сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
— Папа, а звезды далеко?
— Да, малыш. Очень далеко. Так далеко, что люди еще не скоро смогут приблизиться к ним.
— Однажды, я полечу туда.
— Полетишь. Ты обязательно полетишь к звездам, малыш.
The New York Times
3.04.2010 год.
Глава «Space X» Илон Маск торжественно объявил о том, что его команда, совместно с NASA, готовы к очередному отправлению астронавтов на Международную Космическую Станцию. Это будет уже третий самостоятельный запуск США, после того, как два года назад был завершен контракт с Российской Космической Программой. Тогда ранее упомянутый предприниматель и изобретатель Илон Маск уверенно заявил, что — «Батут работает!»
Но третий запуск не просто так привлек к себе внимание прессы. Ведь впервые в истории за штурвал корабля Crew Dragon сядет столь юный пилот. За неделю до вылета, а именно — 12 апреля, Саманта Фенчер отметит свой восемнадцатый день рождения.
О девушке известно не так много. Она родилась в 1992 году, в Лондоне, но в возрасте пяти лет ее усыновила пара из Нью-Йорка, и Саманта проживала там до двенадцатилетнего возраста, пока не поступила в Массачусетский Политехнический Университет, став одним из самых юных его студентов. В MIT будущий астронавт изучала аэрокосмическую инженерию, программирование и астрофизику. На сегодняшний день мисс Фенчер уже два года является сотрудником «Space X» и в январе успешно завершила свою подготовку. Ее миссия на МКС продлиться год, и нам остается только пожелать счастливого полета и мягкой посадки.
The New York Times
21.04.2011 г.
Космическая миссия самого молодого пилота с истории авиации Саманты Фенчер едва не завершилась трагично. Во время возвращения с МКС, мисс Фенчер и ее напарник Саймон Шоу, столкнулись с непредвиденными обстоятельствами в процессе вхождения в земную атмосферу.
Как сообщил глава NASA Рональд Стоун только благодаря профессионализму и умению критически мыслить пилот Саманта Фенчер, которой во время миссии исполнилось девятнадцать лет, смогла посадить корабль на Космодроме «Восточный», в Российской Федерации.
В настоящее время проводиться полная проверка корабля компанией-производителем «Space X». Пока что глава компании Илон Маск отказался давать какие-либо комментарии в отношении данного инцидента. Ученые и эксперты из других стран к кораблю не допущены, но в иностранных СМИ «гуляет» новость о том, что виной аварии может быть непригодность кораблей «Space X» к полетам. Подобные заявления могут сильно испортить репутацию, как самой компании, так и лично мистера Маска. О состоянии здоровья пилотов также ничего не сообщается.
Я пытаюсь не жить прошлым. Я пытаюсь найти хоть что-то, кроме космоса, что заставит меня подниматься по утрам. Пока что выходит так себе, но смена отрасли, в которой я работаю, на нечто совершенно непохожее на инженерное дело и проектирование, помогло. Так я оказалась в Marvel.Studios. Иногда мне было стыдно говорить о том, что я, самый молодой астронавт, человек посетивший МКС, в восемнадцать лет и один из кандидатов миссии на Марс, стала простым ассистентом босса студии, но меня это устраивало.
Конечно, за те полгода, что я больше не работаю ни на NASA, ни на Илона Маска, я столкнулась скорее с проблемами, чем с их отсутствием. Виной тому отношения с Илоном, которые были слишком близкими, да кого я обманываю, они все еще есть в моей жизни. Странно: Космоса — нет, полетов — нет, а Илон — есть. Бред какой-то. Не спорю, тогда, в 2011 году, когда я вернулась на Землю, едва не погибнув, Илон был одним из тех, кто оказал мне поддержку и всегда был рядом. Тогда то и произошло это чертово сближение, хотя знакомы мы были само собой и раньше, когда я только пришла в компанию и начала готовится к космической программе.
После аварийной посадки где-то в России, и новости о том, что мой близкий друг и напарник навсегда останется овощем, из-за обширного кровоизлияния в мозг, я почти на год выпала из жизни. У меня была депрессия, панический страх того, что со мной может произойти тоже самое. Но черт, жажда снова оказаться в Космосе, оказалось сильнее, хотя я понимала, что никто меня не допустит до полета после того, что случилось. И если физически, до поры, до времени, я была готова к очередному полету, то мое психологическое состояние вызывало опасение у всех. Начиная от врачей центра подготовки, заканчивая самим Маском.
Илон уговаривал меня остаться в «Space X» на любой должности, какую я только захочу, так как он видел во мне потенциал инженера, но я не хотела проектировать ракеты. Я хотела на них летать. Через два года такой странной жизни: без полетов, с невозможностью снова покинуть планету и оказаться в таком прекрасном и невероятном космосе, но при наличии Илона, который, как прокаженный твердил о том, что все хорошо — я сдалась. Я понимала, что если уйду от темы космоса так далеко, как это возможно, то жажда улететь будет слабеть.
Ну вот оно. Новое место работы, которое постепенно становится таким родным. Радует только то, что кроме генерального продюсера — Кевина Файги, и еще пары руководителей, никто толком не знает про мое прошлое. Да и сейчас у меня другая фамилия. Я больше не отважный пилот NASA Саманта Фенчер, а милый и приветливый ассистент по имени Сэм Брендон. Так лучше. Для меня. Чем меньше я думаю о том, что была легендой, тем проще становится жить. Космос для меня закрыт, ну или я хотела так думать, чтобы не делать себе больно.
Я паркую свою Теслу на служебной парковке. Илон был категоричен в своем решении оставить мне все, что когда-то дарил. Машина была одним из его подарков, и да, от нее я действительно не хотела отказываться, так как эта малышка мне сильно приглянулась, да и ее собирали персонально под меня. Еще он оставил мне небольшой дом в Бель-Эйр и возможность брать его вертолет, если я захочу полетать. Так себе замена ракетам, если честно. Ах, да, еще Спейс — гималайский кот, которого Илон подарил мне на прошлое Рождество. Не самый дружелюбный комок шерсти продолжал линять на все, что попадалось на его пути, но мне нравился этот кот. Я сама уговорила Маска сделать мне именно такой подарок.
Мы все еще общаемся. Во многом, из-за того, что я свалила с прошлой работы не закончив один проект. Но Илон уболтал меня довести дело до конца, а Файги согласился пойти на встречу и позволял мне иногда срываться в офис Маска. Да и для Марвел такой научный консультант был полезен.
— Доброе утро, мистер Файги, — я прохожу в его офис, так как он сам прислал мне сообщение о том, чтобы я сделала именно так.
Кевин говорит по телефону, так что просто кивает мне на диванчик для посетителей. Я скидываю небольшой рюкзак в ноги и сажусь. Мне определенно симпатизировали компании, где не обязателен дресс-код. Хотя, конечно, когда я начала готовиться к полету, то мне пришлось носить комбинезон, но в остальном, никто не придирался к толстовкам и джинсам. Файги тоже не особо парило то, в чем я хожу, если это не какие-то торжественные или официальные мероприятия. Так что сегодня на мне толстовка с лого NASA и узкие джинсы. Такие кофты носят многие и это не вызывает подозрений. Дома у меня есть форменная куртка и еще пара вещей, которые остались в память о прошлом. Илон же считал, что как-бы сильно я не бежала от всего этого, в душе я все равно возвращаюсь назад, к своей заветной мечте — стать первым человеком, который ступит на Марс.
— Привет, Сэм, — Кевин заканчивает разговор и отложив телефон, смотрит на меня. Он никогда не спрашивал меня о том, почему я ушла из NASA, просто взял на работу, так как объективных причин для отказа, — я хочу доверить тебе одно крайне важное и сложное дело, но думаю, что ты справишься.
Смешно. Особенно, если учесть мое прошлое. Я больше чем уверена в том, что ни одно из дел, которые он мог мне доверить на студии, были бы хоть на четверть такими же важными, как то, что мне уже приходилось делать. Да и я ко всему отношусь серьезно.
— Да, конечно, что я должна сделать? — со всей серьезностью момента интересуюсь я.
— Завтра к нам прилетает Том Холланд — он молодой, британец, не очень хорошо разбирается в местных порядках. Хочу, чтобы ты побыла с ним, ну пока он тут на съемках, — хах, нянькой я еще не была. Ну для чужих детей. Конечно, одно время я нянчила трех своих сестер, которые, как и я, были приемные. У наших родителей нет биологических детей. Они однополая пара, но и я, и Эмбер, с Джилл и Грейс, безумно любим наших отцов, ведь они делают все, чтобы у нас было хорошее и светлое будущее.
— Сколько ему? — уточняю я.
— Девятнадцать, — сообщает Кевин, и мне кажется это не таким уж и плохим раскладом. Да, нужно обратить внимание на то, что есть вещи, которые ему нельзя делать ближайшие два года, но с этим проблем точно не будет.
— Хорошо.
— Супер, — Кевин делает у себя в блокноте какие-то пометки, — он будет завтра вечером, так что жду тебя в шесть. Аэропорт Санта-Моники. Он прилетит с Джо и Энтони из Атланты.
— Ладно, — я забиваю событие в календарь смартфона и мы прощаемся.
Ну вот, теперь у меня будет подопечный. Немного смешно, хотя и интересно, ведь таких заданий Кевин мне точно не давал. Надеюсь, что этот Том не окажется проблемным типом и мне не придется с ним мучаться.
========== Часть 2. ==========
— Сегодня с огромной гордостью хочу представить вам Саманту Фенчер, — Илон жестом подзывает меня и я, на ватных ногах, выхожу к публике, сажусь за стол рядом с Маском, и другими участниками конференции. Улыбаюсь, машу рукой, все, как и положено. Мои каштановые волосы заплетены в две косы, — она станет самым юным пилотом, который совершит полет к МКС.
От громкого гула, который раздается из зала, закладывает уши. Когда мы еще только обсуждали мое участие в программе, то я предполагала, что общественность может негативно к этому отнестись. Все же, я очень молодая. Мне семнадцать, у меня практически нет опыта, но Илон верит в меня, как и вся его команда. А я? Что я? Полететь в космос было моей детской мечтой.
— Мисс Фенчер, Риса Эвон, People, скажите, что вы чувствуете, когда о вас говорят, как о самом молодом пилоте? — да, я знала, что вопросов не избежать.
— Гордость, — я улыбаюсь, — я горжусь тем, что эти прекрасные люди верят в меня, доверяют мне. И конечно, я горжусь тем, что мне выпала такая честь сделать это для моей страны.
— Руперт Смит, The New York Times, в какой момент вы поняли, что хотите стать астронавтом? — блондин в сером свитере встает со своего места.
— Я думаю, что это произошло, когда мне было лет семь. Мой отец, он фотограф, и у него была поездка в Москву. Он взял меня с собой и там мы попали на экскурсию в центр, где готовят космонавтов. И там очень много рассказывали про первый полет в космос. Про Гагарина, да, я думаю, что именно тогда я поняла, что хочу этого, — сложно отвечать на такие сложные вопросы. Они слишком личные, — это очень сильно впечатлило меня. Тогда я подумала о том, какую силу воли и храбрость нужно иметь, чтобы решиться на такое.
Я стою перед зеркалом в своей просторной спальне. Спейс развалился на кровати и играет со своей мышкой, в которой спрятана мята. Ладно, через час у меня встреча с Кевином в аэропорту. Он попросил меня приютить Тома на время съемок, да и он пробудет тут всего месяц — до Рождества, так что ничего сложного я в этом не видела. Все равно живу одна. Пришлось правда убрать все макеты ракет из гостиной, чтобы у Холланда не возникло лишних вопросов. Вообще, в моем доме было много вещей с тематикой космоса и пока что я не могла заставить себя хоть что-то изменить в интерьере.
Забрав с кресла рюкзак и куртку, я покидаю дом и иду к машине. Это уже вторая Тесла. С первой приключилась неприятная история, через полгода после того, как я вернулась с МКС. И это тоже повлияло на то, что я больше не смогу полететь в космос. Я попала в аварию. И хотя практически весь удар машина вязала на себя, я все же получила незначительные травмы, но специалисты центра подготовки решили, что я сама спровоцировала аварийную ситуацию. Илон так и не считал, как и команда Тесла, которой было доверено разбираться в причинах аварии. Машина спасла меня и в другом ключе, хотя тут скорее опять заслуга Маска. Он всегда переживал за меня, после событий с приземлением, и установил в машине маячок, с помощью которого и отследил меня, когда я сообщила об аварии. А она произошла поздно ночью, за пределами города, где практически нет машин.
Бэль-Эйр — самый дорогой район Лос-Анджелеса, и даже если бы я продолжала работать на Илона, то еще не скоро смогла бы позволить себе тут жилье. Но сейчас у меня есть прекрасный дом с бассейном, тренажерным залом, небольшим полем для гольфа, и прочими удобствами, в том числе и небольшая мастерская, где я могла заниматься инженерным делом. Мой папа Джеймс посчитал такие подарки попыткой Илона загладить вину, ведь слухи о том, что к аварийной ситуации привели недочеты в конструкции ходили долгое время. Я в это не верила, так как понимала, что в космосе может быть все, что угодно. Папа Стивен был согласен со мной.
Мои родители узнали о том, что я на МКС только в тот день, когда я уже покинула Землю. Я не хотела чтобы они или сестры переживали и волновались, ну или пытались отговорить от этой затеи. Они все живут в Нью-Йорке, я же стартовала с мыса Канаверал, во Флориде. Там находится база ВВС США. Когда я вернулась, то моя сестра Эмбер не разговаривала со мной почти две недели, так как я заставила ее сильно переживать. Близняшки были слишком маленькими, чтобы понимать, что происходит.
«Входящий вызов от: Илон»
Я напрягаюсь. Нужно ответить что-то. Пару дней назад мы сидели у него в офисе и разбирали протоколы прошлого запуска ракет-носителей, которые Илон планировал сделать многоразовыми, а значит, следовало обеспечить их безопасный и точный возврат на Землю. Этим мы и занимались, пока что без особого успеха. Он просил меня самостоятельно разобрать некоторые расчеты и скорее всего сейчас хотел услышать мое мнение.
— Привет, Илон, я за рулем, — отвечаю я, включив громкую связь.
— Привет, Сэм, — голос у него уставший. Хотя, мне кажется, когда он работает, то всегда мало спит, — если ты не в курсе, то у Теслы есть автопилот.
— Да, я в курсе, — усмехаюсь я, сворачивая на нужную дорогу.
— Куда ты едешь? — порой мы неосознанно возвращались к нашим не дружеским отношениям и пока что было сложно что-то с этим поделать.
— По работе. Босс дал мне задание, — я плавно сбавляю скорость, так как впереди красный сигнал светофора.
— А ведь я мог быть твоим боссом, — звучит так себе. Хотя, мне нравилось работать в «Space X», но я не могла там оставаться. Слишком сложно.
— О, нет, — я рассмеялась, — называть тебя мистер Маск, после того, что было между нами, выше моих сил.
Он смеется. Да, прошлое у нас было весьма интересное, даже без всех этих рабочих формальностей. Мы были влюблены друг в друга, и я почти уверена в том, что это чувство до сих пор имеет место быть.
— Ну зачем же эти «мистер» и все такое, — действительно. Только я думаю, что он не пришел бы в восторг от того, если бы я назвала его при инвесторах «дорогой» или «панда», — ты прекрасно знаешь, что ты можешь называть меня по имени.
— Слушай, ты же звонишь не просто так, да? — лучше говорить о ракетах, чем о наших с ним отношениях.
— Само собой не просто так, — вот, так уже лучше, — что ты думаешь по поводу материалов, с которыми я просил тебя ознакомиться?
Falcon 9. Да, с его возвратной системой определенно есть проблемы и Илон хотел их устранить. И это понятно. Он спросил моего мнения и я понимала, что он способен справится сам, но пытается доказать мне самой, что я способна быть хорошим инженером.
— Есть пара соображений, относительно навигационной системы, но это не телефонный разговор, — глупо объяснять изменения в формулах и чертежах не имея их перед глазами.
— Ну хорошо, ты можешь приехать ко мне, ну или наоборот, — черт, я понимаю, что на меня повесили британца и я не хочу палить перед ним свое прошлое. Нужен план.
— Не сегодня, Илон, много работы. Давай обсудим все завтра, — предлагаю я, так как завтра я уже буду знать график Тома и иметь представление о том, как лучше все совместить.
— Без проблем, — соглашается Маск, — и вообще, знаешь, мы могли бы поужинать вместе.
Только этого мне не хватало. Знаю я, чем закончится все эти ужины. Мы переспим. Так было почти всегда. Нас тянуло друг к другу. Это казалось странным, если учесть, что Илон ровесник моих родителей. Но мы прекрасно понимали друг друга, как выразился мой папа Стивен, мы с Илоном были на одной волне всегда. Волне космоса, который нам предстояло покорить любой ценой.
— Мне стоит подумать об этом. Ладно, прости, мне правда пора, — я уже на парковке аэропорта и мне стоит поторопиться, чтобы успеть во время. Наверняка, Кевин уже на месте.
