Текст книги "Последствия (СИ)"
Автор книги: Света 2856
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– Борись, Хэдвиг! Я знаю, Тор не просто так выб…
Однако договорить ему не дал резко выпущенный Хеллой кол, насквозь пробивший тело храброго воина. Вот только его смерть и последние слова не возымели того эффекта, на который так надеялся мудрый ван. Хэгги стало только хуже, и она лишь еще больше уверилась в том, что бороться с самой Смертью абсолютно бесполезно. За последние полчаса девушка будто выгорела, внезапно перестав ощущать абсолютно все. Ни боли, ни страха, ни тревоги. Ничего. Только лишь животное желание выжить все еще оставалось в ее бешено колотящемся сердце, никак не желающим прекращать свой ход.
Вернувшись в замок, Хелла отпустила своих новых подручных, желая в одиночестве посетить знаменитую сокровищницу Одина. После всего случившегося, маги не знали, как вести себя друг с другом, а потому и речи о совместном сотрудничестве больше не шло. Однако обсудить ситуацию было необходимо, а потому они заперлись в более-менее безопасной комнате принцессы, настороженно глядя друг на друга и готовясь в любой момент отразить внезапную атаку. Атаку того, с кем еще вчера они лениво разговаривали об отношениях…
– И что дальше? – безжизненно поинтересовалась Хэгги, испытующе глядя на царевича.
– Будем выживать… – устало отозвался он, верхом садясь на стул и роняя голову на его спинку.
– Господи… – простонала девушка, хватаясь за голову и падая на огромную кровать. – Да сколько же можно?!
Взглянув на измученную принцессу, трикстер ощутил странный порыв подойти к ней, обнять и успокоить, однако вместо этого лишь одарил ее снисходительным взглядом. Локи понимал, что сейчас они – соперники по выживанию, и что девушка, скорее всего, не жилец. Будучи женой, хоть и фиктивной, самого Тора, она представляла собой некий символ. Некую надежду, за которую асгардцы не раздумывая пошли бы на верную смерть снова. Ведь никто не знал, что именно происходило в этом любовном треугольнике, а потому со стороны у царевны и Громовержца была просто-таки идеальная семья. Оставляя Хэгги в живых, Хелла, по сути, сама создавала себе трудности. Быть может, пока злодейка, достаточно пропустившая в заточении, не понимала этого, однако позже, особенно после искрометных слов Хогуна, просто должна была начать действовать.
– Я в курсе, что я в опасности, – мрачно пробубнила Хэгги с кровати. – Слишком громко думаешь! – язвительно добавила она.
«Черт» – подумал про себя Локи, мгновенно выстраивая щит. События последнего дня настолько вымотали его, что он случайно потерял контроль над собой.
Внезапно оба почувствовали призыв своей «хозяйки». Тяжело вздохнув, маги нехотя покинули комнату, дающую им, по крайней мере, иллюзию безопасности, и поспешно направились в тронный зал. Триумфально восседая на бывшем троне Одина, злодейка злорадно ухмылялась. В глаза молодым людям остро бросились обломки прекрасного некогда потолка с искусными фресками, на которых когда-то давно Хэгги без труда узнала Тора и Локи. Сейчас же эти произведения искусства валялись на полу, словно обычный хлам, открывая взору вошедших куда более ужасное зрелище. На старом, потрескавшемся потолке все еще различимы были фигуры Одина и Хеллы в окружении уродливых воинов, луж крови и плачущих людей. От одного взгляда на эти фрески у асгардцев по спинам пробежал неприятный холодок.
– Я вижу, вы уже заметили… – кивнула женщина. – И, мне кажется, вы имеете право знать… Особенно ты, Локи.
При этих словах царевич удивленно взглянул на женщину.
– Хэдвиг, тебе стоит немного подождать… – твердо проговорила Хелла.
Раздосадованной принцессе ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Ну, или так думала злодейка. На самом же деле принцесса применила довольно-таки простой фокус, став невидимой, скрываясь более от глаз Локи, нежели от самой Богини Смерти. Магия была единственным, в чем злодейка не смогла бы тягаться ни с девушкой, ни с трикстером.
Хэгги видела, как Локи, блестяще борясь с неуверенностью, решительно подходит к трону сестры. Глаза царевича горели жадным огнем. Наконец-то ему выдался шанс узнать всю правду из уст той, что знала о нем гораздо больше, чем кто-либо иной.
– Ты помнишь, я сказала, что ты – это я? – приподняла бровь женщина, и, получив утвердительный кивок, продолжила: – В пору моей юности наш отец был совершенно другим. Он был жестоким, сильным и властным предводителем, моими руками строящий свою Империю, топя в слезах и крови народ за народом… Я была лишь оружием, которое он использовал для достижения своих целей…
Локи ошарашенно уставился на сестру, понимая, что их истории, действительно, схожи. Ведь и он был ничем иным, как оружием, с помощью которого Всеотец желал заручиться миром с Йотунхеймом. Однако же, когда план Одина провалился, он попросту запер приемного сына во дворце, по горло напичкав того ложными истинами.
– Отец использовал меня, словно марионетку, послушную куклу… – продолжила Хелла, явно уйдя в себя. – Но потом, когда мои амбиции и желания возросли, он изгнал меня, запер в клетке, как дикого зверя!
И вновь их с Локи истории оказались похожи, будто две капли воды. Ведь и царевич, возжелав большего, чем простая роль вечной тени своего звездного брата, в итоге едва не поплатился головой, однако позже оказавшись в клетке.
– Я вижу, что ты похож на меня! – негромко проговорила женщина. – И я предлагаю тебе нечто куда более заманчивое, чем просто роль моего слуги.
– И какая же? – замерев, поинтересовался трикстер.
– Роль моего соправителя! – торжественно воскликнула она. – Королевство Ванахейм все также сильно, как и Асгард, – объяснила она. – И когда Аксел… Оставит трон, – жестоко усмехнулась Богиня смерти. – Его место займешь именно ты.
Хэгги испуганно замерла, просто не веря своим ушам! Эта женщина вот так вот запросто предлагала Локи убить ее отца, заняв его место. Это казалось ей невозможным и до ужаса абсурдным! Паника с головой накатила на принцессу, когда она поняла, что, оставаясь здесь, вряд-ли сможет долго протянуть все по той же причине. Внезапно девушку осенила ужасная догадка, из-за которой ей стало дурно, ладошки предательски вспотели, а дыхание и сердцебиение участились. Она ведь понятия не имела, что сталось с Корделией и Ульрикой, все еще находившихся в замке во время начала бойни…
– Я почту за честь, – не раздумывая, отозвался трикстер, прекрасно понимая, на что именно он соглашается.
– Великолепно! – сверкнула глазами злодейка. – Но сначала… Ты должен доказать, что готов к этому, а потому… Я хочу, чтобы ты убил своего брата!
Комментарий к Часть 4.5
Фу-ух… Тяжеленькая глава, признаюсь честно))
========== Часть 4.6 ==========
Оказавшись в комнате, Хэгги, парализованная страхом, обессиленно съехала по стене на пол, в ужасе вцепившись во взъерошенные волосы. Грудь девушки рвано вздымалась в такт тяжелому дыханию. Издав отчаянный стон, она в исступлении забарабанила кулаками по полу, пытаясь выплеснуть все те эмоции, что копились в ней на протяжении последних лет. Принцесса задыхалась, давилась рыданиями, понимая, что она ничего уже не сможет изменить…
Однако приступ паники прошел, передавая власть над разумом Хэгги животному чувству страха. Все, чего она теперь хотела – выжить. Выжить любыми средствами, не чураясь никаких способов. Однако для этого ей срочно нужно было покинуть дворец, в первую очередь избегая Хеллы и Локи, переметнувшегося на ее сторону. Воспоминания о царевиче безжалостно резанули принцессу по сердцу, заставляя ее яростно сжать кулаки. Как обычно, всю свою боль она постаралась перевести в гнев, в ярость. Хотя девушка и понимала трикстера, отныне она знала, что их пути разошлись, а потому молодым людям было лучше и вовсе не встречаться. Вот только царевич имел на этот счет свое мнение…
– Собирайся, – мрачно приказал он, задумчиво привалившись к дверному косяку и сложив руки на груди. – Полетим на Сакаар.
– Зачем это? – невинно приподняла бровь принцесса, в тайне замирая от страха перед трикстером.
– Так надо, – отрезал юноша, устало покачав головой. – Не спорь.
– Я никуда не полечу, – ровно отозвалась девушка слегка подрагивающим голосом. Она понимала, что, скорее всего, для нее это поездка лишь в один конец, а потому решила бороться до конца.
– Это не обсуждается, – закатил глаза трикстер, подозрительно взглянув на царевну. – А в чем, собственно, проблема?
Хэгги испуганно вздрогнула, словно после сильной пощечины. Локи чувствовал, что что-то не так, и она просто обязана была убедить его в обратном! Вот только сил для этого у девушки уже не было, и последствия ее бессилия стали явными уже в следующее мгновение. Внезапная догадка промелькнула в утомленном взгляде царевича.
– Ты слышала… – прищурившись, протянул он, угрожающе надвигаясь на бледную принцессу.
– Я не… – пятясь, прошептала она, однако трикстер, резко схватив девушку за шею, грубо прижал ее к стене, с яростью всматриваясь в широко-распахнутые черные глаза.
– Мы же договорились не лгать друг другу… – прошипел он, сжимая пальцы на горле принцессы и чувствуя, как бешено ускоряется ее пульс.
– Отпусти… – хрипло выдохнула она из последних сил.
– Ты поедешь, – проигнорировав просьбу принцессы, ядовито выплюнул Локи с маниакальным блеском в глазах. – Поедешь и сделаешь все, что я тебе скажу!
– Пошел ты к черту! – задыхаясь, отозвалась девушка.
Хэгги понимала, что своим неповиновением она лишь усугубляла ситуацию, однако сдаваться так просто не желала. Ведь, в конце-концов, согласившись на эту поездку, она бы все равно умерла, а значит и смысла полностью подчиняться царевичу, своему будущему убийце, не было. Однако Локи тоже не отступился бы так просто. С силой ударив кулаком по стене совсем рядом с головой принцессы, он яростно прошипел:
– Тебя не спрашивают! – горячо прорычал трикстер. – Так мне отпустить? – приподнял он бровь, заметив, что принцесса вот-вот потеряет сознание. В ответ девушка лишь слабо кивнула, все-таки сдаваясь под натиском Локи. – Вот и славно, – удовлетворенно кивнул он, убирая руку и безразлично наблюдая за тем, как Хэгги измученно падает на пол, хватаясь за шею и безудержно кашляя. – Вылет через час. Не опаздывай, – сверкнул глазами царевич прежде, чем покинуть ее комнату.
Сжавшись в комочек прямо на холодном полу, принцесса в отчаянии зарыдала. Все ее тело горело, будто в сильной лихорадке, и только лишь прохлада старинного мрамора приносила ей небольшое облегчение. Вновь и вновь ударяя ладошками по камням, разбивая руки в кровь, девушка получала какое-то маниакальное удовольствие от боли.
– Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – в исступлении рыдала она, задыхаясь и кашляя…
Однако через час девушка была полностью готова и угрюмо восседала на пассажирском кресле космического корабля. Хелла хотела, чтобы Тор погиб как можно незаметнее, а потому было решено не задействовать Бифрест, меч от которого, к слову, был украден одним из врагов новой власти. И, честно сказать, принцесса догадывалась, кто именно способен на такой вопиющий героизм…
Обреченно покачав головой при виде отсутствующего выражения на лице спутницы, Локи молча занял место пилота. Ему, также, как и ей, ужасно осточертела эта ситуация. Он вовсе не был рад тому, что его вот так вот нагло свергнули с законного трона! И, к тому же, трикстер очень сомневался в том, что Хелла сдержит слово, отдав ему трон Ванахейма. Юноше было абсолютно плевать на то, что ради этого придется разобраться с Акселом, да и вообще со всем семейством Альм. Они были такими же пешками, как и он сам, и это уже серьезнее нервировало его. Роль пешки… Ведь, кто знал, быть может, следующим в очереди на тот свет был он сам? Не сомневался царевич лишь в одном – в том, что Хэдвиг Альм отныне и навсегда обречена, и помешать этому не сможет никто. И юноша очень надеялся на то, что в будущем он-таки сможет смириться с этой потерей, ведь сейчас… Сейчас юноша битый час потратил на то, чтобы аккуратно убедить Хеллу в необходимости выезда Хэдвиг на Сакаар. Трикстер сам не понимал, зачем он творит все это, однако оставлять беззащитную принцессу во дворце, один на один с самой Богиней Смерти, он не собирался.
– Что ты собираешься делать дальше? – сипло поинтересовалась принцесса.
Вздрогнув из-за непривычного голоса девушки, Локи впервые в жизни ощутил раскаяние. И это вызвало у него настоящую панику! Никогда еще трикстеру не приходилось жалеть о своих поступках, и, тем более, о том, что он покалечил кого-либо или лишил жизни, а таких, конечно же, было немало. Вот только сейчас царевич, едва не поддавшись минутному порыву, с трудом удержал себя от того, чтобы мгновенно не подойти к девушке и не попытаться вымолить у нее прощение за свою несдержанность.
– Я убью брата, – равнодушно отозвался трикстер, справившись с эмоциями.
– И смиришься с тем, что творит Хелла? – с трудом спросила она, заходясь приступом кашля.
– Меня все устраивает, – стиснув зубы, проговорил Локи, стараясь сосредоточить все свое внимание на космосе вокруг.
– Я не верю, – поморщившись, покачала головой девушка, вставая и подходя к царевичу. – Тебе всегда было дело до Асгарда, до людей. И вот сейчас ты бросишь их на растерзание Хелле?
– Ты забываешь, что в те времена мои интересы совпадали с интересами народа, – мрачно отозвался юноша. – А сейчас каждый сам за себя.
Не удержавшись, Локи все же бросил быстрый взгляд на изможденную девушку. Уродливые черные синяки на неестественно бледной коже моментально бросились ему в глаза, заставив его болезненно поморщиться, что, конечно же, не укрылось от внимания принцессы. Прищурившись, она, как-бы невзначай, легко повела плечом, немного отодвигая ворот платья и позволяя трикстеру вдоволь насмотреться на дело своих рук.
– Нравится? – поинтересовалась она, получив в ответ лишь молчание. – А ведь я спасла твою жизнь когда-то… Когда-то мы были союзниками… Так неужели ты действительно то чудовище, тот монстр, которым жестокие матери пугают по ночам своих детей? – жестоко проговорила девушка стальным голосом. – Неужели ты действительно сын Лафея, для которого не существует ничего святого? – приподняла бровь она. – Тогда какой же из тебя бог, а, Локи?
С этими словами принцесса с отвращением отошла от непривычно тихого трикстера, направляясь к себе в каюту. Ярость клокотала в ее душе, и именно она и заставила ее произнести эти слова. Девушка знала, что это самая больная тема для Локи, а потому безжалостно затронула ее, желая причинить царевичу как можно больше боли.
– Ненавидишь меня? – тихо поинтересовался царевич, с замиранием сердца ожидая ответа.
Задумавшись, принцесса удивленно обернулась. Смерив трикстера оценивающим взглядом, она с маниакальным удовлетворением произнесла:
– А как еще я могу относиться к чудовищу?
Не сказав больше ни слова, девушка гордо покинула главное помещение, заперевшись в своей комнате. Упав в кровать, она с головой накрылась подушкой, понимая, что эта ночь, скорее всего, окажется такой же, как и все остальные – бессонной, но зато полной отчаяния и рыданий…
На следующее утро асгардцы, благодаря порталам, уже приземлились на каком-то безлюдной пустыре Сакаара. Мгновенно сменив божественные доспехи на удобные костюмы из кожи, они решительно покинули корабль. Настороженно озираясь по сторонам и избегая смотреть друг на друга, молодые люди пробрались в центр какого-то города, на каждом шагу в котором виднелась зелено-серебряная символика, что просто не могло не позабавить Хэдвиг.
– Да для тебя тут просто рай, Локи! – издевательски хмыкнула она, красноречиво смотря на странные украшения.
– Конечно, – закатил глаза царевич. – Вот избавлюсь от брата, так совсем от рая это место не отличу!
Оглядевшись, асгардцы поняли, что вначале им вовсе не показалось, что они попали в какой-то криминальный район города. Вот только этим самым криминальным районом была вся планета, что было по душе трикстеру. Хаос, царивший повсюду, определенно привлекал его. Не нравилось ему, пожалуй, лишь одно… Жадные мужские взгляды, которые просто-таки приковывала к себе принцесса, облачившаяся к ярко красный кожаный комбинезон, очень изящно обтягивающий ее фигуру. И вновь трикстер не понимал, почему его в принципе волнует, что о ней думают какие-то бомжеватого вида инопланетяне? Или же он просто не хотел понимать, настолько привыкнув ко лжи, чтобы скрывать правду даже от себя?
Первым делом молодые люди сняли себе два номера в отеле, решив попытаться побольше разузнать о загадочном мире, в который они попали. Однако даже на первый взгляд Сакаар казался просто райским местом для таких интриганов, как они. Роскошь и золото здесь свободно соседствовали с бедностью и нищетой, а вот благородством даже не пахло. Только за это утро молодые люди стали свидетелями нескольких ограблений и убийств, произошедших прямо на главных площадях города, а потому как бы асгардцы не ненавидели друг друга, держаться они предпочитали вместе.
Ближе к вечеру маги спустились в ночной клуб, принадлежащий их отелю. Именно такие злачные места и были самым главным источником ценной информации, а потому они не сомневались в том, что их ожидает успех. Вот только «успех» был для каждого свой…
Облачившись в короткое красное платье на бретелях и туфли на супер высоком каблуке, Хэгги критично осмотрела себя в огромном зеркале. Девушке определенно больше нравилась такая одежда, позволяющая ей открыть истинную себя – непокорную, хитрую и коварную. На ее вкус, одежда богов была слишком целомудренной даже не смотря на то, что она всегда позволяла себе гораздо больше дозволенного…
Уверенно выйдя в центр зала, однако же стараясь не пересекаться с Локи, девушка опустилась за одиноко стоящий столик, всем своим видом показывая, что она вовсе не против общения. Этот клуб был местом, куда приезжали отдохнуть самые сливки сакарианского общества, а потому любой парень рассматривался ей, как потенциальный информатор.
Словом, ждать долго принцессе, как обычно, не пришлось. Уже через четверть часа к ней подсел подвыпивший юноша, явно желающий познакомиться. Хэгги с жестокой усмешкой начала свою извращенную игру, приняв самое что ни на есть беспечное и порочное выражения лица.
– Привет! – пытаясь сфокусировать взгляд на царевне, поздоровался юноша. – Я Джим.
– Анджела, – представилась Хэдвиг.
– Красивое имя… – сверкнув глазами, проговорил Джим. – Я не видел тебя здесь раньше… – неуверенно протянул он, явно пытаясь вспомнить девушку.
– О, я прибыла совсем недавно! – отмахнулась она.
– Вот как? – хищно усмехнулся юноша, явно надеясь на то, что наивную девушку, только что приехавшую на эту порочную планету, очень просто будет добиться. – И почему же?
– Устала от рамок и правил приличия, – фыркнула Хэгги. – А ты как оказался здесь?
– А я родился здесь, – пожал плечами Джим. – Мой отец – командир личного отряда стражи Грандмастера.
– Даже так? – удивленно приподняла брови девушка. – А кто такой…
– Кто такой Грандмастер?! – усмехнулся юноша. – Он здесь самый главный, он создал этот мир! – торжественно воскликнул Джим.
Внезапно принцесса почувствовала, как его нетвердая рука тянется к ее ноге. Закатив глаза, она отодвинулась от юноши, не желая, однако, оскорбить его. В конце-концов, свой человек среди самых сливок столь странного общества был нужен ей позарез.
Несколько долгих часов Хэгги мужественно сносила общество подвыпившего ловеласа, краем глаза замечая на себе пристальные взгляды Локи. Юноша тоже не бездействовал, во всю используя свое природное обаяние, вот только его ужасно раздражало, когда принцесса делала то же самое. Девушка могла принадлежать лишь ему и, по его мнению, просто не имела права вести себя вот так с другими! Как… Как обыкновенная шлюха, коих и в поднебесной асгардских правителей было немало. И ведь он понимал, что, по сути, девушка сейчас была настоящей. Вот только с ним она была другой. Временами забываясь, она представала в глазах царевича обычной девчонкой, которой непосчастливилось в дар получить умение быстро менять личины. Иногда трикстеру казалось, что девушка, так же, как и он, просто не знала, какая она настоящая. Вот только если не знала она, тогда откуда было знать ему?
Наконец, устав развлекать богатенького мажора, Хэгги вернулась к себе в номер, чем ужасно расстроила юношу, явно надеявшегося на приятное завершение вечера. Вот только принцесса уважала себя, а потому ни за что не пошла бы у него на поводу. Без веского повода, разумеется.
Попав в комнату, первым делом принцесса приняла душ, с остервенением пытаясь смыть с себя последствия сегодняшнего дня. Взглянув на себя в зеркало, она невольно ужаснулась. Без косметики пред ней предстала бледная, осунувшаяся и похудевшая девушка, казавшаяся лишь тенью былой горячей и живой Хэдвиг Альм. Образ дополняли уродливые синяки на шее, доказывающие, что она вконец перестала быть собой прежней, ведь раньше Хэгги никому не позволяла вот так вот с собой обращаться. Никому и никогда.
Изможденно прикрыв глаза, принцесса растерянно опустилась в кресло, зябко обнимая себя руками. Она не знала, что делать дальше. Не знала, как поступить, что предпринять для того, чтобы банально выжить. Страх смерти оказался самым сильным в ее жизни, и, похоже, в этот раз изменить ничего бы не удалось. Оставалась одна надежда – на Тора. Разыскав юношу, Хэгги придумала бы, как ему спастись. Вот только что дальше? Громовержец уже доказал, что ему не потягаться со своей могущественной сестрой, так был-ли во всем этом смысл? Был. Определенно, был. Принцесса не хотела признаваться себе, однако она всем сердцем желала оказаться сейчас в крепких и уверенных объятиях своего мужа. Наверное, именно так и строились счастливые браки – не на страсти и любви, но на поддержке и дружбе. В отчаянии Хэгги поняла, что она больше не хочет власти и трона. Нет, девушка хотела банальной уверенности в том, что ее муж будет с ней и завтра, и послезавтра. Что не бросит на верную смерть тогда, когда ему захочется, а встанет грудью и защитит ее от всех опасностей. Хэгги просто устала. Устала от неизвестности, скрытности. Устала от постоянной опасности. А самое главное – от масок. Только лишь Тор знал, какая она на самом деле, а девушка знала, какой он – Громовержец. И, казалось, большего ей и не требовалось…
Уединение принцессы прервал Локи, тихо вошедший в ее комнату. За этот вечер трикстер побывал в обществе многих распутных девушек, считающих себя королевами красоты и хитрости. И все они мгновенно покорялись его обаянию, выказывая готовность выполнить любую просьбу таинственного юноши. Вот только трикстер не хотел этого. Каждую девицу он непроизвольно сравнивал лишь с одной, понимая, что они никак не могут потягаться с ней. С той, что сейчас кокетливо ворковала с каким-то пьянчужкой, заставляя царевича яростно сжимать кулаки, из последних сил сдерживая свою собственническую натуру. Внезапно, сидя за столиком, юноша понял, что не хочет отпускать ее, не хочет терять. Однако он с досадой вспомнил, что собственноручно оттолкнул девушку, заставив ненавидеть себя, и отправил покорять мужские сердца в этом чертовом баре. А ненависть Хэдвиг так просто не проходила… И вот сейчас юноша шел к ней, понимая, что пути назад не было. Что, скорее всего, девушка просто еще раз выскажет ему свою ненависть…
– Привет… – тихо проговорил трикстер, плечом прислоняясь к стене.
– Привет, – хрипло отозвалась принцесса, подняв на него покрасневшие глаза.
– Узнала что-нибудь? – поинтересовался юноша, чтобы хоть как-то оправдаться перед собой за внезапный порыв.
– Узнала, – кивнула девушка. – Главный здесь – Грандмастер. Тор у него. Он часто выступает на соревнованиях, желая заслужить бой с главным Чемпионом, – безжизненно отчеканила она.
Локи слушал ее в пол уха, понимая, что-то же самое удалось узнать и ему. Все его внимание было сфокусировано на посеревшем лице принцессы, на ее черных глазах, из которых незаметно пропали лукавые искорки, и которые больше не лучились озорством и хитростью.
– Хэгги… – протянул было юноша, медленно подходя к девушке, однако та резко выставила перед собой ладонь, отрицательно замотав головой.
– Не подходи ко мне! – вскрикнула она, с ненавистью глядя на царевича…
Комментарий к Часть 4.6
Ребятушки, я вернулась! Блин… ХОЧУ НАЙТИ ТОРА! Нужен Тор. Явно. Обозяю его)) И Хэгги повеселеет)
========== Часть 4.7 ==========
Казалось, время на Сакааре летит гораздо быстрее, чем в остальном мире. Незаметно проходили дни и даже недели, а наши заговорщики медленно, но верно пробирались к заветной цели, стараясь при этом пересекаться как можно реже. Хэгги во всю строила отношения с тем случайным знакомым из ночного клуба, в отчаянии пытаясь найти способ на спасение своей жизни, а Локи же, снедаемый ревностью и обидой, также прокладывал себе путь в высшее общество Сакаара. И, стоило заметить, у обоих это выходило прекрасно, так что уже несколько недель спустя асгардцы получили приглашение на празднество в честь очередного «Боя чемпионов» – шоу, в котором гладиаторы сражались друг с другом за место под солнцем и милость самого Грандмастера. И именно этот вечер, согласно планам магов, должен был стать отправной точкой их плана, ведь в бой вступал не обычный гладиатор, коих на арене полегло немало, а сам Тор. И выходил он против лучшего чемпиона Грандмастера, а именно – Халка. Зеленый гигант, как оказалось, вообще был любимцем местной публики. Неконтролируемый сгусток ярости, готовый разнести все на своем пути, определенно привлекал внимание жестоких сакариан, жаждущих крови и зрелищ.
Тяжело вздохнув, Хэгги без особого энтузиазма окинула взглядом свое отражение. Принцесса была прекрасна. Впрочем, как и всегда. В этот раз на ней было черное бальное платье в пол со смелым разрезом до бедра. Волосы девушка убрала в замысловатую прическу, что было совсем ей несвойственно. Однако для того, чтобы полностью отойти от обычного образа, принцессе пришлось пойти на такие неудобства. Желание уйти от прежней себя появилось в ней спонтанно, как раз после того неприятного вечера. Нежданно-негаданно царевна вдруг поняла, что ей до ужаса осточертела такая жизнь. Жизнь, в которой не было места покою, дорогим людям и банальному счастью. Нет, все это она променяла на страсть, свободу, порывы, эмоции, химию и драйв, в итоге приведшие девушку сюда, на Сакаар, и вынудившие скрываться под вымышленным именем. А человек, которого она по неосторожности впустила в свое сердце, по иронии судьбы должен был стать ее палачом. Или же принцесса должна была стать его… Хэгги знала, что в решающий момент ее рука не дрогнет, вот только… Что дальше? Обыкновенное существование, прожигание жизни в каком-нибудь богом забытом мире, полное воспоминаний и скорби? Тоски по родным людям, которых у нее и так было ужасно мало? Хэдвиг не хотела этого. Более того, она страшилась одиночества, а потому попросту смирилась со скорой кончиной. Иронично, что именно Локи удалось сделать то, чего до него еще ни у кого не получалось. Он смог сломать ее, лишить надежды и веры в себя, и за это девушка ненавидела его. Ненавидела за то, что царевич каждую ночь являлся ей во снах, заставляя ее с криками подскакивать в постели, сотрясаясь в безудержных рыданиях. Ненавидела за то, что он сумел убить в ней душу, оставив лишь безжизненную оболочку. Ненавидела ровно до тех пор, пока, не махнув на все рукой, перестала вообще что-либо чувствовать. Ненавидела настолько, насколько могла его любить… Так сильно, как могла лишь она…
Но что же происходило с самим трикстером? Он был напуган. Напуган тем, что эта непокорная девчонка и в самом деле стала ему дорога. Юноша не хотел этого. Страшился и презирал себя за слабость, которую, по его мнению, могли допустить лишь слабые глупые мидгардцы, но только не он, сам Бог Коварства. День и ночь царевич всеми силами старался убедить себя в том, что принцесса – лишь развлечение, с помощью которого он всегда мог приятно провести время. Что она ничего не значит для него, и в любую минуту он может от нее избавиться. Вот только каждый раз видя девушку в компании распутного Джима, царевич с трудом мог контролировать себя и свою ярость. Все его желания в такие моменты сводились лишь к одному – забрать Хэгги у этого расфуфыренного идиота и испробовать на нем парочку темных заклинаний. Ночным кошмаром трикстера, опять же, была Хэдвиг, идущая в обнимку с Тором и счастливо ему улыбающаяся. Юноша все бы отдал за то, чтобы вновь стать адресатом ее улыбки, но в последнее время на лице девушки застывало безразличие или же даже ненависть. И это было больнее всего – знать, что отныне она ненавидит тебя. Ненавидит всем сердцем, и вряд-ли когда-либо изменит это. Слишком много боли трикстер причинил ей из-за своего страха. И он понимал это, вот только поделать с собой ничего не мог. Юноша попросту боялся, что, раз доверившись ей, в ответ он получит лишь предательство. Ведь никто не знал, как завтра ляжет карта авантюриста-обманщика, а это означало, что удача уж точно не всегда будет на его стороне. И именно этого царевич боялся. Боялся, что при первой же его неудаче Хэдвиг сбежит, переметнется к Тору, как многие другие до нее… К тому же он страшился того, что любовь теплые чувства к принцессе смогут изменить его, сделать слабым и уязвимым, открыть для врагов его слабое место… А потому царевич старался сделать все, чтобы вытащить эту надоедливую занозу из своего молодого, однако ужасно израненного и потрепанного сердца…
Под руку с расфуфыренным Джимом Хэдвиг вошла в вип-ложе Грандмастера. Здесь находились уже не просто сливки, а сливки сливок сакарианского общества. Локи, к слову, был тут же. Девушке даже показалось, что он недовольно прищурился, увидев ее в компании кавалера. Вот только принцессе не было никакого дела до его чувств. Ну, правда же, не было?
– Анджела, познакомься, мой отец – Йозеф, – представил Джим высокого статного мужчину с угрюмым взглядом.
Локи многозначительно отвернулся, всем своим видом пытаясь показать полное безразличие к происходящему. Раздосадовано прищурившись, Хэдвиг принялась продумывать свой коварный план, направленный на то, чтобы вызвать у царевича ревность. Она с удовольствием отметила, что трикстеру не удалось до конца изменить ее, так что авантюрная натура все еще слабо трепетала в душе интриганки.
– Приятно познакомиться! – вежливо кивнул она. – Джим очень много рассказывал о Вас!
– В самом деле? – приподнял бровь Йозеф. – Что-ж, это довольно необычно…
Однако едва начавшийся разговор прервали громкие фанфары, оповещающие собравшихся о начале битвы.
