![](/files/books/160/oblozhka-knigi-magiya-krista-356565.jpg)
Текст книги "Магия Криста"
Автор книги: Ри Солис
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Ри Солис
Магия Криста
Мы созданы из вещества того же,
Что наши сны. И сном окружена
Вся наша маленькая жизнь.
Уильям Шекспир, Буря
![](_0.jpg)
Пролог
– Кто ещё выжил? – кричит какой-то мужчина во тьме.
– Мира, ты должна успокоиться. Оставайся здесь, – говорит Лэй, сжимая её трясущиеся плечи. – Не уходи никуда. Ты не видишь, что здесь происходит. Мы находимся в развалинах Старого Города…
– Все мы умрём в этом треклятом месте! – звучит чей-то испуганный крик. – Это конец!
– Мира, – с железом в голосе произносит Лэй, и его сухие ладони касаются её щёк.
– Д-да. Я обещаю, что буду… буду ждать твоего возвращения, – едва слышно произносит она, и голос дрожит. – Обещаю. Обещаю. Но, Лэй, найди его. Найди, пожалуйста…
– Хорошо. Оставайся на месте, я быстро вернусь.
Лэй гладит её волосы и уходит.
Девушка опирается спиной на холодную поверхность камня, обнимает плечи, надеясь, что это поможет ей успокоиться.
Тяжёлый запах пыли, крики людей вокруг, странные, шаркающие звуки – в этой тьме Мира не может ничего различить. Но хочет верить, что с ним всё в порядке.
В порядке…
Нельзя паниковать. Представить его лицо. Почему это так непросто? Вспомнить звучание его голоса. Запах его рубашки. Гиацинт, этот цветочный, горьковатый аромат с шоколадными оттенками. Вспомнить прикосновение его рук…
Мира думала, что он ненавидит её, но узнала правду слишком поздно. Если бы знала раньше, то каждую секунду пыталась сохранить в памяти, пыталась бы запечатлеть каждую крупинку воспоминаний, как застывший мгновенный снимок…
Он сказал бы, что Мира просто плакса. Она бы возразила, что слёзы сами текут по её лицу, раздражают кожу щёк и шеи. Невозможно остановить их. Сухой кашель стягивает лёгкие, поднимаясь из глубины грудной клетки, и вскоре она вздрагивает от одной страшной мысли…
О, Криста, пусть здесь не будет отравленного пара!
Глава 1
– Быстро, тыковка, просыпайся! – звучит голос Анны с раздражением. – Вставай, или пропустишь завтрак.
Мира открывает глаза. Свет пробивается сквозь фиолетовые шторы с рисунком роз и оставляет блики на лепестках и листьях серых растений в комнате.
– Уже утро? – произносит она, тянет руки в стороны и зевает.
– Ты всегда так долго, – кричит Анна из туалета. – Я уже не смогу называть тебя тыковкой. Моей сестре уже семнадцать…
– И что с того? – говорит Мира и берёт зубную щётку.
В туалете новое зеркало с деревянной рамой и рисунком розовых бутонов. Сестра сама купила его на первую зарплату со своей работы в Отделе Теневых Наблюдателей, тех кто контролирует использование магии гражданами империи Мара.
Анна любит хвастаться своей работой, но Мира прогоняет эти мысли. Шум воды и аромат мыла пытается вернуть её из оков сна, но это не даёт особого результата, поэтому девушка снова зевает.
– Я не люблю этот праздник, – продолжает она и сплёвывает пену в раковину. – У меня неофициально две даты рождения из-за этой дурацкой ошибки на повязке. Это бесит!
– Но разве ты не получишь два подарка от друзей? – Анна расчёсывает свои коричневые, как молочных шоколад, волосы, потом толкает сестру в бок. – Пододвинься! Ты такая толстая, не влезаешь в зеркало.
– Не ври! Я не толстая, и я не получаю по два подарка, – парирует Мира и толкает её плечом.
Щётка падает в раковину, от неё отлетает ручка.
– Ой! Я нечаянно и… – говорит Мира и берёт свою расчёску, чтобы сестра не сломала её в отместку.
Анна ставит руки в боки, несмотря на то, что она старше на шесть лет, её милое лицо, фигура и поведение выдают её за старшеклассницу.
– Вот так… – начинает она.
– Я починю! – звучит голос отца, его седая голова в белом шарфе показывается в дверях. – Поторопись, тыковка. Сегодня ты сдаёшь магию.
Анна прыскает.
– Да. Да. Да. Как всегда, эта тупая процедура. Как всегда, – бормочет Мира в ответ.
– Кстати, у тебя уже стала заметна грудь, – говорит Анна и поправляет её футболку. – Ты не можешь носить такой бюстгальтер. Я дам тебе свой старый.
– Терпеть не могу эти давящие штуковины!
– Всё потому, что их нужно носить по размеру.
– Что плохого в том, чтобы не носить их?
– Все будут пялиться. Ну, парни вполне…
– Да иди ты!
– Кстати, кто это под именем Ав в твоём списке контактов? Это парень, не так ли? Кто это? Я его знаю?
–Ты лазила в моём порткоме? Это личная вещь! Я не трогаю твои вещи. Не трогай мои, – говорит Мира и выбегает в кухню. – Нужно срочно поменять пароль…
– Ингвар? – звучит голос Анны за её спиной. – Тебе плохо?
Мира поднимает взгляд. Отец сидит, сложив руки на столе и опустив голову. Обе сёстры подбегают к нему. Ингвару стукнул уже пятый десяток, крепкий орешек, но иногда бывают такие приступы.
– Что же делать? Что делать? – в голосе Анны проскальзывает паника.
Мира бежит в коридор. В полумраке узкого пространства сложно что-то разобрать. Нужно вспомнить кристазор и представить его на внутреннем взоре, прорисовав каждый завиток. Девушка щёлкает пальцами, когда маленькая магическая сфера взлетает в воздух, переливаясь, как жидкий огонь.
Где-то здесь должна валяться сумка отца, но здесь столько ненужных вещей. Пакетики с кормом для растений, пустые пакеты, старые тряпки. Нет! Когда Анна успела накидать всё это сюда?
Рука Миры проникает в самую глубь кучи, но чувствует острую боль в указательном пальце. Это что-то холодное. Кончики пальцев наконец находят мягкую ткань сумки…
– Мы должны что-то сделать. Ингвар? Отец не отвечает! Он просто сидит и молчит! – кричит Анна из кухни.
Мира вытягивает сумку, потом расстёгивает петли на застёжках. Через секунду у её ног оказывается содержимое. Руки дрожат, но нужно найти эту колбу с раствором. Он должен быть здесь. Тот светло-зелёный оттенок. Где же он?
– Помоги, Мира! – снова кричит Анна. – Помоги!
Девушка, наконец, разворачивает платок. В нём несколько колбочек, но нужна только одна.
– Помоги мне поднять его голову, – говорит Мира и открывает колбу. – Всего пару глотков. Пап, давай. Ты сможешь.
Несколько зелёных струек протекают по подбородку. Ингвар начинает кашлять, и его грудная клетка с тяжестью поднимается.
– Всё в порядке? Ты уверен?
– Мира…– звучит его тихий голос. – Иди на сдачу магии, а потом в школу. Хорошо? Я буду в порядке. Обещаю.
– Не обещай. Просто держись. Сходи к целителю. Он в прошлый раз говорил, что это из-за изменения климата в нашей провинции? Папа, я надеюсь, Анна сходит с тобой. Вы всё узнаете и…
– Иди! – говорит сестра.
На её лице появляется выражение, которое Мире никогда не нравилось. Это раздражение. Она ведёт себя так, когда ситуация кажется ей непонятной. Она может даже накричать.
– Почему ты пытаешься командовать мной? – начинает Мира. – Я тоже не понимаю, что происходит. Раньше с папой всё было в порядке, а ты всегда начинаешь кричать на меня, вместо того, чтобы сделать что-то…
– Я старше тебя, Мира. Не разговаривай со мной в таком тоне.
– И что?
– И то!
– Ты постоянно ищешь виноватых и находишь их только в моём лице. Я пытаюсь делать то, что могу. А ты? Думаешь, раз у тебя есть работа в Отделе, это даёт тебе право считать себя здесь главой семьи?
– А ты думаешь, что только Ингвар платит по счетам? За несколько лет цены изменились, нет больше дешёвых товаров. Все дорожает день за днём. И я для тебя стараюсь тоже, так что заткнись и иди в Центр Сдачи Магии.
– Тогда ты тоже не разговаривай так со мной. Я не хуже тебя ни в чём, разве нет? Даже если я сейчас не работаю, это не значит, что я в чём-то бесполезный человек.
– Хватит! – вмешивается отец и смотрит на Миру с лёгкой улыбкой. – Тыковка, спасибо. Мне уже лучше. А теперь… просто иди.
Только выйдя на солнечную улицу, Мира замечает на своей руке струю крови. Чем-то поранилась, когда доставала сумку.
В правом кармане пепельного платья лежит белый платок и всё та же старая модель порткома. Портативного коммуникатора, дара корпорации Фавониус, который используют для отправки сообщений и звонков. Он работает на смеси магии и технологии. Несколько лет назад эти штуковины были чем-то необыкновенным, но теперь такой есть почти у каждого гражданина империи Мара.
– Хм-м-м, – произносит девушка и перевязывает ранку.
Теперь на большом пальце красуется белый бантик.
Сегодня день рождения Миры, но на имперской повязке указано число двенадцать вместо семнадцати. Такая ошибка произошла пять лет назад. В тот день Мира сбежала после процедуры забора магии, чтобы встретиться с Авелем.
Тогда это казалось весёлым – сбежать со скучной лекции о важности Всеобщего Закона о Криста для тех, кто болен ею. Только позже отец не разделил её энтузиазма.
Ингвар за последние несколько лет пару раз лежал в госпитале на интенсивном лечении. Каждый закат жаловался, что не может рисовать в палате, не может даже делать этюды простым карандашом. Именно тогда Мира и Анна стали ощущать разницу между ними наиболее остро, потому что их маленькая квартира стала полигоном для минного поля претензий и недопонимания. Только с Авелем Мира могла поделиться сокровенными мыслями через сообщения. Тепло и понимание, что она получала от отца, всегда было в текстах Ав, как она записала его имя в своём списке контактов.
Мира решает послать ему новое сообщение, но в этот момент слева доносится резкий свист.
Девушка подпрыгивает, успев вжаться в стену двухэтажного каменного домика. Люди в тёмных плащах бегут по крышам двухэтажных домов почти не издавая звуков.
О, это они! ТК!
Их называют Тёмные Капюшоны. Бунтари. Те, кто могут использовать магию свободно без оглядки на императора и Отдел Теневых Наблюдателей. По слухам, они нашли способ контролировать криста-болезнь, используя тайные знания из древней библиотеки Грааля. Хотя каждый со школьной скамьи знает, что это миф. Эта банда даже не носит повязки гражданина империи Мара! Они нарушают ВЗОК, то есть Всеобщий Закон о Криста, который гласит, что «каждый носитель криста должен сдавать её каждый период в Центре Сдачи Магии для своего собственного благополучия и душевного здоровья». При этом ТК также утверждают, что стремятся защитить кристапи, природную магию, от людей, которые состоят в корпорации, тех кто подарили кибертехнологии, в том числе порткомы. Как и тот, что Мира в этот момент сжимает в руке в кармане платья.
Группа из десяти или двенадцати человек в тёмных плащах с грязно-оранжевыми разводами. Кто-то бежит по дороге, кто-то перепрыгивает с крыши на крышу. Но один из них отстаёт и останавливается на противоположной стороне улицы от Миры.
– Каин! Чего застрял? – кричит кто-то из людей ТК.
Высокий парень у стены в тени поднимает голову, но натягивает капюшон на глаза. На светлой, как чистый лист, коже губы его искривляются в ухмылке.
Почему Мире кажется, что он смотрит на неё? Будто знает её, но она не знает никого с таким именем.
Каин.
Он пробегает мимо, едва задев девушку плечом, и запрыгивает на балкон над её головой. В этот момент возникает странное чувство, похожее на электрический поток криста. На пару секунд перед глазами появляются мерцающие золотые частицы, но тут же исчезают.
Мира выходит на дорогу, чтобы снова взглянуть на загадочного парня, но Тёмные Капюшоны уже оставили её позади.
– Что это только что было? – произносит девушка и хмурит брови. – Да, уж. Странно спрашивать саму себя посреди пустынной улицы.
Девушка выходит на пешеходную дорожку, мощёную крупными плоскими камнями. Утро солнечное, тёплое, какое и бывает в этот второй период в провинции Седжо. Первые периоды здесь холодные и суровые, поэтому преобладают игольчатые деревья в ландшафте, а озеро замерзает так, что по нему ходят лодки с надувным дном. Воспоминания о прошлом Новом Годе на лодке, когда Анну укачало и стошнило за борт вызывает у Миры улыбку, и вскоре ноги сами останавливаются перед Центром Сдачи Магии.
Третье место в империи, которое ненавидят Тёмные Капюшоны после Отдела Теневых Наблюдателей и Дворца Императора в Столице М. Вообще, в каждой провинции стоит по десятку таких зданий, и процедуры, проводимые внутри не самые приятные.
Здание с чёрной крышей снаружи окутывает сеть из белого плюща. Под ней, как под покрывалом, трескающаяся краска и пыль, собранная за все годы его существования. Мира знает лишь то, что умные люди работают там и делают что-то с магией.
Над входом стоят доски с объявлениями, заверенными печатями Отдела Теневых Наблюдателей. Объявления – это оборванные листы, как какие-то грязные лохмотья, наклеенные в несколько слоев. Такие доски есть и в других кварталах города. Широкие из тёмного дерева, они стоят на трёх металлических прутьях. На одном из объявлений есть фото молодого парня, его круглое лицо серое, как прокисшее молоко. Ниже напечатаны такие строки:
Гриша Нофф.
24 года.
Статус – 082.
Пятого числа третьего периода на пересечении улиц Орезо и Акер была найдена именная повязка на имя Гриша Нофф. В последний раз его родные видели его десять закатов назад. Он работал на рынке в лавке с целебными травами, его руководителем был господин Око, описавший парня, как трудолюбивого, но с проблемами в поведении. Они начались после нескольких периодов пропуска занятий Центра Сдачи Магии.
Любой, кто владеет информацией должен обратиться в ближайшее отделение Военной Полиции.
Мира и раньше слышала о пропавших людях, но никогда не интересовалась этими делами. Ходили слухи, что пропавшие присоединялись к банде ТК. Будто они знают узор криста для избавления от ВЗОК, но в официальных сообщениях всегда говорилось о смертях от присутствия бесконтрольной магии в теле.
Девушка вздыхает. Нет смысла забивать голову всякими слухами. Впереди длинный лист из подготовительных занятий, каждый период сдача магии, встречи с господином учёным, настоящим фанатом изучения внутренних магических процессов. Хоть он не против того, что Мира зовёт его по имени наедине. В мастерской отца, например. Лэй одного возраста с Анной, работает интерном в Центре Сдачи Магии, а также хороший друг семьи.
Холодный ветер проникает в волосы девушки и приносит нежный аромат едва раскрывшихся бутонов. Кустики рядом со старыми дверями Центра Сдачи Магии, за которыми ухаживает старшая медсестра. Мира надеется не столкнуться с ней, поэтому на цыпочках пытается пройти в пустынный кабинет.
– Ты опоздала, юная госпожа Ная, – тихий баритон господина учёного доносится из-за шкафа с колбами.
– Извини, Лэй, – говорит Мира и улыбается.
С их первой встречи, пять лет назад, он почти не изменился, разве что волосы оттенка угля, светлые у кончиков стали длиннее и теперь собраны в хвост на затылке. Всё тот же белый халат, скрывающий долговязую фигуру. Тонкие скулы, а кожа бледная и чистая. Холодные, светло-серые глаза под очками. Мире он всегда казался отстранённым и неприступным, но из-за природной красоты его можно было принять за Фавониус. Мира знает лишь то, что его родители были из провинции Начи и погибли в одной из шахт при исследовании кристапи.
Каждый период Лэй проводит процедуру забора криста, его рабочий стол завален бумагами, но сегодня девушка замечает фигурку из соломы.
– Эм, а что это? – произносит Мира и наклоняется.
Носа касается запах кофе и корицы. Чашка задвинута на край стола.
– О, это сувенир из детства, – отвечает господин учёный, всё ещё читая свои документы. – Ты же помнишь ту сказку о магической бабочке, старике и старухе?
– Конечно.
– Это фигурка как раз из этой серии о даре криста. Я случайно нашёл её вчера, когда искал старые записи о магических процессах по коду Десять Е, – он вздыхает. – Когда-то у меня были все фигурки. Кстати, в детстве именно твой отец научил меня плести их. Сейчас нет времени на эту ерунду, но они мне до сих пор нравятся.
Нескладная форма соломенных прутиков, перетянутая ленточками разного цвета. Прозрачный белый бантик из сухой болотной травы. Вероятно, усы старика.
– Так это старик! – говорит Мира и улыбается.
– Тебе не нравится? – Лэй, наконец, отрывается от своих записей. – Это моя первая фигурка. В определенной степени я согласен с тобой, она не блещет художественной красотой или изящностью форм, но эта самая первая хороша именно в своей простоте. Знаешь, что такое простая красота? Кто-то считает, люди моей профессии неспособны видеть искусство, как это видят простые люди, я уже не говорю о творческих личностях. Но могу сказать за себя, для меня эта попытка своего рода… тоже искусство.
– Я вовсе не хотела сказать что-то плохое. Вообще-то, если посмотреть по-другому, она выглядит даже мило.
Очки Лэй ловят блик и, кажется, на пару мгновений его взгляд меняется, но потом снова становится уставшим и типичным для него.
Парень делает глубокий вдох, будто пытаясь собраться с мыслями, потом берёт пробирку с чёрной иглой внутри. Мира вдруг вспоминает, что выбежала из дома, забыв надеть ту давящую штуковину, и сейчас на её коже только тонкое пепельное платье. От этой мысли холодок пробегает по коже. Он ведь мужчина. Это то, о чём говорила Анна?
Мира чувствует, как от прикосновения холодных пальцев господина учёного к её запястью, её кожа и лицо загораются.
– Перейдём к нашему делу, – звучит его равнодушный голос. – Я уже отпустил медсестру на обед, так что готов справиться с тобой сам. Кстати, как Ингвар?
Все мысли в голове Миры перепутались, но она смогла выдавить тихое:
– Он сегодня зайдет в госпиталь.
– Ты сегодня такая напряженная, – продолжает Лэй и смотрит на синее распыление в пробирке. – Снова тот же странный оттенок. Что же делать?
– Т-ты, о чём? – голос девушки предательски дрогнул вначале.
Почему-то его всегда волнует только магия!
– Я… просто…
Он убирает колбу в коробочку на столе и отворачивается.
– У тебя любопытные образцы криста. Я не могу вдаваться в подробности, они просто особенные, – продолжает Лэй и с притворством кашляет. – Кхм, и Мира, я не хочу читать тебе лекции. У тебя как раз тот возраст, когда подросток, но всё ещё ребёнок начинает искать любовных приключений. Я знаю об этом не только, как исследователь, я сам был в твоём возрасте. Правда, я больше думал о том, как… достать книгу по изучению внутренней криста, которой не было в библиотеке. Кажется, я потерял суть того, о чём хотел сказать. В общем, постарайся не расстраивать своего отца. И… ты можешь идти.
– Лэй, а ты никогда не жалел о том, что потратил свои школьные годы на книжки?
Слова слетают с губ Миры быстрее, чем она успевает подумать, что ещё больше вгоняет её в краску. Он решит, что…
– Не знаю, – произносит он быстро, так и сидя спиной. – Тебе стоит поторопиться, чтобы и в школу не опоздать.
– Т-ты… – произносит Мира, поджав губы. – Ты даже не вспомнил кое-что важное насчёт сегодняшнего числа! Значит, у меня особенные образцы магии? Ну, спасибо тебе!
– Мира.
Она разворачивается, ощутив холодный захват его пальцев на своём запястье.
Лэй смотрит на неё и снимает очки:
– Прости. С днём рождения.
Он улыбается, неожиданно притягивая её ладонь к своим губам и целуя.
– Где ты успела пораниться? – продолжает он, его обычно холодные глаза теперь смотрят на неё с теплом. – Моя мама так делала, когда хотела, чтобы я понял, что она… обо мне заботится.
Его горячий шёпот звучит на коже её ладони. Волна мурашек и жара охватывает тело Миры, а кто-то со скрипом открывает входные двери кабинета.
Глава 2
– С днём рождения, именинница! Чего ты так сияешь?
Подруга Миры, которую зовут Нан, стоит у фонтана на площади. Девушка улыбается. Её чёрные волосы собраны в две косички, а куртка, наверное, на два размера больше.
– Ничего! – говорит Мира, когда прохладный ветер проникает в её волосы.
Она улыбается и всё ещё чувствует горячий шёпот Лэй на своей ладони. И то странное ощущение. Тепло, приятное, как жидкий свет, разливалось внутри. Если бы медсестра не вернулась, ей бы не пришлось так быстро убегать из кабинета.
– Эй! Мы тебя теряем! Ты где? Хватит летать в облаках, – продолжает Нан, дёргая подругу за плечо.
– Ладно! Я спрошу только одно… – Мира останавливается.
– Что?
– Если кое-кто говорит, что хочет о тебе заботиться, что это значит?
– Это был парень, да? Вижу по глазам, что да. Может, это значит, что он хочет заботиться о тебе, как о сестре…
– Что?! – в этот раз очередь Миры сдвигать брови. – И при этом целует руку?
– Да, что с тобой произошло-то?
Стоит учитывать и такой вариант. Да. Это вполне в стиле господина учёного.
– Ничего, – произносит Мира и трясёт головой, пытаясь прогнать навязчивые воспоминания о его серых глазах. – Можешь забыть. Так мы не опоздаем в школу?
– Кто-то вспомнил о школе? – произносит Нан, уже читая сообщения в своём порткоме.
– Идём же!
Они договаривались встретиться у музыкального фонтана на площади. Спустя столько лет, он из обычного каменного фонтана сначала стал фонтаном в форме символа империи Мара. Магической бабочки – символа криста. Потом его струи стали цветными, зазвучала музыка. Вечером это выглядит как волшебный фейерверк. Так что одна достопримечательность теперь в маленьком городке Н есть, кроме вокзала с часовней.
Сильный порыв ветра снова поднимает волосы Миры и платье с юбкой-солнцем. Девушка останавливается, поймав складки. Странное чувство, как в тот момент с Каином. Словно кто-то за ней следит.
Мира оглядывается, но площадь пуста, не считая дворника, который занят старой листвой.
Город Н маленький в той же степени, в которой обычно сложно встретить больше пяти человек на одной улице. Если только это не распродажа какая-нибудь или праздник.
– Кажется, погода портится. Ветер усиливается, но не было предупреждений о шторме, – начинает Мира.
– О, смотри! – Нан указывает на что-то в небе.
Летающий ресторан. Этот корабль из провинции Начи стоит на площади. Красивый, как шоколадный торт из трёх этажей с завитыми краями крыш из красного дерева. На их поверхности выделяется жёлтое напыление и узор взлетающих птиц. Фонари в форме круглых конфет с надписями на начийском языке висят над каждым окном. Они не работают в данный момент, к тому же на окнах жёсткие занавески из светло-коричневых трубок. Из корабля выходят люди, кричат что-то на своём языке и крепят верёвки к кольцам на площади.
– Это путешествующий из города в город ресторан с кухней провинции Начи, – говорит Мира и улыбается. – Я бы хотела хоть раз побывать там.
– Небо покрывается тучами, – говорит Нан и тянет руку подруги. – Ты чего? Идём!
Один из работников в чёрной форме со стоячим золотистым воротом замечает девушек и приветливо машет.
– Мира, чтобы попасть туда, нужно забраться вверх по верёвочной лестнице. Нет уж. Спасибо. Мне и здесь хорошо.
– Но там должно быть красиво…
– Мы должны идти, а то опоздаем.
Девушки забегают в здание спецшколы, когда на улице начинает греметь гром. Ветер завывает в створках входных дверей, а в коридорах пусто. Свет мигает, когда они поднимаются на второй этаж.
– Что-то подозрительно тихо, – произносит Мира и смотрит на часы на своём порткоме. – Есть ещё пара минут, зайдём в туалет?
Дождь начинает барабанить по оконному стеклу, когда Мира слышит шуршание за дверью кабинки.
– Ты иди в класс. Я успею, – говорит она и поправляет платье.
За окном всё кажется мрачным и таинственным. Свет в лампе над зеркалом тоже мигает, как когда-то в детстве в трубе с природной криста.
– Почему я это вспомнила?
Это воспоминание связано с Авелем. Мира смотрит на своё отражение и подставляет ладони под струю тёплой воды. Проклятье! Здесь никогда не бывает мыла. Пару закатов назад она купила мыло с запахом гиацинта. Горьковатые, шоколадно-цветочные нотки напоминают о его запахе.
Гиацинт. Это Авель.
Авель не писал уже несколько периодов, но Мира общается с ним так уже несколько лет. Однажды он прислал только одно сообщение почти за полгода, а потом долго извинялся.
Девушка снова смотрит на своё отражение. Большие карие глаза, бледная кожа и коричневые волосы, с вплетённой косой, собранные в хвост. Мира оттягивает платье, потому что это визуально увеличивает её грудь, но потом вздыхает:
– Стоп! Почему я делаю это в одиночестве в туалете? Я чувствую, что изменилась. А он?
Портком Миры снова вибрирует. Наверное, это Нан. Но сообщение от Авеля!
АВ. 14.04:
[Как дела?]
Пальцы девушки трясутся, портком чуть не вылетает в раковину, но она успевает его схватить и прижать к груди.
Сердце бьётся, как сумасшедшее. Почему он пишет именно сейчас?
Пальцы Миры скользят по панели, но грохот грома за окном заставляет девушку присесть на пол.
МИРА. 14.05:
[Я в школе. Погода ужас!]
АВ. 14.06:
[Ага, в твоей спецшколе для типа «больных магией». А я в Сети. Муз.Колледж. Свободное посещение. Я свободен!]
МИРА. 14.07:
[О! Тебе везёт!]
АВ. 14.08:
[Хочу тебя.]
АВ. 14.08:
[Хочу тебя увидеть!]
МИРА. 14.09:
[Я тоже, но мне пора.]
АВ. 14.09:
[Случайно! Отправил рано! Я хотел сказать «увидеть».]
Мира открывает дверь туалета с осторожностью. Опоздала на девять минут. Это будет слишком заметно.
– Госпожа Ная, – кто-то зовёт Миру.
Это учительница Саша. Она берёт девушку под локоть и тянет вниз по лестнице.
– Что вы здесь делаете, госпожа Ная? Быстрее! У нас отрубило резервные источники кристапи питания. Мы не смогли использовать сигнал тревоги в школе. Все ученики должны спуститься в резервное помещение согласно инструкции безопасности.
Они сбегают вниз по ступеням. Стены из синего кирпича. Саша берёт фонарь под дубовыми дверями.
– Что-то происходит, госпожа учительница? – говорит Мира, когда та толкает девушку внутрь. – Это с погодой что-то странное?
– Точно. Абсолютно странное. Урок будет здесь. Не волнуйтесь, это безопасно.
На стенах висят другие фонари в форме капель. Большое помещение с множеством подушек на полу, стены такие же кирпичные, как на лестнице. Запах стерильного раствора заставляет Миру чихнуть.
– Сегодня мы поговорим об экзаменах, – начинает учительница Саша, когда Мира садится на подушку рядом с Нан. – Но для начала у меня есть странное сообщение. У нас проблемы с одним из учеников. Это связано с системой рейтингов, кое-кто сегодня получил завышенные баллы по пользованию криста. Это странно, наша система зависит от ваших умений, они контролируются заклинанием на повязке на вашей руке, согласно регламенту Отдела Теневых Наблюдателей и…
Вокруг появляются шёпоты. Мира оглядывается.
– Зачем вы это сделали, госпожа Ная?
На Миру падает свет. Все вокруг вдруг кажутся тенями вместо лиц. Это просто сон, не так ли?
– Я не понимаю, о чём вы…
– Это-то и странно. На семьдесят процентов ваши оценки высокого уровня. Не понимаю, какой смысл что-то добавлять, – продолжает учительница.
– Нет. Я ничего не делала.
Это странное чувство. Кто-то изменил результаты? Завышенные баллы. Зачем?
– Нан была со мной сегодня, – говорит Мира и встаёт. – Ты же была. Нан, скажи им. Мы были вместе. Я бы не стала…
Её лучшая подруга молчит. Она думает, это магопреступление? Нет, она плохо понимает правила Отдела. Мира знает их хорошо, потому что все в её семье работали там.
– Нан, скажи им! Нан!
– Это первая подобная ситуация в моей практике. Мы попробуем разобраться во всём, – звучит низкий женский голос. – Зовите меня директор Тая. Раньше вы меня не встречали, потому что в этом не было необходимости. Мы разберём эту ситуацию. Но вам, госпожа Ная придётся провести некоторые работы в Центре Сдачи Магии. Мы не можем рисковать репутацией нашей школы, даже если…
Мира кусает свою нижнюю губу. У неё нет возможности прояснить эту ситуацию сейчас. Будет наказана, даже если не виновна?
– Вы, госпожа Ная, проведёте несколько закатов в архиве Центра Сдачи Магии, вашей работой будет протирание пробирок с криста. В этом нет ничего сложного. Вы понимаете, о чём я? Итак, каждому ученику стоит задуматься о своём школьном рейтинге более серьёзно. Чего вы хотите добиться в этой жизни? Повышайте свой рейтинг честными способами, так как это есть ваш ключ к счастливой жизни. Учительница Нко, вы можете продолжать занятие дальше.
Саша что-то говорит, но Мира садится обратно на свою подушку под самым светом фонаря. Сверху доносится громыхание ненастной погоды. Кажется, все ещё смотрят на неё, а она не может видеть их. Они в тени, кроме неё…
Внутри какая-то неприятная тяжесть. Такое бывает, когда ты оказываешься позади всех? Словно тебя бросили. Но, если бы Авель был здесь…
***
– Спишь на ходу! – звучит противный женский голос.
Боль в шее. Похоже Мира уснула в туалете на пару минут. По крайней мере, она уверена, что это была только пара минут.
Строгий взгляд старшей медсестры заставляет её щёки пылать, словно она пыталась отлынивать от работы в этом маленьком помещении с облезлой краской на стенах и запахом стерильного раствора (это если повезёт).
– Я вовсе не сплю!
– Штра-а-афные часы…
– Это не моя вина. Всю ночь я потратила на подготовку к тестированию. Я всё читала и читала. Потом наступило утро. И это потому, что скоро экзамены. И вы знаете, это теория программирования для систем Фавониус. Это не просто…
– Не так просто, как протирать пробирки с криста. Тогда продолжай делать то, что просто.
Под ногами Миры ведро полное воды. Она кидает в него тряпку. Брызги разлетаются, оставляя пенные пятна на сапогах девушки, когда старшая медсестра останавливается у дверей.
– А? Уже иду, госпожа старшая медсестра! – кричит Мира и сжимает ржавую ручку ведра.
Почти семь закатов девушка терпит это наказание, но сегодня особенное число. Выходной в спецшколе из-за дня Конституции. Этот важный праздник для страны празднуется в третий период, на каждой улице звучит гимн Империи Мара в строго отведённые часы. В этот момент каждый горожанин должен встать и повторить слова гимна.
О, да, гимн! Обычно Мира просто открывает рот в нужных местах во время его звучания.
Под звуки труб на Синей площади развиваются флажки с зелёными, синими и красными переливами – это цвета трёх провинций империи. На площади стоят платки с едой и сувенирами. На ярмарке и на параде весь город будет веселиться до вечера, когда в десять часов выстрелит салют, и небо покроет праздничные световые лучи.
Магический фейерверк, пожалуй, единственная часть праздника, которая Мире нравится больше всего, потому что можно поймать эти искры, как капли дождя. На вкус они как сахарный сироп!
В отличие от площади остальная часть города всё такая же серая. Никто не волнуется об украшении своих окон национальным флагом или чем-то в этом роде.
Дома отец повесил большую трёхцветную магическую бабочку на окно кухни. А у Миры не было времени, чтобы помочь ему с готовкой ужина, потому что она занимается протиранием пробирок в архиве Центра Сдачи Магии. Из-за магопреступления, которое не совершала.
В пустом коридоре буквы, вырезанные в угольно-серой стене:
КРИСТА – НАША ВНУТРЕННЯЯ БОЛЕЗНЬ.
НО МЫ – ОСОБЕННЫЕ.
СДАЧА МАГИИ – НАША СВЯЩЕННАЯ ОБЯЗАННОСТЬ.