Текст книги "Высший балл (ЛП)"

Автор книги: Rurouni Star

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Гермиона обнаружила, что не может говорить.

Через секунду он обернулся, опершись на стол, его лицо было непроницаемо. Она внезапно поняла, что это означает, что он чувствует себя неловко.

Тогда Забини протянул ей руку, и Гермиона вспомнила, что лежит на полу. Она ухватилась за него, немного дрожа, он потянул её наверх.

– Что… – он сглотнула. – Что это было… – звук собственного голоса казался ей странным.

Он вытащил что-то из книги, Гермиона посмотрела мимо него и увидела, что страницы в ней как будто выгорели. Ей потребовалось время, чтобы понять, что он сжимает в пальцах.

– Мандрагора?

Забини неожиданно усмехнулся. В это был какой-то странный юмор, она почти физически почувствовала, как он качнулся, коснулся рукой головы.

– Мерзкая магия. Поверь, ты не хочешь знать.

Гермиона нахмурилась.

– Поверь, хочу. Всегда хочу…

Внезапно он со стоном повалился вперёд. Гермиона удивленно моргнула и шагнула ему навстречу, чтобы успеть подхватить его. Её колени подогнулись, когда она принял весь его вес на себя. Гермиона запоздало поняла, что он действительно потерял сознание.

…ей просто пришлось назвать этот день скучным.

========== 4 ==========

Комментарий к 4

ФБ опять сожрал пробелы. Также могут быть опечатки, буду признательна за ПБ :)

Его пробуждение было ознаменовано громким стоном.

Что-то лежало на его глазах. Тёплое и влажное. Какая-то ткань. В голове словно били по огромному барабану. Резкая боль прошила насквозь – от лба до затылка, – когда он попытался подвинуться, кто-то цокнул языком.

Его снова уложили на кровать, когда он предпринял ещё одну попытку подняться.

– Пока нет. Нужно ещё время.

Блейз нахмурился. Этот голос – властный, резкий тон. Осознание вдруг нахлынуло на него, и он снова застонал, теперь стон его был насквозь пронизан чем-то средним между унижением и страданием.

– Чёрт возьми, Грейнджер, отпусти меня.

Гермиона вздохнула, явно не одобряя этого. Скорее всего, он готов был поспорить, она снова следовала каким-то инструкциям. И одному Мерлину известно, каким именно. Он постарался игнорировать шум в голове, снял повязку с глаз. Яркий свет ошеломлял, почему-то всё казалось ярче, чем обычно. Он ясно видел её: хмурый взгляд, напряжённый рот, а за этим всем – ещё большее раздражением.

– Я же говорила тебе, – заявила она. – Любая стимуляция способностей, скорее всего, будет неприятна.

Она как будто цитировала учебник. Он готов был поспорить, что она что-то скрывала от него.

– Хорошо, – сказал он. – Выкладывай.

Гермиона прищурилась, глядя на него.

– О чём ты?

Блейз дёрнулся, когда она повысила голос, но остался на месте. Он лежал на какой-то кушетке, вероятно, в какой-нибудь дальней комнате библиотеки.

– Ты смотришь на меня так высокомерно, – сказал он, – будто хочешь сказать что-нибудь вроде «Извини, но ты жалок».

Гермиона нахмурилась.

– Я не…

– Ты да, – он получил странное удовлетворение от её замешательства. – Однако, если ты забыла, мне пришлось расколдовать эту чёртову книгу.

Она нахмурилась ещё сильнее.

– Я собиралась сказать, что нет такого…

– Ты меня не слушаешь. Ты не собиралась, но ты хотела, – что ж, он почти восстановил чувство собственного достоинства. Перевод стрелок почти всегда срабатывал.

Гермиона фыркнула, уперев руку на бедро.

– Может быть, мне не стоило беспокоиться, если ты себя так ведёшь. Кроме того, ты благополучно упустил тот факт, что снова шпионил за мной.

Блейз сдержался от желания хлопнуть себя по лбу, только одарил её взглядом, который кричал: «Ты сумасшедшая!».

– Если бы не я, ты бы уже была мертва.

Он честно думал, что она найдётся, что ответить и на это. Однако, вопреки всем его ожиданиям, она замолчала.

Это заставило его на мгновение оторопело задуматься над неожиданной причиной того, что позволило ему одержать верх в словесной перепалке. Это была необычная, даже странная мысль, а его лоб всё был влажным.

– Ты действительно не поняла? – спросил он её.

Гермиона сглотнула, но ничего не ответила.

– Они делают эти книги из двух десятков мандрагор, – сообщил он ей, пытаясь нашарить рукой свою палочку. – Связующим веществом, конечно, является человеческая кровь – по какой-то причине это ужасно хорошая мазь или просто для выпендрёжа. А потом, в какой-то момент… – он неопределённо махнул рукой, – их смертельные крики срываются со страниц книги.

– Это… – Гермиона задохнулась. – Это ужасно!

Он кивнул.

– Такое редко встречается. Подобные книги требуют большой подготовки, но я знаю по крайней мере одного аврора…

– …уничтожить так много беспомощных существ, просто чтобы… чтобы… это ужасно! Неудивительно, что маглы думают о нас в таком ключе, учитывая те ужасные вещи, которые люди продолжают делать!

Остальное Блейз уже не слушал. Он вдруг увидел её в совершенно новом свете. Изменения в его отношении к ней – тщательно прописанный процесс, представленный ниже для вашего удобства.

Во-первых, Блейз мысленно открыл в своей голове маленькую записную книжку, на обложке которой было написано «Гермиона Грейнджер». На первой странице было написано совсем немного, в основном выцветшие слова и даты. Там было нечто вроде этого:

Примерно 9 лет назад: какая-то гриффиндорка. Скорее всего, маглорожденная. Макгонагалл её обожает.

Затем, ниже, чуть более чётким, сформировавшимся почерком:

Примерно 8 лет назад: она маглорожденная. Обошла меня по всем предметам. Все учителя без ума от неё, кроме Снейпа.

В общем-то она выпала из его небольшого журнала вплоть до шестого курса. Там было несколько комментариев, за которыми следовало большое количество страниц с размышлениями, датированными неделей ранее. В настоящее время он добавил ещё один небольшой комментарий:

Сегодня: я отказываюсь от всех своих слов о великолепном уме Грейнджер, она сошла с ума. Широко раскрытые глаза, мандрагора превратила её в безумца.

В какой-то момент во время всего этого, что не заняло так уж много времени, как можно было подумать, Гермиона замерла, обеспокоенно глядя на него. Как будто это он нуждался в помощи.

– …ты в порядке, Забини?

Он обнаружил, что неотрывно смотрит на неё. Я? хотел он спросить. А что насчёт тебя? Твоё приглашение в психлечебницу Мунго потеряли на почте? Вместо это он промолчал, проявив, как ему показалось, восхитительную выдержку.

– Может быть, тебе следует ещё немного полежать, – медленно произнесла она, бросив на него ещё один взгляд. – Пойду приготовлю чай…

Блейз почувствовал, как его придавило к маленькой вязаной подушке, когда она поднялась на ноги. Он позволил себе эту слабость, несмотря на унижение, даже разрешил ей положить на лоб влажную ткань.

В какой-то момент он даже подумал, что надо бы отправить сову Грюму. Это безнадёжно, написал бы он. Она всё равно отказалась.

Но он отогнал от себя эту мысль. Мало того, что ответ Грюма был бы крайне язвительным, так ещё и проблему это не решит. А ещё были долги, старые причины и совсем другие вещи…

Она ходила по комнате, осторожно гремела кастрюлями и сковородками, пытаясь найти чайник.

Блейз прижал руку к глазам, пытаясь приглушить тупую пульсирующую боль в голове. Он мельком увидел свою палочку, лежащую на столе.

– Ты всё ещё хочешь быть сама по себе? – спросил он её, стараясь придать своему тону максимальное безразличие, но всё же не смог удержаться от язвительной нотки. Возникла мысль, что она просто выдавала себя за гения, когда на самом деле была просто забывчивой овцой. Бе-е.

Он услышал звон чайника, когда она поставила его на стол. Последовала пауза, и он понял, что она напряжённо размышляет.

– Мне не нужна защита Скримджера, – сказала она через некоторое время.

– Меня зовут не Скримджер, – ответил он. – Я и в половину не так уродлив.

– Во-первых, – возразила Гермиона, – тебе платить Министерство…

– Не так уж и много, – сказал Блейз, но Гермиона продолжила громче:

– …а во-вторых, не имеет ни какого значения, на сколько ты привлекателен. Это, кстати, спорный вопрос.

А вот это уже удар ниже пояса.

– По крайней мере, моё лицо не изуродовано шрамами, – сказал он, приподнимая ткань на глазах, чтобы посмотреть на Гермиону. – Единственный, кто превзошёл Скримджера в отделе магического законодательства, – это Грюм.

Гермиона слегка хмыкнула, готового ответа у неё на это не было. Он видел её спину, когда она нагнулась и потянулась, ища в шкафчиках чая. Карандаш в её волосах готов был вот-вот выпасть, пряди выбились из причёски. Она подпрыгнула, пытаясь дотянуться до верхней полки за не распечатанной упаковкой Эрл Грей. Она не была ни высокой, ни низкой, если бы не её физическое присутствие, она была бы незаметно во всех отношениях. На самом деле её отличали ум и решительность, и это…

Он вздохнул, когда она снова подпрыгнула, пытаясь добраться до чая.

– Акцио.

Маленькая коробочка пролетела по воздуху и приземлилась прямо ему в руку. Блейз снова сел, протягивая Гермионе коробку, а другой рукой потирая висок.

Гермиона посмотрела на него с ужасом, который он видел прежде всего несколько раз. Это выражение появлялось на её лице, когда кто-то обставлял её.

– Ты очень умна, – решительно сказал он ей. – Возможно, гений, – она моргнула, когда он бросил ей коробку, и резко дёрнулась, поймав её. – Но у тебя нет ни капли здравого смысла.

Он мог с уверенностью сказать, что она отчаянно хотела доказать, что он неправ. Он давно стал замечать в ней эту рефлекторную реакцию на чьи-нибудь слова о том, что она в чём-то не так хороша, как считала. Он видел, как она опустила глаза, не произнесла ни слова. Она никак не могла опровергнуть его слова.

– …ну? – спросил он. Он понимал, что настаивать на этом было жестоко, но прямота была в этой ситуации просто необходима. Её чувства не были тем, что действительно беспокоило его в тот момент.

Гермиона колебалась, не поднимая взгляда.

– Я сама справлюсь, – наконец ответила она. Но в этот раз в её голосе он смог услышать что-то, что сдало её с потрохами. Это была последняя попытка.

– Ты уязвима, – сказал Блейз. – И своим отказом от бесплатной помощи ты делаешь хуже только себе.

Она подняла глаза, и он увидел, что она не подавлена.

– Что за помощь? – спросила она с вызовом. – Что это значит, мистер Забини?

Он сбросил влажную тряпку со лба, сел, перекинул её на стол. Усмехнулся.

– Почему бы нам это не обсудить, мисс Грейнджер?

***

Беседа, последовавшая за этим, была долгой, но на удивление приятной. До того момента, когда Гермиона случайно опрокинула на него чайник с чаем.

Он ещё не успел остыть, и Блейзу пришлось приложить все усилия, чтобы не показать, что ему больно.

– Извини, – испуганно произнесла Гермиона. – Рука соскользнула.

Она с громким лязгом отшвырнула чайник к противоположной стене и пулей вылетела из комнаты.

Блейз тряхнул головой, капли с волос упали на лицо.

– Ладно, – пробормотал он, на его губах играла лёгкая улыбка. – В тебе нет здравого смысла, а я вот не знаю, как оставить тебя в покое.

Конечно, это была его вина. Он ожидал, что она не очень-то обрадуется его предложению остаться у неё дома. Но, вероятно, всё могло бы быть гораздо хуже, если бы он намекнул на то, что Гарри и Рон раньше так делали.

Он слишком уж резко реагировала на подобного рода поддразнивания. Возможно, потому что, как она и сказала, чувство юмора у него было просто отвратительным.

Вздохнув и пожав плечами, он положил чайник в раковину и приложил все усилия, чтобы очистить диван. Что же касается его самого, то тут он был в замешательстве. Чистящие чары были не лучшей идей в случае с поражённой кожей, а Эванеско плохо отражалось на одежде. В конце концов, он просто высушил одежду и постарался смириться с запахом бергамота, обещавшим преследовать его до конца дня.

Гермиона уже собирала свою сумку с книгами, когда он выполз из комнаты. Обгоревшая книга всё ещё лежала на столе, от неё исходил лёгкий дымок. Он был рад, что Гермиона ещё не избавилась от неё. Это упрощало дело.

Блейз протянул руку, чтобы взять сумку с книгами, и закинул её на плечо. Гермиона бросила на него яростный, полный подозрения взгляд. Она была абсолютно права в своих предположениях. Книги были для Гермионы Грейнджер не хуже заложников.

– Значит, договорились? – спросил он, словно не она выплеснула на него чай совсем недавно.

Она попыталась перехватить свою сумку, но он вовремя отскочил.

– Я защищаю твои книги, – сказал он серьёзным тоном. – Мы же не хотим, чтобы что-нибудь случилось… – быстрый взгляд, – с «Трактатом о долгосрочных последствия многократного заживления костей», – он сдержал тяжёлый вздох. Она ведь даже близко не собиралась связать свою жизнь с медициной. Зачем?

– Ты не посмеешь, – сказала она ему.

Он бросил безобидный взгляд на дымящуюся книгу.

– О Мерлин. Ты забыла это убрать, Грейнджер, – взмах палочки, книга вспыхнула и исчезла.

Она уставилась на небольшое выжженное пятно на деревянном столе – всё, что осталось от книги мандрагоры.

Когда она не ответила, он поднял сумку немного повыше.

– Ужасная расточительность, – добавил он.

Её глаза сузились.

Она взяла свою палочку.

– Ты и понятия не имеешь, о чём вообще этот трактат, – прошипела Гермиона.

Он поднял брови.

– Да не собираюсь я красть твои книги. Меня не интересует талмуд, чьё название длиннее обратного адреса, – пауза. – Ты хочешь перекусить, прежде чем идти домой?

Она покраснела.

– Ты не… Я бы лучше поужинала с…

– Мандрагорой?

Он уже чувствовал, как к нему постепенно возвращается хорошее настроение.

Её глаза снова сузились. Он проигнорировал это и прошёл мимо неё к двери.

Когда он заметил, что она не идёт за ним, то покачал головой и оглянулся.

– Ты готова пойти со мной в Лютный переулок, но не в ресторан?

Гермиона пробормотала что-то нелестное в его адрес себе под нос и пошла за ним.

========== 5 ==========

Комментарий к 5

Не вычитано.

– А, я понял. Это то, что называется «наказание молчанием», – пауза. – Знаешь, я никогда не понимал этого. С одной стороны, мне даже нравится полная тишина. Всё сразу становится таким спокойным. Особенно сегодня.

Нет ответа.

– С другой стороны, я думаю, ты не совсем продумала этот момент, как, в прочем, и всё остальное. Например, когда к нам подойдёт официантка, чтобы принять заказ, ты будешь выглядеть ужасно глупо, просто сидя и молча глядя меня, как сейчас. И так как я не имею ни малейшего понятия, что бы ты хотела, мне придётся заказать еды для себя и искренне надеяться, что с тобой всё будет хорошо. Правда, я не думаю, что тебе будет комфортно просто сидеть и смотреть, как я ем.

– Мерлин, ты вообще молчишь когда-нибудь? – раздражённо спросила Гермиона.

Губы Блейза дёрнулись в подобии улыбки, он откинулся на спинку стула.

– Частенько. Тебе просто надо пробудить во мне разговорчивость.

Она разочарованно фыркнула, и он попытался сдержать смех. Он скрыл его за неубедительным кашлем, который, казалось, раздражал ещё больше.

Гермиона Грейнджер не была опасным человеком. На самом деле она выглядела как сердитая серая мышь. Пи-пи.

– …не шучу, – горячо сказала она. – Если ты и дальше будешь вести себя как… какмалолетка, мне придётся связать тебя по рукам и ногам и бросить в чулан.

– Меня бы это не остановило, – легко ответил он. Естественно, он знал способы, как освободиться, когда ты связан. – Ну и кто же из нас только что сказал «Я с тобой не разговариваю, а? – он сделал глоток воды, Гермиона открыла рот, собираясь что-то сказать, но подошла официантка, и ей пришлось отложить свою речь, чтобы сделать заказ.

Но как только официантка отошла на приличное расстояние, Гермиона вскочила, будто её ничто и не отвлекало.

– Вот об этом я и говорю! – яростно прошипела она. – Именно об этом! Не имеет значения то, что мы оба понимаем, что ты ведёшь себя просто отвратительно, – у него было стойкое ощущение того, что слово, более грубое, чем «чёрт», заставило бы её покраснеть, – потому что так или иначе ты всегда поворачиваешься ко мне спиной, будто бы я не вежлива…

– Я хоть раз назвал тебя невежливой? – оскорблённо произнёс Блейз, и она прищурилась.

Последовала долгая, неловкая пауза, и им принесли еду. На этот раз она действительно заставила его несколько раз удивлённо моргнуть.

– Никогда прежде мне не хотелось так сильно кого-нибудь убить, – сказала она наконец. – Тебе повезло, что есть люди, которые будут по тебе скучать.

Он улыбнулся на её слова, чем застал её врасплох. На самом деле, это его самого застало врасплох. Казалось, мышцы лица отвыкли от улыбок.

Как давно я улыбался последний раз?

Не той ухмылкой, которой он одаривал всех вокруг. Этому было трудно научиться, чтобы не нервировать людей, когда ему это было нужно. Он вдруг обнаружил, что не может вспомнить, когда последний раз просто улыбался, и это немного озадачило его.

– …кроме того, Грюм будет очень недоволен, – быстро произнесла она, пытаясь заполнить паузу. – Заставит ещё меня обучать твою замену.

– Сомневаюсь, – ответил Блейз, пытаясь отогнать от себя странные мысли. – Он бы сказал, то получил то, что заслужил. Ослабь мою бдительность, – он указал пальцем на свой глаз. – Тогда я тоже присмотрю за вами, мисс Грейнджер.

Она удивлённо моргнула и, казалось, снова была застигнута врасплох. Однако их еда подоспела прежде, чем Гермиона успела придумать остроумный ответ. Им пришлось прервать беседу, дабы утолить зверский голод.

***

Это было какое-то странное, новое чувство – быть вхожим в чей-то дом. На самом деле, в этом был лёгкий намёк на что-то нескромное, скорее даже интимное, пока Гермиона не одарила его подозрительным взглядом. После этого напряжение, витавшее в воздух, спало.

Блейз заметил охранные заклинания на доме, когда проходил сквозь них. Конечно, раньше он и самовольно забирался туда, но в один раз он уже нёс хозяйку дома на руках, что деактивировало почти все из них. Конечно же, Гермиона не предусмотрела то, что она должна быть в сознании, – ещё одна ошибка, подумал Блейз, которую он никогда бы не совершил. Пожалуй, стоит сказать ей, что пора бы обновить охранную систему.

Второе, что привлекло его внимание, это планировка дома. Всегда нужно знать все выходы и выходы и, конечно же, оборонительные позиции и места, где можно спрятаться. Шкаф у входной двери почти сразу же привлёк его внимание. Хорошее место, чтобы спрятаться, если хочешь устроить засаду на нежеланного гостя.

Когда-то он счёл бы подобный параноидальный ход мыслей просто безумием. На самом же деле, это всё ещё иногда поражало его, но уже несколько раз спасало ему жизнь. Долгосрочное планирование было одной из тех многочисленных вещей, в которых он был чертовски хорош, и одной из малочисленных, за которые он когда-либо получал одобрение от Грюма. Он неохотно хвалил его, но Блейз всегда знал, что тот имеет в виду.

Блейз уже раскрыл один из своих мысленных дневников, чтобы зарисовать план дома, когда Гермиона обернулась и посмотрела на него.

– Что ты делаешь? – спросила она.

Он растерянно моргнул.

– Думаю, – ответил Блейз. Она нахмурилась.

– А ты не мог бы закрыть входную дверь на время своего мыслительного процесса? – раздражённо бросила Гермиона. – Холодно.

Блейз осознал свой промах, с трудом удержался, чтобы не покраснеть. Это Грейнджер можно быть рассеянной, а не ему. Он повернулся, что ногой толкнуть дверь, казалось бы, слишком уж напыщенным жестом, будто бы это вовсе не важно.

Она вздохнула и бросила пальто на вешалку. Заколдованный предмет потянулся, чтобы поймать одежду, но не успел. Блейз направил на него палочку и передвинул поближе.

Гермиона странно посмотрела на него. Как будто он был идиотом. Он вдруг почувствовал, что в её взгляде было нечто такое, что заставило его сердце пропустить удар, а затем быстрее, с новой силой.

Он бросил на неё быстрый взгляд.

– Есть ещё что-то, о чём мне надо знать? – было легко переложить всю вину на неё, даже слишком. Он видел, как она нахмурилась и покачала головой, но этот маленький акт унижения оставил осадок.

– Вешалки для полотенец такие же, – сказала она, вытаскивая карандаш из волос. – Это лучше, чем собирать их каждое утро.

Он убрал палочку обратно.

– Сюрпризы для авроров, как правило, заканчиваются плохо, – сказал он. – Нас учили предотвращать их любыми способами.

Её губы дрогнули, она расчесала пальцами спутанные золотисто-каштановые волосы.

– Я заметила. В общем, ты спишь на диване, и хочу предупредить, что ночью должно быть тихо.

Блейз слегка нахмурился, но Гермиона уже отвернулся, очевидно, планируя запереться в своей спальне и не покидать её до утра. Это было ожидаемо. Он почти уверен, что ему достанется диван. На самом деле, это была его вина, но он всё равно не ожидал, что его примут как дорогого и желанного гостя.

– Вот ты где. Тебе нужно расслабиться после такого потрясения, – он моргнул и повернулся, Гермиона протягивала ему стопку одеял и подушек. – Ванная дальше по коридору, первая дверь справа. Если ты решишь войти в мою комнату, то у тебя должна быть веская причина для этого, – пауза. Она посмотрела на него сверху вниз. – Я проснусь в восемь. Но ты это уже знаешь.

Он кивнул, она почесала кончик носа. Из-за распущенных волос она казалась более ранимой и мягкой. А может быть, просто устала. Или может быть…

– Спокойной ночи, – произнесла она немного резко.

– …спокойной ночи, – эхом отозвался он.

Солнце садилось за окном. Чтобы прервать этот неловкий момент, Гермиона развернулась и пошла в свою комнату. Что ж, чего-то подобного он от неё и ожидал.

Блейз положил стопку постельного белья на диван, а затем сел на него, временно выбросив из головы мысли о планировке дома. Вместо этого в голове зазвучал голос Грюма.

– Просто держись подальше от женщин, – рычал его наставник после того, как одна из секретарш Министерства нажаловалась на него за то, то он взорвал её рабочий стол. – Авроры обычно нормальные, но даже у них не всё в порядке с головой. Кроме того, они всё портят.

Он удивился, почему это пришло ему в голову именно сейчас.

Блейз заглянул в свою мысленную записную книжку, на обложке которого было написано «ГермионаГрейнджер». Страницы, на которых он хранил свои первые впечатления о ней, последующие воспоминания, свои обиды на отсутствие у неё здравого смысла и избыток интеллекта.

Нигде – нигде – не упоминалось, что она женщина.

Он вспомнил локон её волос, спадавший на лицо. Маленькую морщинку в уголке рта. То, как тусклый свет смягчал черты её лица, делая её ещё более привлекательной для её возраста. Его возраста. Определённо его возраста.

О Мерлин.

Внезапно он решил, что все эти вещи не следует добавлять к его списку наблюдений. Пожалуй, будет лучше, если он вообще об этом забудет.

Но когда он откинулся на подушку, глядя на потолок в темнеющей комнате, он не мог понять, что все ещё мысленно видит тот на удивление чёткий образ в золотисто-карем свечении и как маленький локон касается её щеки.

========== 6 ==========

Комментарий к 6

Случилось так, что я загрузила повторно 5 главу вместо 6. Прошу прощения.

Мало сплю, много работаю (хаха, да работаю). Уже сегодня возвращаюсь домой, и очень надеюсь в скором времени закончить этот перевод.

– Я опаздываю!

В коридоре послышался громкий топот. Можно было легко представить, как она прыгает на одной ноге (да, именно так), отчаянно пытаясь надеть носок. Быстро проводит пальцами по волосам, не используя расчёску, чтобы сэкономить время. Её волосы, скорее всего, выглядят как крысиное гнездо. А сейчас, вероятно, судя по звукам, она хватает пальто и шарф. Хотя на самом деле можно было подумать, что эти звуки издаёт отчаянно сопротивляющаяся вешалка.

Блейз вежливо улыбнулся и отхлебнул чаю.

– Ты!

Он подождал немного, будто бы она обращалась не к нему, а к невидимому человеку, вдруг оказавшемуся рядом с ним. Но её невидимый собеседник не ответил ей, и Блейз повернулся к ней с сангвиническим, почти святым любопытством на лице.

Глаза Гермионы сузились.

– Ты, – повторила она.

– Я? – он изобразил растерянность.

– Ты меня не разбудил.

Блейз поднял брови с притворный удивлением, продолжая потягивать чай.

– Ты сказала, что я не должен заходить в твою комнату, – пауза. – Тем более, я думал, у тебя есть эта магловская штуковина, которая тебя разбудит.

– Будильник! – она начала закипать. – Который я забыла завести, потому что ты… ты…

– Что я? – он сделал ещё глоток чая, каким-то образом умудряясь сохранять на лице выражение притворной, почти комичной озабоченности.

– Бесишь меня! – прошипела она. – Специально! Прямо как сейчас!

– Оу, – сказал он. – Ну, извини, – и сделал ещё глоток чая.

Гермиона издала сдавленный звук, который он, казалось, проигнорировал.

– Знаешь, – лениво добавил он, – если эти часы идут правильно, то ты только что потратила ещё три минуты, крича на меня, Грейнджер.

Её взгляд метнулся к часам, и он видел по её взгляду, что внутри неё происходила борьба. Очевидно, она хотела отчитать его за якобы плохое поведение, но мысль о том, что это не сильно-то поможет, была для неё мучительной. Победило, конечно же, нежелание опаздывать, как он и думал, и Гермиона, бросив на него последний яростный взгляд, повернулась к двери.

Блейз подождал, пока за ней захлопнется дверь. Затем очень и очень непринуждённо поставил чашку в раковину и исчез.

***

– Кем он себя возомнил… и говорит ещё с таким выражением… – Гермиона от души пнула бетонную стену. – Я не буду это терпеть. Не буду.

Прошлой она надеялась, что всё будет не так плохо, как она ожидала вначале. Что это будет терпимо. Он, казалось, немного успокоился после этих жутко раздражающих игр разума и, может ли она вообще на такое рассчитывать? немного расслабился. Но, конечно, это не могло продолжаться долго. Нет. Должно быть, он просто устал. И Мерлина ради, она не сможет больше иметь с ним дело, если он продолжит так раздражать её каждый день!

Гермиона свернула за угол, кивая на свои собственные мысли. Она рассеянно остановилась на пешеходном переходе, хотя ходила этим путём не раз. Наверное, прошлой ночью шёл дождь – улицы были отвратительно мокрыми и грязными, а небо – пасмурно серым.

Правильно. Первое, что она сделает, когда вернётся домой, это напишет Грюму язвительное письмо о его глупом, злобном ученике. Затем она просто сделает копии письма и отправит их Гарри и Рону. Это послужит хорошим уроком Блейзу. Может быть, в этот раз она сможет направить в правильное русло их желание защитить её.

– А потом, – пробормотала Гермиона себе под нос, – я брошу в него книгу, – она остановилась на середине мысли. – Не очень хорошую книгу. Ту, которая мне не нравится. Найду какой-нибудь толстый любовный роман, который читать не возможно из-за розовых соплей. Ха! Да, именно так. Посмотрим, как мистер «Я профессиональный аврор, не пытайтесь повторить это дома» справится с этим!

Именно в этот момент, когда она уже вышла на проезжую часть, судьба решила ещё немного подпортить этот день.

Оглушительный звук автомобильного гудка заставил её подпрыгнуть от неожиданности, приложив руку к груди. Первой мыслью, конечно же, было беспокойство о книгах, которые выпали из сумки. Второй мыслью: «О Мерлин, машина».

По всем законам жанра, она была абсолютно уверена, что её сейчас собьют. В конце концов, наверное, оно того стоило – избежать смерти от суперсекретного, тёмного, запрещённого артефакта, чтобы просто попасть под машину. Это весело, ха-ха!

Но, как оказалось, этот момент Вселенная прозевала. Машина со свистом пронеслась мимо неё, облив её грязной водой из лужи.

Гермиона дёрнулась.

«О нет, всё в порядке. Он просто получит за это ещё больше». Конечно же, мистер аврор Забини был целиком и полностью виноват в том, что она оказалась в такой ситуации. В конце концов, у неё не было времени, чтобы как следует одеться и выпить кофе, это означало, что ей надо спешить, что она была чертовски раздражена и то, что она была рассеяна и не сосредоточена.

«Это всё его вина», – подумала она, стиснув зубы. Это было немного нелогично, но в козла отпущения в данный момент можно было превратить либо его, либо её саму, и Блейз больше подходил на эту роль.

Гермиона со вздохом подняла свои книги. «Посмотрим, что можно будет с этим сделать», – подумала она и быстро пошла прочь с дороги.

Она решительно отряхнула юбку, осторожно придерживая книги на сгибе руки. Несколько капель грязной воды просочились через материал. Послышался негромкий свист и хихиканье откуда сзади, когда она случайно приподняла юбку, когда отряхивала её.

– О, да ладно, – раздражённо пробормотала Гермиона, пытаясь одновременно удержать книги и поправить ремень сумки.

– Берегись! С дороги!

Она моргнула, подняла голову, но что-то толкнуло её в сторону прежде, чем она успела понять, что происходит. Гермиона обо что-то ссадила локоть и зашипела от боли.

Мимо на велосипеде пронёсся спешащий курьер. Одна из книг упала на землю.

Так. Кажется, она встала не с той ноги.

Гермиона подняла книгу, проклиная всё на свете, осознавая, что выглядит полной растяпой. Мерлин упаси, если она в таком состоянии будет работать до конца дня…

***

– Гермиона, мы уж думали, что ты… о, дорогая, что случилось?

Гермиона протопала с хмурым видом мимо женщины в очках средних лет, выражение лица которой быстро сменилось с приятно удивлённого на слегка растерянное. Туфли Гермионы при ходьбе хлюпали из-за скопившейся в них воды, а волосы прилипли к лицу. Чем меньше ей скажут по поводу её внешнего вида, тем лучше.

– Это утро, – сказала она, – худшее в моей жизни. И знаете почему?

– Эм… почему? – неуверенно спросила пожилая женщина.

– Потому что, – произнесла Гермиона, повышая голос, – из-за одного глупого, самодовольного, эгоистичного, высокомерного…

– Мерлин, Грейнджер, что с тобой случилось?

Гермиона приподняла брови. Её рука ещё крепче сжала ремешок сумки. Глаза сузились от ярости.

– Симона, – сказала она пожилой женщине, – то, что вы сейчас увидите, убийством не считается. Это, по сути своей, совершенно оправданное возмездие.

Блейз моргнул, ничуть не изменившись в лице, когда Гермиона начала искать свою палочку. Он предоставил ей это мгновение. Её одежда была мокрой насквозь, липкой и грязной, и когда она наконец нашла палочку, та была скользкой от дождевой воды.

– Эм… Гермиона? – осторожно спросила Симона.

– Не сейчас, не сейчас, – она сфокусировала взгляд на Забини, который стоял и смотрел на неё, не предпринимая никаких действий. Почему он ничего не делает? Почему не пытается остановить её? Он издевается над ней? И это всё?

– Милая… Гермиона…

– Не сейчас, Симона. Две секунды.

Почему он в галстуке? Почему у него в кармане лежат отвратительно дорогие очки для чтения? Почему он выглядит так, будто имеет полное право находиться здесь?

– Ах да, – сказал Блейз, на секунду задумавшись, – чуть не забыл. Министерство потребовало, чтобы я довёл эту библиотеку до государственных стандартов, – он выглядел абсолютно сбитым с толку приставленной к его горлу палочкой. – Ты должна понимать. Эта библиотека рассматривается как официальный источник информации для авроров.