355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сборник » Самые известные песни » Текст книги (страница 1)
Самые известные песни
  • Текст добавлен: 31 августа 2023, 11:48

Текст книги "Самые известные песни"


Автор книги: Сборник


Жанр:

   

Поэзия


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Александр Пушкин, Марина Цветаева, Михаил Танич и др.
Самые известные песни

© А.А. Ахматова (наследники), 2023

© Б.Л. Пастернак (наследники), 2023

© Р.И. Рождественский (наследники), 2023

© Н.М. Рубцов (наследники), 2023

© А.И. Фатьянов (наследники), 2023

© М.И. Танич (наследники), 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Народные песни

«Ах, вы, сени, мои сени…»
 
Ах, вы, сени, мои сени,
Сени новые мои,
Сени новые, кленовые,
Решетчатые!
 
 
Как и мне по вам, по сеничкам,
Не хаживати.
Мне мила друга за рученьку
Не важивати!
 
 
Выходила молода
За новые ворота,
Выпускала сокола
Из правого рукава.
 
 
На полетике соколику
Наказывала —
«Ты лети, лети, соколик,
Высоко и далеко.
 
 
И высоко, и далеко
На родиму сторону;
На родимой на сторонке
Грозен батюшка живет.
 
 
Он грозен, сударь, грозен,
Он не милостивой,
Не пускает молоду
Поздно вечером одну.
 
 
Я не слушала отца,
Спотешала молодца.
Я за то его спотешу,
Что один сын у отца.
 
 
Что один сын у отца,
Уродился в молодца —
Зовут Ванюшкою,
Пивоварушкою».
 
 
Пивовар пиво варил,
На губной играл гармошке,
Зелено вино курил,
Красных девушек манил:
 
 
«Вы пожалуйте, девицы,
На поварню на мою!
На моей ли, на поварне
Пиво пьяно на ходу.
 
 
На моей ли, на поварне
Пиво пьяно на ходу,
Пиво пьяно на ходу
И на сладком на меду».
 
«Ах ты, степь широкая…»
 
Ах ты, степь широкая,
Степь раздольная,
Широко ты, матушка,
Протянулася.
 
 
Ой, да не степной орел
Подымается,
Ой, да то донской казак
Разгуляется.
 
 
Ой, да не летай, орел,
Низко ко земле,
Ой, да не гуляй, казак,
Близко к берегу!
 
«Барыня, барыня, сударыня барыня!…»
 
Барыня, барыня, сударыня барыня!
Приехала барыня
                    из деревни во Москву;
Становилась барыня
                    во палатах каменных.
Мимо тех ли ведь палат
                    шла дорожка хороша;
По той по дороженьке
                    офицер часто ходил,
Офицер часто ходил,
                    на окошечко глядел.
У барыни, барыни
                    глаза разгорелися,
Глаза разгорелися,
                    вся кровь воскипелася.
«Офицерик молодой,
                    побывай ко мне, душа!»
 
 
У барыни, барыни, сударыни барыни,
Офицер и побывал,
                    со барышней посидел,
У барыни посидел,
                    с нею время препровел.
Чаем-кофием поила,
                    в уста его целовала,
К нежну сердцу прижимала,
                    таки речи говорила:
«Я счастлива бы была,
                    кабы век с тобой жила!»
 
Валенки
 
Валенки да валенки!
Ах, не подшиты, стареньки!
Нельзя валенки носить,
Ох, не в чем к милому сходить!
Ух ты, Коля, Коля-Николай,
Сиди дома, не гуляй!
Не ходи на тот конец,
Ой, да не носи девкам колец!
Чем подарочки носить —
Лучше валенки подшить.
Валенки да валенки!
Ах, не подшиты, стареньки!
Суди, люди, да суди, Бог,
Как же я любила:
По морозу босиком
К милому ходила!
Валенки да валенки!
Ах, не подшиты, стареньки!
 
Вдоль по Питерской[1]1
  Это один из вариантов песни, широко известный в исполнении Ф. Шаляпина. – Прим. ред.


[Закрыть]
 
Вдоль по Питерской,
                        по Тверской, Ямской,
По Тверской, Ямской, по дороженьке.
 
 
Едет мой милой, мил на троечке,
Мил на троечке с колокольчиком.
 
 
Мил на троечке с колокольчиком,
С колокольчиком, со бубенчиком…
 
 
Пишет мой милой ко мне грамотку,
Ко мне грамотку – весть нерадостну.
 
 
Весть нерадостну не пером писал,
Не пером писал, не чернилами.
 
 
Пишет милый мой горючими слезьми,
Горючими слезьми молодецкими:
 
 
«Не сиди, Дуня, поздно вечером,
Поздно вечером под окошечком;
 
 
Ты не жги, не жги воскову свечу,
Воскову свечу воску ярого;
 
 
Ты не жди, не жди дорога гостя,
Дорога гостя, дружка милого!»
 
«Вдоль по улице метелица метет…»
 
Вдоль по улице метелица метет;
За метелицей мой миленький идет.
Ты постой, постой, красавица моя,
Дай мне наглядеться, радость, на тебя!
 
 
На твою ли на прекрасну красоту,
На твое ли да на белое лицо.
Ты постой, постой, красавица моя,
Дай мне наглядеться, радость, на тебя!
 
 
Красота твоя с ума меня свела,
Сокрушила добра молодца меня.
Ты постой, постой, красавица моя,
Дай мне наглядеться, радость, на тебя!
 
«Во поле береза стояла…»
 
Во поле береза стояла,
Во поле кудрявая стояла,
Люли-люли, стояла,
Люли-люли, стояла.
 
 
Некому березу заломати,
Некому кудряву заломати,
Люли-люли, заломати,
Люли-люли, заломати.
 
 
Я ж пойду погуляю,
Белую березу заломаю,
Люли-люли, заломаю,
Люли-люли, заломаю.
 
 
Срежу я с березы три пруточка,
Сделаю из них я три гудочка,
Люли-люли, три гудочка,
Люли-люли, три гудочка.
 
 
Четвертую балалайку,
Четвертую балалайку,
Люли-люли, балалайку,
Люли-люли, балалайку.
 
 
Пойду на новые на сени,
Стану в балалаечку играти,
Люли-люли, играти,
Люли-люли, играти!
 
«Во саду ли, в огороде…»
 
Во саду ли, в огороде
Девица гуляла,
 
 
Она ростом невеличка,
Собой круглоличка.
 
 
За девицей детинушка
Бел-кудрявый ходит,
 
 
Он и ходит, он и ходит,
Ничего не молвит.
 
 
«Что ж ты, молодец кудрявый,
Ко мне редко ходишь?» —
 
 
«Ой, и рад бы я ходить,
Да нечем дарити…
 
 
Подарю тебя, милая,
Дорогим подарком,
 
 
Дорогим, душа, подарком,
Жемчугом, китайкой». —
 
 
«Жемчугу я не хочу,
Китайки не надо,
 
 
Когда любишь, мил, то купишь
Золото колечко;
 
 
Золотое я колечко
Прижму ко сердечку…»
 
«Выйду на улицу – солнца нема…»
 
Выйду на улицу – солнца нема,
Парни молодые свели меня с ума.
Выйду на улицу, гляну на село —
Девки гуляют, и мне весело.
 
 
Матушка родная, дай воды холодной,
Сердце мое так и кидает в жар.
Раньше я гуляла во зеленом саду,
Думала, на улицу век не пойду.
 
 
А теперь под вечер аж пятки горят —
Ноженьки резвые в пляску хотят.
Я пойду на улицу, к девкам пойду,
Голосом звонким я им подпою.
 
 
Матушка, слышишь, соловушка поет,
А там, под горою, пляска идет —
Девки голосистые звонко поют,
Мне да, молоденькой, спать не дают.
 
«Еще что же вы, братцы, призадумались…»
 
Еще что же вы, братцы, призадумались,
Призадумались, ребятушки,
                                   закручинились,
Что повесили свои буйные головы,
Что потупили ясны очи во сыру землю?
 
 
Еще ходим мы, братцы, не первый год,
И мы пьем-едим на Волге все готовое,
Цветно платье носим припасенное.
 
 
Еще лих на нас супостат злодей,
Супостат злодей, генерал лихой,
Высылает из Казани часты высылки,
Высылает все-то высылки солдатские,
Они ловят нас, хватают
                               добрых молодцев,
Называют нас ворами, разбойниками.
 
 
А мы, братцы,
              ведь не воры, не разбойники,
Мы люди добрые,
                        ребята все повольские,
Еще ходим мы на Волге не первый год.
Воровства и грабительства
                                  довольно есть.
 
«Живет моя отрада…»
 
Живет моя отрада
В высоком терему,
А в терем тот высокий
Нет ходу никому.
 
 
Я знаю, у красотки
Есть сторож у крыльца,
Но он не загородит
Дороги молодца.
 
 
Войду я к милой в терем
И брошусь в ноги к ней!
Была бы только ночка
Сегодня потемней.
 
 
Была бы только ночка,
Да ночка потемней,
Была бы только тройка,
Да тройка порезвей!
 
Жигули
 
Пересохни, Волга-речка,
Перестань болеть, сердечко.
 
 
Ветер дует, лес качает, —
Жигули вы, Жигули,
По мне милочка скучает, —
До чего ж вы довели!
 
 
На колечке два глазка,
Милый бросит – мне тоска.
 
 
На том боку утка крячет,
Жигули вы, Жигули,
Не по мне ли милка плачет? —
До чего ж вы довели!
 
 
Ты прикрой меня полою,
Пройду улицу с тобою.
 
 
У меня милашек девять,
Жигули вы, Жигули,
Что теперича мне делать? —
До чего ж вы довели!
 
 
У мого миленочка
Ум как у теленочка.
 
 
Полюбилась мне присуха, —
Жигули вы, Жигули,
Девяносто лет старуха, —
До чего ж вы довели!
 
«Как у нас во садочке…»
 
Как у нас во садочке,
Как у нас во зеленом,
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Хорошо пташки пели,
Хорошо воспевали.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Я пташек любила,
Послушать ходила.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Как за эти слушки,
За эти послушки
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Меня батюшка бил-бил,
Родна матушка била-била,
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Не легким – тяжелым:
Из веничка лозою,
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Из веничка лозою
По моему подолу.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Со этих побоев
Три неделюшки пролежала;
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Три неделюшки пролежала,
Со постелюшки не вставала.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
Со постелюшки не вставала
И людей не признавала.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
 
На четвертую стала вставати,
Людей признавати.
Люшеньки, люли-люли!
Спой – люшеньки-люли!
 
Калинка
 
Калинка, калинка, калинка моя!
В саду ягода малинка, малинка моя!
 
 
Ах! Под сосною под зеленою
Спать положите вы меня;
Ай, люли, люли, ай, люли, люли,
Спать положите вы меня.
 
 
Калинка, калинка, калинка моя!
В саду ягода малинка, малинка моя!
 
 
Ах! Сосенушка ты зеленая,
Не шуми же надо мной!
Ай, люли, люли, ай, люли, люли,
Не шуми же надо мной!
 
 
Калинка, калинка, калинка моя!
В саду ягода малинка, малинка моя!
Ах! Красавица, душа-девица,
Полюби же ты меня!
 
 
Ай, люли, люли, ай, люли, люли,
Полюби же ты меня!
 
 
Калинка, калинка, калинка моя!
В саду ягода малинка, малинка моя!
 
Коробушка

слова Н. Некрасова[2]2
  Народное переложение начала поэмы Н. Некрасова «Коробейники». – Прим. ред.


[Закрыть]

 
«Ой, полна, полна коробушка,
Есть и ситцы, и парча.
Пожалей, моя зазнобушка,
Молодецкого плеча!
 
 
Выди, выди в рожь высокую!
Там до ночки погожу,
А завижу черноокую –
Все товары разложу.
 
 
Цены сам платил немалые,
Не торгуйся, не скупись:
Подставляй-ка губы алые,
Ближе к милому садись!»
 
 
Вот уж пала ночь туманная,
Ждет удалый молодец.
Чу, идет! – пришла желанная,
Продает товар купец.
 
 
Катя бережно торгуется,
Все боится передать.
Парень с девицей целуется,
Просит цену набавлять.
 
 
Знает только ночь глубокая,
Как поладили они.
Расступись ты, рожь высокая,
Тайну свято сохрани!
 
Летят утки
 
Летят утки, летят утки и два гуся.
Ох, кого люблю, кого люблю —
                                      не дождуся.
Приди, милый, приди, милый,
                                      стукни в стену,
Ох, а я выйду, а я выйду, тебя встречу.
Мил уехал, мил уехал за Воронеж.
Ох, теперь его, теперь его не воротишь.
Когда милый, когда милый,
                                      бросать станешь,
Ох, не рассказы… не рассказывай,
                                      что знаешь.
Ох, как трудно, ой, как трудно
                                      расстаются —
Ох, глазки смотрят, глазки смотрят,
                                      слезы льются.
Цветет колос, цветет колос,
                                      к земле клонит,
Ох, по милому, по милому сердце ноет.
 
Любо, братцы, любо
 
Как на грозный Терек,
                              как на грозный Терек
Выгнали казаки сорок тысяч лошадей.
И покрылся берег, и покрылся берег
Сотнями пострелянных,
                              порубленных людей.
 
 
Любо, братцы, любо,
Любо, братцы, жить!
С нашим атаманом
Не приходится тужить.
 
 
А первая пуля, а первая пуля,
А первая пуля в ногу ранила коня.
А вторая пуля, а вторая пуля,
А вторая пуля в сердце ранила меня.
 
 
Атаман узнает, кого не хватает,
Эскадрон пополнится,
                              забудет про меня.
Жалко только волюшки
                              во широком полюшке,
Жалко сабли вострой да буланого коня.
 
«Меж высоких хлебов затерялося…»

слова Н. Некрасова[3]3
  Народная переработка стихотворения Н. Некрасова «Похороны». – Прим. ред.


[Закрыть]

 
Меж высоких хлебов затерялося
Небогатое наше село.
Горе горькое по свету шлялося
И нечаянно к нам забрело.
 
 
Ой, беда приключилася страшная,
Мы такой не видали вовек:
Голова ль ты моя, бесшабашная —
Застрелился чужой человек!
 
 
Суд приехал… допросы —
                                тошнехонько,
Догадались деньжонок собрать.
Осмотрел его лекарь скорехонько
И велел где-нибудь закопать.
 
 
Меж двумя хлебородными нивами,
Где прошел неширокий долок,
Под большими плакучими ивами
Успокоился бедный стрелок.
 
 
Будут песни к нему хороводные
Из села на заре долетать,
Будут нивы ему хлебородные
Безгреховные сны навевать.
 
«Мы на лодочке катались…»
 
Мы на лодочке катались,
Золотистой, золотой.
Не гребли, а целовались,
Не качай, брат, головой.
 
 
В лесу, говорят, в бору, говорят,
Растет, говорят, сосенка.
Слюбилася с молодчиком
Веселая девчонка.
 
 
Я тогда тебе поверю,
Что любовь верна у нас, —
Поцелуй меня, мой милый,
Без отрыву сорок раз.
 
 
В лесу, говорят, в бору, говорят,
Растет, говорят, сосенка.
Понравился мне, девице,
Молоденький мальчонка.
 
 
Меня маменька ругает,
 

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю