Текст книги "Отныне – Главный герой! Том Последний (СИ)"

Автор книги: Swfan

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

140. План

На следящее утро я испытал небольшой конфуз, когда проснулся на скамейке посреди заброшенного вида детской площадки. Что я здесь делаю? Как я тут оказался? И почему весь мир такой большой, а у меня такие маленькие руки?

Размышляя над всеми этими вопросами, я смотрел на темно-голубое небо. Солнце поднималось всё выше и выше. Небосвод разгорался, как голубая лампочка.

Наконец я вздохнул, пришёл в себя и присел. Как раз в это время дунул прохладный утренний ветерок – забавно, что утро было холоднее ночи, – заскрипели качели, и я наконец вспомнил, где нахожусь и чем вообще занимаюсь.

Я был в прошлом.

Мне нужно было подружиться с Мураками, моей девушкой из будущего, чтобы спасти её жизнь… А между делом она сама попросила, чтобы я оживил её мёртвых родителей… Как-то так.

Я прыснул.

Если бы моя жизнь действительно была историей, интересно себе представить, чтобы подумал читатель, который случайно заглянул в эту конкретную главу. Без контекста, – да и с ним, кого я обманываю, – всё это звучало как абсолютный бред.

Ладно Кирилл, ладно. Хватит рефлексии. Пора за дело.

Я размялся и достал из-под скамейки гладкую деревянную палочку, которую нашёл ещё прошлым утром. Я обхватил её обеими руками и начал упражняться так, как если бы это был меч.

К этому времени фехтование стало для меня своеобразной привычкой. Оно помогало развеяться, сбросить сонную дымку по утру, в конце концов подумать. Намного приятнее размышлять, когда у тебя заняты руки. Некоторые люди расхаживают по своей комнате, пытаясь что-нибудь придумать – я же просто махаю палкой.

Примерно через тридцать минут я отложил деревяшку в сторону и потёр руки. Когда там Мураками собиралась прийти…? Я уже было собирался посмотреть время на телефоне, как вдруг:

– Ты тут! – раздался нежный детский голосок.

Я вздрогнул… Мне всё ещё было немного сложно привыкнуть к тому, как звучала детская версия Мураками. Одновременно знакомо… Но не совсем. Я повернулся и увидел девочку на тропинке, которая бежала вдоль дороги. Когда она подошла поближе, я заметил, что её дыхание было немного прерывистым. Её белые волосы были немного неряшливыми, как будто она только что проснулась.

Собственно, почему как будто…

– Ты бежала сюда?

Мураками кивнула.

Наверное, волновалась, что я исчезну.

– Вот, – Мураками протянула мне две консервные банки. Свинина и говядина… Неплохо.

– Спасибо.

– Ничего. У дедушки их много… Так… Я придумала, как мы можем вести себя, как друзья… – заявила девочка и сложила руки. Я меж тем открыл первую баночку, присел на скамейку и приступил к своей утренней трапезе. Мураками прокашлялась и заявила, что очень долго всё планировала, – возможно даже всю ночь… Её глаза показались мне немного красными, – и придумала целый список разнообразных дружеских активностей.

– И где он? Этот список, в смысле.

– Тут, – девочка показала на свою голову.

Ожидаемо…

После этого Мураками пересказала мне несколько своих задумок. Я её слушал и давал оценки. Девочка явно старалась, когда всё это выдумывала. Она расписала наш график на целую неделю. Сегодня была среда, и первым по расписанию…

– В среду мы… Идём на рыбалку, – заявила Мураками.

– У меня нет…

– Пойду возьму у дедушки удочки. Жди здесь! – заявила девочка и снова бросилась бежать. Я проводил её взглядом до поворота, продолжая поедать свои консервы.

Могла бы взять заранее, кстати говоря. Ну ладно.

Удивительно, на самом деле, как Мураками, даже когда я вернулся в прошлое, всё равно стала наиболее активной фигурой в наших отношениях…

Как-то это странно прозвучало.

А ну и пусть.

Через пару минут девочка вернулась. На голове у неё появилась зелёная шапка-сеточка, в которых обыкновенно ходят рыболовы, а в руках – небольшая удочка – вторая, к сожалению, была сломана. Ничего, обойдёмся и одной. После этого Мураками раскатала карту, покрутила её в руках и сказала, что ближайшая речка была за вон тем холмом… – она показала пальцем на зелёную громадину на горизонте.

Я посмотрел на него и вздохнул.

Что-то мне подсказывало, что в ближайшее время у меня будет мало свободного времени…

…

…

Мураками всегда была умной, а потому, как только она узнала о принципах работы журнала, девушка сразу придумала наилучшую стратегию по зарабатыванию баллов. Поскольку журнал начислял их за каждую как бы «дружескую» активность, значит нужно было провести их как можно больше.

Наш график был забит под завязку и расписан буквально на каждую секунду. Не всегда, однако, получалось следовать ему точь-в-точь. В первый же день состояла прокол, когда мы добрые пару часов забирались на холм, добираясь до речки, а потом ещё тридцать минут пытались накопать червяков. В итоге на саму рыбалку у нас осталось меньше часа. Ясное дело, что мы ничего не поймали. Наоборот, мы сами стали добычей для комаров, а уж когда обнаружилось, что у Мураками была аллергия на средство против москитов… В общем, опыт это был незабываемой.

В итоге всю дорогу назад девочка не могла сказать и слова без того, чтобы чихнуть. В какой-то момент, пока мы пробирались по зарослям назад, она утомилась и попросилась отдышаться, – при этом продолжая чихать. Я предложил понести её дальше на спине, но девочка, к моему удивлению, покраснела пуще прежнего и отказала…

Точно… Мураками-девочка и Мураками-девушка – все же разные сущности. Последняя, надо думать, сама бы это предложила и запрыгнула мне на спину. С первой всё было немного сложнее. Она была ещё ребёнком, и, хотя и старалась активничать, сильно смущалась.

В итоге нам пришлось сделать несколько перерывов, прежде чем мы смогли вернуться назад в деревню. К этому времени солнце уже близилось к закату. Мураками печально вздохнула и сказала, что по плану сегодня мы должны были ещё пожарить пойманную рыбу, но ни времени для этого, ни, собственно рыбы, у нас не было. В итоге девочка попрощалась и пошла домой, а я – к себе на площадку.

Сегодня всё пошло не по плану, однако будет завтра и после завтра.

Самые оживлённые семь дней в моей жизни ещё только начинались…

141. Пляж

– Куда сегодня?

– Мм… Туда! – заявила Мураками и вскинула руку.

Я положил консервную банку на колени и увидел, что девушка показывает на дорогу.

– Снова в город…?

Наша прошлая поезда туда состоялась всего два дня назад; мы сходили по магазинам, – получилось довольно неловко, потому что ни у Мураками, ни у меня не было денег на серьёзные покупки, а потому большую часть времени мы просто смотрели на витрины, – впрочем, именно этим дети и занимаются, – а потом сходили в парк.

Мы даже прокатились на колесе обозрения, на котором я в своё время катался вместе с Мирай… Или не катался. Можно ли назвать то, что произошло во сне, реальностью? Хороший вопрос. Моя жизнь была такой странной, что её едва ли можно было отличить от сновидения.

Мураками немного заскучала на колесе, – поэтому сразу после я предложил ей прокатиться на американских горках. К сожалению, к этому времени у нас оставалось мелочи только на одну поездку. Девушка хотела отказаться:

– Зачем… Это не будет считаться совместной активность, – заявила она с каменным лицом.

Я на мгновение растерялся.

Она была права, с одной стороны, а с другой какой-то этот подход был через чур… Даже не знаю. Механичным? Мы действительно пытались в первую очередь заработать баллы, однако для этого нам нужно было действительно подружиться. Нельзя относиться к дружбе, как к работе. Это так не работает.

Речь, достойная главного героя, да… Я рассказал об этом Мураками и всё же смог убедить девочку прокатиться. Сам я в это время присел на скамейку и, поедая сахарную вату, наблюдал со стороны, как гремящая вагонетка совершает свои пируэты. Через пару минут Мураками вернулась. Длинные волосы девочки растрепались и налипали на её розовые губы. Её щёки покраснели, а в глазах как будто сверкали звёзды… Если бы она ещё улыбнулась…

Ха…

Я цокнул языком и покачал головой.

Затем прикрыл консервную банку.

Хватит предаваться воспоминаниям.

– Нет, на пляж! – заявила Мураками и раскрыла передо мной, как штору, огромные потёртые плавки.

– Это чьи?..

– Дедушки.

– … У меня размер неподходящий.

Девочка молча вытянула кожаный пояс.

– …

…

…

…

Пляж находился совсем неподалёку, всего в двадцати минутах езды на автобусе. Причём благодарю тому, что он был в сельской местности, на нём было намного меньше людей, чем на главном курорте Аозора, вокруг которого выстроились огромные отели, и на котором было попросту не протолкнуться среди тучных, лоснящихся под палящим солнце тел… Здесь всё было довольно уютно, но при этом красиво.

Когда я сбежал по горячим каменным ступенькам, мне отрылась прекрасная, чистая, беленькая береговая линия, за которой простиралось лазурно-голубое море. Некоторые думают, что море – это просто очень много воды в одном месте. И даже описывают его просто как… Большое. Это не так. На самом деле морской пейзаж очень красивый, – невольно захватывает дух, даже при том, что сам я не большой любитель курортного отдыха.

На минуту я даже забылся, стоя пятками в тёплом и нежном песочке и наблюдая за тем, как шипящие волны настилаются, как будто пытаясь зацепиться за него и неминуемо соскальзывая, на берег; потом в моей голове раздался ехидный голос:

«Пляжный эпизод! Плюс 20Б!»

Спасибо…

Я поморщился и посмотрел на Мураками. Девушка стояла неподалёку, в майке и шортах, и тоже разглядывал море.

– Так… здесь можно переодеться? – я осмотрелся. Пляж и правду был безлюдным, что хорошо, но никакой инфраструктуры здесь тоже не было. Ни туалета, ни кабинок, чтобы можно было раздеться. Мураками вздрогнула и отвернулась:

– Можно… Отойти подальше.

Отойти подальше, ну ладно.

Я осмотрелся, щурясь от яркого солнца, и заметил слева некое нагромождение камней. Кажется, там находился небольшой грот.

– Я туда пойду, ладно?

– Ок! – девочка быстро кивнула и демонстративно отвернулась.

Смущение бывает заразным. В какой-то момент даже мне стало немного неловко, а потому, разминая новые плавки, которые я прикупил в магазинчике на выезде из деревни, я быстрым шагом направился к нагромождению камней. Пробраться внутрь оказалось немного сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Мне пришлось сперва залезть на высокий валун, а потом спрыгнуть с него на землю.

Сразу после приземления я резко отшатнулся назад.

На песке, на камнях лежала птица… Мёртвая чайка.

Вот тебе и дурная примета.

Я поморщился, покачал головой, сбросил майку на ближайший камень. И вдруг, когда я достал из кармана журнал, мне пришла идея.

Стоп… Мой взгляд опустился на птицу.

А ведь я давно уже хотел проверить, как, собственно, будет работать воскрешение, которое я должен был потом использовать на Мураками и её родителях. Раньше я постоянно с этим затягивал… Во много потому что мне было немного страшно проверять, работает мой план, или нет. Так человек боится посмотреть на последнюю цифру своего лотерейного биллета, закрывая её большим пальцем.

Но вечно тянуть тоже было нельзя. Шёл уже пятый день с тех пор, как я попал в прошлое. В какой-то момент мне нужно было проверить, рабочий мой план, или нет. Потому что в противном случае… О котором мне не хотелось бы даже думать… Мне нужно было немного времени, чтобы придумать что-нибудь ещё.

Я вздохнул, схватил журнал, присел на камень и открыт страницу, на которой были перечислены мета-модификаторы. Мой взгляд опустился на птицу. И так… Что бы выбрать?

142. Отчаяние

Что же выбрать? Мета-модификатор персонажей или мета-модификатор вещей? С одной стороны, мёртвая птица, которую я нашёл на песочке, явно не была прямо «персонажем» – хотя если так подумать, у неё было побольше характера, чем у Сиро… Не суть. С другой – неужели это вещь?

Впрочем, чего тут размышлять. Можно просто попробовать.

Я провёл пальцем по строчке в журнале.

«…Выберете Персонажа, которого вы хотите модифицировать»

И посмотрел на мёртвую чайку. И так…

…

…

ОШИБКА! Персонаж не найден.

Не найден значит… Ну ладно. Похоже это всё-таки предмет. Я использовал мета-модификатор предметов и действительно, передо мной нарисовался список с характеристиками мёртвой птицы. Вид, как давно она погибла, процесс разложения и всё прочее.

Я пробежался глазами по списку, пытаясь найти строчку, которая отвечает за… Не знаю – работу жизненных функций. Ничего такого не было.

Плохо… Ну ладно. Внизу была ещё одна, пустая строчка, куда я мог вписать всё что угодно.

Я провёл по ней пальцем и вывел следующую надпись:

«Жива и полностью здорова».

И нажал «Модифицировать.»

Снова побежали троеточия… Интересно, зачем они вообще нужны? Журнал это что, компьютер, что ему нужно производить какие-то расчёты? Может я всё это время был в виртуальной реальности? Вот это будет поворот. Читатели живьём съедят…

«…Оценочная стоимость: 30Б…»

Всего лишь? Я удивлённо посмотрел на цифру, которую нарисовал журнал. Тридцать баллов, чтобы воскресить мёртвое существо… Учитывая, какие в последнее время высокие были цены на всё про всё, это было довольно щадяще…

«хе-хе-хе…»

И вот почему.

Я поморщился, когда услышал смех у себя в голове, и спросил:

– Что ещё?

«Хе-хе… Неправильно мыслишь, герой. Ты не воскрешаешь, ты даруешь жизнь! А это немного разные понятия… Франкенштейн сделан из кусков человечины, человеченищи, но сам ничегошеньки общего с мёртвыми не имеет… У него СВОЯ душа»

Не Франкенштейн, а его монстр вообще-то. Ф. – имя самого доктора…

Я наклонил голову и задумался над словами Юдзи.

Действительно, я не мог просто приписать «жизнь» мёртвому телу. Это так не работает. У меня просто получится… Даже не зомби, другая нечисть, которая обитает в мёртвой материи. Но что мне в таком случае делать?

Я почесал подбородок.

Какой он был гладкий… Не суть.

И так… Может мне попробовать как-нибудь изменить модификацию? Написать, например, что птица «такая-же, как был при жизни, и ещё здорова…» Нет, нельзя. Это было слишком специфично. Нельзя модифицировать настолько точечно… Это попросту глупо.

Вот и возникла проблема. Впрочем… Не будем отчаиваться. Был у меня и другой вариант.

Я осмотрел землю и нашёл на песочке небольшой камешек. Подобрал его, открыл поле для модификации и написал туда:

«Если съесть – вернёт к жизни…»

Если я не могу воскресить мёртвое существо, то, по крайней мере, я мог создать эликсир, которые сделает это за меня. Почему бы и нет?

'…

…

Оценочная стоимость: 9999Б'

Что…? Я растерянно уставился на огромную цифру, которую высветил журнал. Девять тысяч девять… Что, ещё раз? Почему… почему так много?

«Хе. Хе. Хе… Ну а ты как думал, герой…?»

На странице вдруг появился клоун с бейсбольной битой. Юдзи опирался на неё, как на тросточку.

«Вернуть к жизни… Ишь чего захотел! Нельзя. Ни в коем случае! Забыл условия? Мне напомнить?»

Вдруг, чернила сгустились и превратились в следующие строчки:

«…Стоимость модификации предмета и персонажей зависит от влияния, которое они оказывают на окружающий мир и на историю…»

«Понял?» – Юдзи провёл по абзацу своей битой.

«Если ты создашь эликсир жизни, это же ты сможешь воскресить… Кого угодно! Так нельзя, нет-нет-НЕТ! Это нарушит баланс и совершенно, совершеннейше уберёт весь саспенс из истории. Ни один редактор тебе такого не позволит!»

Юдзи прочитал свою тираду, сложил руки в белых перчатках и растворился. Я, меж тем, продолжал пристально и немного горько смотреть на абзац, который он за собой оставил «Стоимость…» И так далее.

Если так задуматься, это было ожидаемо. В своё время я пытался создать меч, который убьёт одним единственным касанием. Журнал мне этого не позволил, потому что такой артефакт получился бы слишком сильным. И вот опять… Я столкнулся с той же проблемой.

Что мне делать?

Попробовать сократить действие эликсира, например, чтобы он вылечил только Мураками? Это так не работает. Опять же, в своё время я наградил одного парня способностью узнавать, какое воздействие на него возымел тот или другой контракт. Но, когда я пытался более точно настроить эту способность, чтобы сэкономить баллы, у меня ничего не получилось. Журнал такого не позволит. Это не машина, которую можно обмануть, если найти слабое место в её условиях. У него есть, что называется, здравый смысл, который сам решает, какую модификацию я могу провести, а какую нет.

Я поднялся на ноги сжал кулаки.

Постоял так с минуту, выдохнул и посмотрел на время. Я переодеваюсь уже добрые десять минут. Мураками наверняка волнуется, пора вылазить… Хотя делать мне этого совершенно не хотелось. Я не мог, не понимал, как мне вернуться к нашей рутине теперь, когда свет надежды померк, и передо мною снова замаячила тёмная бездна.

В итоге и я сам не заметил, как вылез из грота и вернулся на пляж. Мои ноги несли меня сами собой. Я был на автопилоте, пока мои мысли были заняты… Ничем. Они были заняты отчаянием.

Мураками дожидалась меня у берега, возле водицы. Девочка приподнялась и посмотрела на меня голубыми глазами.

– Ты долго…

– Пришлось задержаться, – услышал я свой голос.

– Ты… Не переоделась, – вдруг, я заметил, что Мураками всё ещё была в своих шортиках и майке. Только я был в плавках. Это было немного неловко…

143. Метания

Это было немного неловко… С другой стороны, я сейчас был ребёнком, так что, наверное, со стороны всё смотрелось не так уж и странно. Наверное. В любом случае на всей протяжённости пляжа кроме нас никого не было. Мы выбрали на удивление безлюдное место.

– Я… – меж тем Мураками прервала мои мысли. – Подумала… У меня аллергия на солнце! Вот, – и положила руки на пояс.

Аллергия на солнце? Бывает. Я посмотрел в лицо девочки и заметил, что она старалась не смотреть в мои глаза. На её щёчках, действительно очень белых и мягких, который даже немного сливались с белоснежными волосами, зардел румянец…

Ах вот оно что… Ей просто было неловко раздеваться. Я не против. Вот только можно было сказать об этом заранее, чтобы мне самому не пришлось снимать одежду. Ладно. Пусть…

– Что там дальше у тебя в списке? – спросил я.

– Ах! Сейчас, – она сделала задумчиво лицо. – Плавать, искать ракушки, строить замок из песка… Вот так.

– Ладно, – я кивнул. – Начнём с замка…

В итоге наше песчаное творение в пору было находиться на картине Сальвадора Дали. Мураками строила разномастные башенки, рыла грот, наполняла его водицей и выдавливала винтовые лесенки… Получалось всё это довольно криво, но очень мило. Я ходил по берегу и собирал ракушки и камушки, которые мы потом использовали в качестве черепицы. Мы работали так долго, что потихоньку стал начинаться прилив, и наше творение стало размывать.

Мураками вздохнула и отдала замку честь.

Казалось, на мгновение, что сама девочка, что я смогли отвлечься от мрачных мыслей, которые терзали наши души. После этого мы ещё немного погуляли и побегали вдоль берега, и даже немного, пятками, зашли в тёплую водицу.

Ровно в пять у Мураками зазвонил будильник. Пришло время собираться, если мы не хотели ещё полтора часа дожидаться следующего автобуса. Вместе мы вернулись на трассу… Всё дорогу домой я смотрел на заросли. Мураками как будто почувствовала перемену в моём настроении и тоже ничего не говорила. Знаю, это было глупо, и, по-хорошему, мне нужно было разговориться, устроить дружескую беседу, набрать побольше баллов, но я просто не мог заставить себя это сделать.

Все мои мысли были заняты попытками решить нашу проблему. Я даже не заметил, когда автобус остановился.

– Идём? – спросила Мураками.

– Ах, да… да, идём, – я растерянно кивнул, поднялся и пошёл на выход. Затем, примерно через пять минут, мы вернулись на нашу базу, на детскую площадку. Время было уже вечернее; дул прохладный ветерок. Я смотрел в небо, на яркое солнце, как вдруг Мураками прокашлялась.

– Что… Такое?

– Завтра уже… Эм. Предпоследний день.

– Предпоследний день…

Точно, предпоследний день перед тем, как меня вернёт назад в моё время. А значит…

– Мы завтра идём… Туда? – спросила девочка.

Она говорила про кладбище. Кладбище, на котором я обещал воскресить её родителей.

Хотя сделать этого невозможно.

– Да, завтра…

– Ум! – Мураками кивнула; её глаза загорелись ярким светом. У меня сдавило сердце. После этого девочка обещала принести мне немного еды на ужин и побежала домой; я, в свою очередь, свалился на скамейку и вздохнул. Проклятье… Как же всё это сложно.

Ладно, Кирилл. Ладно. Хватит унывать. Ты же главный герой, в конце концов, – надо что-нибудь придумать. Но что?

Я достал журнал и снова пролистал до страницы, на которой были перечислены мета-модификаторы. Мета-модификатор персонажей не работает. Предметов – тоже. Почему? Потому что нельзя просто взять и воскресить человека. Это нечестно. Слишком сильная способность, несбалансированная. Вот и всё… Что мне в таком случае остаётся?

Ещё есть мета-модификатор сеттинга… Может его изменить? Каким образом? Написать, например, что все люди с фамилией Мураками имеют девять жизней? Гениальная идея, только это примерно то же самое. Нет… Единственный вариант, с помощью которого я смог воскресить персонажей в прошлый раз – это РЕТКОН. Мета-модификатор сюжета.

Но он не работает.

Почему?

Я открыл его увидел следующую надпись:

«Главный герой победил древнего мага, но его девушка погибла…» Я не мог изменить данную сюжетную линию, хотя у меня уже хватало на это баллов, просто потому что нельзя менять последнюю главу. Потому что я не смогу потом за неё распалиться. Это даже не сюжетное правильно, а просто глупое ограничение, которое придумали Юдзи и журнал. Просто интереса ради, я снова надавил пальцем на фразу «Девушка главного героя»

…Расчёт…

На кого вы хотите произвести замену?

На кого… Я вписал имя Нозоми. Не потому что я действительно хотел её… Просто ради эксперимента. Затем хмыкнул и, не дожидаясь, когда высветится надпись «ОШИБКА» – она довольно сильно действовала мне на нервы, – выбросил журнал в мусорку.

Затем я свалился на скамейку и стал разглядывать древесную листву, через которую пробивалось голубое небо. Вскоре пришла Мураками и принесла мне баночку тушёнки.

– Спасибо…

– Ничего… Завтра в это же время? – спросила она быстрым голосом, в котором явно чувствовалось волнение.

– Да… Да, в это же время, – ответила, и сразу потерял аппетит.

Мураками кивнула, попрощалась и пошла к себе домой.

День подходил к своему завершению. Напоследок я ещё раз прогулялся, когда уже стемнело, чтобы немного себя утомить, и завалился спать. В итоге ночь прошла для меня почти бессонной, а потом настало ветреное, холодное, тёмно-голубое… моё предпоследние утро…