Текст книги "Меч, павший в глубины отчаяния (СИ)"

Автор книги: Shiroi Si

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Девятнадцать великих сил. Отчаяние и надежда

Раннее утро. Мрачные улочки вновь преисполнились движением. Засуетились горожане, что так боялись опоздать на работу. Они были готовы выкладываться на полную за 50 нан в день, лишь бы хоть как-то выживать в это непростое время.

На улице был легкий моросящий дождь, а небо покрылось мглой. Цинкаин все больше и больше походил на братскую могилу мертвых душ.

Десятки людей проходили вдоль улочки, на которой раскинулся «Тацуми бар», однако, посетителей в нем не было, как и вчерашней нанаши. Господин Тацуми объявил временный перерыв из-за проблем с оплатой помещения, ведь доход не окупал расходы. Сам он подался к Камацуй Ранбону, с которым имел договор касательно трактира. Улочка была чрезмерно спокойной, относительно вчерашней ночи. Кажется, позднее время здесь не имеет ограничений, а наоборот – способствует прогрессу беззакония. А как же иначе, коль никому не нужен этот город. Хоть есть порты, да нет товара, а поставлять «за дженьки» ⌜⁷⌟ не входит в интересы соседних стран. Многое изменилось с перемены трона Фумецу, ровно так же, как и союзы государств.

Переняв взгляд наверх, может показаться, что на кровле таверны сидел какой-то человек. Взаправду, у самой вывески с названием, сидела нанаши. Девушка подперла голову дланью ⌜⁸⌟, локоть которой соприкасался с коленом. Вторая нога была полусогнутом состоянии, а на ней свисала хрупкая рука. Молодица наблюдала за суетливым народом и вслушивалась в шум дождя. Маленькие капли стекали по лицу мечницы. Чисто белые прядки намокли и слегка завились, а влажная одежда придавала тяжести.

Убрав руку от головы, та потянулась к ножнам, на которых была прикреплена острая, аки стрела, красная заколка. Заплетя волосы в расслабленный жгут, заколочкой наискось та закрепила прическу. Неизвестно, откуда взялось это украшение, однако, складывалось впечатление, что оно всегда было на её белоснежных локонах.

Прикрыв глаза, девица принялась делиться чувствами с природой через новоиспеченную поэзию:

«Слезы Богов,

Заполонившие вы небеса,

Подайте знак, ответ, ритору,

К чему не благосклонна так судьба,

Коль вновь вступает в этот край

Неведома нога.

И почему,

Слезы небес,

Стекает по лицу моем белом

Капля дождя, что представлялась

несокрушимою рекой,

А не божественная боль,

не нарека себя такой?»

Нанаши была едина с природой. Их узы были даже крепче, чем беседочный узел. Казалось, эту гармонию не прервать ничем. Однако, безымянная онна-бугэйся почувствовала, как кто-то украдкой наблюдает за ней. Она приоткрыла свои изумрудные глаза, что сияли, аки самый настоящий драгоценный камень, и в них отобразилась ярко выраженная заинтересованность.

Спустя мгновение, девушка обратилась к особи, наблюдающей за ней.

– Надо же, какая могущественная сила кроется в тени. Не изволите ли назваться? – произнесла та с улыбкой на лице, все так же глядя на небосвод.

Преследователь не откликался какое-то время, полагаясь на ошибочное предположение мечницы, как вдруг вновь зазвучал проницательный голос:

– Есть ли смысл скрываться в тени, когда свет фонарей указывает на сцену?

В этот раз вопрос не остался без ответа:

– Что за нелепые слова прозвучали из твоего рта, мечница? Лучше скажи, как ты смогла заметить меня, а? – прозвучал раздраженный и агрессивный мужской голос.

– Ох, скажете тоже, ха-ха! Не посмею я назвать себя мечницей, не умея определять силу и местонахождение противника.

– Какая ты заумная, прямо-таки надоедает. В любом случае, мне наконец-то удалось найти тебя, белокрылая нимфа Куро. Я всегда знал, что ты жива! Доставай свою катану – я собираю вызвать тебя на поединок!

– Прошу простить меня, но я – не Куро, ведь у меня нет имени, – после сказанных слов, девушка обернулась и поглядела на человека.

Позади неё стоял юноша лет девятнадцати. Он был не очень высоким, с виду на пол головы выше девушки. На четком овале лица, с заостренным подбородком, расположилось насупленное лицо. Из-под нахмуренных темных бровей выглядывали ярко выраженные черные, словно ночь, павлиньи глаза, что одним своим взором передавали всю жажду сражений. Узкий заостренный нос придавал лику благородства, импонируя с тонкими губами, чьи уголки опущены вниз. Темные, с ореховым отливом пряди волос спадали на его лицо, слегка касаясь заостренных ушей.

Одежда на подкачанной фигуре парня передавала позабытый самурайский дух острова и пересекалась с невиданным ранее стилем. Поверх темного кимоно было накинуто двухцветное хаори ⌜⁹⌟, одна сторона которого была черной, другая – белой, а на спине, посредине, изображен символ инь-янь.

Скрестив руки и приподняв одну бровь, он презренно взглянул на нанаши.

– Не лги мне, я знаю что ты – Куро! – прозвучал грозный голос парня. – Ты не можешь просто так отречься от этого имени!

– Мне очень жаль, но все не так. Вы перепутали меня с какой-то важной особью? – удивленно вопрошала девушка.

– Ты насмехаешься надо мной? Думаешь, прикрыв смерть Ландарин своей, ты резко станешь никем?

Девушку насторожило очередное упоминание барышни из рассказа трактирщика. Она предположила, что речь идет о родственнице Ландарин, а именно о той самой сестре.

– Ох, кажется, я молвлю неубедительно. Возможно, я смогу чем-то доказать Вашу неправоту?

– Сразись со мной уже, – правой рукой он вынул меч из ножен да направил на девицу. – Докажи, что ты – не Куро!

Тяжко вздохнув, девушка ответила:

– Хорошо, будь по вашему, – привстала нанаши и обратилась к мужчине, – однако, может, Вы представитесь? Негоже проводить дуэль, не зная, кто мой оппонент.

– Ладно, сделаю вид, что ты действительно не Куро, а какая-то "нанаши", и с удовольствием представлюсь. Меня зовут Юцуна, я – один из «Девятнадцати великих сил», идущий под номером восемь!

– «Девятнадцать великих сил»? Что это за организация такая? – заинтересовано прозвучал голос девушки.

Парень впал в оцепенении. Казалось, что из ниоткуда прозвучал стрекот сверчка. На лице появилась шокированная, а затем недовольная гримаса, и вслед за этим прозвучал разъяренный голос:

– А? Что за глупость ты несешь! Хочешь сказать, что не слышала о девятнадцати великих мечниках?!

– Увы, но нет. Мне поведали лишь то, что более не осталось смельчаков, использующих кэндзюцу.

Словами не передать удивление, которое испытал Юцуна. Это был первый случай, когда человек, ступивший на земли Фумецу, не знал об этой организации. Даже нездешние могли с легкостью рассказать о союзе девятнадцати мечников, во главе с Окубой Кэтсэро – первым среди сил.

– Так уж и быть, расскажу тебе о нас. На данный момент, мы – единственная организация, в чьих жилах течет истинный дух самураев, состоящая, как и оглашено в названии, из девятнадцати отважных воинов. Взгляни, – парень повернулся спиной к нанаши и указал на символ, изображенный на его накидке, – этот знак является эмблемой нашего сообщества. Все члены сил имеют эту комбинацию света и тьмы на своем хаори. Каждый из нас является по своему грешным человеком, что принял временную концепцию добра для общей цели – собрать под свое управление воинов, что свергнут Цымыша и всех его правительственных псов. Мы с ребятами преследуем идеи Ландарин, жаждем возмездия за порочность её имени и возвращения высшего достоинства Фумецу – искусства владения мечом – кэндзюцу! Единственным правилом, что включала в себя идеология Кэтсэро, нашего главы, запрет на безосновательные убийства и раскаяние за грехи былого.

Повествование заставило девушку задуматься. Два рассказа об одном и том же человеке были совершенно разными, но она не стала размышлять об этом подробнее, дабы не прервать встречу с самураем.

– Так Вы ищете девушку, именуемую Куро, чтобы она стала одной из вас?

Этот вопрос окончательно разжег фитиль агрессии юноши.

– Не неси чушь! – яростно прогремел его голос, – Эта паршивка предала и убила Ландарин, благодаря чему опозорила её славное имя. Вместо нашего идола, «похоронили» её мерзкую самолюбивую душу. Уверен, сейчас Куро живет себе, как ни в чем не бывало без единого угрызения совести; потому ты должна убедить меня, что не являешься ею, а иначе я самолично убью тебя!

Девица находила все больше дыр в рассказанных историях. В одной, мечницу выставили как предателя, что живет спокойной жизнью где-то в другом государстве, в другой же, она описана героем, чьи идеалы до сих пор преследуются. Из чьих слов звучит истина, и есть ли она на самом деле?

– Я поняла Вас, сударь.

Во взгляде девушки проявился твердый настрой, что обосновывался всей серьезностью битвы. Бледная рука моментально потянулась к темной цуке ⌜¹⁰⌟ меча и резко отвела его в сторону.

Шел дождь. Вокруг них воцарилась напряженная атмосфера. Два мечника спрыгнули с кровли на задний двор таверны, куда не выходили окна, и стали друг напротив друга. Яростный взгляд парня окутывал девушку, но та сохраняла свое беспристрастие. Вцепившись мертвой хваткой в катаны, они ждали первого слова.

– Прошу Вас, Юцуна, нападайте.

После этих слов, парень отвел руку вправо и ринулся вперед, словно рассвирепелый лев. Его меч вырывался вперед и готовился нанести сильный удар по противнице. Нанаши перекинула катану с одной руки в другую и, отодвинув ногу в сторону, смогла запросто усмирить дикого зверя. После встречи двух мечей раздался громкий лязг острых лезвий. Юцуна был крайне удивлен такой выходкой.

– Так ты и левой рукой владеешь мечом? – увеличивая напор катаны, с ухмылкой на лице озвался он.

– Абсолютно верное предположение, – барышня также не сдавалась и сопротивлялась набегу клинка.

Девушка проницательно глядела на лезвие своего меча, замечая небольшие увечья; парень же едва мог продолжить бессмысленный напор на саблю онны-бугэйси. Оба мечника одновременно отскочили друг от друга и начали вторую волну нападения. Юцуна вновь попробовал атаку в лоб, но нанаши легко смогла увернуться от меча противника. Она уже собралась атаковать, как тут самурай выбил из рук мечницы катану. Раздался звон павшего меча. Дождь усилился, превратившись в ливень.

– Какая жалость. Я проиграла Вам, – с разочарованным выражением лица сказала нанаши. Однако, в её голосе не было печали.

Битва завершилась проигрышем девушки, но парень имел другое мнение по этому поводу.

– Сразись ещё раз… – тио выказал парень.

– О? – барышня была крайне удивлена такому заявлению юноши, – Что Вы…

– Да сразись со мной ещё раз! – перебив девушку, яростным голосом прогремел он. – Думаешь, я поверю в твой проигрыш? По твоему, мы самураи разных иерархий? Я видел, что ты выпустила меч из рук, хоть и запросто могла противостоять моему Якету.

Уровень разъяренности противника поразил нанаши.

– Но ведь Вы указали, что я должна доказать непричастность к госпоже Куро. Если она сестра Ландарин, сильнейшей мечницы Фумецу, и сражалась с ней бок о бок, значит наверняка обладает не менее поразительными способностями. Мой проигрыш же противоречит Вашим словам.

– Что за бред, сразись со мной по настоящему!

– Не сегодня. Я расцениваю Вас как сильного противника, потому более не желаю травмировать душу своего меча.

Юцуна кинул презренный взгляд на девушку. Эти слова заставили его вдохнуть на полную грудь и немного расслабиться.

– Хорошо, я признаю, что ты не являешься Куро, – с неким недовольством прозвучал голос мечника, – но все равно не верю в твою безымянность. Даже при огромной ненависти к своему имени или забыв его, ты могла выбрать себе другое, так почему же не сделала этого?

– Это большая ответственность, – прикрыв глаза да запрятав меч в ножны произнесла девушка.

– Ответственность?

– Верно. Каждое имя несет в себе свою историю, грехи и поступки. Нужно иметь почесть к своему прошлому, а не перебирать им, ведь это не одежда, которую столь легко можно заменить. Это, в первую очередь, история, что не изменится уже никогда. Это нераскаянные грехи и действия, которые не обратить. Взяв чужое, человек лишается всякого уважения к себе и к людям, с которыми ему довелось повстречаться в той или иной ситуации. Прошлое никогда не изменить, тем более именем. Я утеряла воспоминания, потому ищу его, дабы узнать о себе и понять, кем являюсь. Но, все же, я убеждена, что не явлюсь столь могущественной личностью, как Куро, за что Вы вновь меня простите.

После небольшой паузы, мечник произнес:

– Забудь. Мне не понять этого, ведь я никогда не терял имени. И все-таки, рано или поздно, я заставлю тебя сразиться со мной в полную силу. На этот раз, так уж и быть, давай закончим. Но я буду преследовать тебя, пока не получу желаемого.

– Уверена, мы ещё встретимся однажды, – с ухмылкой на лице сказала девушка, – а на сей раз, разминемся на этой ноте.

Повернувшись спиной, сдерживая заинтересованность и жажду последующего сражения, промолвил он сухо:

– Как скажешь.

Нанаши улыбнулась и обернулась спиной к спине противника. Мечники разошлись; их бой закончился ни победой, ни проигрышем. Шум дождя сопровождал по пути противников. Девушка натянула шарф потуже и мысленно подумала: «Эта встреча произошла не случайно. Он определенно знает что-то полезное. Не помешало бы разведать кое-какую информацию у него».

Начало садиться солнце. День приближался к своему завершению. Прибыв к бару, девушка украдкой пробралась на чердак. Там стоял лишь небольшой низкий столик, три оставшиеся бочки с выпивкой и несколько досок. Небольшое окошко выходило на улочки Цинкаина. За окном уже утихомиривался дождь, лишь редкие капельки время от времени падали на промокшую землю да стекали по хрупкому стеклу. Подойдя к столу, нанаши вынула из-под оби ⌜¹¹⌟ катану в ножнах, на которых было выгравировано какое-то название, и расположила на нем. Из её уст прозвучали наполненные радостью слова:

– Кажется, будет весело, Сакацуй…

Взор девушки пал на прекратившийся дождь. Вдруг, позади неё приоткрылась дверь. Та перевела свой взгляд с окна на стоящего в проходе господина и промолвила:

– Вы вернулись.

– Так и знал, что кто-то поселилися у меня на чердаке…

– Верно. Имеете что-то против? – с интересом спросила нанаши.

– Да не то чтобы, но, понимаете, как бы так сказать…мой бар – не приют для бездомных, а выгонять такую обворожительную гостью как-то не очень, ну и, в общем-то… – мужчина виновато посмотрел на девушку.

– О? Вы намекаете, что мне стоит заплатить?

– Ну…если Вы изволите.

– Понимаю, понимаю. Однако, в силу своей безработицы, я не могу оплатить данное место проживания, – приложив свою руку к груди, кокетливо произнесла она, – возможно, Вы, господин Тацуми, позволите мне немного подзаработать?

Мужчину застало врасплох такое предложение. Ему симпатизировала девушка, однако он побаивался её. Дрожащим голосом, господин ответил нанаши:

– Даже не знаю, это как-то слишком…

– Не стоит стесняться. Нет ничего плохого в совмещении полезного с приятным.

Недолго думая, тот протянул:

– Хорошо, но-о… у меня одно условие.

– Какое же, господин?

– Не трогай свою катану, мне…немного страшно, – со смущением на лице произнес тот.

– Конечно, – прибрав руки с меча, вымолвила та, – думаю, она не понадобится нам.

От мыслей об обнаженном теле девицы, его постоянно бросало в пот. Страх переменился жаждой прильнуть к ней. Девушка позволила владельцу подойти к себе. Его руки прикоснулись к тонкой коже лица и медленно спускались вниз. В это же время, длани мечницы потянулись к ножнам, из-под которых торчала рукоять катаны. Только господин собирался прильнуть к шее и запустить свои руки к хрупкой груди, как странница опередила его.

– Надо же, какой Вы развратник. Впав в мечты о моем теле, и вовсе позабыли, что меч лежал позади меня.

– Стой…Неужели ты!.. – со страхом в глазах господин взглянул на лицо девушки.

– Вам не показалось, – на лице девушки появилась коварная улыбка, – ни слова больше, иначе я вонжу острие катаны прямо в Вашу спину.

– Ах ты мелкое сучье отродье… – со слезами на глазах, дрожащим голосом, прозвучал он.

Приложив палец ко рту мужчины, нанаши начала успокаивать его:

– Тс-с-с… Ни-сло-ва… – спокойным голосом произнесла девица.

– Ч-что тебе нужно? Деньги? Я дам тебе их, только не убивай меня, умоляю!

– Ну-ну, не стоит так печалиться. Конечно, мне нужны деньги, но если я попрошу их, Вам придется закрыть бар, а мне ведь так нравится саке, что там подают! Вместо этого, я желаю, чтобы Вы, господин Тацуми, нашли для меня кое-что.

– Что? Скажи мне, что, и я, клянусь, найду это. – с ещё большим страхом и слезами на глазах спросил мужчина.

– Хигин. Найдите его для меня.

– Х-хигин.? Н-но это же запрещено…

– Но жизнь то дороже стоит, – с улыбкой отрекла нанаши, – я не стану заставлять Вас красть его, просто найдите и передайте мне координаты местонахождения оболочек для душ мечей.

– Я-я не уверен, что см-могу… Н-но попытаюсь!..

– Вот и славно. Мне нужны координаты каждого места, где только она может оказаться. Думаю, это будет сложно, но Вы ведь джентльмен и не откажите девушке в трудную минуту. Не стоит так лить слезы. Мне незачем убивать своего помощника.

– Д-да, я поищу. Обязательно п-поищу..

Девушка убрала катану, находящуюся позади мужчины, и тот пал ниц, испытывая жуткий страх и оцепенение.

– О, и что касаемо проживания в баре. Не волнуйтесь, я не стану так обесценивать Ваш труд и покину чердак.

– С-спасибо… П-правда, спасибо!

– Буду ждать от Вас лишь хороших новостей, ну, а в противном случае, – воткнув острие меча в деревяшку, – буду вынуждена лишить Ваше тело бессмысленного груза.

– Я понял, м-моя госпожа. Я н-найду его, чтобы В-вам всегда было удобно сражаться…

– Ох, ну, Вы мне льстите, – хихикнула девушка и, прихватив небольшой кусочек тофу, покинула здание.

Вновь, в бессонной ночи, под светом звезд да луны, безымянная онна-бугэйся шла по извитой дорожке, проходя мимо каждого из ларьков, украдкой глядя в них. Ещё один день – ещё один путь, ещё один шаг к истине…

***

В это же время, в темном коридоре высокого здания, который освещали лишь канделябры ⌜¹²⌟, прозвучало два голоса.

– Сенсей! – озвался мужской голос. – Я нашел её, мечницу, о которой ты вчера услышал!

Было слышно приближение неясной фигуры в тени. Во время ходьбы, прозвучал голос и второго собеседника:

– Правда что-ли? Я уж было подумал, что ты как всегда провалишься.

– Какой жестокий. Я, между прочим, выполнил твое поручение, а ты вот так отблагодарил меня?

– Да, спасибо. Так что же ты узнал?

– Не очень-то и много.

Потухла свеча. Воцарился полный мрак, лишь два голоса толковали о чем-то сокровенном, неясном, чего уже и не было слышно.

Подноготная Фумецу. Обещание

Ночное небо привлекало нанаши. Под ним складывалось ощущение, что Фумецу – самая обычная страна с таким же приятным запахом после дождя, чистым воздухом и ярким полумесяцем, вокруг которого танцевали звезды в медленном танке. Все так же держа путь неведомо куда и неведомо к кому, девушка шла по избитой тропе. На мгновение, она присела под листвой сановитого рыжего клена, на усыпанную дарами осени травицу, да взглянула на прекрасный небосвод. Замерцали звезды, собрались в общую картину, как вдруг – фью! С неба стремительно начала спускаться яркая искра. Кажется, небесные светильца собрались воедино, дабы сопроводить в последний путь своего родственника, которому не успели ещё так много поведать. Глаза девицы были очарованы этим явлением. Казалось, что в её больших зрачках была не искра звезды, а надежды. Не зная о своей связи с островом, она все равно волновалась за него, потому, прикрыв свои густые белые ресницы, девица подняла сомкнутые руки к лицу и мысленно попросила у падшей о светлом будущем государства. После, напоследок взглянув на небо, сомкнула очи да обессилено пала на влажную землю.

Прошло несколько часов, а девушка все ещё дремала у одинокого дерева, что словно благотворило её своей листвой. Из-за горизонта потихоньку начало проявляться солнце. Сначала выскочил один лучик, затем другой, третий…пока не появилась могущественная фигура зари. В тот час, когда нанаши спала, к ней подбежал небольшой рыжий, как листок осеннего клена, лисенок и начал обнюхивать её. Вероятнее всего, он спрятался под опавшей листвой, дабы его не заметили. Вдруг, лис заприметил, что глаза девушки приоткрылись, и высоко подпрыгнул, ощущая опасность.

Первым, что увидела молодая онна-бугэйся, разомкнув очи, был напуганный лисенок. Тот поджал уши и собирался бежать. Девушка приподнялась и оперлась на руку. Все дары клена спали с её одежки, лишь один листок непоколебимо держался на голове девицы. Она наклонилась ближе к лисенку и, улыбнувшись, промолвила:

– Господин лис, какой же Вы смелый и отважный.

Кажется, после произнесенных с улыбкой слов, он стал чуть меньше бояться нанаши. Девушка протянула длань к маленькому зверьку, тот настороженно понюхал и потерся о тонкую пясть. Хрупкая рука прошлась по нежной шерстке крохи. С головы спал последний листок.

Убрав длань и сев на колени, нанаши взяла на руки маленький рыжий комочек. Лисенок радостно фыркал и глядел на молодую особь. Они умиленно смотрели друг на друга, пока их встречу не прервало краткое урчание живота девицы. Зверек, повернув голову набок, удивленно смотрел на девушку, а та, в свою очередь, лишь посмеялась. С улыбкой на лице, она обратилась к малышу:

– Кажется, мой путь привел меня к неизведанным местам. Возможно, Вы, величественный лис, поведаете мне, есть ли неподалеку забегаловки иль бары?

Лисенок спрыгнул с рук девушки и, пройдя немного вперед да обернувшись, словно зовя за собой, дожидался её действий. Нанаши поняла намек своего спутника и ринулась на встречу приключениям.

Всю дорогу девушка рассматривала ареал города, вслушивалась в пение птиц да время от времени поглядывала на радостного лисенка. Он игриво прыгал по травке, зазывал девицу следовать за ним. Зверьку нравилось разгуливать с новой подругой, а в его янтарных глазах было замечено веселье и оживленность. И вот они понемногу начали приближаться к соседнему городу – Сакурину.

– Кажется, уже виднеются окрестности нового городка, не так ли, мистер лис? – все также ласково улыбаясь молвила нанаши.

Он лишь фыркнул на это и продолжил вести свою спутницу к пункту назначения. Странница заметила склон, что вел их к имениям города. Однако, стоило им пройти несколько метров, как на негоподнялась маленькая худенькая девочка. Её вид несколько отличался от детей в Цинкаине. Она была невысокого роста, на вид лет восьми. Девчонка была вся в пыли, а на лбу располагалась небольшая ранка. На её маленькой головушке были темно-русые волосы, собранные в тусклый хвостик, что позади был закреплен розовым бантиком.

Круглое личико, любопытные карие глаза, вздернутый носик и пухлые губы придавали девчушке миловидности. На нее было надето розовое кимоно в голубой цветочек, на котором также кое-где встречались зашитые лоскутком дырочки. На поясе расположился малиновый оби с огромным синим бантом за спиной. В своих хрупких, побитых и исцарапанных ручках малышка держала крохотную корзинку. Лисенок, перепугавшись незнакомой фигуры, спрятался за спутницей. Девушка подумала, что малышка испугается, увидев её меч, потому, подняв лисенка на руки да опустив голову, ускорила шаг. Однако, случилось непредвиденное.

Девочка взглянула на нанаши, и в её глазах появился восторг переплетающийся с надеждой, а на лице появилась яркая и теплая, словно лучи весеннего солнца, улыбка до ушей. Из её рук чуть ли не выпала корзинка. На радостях, она обратилась к онне-бугейси:

– Тетушка! – радостно вскрикнула девчонка. – Вы ведь самурай, правда?

Вопрос малышки застал девушку врасплох.

– Да, это так, – улыбнулась она ей.

– Ура! Я так давно не видела самураев! Скажите, Вы пришли, чтобы спасти нашу страну?

Нанаши была поражена познаниями ребенка. В столь юном возрасте, ей ведомо о положении острова Фумецу и всей тяготе жизни; но, даже при этом, она растет добропорядочным человеком. Девушка подошла ближе к юной леди и, своим томным, но до чего же нежным голосом, произнесла:

– Это одним лишь небесам известно, но мне бы хотелось попытать удачу.

– Наконец-то, мы будем спасены, хи-хи!

Недолго думая, девочка решила придать уверенности нанаши:

– Вот, возьмите! – она протянула корзинку, в которой лежало три онигири. – Это Вам на удачу!

– Вы так вежливы, юная госпожа. Однако, неужели этот дар не предназначался кому-то другому?

Девочка опустила голову и, елозя ногой по сухой земле, расстроенным голосом произнесла:

– Ну…Обычно я ношу своей хворой бабушке раз в месяц онигири в Цинкаин, ведь у неё совсем нет еды и денег… Но сегодня я встретила Вас, тетушка, и хотела отблагодарить… Потому, – все также стоя с опущенной головой и приподняв корзинку продолжила она, – возьмите это в благодарность!

Мечница была растрогана такой речью малышки, однако, было кое-что, что взволновало её куда больше. Вдоль маленьких детских рук было много синяков и ссадин, да таких окровавленных, что, казалось, кровь идет с них до сих пор. Среди них были и свежие раны. В конечном итоге, она поняла, что пыль на её лице – это синяки, сокрытые под слоем грязи.

– Малышка, я крайне благодарна твоему дару. Однако, вынуждена отказаться.

Девочка поглядела на неё удивленным взглядом и тонким голоском спросила:

– Но почему? Разве Вы не хотите есть?

– Я ещё молода и запросто могу заработать себе на еду, а твоя бабушка уже пожилая женщина. Питаясь раз в месяц, она может заболеть, и ей станет гораздо хуже – произнесла девушка, положив холодную ладонь на голову девчушки. – Потому, лучше помоги бабуле позаботиться о своем здоровье.

– Но ведь я хотела сделать Вам подарок..

– Не волнуйся, я крайне ценю этот жест, оттого благодарю тебя от всего сердца, – вымолвила девушка.

Несколько слезинок скатились вниз по пыльным и грязным щекам девочки, и та, улыбнувшись, произнесла:

– Спасибо Вам, хнык, тетушка! Я верю…правда верю, что Вы сможете, хнык, сделать нашу страну вновь цветущей!

– Ну-ну, не стоит плакать!

Девушка приобняла малышку, поглаживая по спине. Лисенок тоже перестал бояться, потому, как только нанаши выпустила из рук девчонку, запрыгнул той в ладони. Она обрадовалась зверьку и начала понемногу успокаиваться.

– Ух ты, хнык. Какой он милый!

– Ха-ха, правда же? Мы встретились с ним совершенно случайно!

– Здорово! – с улыбкой произнесла малышка. – Тетушка, скажите, а как Вас зовут?

– К несчастью, я не помню своего имени.

– Как это? – удивленно выдала девочка.

– Мои воспоминания были утеряны, потому некоторые нарекают меня нанаши.

– Вот как? Жаль, – печально гласила малышка, – а меня, вот, зовут Камацуй Йоко.

– Дитя океана, значит?

– Верно, – радостный вскрик резко переменился тугой, – но вот океана я никогда не видела… Хоть я и не раз была в Цинкаине, родители не разрешали мне ходить к нему, ведь это под запретом нашего правителя…а мне так хочется посмотреть на волны…

– Вот как… – задумчиво опустив взгляд вниз произнесла онна-бугэйся. – Йоко…

– Да?

– Давай, в следующий раз, когда Цымыш будет свергнут, я отведу тебя к океану?

Глаза девочки засверкали, и улыбка вновь сияла на её уставшем лице.

– Правда? Пожалуйста-пожалуйста! Я хочу посмотреть на океан с нанаши!

– Обещаю, я достигну того, чтобы ты смогла ходить к нему как можно чаще, а твоя бабушка сможет насытиться вкусной едой!

– Нанаши, ты – лучшая! – радостно зазвучала она.

– Рада это слышать. Однако, есть кое-что, что несколько беспокоит меня.

– Что-то случилось? – заинтересовано прозвучал голос девочки.

– Милая Йоко, позволишь ли ты спросить о ссадинах да побоях на твоих маленьких ручках?

Девочка взглянула на свои руки и с улыбкой ответила.

– А, с ними все нормально!

– Ты уверена?

– Видите ли, мой папочка, Камацуй Ранбон, известный чиновник. Он очень устает на работе, а мы с матушкой мешаем, за что отец и избивает нас хлыстом. Иногда это делают и папины друзья. Но все в порядке, он не плохой, просто очень занятой, потому, как и его друзья, хочет немного отдохнуть без нас.

После этих слов, нанаши едва могла сдержать свою агрессию. Ей хотелось искромсать чина за такую безответственность. Прикрыв глаза, сдерживая дрожащую руку на рукояти меча, она обратилась к девочке:

– Йоко, – понемногу опуская хватку произнесла она, – в скором времени твой отец сможет отдохнуть от работы.

– Очень на это надеюсь! – радостно огласила малышка.

Странница перевела свой взгляд на небо, пытаясь отвлечься от негативных мыслей.

– Кажется, уже полдень. Тебе стоит поторопиться, чтобы поскорее увидеть свою бабушку.

– Ой, взаправду! – ошарашенно вымолвила девочка. – Тогда я пойду!

– Конечно. Удачного пути, Йоко!

– Надеюсь, Вам понравится Сакурин!

– Я тоже на это надеюсь.

Лисенок спрыгнул с рук малышки, и та, взяв корзинку, побежала. Девица глядела ей вслед. Пробежав несколько метров, Йоко обернулась, помахала рукой и счастливо закричала:

– Я буду ждать дня, когда нанаши отведет меня посмотреть на океан!

Это позабавило девушку, и та помахала ей рукой вслед. Малышка убежала на встречу с любимой бабушкой. Онна-бугэйся опустила руку, и улыбка на её лице резко сползла. Нанаши узнала о другой стороне, скрывавшейся в тени душ жителей Фумецу, – той, о которой не говорят, хоть она и есть.

Девушка повернулась к зверьку, что дожидался своей спутницы.

– Итак, теперь нам следует незамедлительно отправиться в Сакурин. У меня появились неотложные дела.

Партнеры двинулись в путь. Лисенку уже не было так весело. Тот больше не прыгал радостно со стороны в сторону по траве: он ступал медленным шагом, лишь время от времени поглядывая на задумчивую и серьезную нанаши. Печаль с тугой перемешались, оставляя на сердце некую тяжесть и опустошение.

Теперь их странствие стало не просто прогулкой к трактиру, а несло в себе более глубокий смысл. Нанаши хотелось самолично увидеть этого чина и преподать ему урок как правильно обращаться со своей семьей. Она прекрасно понимала, что Йоко лишь одна из сотни, а то и тысячи таких же настрадавшихся детей, что слишком рано повзрослели. Боль и жажда мести не давало ей покоя. Из-за одного человека появилась длительная цепочка, в которой каждый перенимал что-то гадкое от предыдущего.

Девица много размышляла на эту тему прежде, чем прямо перед ними появился склон. С натянутой улыбкой, она обратилась к зверьку:

– Господин лис, позвольте мне взять Вас на руки.

Лисенок запрыгнул в хладные ладони девушки. Он запросто мог спрятаться в её длинных, тонких пальцах. Аккуратно, медленным шагом, придерживая левой руке лисенка, девушка начала спускаться по крутому склону вниз. Уже хорошо виднелся и сам Сакурин. Издалека город действительно казался цветущим, словно засаженный деревьями сакуры.

Выглядывая из рук нанаши, зверек глядел на местность и мысленно поддерживал девушку, чтобы та успешно спустилась. И вот, преодолев высокий склон, они уже оказались на территории Сакурина…