Текст книги "Грабить и убивать не мешая окружающим (СИ)"

Автор книги: Qrasik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

11. Книга Бинго

<b>**</b>

Стыдно признаться, но за последнее десятилетие я растерял все свои навыки по навигации в лесу без вспомогательного оборудования. И ладно ночью, там мне больше пришлось бегать, чем скажем так ориентироваться, но та же самая фигня случилась и днем. И, так как выйти к своим сразу у меня не получилось, мне пришлось заночевать на дереве.

О, нет, ничего такого кошмарного, о чем вы могли бы подумать. У меня же был мой инвентарь, а в нем все необходимое для комфортного сна даже на дереве. Потому воспользовавшись преимуществом своего возраста, я профессионально натурально как обезьянка взобрался на довольно высокое дерево и разместил в его ветвях гамак.

Закидав в себя горячей каши и запив это горячим же чаем, я попытался вновь связаться со своим отрядом, но не получилось ровным счетом ничего. Учитывая тот факт, что Мишон оказалась никчемным радистом, я не сильно на это рассчитывал, но был обязан попробовать. В конце концов, это мне не стоило абсолютно ничего. Просто лишних пять минут перед сном.

Как оказалось, события последних двух дней меня порядком вымотали. Не успел я лечь в гамак, как меня тривиально отключило. Моему сладкому сну не помешали даже зомби, которые шастали по лесу, все ещё сбредаясь на полыхающий в Терминусе пожар.

Как и следовало ожидать, проснуться я смог лишь в полдень, когда солнце стояло уже в зените и сквозь листву начало жечь мою многострадальную физиономию. Признаться, я даже растерялся. Здесь со мной такой фигни ещё не было, Все ж таки детское тело очень подвижно, но в ущерб надежности. Там, где взрослый, сквозь мат, смог бы разлепить глаза, ребенок лишь сладко посапывал во сне. Но сваливать свои неприятности на внешние условия любой дурак сможет, поэтому я стенал исключительно для проформы.

Прямо здесь на дереве я умылся водой из бутылки, и вновь позавтракав горяченьким без затей спустился вниз. Как и следовало ожидать, за ночь все шарахающиеся по кустам мертвяки ушли к горящему лагерю каннибалов, и дорога превратилась в сплошное удовольствие. Правда с навигацией у меня получилась та же лажа, что и ночью, и я примерно час потратил на путь в совершенно не нужном мне направлении.

Но это были мелочи. Я мог бы с ними мириться, если бы не одно но. Неожиданно моя радиостанция мигнула светодиодом, оповещая о том, что в канале появился активный источник. Не щелкая клювом, я сразу вставил наушник гарнитуры себе в ухо и как вдохнул воздуха для начала фразы, так его и выдохнул. Судя по всему, тот, кто включил передачу, либо не понял, что сделал, либо прекрасно понял и таким вот образом транслировал на ближайшие километры все то, что происходило где-то здесь, знать бы еще где.

Уже после первых фраз я был вынужден остановиться, окинуть окружающее меня пространство взглядом и вновь забраться на дерево. Фактически радиостанция Мишон сейчас работала как прослушивающее устройство. И мне как в какой-нибудь радиопьесе времен прошлого века пришлось слушать любительскую постановку извечного произведения – «предательство тех, кого ты спас». Тот самый случай, когда моя черствая душа сворачивается в узелок и хочется тривиально поплакать. Да, конечно, начало было вполне себе мирным, доводы были логичными, а требования понятными. Но, когда тебе больше ста лет и последние свои годы ты провел не в санатории, а бегая с кинетической винтовкой наперевес, то все это начинает казаться плохой игрой не менее плохих актеров. Мозг просто не хочет воспринимать это как реальность. Но реальность эта такая штука, которой класть на твои хочешь и не хочешь.

В общем, спасенные граждане принялись пилить мозг Рику. Группа сержанта намеревалась прорываться в Вашингтон, якобы один из них, Юджин, знал средство от некоего зомби-вируса и его надо доставить туда, чтобы он это средство применил. Ага, так и заявили, что собираются запустить баллистические ракеты с антивирусом. Я когда такой перл услышал, не сдержался и засмеялся. Кем бы ни был этот их Юджин, но врал парнишка очень плоско. Надеюсь, эта их мифическая база антивирусных ракет называется не Форт Касперский? Но в любом случае этого клоуна надо будет предметно допросить.

Однако шутки шутками, но эта комедия очень быстро стала скатываться в трагедию.

Бывшие члены группы Рика с одной стороны порывались помочь сержанту, с другой стороны просто жевали Рику мозг. Дэрил выступал в комплекте с какой-то незнакомой мне бабой, и они требовали у Рика начать поиски той самой Бэт, которую украли у Дэрила. Некий, опять-таки неизвестный мне Тайриз, пытался всех помирить и задвигал речугу с тем смыслом, что Рик прав и его распоряжения по прочесыванию окрестностей Терминуса в поисках выживших каннибалов стоит выполнить. Чувствовалось, что этому малому делать это категорически не хотелось, но человек был готов исполнить свой долг перед человеческим видом. Такого же мнения придерживалась и Мишон. В общем, не сказать, что неожиданность, но и приятного мало.

Царапнуло меня то, что они, побывав в роли заменителя крупному рогатому скоту, мгновенно забыли про Терминус и делали все, чтобы забить на свой долг. Воистину, именно в такие моменты начинаешь понимать злые слова нашего командующего по поводу таких вот персонажей. Язык не поворачивается говорить такие слова вслух, но лучше бы их съели. Переварили и высрали, чем вот такое. В общем, я настроился уже на то, что самодвижущиеся полуфабрикаты, наконец, свалят, возможно, даже прихватизировав что-нибудь из нашего имущества, но чего я не ожидал, так это того, что ключевым моментом станет то, что Рик обязан присоединиться и поддержать одну из группировок. Такая вот вам демократия.

Как говаривал один юморист в моем мире: – «ты нас спас и в благородство мы играть не станем, сделаешь для нас пару заданий, и мы так уж и быть забудем, что ты нас спас». Сказано, конечно, было несколько иначе, но общий смысл вы должны были понять и так.

Я от такого перла чуть не брякнулся на землю, временно потеряв равновесие. Сняв гарнитуру, я торопливо помассировал ладонями уши, чтобы немного пригасить раздражение и только после этого вновь эту самую гарнитуру надел. Лучше бы я, наверное, этого не делал. Мне, конечно, было лестно, что Рик четко и однозначно послал всех на хуй, а также то, что не менее четко и однозначно он заявил всей этой толпе, что командует всем парадом Карл, то бишь я. Также он сказал им, что они могут пиздовать на все четыре стороны, но сугубо сами. Никакой помощи им оказываться без моего приказа не будет.

По спине впервые за многие годы пробежали мурашки, была даже шальная мысль помолиться, но в моем мире ни разу за пятнадцать лет войны это не помогло, не помогло и здесь. Характерные звуки борьбы, сомнительного содержания крики и как апофеоз звуки выстрелов. Вот вам и сплоченная группа единомышленников.

<b>**</b>

Часам к пяти я таки смог выбраться в более-менее знакомые места и, сориентировавшись на местности, я со всеми предосторожностями направился к тому месту, где мы в свое время нарвались на мину-ловушку. Преодолев заграждения, я забрался на крышу большого полуразваленного сарая и смог-таки, наконец, увидеть последствия того, что здесь произошло в обед.

Проигнорировав потеки крови, двоих упокоенных зомби и чью-то отрубленную руку, я подошел к тому месту, где лежал заваленный шифером Рик. Он был отцом пацана, чье тело я невольно занял. И, в принципе, он был хорошим человеком. Даже с учетом его шизофрении он оставался правильным мужиком. Он не сделал этим людям ничего плохого, более того, он им помог. Он рисковал своей жизнью ради них. И вот вам, пожалуйста. Они даже не отдали последнюю дань уважения этому человеку. Они бросили его здесь неупокоенным.

Присев рядом с присыпанным мертвяком я с удивлением понял, что не могу выстрелить ему в голову.

– Вот так-так, расскажи кому, что Кровавый Клим не сможет выстрелить в человека, запинали бы за наглую ложь. Однако ведь, в самом деле, не могу.

Отойдя от зомби, прошелся по помещению, стараясь взять себя в руки. Мы ведь с ним и знакомы были всего неделю, но сейчас у меня такое впечатление, словно я знал его с самого рождения. Возвращаясь обратно к Рику, я сбился с шага и с сомнением посмотрел на плетеную корзинку, очень странную плетеную корзинку, которая стояла посреди небольшой красной лужицы. Отчетливо ведь помню, что ничего такого у нас не было, не было этого и у полуфабрикатов. Подойдя поближе, я убрал ткань, которая закрывала содержимое, и с ещё большим недоумением уставился вовнутрь.

– Вот же суки, конченые суки! – покачал я головой и вернул ткань на место. – Да, блядь, ещё одна такая находка и мне придется идти к людоедам извиняться, так как по сравнению даже с ними, вы, ребята, откровенно охеревшие.

С определенным трудом, но все же я смог взять себя в руки. Отбросив невольную растерянность, я вынул из ранца чехол с пробойником и, закрепив его на первом попавшемся шесте, взял получившуюся конструкцию и вышел наружу. Оглядевшись, я выбрал неплохое местечко и, активировав пробойник, принялся орудовать им на манер лопаты. В принципе сейчас это и было лопатой. Пробойник выхватывал примерно двадцать литров грунта, а затем я делал мах шестом и эти же самые литры вываливались рядом с ямой. Учитывая, что физических усилий все это требовало небольших, а шест был довольно длинным, то и мельчить я не стал и сразу вырыл, хоть и небольшую, но довольно глубокую яму. Чисто на глаз глубина получилась около двух метров.

Закончив с подготовкой, я снял пробойник с шеста, очистил защитный чехол и вернул устройство на свое законное место. Пока я делал все это, прошло какое-то время и я смог, наконец, сделать то, что был должен. Нет, выстрелить я так и не смог, но мне хватило силы воли для того, чтобы ткнуть шомполом зомби в ухо. К счастью этого оказалось достаточно.

Высвободив тело Рика из-под завала, я был вынужден заморочиться с созданием волокуши, потому что моих сил немного не хватало. Я мог сдвинуть Рика, но оттащить его к могиле уже не получалось. Вот и пришлось применять опыт предков. Закатив Рика на кусок брезента, я вцепился в край ткани и с тремя передыхами смог-таки оттащить его к месту захоронения. Правда и здесь пришлось думать, так как просто так сбросить тело в яму я постеснялся. Но не слишком сложная петля из куска веревки и доски, позволила мне опустить погибшего на дно могилы без особого варварства.

Постояв над телом, я так и не придумал, что можно было бы в данном случае сказать. Поэтому не стал маяться дурью и пороть отсебятину. Закидав могилу землей, я при помощи инвентаря притащил довольно большой камень и, установив его на манер памятника, достал сундучок с инструментом. Вместо того чтобы по свежим следам догнать убийц, я отложил данную задачу на потом и принялся за искусство нанесения надписей на камень. В итоге я потратил обе батареи к шуруповерту, которому заменил биту сверлом. Получилось кривовато конечно, но сомневаюсь, что здесь и сейчас кто-то может позволить себе нормальную могилу с настоящим, изготовленным промышленным способом памятником.

Закончив с погребением, я заглянул в помещение и ещё раз удостоверился, что оба зомби были убиты из револьвера. Все-таки у Рика довольно специфический был пистоль. Очень характерные дырки оставлял. Так что мне здесь все понятно и это были явно не друзья. А раз это не друзья, то пусть здесь и дальше лежат, мне на них плевать.

Отвернувшись, я вновь зацепился взглядом за корзинку. Про нее я как-то и забыл, пока занимался этими скорбными делами. Подойдя к ней, я задумчиво постоял, но все ж таки повторил процедуру захоронения и для младенца. Заморачиваться с большой ямой в этот раз я не стал, да и камень тоже не стал устанавливать. Да и что бы я там написал? Я даже не знаю, чей это младенец. Я не удивился бы даже, если это дочь Рика. Понимаю, что вероятность данного события невелика, но он упоминал, что судьба дочери ему не известна. Было бы забавно, если бы младенца кто-то спас и все для того, чтобы эти пиздюки убили его здесь вместе с Риком.

– Да ну, фигня. Не могло такого быть. Видел я их. Эти бы ребенка спасать точно не стали бы, – покачал я головой, улыбнувшись своей несостоятельной теории. – Видимо это был ребенок того чувака, которого я слышал по радио. Как там его? Ах да, точно, Тайриз. Надо будет найти данного мужика. В конце концов, он не побоялся заступиться за Рика. А это дорогого стоит.

<b>** Эпилог первой части **</b>

Тайриз поморщился из-за боли в ране. К его счастью та злополучная пуля лишь рассекла мышцы на боку, но, не задела ничего важного, и не раздробила ни одной кости. Антисептик и чистый бинт давали неплохую гарантию того, что рана спокойно заживет, однако все это не давало никакой защиты от боли. А рана болела, чего не отнять. И вообще место ранения оказалось очень неудачным, ибо как бы аккуратно ты не шевелился, кожа в этом месте один черт изгибалась, и рана начинала активно напоминать про свое существование.

Аккуратно вздохнув, Тайриз подкинул несколько веточек в огонь и покосился на девушку, что сидела у костра и смотрела в пламя немигающим взором.

– Бедный, бедный мальчик, – выдохнул он с печалью в голосе, продолжая их неспешную беседу. – Ладно, мы. Мы уже взрослые люди, а каково Карлу я даже представить себе боюсь.

– Я согласен, что история вышла ужасная, – вздрогнув всем телом, включился в беседу Аарон. – Но и методы у него совершенно не детские. Я уж думал, он меня, в самом деле, освежует.

– Он просто разуверился в людях, – прервала свое длительное молчание Мишон. – А ты, Аарон, скажу честно, слишком сильно выбивался из окружающей нас действительности. Те каннибалы в Терминусе, тоже были чистенькие и доброжелательные. Они тоже обещали безопасность, а заканчивалось все тем, чем заканчивалось.

– Да уж, – невольно дотронувшись до уже почти зажившей шеи, поддакнул разведчик поселения. – Я о таком безумии даже и подумать не мог, я думал, что страшнее восставших покойников ничего на этом свете уже не будет. Я понимаю, что мальчишка делал то, что должен был делать, но это не отменяет того факта, что я обзавелся ещё одной фобией. Нет, ну вы видели, что он сотворил с тем чуваком?! Он же ему голову, нахрен, отрубил!

– Ну, отрубил, и? – пожав плечами, хмыкнула Мишон. Она оправила свой форменный китель и встала с лавочки. – Их никто не заставлял убивать его отца. Не думаю, что Карл отказал бы этим идиотам в помощи. У него за пазухой много нужного было, да и как командир он был хорош. Если уж им так надо было в Вашингтон, то первым делом надо было агитировать именно его. Но случилось то, что случилось. Уж прости его за то, что он угрожал тебе столь болезненной смертью.

– Да ладно, я все понимаю, я, в самом деле, сглупил и повел себя как идиот, – помявшись, признал Аарон.

Тайриз подкинул ещё пару веточек в костер и, проводив ушедшую в дом Мишон взглядом произнес:

– И все-таки жаль. Из него бы получился хороший констебль для этого поселения.

– Или разведчик, – кивнул Аарон и вздохнул. – Не понимаю я его, у нас же нормальное поселение. Есть ограда, продукты, медикаменты, даже дети его возраста есть, а он просто взял и ушел.

– Это его выбор, мы не вправе навязывать ему свою волю.

– Но Тайриз, пойми, это же ребенок, – взмахнув руками, вскрикнул Аарон. – Чего бы он не пережил, это всего лишь ребенок. Взрослые вообще-то обязаны заботится о детях. Даже если дети считают иначе.

– Вот поэтому он и ушел, – фыркнул мужчина. – Да по сравнению с ним это мы с тобой дети. Я до сих пор помню тот день, когда он нас нашел. Мишон была без сознания от потери крови, а у меня нога провалилась сквозь лестницу и застряла. И зомби вокруг. И тут появляется он, подходит ко мне, расталкивая мертвяков, и спрашивает, скучающим таким тоном, как, мол, меня зовут. Я уж думал, у меня галлюцинации, или кто-то из ангелов смилостивился и спустился ко мне с небес, чтобы проводить мою душу в ад, туда, где ей самое место. Сейчас конечно стыдно об этом вспоминать, но мне было очень страшно умирать так, фактически в одиночестве. Я же думал, что меня сожрут, а не сожрут, так укус зомби даст о себе знать, и я все равно помру. И знаешь, что он сделал?

– Да черт его знает, – покачал головой Аарон. – Не удивлюсь, если он отпустил одну из этих своих гнусных шуточек. Или леща отвесил.

– Нет, ты не прав. Он сел рядом со мной и, положив мою разбитую голову себе на колени, стал петь колыбельную песенку.

– Постой, а тот укус… – начал было Аарон.

– Повезло, мне очень сильно повезло, – печально улыбнулся Тайриз. – Укус зацепил вену, и кровь вымыла заразу до того, как она начала действовать.

– В самом деле, фееричное везение, – кивнул Аарон.

– И везение в том числе, – вздохнул Тайриз. – А еще мне повезло в том плане, что из-за колыбельной я успокоился и перестал тревожить ногу. Если бы не это, я бы сейчас с тобой здесь не разговаривал. Или обратился бы или истек кровью.

– Ну, надо же, а я думал, он просто псих.

– А кто в наше время нормальный? – встав с лавки, пробормотал Тайриз. – Ладно, Аарон, я спать.

– Давай друг, тебе завтра заступать на службу, а я ещё немного посижу.

– Хорошо, спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

ЧАСТЬ II (12. На берегу Стикса)

<b>**</b>

Увидел я ее сразу, но просто не придал ей никакого значения. Для меня это было очередное мертвое тело, которое выплыло из-за излучины реки, и подгоняемое потоком воды не вошло в очередной поворот, и было выброшено на противоположный берег. В этой речушке довольно быстрое течение и именно в этом месте поток воды выносит на берег всякое разное. Начиная от тривиального плавника и заканчивая такими вот телами. Это было далеко не первое и как я подозреваю не последнее такое тело. Тут на камнях до сих пор висела полузатопленная лодка, на которой, судя по надписям, плавали местные пионеры – скауты. В общем, взгляд за нее у меня не зацепился. Тем более в этот момент я пополнял свой запас горячих блюд и был немного занят.

Я уже по отработанной технологии нашел хорошее крепкое разлапистое дерево и с комфортом устроился в его ветвях. В этом мне помогал тент, который прикрывал меня от дождя и гамак, который обеспечивал меня комфортным сном. Так же я использовал растяжки, в которых подвешивалась печь-щепочница как раз перед гамаком, в котором я сейчас и сидел.

Возможно, со стороны это смотрелось весьма странно, но, как я убедился за эти месяцы, такой способ ночевки был очень эффективен. Учитывая то, что все свое я как черепаха носил с собой, то было до безобразия удобно коротать вечера в таком стиле. С удобством развалившись в гамаке, я время от времени подкидывал щепки в печь и помешивал содержимое котелка или жарил что-нибудь на сковороде.

Сама печь была чем-то похожа на ведро, но в отличие от своего жестяного собрата, была куда технологичнее и нужнее. Благодаря ее помощи я мог спокойно готовить еду и греться у огня, не спускаясь на землю. Была, конечно, опасность со стороны зомби и выживших, но не такая уж и большая. Так как патронов к моей AR-15 было, как говорится, хоть соли, то если вдруг подо мной скапливалось избыточное количество мертвяков, то я мог потешить себя стендовой стрельбой. А еще можно было вытряхнуть содержимое печи на головы зомбям и пока они тупили и скапливались в одном месте, покинуть место ночевки, прикрываясь стволом дерева.

С выжившими было конечно сложнее, но эти граждане по ночам по лесам не шарахались. А если даже и шарахались, то сразу стрелять не начинали. Патроны в наше время это большая ценность и то, что я имею еще сорок не вскрытых коробов, это по местным меркам настоящее богатство. В общем, я имею возможность стрелять столько, сколько потребуется. А дополнительную борзость мне придает хоть и жиденький, но все ж таки силовой щит, который был способен не только укус выдержать, но еще и пули доступных населению калибров, хоть и не очень долго.

Но все это требовалось очень и очень редко. Мертвяков хоть и было чудовищно много, но они как те самые свиньи наверх смотреть не любили. Выжившие тоже страдали, скажем так, двухмерным сознанием, и были случаи, когда меня тривиально не замечали и проходили мимо. Вот последнее меня откровенно поражало. Как можно не заметить тент, гамак и небольшую печь на растяжках, я не представляю. Это надо быть очень «глазастым».

Да и попытки моего ограбления хоть и были основным типом моих взаимоотношений с людьми, но все ж таки далеко не все и не всегда пытались на меня наехать или даже выстрелить. О, нет. Адекватные люди встречались даже в этой богом забытой стране. Скажем так, случалось одно такое событие в месяц, не чаще. Понимаю, что звучит это удручающе, но как я и говорил, людей по лесам шарахается не так уж и много. Тем более я довольно сильно углубился на север и не уверен даже, нахожусь ли я еще в этих самых «рассоединённых» штатах. Вполне может так статься, что этот лес находится уже в Канаде. Так что да, я был весьма оптимистичен.

Каждый случай встречи с адекватными людьми обогащал меня новыми знаниями и наблюдениями. Последние три раза я даже в шутку начал представляться всем как вольный торговец, путешественник и естествоиспытатель. Люди на такое моё представление улыбались, хвалили за боевой дух и после этого всегда предлагали помощь. Вот это меня в американских людях и поражало. Либо они конченные мрази, либо они хоть и с оговорками, но готовы тебе помочь. Последних по понятным причинам было мало, я бы даже сказал удручающе мало, но они до сих пор встречались. Но да, идиотов, к сожалению, было гораздо, гораздо больше.

Конечно же, были и промежуточные варианты, но они, скажем так, являлись исключениями. В одних случаях это были какие-то остатки прошлого мира, которые пережили горячую фазу кризиса на доБэПэшных запасах, или это были группы, которые кучковались вокруг нестандартного лидера. Но как говорится, эти исключения лишь подтверждали мои выводы.

Но что-то я отвлекся. Так вот, хоть я и увидел ее с самого начала, но приняв за обыденного мертвяка, потерял к ней всяческий интерес. И тут меня можно понять, ведь эти самые мертвяки были буквально фоном современной жизни. Мне и в голову не пришло, что это ковыляющее тельце, что раскачивалось из стороны в сторону при каждом шаге, может быть еще живо. Мокрая потрепанная одежда, характерная походка и тот факт, что в воде она не шевелилась, все это сделало ее для меня невидимкой. В общем, когда я, наконец, расслышал тихонький даже не крик, а скорее всхлип о помощи, последнее место, куда я посмотрел, это был берег.

Пока я с недоумением крутил головой, выискивая источник голоса, девочка доковыляла до разрушенных сходен и, зацепившись за бревнышко, довольно проворно вскарабкалась на них и побрела дальше. В тот момент, когда я повернулся к реке, я ее уже не увидел из-за того, что она уже была за кустами. Собственно возможно на этом бы история этой девочки и закончилась, уж больно ее жизнь потрепала, и дальнейшие события могли оказаться для нее фатальными. А может, и нет. В конце концов, я не пророк и стараюсь себя по возможности не переоценивать.

Так бы я, наверное, на этом дереве и заночевал, но к моему неудовольствию ветер изменился, и вместо комфортного пентхауса крона этого дерева превратилась в продуваемую всеми ветрами трубу. Поморщившись, я дожарил оладушки и, покидав их и кухонное имущество в инвентарь, сверился с картой и задумался о дальнейшем маршруте.

В этот момент мне почудилось, что с противоположного берега раздался собачий лай. Сейчас это было очень неожиданным событием. Уж не знаю, как так получилось, но за полгода моего здесь пребывания собаку я видел только один раз, да и та пережила нашествие зомбей исключительно из-за военных. Ну не могли же вояки своего собственного пса-сапера бросить на съедение покойникам. Как-никак это очень ценное военное имущество. Поэтому я еще раз сверился с картой, похмыкал и, закидав в инвентарь все остальное, резво спустился на землю.

С момента встречи с последней адекватной группой прошло уже довольно много времени, и мне было по-человечески скучно. Хотелось перекинуться парой-тройкой слов с адекватным, желательно разумным существом. Но, понятное дело, я не спешил. Мне уже полгода как некуда было спешить. Я был сам себе голова и ни от кого не зависел. Ну, разве что от запасов и амуниции, которую без всяческого стеснения закидывал на изнанку мироздания для последующего использования в личных целях. Но подобным страдали все выжившие, и я от них отличался только одним, я мог утащить ништяков как хороший такой армейский грузовик. Остальные же могли унести лишь столько, сколько могли утащить на себе, то есть не очень много. А тут в дело вступал закон больших чисел. Если ты не можешь утащить много, ты вынужден отбирать жизненно необходимое и легкое. Но сегодня необходимо одно, а завтра другое, так что, называя себя торговцем, я фактически не врал. Я, в самом деле, развлекался и бартерными операциями тоже.

Спустившись к реке, я чуть не повернул обратно. Вода была такая холодная и мокрая, что она чуть не погасила мой интерес. Но все ж таки я переборол себя и, невзирая на лень, вытряхнул из своих запасов надувную лодку и уже на ней преодолел водную преграду.

Пока то, да сё, прошло довольно много времени. Поэтому не удивительно, что на ту полянку я вышел в самый разгар событий. В нормальных условиях в лесу довольно тихо, стволы деревьев гасят звуки и делают это очень хорошо, но есть ряд исключений. Вот одно из этих самых исключений помогло мне сориентироваться. Чей-то довольно звонкий голосок разговаривал, по всей видимости, с собакой. Прикинув направление, я не спеша направился на звук голоса и лай собаки, которая кого-то принялась обгавкивать. Судя по тону, у владелицы голоса все было хорошо, поэтому я не торопился и прикидывал варианты, как я начну с ней разговор.

Теперь это самое сложное, начать разговаривать. Гораздо проще вскинуть оружие и начать стрелять. За мной, конечно, не заржавеет, ведь специально для подобных случаев я доработал полуавтоматическую винтовку, превратив её в полноценный, почти бесшумный автомат. И хоть звук выстрела я не мог заглушить полностью, так как патроны были сверхзвуковые, но все ж таки мой автоматик стрелял очень и очень тихо. А еще эта машинка имела почти нулевую отдачу и умела проваливаться на изнанку без помощи пробойника, который был всё так же вшит в мою сумку. Не побоюсь этого слова, это было идеальное оружие самообороны для окружающих меня условий. Автомат фактически всегда при мне, достаточно лишь жеста руками, словно ты готовишься к стрельбе, и он сам собой выпрыгнет в обычное пространство. А учитывая его доработки и полноценный промежуточный патрон, дел на средних и коротких дистанциях я мог наделать много.

Однако пообщаться я так и не успел. Последнее, что я расслышал, так это то, что девочка предложила кому-то поесть. Раздался какой-то странный невнятный звук, затем удивленный вскрик, рычание и характерные такие звуки, когда кто-то кого-то жрет. Сорвавшись с места и ожидая, что встречу зомби, я невольно растратил мгновения попусту и поспел уже к развязке.

Отощавшая собака, на которой можно было успешно демонстрировать элементы собачьего скелета, уж настолько она была худая, в общем, этот прости господи Бобик, накинулся на девочку и тривиально грыз ее. Однако малявка хоть и была под стать собаке, но все ж таки нашла в себе силы и активно отбивалась от пса. Однако этот блохастый коврик не терял времени даром и вцепился в руку девочки. Крик боли резанул по ушам, а следом за ним раздался скулеж боли уже от собаки, так как девочка принялась молотить открытой банкой фасоли по собачьей голове. Содержимое банки веером разлеталось по поляне, и банка уже после второго удара утратила свои боевые качества. Однако этого было достаточно, чтобы сорвать псину с руки и оттолкнуть ее почти на метр. Именно в этот момент я окончательно разобрался в происходящем, и довернул ствол моего автомата в сторону взбесившегося пса.

Все это на самом деле заняло считанные секунды. Но время это такая штука, которая то тянется бесконечно, то несется вскачь. Автомат в моих руках звякнул, и первая пуля весьма удачно перебила собаке заднюю лапу. Скорректировав огонь, я в быстром темпе клацнул спусковым крючком ещё трижды, превратив этого Бобика в изломанную куклу. Однако девочка всего этого уже не видела, так как гребанула тремя неповрежденными конечностями и в тот момент, когда я расстреливал собаку, она уже развернулась и убегала куда-то прочь, в лес.

С ужасом представив, что собака могла наделать с телом ребенка, я с опозданием в пару секунд кинулся следом. Как оказалось, сделал это я не зря, так как буквально в десяти шагах от поляны обнаружились ходячие. И как это ни прискорбно, было их как-то слишком до хрена. Такое количество мертвяков просто не успело бы собраться здесь на лай и крики девочки.

Вновь вскинув автомат, я принялся отстреливать зомби по ходу движения девочки. Судя по всему, из-за болевого шока, она не совсем понимала, что происходит, потому что на полном серьезе пыталась уклоняться от падающих тел. Пытаться пыталась, но делала это неестественно, словно бы на замедленной съемке. Однако на ноги эта ее заторможенность не распространялась. Неслась девчушка до безобразия быстро. Я даже не успевал одновременно бежать и точно стрелять в окружающих мертвяков. И вот, когда я уже собирался плюнуть на все и сбить ее с ног, у меня закончились патроны в магазине.

Как я уже говорил, патронов у меня было много. Но для перезарядки требовалось время, и пока я сбрасывал пустой магазин и вставлял запасной, наперерез девочке выскочило два мужика с охотничьим ружьем у одного из них. На автомате не размышляя, я как бежал, так и сел на корточки, невольно прикрывшись кустом малины. И да. Эти люди меня не увидели, но зато они прекрасно увидели девочку. Один из них, тот, что постарше и с ружьем в руках, прорычал что-то невнятное и упокоил пару ходячих, что тянули свои клешни к девочке. Бахнуло так, что я чуть не перечеркнул незнакомцев очередью от неожиданности. Повезло, что дослать патрон я не успел и лишь бессмысленно сдавил спусковой крючок.

– Ты кто такая? – вскрикнул второй незнакомец, тот, что был моложе.

– Не важно, – передернув болтовый затвор, ответил пожилой мужчина. – Тут куча скрытников, надо отходить.

И вот, пока я передергивал затвор, второй незнакомец эту самую девочку подхватил как кутенка на руки и они оба как два профессиональных лося ломанулись куда-то дальше в лес.