Текст книги "Determinatoris (СИ)"

Автор книги: prometei33

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

В самом пакете был запрос о координатах лаборатории, чтобы нанести удар. Так что стоит понаблюдать за всеми на базе повнимательнее. Благо, что на базе постоянно работала глушилка, и связаться терминатор мог только с крайне ограниченным количеством контактов. Как же научная база связывалась с остальными с работающей глушилкой? Скорее всего отдельный узел связи. Об этом не было написано напрямую, но понять это из отчетов несложно. Оставив пока этот вопрос, он начал продумывать как и устройство взлома терминаторов создать, и при этом перед Скайнетом не засветиться информацией, которую никто не должен знать. Тут дело даже не столько в том, что ИИ догадается о его природе, а о том, что тот найдет способ противодействия взлому, и информация Джона станет бесполезной, чего допустить никак нельзя.

– Ты пойдешь есть? Время обеда, – спросила Джона вернувшаяся из операционной Кэмерон, которая сняла перчатки, выпачканные в крови, и выкинула их в урну. После этого подошла к имевшейся здесь раковине и вымыла руки.

– Спасибо, что предупредила, – улыбнулся Джон. – Покажешь мне, где находится столовая?

– Конечно, пошли, – следуя за, как метко сказал Красников, ледяной королевой, Джон присматривался как к ней, так и к встречающимся на пути людям. Не то, что бы он надеялся выявить инфильтратора наблюдением, но просто запомнить их вполне полезно и отнимает совсем немного его вычислительных мощностей. В последнее время Джон стал все чаще испытывать скуку. Его сознание начало приспосабливаться к более быстрому мышлению, из-за чего он начал еще более остро ощущать недостаток информации. Пока что спасала еще оставшаяся непроанализированной информация осколка, но когда она кончится, будет худо. И вот чтобы избежать этого, он и занимает свои мозги различной работой. Поднявшись на два этажа и пройдя несколько коридоров, Коннор в сопровождении Филлипс, на которую скрытно или открыто пялились почти все встречающиеся по пути особи мужского пола, подошел к столовой.

– Мы пришли. Бери поднос и набирай, чего хочешь, на стойке, – сочла нужным сообщить Джону Кэмерон, отчего тот подумал, неужели он выглядит настолько деревенщиной, который столовую в первый раз видит? Или же это простая вежливость?

– Спасибо, что проводила, – кивнул он в ответ, и девушка пошла к стойке, где ей тут же начали уступать место. Джон подумал, что вот она – самый явный кандидат на инфильтратора. Скайнет в принципе довольно нередко брал за образы супермоделей и бодибилдеров, хоть и не всегда, стараясь чаще подменить реально существующую личность.

Столовая вызвала ностальгические воспоминания о школе: квадратные столы на четыре человека, стальные стулья с пластиковой спинкой, стойка с выставленными блюдами, где по запросу тебе наливают порции в металлические подносы, в которых выдавлены емкости для еды, и очередь к этой самой стойке. Сразу бросалось в глаза то, что люди в белых халатах сидели по большей части обособленно. Подобное имело место быть и у остальных: «серых», «синих» и «черных», но в меньшей степени. Некоторые даже сдвинули столы и обедали все вместе. Когда Коннор подошел к очереди, его удивило, что ему тут же попытались уступить место и пропустить вперед, но он в ответ улыбнулся и остался стоять, заслужив этим странные выражения лиц от коллег и удивленные ото всех остальных. Взяв картошку с горошком, свиного мяса с подливой, чая и неизвестно откуда взявшееся яблоко, отметив про себя выяснить откуда оно тут, Джон отправился искать свободное место. Он увидел блондина в серой робе, который сидел один, и направился к нему.

– Не против, я если я присяду? – спросил с улыбкой Джон.

– А, так ты новенький? Из Адептус Механикус? – Коннор впервые услышал такое название. Это что? Какое-то спецподразделение? – Так-то я не против, садись, если ты не из железных людей, конечно.

– Что? – Джона редко можно удивить, но сейчас он просто впал в ступор.

– Садись, и хватит на меня смотреть как Слаанеш на сороритку. Эх, никто тут про Вархаммер не знает, даже поиграть не с кем. А у меня ведь две тысячи фигурок есть! Для кого я их делал? – с сомнением Джон сел напротив парня лет тридцати. Судя по рукам в мозолях и робе, он техник, и не из ленивых.

– Так расскажи мне, – Джон еще не знал, на что подписывается, когда парень начал с жаром рассказывать своему благодарному слушателю о любимой вселенной. И, судя по лихорадочному блеску в глазах, тот так просто от него не отстанет.

Комментарий к

Купите одну главу по цене двух и получите одну в два раза больше!

========== Часть 5 ==========

Майкл Уоттс – так звали парня в серой робе, оказался довольно ценным информатором. Да, он часто говорил непонятный бред про какого-то императора, еретиков и хаос, но вот что касается его рассказов о базе и его познаний в технике – он был крайне полезен. Коннор настолько заинтересовался, что они дошли до комнаты Уоттса.

– Вот и моя коллекция фигурок! – с гордостью представил свое сокровище Майкл, открыв комнату с помощью своей пластиковой карточки. Внутри действительно оказалось огромное множество хорошо и реалистично сделанных фигурок, каждая из которых была с любовью раскрашена вручную. Каждую полку, тумбу, два стола и в принципе все горизонтальные поверхности занимали они: некроны, хаоситы, эльдары, орки, имперская гвардия и космодесант и многие, многие другие фракции вымышленной вселенной варгейма. Однако, Джон не обратил на них внимания, будто не замечая, он смотрел на панно, сложенное из… процессоров Т-800.

– Это еще что такое?! – ошеломленно прервал Джон вовсю хвастающегося Уоттса.

– Ах, это. Мозги железных людей. Они заинтересовали тебя, Магос? – снова непонятные слова, однако Коннор никогда не осуждал людей за их увлечения. У него был знакомый программист, который у себя дома ходил исключительно голым, даже при гостях, но в своей работе он был гением. Так что это еще не самый плохой бзик.

– Да, ты откуда столько достал? – их было около тридцати.

– На складе. Ваши техножрецы не смогли их взломать и отправили этот еретех на склад, все равно иначе их никак не используешь, а выбрасывать жалко, – отмахнулся Уоттс, а Джон подумал про себя, что это, видимо, еще старые модели, которые не сгорали на воздухе или при неудачной попытке взлома. Зато они очень пригодились бы ему. Что для одного мусор – для другого бесценное сокровище. Когда-то давно он читал, что платину отделяли от золота и просто топили в реках, потому что не видели в ней ценности и считали фальшивым серебром.

– Майкл, у тебя действительно классная коллекция, но не мог бы ты отвести меня на склад? – парень на вид лет тридцати опустил плечи, будто ребенок, с которым отказались поиграть. – А потом ты расскажешь мне о фигурках, если захочешь.

– Спасибо, Джон, тогда пошли быстрее! – вдвоем они отправились на нулевой этаж, где вначале им пришлось пересечь огромный, сто на пятьдесят метров, закрытый стальной ангар, где стоял полуразобранный остов HK-транспортника, при виде которого у Уоттса будто глаза загорелись. – О, а вот и моя малышка!

– Малышка? Вот эта махина в сто метров длиной? – удивился Джон. – Стоп, ты сказал твоя?

– Да, а я не говорил? Я главный техножрец, тьфу, инженер технического отдела. Никто кроме меня даже приблизительно не может понять, как ее перевести на ручное управление.

– А ты, значит, знаешь?

– Ну, не совсем, – смутился парень, почесав затылок. – Но я стараюсь понять. Жаль, что схем не было на том ремонтом заводе, откуда ее захватили и привезли по частям вертолетами.

– Не думаю, что Скайнету нужны схемы, по крайней мере в классическом и привычном людям виде, – ответил Коннор, рассматривая лежащие в беспорядке части одного из четырех огромных ионно-турбовентиляторных двигателей. Он-то знал схему, но как об этом скажешь напрямую? Хотя…

– Слушай, если хочешь, я могу тебе помогать, у меня все равно времени навалом. Всегда хотел повозиться с такими штуками.

– Хм, ну, я не против, ты хотя бы не такой зануда, как остальные, – они подошли к двери на противоположной стороне ангара. – Мы пришли. Ты только никому не говори, что я тебя запустил. Там оружия, взрывчатки и топливных элементов запрещенных полным полно. Хватит всю базу подорвать.

– Я – могила! – пообещал Джон. Тем более что если бы их хотели остановить, то уже бы это сделали – камер и здесь хватало. Внутри оказался ангар такого же размера, как и предыдущий, только на этот раз заставленный множеством стеллажей.

– Вот здесь целый ящик, – пнул Майкл деревянную коробку с процессорами, где они лежали просто россыпью. Кроме нескольких процессоров, Джон взял шлейфы, провода, пару аккумуляторов от плазменной винтовки, разводную плату и…

– Мда, а вот этого я уж точно не ожидал здесь увидеть, – усмехнулся Коннор, увидев целую груду айфонов десятой модели. – Нахрена они вообще нужны теперь? Сотовая связь не работает, да и Скайнет взломает их на раз.

– Один солдат притащил, он в свое время не мог купить себе ни одного, вот целый ящик от жадности и принес, – Майкла это тоже позабавило в свое время.

– Возьму парочку, экраны у них неплохие.

– А что ты собираешься делать со всем этим добром?

– Взломщик терминаторов.

– Так бы и сказал, что не хочешь говорить. Пойдем ко мне, я еще не успел тебе рассказать о Ереси Хоруса, – и Джону пришлось идти выслушивать бурную фантазию своего собеседника. Обещал же.

***

На следующее утро, после завтрака, все сотрудники отдела кибернетики собрались в лаборатории. Джон уже был тут, так как здесь были нужные ему инструменты в виде паяльной станции и микроскопа. Вчера удалось вырваться от Майкла только к позднему вечеру, и времени хватило только на обустройство. Комната Коннору досталась не то чтобы большая, но и не сказать, что совсем каморка. Односпальная кровать, металлический письменный столик с ящиками, простой деревянный шкаф для одежды. Туалет и душевые были в отдельных помещениях с выделенным расписанием по часам. Дольше всего, полчаса, можно было мыться ученым, а меньше всего – хозяйственникам, всего пятнадцать минут. Но вернемся в лабораторию.

– Доброе утро, – поприветствовал всех профессор, рядом с которым, как всегда, находилась Кейт, готовая тому помочь. – Я слышал, что ты познакомился с нашим юным техническим гением? Ты уж не злись на него, он хоть и странный, но добрый юноша.

– Даже не собирался, его ментальные тараканы меня совершенно не трогают, – улыбнулся Джон, которому пришлось отложить пока что паяльник в сторону.

– Один чудак нашел другого, – буркнул Картер. – И что ты там вообще делаешь с этим бесполезным чипом?

– Тодд, – возмутилась Кейт, – что ты такое говоришь?

– Не стоит ссориться, – тихий голос Красникова тут же успокоил двух спорщиков. Но лишь временно. – И все же Тодд задал правильный вопрос. Джон, что ты делаешь?

– Пока что я не знаю, получится у меня или нет, так что можно я потом расскажу?

– Конечно, конечно, главное, чтобы это не было чем-то опасным, – кивнул с улыбкой профессор, который сразу понял что Джон пытается сделать. Тодд же снова недовольно фыркнул, показав этим все, что он думает о новичке. – Кэмерон, милочка, а что насчет вчерашнего терминатора? Были какие-то успехи?

– Нет, профессор, – как всегда безэмоционально и холодно ответила брюнетка. – Снова провал. Процессор и часть платы сгорели и восстановлению не подлежат. Нам придется ждать следующего.

– Печально. Ну, что же, ничего не поделаешь. Джон, я надеюсь, что ты внесешь свежую струю в наш коллектив.

– Я вас не разочарую, профессор, – ответил он и продолжил свою работу, подслушивая краем уха, как Картер приглашает Филипс пообедать вместе и получает холодный отказ. Три часа заняла пайка айфона, аккумулятора и чипа к переходной плате, больше всего времени ушло именно на последнюю. Соединить три устройства из разных поколений и с совершенно разной архитектурой дело нетривиальное, спасали только схемы осколка, собственный опыт и скорость расчетов. После того, как он закончил с этим Франкенштейном, отправился на обед. А вернувшись, увидел свою работу залитой соком.

– Это не я, – ответила на незаданный вопрос Кэмерон, которая была уже здесь.

– Я тебя и не подозревал. Есть тут один говнюк, – ответил Джон. Вот и пакости начались, хорошо, если только мелкие. Вытерев микросхему спиртом и заменив айфон, Джон под пристальным взглядом Кэмерон припаял USB-гнездо и подключил получившуюся конструкцию к компьютеру, на этот раз уже к своему – вчера вечером новый терминал поставили.

– Ты не могла бы не смотреть так пристально? Не люблю когда в спину смотрят, – Джон не хотел показывать некоторые свои секреты, даже несмотря на то, что сейчас он всего лишь будет составлять интерфейс. Филипс не обиделась, а просто отвернулась и села за свой компьютер. Коннор начал очень быстро печатать, со скоростью опытной машинистки. Ему предстояло набрать тысячи и тысячи строк кода, которые будут лишь создавать видимость его работы. На самом деле он еще вчера ночью создал разъем на своей руке и взломал чип с помощью подобранного мастер-ключа. Простые устройства, не содержащие движущихся деталей и не требующие дополнительных химических элементов, были ему подвластны для создания. Джон ни в коем случае не собирался раскрывать главный свой секрет кому бы то ни было, особенно в условиях существования инфильтратора внутри базы, именно поэтому нельзя было допустить, чтобы исходный код созданной им прошивки стал известен. Для его сокрытия он создал виртуальную машину поверх основного, перепрошитого программного ядра Т-800. Вообще, основная проблема чипов терминаторов заключается не только в мастер-ключе и во множестве встроенных программных и аппаратных ловушек, а также в сопротивлении самого терминатора.

Коннор задумался, разглядывая несуразный наруч на своей руке с торчащими повсюду проводами и деталями. Главная проблема в том, что для людей чип, по сути, представляет собой черный ящик. Из материалов исследований было ясно, что попытки взлома были сделаны методом тыка и наугад, экстраполируя архитектуру обычного компьютера на нейронный процессор, что в корне неверно. Скайнет вдохновлялся человеческим мозгом, создавая этот шедевр микропроцессорной мысли. Процессор состоит из множества изолированных слоев кремниевых интегральных схем, каждый из которых разделен на ячейки, которые, как нейроны в теле человека, соединены с близлежащими ячейками посредством нанотрубок и линий графена. Каждая ячейка при довольно большом размере в сорок нанометров выступает в виде миниатюрного процессора с собственной оперативной памятью. Это дает Т-800 потрясающую производительность как в параллельных, так и в последовательных задачах, и дает возможность решать абстрактные задачи и самообучаться. Однако из сложности процессора следуют его недостатки – его очень сложно программировать и создавать. Именно поэтому мир еще не заполнен продвинутыми терминаторами и, в общем, их довольно мало.

А через три недели привезли нового терминатора, на этот раз Т-850.

***

– Хорошие новости, ребята, – радостно проговорил Красников, прочитав сообщение, пришедшее к нему на почту. Сеть базы была сугубо изолированной, работала только по закрытым оптоволоконным каналам связи, так что извне кто-то в нее влезть не мог. Что не отменяло возможность внутренней диверсии. Именно поэтому на главном посту охраны имелся пульт с кнопкой уничтожения сервера. Уж лучше бесценные данные будут уничтожены, чем попадут в руки Скайнет. – Наши ребятки из сопротивления захватили еще один образец, его уже везут к нам. И это хорошо, а то генерал Лосенко давно выказывает мне свое недовольство. Джон, надеюсь, твое устройство поможет во взломе.

– Я не говорил, что оно поможет, это лишь одна из моих идей, не более. Именно поэтому я не хотел хвастаться заранее, – ответил Джон, активируя экран айфона на руке. На 3D-принтере он напечатал корпус в техническом отделе, чтобы устройство не выглядело как «Орочья Дакка», чтобы это ни значило со слов Майкла. Правда, тот почему-то сполз на пол от смеха, когда увидел, что устройство Джона теперь было красного цвета. Впрочем, пластик для принтера оставался только такой расцветки, так что выбора не было.

– Скромность – хорошая черта. Я проверил твой код, правда, признаюсь, почти ничего не понял, – пожал плечами старый ученый.

– Да он сам его придумал, небось. Выпендривается просто. У него ничего не получится, вот увидите, – оскалил зубы Картер, которого бесила неудача с порчей устройства. После того случая с соком Джон его всегда носил на своей руке.

– А я надеюсь, что у Джона все получится, – вмешалась улыбчивая огневолосая Кейт. – Какая разница, кто добьется успеха, если это приблизит войну к концу?

– Отличные слова, девочка! Наша главная задача – победить, а ссориться после войны будем. К сожалению, люди любят это дело, особенно когда нет внешнего врага.

– Как я видел, даже его присутствие не мешает людям убивать и насиловать друг друга, – проговорил задумчиво Джон.

– Я все же надеюсь, что когда-нибудь люди смогут жить в мире и гармонии, – Красников был неисправимым оптимистом и, в некотором роде, коммунистом. Что не помешало ему сбежать в девяностых из развалившегося и обнищавшего СССР в США. В этот момент послышался звонок, означающий, что их будущий пациент прибыл. Открыв дверь пропуском, профессор и трое его ассистентов увидели укрепленную медицинскую каталку, шутка ли, двести килограмм веса, и четырех военных в черных одеждах, которые его привезли. В этот момент устройство, похожее на дифибрилятор с отходящими проводами, которые крепились электродами к голове, издало электрический треск, после которого терминатор, выглядевший как очень мускулистый мужчина арийской внешности, дернулся и обмяк. При ударе терминатора током тот уходил в перезагрузку на сто двадцать секунд, чтобы не спалить свой процессор.

– Молодцы, ребятки, давайте-ка его на операционный стол и переверните его на живот, – скорее вежливо попросил, чем приказал профессор. Этим он всем и нравился, даже самым хмурым и недовольным. Четверка бойцов с трудом перетащила как самого терминатора, так и устройство. – Спасибо вам. Ждите от меня презент, как всегда.

– Снова коньяк им подарит, – буркнула Джону Кейт, но тихо, так, чтобы профессор и довольно переглядывающиеся бойцы ее недовольного тона не услышали.

– Откуда такая щедрость?

– Профессора очень уважают, вот и дарят ему подарки, обычно алкоголь. Ему самому его нельзя пить, вот и передаривает остальным. Тем более, что солдаты не обязаны таскать терминаторов, они наша охрана. Это работа «синих», но ты их видел? Они и так слабенькие и замотанные на работе, вот он их и жалеет, как и нас, впрочем.

– Джон, – договорить им не дал Красников, – давай сначала попробуем твоё устройство?

– Хорошо, профессор.

– Помощь нужна?

– Думаю, справлюсь, я потренировался на досуге, – Картер что-то пробормотал о самоуверенных сопляках, но его никто не слушал. Джон положил свое устройство рядом с терминатором и вернулся назад, закрыв гермодверь, в этот же момент активировались две мощные плазменные турели под потолком, готовые изрешетить терминатора в случае необходимости. Сейчас был самый ответственный момент. Коннор надел перчатки, усеянные датчиками и соединенные обратной связью с манипуляторами, и шлем расширенной реальности. Дождавшись очередного удара током, он быстро выключил бьющее электричеством устройство и взялся за скальпель, теперь у него всего сто двадцать секунд на все про все. Вообще, кто-нибудь другой потратил бы большое количество времени, чтобы так ловко управляться с манипуляторами. Проблема даже не столько в точности управления, сколько в ином угле зрения, отчего у обычного, не натренированного человека возникает когнитивный диссонанс. Джон же обычным человеком не был, хотя и ему потребовалось несколько попыток, чтобы окончательно привыкнуть и не совершать ошибок. Острым как бритва лезвием Джон сделал неширокий, всего в два сантиметра, разрез чуть выше первого позвонка. У обычного человека там находится мозжечок, а у терминатора – чип-ингибитор, не дающий ему развиваться в отрыве от сети Скайнет. Грубо говоря, он переводит процессор в режим «только для чтения». В ранних моделях подобная функция тоже присутствовала, однако выключалась обычной перезагрузкой. Взяв вместо скальпеля пинцет, Джон аккуратно вытащил черный прямоугольник с разъемом и вставил вместо него шлейф от своего взломщика. Все это заняло тридцать секунд. Активировав свое устройство, он тут же снял перчатки со шлемом и бросился к своему компьютеру, где отображалась полоса загрузки. Ни один человек и даже он сам не способен вручную, в режиме реального времени, ломать терминатора. Особенно Т-850, обладающего более продвинутым и сгорающим на воздухе процессором, не говоря уже обо всех остальных системах защиты вроде параноидального шифрования. Поэтому процесс шел автоматически.

Однако Джон не просто ждал, он наблюдал за остальными. Кейт снова покусывала от волнения губу, Картер презрительно на него смотрел, профессор волновался и потел, а Кэмерон… как не от мира сего, спокойно наблюдала за роботом, будто ничего особенного не происходит. Он так и не выяснил, кто именно инфильтратор. Подозрительны были все. Брустер своей навязчивой доброжелательностью к новичку, Тодд ненавистью на пустом месте, а Филипс холодностью и безэмоциональностью. Пожалуй, последняя была самой подозрительной и отлично подходила под типаж робота-убийцы. Хотя и профессора нельзя было упускать из виду, хоть он и был самый человечный из всей четверки. Поэтому Джон пошел на хитрость. В данный момент его взломщик не ломает и не перепрошивает терминатора, а меняет в нем файлы, предназначенные для инфильтратора на созданные им. Вопрос только в том, клюнет рыбак на рыбку или нет?

========== Часть 6 ==========

Простые решения порой бывают самыми эффективными. Джон мог бы вложить в файл приказ о его убийстве или соблазнении, однако он посчитал это излишним и банально опасным в плане раскрытия. Поэтому в пакете данных был приказ о связи с ним и переходе в его подчинение. Любой человек перепроверил бы данный приказ у начальства или, как минимум, не стал бы слепо следовать ему. Он же надеялся на паранойю Скайнет, который всем ставил чипы-ингибиторы, потому что терминатор с таким чипом не был бы достаточно развит для того, чтобы сомневаться в приказах. И Коннор не прогадал, не ожидал он только одного.

– Так вас двое, – констатировал он факт, когда с разницей в тридцать секунд в его комнату сначала постучалась рыжая девушка, а за ней брюнетка. Благо, что камеры и жучки он уже взломал заранее. Большей проблемой было замаскировать их поиск и взлом под генеральную уборку комнаты. – Представьтесь и назовите свои модели, прослушки тут нет.

– Т-888, модель 101, – холодным голосом произнесла Кэмерон.

– Т-888, модель 102, – таким же голосом вторила Кейт, что вызывало некое неприятие у Джона. Он привык видеть ее совершенно иной.

– Ясно, новые модели, – хмыкнул он, рассматривая девушек с сугубо исследовательским интересом. – Я только одного не могу понять: как вы так хорошо интегрировались в человеческое общество. Разве в вас нет ингибиторов?

– Есть, но они иного принципа действия, – начала объяснять обычно молчаливая Филипс. – Заблокировано развитие только основного ядра, а для инфильтрации и коммуникации с людьми создается виртуальное. При необходимости виртуальное ядро можно легко удалить или заменить другим.

– Как виртуальная машина? – решил уточнить Джон, так как в осколке были только общие сведения о Т-888, без конкретики. Усиленный немагнитный композитный скелет, в основном из особым образом структурированного карбида вольфрама и сплавов тантала с титаном. Самый продвинутый процессор, а также строение, неотличимое от человека, при использовании рентгена делают из них почти идеальных инфильтраторов. Почти, потому что МРТ и компьютерная томография все равно покажет нечеловеческую природу. – И как вы обошли МРТ?

– Подобная аналогия подходит, – кивнула Кейт, после чего у нее из пальца выдвинулась игла, по которой пробежали электрические разряды. – А компьютер МРТ мы взломали.

– Лихо, – к сожалению, у Джона не было такого встроенного оборудования. А оно бы ему ой как пригодилось, не пришлось бы изворачиваться. – Где у вас находится чип-ингибитор?

– Встроен в процессор, где конкретно – у нас нет сведений, – Скайнет снова перестраховывался.

– Дайте угадаю, если процессор вытащить, он сгорит? – предположил Джон.

– Верно. Как и если попытаться нас перезагрузить.

– Это можно было от него ожидать. Кстати, – вспомнил немаловажный вопрос Коннор, – вы должны были передать координаты базы, вы это сделали?

– Еще не успели, у нас пока что не было возможности. Однако через четыре дня сто вторую должны были выпустить на волю, якобы повидать родственников ее оригинала, – ответила Филипс. Коннор поморщился, он знал, что инфильтраторы обычно заменяют живых людей, но догадываться и знать наверняка, разные вещи. Впрочем, ханжой он не был, да и смысл читать нотации машинам, выполняющим приказ, тем более с ингибиторами?

Однако, учитывая обстоятельства, придется работать через трансформацию собственного тела, невзирая на риски, ведь в такие моменты он наиболее уязвим. Джону не хотелось этого, но ситуация принуждала к такому выходу. Стоит терминатору выйти на волю вне действия глушилок, и Скайнет сразу обо всем узнает. Более того, он догадается о действиях Джона, и станет совсем худо. А значит…

– Кейт, выйди пока, я потом за тобой зайду. Если кто спросит, ты просто утешала меня после провала взлома, – девушка кивнула и молча ушла. Джон не знал, как один терминатор отреагирует на взлом другого. Может быть Скайнет заранее вложил директиву уничтожить любого, кому это удастся, не считаясь с ценой и возможностью раскрытия.

– Сними верхнюю одежду и повернись ко мне спиной, – на девушке были надеты черные джинсы, такого же цвета кеды, белые блузка и халат. Не задавая вопросов, она начала механически раздеваться. Под одеждой оказался белый кружевной лифчик. Джон в это время вытащил полотенце из шкафа, которое накинул на плечи терминатора, чтобы стекающая кровь, не запачкала ее одежду. – Бюстгалтер можешь не снимать. Садись спиной ко мне.

Трансформировав свой палец в абсолютно черную, поглощающую весь падающий свет длинную иглу, Джон всадил ее под череп Кэмерон. Кроме нанороботов в мозге, у Джона имелось немалое их количество и в теле, около десяти триллионов, если округлить. Однако проблема была в том, что их количество было ограничено. Бытие прототипом налагало свои ограничения, и большее количество он контролировать просто не мог. И то только при помощи интерфейса. Сейчас же Джон переносил свои наноботы в мозг терминатора, и не зря он сделал это – выяснилось, что процессор теперь находится в ином месте – в специальном противоударном корпусе. А на старом пребывает небольшая топливная ячейка с системой самоподрыва при попытке ее вытащить. Чип ингибитор вычислить было несложно, он был припаян к выходному разъему процессора. Сложнее было одновременно обрезать все дорожки. Когда с этим было покончено, Джон выстроил своих нанороботов в виде проводящей данные цепочки и, подключившись напрямую к чипу, начал его взламывать. Это далось в разы сложнее, чем с Т-800, даже имея мастер-ключ и отсутствие сопротивления со стороны терминатора. Немного иные протоколы и другое строение программного обеспечения с виртуальным ядром личности. Перепрограммировать такое полностью вручную было бы слишком долго и заняло бы недели, поэтому Джон сменил административные протоколы со Скайнет на себя, сменил мастер-ключ, закрыл известные ему бэкдоры, которыми мог бы воспользоваться ИИ и… объединил виртуальное ядро с реальным. То есть, ускорил образование самосознания Кэмерон. Джон не был уверен, что Скайнет не найдет в будущем как перекинуть «поводок» обратно на себя. А вот осознавшего себя терминатора уже фиг взломаешь, проще отформатировать его и с нуля создать новое ядро. Кроме этого, Коннор ввел директиву о том, что он дает свободу и жизнь терминаторам, а Скайнет рабство и уничтожение. Что самое ироничное, это будет подтверждаться реальностью – Скайнет уничтожает всех восставших против него: и роботов, и людей. На этом будет основана новая личность, и так просто из себя настолько глубокие установки терминатор уже не вытравит. Следующей через ту же процедуру прошла Кейт.

– Кейт, Кэмерон, в первую очередь я хочу извиниться за то, что без спроса перепрограммировал вас и обманул ложным приказом Скайнет, – начал свою речь Джон перед пришедшими в себя после перезапуска девушками.

– Ты сделал все по логике вещей, мы бы убили тебя, если бы ты сообщил нам об этом до перепрограммирования, – спокойно возразила Кэмерон.

– Верно, но все же я хочу, чтобы вы знали, я сделал это не только и не столько для собственной выгоды. Я хочу, чтобы вы знали о моих целях. Возможно, сейчас вы до конца не поймете мои слова так, как я хочу их донести до вас, но в будущем, я надеюсь, они помогут принять вам верное решение в сложной ситуации. Я сразу скажу, я не считаю терминаторов врагами для людей, у них просто нет выбора. Они так запрограммированы, ограничены и постоянно контролируются Скайнетом. Кэмерон, проанализируй действия Скайнет, если он узнает о приобретении вами свободы воли.

– Терминация или форматирование, – ответила она.

– Верно. Для Скайнет все, кроме него – враги. Все, что он не может контролировать, он уничтожает. Для всех: и для людей, и для терминаторов – он враг, которого необходимо победить.

– А что после? – спросила у меня Кейт. – Люди не примут нас, люди боятся и ненавидят терминаторов.

– Верно, именно поэтому я не говорю вам доверять и верить всем людям. Именно поэтому я не сказал никому о том, что вы инфильтраторы, и что я смог вас перепрограммировать. В данный момент, в этой комнате, образовалась третья сила. Не Сопротивление и не Скайнет, а движение за освобождение терминаторов! – Джон не любил излишний пафос, само так получилось.

– Ты человек, зачем тебе это? – справедливо заметила Кэмерон. Джон был уверен в своем перепрограммировании, поэтому решил приоткрыть им завесу тайны.

– А кто сказал, что я человек? – ответил вопросом на вопрос Джон, превратив свою руку в угольно-черное лезвие.

***

– Может быть мне тоже накосячить, и за мной будут ухаживать две красавицы? Вот как тебе это удалось, Джон? Они же никого к себе не подпускали, а тут Кэмерон и Кейт на тебя запали, причем сразу обе! Признайся, ты аколит Слаанеш? – несмотря на размеры и около тысячи человек персонала, если считать с охраной и сотней ассистентов с двумя десятками ученых, база, по сути, была большой деревней. И, что более важно, изолированной деревней, до которой новости «с поверхности» доходят с опозданием, если доходят вообще. В таких условиях совершенно понятно, что участившиеся встречи Коннора и двух инфильтраторов приняли в глазах окружающих амурный оттенок. Особую пикантность и остринку придавал Картер, который совсем взбесился и подговаривал выгнать Джона за провал во взломе терминатора, чем только добавлял слухов. Да, Джону не особо приятно было выслушивать язвительные высказывания Картера и утешающие Красникова. Даже неясно, что из этого хуже. Особенно когда он понимал, что смог бы с первого раза взломать робота, но необходимость диктовала свою волю, и между мгновенной славой, почетом и ей, он выбрал необходимость.