Текст книги "Второй брат (СИ)"

Автор книги: plgrm

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

Указательный палец обвел дуло – на подушечке остался черный след. Форд в замешательстве растер жирное пятно большим пальцем, затем стряхнул с себя оцепенение, закинул ремень винтовки за плечо и хотел закрыть дверь, но заметил кое-что еще. Внизу лежала феска Стэна, а под ней покоился дневник для Мэйбл и Диппера. Вряд ли это ему теперь понадобится.

– Прощай, Стенли.

Содержимое шкафчика погрузилось во тьму.

«Боевой Стэн» и без того казался крошечным по сравнению с лайнером, а теперь, когда он опустился под воду уже на треть, и вовсе был сравним со шлюпкой. Открытые в трюме заслонки быстро делали свое дело. С запозданием Форд вспомнил о шкатулке, забытой в рубке. А ведь Сайфер не появился ни в одном из зеркал на корабле. Возможно, больше они не увидятся. Что ж, он не будет скучать. Вода сомкнулась над голым флагштоком, и «Боевой Стэн» перестал существовать.

Странно, но с его уходом Форд ощутил всю тревожную ненадежность своего шага. Лайнер вдруг показался ему миражом, сотканным из тумана. Но прежде, чем страх захватил его целиком, тишину разорвал оглушительный треск, а темный океан покрылся вдруг цветными бликами. Форд обернулся: над кормой взмывали гроздья салюта.

– У-у-улыбочку!!!

Напуганный внезапным окриком Форд обернулся и тут же был ослеплен серией вспышек. Он ни черта не видел, но слышал низкое ворчание, родившееся глубоко внутри корабля. Следом на низких оборотах заработали винты.

– Кто вы? – Форд вскинул винтовку, целясь в слепящий свет, бьющий по глазам. – Сколько вас? Что вы делаете на моем корабле?

– На твоем корабле?! Оглянись: разве этот чудесный корабль создан для укрытия трусливого лжеца? О нет, он создан для веселья. И сегодня мы повеселимся так, как не веселились никогда!

Восклицание поддержал хор одобрительных и не совсем человеческих рыков и взвизгиваний. И Форд выстрелил. Не то, чтобы у него не сдали нервы, но в последний момент он успел кое-что разглядеть: свет дрогнул, и на фоне темного неба мелькнули очертания капитанской фуражки. Пуля отправилась под нее. В ту же секунду несколько рук сорвали с него винтовку, а щеку обожгла тяжелая оплеуха. Форд отлетел в сторону и крепко приложился плечом к стальному корпусу корабля. Руку свело от боли.

– Только поглядите на него: он снова портит все веселье, СНОВА ПОРТИТ ВСЕ ВЕСЕЛЬЕ!!! – голос капитана мгновенно взлетел до угрожающе яростных отметок. – Разве я не приветствовал его салютом? Разве я не сфотографировал его?! Может, мистер Пайнс желает угоститься пулей?!

– Нет, пожалуйста, не надо, – Форд беспомощно заметался в безжалостном круге света. – Я не хотел, я… А-а!!!

Левая ладонь вспыхнула огнем, и Форд упал на колени, прижимая к себе раненую руку.

– О, неужто возжелали исповедаться, мистер Пайнс?! Как насчет этого?! – повисла тишина. – О, – добавил голос, – он же не видит. Так, скройтесь, скройтесь все за его спину, оставьте меня одного.

Мимо Форда, невидимые ему, прошелестели крылья, пронеслись десятки лапок. Свет стал не таким резким и вдруг включил в свой круг высокого человека в белой форме капитана. Лицо его было скрыто от Форда распахнутой книгой в темной обложке, которая парила в воздухе перед ним.

– «Мой брат, мой бедный брат, окончательно спятил. Думая, что убедил его в тщетности погони за явившейся ему галлюцинацией, я уснул»…

– Хватит! – Форд рванулся было к капитану, но сотни лап и когтей удержали его на месте.

– «Он же развернул лодку, а когда я попытался образумить его, запер меня в трюме, угрожая винтовкой. Он даже не заметил, что вывихнул мне руку».

– Прекрати!

– «Прошло три дня или больше, а я все еще здесь. От холода не могу двигаться. Он не говорит со мной и не спускается в трюм. Возможно, забыл о моем существовании. Я слышу шаги на палубе».

– Довольно!!!

Вырвавшись, Форд схватил дневник, смял и сунул под плащ. Затравленно озираясь, он отступил к стене.

– Я знал, что это ты! – он наставил дрожащий палец на капитана. – Теперь ты жив, ты возродился, я сдержал уговор – проваливай с корабля!

– Ого! Твое безумие делает тебе честь – я бы взял тебя в команду, мясномешочковый. Но, видишь ли – у нас нет вакансий. К тому же, – капитан заложил пальцы за ремень и подошел к Форду вплотную. Узкие зрачки застыли над ним. – Ты отнял у меня кое-что. Кое-что, принадлежавшее только мне.

От тихого голоса Форду стало не по себе. Он попытался припомнить события последних дней.

– Я... Я куплю тебе новое зеркало. Новую шкатулку. Большую, и если хочешь…

– О, шкатулка у меня есть. Вы с братцем заперли меня в ней. Шкатулка с четырьмя палубами и несколькими измерениями. Да что толку? Этот лайнер плывет сквозь время. Но в пространстве он не может сдвинуться ни на один чертов дюйм.

– О, – Форд сжимал под курткой дневник, – тогда я точно не мог взять ничего твоего. Я же тут впервые, сам знаешь… – он поперхнулся, когда Сайфер мягко облокотился на стену рядом с ним. Палец в черной перчатке проехался по щеке Форда.

– Мое, – их губы оказались на одном уровне, – было не при мне. Иначе я наслаждался бы этим круизом, а не умирал от скуки и... Разве не понравилась тебе каюта капитана? Разве не продумал я все до мелочей?

Форду вспомнился красный занавес и наручники на спинке кровати. Он закивал и открыл было рот, но вышло мычание – холодная перчатка плотно легла на подбородок.

– А теперь, – Сайфер ухмыльнулся, но голос его остался ядовито мягким. – Теперь здесь ты, – он словно выплюнул последнее слово. – Я могу вырвать твою нижнюю челюсть прямо сейчас. Но есть план поинтересней.

Он отступил, а Форд закашлялся. Согнувшись пополам, он ощущал, как нечто, царапая пищевод, поднимается в глотку, и все тянется, тянется, словно змея с острыми плавниками. Билл протянул руку: пальцы оказались у Форда во рту.

– О! – он победно поднял добычу над головой. – Последние страницы дневника! – толпа заулюлюкала, заорала, захрипела. – И еще одна! И еще, и еще, и еще! Сколько ж ты их исписал, бедняжка! Прочти одну, и я прекращу это.

– Чи-тай! Чи-тай! – скандировала толпа.

Вместо ответа Форд упал на четвереньки. Дневник трепетал и дергался под одеждой, словно пойманная мышь. Палуба вокруг была завалена скомканной бумагой. Он пытался не потерять сознание, глядя на лакированные ботинки капитана. Наконец, все кончилось. Форд свалился на палубу. Пустая обложка выпала из-под плаща.

– Ты же помогал мне, – прохрипел Форд.

– Ты начинаешь раздражать, мясномяшочковый: я же сказал, что могу гулять не дальше этой палубы!

– Чушь, – пробормотал Форд, глядя в темноту перед собой. – Ты дал мне координаты. Я бы не нашел лайнер без тебя, ведь…

– … Ведь Фордси не знал координат! – Сайфер опустился на корточки с зажатой в руке страницей дневника. – А кто их знал? Тот, кто придумал Билла. Кто придумал себе новую жизнь. Просто поразительно, как…

Что Сайфер счел поразительным, Форд не услышал. Он вдруг увидел себя входящим в холл «Звезды Севера» с рюкзаком и чемоданом в руках. Увидел подозрение на лице портье, удивленного просьбой о двухместном номере. Увидел, как разговаривал сам с собой, в номере, в гостиничном кафе, на улицах. Как доказывал полиции, что брат пропал. И полицейского, желающего его остановить, тоже увидел. Он что-то говорил о его психическом нездоровье. Тело было тяжелым, но он справился быстро. Винтовку спрятал в шкафчике Стэна. Стэн…

Он оглядел палубу. Спутники Сайфера исчезли. Поднявшийся ветер раскачивал невидимые в высоте источники света, и от перекатов теней кружилась голова. Клочки бумаги летали вокруг и срывались в море.

– … ную руку, – закончил Сайфер.

– Что?

– Поразительно, как долго ты избегаешь взгляда на раненную руку, – голос Билла прорезал нарастающий шорох волн. – Что же мне, вторую прострелить?

За бортом лайнера ему померещились огни и крики. Блеснуло, пока еще на расстоянии от них, лезвие молнии. И глядя на горизонт, он поднял перед собой окровавленную ладонь.

– Видишь, мясномешочковый, – поднялся Билл, – их пять. Их всего лишь пять.

Шторм обрушился внезапно, словно лайнер выбросило в эпицентр бури. Капли, казалось, прибивали к палубе, мешали встать. Но не они – усталость и отчаяние тянули его вниз. Он боролся. Сайфер возвышался невозмутимой белой скалой на фоне черного неба, облокачиваясь на канаты. Демон не мог покинуть лайнер, вспомнил он, в том числе упасть в воду во время шторма. А за его спиной кипела тьма. И оторвавшись от будто приклеенной улыбки Билла, он увидел, увидел события той страшной ночи.

Под боком лайнера выдыхался «Боевой Стэн»; волны терзали лодку, яростно отыскивая слабое место, чтобы переломить пополам. Двое на палубе, казалось, не замечали угрозы. Один оттолкнул второго к борту.

– О, ну прости, что я украл твой дневник! – заорал Стэн. – Это только ты у нас открытия совершаешь! А мое дело – запасать еду и следить за топливом, не так ли?!

– Стэн, ты понятия не имеешь, с чем столкнешься…

– Это я нашел координаты! Я их рассчитал, а не ты!

– Зато я знаю, чем это кончится!

– Я прочту об этом в твоем дневнике, Форд! Так что не трать сил и помоги совладать с бурей, пока я тебя снова не запер!

– Мы не поплывем туда, Стэн!

– Да что ты! Боишься, что я могу открыть больше, чем ты?

– Послушай, давай хотя бы вернемся за подкреплением…

– Чтобы кто-то присвоил то, что нашел я? Ищи дурака!

– Стэнли, ты не понимаешь…

– Это ты не понимаешь, Форд! – сорвался Стэн. Он попытался взять себя в руки. – Я видел ее. Я должен найти ее. Это у тебя за плечами путешествия между мирами. А я все еще никто, никто!

– Стэн!

– Я пойду туда. Это точка пересечения аномалий! Все опасное и неизведанное, что когда-либо существовало на земле и будет существовать – оно там, оно заперто в пространстве, но свободно во времени. Ты сам желаешь туда попасть. И истерики устраиваешь только по одной причине. Я знаю, кого ты боишься там встретить.

– ТЫ НИ ЧЕРТА МЕНЯ НЕ СЛУШАЛ, ИДИОТ!

С палубы лайнера он видел, как внизу завязалась драка. Дрались так отчаянно, словно на твердой земле стояли, а не на шатком суденышке посреди голодного моря. Вот от пропущенного удара запрокинулась голова первого – он отлетел на пару метров. А затем, стерев с губы кровь, разбежался и просто вытолкнул второго с корабля.

Упавший беззвучно барахтался в волнах, а первый смотрел. Смотрел с «Боевого Стэна», смотрел с борта лайнера. Пока волны не оттащили тонущего на столько, что не достал бы спасательный круг. И следом круг с «Боевого Стэна» бестолково плюхнулся на воду.

Сайфер улыбался. И застывшая усмешка казалась линией, нарисованной на картонном лице куклы. Ее державшаяся из последних сил искусственность обжигала сердце ставшей очевидной сейчас истиной. Второй брат сбросил плащ на палубу лайнера, разбежался и прыгнул в море.

====== Эпилог. Второй брат ======

Сквозь его сердце прорастало дерево, и ветви, оплетая вены и артерии, наполняли руки усталой нежностью, покоем, давно потерянным во лжи и страхах, поражениях и погонях. Необъяснимое смирение перед любым вариантом судьбы лишало его желания двигаться. И все, что он видел над собой – неизменный светло-голубой купол. И все, что он чувствовал – мягкое, живое тепло под спиной и затылком. Ни дуновения ветра. Ни холода. Ни звука. Ни одного знака, что он все еще в прежнем мире.

Последним отчетливым воспоминанием была фальшивая улыбка демона и темнота, прыгнувшая ему на встречу. Может, он попал сюда прежде, чем доплыл до Форда? Прежде, чем ударился об воду? Он поднял руку к груди и обнаружил, что лежит в одной рубашке. В кармане нашелся скомканный и намокший клочок бумаги. Он развернул страницу дневника.

… «не Форд я не Форд я не Форд я не Форд я не Форд не Форд я не Форд я не Форд».

Вот, что он писал в дневнике с тех пор, как погиб брат. Погиб по его вине. Он опустил руку с листком, и тот через некоторое время исчез из расслабленных пальцев. Что бы он ни сделал или ни не сделал, это больше не имело значения перед лицом заполнявшего его смиренного доверия к жизни – того самого безмятежного чувства, за которым он так отчаянно гнался. Которое испытал, впервые оказавшись поблизости от Существа, и в жажде которого не признался бы и брату. И полнота этого чувства сейчас означала только одно.

– Почему ты спас меня?

Небо безмолвствовало. Стэнли сел, опираясь ладонями о теплый бархат высохшей кожи под ним. Слева и справа на черное полотно, струясь и закручиваясь, наползала вода, но происходило это на расстоянии как минимум пары метров от него. Да и если б Существо хотело, оно бы вмиг избавилось от пассажира, нырнув поглубже в ледяной океан. Стэн не видел его головы, но знал, что Существо слышит.

– Почему спас меня, а не Форда?

«Тогда бы вы никогда не доплыли до лайнера. Он был слишком напуган прошлым».

Эти слова не были словами в прямом смысле. Скорее – чужая мысль мягко вспыхнула в сознании Стэна и тут же растаяла. Стэн помолчал.

– Так это с самого начала был твой план? Показаться мне, чтоб заманить нас к лайнеру? Но зачем? – Стэн раздосадовано хлопнул ладонями, вспомнив концовку встречи с Сайфером. – Кто ты, черт тебя дери?!

«С одной стороны я то, что ты желал увидеть. С другой – тот, кто управляет сознанием этого существа. Меня зовут Уилл Сайфер».

От неожиданности Стэн вскочил на ноги, едва удерживая равновесие. И через несколько секунд опустился обратно. Его спутнику даже не потребовалось говорить что-то вроде «желай я тебе смерти, бросил бы барахтаться в ледяном океане возле созданной Биллом иллюзии». Нет, ничего этого не было. Стэн лишь почувствовал мягкую тяжесть в плечах и руках, будто старый друг, желая успокоить, обнял и усадил его обратно. Но он не собирался сдаваться.

– Если бы не ты, Форд был бы сейчас жив, – проговорил он угрюмо.

«Я знаю».

Стэн вспомнил, как вытолкнул брата с палубы, и посмотрел на руки. Рана от пули воспалилась и болела.

«Вы очень похожи с братом».

– Мы же близнецы, – проворчал Стэн и поправил себя, – были близнецами.

«Я имел в виду с моим братом. Оба нуждаетесь в Форде. И оба скорее умрете, чем признаетесь в этом».

Стэн посмотрел на огромное бледное солнце, зависшее над горизонтом.

– Ты хотел, чтобы Форд вытащил Билла из ловушки?

«Он бы не решился. Да и брат рано или поздно освободится сам».

– Тогда зачем?

«Биллу грустно».

– Знаешь, – Стэн усмехнулся, – предпочитаю видеть твоего брата грустным, нежели веселым.

«Когда он грустный, ему хочется веселиться еще сильнее».

– Какая противоречивая душевная организация!

«Ни лайнер, ни другая ловушка не смогут удержать его надолго. На это способен только Форд».

– О, ты, кажется, не в курсе битвы в Гравити Фоллз…

«Форд, который поклоняется ему. Форд, который восхищен и одержим им. Эта вера способна держать Билла на коротком поводке, и Форд знал это. Но чем крепче становилась эта связь, тем слабее твой брат контролировал собственный разум, и однажды доверил это демону. Форд ошибся и испугался последствий ошибки. Но это ведь не означает, что Форд утратил прежнюю власть над Биллом».

– Я видел кабинет капитана. Форду бы понравилось, – Стэн смотрел на замершее в одной точке солнце, ожидая, что оно вот-вот повернется и окажется глазом, разделенным вертикальным зрачком. – Все это, впрочем, уже не важно.

«Что ты думаешь по поводу этого солнца?»

Стэнли вздрогнул от неожиданности.

– Думаю, что оно слишком огромное, чтоб поместиться за горизонт.

«Потому что ты видишь весь свет, пролитый за несколько недель. Когда мы прибудем, оно вернет обычный размер».

– Прибудем куда?

«Скорее, когда, а не куда. Это существо тоже относится к аномалиям, способным путешествовать во времени».

– Постой. Ты хочешь сказать… – от волнения Стэнли снова попытался привстать. – Но солнце, оно ведь должно…

«… Летать по кругу в обратном направлении? Повороты планеты – лишь способ организовать последовательность событий, движение в пространстве. Время – не кинолента. Всегда есть только здесь и сейчас. Строго говоря, ты не отличаешься от аномалий, поскольку существуешь в каждом моменте. Как и Форд. Но аномалия способна переместить тебя по цепочке событий. До того звена, где все еще возможно исправить».

– И мы… – начал Стэн охрипшим голосом.

«Вернемся туда, откуда начали. Запомни координаты, где ты найдешь меня. И приведи Форда».