Текст книги "Плюс-минус магия (СИ)"

Автор книги: ReLiGiS

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

13 Этот парень был из тех…

– Сотрясение мозга? – Адель подскочила с кровати, перепугав Силайн.

– Не кричи вслух, – прошипел Витя, скривившись от боли. – Я тебя плохо слышу, но не надо лишний раз показывать, что ты можешь с кем-то общаться, кого нет в Разломе.

Виктор стоял напротив раковины, рассматривая себя в зеркало. Его кожа сильно побледнела, по щекам текли слёзы и…

– Бу-э, – его сильно рвало.

– Мама уже знает, нет смысла скрываться перед ней, – Адель быстро осмотрела Витино отражение в зеркале. – Выглядишь ужасно.

– Меня в больницу забрали, – Витя включил воду, чтобы прополоскать рот и избавиться от вкуса желчи. – Сказали, что ещё легко отделался. Так что всё нормально, просто нужно не драться с вампирами какое-то время, пока хотя бы передвигаться нормально не смогу. Ты сама как? Я, честно, в какой-то момент начал думать, что ты ненастоящая.

– Дурак, – прокомментировала младшая суккуба и вернулась в объятия матери. – Я чуть позже тебе всё расскажу. Отдыхай лучше.

Витя вздохнул и его снова вырвало. Видимо, придётся изображать ближайшее время неженку и валяться в постели. Хорошо, что рядом есть Адель, а уж больничный Витя как-нибудь переживёт.

– Ударился головой, – пояснила своей матери Адель. – Он всегда был горячей головой, не смотря на свою флегматичность.

– Напоминает твоего отца, – улыбнулась дочери Силайн.

– Папу? – младшая суккуба впервые слышала, чтобы её мама сама рассказывала про её отца. – И чем же?

– Давай покажу, – Силайн провела перед Адель раскрытой ладонью, и перед глазами появился снежный образ.

Коляда, коляда,

Не убий местных люда,

Не губи их коров,

Не руши их кров.

На пеньке на опушке заснеженного леса сидел молодой мужчина, напевая странную песню, глядя, как в долине горят огоньки деревни. Люди во всю готовились отмечать коляды и новый год, бегали от хаты к хате и постоянно напевали песни.

– По-моему, рифмы нет, – сзади к нему подошла ослепительной красоты девушка в шубке с меховым воротником. – И странная у вас коляда какая-то.

– Не знал, что у меня есть слушатели, – мужчина повернулся к незнакомке и окинул её взглядом. – Для такой красавицы спел бы что-нибудь более… праздничное.

– Не стоит, – рассмеялась девушка. – Меня заинтересовала ваша песня. Почему она такая мрачная?

– Времена меняются и многое забывается, – отвернулся мужчина и посмотрел на огоньки. – Демон, требующий жертвоприношений и пожирающий каждого, кто не повесил на ёлку свой скот, стал добрым стариком, раздающим детям подарки, а демон, требующий кровавых празднеств в свою честь теперь обычный весельчак, обожающий костры и веселье. Люди давно позабыли, что раньше на этих кострах сжигали им подобных, чтобы прожить ещё один год. И знаешь, – мужчина повернулся к незнакомке и положил руку на рукоять топора, висящего на поясе, – оно и к лучшему. Пускай огромную жертву инквизиции и не помнят, зато живут спокойно. Блаженство в неведении.

– Инквизиция? – девушка выразительно склонила голову на бок. – Из средних веков?

– Ещё древнее. В средние века орден сильно деградировал, пустив свои знания в массы. А вот ещё раньше мои соратники действительно охотились на очень опасных существ, и обходились как-то без бессмысленных убийств.

– Стало быть, ты инквизитор? – девушка подошла поближе, пряча руку за спиной.

– Верно, – улыбнулся мужчина и встал с пенька. – Также верно, как то, что ты суккуб.

Девушка рассматривала мужчину. Чёрные волосы, местами запущенная борода, жёлтые глаза, острые черты лица, шрамы от когтей на щеке и шее. Почему-то, молодая суккуба не боялась его.

– Меня зовут Силайн, – девушка сняла варежку и протянула мужчине раскрытую ладонь.

– Михаил, – хмыкнул в ответ инквизитор и поцеловал протянутую ручку.

– Миша, – Силайн озабоченно смотрела, как её муж бегает по квартире и собирает вещи. – Может не надо? Орден тебя не вызывал, так зачем тебе ехать? Как я без тебя буду?

– Силь, – Михаил повернулся к жене. – Если я не поеду, то велика вероятность, что наши просто полягут. Орден уже отправлял туда несколько отрядов, и никто не вернулся.

– Не хочу, чтобы и ты не вернулся, – прошептала Силайн, глядя исподлобья на мужа. – Мы даже имя дочке ещё не выбрали.

– А вдруг родится сын? – хмыкнул Миша, закинув в рюкзак ещё кучку вещей. – Клянусь тебе, я вернусь очень скоро, соскучиться не успеешь.

– Хорошо бы, – вздохнула Силайн.

Силайн, любовь моя

Пишу тебе сразу же, как смог добраться до почты. Мы что-то обнаружили. Что-то очень странное и… Я не знаю, как это описать. В том месте были просто фанатики, никаких тварей или разумных. Но то, что они делали... Никогда не видел Владимира, моего командира, таким напуганным. Он сказал, что, если мы их не остановим, мир, каким мы его знаем, исчезнет. Не знаю, что он подразумевал. Я по грудь в крови, немного ранен, но ничего серьёзного. Скоро вернусь домой.

Не скучай, любовь моя.

Твой Михаил.

Силайн, любимая,

Прости, нас всех срочно вызвали в Орден. Дело безотлагательное, и связано оно с теми фанатиками. Есть риск, что скоро только в Разломах будет спокойно, так что, пожалуйста, первым же поездом возвращайся в Италию в свою обитель. Я буду посылать письма туда. Надеюсь, ваш Хранитель не против почты. Надвигается что-то серьёзное.

Береги себя и нашу дочь, Силь, прошу тебя.

Твой Михаил.

Уважаемая Силайн,

Пишу вам как единственному родственнику Михаила Александровича Речицкого. С сожалением уведомляю вас, что ваш законный муж погиб в боях за Орден инквизиторов восьмого марта двухтысячного года.

Все его личные вещи были уничтожены по правилам Ордена.

Секретарь Ордена, страж Выхин.

П.С. Я не знаю вас, и, увы, не могу утешить в связи с утратой, но знайте, что Миша отдал жизнь за то, чтобы сохранить наш мир. Он был моим другом, и я понимаю ваше горе. Увы, мы не можем даже похоронить его. Если вы захотите забрать то, что осталось у меня из его вещей, я оставлю адрес, хотя в Ордене так не принято. Примите мои искренние соболезнования.

Адель вернулась в комнату и уставилась на Силайн. Старшая суккуба утирала слёзы и улыбалась, глядя на свою дочку.

–Он погиб за несколько месяцев до твоего рождения, – прошептала она. – Говорят, погиб как герой. Даже Орден после этого был расформирован.

– Или ушёл в подполье, – предложил Виктор, который тоже видел воспоминания Силайн.

Адель кивнула и обняла свою маму. Раньше Силайн рассказывала об её отце достаточно скупо, в основном, каким он был. Девушка до сегодня не знала даже, что её папа погиб.

– А от чего они защитили мир? – спросила Адель.

– Если бы я знала, – прошептала Силайн. – Если бы я знала…

14 Ценой всего

Силайн раньше не понимала, что детей у неё уже несколько лет как двое (трое вообще, Сэнду она тоже воспитывала), поэтому не обращала внимание на некоторые странности в поведении дочери. Дёрнул её чёрт за ногу узнать, что Витя из себя представляет, и оказалось, что озорник он тот ещё. Адель теперь постоянно делилась с ней своими переживаниями, что сильно их сблизило, но вот Виктор.

– Мам, он сбежал из больницы! – влетела Адель в комнату матери с утра пораньше.

И это только цветочки. Парень не просто так проказничал. Витя отправился искать, что же случилось восьмого марта двухтысячного года, да и про Орден инквизиции тоже информация лишней не будет. Нашёл, правда, целое ничего, что хоть отдалённо могло напоминать правду. Да, он считал, что хоть что-то да должно было быть известно немагическому миру, вот только не сразу парень осознал, что такая информация тщательно скрывается.

К своему возмущению, Силайн также обнаружила, что парень беспризорник при живых родителях. Видимо, безразличие в семье Сероокиных было… семейным, хотя младший из них проявлял чудеса внимания к окружающим. Мать всё время на работе, и времени на сына у неё нет, а отец в постоянных командировках, и сына не видит даже по праздникам. Витя даже не мог понять недовольство Силайн, с которой он теперь совершенно легально мог общаться через Адель.

Спустя неделю поисков в библиотеках и в интернете Витя начал строить грандиозно безумные идеи. Например, поискать информацию в Разломах. Силайн, конечно, расспрашивала Хранителя и раньше, но сейчас она так достала бедного старика, что тот начал избегать старшую суккубу, из чего Виктор сделал вывод, что что-то Хранитель знает.

Но ведь Разломов по миру разбросано неисчислимое количество. Даже в Москве, родном городе Виктора, был Разлом, причём не один, а целых три, соединённых друг с другом посредством магии, куда же без неё. И вот задача: попасть в один из трёх Разломов, найти информацию, выйти. Бонусом желательно ещё не умереть, на чём настаивали обе суккубы. Осталось только понять, где пространственные аномалии можно спрятать в огромном городе, и как в них попасть. Пустяки.

Помогли форумы и, как ни странно Маргарита, увлекающаяся всякой мистикой. За несколько дней девушка-инвалид и парень, которому нельзя ещё несколько недель активно двигаться, оббегали город вдоль и поперёк, проверяя городские легенды. Как правило, обнаружить что-либо «волшебное» не удавалось, пару раз даже неприятности находились с местными, но, с помощью железобетонного убеждения Адель, парочка умудрялась выходить сухими из бурных вод.

Да, младшая суккуба посредством телепатической связи, к ещё большему удивлению (хотя, казалось бы, куда уж больше) Силайн, могла воздействовать на людей, находящихся в тысячах километров от замка Шейн. Кстати, именно это и дало Вите надежду попасть в один из Разломов. Удивительно, но, как правило, проходы в пространственные аномалии отвечали на магию извне. Беда, правда, в том, что ни одна суккуба не могла использовать свои волшебные силы вне Разломов. Вся аккумулирующаяся магия уходила на поддержание здоровья в теле, попавшем в немагическую среду. Но Виктор и Адель были в данном плане уникумами, так как суккуба находилась в месте средоточия магии, а Виктор использовался как ретранслятор.

И вот, на четвёртый день поисков первый Разлом был обнаружен. Смекнул Витя, что просто так появляющиеся разумные посреди улиц будут сильно демаскировать, а потому надо было искать либо в безлюдных местах, либо там, где людей особенно много. Виктор и Марго решили проверить одну старую легенду про кольцевую линию Московского метро. Эти двое день напролёт проторчали на одной из станций и, наконец, обнаружили нужный поезд.

Пустой, с машинистом в форме старого образца и никогда не останавливающийся. По легенде конечно. На самом деле, стоило Адель проявить капельку магии через Витю, как поезд затормозил и открыл двери, впуская Марго и Виктора внутрь. Что примечательно, никто на станции больше не вошёл, все только выжидающе рассматривали глубины тоннеля, ожидая свет фонарей настоящего поезда, словно железного гиганта на путях не было.

В вагоне были двое пассажиров. Один мужчина в костюме, с шерстью на лице и огромными рогами, вторая женщина с зеленоватой чешуйчатой кожей. Марго пыталась не глазеть на странных пассажиров, но Виктор положил ей ладонь на руку и покачал головой. Нечего палиться раньше времени.

– Вы не боитесь, что можете попасть в некролог в газетах? – озадаченно спросил рогатый мужчина. – Это не простой поезд, дети, а вы, вроде, не похожи на его пассажиров.

Спалились всё-таки. Виктор вздохнул и посмотрел на мужчину:

– Нам одну остановку проехать, – прикинулся он дурачком. – Не уедем же мы в Метро 2, правда?

– Его не существует, – рассмеялся рогатый и пристально посмотрел на Марго. – Учтите, детишки, вы ищете опасные знания.

Сказав это, мужчина ещё раз хмыкнул и раскрыл газету. Кто вообще в современном мире читает газеты? Виктор посмотрел на табло на название станции и с удивлением обнаружил надпись «Разлом Метро». Получилось?

– Они нашли Разлом, – удивлённо прошептала Адель, сидя в гостиной с Силайн и Сэндой.

– Боже правый! – взмолилась старшая суккуба. – Когда этот парень уймётся?

– Тётя, – Сэнда оторвалась от книги, – информация, которую он ищет, может быть очень важной. Не просто так тебе написали, что твой покойный муж спас мир.

– Так спас уже, – возвела горе-очи Силайн.

– Витя считает… – сказала Адель и остановилась, чуть подумала и поправилась: – Его интуиция подсказывает, что не всё так просто. Секты всегда были, но он никогда не слышал, чтобы за сектантами охотилась инквизиция, ещё и в двадцатом веке.

Поезд остановился на странной станции, окутанной туманом. Все, включая Витю и Марго, вышли и направились к единственному выходу. Эскалатора не было, поэтому пришлось парню нести девушку и её коляску на руках под хитрый прищур рогатого.

– Добро пожаловать в Разлом, детишки, – похлопал он парня по плечу, когда тот со своей ношей выбрался на поверхность.

Разлом сильно отличался от замка Шейн. Внутри были деревянные дома, несколько бетонных многоэтажек и церковь со странным крестом на деревянном куполе. Обитатели Разлома были ещё колоритнее суккуб из Шейна. Ящеры в одежде, огромные звери… в одежде, люди с крыльями, с хвостами, с рогами, с дополнительными конечностями – что не придумаешь, все тут были. Только суккуб не наблюдалось. Наверное, не зря они все обитали в отдельном Разломе.

Витю и Марго встретила высокая черноволосая девушка в чёрном платье на японский манер, с серебристой вуалью на лице и в широкой шляпке с чёрными цветами. Взгляд у неё был добрый, но и Маргарита, и Виктор про себя решили её опасаться. Что-то в женщине им не нравилось.

– А вот и вы, – улыбнулась незнакомка, чего никто, кроме Виктора и Адель, не заметил. – Опаздываете, дети.

– Нас ждали? – Марго посмотрела на Витю. – Откуда она узнала?

– Я – Хранитель этого Разлома, – ответила за недоумевающего Виктора женщина. – Все меня Ведьмой кличут, зовите и вы так же. Я знаю всё о том, что здесь происходит, и кое-что о происшествиях снаружи. Например, – Ведьма посмотрела на Виктора, – о мальчике, который умудрился одолеть вампира магией крови, – замолчав, повернулась к Марго. – И о добрейшей души ветеринаре, мечтающем поставить на ноги свою дочь.

– Если ты нас ждала, – Виктор рефлекторно закрыл Марго от взгляда Ведьмы, – то знаешь, зачем мы здесь.

– Хотите узнать, что приключилось с Орденом инквизиции в начале двухтысячного года, – бархатным голосом почти пропела ведьма. – Всегда любила тягу к знаниям, особенно у молодых. Проходите сюда, в мою обитель, – Ведьма указала на церковь. – Я… могу кое-что рассказать.

– Витя, – Марго подъехала к парню и схватила того за рукав куртки, – давай уедем. Мне страшно.

Виктор обернулся на Ведьму, идущую в свою обитель вальяжной походкой покачивая бёдрами, после чего повернулся к Маргарите, бледной как мел. Ответы на вопросы неутихающей интуиции, редко подводившей парня, были прямо тут, только руку протяни, но… Ошибкой было брать с собой Марго, которая никак не относилась к магическому миру.

– Витя! – в голове колокольчиком зазвенел голосок Адель. – Мама говорит, чтобы вы немедленно оттуда уходили! Ведьмы очень опасны, а плату за свои услуги потребуют непомерную.

– Твою налево! – выругался парень и схватился за ручки инвалидной коляски, увозя Марго прочь из этого места. Девушки правы. Этот клубок тайн того не стоит, а если прижмёт, Виктор уже знал, откуда нужно тянуть.

Парень чувствовал на спине взгляд добрых глаз Ведьмы и почти слышал, как её губы беззвучно шептали: «До скорой встречи, молодой…».

15 Домой, домой, пора домой

– Спасибо, – едва слышно прошептала Марго, трясясь от страха на руках Виктора. – Хорошо, что мы ушли. Эта женщина странная.

– Ведьма, – пожал плечами Витя, опуская худенькую девушку в инвалидную коляску, спустившись на станцию метро. – Ещё и Хранитель, а они все ребята криповые. Ты как?

– Жить буду, – попыталась улыбнуться девушка, но уголки её бледных губ дрожали. – Мне показалось, что она залезла в мою голову и вывернула всё, что там было. Это она? Магия?

– Ага, – протянул Витя, глядя на пустой перрон. – Как часто по легенде приходит поезд?

– Раз в месяц, – Марго оглянулась на тоннель и побледнела ещё сильнее. – Это значит, что мы тут на месяц застряли?

– Не думаю, – произнёс Виктор. – Разлом слишком заселён, чтобы только раз в месяц впускать и выпускать жильцов. Уверен, поезд ходит чаще.

Оба подростка умолкли и прислушались к мертвецкой тишине, совсем не свойственной станции метро. Эта тишина, вкупе с туманом и ощущением одиночества, сильно давила, мешая трезво рассуждать. Ещё и Витя чувствовал что-то странное в себе, даже ненормальное, будто у него появились новые конечности. Беглый осмотр дал понять, что это, вероятно, галлюцинации. Всё-таки, у парня было сотрясение мозга, и он не самым лучшим образом следил за своим подорванным здоровьем.

Шли минуты, может быть часы, пойди разбери ход времени в Разломе, где всегда было одинаково светло, но поезда всё не было, да и пассажиры не спускались на станцию. Марго старалась держаться, но из её серых глаз нет-нет, да и стекали капли слёз, а дыхание постепенно сменялось на скулёж. Был бы Виктор один, отправился бы наверх к Ведьме задать пару неудобных вопросов, но он не мог отойти от девушки, чувствуя вину за то, что привёз её в это проклятое место.

– Они покинули Разлом? – спросила Силайн свою дочь.

– Нет ещё, – рассеянно ответила Адель. – Поезд не приезжает.

У молодой суккубы возникла проблема. Эмпатия, её дар и проклятье, подсказывала не самые утешительные вещи. То, что Марго была влюблена в Виктора, Адель знала давно, но вот эмоции её возлюбленного заставляли ревновать молодую суккубу. Виктор прямо сейчас заботился исключительно о безопасности девушки в коляске, чувствуя её привязанность. Парень не чувствовал к Марго каких-либо романтических чувств, но был как никогда близок к тому, чтобы привязать эту немощную девушку-инвалида к себе насовсем. С одной стороны, Адель понимала, что Виктор слишком правильный, чтобы бросить Марго, но это совсем не помогало избавиться от жгучей ревности. Неслыханно просто будучи безупречно привлекательной демонессой похоти и разврата проиграть свой любовный интерес обыкновенной невзрачной девушке, которая даже неспособна самостоятельно передвигаться!

– Милая, уйми свои гормоны, – с улыбкой Силайн наблюдала за эмоциональным фоном дочери. Старшая суккуба многое понимала в чувствах дочери, сама когда-то такой была, и находила подобную ревность забавной.

– А если он не приедет? – редкие всхлипы становились чаще, понемногу перерастая в панику. – Что, если мы тут останемся навсегда?

– Навсегда не останемся, – в который раз Виктор успокаивал Марго. – Если хочешь, мы можем подняться в город и расспросить местных.

– Нет! Они опасные. Видел, как на нас глазели? Точно сожрать хотели!

– Марго, хотели бы – сожрали. Они могут выглядеть необычно, – Витя невольно улыбнулся, вспоминая, как несколько лет назад успокаивал одну суккубу этой же фразой, от чего даже Адель на душе стало тепло, – но они всё ещё разумные существа. Да, не люди, но от нас они отличаются минимально.

– Мы в ловушке! Они дождутся, когда мы уснём, и слопают нас! – продолжала паниковать Марго. Девушка всё же не была готова столкнуться с магией.

– А знаешь, это идея, – подала голос Адель. – Я могу её усыпить через тебя, и мы сможем посидеть в тишине и подумать, как тебя оттуда вытащить.

– НАС, Ада, – поправил Витя свою суккубу. – Может, есть идеи, как нам выйти?

– Была бы я рядом, могла бы что-нибудь придумать, – вздохнула Адель.

– Слушай, Ада, ты можешь сделать кое-что? – Виктор вдруг стал серьёзным. – Можешь узнать, не приходили ли ещё письма в Разлом? Если я правильно помню, к похоронке на твоего отца должен был быть прикреплён адрес, где можно было забрать его вещи, но самого адреса я не помню.

– Может быть, его кто-то стёр? – предложила Адель.

– Если и стёр, то где-то у вас в Разломе, иначе бы того постскриптума в письме не было.

– Хранитель? – Адель покосилась на Силайн, читающую книгу.

– Хранитель, – кивнул Витя. – Я не смогу это сделать, так что вся надежда на тебя. И это… в первую очередь береги себя. Боюсь представить, что с тобой может что-то случиться.

– Звучишь, словно влюбился, – хихикнула Адель, встав с дивана.

– Я знаю, – улыбнулся Виктор. – Люблю тебя.

– Витя! – воскликнула Адель и… закрылась ментальным барьером. Женщины…

Виктор мысленно вернулся в свою реальность, где он и Марго всё ещё ждали поезд. Видимо, выбора нет. Придётся спускаться в тоннель.

– Марго, – позвал Витя девушку. – Придётся идти пешком.

Девушка в ответ зажмурилась и вцепилась в подлокотники своего кресла. Боялась. Витя, к слову, тоже. Но чем куковать здесь, на пустой станции, лучше спуститься в тоннель и попробовать сделать хоть что-то для своего спасения. Где-то Виктор слышал фразу: «Недостоин спасения тот, кто не пытается спастись». Она, правда, была слегка перефразирована Витей из фразы «Но жалок тот, кто смерти ждёт, не смея умереть», но в обоих случаях была доля правды. Если не идти, то никуда не придёшь.

Ревность мгновенно испарилась, и Адель летящей походкой бежала через весь замок Шейн в покои Хранителя. Представить только! Ада до последнего считала, что признается Вите первая, и что это будет очень сложный разговор. Мальчики такие мальчики! Всегда тянут до последнего! Окрылённая чувствами, суккуба неслась через весь замок, намереваясь даже причинить Хранителю несколько увечий, если тот не захочет быть откровенным. Хотя, зачем рукоприкладство, когда у суккуб есть множество приёмов, чтобы развязать язык кому угодно?