Текст книги "Примерные мальки так не делают (СИ)"
Автор книги: Rauco
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Кошмар и впрямь далеко не сразу понял, в чем дело – на момент проникновения для него было главным, что его измученный ожиданием орган наконец куда-то пристроен, но непривычная теснота и череда ритмичных спазмов, вскоре навели его на определенные мысли. Вслед за тем самец ощутил, что с ним по соседству движется нечто, ему точно не принадлежащее.
Проклятье тоже смекнул неладное, когда за головой извивающейся над ним партнерши внезапно возникло искаженное похотью лицо брата. А потом и он ощутил, что, кроме него, внутри самки хозяйничает еще кто-то…
Они враз замерли на секунду, тяжело дыша и прислушиваясь к непонятным чувствам, но Бриз призывно зарокотала и резко двинулась между ними, заставив обоих самцов немедленно возвратиться помыслами к своим желаниям.
– Не останавливайтесь, мальчики! – взмолилась она, доведенная до грани умопомрачения этим жестким, но столь сладостным двойным проникновением. – Чувствуйте друг друга, двигайтесь по очереди!
И самцы принялись исполнять ее прихоть, со смесью изумления, страха и удовольствия ощущая, как их пенисы соприкасаются через тонкую, эластичную перегородку. Боги, они и представить себе не могли, что такое возможно… Это было дико, стыдно и, вместе с тем настолько потрясающе, что слов бы не нашлось передать!
Первым начал изливаться Кошмар, чей орган тело самки охватывало более плотно и жадно. С запозданием на несколько секунд семя исторг его брат. Стоило этому произойти, как юнцы окончательно потеряли над собой контроль и, словно по сигналу, усилили фрикции, начав двигаться в одном ритме и буйно оргазмируя вместе с бьющейся промеж них самкой.
Съемочная группа во главе с режиссером пребывала в полном шоке. Повидавшая за годы работы многое, команда уже и не надеялась, что хоть что-то на съемочной площадке способно ее удивить. Как же все заблуждались… Яутжи задали такого жару, что все присутствующие теперь стояли и поминутно нервно сглатывали, вслушиваясь в громовой рык и утробные стоны, доносящиеся с подиума.
Наконец, один из операторов сообразил отправить роботизированную камеру, дабы заснять крупный план. До этого назойливый механизм, стремящийся залезть прямо между ног в самый разгар процесса самцов нервировал, так что его пару раз пнули и даже линзу сломали. Но сейчас они уже не замечали ничего вокруг, а творили такое, что просто грех было не заснять со всех ракурсов.
Наконец, троица в последний раз содрогнулась в экстазе и лениво расползлась. Сииф, глядя на нее, подумал, что этого на сегодня, наверное хватит, но объявить окончание съемки он не успел, так как, передохнувшие яутжи завозились и вознамерились… продолжать! Вошедшая во вкус самка быстро скоординировала своих партнеров, и вот уже съемочная группа наблюдала новую конструкцию, по изобретательности, пожалуй, превосходящую первую.
Самка расположилась вниз животом поперек кушетки и подозвала к себе Кошмара, находящегося уже в полной боевой готовности. Послушно следуя ее указаниям, самец вскарабкался сверху, опустившись на корточки и сгорбившись над самкой. Взяв ее за плечи, чтобы сохранить равновесие, он погрузился в клоаку и нащупал внутри упругое колечко, рефлекторно вздрогнувшее от его прикосновения. Самец заколебался, но Бриз вновь помогла ему рукой, блаженно выгнув спину от ощущения этого дерзкого проникновения. Видя, что брат уже приступил к выполнению мужских обязанностей, Проклятье поспешил присоединиться, войдя в самку чуть ниже и оказавшись прижатым грудью к спине Кошмара. Так ему показалось даже удобнее – все-таки, находиться под ними двоими было тяжеловато. Проклятье с низким воем подался вперед и совершил сильный толчок, заставив находящуюся впереди парочку неуклюже качнуться. Три голоса слились в один, и поехавшая по полу кушетка вторила жалобным скрипом. Проклятье впился в бедра самки и начал наращивать темп, с каждым движение впрыскивая в лоно Бриз новую порцию семени. Кошмар мигом подстроился, и вскоре подлезшая сбоку любопытная камера уже фиксировала целые потоки вытекающего генетического материала, уже не помещающегося ни в одном из отверстий самки. В какой-то момент Проклятье переместил руки выше и, не соображая уже, что делает, крепко стиснул туловище брата, очевидно в поисках более удобной позы. Кошмар, соображавший сейчас и того меньше, даже не возразил…
Съемочная группа застыла в изумлении. Кто-то из ассистентов отправился пить успокоительные капли.
– Что стоите? Снимайте, снимайте! – рявкнул режиссер, обнаружив, что подчиненные зависли. Это была просто бомба…
…Под утро самцы яутжи покинули студию, точно два зомби. В ответ на предложение подойти через неделю, они тупо вылупились на режиссера, словно бы глядя сквозь него, проурчали нечто неопределенное и скрылись в неизвестном направлении. Что касается Бриз, то она даже не пустила его к себе, сославшись на усталость. «Завтра обсудим», – сказала она и завалилась спать. Но, насколько Сииф мог судить, все остались довольны. Просто немножко лишнего. У него же самого после увиденного возникла еще одна шальная мыслишка, которая более его не покидала…
========== Эксперименты ==========
Влетело им по самое первое число. Отловила невменяемых, а потому утративших осторожность близнецов посреди коридора самая старшая из Наставниц. Она же не оставила на их спинах живого места, располосовав до крови вдоль и поперек. Двое суток Проклятье с Кошмаром приходили в себя, зализывая раны и попутно пытаясь осмыслить весь неоднозначный опыт, полученный под руководством баловницы Бриз. Сперва они зареклись возвращаться на студию, пока чертовы киношники не выдумали еще что похлеще. Через пару дней, когда семенники братьев вновь наполнились до краев и дали о себе знать, юнцы уже не были так уверены в своем решении. А за день до следующих съемок они уже обдумывали новый план побега.
Как оказалось, ничто их более не могло удержать от желания спариваться. Они готовы были вытерпеть еще сотню порок и перепробовать столько же извращений, лишь бы добраться до теплого лона Бриз. Искусительница являлась братьям во снах и преследовала в мыслях наяву; неделя без нее казалась вечностью, спазмы в подбрюшье делались просто невыносимыми…
Сииф уже битый час перебирал варианты, а Бриз все что-то не нравилось. Он готов был поклясться, что она прониклась к этим двоим… искренней симпатией! А потому упорно отказывалась их как-то истязать. И не просто отказывалась, а находила для этого разные предлоги.
– Нужно что-то такое… Эдакое. С огоньком… – размышлял урм. – Может, электроток?
– Наша шкура – хороший изолятор, – парировала самка. И ведь не поспоришь…
– Игрушки?
– Только, если для меня.
– Хлыст?
Бриз вздохнула. С хлыстом она играть любила, хотя, чаще, все-таки одна позировала с этим пикантным элементом.
– То, что в нашем арсенале, не оставит на чешуе яутжей даже легкого следа, – объяснила она и, немного поколебавшись, добавила: – А, потом, их и так слишком часто бьют в училище…
– Тогда – кандалы, – безапелляционно заявил режиссер.
Самцы реально явились крепко побитые. Рубцы на их спинах уже частично затянулись, но все еще представляли собой достаточно печальное зрелище.
– Парни, мы это используем, – «успокоил» Сииф, распорядившись принести плетку. Бриз, с нескрываемой жалостью осматривая следы безжалостной порки, метнула на режиссера суровый взгляд. Она прекрасно понимала, за что пострадали юнцы, а этот подлец еще и радовался…
– Нет, сами подумайте, – начал вдруг оправдываться урм, – как еще мы объясним зрителю, почему у наших моделей спина в лоскуты? А тут все логично: пришла прекрасная Госпожа и наказала. С этого и начнем, будто экзекуция уже в разгаре. На экране не будет понятно, свежие рубцы или нанесены только что. Бриз, никто тебя не заставляет лупить их по-настоящему, просто сделаем несколько эффектных кадров, ты покрасуешься, как ты это умеешь, а потом продолжим по основному сценарию…
Не сразу, но братья согласились участвовать в этом. Идея, заключающаяся в том, что самка-садистка поймала двух самцов и пытает их, им решительно не нравилась, но что было поделать, либо так, либо никакого спаривания… Потому близнецы, поворчав для порядку, разделись догола и позволили Бриз приковать себя цепями к стене. Сегодня декорации представляли собой «подземелье». Сииф был тот еще выдумщик.
Съемка началась. Зафиксированные жвалами к стене, самцы не видели, что происходит позади них, и могли лишь изнывать от желания, чуя запах возбужденной самки, и пачкая стену перед собой бесконтрольно текущим предэякулятом. А Бриз, облаченная в изящную кожаную портупею с блестящими металлическими кольцами, изощрялась с длинным гибким хлыстом, делая вид, что бьет пленников. По несколько ударов им действительно прилетело, но это вышло, скорее, случайно, чем намеренно, основная же часть приходилась на пол и стены. То обвивая себя утонченным пыточным орудием, то самозабвенно изгибая его основание в руках, самка позировала в самых откровенных позах, показывая, какое несказанное удовольствие ей приносят издевательства над пойманными самцами. Если бы Кошмар и Проклятье были прикованы лицом к ней, то они от данного зрелища уже бы, верно, просто обкончались.
Наконец, отбросив хлыст, Бриз приблизилась к братьям и, по очереди освобождая и вновь заковывая их конечности, распяла обоих спиной к стене. Самцы рычали и дергались, причем, опять-таки не наигранно, а уже вполне так по-настоящему, но противостоять не могли. Когда они предстали взору будущего зрителя, растянутые на цепях, возбужденные, скалящиеся и взмокшие; с сочащимися, наполовину вышедшими членами, самка бросила перед ними несколько черных подушек и удобно разместившись далеко за пределами досягаемости братьев, широко развела перед несчастными пленниками ноги. Вокруг себя она разложила целый арсенал всевозможных эротических игрушек разных форм и размеров. О назначении большинства этих предметов братья могли лишь гадать…
Следующие полчаса Бриз ублажала себя на их глазах. Под звуки их хриплого дыхания и отчаянного вожделеющего рыка, она с подлинным наслаждением стимулировала свой семяприемник и анус, постепенно увеличивая размер используемых орудий сладострастия. Она развратно поглядывала на мучающихся юнцов, медленно загоняя внутрь себя круглые гладкие бусины, а затем вытягивая их за нитку. Она хохотала, наблюдая, как пленники рвутся к ней, теряя разум, и неторопливо массировала вибратором свой клитор. Нет, право, потешное было зрелище! Самцы текли все, с головы до ног. Из раскрытых пастей капала слюна, и они даже не замечали этого; их шеи и торсы блестели от выделений пахучих желез, а с восставших уже в полную силу пенисов тянулись блестящие слизистые нити. Казалось, отпусти их сейчас – и они просто порвут самку на куски…
Нет, отпускать их Бриз, конечно не собиралась. Перебрав все игрушки и получив несколько оргазмов, судя по всему, реальных, самка поднялась и приблизилась к бьющимся на цепях юнцам. Она встала между ними и положила ладони на их наряженные, заметно вздутые от обилия нерастраченных половых продуктов животы. Братья резко замерли. Что она собиралась делать?
Воспользовавшись их временным замешательством, самка в следующий момент разом надавила на оба подбрюшья, тотчас же опустив руки вниз и крепко схватившись за горячие, пульсирующие члены. Несколькими движениями, достаточно сильными, чтобы доставить необходимые ощущения, но достаточно аккуратными, чтобы не повредить ретракторы, она довела близнецов до пика, так что те просто взорвались в фееричном экстазе, выгнувшись, задрав головы в диком крике и далеко выплеснув две густые желтые струи.
Удивительно было, с какой синхронностью все эти события произошли. Братья, стоящие в одинаковых позах по обе стороны от властной самки, одновременно и одинаково рванули цепи, одновременно взвыли на одной ноте и так же одновременно замолкли, хватая воздух и обмякнув. Со стороны картина казалось полностью симметричной, зеркальной и, не смотря на всю свою безмерную пошлость, содержала в себе некую неуловимую эстетику. Непостижимым образом все, что происходило до этого момента, представляло собой жесткую порнуху, а вот сам этот момент… Сам этот момент уже действительно больше походил на некий вызывающий жанр искусства.
Бриз выпустила их лишь тогда, когда последние капли семени пролились вниз. Освобожденные самцы только и смогли, что бессильно сползти вдоль стены.
Они отходили долго. Дрожь отпустила лишь минут через десять, а подняться братья смогли и того позже. Они даже в гримерку не пошли – так и остались сидеть на площадке, пока оборзевшие ассистенты прибирались вокруг и мыли пол. Еще бы немного, и они, наверное, осмелились бы подвинуть яутжей, чтобы помыть под ними…
Бриз сотворила с близнецами что-то невероятное. Они не могли это осмыслить, а лишь сидели рядом и молча переживали отголоски той бури, что пронеслась в их головах.
– Брат? – Кошмар, наконец, нашел в себе силы повернуться. Проклятье ничего не ответил, лишь слабо заехал ему кулаком в плечо.
Сииф не мог не признать, что юнцы хорошо вписались в их команду. Они поладили с Бриз, больше не стремились ничего крушить в гримерках, а перед камерой начали вести себя уже почти что профессионально. Сняв первый излишек напряжения, они начали действовать менее бездумно, чем поначалу. Даже в разгар спаривания в их глазах можно было при желании обнаружить не угасшие крупицы разума. Стало быть, не совсем безнадежны. С таким материалом можно было работать.
Отдельно радовало, что самцы брались за любой предложенный сценарий. Ни разу они не отказались что-либо делать, хотя и выказывали периодически свое недовольство. Согласились на групповой секс, согласились на игры с подчинением и доминированием… Вполне возможно, и на остальное согласятся.
Единственное, что напрягало, это осознание того, что их действительно в любой момент могут запереть. Или перевести в другую колонию. А, даже, если нет, то через три года с ними так и так придется прощаться. Если только не подбить их сбежать насовсем… Это, кстати, был вариант. Но Сииф пока слишком мало знал братьев, чтобы предугадать их реакцию на подобное предложение. Отказаться от почетного удела охотника ради карьеры в порно индустрии… Это, мало того, что не соответствовало менталитету яутжей, это просто ставило осмелившихся на такое вне закона. Нужно было понаблюдать за ними внимательнее. И предложить, но чуть позже, удачно подгадав момент…
– Все отдохнули? Теперь меняемся ролями! – объявил появившийся на площадке режиссер. Самцы только вернулись из душа, куда их настойчиво спровадил Сииф, пришедшие в себя, посвежевшие и готовые к дальнейшим приключениям.
Следующий сюжет должен был поставить в роль жертвы уже саму Бриз. Надо сказать, не подтвердившиеся в тот раз опасения на счет драки самцов, немало всколыхнули фантазию Сиифа, в результате чего и родился данный замысел. «Подвал» был тот же, но на цепях теперь повисла, скорчив обманчиво смиренное выражение, обнаженная самка. А два конкурента в набедренных повязках должны были сразиться за право обладания ею. Братьям вынесли бутафорские деревянные копья, вызвав тем самым приступ дружного, неудержимого ржача. Ну и оружие… Но выбирать было не из чего, а урм в который раз напомнил, что это же, все-таки, кино.
Заработали камеры, и соперники встали на изготовку. Уж что-что, а изображать схватку они умели. В училище Кошмар и Проклятье слыли весьма неплохими бойцами, да вот только никто не задумывался, почему они спарринговались исключительно друг с другом и ни с кем больше…
Впрочем, всемогущий инстинкт, включавшийся всякий раз в присутствии самки, наложил свой отпечаток и здесь. Бой вышел красивым и лаконичным, но гораздо яростнее, чем обычно. В результате Проклятье оступился, и Кошмар взял верх – честно, без поддавков. Далее по сценарию он отбросил копье и, припечатав брата к стене, заковал его руки, принудив с завистью смотреть на то, как пожинаются плоды победы.
Подойдя к самке, Кошмар резко, без какой бы то ни было прелюдии вошел в нее и долго отыгрывался за все, что она сотворила с ним час назад. Бриз безропотно подчинялась ему, постанывая будто бы от удовольствия, хотя, сейчас действия распалившегося самца были не сдержанны и грубы. Проклятье же, вновь бессильно созерцая чужие утехи, рычал и дергал цепи, но на него не обращали внимания.
Наконец, утолив свою похоть, Кошмар, так того требовал сценарий, «удовлетворенный уснул» неподалеку. Тогда Бриз, проявив чудеса ловкости, выскользнула из оков и, вместо того, чтобы бежать без оглядки, направилась к прикованному Проклятью. Воспользовавшись беспомощностью самца, самка пристроилась к его торчащему достоинству и несколько раз отымела его. Юнец, конечно, был совсем не против. Далее Бриз довольная покинула «темницу», оставив одного из самцов висеть на стене, а второго «беззаботно почивать». Этим сцена благополучно завершилась.
Когда все подошли к все еще лежащему в сторонке и безмятежно посапывающему Кошмару, дабы выразить восхищение его выдержкой и правдоподобной игрой, оказалось, что он дрых на самом деле.
========== Ксенофилия в чистом виде ==========
Как-то раз Бриз взяла выходной. Братья приперлись на площадку, вновь преодолев кучу трудностей на своем пути, а их так жестоко обломали…
– Не расстраивайтесь раньше времени, парни, – успокоил их Сииф, – просто сегодня мы внесем немного разнообразия. Вы же не против разнообразия?
Самцы были не против…
Хитрый урм довольно ухмыльнулся и отвел их на разные съемочные площадки – оказывается, их было две! Сегодня юнцам предстояло познать межвидовой секс.
Ни Кошмар, ни Проклятье не могли сказать с определенностью, как они относятся к данному вопросу. С одной стороны, врожденная ксенофобия то и дело восставала с глубин сознания, пытаясь воззвать к здравому смыслу самцов. С другой стороны, очень хотелось спариваться…
– Не факт, что мы должным образом среагируем на самку другого вида, – осторожно заметил Проклятье, когда режиссер разъяснил им все детали.
– Среагируете, будь спокоен, – пообещал Сииф и вновь подозрительно осклабился.
Кошмару досталась урм. Изящная и стройная, она едва достигала его груди. Самочку звали Шуи. По-яутжевски она говорила, но не очень хорошо, однако, как верно заметил режиссер, они не разговаривать сюда пришли.
Первое, что поразило Кошмара, так это то, что от Шуи пахло… Бриз! Он даже сперва не поверил собственному носу. Облапив урм, самец прижал ее к себе и втянул воздух возле ее шеи. И тут же почувствовал, что у него встает…
Никакой мистики тут не было, просто предусмотрительный Сииф собрал накануне выделения шейных желез самки и предложил их сегодняшним актрисам в качестве своеобразного парфюма. Те поморщились, поупирались, но, в итоге намазались ядреной смесью, что имела свойство сводить самцов яутжей с ума. И эффект превзошел все ожидания! Оказалось, самцам не столь важна сама самка, сколь ее аромат…
Уже нисколько не смущаясь нацеленных на него камер, Кошмар незамедлительно приступил к любовной игре, в которую урм включилась с немалым энтузиазмом. Надо сказать, эта народность вообще была, что называется, слаба на передок. Даже не удивительно, что порностудию держал именно один из представителей…
В качестве декораций вокруг вновь были лишь голые стены, даже без кушетки – как объяснил Сииф, ничто не должно было отвлекать зрителя от контраста, являемого межвидовой парой. Ну, ему виднее… На полу был постелен мягкий губчатый материал, на который Кошмар уложил партнершу, стараясь действовать как можно аккуратнее. Его беспокоило, что она намного меньше, как было вообще с ней спариваться? Но Шуи, кажется, нисколько не волновалась. Она тут же обхватила самца своими худыми ногами и начала, тонко урча, перебирать по его груди и спине острыми пальчиками. Кошмар зарокотал и провел руками вдоль ее хрупкого стана, попутно избавив партнершу от немногочисленной одежды. Его взгляд в нетерпении упал на клоакальную щель урм и тут же сделался озадаченным. Боги, какая же она была маленькая и узкая… Совсем не как у Бриз.
Он невольно сглотнул и, понимая, что обратного хода нет, стянул с себя набедренную ткань. Изящная ручка тут же потянулась к его паху и жадненько накрыла чуть выглядывающее мужское достоинство Кошмара, сжав при этом коготки.
– Дергать – нельзя, – тихо предупредил партнершу самец, приблизив жвала к ее томному личику и услышав в ответ смеющийся писк.
– Не буду, – так же тихо пообещала урм и принялась легонько массировать увеличивающийся под ее пальцами бугор. Одновременно она обняла самца за шею другой рукой и, привлекши в себе, стала исследовать подвижным розовым языком его ротовую полость и перепонки. Кошмар удивленно рыкнул и попытался отстраниться, но самочка вцепилась в него мертвой хваткой и начала сосредоточенно пересчитывать острые нижние резцы, неприятно щекоча десны. У яутжей не были приняты подобные ласки, а потому самец не знал, как на них отвечать и, в итоге, просто расслабился, отдавшись на волю шалостей маленькой партнерши.
Вот урм заерзала под ним и, взяв одну его руку, положила себе на промежность, показывая, каким образом нужно там гладить. И Кошмар вновь подчинился, начав легонько водить пальцами вдоль увлажнившейся щелки, стараясь не задеть тонкую кожу Шуи когтями. Самочка тихо застонала и ответно скользнула ручкой по его вышедшему уже больше чем на треть члену.
Несколько минут они предавались подобному незамысловатому петтингу, после чего урм задышала часто и глубоко и вдруг громко крикнула, хватаясь за Кошмара:
– Трахни меня, кобель!
Самец аж вздрогнул от неожиданности, но, быстро сориентировавшись, приступил к выполнению желания самки. Непривычности ситуации не давала до сей поры ему потерять контроль, но, стоило его естеству начать погружаться в узкое, сопротивляющееся лоно, как последние оковы разума слетели с его животной сути. Громко взревев, Кошмар придавил самку и резко вошел. Ей пришлось широко развести ноги, иначе яутжа просто между ними не помещался, но самочка лишь замурлыкала и плотнее прижалась к партнеру, подставляя к его пасти надушенную чужими феромонами шею… Ох и зря она сделала это…
Моментально озверев, Кошмар стиснул самку и начал безудержно ее иметь, уже не взирая на ее хрупкость, узость и прочие несоответствия с его собственной анатомией. А дальше произошло закономерное – то, о чем, видимо, не подумала эта самоуверенная вертихвостка – член самца начал увеличиваться до своего максимального размера. Сперва Шуи напряглась, затем забилась, а после надрывно закричала, пытаясь освободиться из железных объятий самца. Она верещала и просила остановиться, бессильно царапала когтями жесткую спину, дрыгала ногами – все безрезультатно, перевозбужденный самец оставался глух к ее мольбам.
Подскочили ассистенты и попытались растащить пару, но один удар тяжелой руки яутжа разом отшвырнул их к дальней стене. Примчался Сииф, крича что-то, но Кошмар едва не вмазал и ему. Лишь то, что несчастная жертва в его когтях вдруг начала странным образом обмякать, протрезвило самца. Он резко замер и опустил бессознательную партнершу на пол, после чего как можно осторожнее извлек из маленького тела обагренный кровью член, извергая на остатках возбуждения последнюю порцию семени.
Осознав, что натворил, Кошмар отшатнулся и в ужасе уставился на неподвижную Шуи. К той тут же подбежали сородичи и принялись хлопотать вокруг нее, Сииф же поспешно вручил горе-любовнику его одежду и вытолкал в душ.
Спустя полчаса режиссер появился вновь и отвел Кошмара к гримерку, успокоив, что самка жива и уже пришла в себя.
– Порвал ты ее, конечно, знатно, – поморщился Сииф, – но всякое в жизни бывает… Да, как-то неудачно сегодня прошло… Ладно, с меня выпивка.
В гримерке обнаружился Проклятье. Он сидел за столом и, не дожидаясь компании, пил, опрокидывая в пасть стопку за стопкой. Если приглядеться, можно было заметить, что его рука, сжимающая напиток, слегка дрожит…
Как оказалось, ему повезло еще меньше. Его партнерша относилась к народности «девочек» – темнокожих пластичных существ с непроизносимым названием, да еще и не владеющих яутжевским наречием. Также измазанная в выделениях Бриз, она достаточно быстро возбудила самца, и все сперва шло очень даже неплохо… «Девочка» была даже меньше урм, но, как оказалось, очень хорошо растягивалась. Ее ласки были смелы и изобретательны, Проклятье даже стал подумывать о дальнейшей связи с подобными существами, как вдруг… В самый момент кульминации самец почувствовал, что по обе стороны от члена в его клоаку начинают проникать какие-то скользкие щупальца! В ужасе отбросив партнершу от себя, самец увидел, что у той по бокам входа во влагалище торчат два придатка, подозрительно напоминающие… пенисы! Лишь потом он к своему великому стыду узнал от съемочной группы, что спаривался с гермафродитом! Причем, все сделали вид, будто удивились, что он об этом не знал. Все, включая режиссера…
Откровенно говоря, после всего случившегося, братья решили, что больше они на студию ни ногой. Однако, по прошествии еще двух недель неудовлетворенный инстинкт возобладал над ними, и вновь погнал к месту прежних утех…
Сииф ликовал и обещал повысить гонорар, только бы они от него не уходили. Даже за «девочку» перед Проклятьем еще раз извинился. А Кошмар, со страхом ждавший известий о Шуи, встретился с ней в коридоре и был незамедлительно прощен, трогательно обнят и облизан. Особа оказалась совершенно не злопамятной, более того, даже предложила как-нибудь повторить эксперимент, просто с более тщательной подготовкой. Что до Бриз, то она, хоть и не созналась в том, что рада видеть парней, но была с ними в ту ночь нежна, как никогда прежде.
========== Опасное предложение ==========
Сииф сидел и думал. Идея, засевшая в его мозгу, так и не хотела оставлять его. Уже много лет он снимал качественное порно, разлетающееся, как горячие пирожки, по всем черным рынкам галактики. В числе его зрителей были существа самых разных видов, имеющие самые разные вкусы, и Сииф стремился угодить всем. Он снимал классический гет, снимал ролевые игры, мастурбацию, садо-мазо и как-то раз даже копрофагию… Снимал, разумеется, и однополый секс. Хорошо брали такое видео гермафродиты, ну и просто разные типы с соответствующими особенностями.
Еще Сииф стремился сделать свою продукцию уникальной. Последней его фишкой стали яутжи – на них в последнее время просто какая-то мода пошла. Первые снятые с близнецами фильмы уже разошлись тремя тиражами – это был охеренный успех! НО. Почти все ролики были в стиле гетеро, а народ неустанно требовал на экране гомосексуальных пар. Кроме Бриз имелась еще одна приходящая самка, которая иногда была не прочь экзотически провести время – с ними двоими Сииф отснял несколько картин, но и только. А вот о «крепкой мужской дружбе» между яутжами, похоже оставалось только грезить. Бриз хохотала и утверждала, что он таких актеров в жизни не найдет. Он искал, но пока Бриз оказывалась права…
И вот появились близнецы. Они поразили не только самого режиссера, они ввергли в полный шок всю съемочную группу, даже Бриз признавала, что они уникальны. Подумать только, два самца, абсолютно лишенные взаимной агрессии. Если подумать – основного сдерживающего фактора в интересующем Сиифа вопросе.
Он не раз вспоминал и пересматривал те съемки, где юнцы овладевали враз одной самкой. Чтобы решиться на это, требовался определенный склад мышления… Ни один нормальный самец не согласился бы, а они не только как раз плюнуть сделали, так еще и явно удовольствие получали! Так, может быть, они были бы готовы пойти дальше? Как знать, может быть, вот они, те самые беспринципные яутжи, которые воплотят не только мечту Сиифа, но и мечты сотен поклонников его творчества?
Он представил себе это. Представил и едва поборол дрожь. Два молодых самца в объятиях друг друга. Вытворяющие… Да, что он им скажет, то и вытворяющие! Яутжи не целуются, но он может уговорить их изобразить нечто похожее, сцепиться для любимых зрителей жвалами и переплести языки. О, это был бы потрясающий кадр!
И потом их секс – жаркий и грязный, звериный, с этим их знаменитым рычанием и с изнемогающими стонами… Один прижмет другого и будет смотреть ему в глаза, алчно скалясь и откидывая с лица мешающуюся гриву. И, не важно, кто будет доминировать, а кто подчиняться, ведь они абсолютно идентичны! Да, похожие как две капли воды, эти самцы даже в «тройничке» с самкой смотрелись вызывающе, а уж здесь… Самец, трахающий сам себя! Просто гениально!
Урм вдруг поежился и мотнул головой, отгоняя назойливое видение. Они не согласятся.
– Ты мог предупредить, что ее сегодня снова не будет, – недовольно рыкнул Проклятье.
– Да я сам только узнал, – начал оправдываться урм, подливая братьям из высокого графина.
– И, что, нам теперь обратно идти? С «девочками» твоими я теперь ни за что не соглашусь, а хвостатые не захотят сами, после общения с Кошмаром, – тут он приглушенно захрюкал себе в жвала.
– Ну, что ж, посидим сегодня просто, как приятели, планы обсудим, – бодро произнес режиссер. – Парни, да вы закусывайте, а то унесет вас.
– Да нее… Во время гона вообще кусок в горло не лезет… – отмахнулся Кошмар, проглатывая еще одну порцию алкоголя. «Отлично», – подумал урм, а вслух сказал:
– Удивительно, Бриз только и делает, что постоянно перекусывает…
– Так то – самки, – рассмеялся Проклятье. – У самцов другой обмен веществ. Бабы даже поговорку такую злую выдумали: «У мужика в брюхе может быть лишь что-то одно – либо семя, либо жратва – все зависит оттого, что у него в голове: охота или случка». Неуважительно, но жизненно.
Режиссер вежливо посмеялся. И подлил парням еще.
– Что? – самец рыгнул и устремил на Сиифа расфокусированный взгляд.
– Парни, это же не взаправду, – попытался уговорить их урм. Братья уже настолько наклюкались, что при всем желании не могли влепить ему за непристойное предложение – просто промахнулись бы.
– Да все равно! – фыркнул второй брат, ненадолго поднимая голову от стола.
– Послушайте, парни, вам же понравилось тогда с Бриз? Помните, насколько вы были близко?
– Блин, ну это не одно и то же, приятель! – ближний из братьев неловко пихнул его в бок.
– Вот, спорим… Ик! Что у меня на него даже не встанет? – вновь послышался голос от столешницы.
– А… спорим! – вдруг согласился урм.
Тянуть с экспериментом не стали. Пошатываясь, яутжи вылезли из-за стола и последовали за на удивление трезвым Сиифом. Когда они пришли на пустую съемочную площадку, урм, не теряя времени даром, начал включать аппаратуру.
