Если они думают, что посадив меня рядом с ним, каким-то образом сблизят нас (не как друзей), то больно ошибаются. Не дождутся.

Я с напускным счастьем уселась за стол. Карен громко хихикнула, а Рай пихнул ее локтем в бок, отчего она подавилась и в ответ влепила ему хорошенький подзатыльник. Да, не знаю, что бы было, если бы я не познакомила ребят с Карен. А нет, хотя знаю: они бы ходили без синяков на теле, не вздрагивали от жужжания телефона ночью (да, она им тоже любила звонить где-то в полночь за просмотром своего любимого сериала) и не боялись бы оставлять окно у себя в спальне открытым. Моя чокнутая подружка и к ним, бывало, наведывалась в гости таким способом.

– Я чую запах куриных ножек! – Брэндон запрокинул голову. Я поморщилась, учуяв жаренное мясо.

– И я! – Карен хлопнула в ладоши. – Закажем ведерко? О, и еще можно наггинсы! Кто любит свиное мясо в сладком соусе?

– Спрашиваешь? – ухмыльнулся Райан. – Да я его просто обожаю. Любовь всей моей жизни.

– Твоя любовь же Бритни Спирс, – Карен захохотала, увидев нашего друга в замешательстве.

– Ну… она на втором месте.

– Вот как. А почему же тогда в твоей комнате не висят плакаты, где изображен жирный окорачек?! Вместо него висит какая-то почти раздетая баба с сожженными светлыми волосами.

Райан провел рукой по своей шевелюре и кинул в Карен пакетик с сахаром.

– Она просто часто их красит, – пожал плечами он.

– Прям как ты!

Мы залились хохотом при виде надутого Райана. Ему так надоело объяснять нам, что его волос никогда не касалось какое-нибудь красящее вещество. Когда мы успокоились, и каждый получил от «натурального» блондинчика пакетиком сахара в лоб, принялись заказывать еду. Через несколько минут ребята уже уминали мясо, а я с отвращением смотрела на них и жевала листик салата.

– Как вы можете есть трупы животных, умерших в муках? Они ведь тоже когда-то жили, чувствовали, а потом их беспощадно убили для того, чтобы сделать их них прелестную закуску.

Карен подавилась, кусая куриную ножку. Райан развел руки.

– Ну что ж, друзья, приятного вам аппетита. Надеюсь, Скай вам его сейчас не испортила.

– Сарказм от бога, – Брэндон отодвинул тарелку со свининой «Му-Шу», затем отпил коктейль.

– Скажи, ты реально не ешь мясо или только притворяешься и дома тайком уминаешь острые крылышки? – поинтересовалась Карен. Видимо, действие моих слов на нее прошло – она доела ножку и стащила с тарелки Рая добрый кусок вяленого мяса, отчего тот возмущенно загудел, тщетно пытаясь отобрать его.

Я отсалютовала ей долькой помидора, наткнутого на вилку.

– С семи лет я не ем мясо. Могу изредка употреблять в пищу яйца, и то потом себя корю за это. Не могу сказать, что я стопроцентная вегетарианка, но в ваше общество любителей поесть мертвечинки, – указала на ведерко куриных ножек возле подруги, – не вхожу точно.

Не знаю почему, в детстве я наотрез отказалась от мяса. Мне было противно его есть. Я сразу представляла, как страдали животные, когда их убивали, и на глаза наворачивались слезы, к горлу подступала тошнота. Еще пребывая в том возрасте, я задумывалась над тем, чтобы вступить в клуб вегетарианцев, которым тоже не безразлична судьба братьев наших меньших, и вместе с ними отстаивать права животных на полное, неприкосновенное существование их в этом мире.

– А зря, – Райан кинул косточку на пустую тарелку, подтягиваясь. – Кажется, мне плохо. Я столько в жизни не ел.

– А как же пиво? – Брэндон повел бровью. – Я думал, мы сюда пришли развлекаться, а не объедаться.

– Оооо, вот ему место в желудке вполне хватит!

Карен поддержала ребят, отодвигая подальше ведерко с ножками.

– Так чего же мы ждем? – она подорвалась с места и посмотрела сначала на нас, потом с улыбкой на Райана. – Мы с Раем закажем выпивку, а вы пока… пообщайтесь.

Я вжалась в стул. Нет, не оставляйте меня одну с ним! Было поздно что-либо говорить или умолять их взять меня с собой, ребята дернули к бару, а Карен, когда проходила мимо меня, прошептала, что я действительно нравлюсь Брэндону. Тут сердце сорвалось с цепи и неистово застучало о ребра. Мой тайный воздыхатель, видимо, чувствовал между нами неловкость, поэтому решил взять ситуацию в свои руки, заговорив:

– Скай…

Он завел руку за шею – первый признак флирта. О, боже. Я напряглась, отводя взгляд и стараясь не паниковать.

– Ммм?

– Я тут подумал, может… мы… – Брэндон ухмыльнулся и резко выдохнул. – Ну… можно… ты и я… это… – Теперь он смеялся, подпирая голову кулаком. – Черт. Какой я придурок. Даже не могу связать предложение как нужно.

Я уставилась на него, как на музейный экспонат. Может, все будет не так плохо? Он наверняка пригласит меня куда-нибудь, мы просто посидим, поговорим. Тут нет ничего страшного, казалось бы, но… это же будет что-то вроде свидания. А я их боюсь. Кажется, лучше отрубить себе руку, чем пойти на романтическую встречу с каким-либо парнем.

– В общем, – он посмотрел на меня с мальчишеской улыбкой на лице, выдыхая (похоже и сам волнуется не меньше меня), – может, как-нибудь сходим с тобой в парк аттракционов или в кино? Ты и я. Как ты на это смотришь? – Брэндон резко поднял руки, мотая головой. – Я тебя не заставляю. Если ты откажешь, я все пойму.

Я влипла. Мое лицо застыло в немом ужасе. Не хочется с ним куда-то идти, и да, сам Брэндон тут вообще не причем, во всем виноваты мои принципы и боязнь отношений. Но если я ему откажу, скорее всего, обижу его, что явно не входило в мои планы. Он мой… друг. Я им дорожу и не желаю его расстраивать. Чертова безысходность. Что мне остается делать? Я набрала в легкие больше воздуха, понимая, что решаюсь на сумасшедший выбор…

– Ладно. Я не против.

Врунья.

– Правда? – Брэндон засиял, я улыбнулась, видя его таким… счастливым. Не представляю, что бы с ним было, если бы я сказала «нет». Видимо, я ему на самом деле очень нравлюсь.

– Правда-правда.

– Отлично. Я… ух, это было так сложно сказать, – он засмеялся. – Как насчет понедельника, сразу после рабочего дня?

– Здорово! Повеселимся! – весело произнесла я, в то время как мое сознание вопило: «Что ты делаешь?».

Карен и Райан вернулись спустя десять минут. Они положили подносы с алкоголем на стол, и таинственно на нас посмотрели. Райан жестом бровей поинтересовался у друга, как все прошло, и тот почти незаметно ударил кулаком в воздух, показывая, что пригласить меня на… свидание удалось. Похоже, уход Карен и Райана за выпивкой был частью плана, о котором знали все, кроме меня. Отлично. Никогда не думала, что мою личную жизнь будут налаживать все, кроме меня самой. Да тем более без моего, собственно, согласия.

Все схватили кружки с пивом, издавая какие-то возгласы, а я уселась поудобнее, понимая, что это будет продолжаться долго.

– Скай? – Карен кинула на меня взгляд, когда увидела, что я не притронулась к алкоголю.

– Я не буду. Отцу обещала.

– Началось! – Райан закатил глаза и подпер свободной рукой голову, с недовольством глядя на меня. Брэндон пихнул его, откашливаясь.

– Мы тебя не заставляем, если не хочешь, не пей. Закажем тебе фруктовый коктейль.

Карен запрокинула голову, хныкая.

– Черт тебя дери, Грейс, ты хоть можешь один вечер расслабиться и ни о чем не думать? Это так сложно? Я многого прошу?

Райан изменился в лице, теперь в его глазах выражалась мольба, нижняя губа выпятилась. Он надулся, словно ребенок.

– Ну пожалуйста, – друг демонстративно вздохнул. – Скаааааай…

– У вас даже повода нет, – подметила я, складывая руки на груди. Вот он – первый предлог не уподобляться их примеру.

– Есть, – улыбнулся Брэндон. – Мы собрались. Здесь. Вместе. В новом и, наверное, теперь самом классном пабе в Нью-Хейвене! Разве это не повод?

Он обвел взглядом присутствующих. Люди танцевали, веселились, пили, громко смеялись и подпевали парням на сцене, которые успели во время выступления опустошить пару стаканов пива – на их красных от жары и алкоголя лицах висела довольная улыбка. В принципе, Брэндон прав. За такое легендарное событие можно немного выпить… Немного…

– Чую, мы скоро попадем в клуб анонимных алкоголиков, – произнесла я, беря в руки кружку с пивом. – Дерзаем!

Ребята заликовали. Мы пили, развлекались, рассказывали друг другу, что произошло нового. Точнее, мои друзья рассказывали, а я молчала. Что я могла им сказать? Что всю неделю со мной ничего не случалось, а тут – бац! – и начали происходить странности? Ох, ну уж нет. Я была немногословна, когда очередь дошла до меня. Не хотелось говорить им, как двое незнакомцев, побывавших в моем доме, просто так испарились в непонятном красном облаке, и как до этого мне довелось увидеть…эм… призрака в плаще. Ах, да, и тем более не желала рассказывать, что превратилась в чертового параноика (постоянно кажется, что за мной следят, поэтому приходится изредка оглядываться). Этой ночью я вообще, пока не проверила по сотому разу, закрыто ли все в доме и находится ли на том же месте, под подушкой, кухонный нож для самообороны (мало ли что может опять случиться), не легла спать.

Безумная тройня перешла к новому этапу сумасшествия – сделала пирамиду из кружек с алкоголем, и каждый из ребят, пьяный в стельку, начал облизывать льющееся со всех сторон пиво, пританцовывая. Мы стали привлекать внимание, когда я… присоединилась к ним, посчитав занятие – быть наблюдателем – скучным. Райан как раз заказал новую порцию пива и вместе с Брэндоном придумал свеженькую игру (или, точнее сказать, развлечение). Парни расположили нас напротив себя (я, естественно, стояла напротив Брэндона) и взяли в руки пиво, издавая радостные возгласы. Я понимала, что сейчас будет, и толпа людей, скопившаяся возле нас, одобрила эту идею. Они подошли к нам. Карен кокетливо захихикала, когда Рай положил руки на ее талию и, удерживая, наклонил назад, затем начал вливать пиво в нее, с каждой секундой возводя руку с напитком выше и выше. Игра на точность. Пошло. Дерзко. Грязно. Вполне в стиле наших ребят.

У меня было какое-то желание отказаться от этого, но прежде, чем я что-нибудь успела бы сказать или убежать, Брэндон, под оглушительный рев людей, нежно наклонил меня назад. Я ощущала, как слабые ноги еле-еле держат другую половину моего тела, и оставалось рассчитывать на них в случае падения. Брэндон чертовски пьян и наверняка не сможет меня долго поддерживать в таком состоянии.

– Я буду метким. Обещаю, – проворковал он мне в ухо, меня тут же обдало горячим дыханием с запахом алкоголя. И это сказал пьяный парень…

– Не сомневаюсь, – скривилась я.

Брэндон, страшно шатаясь, ухватился за стакан. Я густо покраснела, проклиная тот момент, когда согласилась на это. Как только он собрался наклонить его и влить в меня пиво, раздался низкий голос, останавливающий действия друга:

– Даю сто баксов, чтобы влить в эту крошку пиво самостоятельно.

По мне прошлась волна жара. Не может быть! Я не чувствовала себя такой пьяной, как мои друзья, (хотя мы выпили одинаково) поэтому могла еще здраво мыслить и вспомнить, кому принадлежит голос. В ярости оттолкнув Брэндона, я хотела обернуться, но тут его вонючее пиво плеснулось на мою футболку. Я окаменела, ощущая мокрую прилипшую ткань к коже. Кто-то засмеялся, парни рядом захлопали в ладоши, предложив мне снять верх и остаться в лифчике. Это настоящий конфуз.

Брэндон ойкнул, затем начал проводить ладошками по моей груди, пытаясь то ли абсурдным способом устранить проблему, то ли полапать меня. Мне было явно не до смеха и вежливости, я громко чертыхнулась, стукнув по рукам Брэндона, который еле стоял на ногах, затем сделала шаг назад, когда он пошатнулся и, извиняясь, вновь потянул свои пакли ко мне. Карен и Райан оттащили его от меня, потому что видели, что я на взводе и могу тому хорошенько врезать. Сзади послышался сдавленный смешок, а потом в поле моего зрения появился Габриель. Он лукаво улыбался, разглядывая меня. Особенно задерживал взгляд на моей футболке. Каштановые волосы как всегда были растрепанны, словно он только что проснулся или вышел из душа, на теле вновь были вещи темных цветов, а эти чертовы глаза цвета бирюзы таинственно блестели. Господи. Сумасшедший стук моего сердца отдавался в ушах. Гнев и злость охватили меня полностью. Я гадала: издевается ли надо мной судьба, что сталкивает нас постоянно с Габриелем именно при подобных позорных ситуациях или же этот парень-загадка ненароком преследует меня зачем-то. Я его видела вчера, вижу сегодня. Конечно, все понимаю, мы живем в одном городе, но почему он появляется там, где нахожусь я? В то же время, в том же месте. Он что, действительно шпионит за мной? Ох, не зря же у меня недавно возникло странное чувство, будто за мной следят. Ладно. Допустим, это так. Но какого черта Габриель – звезда Нью-Хейвена, секс-символ (или кто он там?), тот, по кому пускают слюни девушки, разучившиеся носить белье, ходит за мной?!

–Что ты тут делаешь? – рявкнула я, окатывая его презренным взглядом и выжимая футболку.

Он поднял вверх бровь. Дамочки неподалеку узнали в нем участника группы и завизжали. То, как девушки прыгали и восторженно реагировали на него, вызвало у меня предположение, что они вот-вот потеряют сознание. Печальнее всего, что среди них была Карен…

– Развлекаюсь. А что? Ты мне не рада?

– А по мне видно, что я счастлива? – я указала на свое сердитое лицо. – Знаешь, создается ощущение, что ты меня преследуешь.

Габриель захохотал, запрокидывая голову.

– Вообще-то, это я должен так думать. Ты была на моем концерте, потом, одетая в не понять что, попалась мне на глаза.

Я задохнулась от шока. Что? Еще меня будет обвинять в преследовании?

– Я даже тебя не видела! – процедила, сжимая кулаки. Некоторые зеваки пытались расслышать нашу беседу, но, видимо, не у всех это получалось из-за громкой музыки. – Мне просто захотелось попить, а тут…

– Да ладно тебе. Если так отчаянно пытаешься заполучить мой автограф, я тебе его дам. – Он растянулся в нахальной улыбке. – И не нужно ходить за мной попятам.

– Ты совсем придурок? Это кто еще кого преследует? – казалось, из моих ушей сейчас повалит пар. Это, наверное, самый паршивый день в моей жизни, не считая того, когда Габриель заговорил со мной впервые. Вот с виду он красивый парень, а когда открывает рот, его красота куда-то улетучивается. Он не может просто мило улыбаться и молчать? Господи, если я доживу до своего восемнадцатилетия, пожелаю, чтобы этот идиот ограничивался лимитом – сто слов в день или лучше – вообще не попадался мне на глаза.

– Это очевидно, Монашка. Ты.

Опять это прозвище! Я издала что-то вроде… рычания? Конечно, я была не согласна с ним. Ведь у меня нет причин шпионить за ним. Во-первых, он мне не нравится, во-вторых, в отличие от него, мне есть чем заняться, в-третьих, я не вхожу в число его сумасбродных фанаток. И да, напоследок, кто с кем первый заговорил в «Мо»? Можно вынести вердикт – либо Габриель меня преследует по непонятным целям, либо это все – коварные издевки судьбы. Больше опираюсь на первый вариант.

– Меня зовут Скайлер Грейс! – прошипела я.

Тут, откуда не возьмись, нарисовался Брэндон с пивом в руке. Казалось, кружка служила для него настоящей опорой – он боялся пролить ее содержимое, поэтому еще не падал, но страшно шатался, словно откуда-то на него дул поток ветра. Брэндон протиснулся между мной и Габриелем, затем уставился на него. Он был значительно ниже ростом, поэтому, чтобы смотреть в глаза «Забвенцу», ему пришлось запрокинуть голову.

– Какие-то проблемы? – заплетающимся языком сказал он.

Я закатила глаза, понимая, что к добру все это не приведет. Радовалась я только одному – что надела сегодня черную футболку, а не белую. И, если что, пятен крови на ней не будет видно.

– Все нормально, – заверила я друга, кладя руку на его плечо. Мне не хотелось втягивать в это Брэндона. – Я сама разберусь.

Он даже не посмотрел на меня, испепеляя взглядом усмехающегося Габриеля.

– Нет. Я никуда не уйду.

– Ты не слышал, что она сказала, гномик? – с издевкой в глазах проговорил шатен. Похоже, он совсем не боялся последствий за придуманные прозвища.

Брэндон нахохлился, делая яростный вдох. Его рука с пивом задрожала и через секунду, прежде чем я успела понять, куда отправится этот зловонный напиток, оказалась над головой Габриеля, затем перевернула стакан. Черт. В списке искупавшихся в алкоголе благодаря Брэндону теперь еще, кроме меня, числился сам парень-загадка. В изумлении от такого рыцарского поступка и храбрости друга, которая часто проявлялась в его нетрезвом состоянии, я открыла рот. Из толпы кто-то загудел, мгновение – и все требовали драку. Габриель, с волос которого лился желтый ручеек пива, скатываясь по лицу и устремляясь на плечи, с вызовом выпрямился, сменив ехидную улыбку на дьявольскую. Тут мне стало страшно. За Брэндона. Я не имела ни малейшего понятия, на что способен Габриель, и уже хотела оттащить друга к выходу, как тот накинулся на него, оттолкнувшись ногами от пола. Я приложила ладонь ко рту, прекрасно осознавая, что на этот раз Брэндон потерпит фиаско. Ему попался не очень удачный экземпляр. Да, экземпляр с грудой стальных мышц.

Габриель и Брэндон катались по полу под визг скандирующей что-то толпы и мутузили друг друга как могли. Мой друг, пребывая пьяным, не мог точно попасть кулаком в лицо неприятелю, и это было выигрышно Забвенцу – он с легкостью перехватывал руки Брэндона, затем заворачивал их ему за спину. Я подорвалась с места, когда Габриель, оседлав скрюченного и стонущего на полу Брэндона, что-то прошептал ему в ухо, наклонившись. Я вцепилась в ворот его футболки, оттаскивая подальше от друга, который, как всегда, пытался меня защищать и добровольно согласился превратить свое симпатичное личико в кровавое месиво.

– Ты совсем больной?! – я дождалась, пока Габриель повернется, и ударила кулаком в его грудь. Он даже не пошатнулся или не взвыл от боли. Зато адски заныла моя рука. Черт, он что, носит под футболкой железную броню? – Что ты наделал?

Я указала на стонущего Брэндона. Мне стало так его жаль, что была готова прямо сейчас пойти с ним на то свидание и даже поцеловать.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю