290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Наша страница (СИ) » Текст книги (страница 4)
Наша страница (СИ)
  • Текст добавлен: 7 декабря 2019, 11:00

Текст книги "Наша страница (СИ)"


Автор книги: Смешинка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

– Еще одно слово – и девушки у тебя больше не будет! – отрезала я. – А теперь, отойди в сторону, не то тебе же будет хуже!

Диего, похоже… нет, даже не испугался, а, скорее, насупился. Тем не менее, он отступил в сторону. Я повела Федерико дальше. Макси с Нати не отставали.

– Куда ты? – спросил паренек. – В медпункт?

– Нет, – отмахнулась я. – Отведу Федерико домой, а там посмотрим.

– А почему Герман просил Федерико тебя проводить? – спохватилась Нати.

– Говорят, в Буэнос-Айресе завелся маньяк, – пожала плечами я. – Насилует и убивает девушек.

– Понял, – кивнул Макси. – Тогда я тоже не отпущу Нати одну.

– Эй! – возмутилась она, хотя явно не была против. – А меня спросить никто не хочет?!

– Прости, – смутился Макси и на ходу деловито поклонился. – Сеньорита, вы позволите мне проводить вас?

Он протянул ей руку. Нати смутилась, покраснела и явно замешкалась.

– Но Людмила говорит…

– Слушай, Нати, ты ведь ушла от своей полоумной подружки, да?! – вскипел Федерико. – Вот и забудь все, что она тебе говорила! Как ты не понимаешь, ей было выгодно, чтобы вы с Макси не общались! Ей нужна была девочка на побегушках! А ты ведь не стала бы выполнять поручения, встречаясь с ним?!

– Не стала бы, – призналась та. – Но Людмила была такой бледной, когда говорила, что Макси…

– Проклятье, Нат, ты что, не знаешь свою подружку?! – пробурчал Федерико. – Да если ей это выгодно, она может стать хоть бледной, хоть синей, хоть фиолетовой в крапинку! Цвета меняет, как хамелеон! И скажи, что это не так!

– Не скажу, – кивнула Нати. – Тогда что получается? Я зря игнорировала звонки и sms-сообщения?

– Поговорим об этом по дороге домой, – улыбнулся Макси. – Если ты, конечно, позволишь мне себя проводить…

Он снова протянул девушке руку, и, на чей раз, она за нее ухватилась. Я поняла, что у этих двоих вечер будет приятным. А вот как у меня… это под вопросом. На выходе из «Студии» мы с Федерико попрощались с друзьями и зашагали домой.

– Вилу, – неуверенно начал парень, – прости, мне следовало тебе изначально сказать…

– Сказать, что ты истекаешь кровью?! – пробурчала я. – Конечно, следовало! И почему не сказал?!

– Хотел, чтобы ты нормально исполнила свою песню, – пожал плечами Федерико. – И потом, это ерунда. Так, царапина.

– Скажи это своей крови, которая из этой царапины хлещет, – отмахнулась я. – Любая рана с сильным кровотечением должна быть обработана, а то, не ровен час, туда попадет какая-нибудь инфекция. А еще, нужно остановить кровь, пока не пришлось делать перелива…

– Ну, это ты загнула! – рассмеялся мой друг. – Какое там переливание?! Это же просто царапина!

– А ты представь, сколько крови из нее выльется через два-три часа! – отрезала я, передернувшись.

– Но ведь ничего же не случилось! – возразил Федерико.

– А если бы случилось?! – не унималась я.

– Ну, и что?! – взорвался он. – Что я должен был сделать?! – не бежать за твоим диском, чтобы твое выступление сорвалось?! Сказать тебе про рану, чтобы ты разволновалась и что-нибудь напортачила?!

– Не знаю! – выкрикнула я со слезами в голосе. – Но ты ДОЛЖЕН был что-нибудь сделать! А ты просто отдал мне диск, и чуть не влез в драку с Диего!

На последних словах мой голос сорвался. Из глаз брызнули слезы. Одна только мысль о том, что я едва не потеряла Федерико, приводила меня в неописуемый ужас. Господи, да я на все готова, лишь бы он больше никогда не чувствовал боли! Да, я влюбилась, еще как! А вот любит ли он меня? Вот это пока не очень понятно…

Впрочем, все мысли разом повылетали из моей головы, потому что Федерико вдруг остановился и крепко прижал меня к себе. Крепко, но нежно. И мне стало так хорошо… Дыхание мое сбилось, а сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Ох, надеюсь, он ничего не заметит!

Но, может быть, мне самой хочется, чтобы Федерико заметил, какие чувства во мне вызывает? А если он меня не любит? Если ему будет неприятно? Тем не менее, парень погладил меня по волосам и шепнул:

– Прости меня, Вилу! Не плачь! Ведь все хорошо! Все будет хорошо!

– Нет, – выдавила я, припав к его груди. – Все будет хорошо только тогда, когда я перевяжу твою рану.

– Тогда пойдем, – решил Федерико. – Если тебе об этого станет легче, ты можешь делать со мной все, что захочешь!

– Ты отдаешь себе отчет в том, что говоришь, как герой фильма не самого приличного содержания? – захихикала сквозь слезы я.

– А ты что, смотришь такие фильмы? – изогнул бровь Федерико.

Это, признаться, еще больше меня рассмешило. Ведь я знала, что он никогда не усомнится во мне…

– Ты и в самом деле не против того, чтобы я обработала и перевязала твою рану? – отсмеявшись, спросила я.

– Предоставляю тебе полную свободу действий! – развел руками Федерико.

Я улыбнулась, снова взяла его за здоровую руку, и мы вместе пошли домой. Интересно, а порхают ли у него бабочки в животе, как у меня? Он позволил мне позаботиться о своей ране. Имелось ли в виду чисто-дружеское, или нет? Не знаю. И как это выяснить? Непонятно. И страшно. Вдруг я ему не нравлюсь? Может, имеет смысл оставить все так, как есть? Или все же попробовать как-то намекнуть ему о своих чувствах? Как все сложно…

POV Макси

Я был безумно счастлив и благодарен Федерико за этот вечер. Она со мной! Нати снова рядом! И пусть, нам еще предстоит долгий разговор. Она рядом, а значит, жизнь продолжается. И за это я должен благодарить своего друга.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросила Нати минуты через две после того, как мы отошли от «Студии».

– Много чего, – улыбнулся я. – Но не могу найти подходящих слов.

– Тогда я буду задавать вопросы, а ты отвечай, – улыбнулась в ответ девушка. – Только правдиво.

– Конечно, – согласился я. – Клянусь больше никогда не врать тебе. Если хочешь, могу даже порезать руку и поклясться на крови.

– Не надо! – испуганно воскликнула Нати.

– Как скажешь, – отступил я.

– А ты, и правда, готов на это ради меня? – спросила девушка после небольшой паузы.

– Да, – кивнул я. – Это был первый вопрос?

– Считай, что так, – смущенно ответила Нати. – Теперь следующий: почему ты начал встречаться с Камиллой?

– Ладно, – решил я, – давай начистоту. Мы с Камиллой – очень хорошие друзья. В какой-то момент мне было очень плохо. Ей тоже. Она переживала из-за Бродвея, а я, извини за пафос, из-за тебя. Мы с Камиллой начали поддерживать друг друга. Она стала для меня светлым пятном в жизни. И в какой-то момент мы подумали, что это – и есть любовь. Но оказались неправы. Я это быстро понял, потому что ни одна улыбка Камиллы, ни одно ее прикосновение не вызывали у меня таких чувств, как это было с тобой. Я так думаю, что и она все быстро поняла. Но мы оба думали о чувствах друг друга. Я боялся ранить Камиллу, а она – меня. Но так не могло продолжаться вечно. И в один момент мы приняли общее решение расстаться. За все это время, мы стали друг другу ближе, но, скорее, как брат и сестра, чем как влюбленные.

– И я могу не рассчитывать на то, что ты когда-нибудь уйдешь к ней? – тихо спросила Нати, выслушав повествование.

– Нет, – рассмеялся я. – Следующий вопрос.

– Почему ты заключил пари с Андреасом?

Я расхохотался.

– Ну, ты нашла, о чем вспомнить! Это было давно и неправда!

– Неправда? – изогнула бровь девушка.

– Ну, то есть правда, – смутился я. – Но это было так давно…

– А мне ведь от этого не легче, – поддразнила Нати. – Так почему?

– Честно? – вздохнул я. – Понятия не имею. Это было, наверное, самой большой ошибкой в моей жизни. Не знаю, что тогда ударило мне в голову, но зато совершенно точно знаю, почему не стал законченным негодяем.

– Неужели? – удивилась Нати. – И почему же?

– Потому что я, в своей дурацкой попытке кому-то что-то доказать, допустил серьезный промах. Заметь: промах, а не ошибку.

– Какой промах? – едва дыша, спросила Нати.

– Такой, который не дал мне превратиться в злодея, – смущенно ответил я. – Задавай следующий вопрос.

Но Нати, похоже, и сама поняла, к чему все идет. Мы остановились и заглянули друг другу в глаза. Я понимал, что хочу этого не меньше Нати, но, честно говоря, жутко нервничал. Не понимаю, что происходит… Хотя, здесь и так все понятно. Одно слово: любовь.

– Последний и самый главный вопрос, – сорвалось с губ Нати. – Скажи мне правду. Максимиллиано Понте, ты меня любишь?

Было ясно, что вопрос этот в ответе не нуждался. По нашему диалогу все и так становилось понятно. И тем не менее, я решился шепнуть:

– Да. Да, люблю. А ты, Наталия Видаль, любишь меня? И сможешь ли простить?

Доля секунды, которая прошла от вопроса до ответа, показалась мне вечностью. Но в итоге, Нати шепнула:

– Да, люблю. И да, смогу.

И тогда я понял: что бы ни ожидало нас впереди, Теперь все будет хорошо. Нати со мной, а значит, жизнь продолжается. Она – моя жизнь!

POV Нати

Я так счастлива, что могу взлететь в небеса безо всяких крыльев. Он сказал! Макси сказал, что любит меня, и я ему ответила! В груди полыхал огонь, но это было приятно. Мое сердце пылало от любви, а внутри все как будто пело. Боже, как я его люблю!

Но счастье оказалось недолгим. И угадайте-ка, кто все разрушил? Ну, конечно же, Людмила! Наша знаменитая разбивательница пар! Кто бы сомневался…

Она стояла метрах в трех от нас, сжимая в руке тот самый нож, которым ранила Федерико. Мы с Макси ее, может быть, даже и не заметили, но ведь Людмила не могла этого допустить. Нет. Она демонстративно прочистила горло, чтобы на нее обратили внимание.

– Ага! – с ядом в голосе воскликнула моя бывшая подруга. – Так и думала! Стоило мне уйти, как ты, Наталия, тут же позволила этому лгуну запудрить тебе мозги!

– За себя говори! – отрезал Макси, заслонив меня собой.

– Вы посмотрите, какой рыцарь на белом коне нашелся! – огрызнулась Людмила. – Отойди прочь, обманщик! Ты ведь никогда не любил Нати, а использовал ее, чтобы выиграть спор!

– Тебя послушать – так никто, кроме тебя, вообще, любить не способен! А все, между прочим, с точностью до наоборот! Это тебе неведома любовь, Людмила! Это ты использовала Нати в своих корыстных целях!

– Да неужели?! Это ТЫ мне говоришь?! Да сам ты…

– Хватит! – потеряв терпение, закричала я.

Макси и Людмила замолчали, но парень все равно не двинулся с места, надежно закрывая меня. Рыцарь мой… Как я могла, вообще, сомневаться в нем?! Ведь он так меня любит… И как только можно было быть такой слепой идиоткой?! Ведь за милю видно, что Людмиле нужна не я, а девочка на побегушках! Но теперь все! Глупой Нат больше не будет! Теперь есть девушка по имени Наталия Видаль! И эта девушка – не какая-нибудь тень Людмилы, а личность!

– Проваливай, Людмила! – выглянув из-за плеча Макси, крикнула я бывшей подруге. – Ты больше не можешь решать за меня!

– Идиотка! – отрезала она. – Рядом со мной ты могла купаться в лучах моей славы!

– А я хочу купаться в лучах собственной славы! – заявила я.

– Ты?! – изогнула бровь Людмила. – Да ты же ничтожество!

– Придержи язык! – вмешался Макси.

– А то – что?! – возмутилась моя бывшая подруга, грозя ему ножом.

– А то я всем расскажу, откуда у Федерико взялся порез и кто стащил диск Виолетты! – выкрикнула я прежде, чем кто-то успел что-либо сообразить.

Эта угроза оказалась эффективнее любого ножа. Людмила замерла, как статуя.

– Проваливай! – велела я, почувствовав себя хозяйкой ситуации.

– Пойдем лучше сами отсюда, – рассмеялся Макси, взяв меня за руку и уведя подальше от Людмилы.

Я шла рядом с возлюбленным, который смотрел на меня со смесью удивления, восхищения и нежности. От этого взгляда мне стало так тепло и так понятно, что теперь все будет хорошо… Да, Людмила так просто позиций не сдаст. Вот только я совершенно точно знала, что нас с Макси больше не разлучить ни ей, ни кому-либо еще. Мы любим друг друга, а это главное…

====== Глава 6 ======

POV Федерико

Не скрою, рука болела. И не как-нибудь, а очень сильно. Виолетта… Не знаю, как это объяснить… Она словно чувствовала мою боль. Знаю, это глупо, но у меня было именно такое ощущение.

Девушка привела меня домой, велела сесть за стол на кухне, принесла откуда-то аптечку, налила в тарелку воды и села напротив меня. Затем, не говоря ни слова, но будучи бледной, как смерть, она быстро открыла эту самую аптечку и достала оттуда бинты, пузырек с какой-то жидкостью, вату…

– Думаешь, это все, и вправду, понадобится? – неуверенно спросила я.

– Ты ведь сам предоставил мне полную свободу действий, – отмахнулась Виолетта. – Так что помолчи и дай мне руку.

Улыбнувшись мысли о том, что она все-таки за меня тревожится, я положил раненую руку на стол. Рукав пиджака все еще был опущен, и мне пришлось быстро его закатать. Увидев мою кровь, которая, несмотря на платок Нати, уже почти залила всю руку, Виолетта невольно охнула и побледнела еще больше.

– Прости, – испугался я. – Ты боишься крови?

– Нет, – покачала головой Виолетта. – Но вид у твоей раны, и впрямь, пугающий. Больше ничего не болит?

– Кроме руки? – уточнил я. – Нет.

Моя подруга осторожно коснулась платка. Затем, убедившись, очевидно, что мне не больно, она его развязала. Кровь хлынула снова, но Виолетта быстро зажала рану рукой.

Что меня поразило – так это ее не брезгливость. Она абсолютно не боялась запачкаться в моей крови. А еще, эмоции от ее прикосновений бьют ключом, думать мешают… Хотя, признаться, эти приятные ощущения типа бешено колотящегося сердца, тепла в груди и бабочек в животе мне нравились.

Итак, продолжая зажимать рану, Виолетта свободной рукой оторвала приличный кусок ваты, намочила его водой, которую налила в тарелку и осторожно стерла с моей руки лишнюю кровь. Затем, она отпустила рану, но лишь на долю секунды – чтобы прижать к ней ту самую вату. Секунд через пять, однако, девушка и ее убрала. Я с удивлением отметил, что кровотечение немного ослабло.

Виолетта открыла пузырек и оторвала еще один кусок ваты – поменьше. Намочив его жидкостью из этого пузырька, она начала легонько протирать мою рану. Черт возьми, а эта штука жжется! Я даже поморщился.

– Потерпи немного, – попросила меня девушка, очевидно, заметив это. – Все будет хорошо.

– Знаю, – отмахнулся я. – Просто не ожидал, что будет так щипать.

– Прости, – хмыкнула Виолетта, – но без этого твою рану никак не вылечить. Мы ведь не хотим занести инфекцию?

– Не хотим, – согласился я.

И вот, когда обработка завершилась, кровь, вроде бы, наконец, перестала идти. Виолетта довольно улыбнулась, взяла бинт и как раз приступила к перевязке, кода на кухню вошел Герман в сопровождении Ромальо.

Увидев то, чем мы заняты, оба замерли. Я тоже. А вот Виолетта, как ни странно, лишь украдкой бросив взгляд на отца, продолжила заматывать мне руку.

– Что случилось? – секунд через пять спросил Ромальо.

– Тот маньяк напал? – предположил Герман.

– Да нет, – отмахнулась Виолетта. – Это он на что-то напоролся.

– Это обо что же? – удивленно приподнял брови Герман, с опаской покосившись на окровавленную вату.

– Сам виноват, – вмешался я. – Надо было смотреть, куда иду.

Герман с Ромальо переглянулись и одновременно хмыкнули. Вроде, поверили. Во всяком случае, вопросов больше задавать не стали. Нет, я не соврал. Рану я, действительно, получил по собственной вине. Кинулся на вооруженную Людмилу – вот и получил ножом. Но моя неосторожность – это только моя проблема. Не хотелось приплетать сюда этих двоих.

Впрочем, и отец Виолетты, и его друг быстро ушли в кабинет, а через минуту девушка затянула последний узел и объявила:

– Вот так.

– Спасибо, Вилу, – с улыбкой поблагодарил ее я, потирая руку и пытаясь справиться с эмоциями, которые все еще атаковали меня изнутри.

Сами понимаете, когда горячо любимая тобою девушка проявляет такую трогательную заботу о тебе, это очень приятно. Но от этой заботы так сносит крышу… А еще если учесть то, что Виолетта так часто до меня дотрагивалась…

Так, спокойно! Что происходит?! Я ведь всегда умел контролировать эмоции и прятать свою боль за улыбкой! Нет, нужно срочно унять сердце, мурашки по всему телу, бабочек в животе… Короче, все!

Виолетта улыбнулась мне в ответ, но по ее глазам я видел, что она тоже борется с эмоциями. Или у меня просто разыгралось воображение? Но Макси говорит… Неужели она испытывает то же, что и я? Или нет?

Но, прежде, чем я успел что-либо еще надумать, в кухню вошла Ольгитта. Ее взгляд метнулся с наших лиц к моей перевязанной руке, а затем – к окровавленной вате на столе. После этого женщина простонала «мама» и грохнулась в глубокий обморок.

Мы с Виолеттой поспешно рванули к ней. На шум из разных концов дома сбежались Герман, Ромальо и Эсмиральда.

– О, господи! – воскликнул хозяин дома. – Врача немедленно!

– Звони в «скорую», – воскликнул Ромальо, – а я воды принесу.

– Федерико, дай мне из аптечки нашатырный спирт, – попросила меня Виолетта.

Я поспешно метнулся к столу, схватил нужный пузырек, оторвал кусок ваты и побежал обратно. Девушка выхватила все это у меня из рук, сама намочила вату нашатырным спиртом и поднесла к носу экономки.

– А! – вскричала женщина, поднимаясь. – Где кровь?

– Она очень боится крови, – пояснил Ромальо, подбегая к ней с водой.

– Тогда нужно все убрать! – спохватился я.

Мы с Виолеттой поспешно бросились обратно к столу. Эсмиральда последовала за нами. Оказалось, что в моей крови был вымазан еще и стол. Эсмиральда быстро его вытерла, а я схватил окровавленную вату и в мгновение ока вышвырнул ее в мусорное ведро. Виолетта же вылила кровавую воду из тарелки и помыла ее.

Остальные тем временем все же привели Ольгитту в чувство. Она поднялась на ноги, потрясла головой, оглядела кухню и, судя по всему, не обнаружив никаких признаков крови, смутилась:

– Прошу прощения. С детства не переношу вида крови.

– Все в порядке, Ольга? – вместо ответа, озабоченно спросил Герман. – Как Вы себя чувствуете? Голова не кружится? Не тошнит?

– Все хорошо, сеньор Герман, спасибо, – кивнула экономка. – Мне пора готовить ужин.

Мы с Виолеттой переглянулись и поняли, что больше нам здесь делать нечего. Девушка увела меня наверх, в свою комнату. И, похоже, я знал, зачем…

Предчувствие меня не обмануло. Едва моя подруга закрыла за нами дверь, она тут же спросила:

– Может, все-таки расскажешь, что произошло?

– О чем ты? – решил я прикинуться идиотом.

Почему? Да потому что, как я уже говорил, стычка с Людмилой – это только моя проблема. Это я не принял ее за серьезную противницу. Я свалял дурака. И отвечать за это буду я. А кроме того, если втянуть сюда еще и Виолетту… Нет, меня одна мысль об этом уже пугает! Они с Людмилой и так, мягко говоря, в натянутых отношениях. А если эта блондиночка попытается и ей вед причинить? Нет, я этого не вынесу! Но и соврать Виолетте я не смогу – слишком люблю ее. А значит, единственный выход – делать вид, что ничего не понимаю, хотя бы до поры до времени.

– Не строй из себя дурака! – отрезала тем временем девушка. – Кто тебя ранил?!

Ох, дьявол! Она меня раскусила! Что ж, остается один вариант, хоть и очень опасный…

POV Виолетта

Я была готова разорвать на части того, кто сделал это с ним. И дело вовсе не в том, что мне пришлось обрабатывать рану. Нет. Напротив, мне было приятно от того, что появился лишний повод касаться Федерико. Но одна мысль о том, что ему больно, заставляет меня содрогнуться…

– Хорошо, хорошо, – сдался парень. – Ты ведь понимаешь, что твой диск пропал не случайно и, тем более, не случайно вернулся?

– Так ты из-за него пострадал?

– Ничего подобного. Я пострадал из-за собственной глупости. Недооценил врага.

– Какого?

– А ты угадай. Кто мог так сильно желать сделать тебе пакость?

И тут я все поняла. Поняла и задрожала от ярости. Ладно, меня третировать – к этому мне не привыкать. Но зачем эта стерва трогает ЕГО?! Все, блондиночка, ты – труп!

– Я ее убью! – бессознательно вырвалось у меня.

Федерико расхохотался.

– С каких пор ты стала жестокой?

А до меня только тогда дошло, что я сказала. И стало как-то странно тепло. Он не отшатнулся, как от заразной. Он не задохнулся от возмущения. Он здесь, и даже воспринял мое восклицание более, чем спокойно!

– С тех самых, – парировала я. – Никто не смеет обижать тебя!

Федерико вместо ответа прямо покатился от смеха. И тогда я ничего не поняла. Что здесь смешного?!

– Что с тобой? – растерянно спросила я.

– Да ничего, – более или менее отсмеявшись, выдавил он. – Просто… я думал точно так же, когда бежал за Людмилой, чтобы забрать твой диск!

Тут уж мы рассмеялись вместе. Мне было так хорошо… Он беспокоился за меня! Он готов ради меня на многое! Знать бы только, имеется ли в виду чисто-дружеская привязанность или нечто большее…

Но тут мои мысли были прерваны звонком телефона в кармане. Перестав смеяться, я взяла трубку:

– Алло?

– Виолетта, это Пабло, – раздался голос преподавателя на другом конце провода. – Я звоню, чтобы сказать, что ты победила! Жюри в восторге от твоей песни! Ты будешь на обложке нашего журнала!

– Правда? – обрадовалась я. – Здорово! Спасибо, Пабло!

– Не за что, – хмыкнул он. – Слушай, а Федерико… он не с тобой сейчас?

– Да, он рядом, – ответила я. – А что?

– Просто… он победил среди юношей, – заявил Пабло. – Соответственно, на обложке вы будете вместе!

Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы переварить известие, а затем, из груди вырвался торжествующий визг. Все печали и даже злость на Людмилу разом повылетали из моей головы, вытесненные одной счастливой мыслью: мы будем фотографироваться вместе! У меня есть причина лишних несколько минут постоять рядом с Федерико, а значит – все хорошо! А если повезет, фотографировать нас могут и полчаса и даже час! А если еще попросят обняться? Это ведь, вообще, предел моих мечтаний! Хотя, нет, не предел. Предел – это, если попросят поцеловаться… Но ведь фотографируют для журнала юбиляра. Антонио удар хватит, если он получит подарок с целующимися подростками на обложке! Ладно, зато есть повод побыть с Федерико хотя бы несколько лишних минут.

– Что с тобой? – удивился тем временем Пабло. – Ты своей победе так не радовалась.

– Эм-м-м, – замялась я. – Дружеская солидарность.

Это было ложью, согласна. Но что мне еще оставалось? Сказать, что я дышать не могу без Федерико? Это было бы правдой, но правдой, которая могла убить мою дружбу с этим парнем…

– Да, конечно, только дружеская, – ехидно заметил Пабло. – Хорошо, тогда завтра утром вы с Федерико идете не в «Студию», а в фотосалон, с которым я уже договорился. Адрес я тебе пришлю в виде sms-сообщения, чтобы ты не потеряла.

– Все ясно, – ответила я. – Спасибо, Пабло. Пока.

– Пока, – попрощался директор «Студии» и отключился.

Я убрала телефон и снова перевела взгляд на Федерико, ожидая вопроса типа «в чем дело?». Каково же было мое удивление, когда он, глядя на меня с ласковой усмешкой (даже от этого что-то внутри задрожало), спросил:

– Когда же ты отучишься врать?

– Когда ты отучишься влипать в передряги из-за меня, – парировала я.

– Один-ноль, – сдался Федерико. – Так зачем звонил Пабло.

Я улыбнулась, подступила вплотную к нему (ощущая при этом, как сердце отчаянно колотится, а каждая клеточка тела тянется к парню) и шепнула:

– Он хотел… сказать, что для журнала мы будем сниматься вместе!

Секунду Федерико молчал, явно пытаясь осознать, что я, собственно, сказала. Затем, он робко улыбнулся. В любимых глазах я видела искренний восторг. Ну, конечно же, искренний! Он весь искренний. Весь и во всем.

В тот миг, Федерико выглядел таким счастливым, что я просто не смогла не обнять его. И как же я была счастлива, когда он обнял меня в ответ… Это было нечто! Эмоции били через край… Мне так хотелось запечатлеть поцелуй на его губах… Но этого делать нельзя! Вдруг он не испытывает того же! А если испытывает? Как все сложно…

POV Макси

За сегодняшний вечер, я мысленно уже раз двадцать поблагодарил своего итальянского друга. Но всего лишь мысленно. Поэтому, проводив Нати и придя домой, я первым делом набрал его номер.

– Да? – раздался на другом конце провода его радостный голос.

– Ого! – выдал я. – Смотрю, не только у меня удался вечер?

– Да нет, дружок, дело не в том, – отмахнулся Федерико. – Просто минут двадцать назад позвонил Пабло…

– Неужели? – рассмеялся я. – И кого из вас можно поздравить?

– Обоих, – ответил мой друг. – На обложке мы с Виолеттой будем вместе!

– Отлично! – искренне обрадовался я. – Поздравляю! И Виолетте передавай мои поздравления! А где будет проходить фотосессия?

– Адрес Пабло уже прислал Виолетте в виде sms, сказал Федерико. – Мы пойдем по нему завтра.

– Проклятье! – вырвалось у меня.

– Что с тобой? – напрягся мой собеседник.

– Да просто не хочется весь день терпеть Людмилу! – отмахнулся я. – Она ведь, наверняка, попытается навешать Нати лапши на уши! А рядом не будет тебя, чтобы заразить ее своим позитивом!

– Да ладно тебе! – смутился Федерико. – Какой там позитив?! Ты справишься и без меня! И вообще, расскажи лучше, с каким успехом проводил Нати!

– О! – воскликнул я. – Все было просто прекрасно! Мы все друг другу объяснили. И она даже сказала… что меня любит! Я сказал то же самое!

– А потом, дай угадаю: вы поцеловались? – рассмеялся Федерико.

– Думаешь, стоило? – засомневался я.

– Шутишь?! – веселился мой друг. – Да ты ДОЛЖЕН БЫЛ ее поцеловать! Только не говори, что не сделал этого!

– Ну, нам, вроде как, помешали, – уточнил я.

– Это кто же? – не понял Федерико.

– О, совершенно милейшее создание с прекрасным именем – Людмила! – язвительно пропел я.

– Почему меня это не удивляет? – сказал Федерико, скорее, себе, чем мне.

– Да потому что эта белобрысая стерва на все готова, лишь бы все подчинялись ее воле! – отбросив церемонии, огрызнулся я.

– Ты прав, – задумчиво протянул мой итальянский друг. – Она добивается своего любыми методами. Абсолютно любыми.

Он замолчал. Секунд десять я слышал в трубке только его дыхание. Это невольно встревожило. Федерико, конечно, отличный парень, внимательный собеседник и надежный друг. Но надумать себе может такое, что просто жуть.

– О чем ты думаешь? – спросил я, наконец.

– Людмила ведь злая, правда? – пробормотал Федерико.

– Ну, ясный пряник! – отмахнулся я. – А ты думал, она тебя из большой любви ножом полоснула? Что с тобой?

– А как по-твоему, – пропустив оба вопроса мимо ушей, продолжал итальянец, – она способна причинить вред Виолетте?

– Думаю, что да, – после секундного размышления, ответил я. – Но к чему ты клонишь?

– К тому, что нужно ее как-то нейтрализовать, – заявил Федерико.

– Так, стоп! – решив взять ситуацию в свои руки, воскликнул я. – Успокойся! И пообещай, что не станешь делать глупостей! Во всяком случае, без моего участия. Тебе ясно?

– Ясно, ясно, – вздохнул Федерико. – Все хорошо, Макси. Честно.

– Смотри у меня! – предупредил я друга. – Просто не предпринимай ничего, пока мы не встретимся и все не обсудим! А то твоя горячая итальянская кровь…

Можно подумать, вы – аргентинцы – хладнокровные! – хмыкнул Федерико. – Успокойся! Если тебе от этого станет легче, я клянусь, что не стану принимать решений, пока не поговорю с тобой!

– Вот и все, – облегченно вздохнул я. – А теперь, давай-ка спать. Удачи завтра на съемках!

– Спасибо, дружище! – ответил итальянец. – А тебе удачно завтра провести день в обществе Людмилы.

Мы оба понимали: дело даже не в том, что блондинка будет рядом. Просто мне предстоит завтра ограждать от нее Нати. А уж это будет сложно. Но я все равно благодарен Федерико за то, что он помирил нас… О, кстати, зачем я звонил-то? Совсем забыл!

– Да, кстати, – неуверенно заговорил я. – Спасибо тебе за сегодняшнее. Я перед тобой в долгу. Мы с Нати помирились, благодаря тебе.

– Ой, перестань! – отмахнулся Федерико. – Какие там долги? Мы ведь друзья! На моем месте, ты поступил бы так же!

– Я рад, что у меня есть такой друг, – улыбнулся я. – Если бы не ты…

– Макси!

– Понял. Все, молчу! Спокойной ночи!

– Тебе тоже. Я позвоню, как только мы с Виолеттой вернемся со съемок, хорошо?

– Конечно. Пока!

– Пока, дружище! – ответил, наконец, Федерико и отключился.

Все еще улыбаясь, я убрал телефон. Да, после разговора с этим парнем даже по телефону, ты невольно остаешься в приподнятом настроении. Он, как солнце, освещает всех и все вокруг, делая мир лучше.

Да и от чего мне грустить? Я поговорил с Нати, она мне поверила, и теперь все у нас будет хорошо! Я в этом уверен! Почему? Да потому что очень ее люблю! А если есть любовь, все остальное неважно…

POV Нати

Мы почти поцеловались! Он сказал, что меня любит! Мы держались за руки! Я так счастлива! Я – самая счастливая девушка на свете! И никакую Людмилу больше слушать не стану!

Только одно, в этот чудесный день, портило мне настроение. Я очень беспокоилась за Федерико. Как бы он ни храбрился, рана все равно нехорошая. Ему нужно в больницу.

Может, позвонить другу? Да нет, глупости. Он просто скажет, что волноваться не о чем, какой бы тяжелой ситуация ни была на самом деле. Нет, нужно позвонить человеку, который все время рядом с Федерико, и который тоже за него переживает…Минутку! Знаю!

– Алло? – раздалось в трубке через минуту.

– Ну, что там, Виолетта? – сразу спросила я.

– Ты имеешь в виду рану Федерико? – догадалась девушка.

– Ее самую, – согласилась я. – Все очень серьезно? Ты не отправила его в больницу?

– Знаешь, нет, – вздохнула Виолетта. – И, наверное, зря. Мне с трудом удалось остановить ему кровь. А тут еще выяснилось, что Ольгитта этой самой крови боится… Было особо некогда.

– Может, тогда завтра отправишь?

Посмотрим. Если состояние раны будет стабильным, необходимости не будет, правда? К тому же, завтра нам предстоит такой важный день…

– Какой? – опешила я.

– Мы оба победили в конкурсе! – радостно воскликнула Виолетта. – И на обложке журнала для Антонио будем вместе!

– Правда? – обрадовалась я. – Молодцы! Поздравляю! И Федерико тоже передавай мои поздравления! Кстати, как у вас с ним?

– В каком смысле? – не поняла девушка.

– В прямом, – улыбнулась я. – Что вас связывает?

– Да ничего, – ответила Виолетта, но в голосе ее было такое волнение, что я мгновенно все поняла.

– Спорим, ты сейчас покраснела, как томат? Брось, я никому не скажу! Хоть мы с Федерико и друзья, у меня есть понятие девичьих секретов! К тому же, Франческа с Камиллой могут и не понять тебя. А вот я прекрасно понимаю, потому что хорошо знаю Федерико. Вы с ним просто созданы друг для друга!

– Думаешь? – почти шепотом спросила Виолетта. – Нет, тебе, правда, кажется, что у нас может что-то получиться?

– Я уверена! Ответь только на один вопрос: ты его любишь?

– Да, – выдохнула Виолетта. – Но легче мне от этого не становится…

– Хочешь, поговорим об этом? – предложила я.

– Хочу, но не по телефону, – согласилась Виолетта. – Сама понимаешь, такая деликатная тема…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю