Текст книги "Незнакомец (СИ)"

Автор книги: nefritcat

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

– А она тебя любит? – вопрос Эммы вернул Билла в реальность.

– Любит, – отчего-то хмыкнул Том, уткнувшись носом в тарелку с рагу.

– Скажи, что ты почувствовал, когда узнал о Билле?

Юноша натянулся как струна и стал одной большой ушной раковиной. Ему тоже очень сильно хотелось узнать ответ на этот вопрос.

– Ты имеешь в виду его беременность?

– Да. Меня очень сильно удивила твоя реакция. Ты взрослый мужчина, а так легко согласился, что это твой малыш. Скажу честно, в тот месяц Билл был неконтролируемым в сексуальном плане. Можно сказать, что он хотел натрахаться на сто лет вперед.

Челюсть Каулитца медленно роднилась с полом, который принимал ее в свои дружелюбные объятия. Глаза покидали орбиту, напрашиваясь в гости к потолку, поскольку пол уже обзавелся родственником. Слова подруги очень сильно удивили юношу. Да, он не был ангелом во плоти, но тот месяц… Разве виноват Билл в том, что его бросили, назвав бревном в постели? Нет, не виноват. Первой причиной такого разгульного поведения было желание доказать самому себе, в первую очередь, что он не бревно.

– В чем была причина? – спокойно поинтересовался Келер.

– Его парень бросил. На глазах всего универа назвал бревном. Билл месяц в себя приходил. Ревел ночами, думая, что мы с Густавом ничего не видим и не слышим. Мы надеялись, что он отдохнет в нашем небольшом туре по стране. Забудется. А он во все тяжкие пустился.

– Скажи тому уроду, что его бывший парень далеко не бревно. Такого горячего любовника у меня никогда не было, – без капли иронии заявил Томас.

Щеки Билла покрылись легким румянцем, а ладони легли на животик.

– И все же? Почему ты ему поверил?

– А почему я не должен был ему верить? Я заметил его в клубе едва вошел. Он притягивал к себе мужчин и женщин. Выделялся из толпы, словно с другой планеты. К нему подкатывали семь раз. Пару раз я слышал, с каким предложением. Но Билл всех отшивал. Думаю, у него не было в планах в ту ночь кувыркаться с кем-то в постели.

– Но ты ему все испортил, да? Как?

– Разделся, – не стесняясь, признался Келер. – А потом поцеловал его.

– Разделся? Как? – пытаясь унять нервную дрожь под правым глазом, спросила Эмма.

– Рубашку снял.

Юноша прикусил нижнюю губу, прикрыв глаза и вспомнив тот момент, когда из всей толпы ухажеров его привлек этот наглый мужчина с пленительным взглядом и роскошным телом. Билл застонал, вспомнив накаченную грудь Тома и крепкий пресс.

– Каулитц! – воскликнула Эмма, вскакивая. – Билл, тебе плохо? – обнаружив его у стены, обеспокоенно спросила девушка.

– Нет, – замотал он головой, отталкиваясь от своей опоры. – Малыш сильно пинается, – соврал юноша.

– Ты меня напугал, – помогая дойти до стула, Крайс усадила его и отошла к плите. – Я рагу приготовила. Будешь?

– Буду, – ответил Каулитц, не отводя взгляда от глаз Тома. В карих глазах напротив читалось неприкрытое ехидство.

– Я оставлю вас, – сообразив, что она здесь лишняя, Эмма поставила тарелку перед другом и ушла, прикрыв за собой дверь.

Келер не торопился начать разговор. Вернувшись к своему завтраку, он пытался понять, что же успел услышать его случайный любовник, и откуда теперь отталкиваться. Билл же, наоборот, не мог найти подходящих слов, чтобы объяснить все. Юноша прекрасно понимал, что своим стоном раскрыл себя, а мужчина догадался о подслушанном разговоре.

– Как ты себя чувствуешь? – решил поинтересоваться здоровьем парнишки бизнесмен.

– Уже хорошо, – заверил его тот. – В горы хочу.

– Нет! – категорично заявил Томас, стукнув кулаком по столу.

Каулитц удивленно на него уставился, уже не стараясь соскрести челюсть с пола, которая давно с ним породнилась.

– Ты должен думать о ребенке, а не о своих прихотях, – поучительно добавил Келер.

– Ааааа, – протянул Билл, посмотрев в сторону окна. – А почему ты все-таки не засомневался, что это твой ребенок?

Брюнет и сам не понял, откуда у него взялось столько смелости, чтобы задать этот вопрос. Но ответ на него волновал не только Эмму, которая переживала за друга, но и самого Билла. Любой другой на месте Тома устроил бы скандал, обвиняя во всех смертных грехах, а он…

– Тебе не дает покоя то, что я не устроил скандал, или же то, что я поверил? – решил уточнить бизнесмен.

– Оба.

– Во-первых, я не вижу причин устраивать скандал. Мы с тобой взрослые люди и должны себя вести соответственно. Я никогда не мыслил стереотипно, считая случайную беременность партнера чем-то страшным. Если так произошло, значит, виноваты оба. И, если мне не изменяет память, то мы с тобой не предохранялись. Думаю, это будет ответом на второй твой вопрос.

– И все же? Ведь, по словам Эммы, я первоклассная бл*дь, раздвигающая ноги перед всеми.

– Мышка не так сказала. Она поставила меня в известность того, что ты вел себя непристойно. В клубе я видел, что ты не с каждым пойдешь в постель. Из всех тех, кто к тебе подкатывал, я бы затащил троих.

– Ты про тех моделек? – скривился юноша, вспомнив трех девушек-моделей.

– Да, о них. А из парней… Кажется, был с серьгой в ухе ничего так.

– Не мой тип, – скривил носик Билл.

– А я, значит, твой? – не удержался от вопроса Том, наблюдая за тем, как щеки юноши покрываются румянцем.

– Ко мне еще никто и никогда не подкатывал так, как это сделал ты. И да, ты в моем вкусе.

– Спасибо!

– За правду не благодарят.

– А поверил я потому, что нет у тебя причин врать мне. Мы же с тобой не были знакомы. Ты сам не сказал, как тебя зовут, и не оставил своего номера телефона. Ты не знал, кто я. Врать тебе не было никакого резона.

– А вдруг я знал, кто ты?

– Нет, не знал. Если бы знал, то Эмма мне бы еще пару месяцев назад позвонила и сказала, что у меня скоро будет ребенок.

– А вдруг я ее попросил молчать?

– Билл, давай будем объективными?

– Давай.

– Ты забыл ту ночь. Забыл меня. Не скажу, что и я о ней вспоминал долгими одинокими ночами. Пару раз от силы. Но ты вспомнил меня, когда увидел у кабинета врача. О ребенке ты умолчал, значит, у тебя не было в планах женить меня на себе или же получить деньги. Следовательно, у тебя нет причин врать мне. Это мой малыш и бросать вас я не собираюсь. Буду помогать по мере своих возможностей.

Пару минут Билл смотрел на Тома не моргая. В его голове пыталось уложиться в ряд все, что только что было произнесено мужчиной. Юноша пытался правильно осмыслить услышанное, что было не так просто сделать.

– И не надейся, что ты еще раз станешь на лыжи, – предупредил его Том, вставая. – У тебя постельный режим. Вечером приду и проверю.

– А сейчас ты куда? – спохватился Каулитц, понимая, что мужчина собирается уходить.

– Мы с ребятами на сноубордах кататься в горы. Эмма и Густав уходят с нами. Я очень надеюсь, что ты будешь благоразумной мамочкой и не подвергнешь малыша опасности.

– Нуууу, – задумался Билл.

– Никаких «ну», – строго сказал бизнесмен, подойдя к юноше. – Я уже люблю этого ребенка и не хочу, чтобы с вами что-то случилось. Пообещай мне, что ты никуда не выйдешь из дома. Если хочешь, могу принести свой ноутбук.

– У меня есть свой, спасибо.

– Тогда поешь, а потом ложись спать. Набирайся сил, ведь после каникул я жду вас у себя во Франкфурте на стажировку. Поблажек я никому не делаю.

– Даже беременным? – расплываясь счастливой улыбкой, поинтересовался Каулитц.

– Тебе не буду давать. Все, мы пошли, – сказав это, Томас поцеловал Билла в макушку и покинул кухню.

– Вот и чем нам теперь заниматься? – погладив живот ладонью, спросил у малыша юноша. Тот промолчал, не пинаясь. Видимо, еще крепко спал.

Глава 7

(ВКЛ Enrique Iglesias – Lost inside your love)

Компания друзей вернулась с гор только на третьи сутки. Попав в снежный буран, они были вынуждены спрятаться в горном домике, построенном на такие вот непредвиденные случаи. Как и обещал, Том зашел в гости к Биллу. Картина, представшая перед глазами Келера, Шеффера и Крайс, мягко говоря, была… неплохой. Нет, никакой разрухи не было. Шале стоял на месте, как, впрочем, и вся мебель, но вот порядок в нем был нарушен. На диване пестрел вязаный плед со сложным рисунком, на который должно было уйти очень много времени. На столике лежали разноцветные пинетки. В кресле и на полу шапочки, штанишки, носочки, кофточки, жилеточки, рукавички… и все это было связано, а не куплено в магазине.

Эмма с Густавом переглянулись и направились в сторону лестницы. Том последовал за ними. Там они нашли три связанных шарфа и парочку взрослых носков. У двери в комнату Билла лежало несколько цветных ниток в мотках и журнал с эскизами для вязания… Очень тихо приоткрыв дверь, все трое заглянули в неё и застали наимилейшую картину: Билл спал на боку, лицом к двери, подложив под голову ладошки. На нем был вязаный темно-зеленый свитер с надписью на животе «моя гордость».

– Кажется, крепко спит, – прошептал Густав, прикрывая дверь.

– Не знала, что Билл умеет вязать, – задумчиво произнесла Эмма.

– Видимо, от скуки научился, – подытожил мысли своей сестры Том. – Я пойду, а завтра обязательно приду.

– Ага, приходи! – поцеловав брата на прощание, Крайс поспешила к себе.

– Густав, поговори с ней о том, что произошло пару лет назад, – попросил Келер. – Она только кажется сильной, но на самом деле переживает, что не смогла уберечь ребенка.

– Я пробовал, Том, – грустно ответил Шеффер. – Эмма… она… Мне иногда кажется, что ей проще запереться со своей болью, чем поделиться с ней с кем-то.

– Просто найди к ней подход. Обещай мне это.

– Обещаю, – заверил Густав.

* * *

Густав и Эмма проснулись от громкого шума, доносившегося из кухни. Подскочив на своих кроватях, выбежали в коридор и помчались на шум. У дверей кухни они замерли с открытыми ртами, не зная, что они видят: сон, где Билл стоит весь в муке, или это была комичная реальность. Согласившись, что матерящийся Билл может быть только в реальности, они поднялись наверх, чтобы привести себя в порядок.

Вернулись они минут через двадцать, где Билл продолжал что-то печь. На столе одиноко лежала кулинарная книга. Куриные яйца, большинство из которых валялось на полу, мука, рассыпанная по столу и полу. Формочки для выпечки и три бутылки из-под молока завершали композицию «хаос от Билла на кухне».

– Каулитц, что за странное рвение к готовке в такую рань? – осторожно спросила Эмма.

– Хочу Тома угостить, – не задумываясь над ответом, ответил тот.

Густав и Крайс переглянулись, роняя на пол челюсти. Оба понимали, что с другом творится что-то странное, но никак не могли понять, что же именно.

– Билл, а ты нормально спал сегодня? – «забросил удочку» Шеффер.

– Да, как и все эти дни, пока вас не было. Кстати, нам было скучно с малышом, – как-то жалобно вышла у Билла последняя фраза.

– Нам тоже невесело там было, – сообщила Эмма.– Я переживала за тебя. Да и Том тоже. Он уже собирался в снегопад возвращаться, чтобы лично проследить за тобой.

– Волнуется, – счастливо протянул Каулитц и достал из духовки пирог. – Эм, может, позовёшь Тома к нам? Я его номер не знаю, а на улицу вы меня не пустите.

– Ага, – потрясённо согласилась девушка и покинула кухню.

* * *

В соседнем шале никто из парней в такую рань, как восемь утра, вставать не собирался. Все трое нежились в своих кроватях под тёплыми одеялами, пребывая в мире сновидений. Одному снилось море и пляж. Второму гонки. Третий держал на руках ребёнка и не мог нарадоваться на него. Но спокойный и безмятежный сон друзей потревожил настойчивый дверной звонок.

– Что за…? – прохрипел из-под одеяла Георг.

Трель продолжилась, но уже короткими очередями.

– Бл*, что за кретин там? – выругался Юджин, накрывая голову подушкой.

Нежданный гость уходить не собирался и продолжал жать на дверной звонок.

– Ноги оторву! – прорычал Том, вскакивая. Схватив домашние штаны, он поспешил открыть дверь, натягивая их на ходу. Из своих комнат высунулись Георг и Юджин, услышав топот ног по полу.

– То-о-о-омми! – раздался жизнерадостный женский визг с первого этажа, заставивший Швайгера и Листинга вздрогнуть, а тела покрыться мурашками.

– Что ты здесь делаешь? – ошалело глядя на свою невесту, поинтересовался Келер.

– Как «что»? – пройдя в шале, переспросила Эмили. – Приехала к тебе. Сюрприз хотела сделать.

– Он удался, – пробурчал мужчина, запирая дверь.

– Привет, Эмили! – поздоровался с ней Георг, решив, что за испорченный сон может подпортить жизнерадостное настроение Браун.

– Привет! – поздоровалась та. – Рада вас видеть! – и улыбнулась так, как никогда до этого даже Тому не улыбалась.

Аргументы по поводу порчи настроения так и остались в стадии разработки. Никогда не видевшие Эмили Браун, улыбающуюся для них, Юджин и Георг растерялись.

– Мальчики, а почему у вас так холодно? – поёжившись, поинтересовалась девушка, сняв шубку.

– Нас не было здесь три дня, – ответил Том, вешая верхнюю одежду невесты на вешалку. – В горах провели.

– А накормите меня? Я ужасно голодная, как будто не ела неделю, – всё ещё жизнерадостно улыбаясь, девушка упорхнула на кухню. Оттуда донёсся шум кастрюль, закрываемых шкафчиков, и звон посуды.

– Ущипните меня! – попросил шокированный Келер.

– Кто б меня ущипнул, – задумчиво проговорил Юджин.

– Мне новый вариант твоей невесты ещё больше не нравится, – поделился Листинг.

– Она где отдыхала? – посмотрев на друга, Швайгер надеялся найти ответ на свой вопрос.

– На островах, – Том поспешил на кухню, пока Эмили Браун не разнесла там всё в пух и прах.

– Томми, солнышко, ты не поможешь мне? – хлопая ресницами, спросила Эми, держа в руках коробку с куриными яйцами.

– Лучше помоги, – шепнул ему на ухо Юджин. – Не хочу провести остаток отпуска сидя на унитазе.

– Том, телефон, – прокричал из гостиной Листинг, решивший вернуться в свою комнату и досмотреть сон с гонками.

– Детка, я на пару минут, – улыбнулся Браун Келер и скрылся с глаз.

– Как дела? – первое, что пришло в голову Швайгеру, оставшемуся наедине с коброй.

– О, прекрасно! Спасибо, что спросил!

«Вопросов – ноль. Ответов – ноль. Предположений – ноль. Пора валить», – подсказало Юджину сознание.

– Да не за что! Я пойду.

– Да, конечно!

В своей жизни Юджину приходилось встречаться с такими людьми, которые меняют всё своё отношение к жизни, и это не казалось таким странным. Но в данном случае с Эмили Браун это кажется очень странным, так как девушка даже до предложения руки и сердца Томом не была благосклонна к его лучшим друзьям, а тут такое радушие.

Келер поднялся в свою комнату и принял входящий вызов от сестры:

– Мышка, тебе тоже не дают поспать в это утро?

– У нас Билл, а у вас кто?

– У нас? – фыркнул Том. – У нас Эмили.

– Она что здесь делает? – почти что прорычала Крайс в трубку от негодования.

– Как тебе сказать? – почесав шею, спросил мужчина. – Она приехала только что. Ведёт себя очень странно. Готовить собирается.

– Готовить? – взвизгнула девушка.

– Да, а что здесь такого? – не понял Келер.

– Да у нас Билл тут боевые действия на кухне устроил. Играет в войну с яйцами, мукой и молоком. Просил пригласить тебя на пирог.

– Пирог?! Пироги я люблю, – погладив свой живот, расплылся в улыбке Том.

– Я беременна, – вкрадчиво прозвучала фраза на ухо, а талию обвили женские руки...

Глава 8

(Sound: Thousand foot Krutch – Scream)

– Я беременна, – вкрадчиво прозвучала фраза на ухо, а талию обвили женские руки.

Том на мгновение сильно зажмурил глаза, а потом распахнул их и медленно развернулся к своей невесте.

– Ты не рад? – поинтересовалась та, заметив странное выражение лица Келера.

– Рад, – через силу выдавил из себя он и обнял Эмили.

– А как я рада! – воскликнула Браун, крепче обнимая за шею жениха.

Этот диалог в другом шале по телефону слушали трое: Густав и Эмили в гостиной, и Билл, прятавшийся за кухонной дверью, прижимавший ладонь к животику. Парнишка еле-еле сдерживал рвущиеся наружу слёзы.

– Как ему сказать? – наконец, сбросив вызов, поинтересовалась Крайс у Шеффера.

– Я не знаю, – растерянно ответил тот. – Билл слишком сильно привязался к твоему брату. И дело не в ребёнке. Ты же понимаешь?

– Понимаю, – согласилась Эмма. – А нам ещё практику в его фирме проходить.

Услышав эти слова, Билл поджал губы и выбежал на улицу через заднюю дверь. В горле образовался ком, который душил, не позволяя свободно вздохнуть. Перед глазами всё поплыло. В ушах зашумело. Упав на колени, мальчишка упёрся в снег ладонями, отчаянно пытаясь сделать спасительный вздох, но не мог. Из глаз на искрящийся под утренними лучами снег падали солёные капли.

– Надо сказать Биллу, что Том не придёт, – сказала Эмма, встав с дивана.

– Только не говори пока о его беременной подружке, – попросил Густав.

– Билл? – позвала Крайс, переступив порог кухни. – Каулитц?

– Дверь, – выкрикнул Шеффер, заметив приоткрытую дверь на улицу.

– Придурок! – выкрикнула Эмма, покидая шале.

– Билл! – закричали друзья в один голос, увидев лежащего парня на снегу.

– Густав, что с ним? – упав, выкрикнула Эмма.

– Каулитц, посмотри на меня, – потребовал блондин, переворачивая друга на спину. – Очнись, идиот!

– Что с ним? – Эмма начала паниковать.

– Звони в скорую, – приказал Густав и поднял на руки потяжелевшего Каулитца.

– Ты только не урони его, – слёзно попросила девушка, судорожно набирая номер скорой помощи.

А в это время в другом шале Том сидел на кровати и смотрел в одну точку. Эмили спустилась на кухню и снова принялась за готовку. Мысль о том, что у него будет второй ребёнок от невесты, которую он всё ещё любил, никак не хотела укладываться в голове. Келер не понимал, почему. Возможно, это связано с Биллом, который своим неадекватным поведением заставлял улыбаться или же… Нет, первой причиной была случайная связь в ночном клубе и беременность этого мальчишки, запавшего в душу.

Том встал и, пошатнувшись, подошёл к окну. Устремив пустой взгляд на соседнее шале, закусил губу. Он понимал, что нужно сообщить Биллу о беременности невесты, как и о ней самой, но не знал, каким образом. Слишком эмоциональный сейчас парнишка на эти две новости мог отреагировать по-разному. Том был уверен, что он обязательно взбесится и причинит вред малышу. Вряд ли у того хватит ума на преждевременные роды, но… в жизни всякое бывает.

Заметив подъехавшую машину скорой помощи ко второму шале, Том напрягся. Что же такого могло произойти у них, раз они вы… И тут его словно током прошибло.

«Билл», – испуганная мысль заставила с молниеносной скоростью накинуть на плечи толстовку и покинуть комнату. В коридоре Том обул зимние ботинки и выскочил из дома.

Добежав до шале, Келер увидел бригаду врачей, которые выносили на носилках бледного мальчишку.

– Что с ним? – выпалил мужчина, подбежав.

– Вы кто? – строго спросила женщина низкого роста.

– Отец ребёнка, – выпалила Эмма.

– Торопимся, мальчики! – приказала врач медбратьям.

– Я еду с ним, – твёрдо заявил Том, вскакивая в машину скорой помощи.

– Едем! – не обратив на него никакого внимания, снова приказала доктор.

До больницы добрались очень быстро. На пороге их уже ждала другая бригада врачей. Док, тот, что осматривал мальчишку не так давно, подбежал первым. Бегло глянув на своего пациента, потребовал приготовить операционную.

Том следовал за каталкой, не слыша большую часть того, что говорили врачи. Он беспокоился за мальчишку и за своего ребёнка. Мысли о том, что же такого успело произойти за пару минут с момента звонка сестры, пришли позже, когда он стоял у дверей операционной, в которую его не пустили. Эмили и Густав подошли минутами позже. Плачущая Эм обняла брата, что-то беспорядочно нашёптывая.

– Всё хорошо! – безэмоционально проговорил Том, поглаживая спину сестрёнки.

Несколько часов операции показались вечностью. Келер не находил себе места. Он нервничал, но молчал. Ходил взад-вперёд, не задавая вопросов. Заламывал пальцы рук, кусая губы. Волны паники поочерёдно накатывали на него. Он боялся за жизнь двух маленьких человечков, за которых нёс ответственность. Том не задавался вопросом «если бы да кабы…», потому что ни секунды не жалел о проведённой ночи с Биллом и о том, что скоро станет отцом.

Уставший доктор вышел к друзьям и облегчённо выдохнул.

– Как он? – вскочив, выпалила Эмма.

– Операция прошла успешно…

– Операция?! – перебил Келер, подойдя. – Какая операция? Что с ребёнком? Что с Биллом?

– Я не знаю, что произошло с Биллом, но… нам пришлось делать операцию, чтобы спасти их обоих. Билл сейчас находится на искусственной вентиляции лёгких. Предупреждаю сразу, – док глубоко вздохнул и продолжил: – малыш очень слаб, как и сам Билл. Если что-то пойдёт не так… Если…

– Что «если»? – не выдержала Эмма. – Что Вы хотите сказать?

– Двадцатидвухнедельные малыши не выживают после появления на свет. И если возникнет ситуация, угрожающая жизни его отца… я буду спасать Билла, как бы страшно это ни звучало.

– Но… – Крайс побледнела, вцепившись пальцами в рукав куртки Густава.

– Или мы теряем одного, или обоих. Но я очень надеюсь, что всё не так страшно, как выглядит сейчас.

– Насколько страшно, и что нужно? – выпалил Том. – Если нужны деньги на дорогостоящие лекарства или оборудование… скажите, я достану. Нужны будут профессора, привезу. Вы только скажите, что нужно, я всё сделаю, – сорвавшимся голосом закончил бизнесмен, глядя на доктора.

– Пока ничего не нужно. Сейчас нам надо разобраться в причине обморока и удушья Билла, а да…

– Удушья? – Том посмотрел на сестру, одним взглядом требуя объяснений.

– Я не знаю, – выкрикнула та. – Мы нашли его на улице. Он был без сознания и не приходил в себя. Изо рта вырывались странные хрипы и всё… Том, я не знаю, что произошло. Правда! – со слезами на глазах Эмма доказывала брату свою невиновность.

– Верю, – ответил тот и обратился к доктору: – Я хочу, чтобы меня держали в курсе всего, что происходит с Биллом, и какое будет применено к нему лечение. Если ему станет плохо, звоните мне. Если потребуется… – Келер нервно сглотнул. – Если потребуется операция… кесарево… я должен знать.

– Том, Вы же понимаете, что двадцатидвухнедельные не выживают? А если и выживают, то остаются инвалидами, так как они не до конца развиты.

– Я всё понимаю. Поэтому и прошу звонить мне в любое время суток. Кому я могу оставить свой номер телефона?

– Пройдёмте со мной в кабинет. Поговорим там.

– Густав, отвези Эмму домой, – попросил Келер, обратившись к парню.

– Ты эгоист, Том, – выкрикнула его сестра. – Как ты так можешь? Твой ребёнок может не выжить, а ты…

– В чём ты меня обвиняешь, мышь? – сорвался на крик Томас. – В том, что я не реву сейчас? В том, что хладнокровен? Ты хотя бы представляешь себе, что творится у меня в душе в этот момент? Мой ребёнок может умереть. Ты это понимаешь?

– Понимаю! – прокричала Крайс. – И я прекрасно знаю, что ты чувствуешь сейчас, – уже тише добавила она, сжав ладонь Густава.

– Звони, если будут изменения, – попросил Шеффер и увёл девушку.

– Томас, – осторожно позвал его доктор.

– Идёмте.

Глава 9

Неделю Том ходил сам не свой. У него из рук валилось абсолютно всё. Кусок в горло не лез. Ночами почти не спал из-за кошмаров. Ему снилась больница и доктор, сообщающий о том, что и ребёнка, и Билла не удалось спасти. Просыпаясь в холодном поту, Келер больше не мог спать. Среди ночи он одевался и покидал шале, гуляя на свежем морозном воздухе. Пару раз заходил в церковь и подолгу сидел там. Он не знал молитв, но сама атмосфера успокаивала, вселяла надежду на лучшее. Эмма отказалась с ним разговаривать. Густав звонил несколько раз и сообщал о её состоянии.

В очередной раз прогуливаясь по альпийской деревне, Том заметил мужчину с собакой, которая для этих мест была не приспособлена, хотя… По тому, как резвилась рыжая собака в снегу, Келер пришёл к выводу, что ей здесь вполне комфортно.

– Лаки, ко мне! – позвал мужчина рыжую. Та с радостью подбежала к нему, вертясь под ногами и тыкаясь лбом в коленки. Незнакомец рассмеялся и почесал собаку за ухом.

Наблюдая за этой парочкой, которая удалялась, Том вдруг понял, что животные – самые лучшие в мире психологи. Почему-то он был уверен, что щенок непременно поможет Биллу прийти в себя, а после станет настоящим другом для их малыша. Загоревшись этой идеей, Келер поспешил домой, чтобы отыскать самый ближайший питомник именно с этой породой собак.

– Где ты был? – с порога накинулась на него Эмили.

– Гулял, – сухо отозвался тот, скидывая с ног обувь. – Юджин, принеси мне ноут, пожалуйста, – игнорируя невесту, попросил бизнесмен.

– Том, что происходит? – непонимающе уставилась на него Браун, желая объяснений.

– Ничего, милая, ничего, – чмокнув её в щёку, Томас поспешил в гостиную, где его уже ждали Юджин и ноут.

– Мне нужно внимание, – потребовала Эмили, обескураженная таким поведением своего жениха. – У нас ребёнок будет, если ты забыл.

– Я помню, – быстро набирая в поисковике породу собак, ответил Келер. – От меня что хочешь?

– Чтобы ты перестал втыкать в ноут и обнял меня, – капризно заявила девушка, скрестив руки на груди.

– Милая, я сейчас занят.

– Ты всегда занят, – психанула Эмили. – Тебе плевать было на меня, а теперь и на нашего ребёнка? Как ты так можешь? Что с тобой произошло, Том?

– Наверное, повзрослел, – быстро глянув на невесту, ответил мужчина.

– Я уезжаю домой. Мне надоело быть очередным предметом мебели в этом доме, где я никому не нужна, – сообщила Браун и поспешила подняться наверх, надеясь, что Том последует за ней. Но, вопреки всем ожиданиям, Келер даже с места не сдвинулся. Проводив невесту отрешённым взглядом, вернулся к прерванному занятию.

– Подозреваю, что случай с Биллом тебя изменил, – проговорил Георг, удивлённый поведением друга.

– Я давно изменился, просто понял это только сейчас.

– Что ты всё ищешь? – поинтересовался Юджин и заглянул в монитор. – Акита-ину? Зачем тебе эта порода?

– Хочу щенка купить.

– Зачем? – озадаченно спросил Листинг.

– Том, я серьёзно уезжаю, – заявила Эмили, появившись на лестнице с чемоданами.

– Я отвезу в аэропорт. Ты права, тебе здесь делать нечего. Мы с парнями ещё пару деньков позависаем здесь, а потом вернёмся, – выпалил Келер, встав с дивана.

У Браун даже словарный запас резко уменьшился после заявления жениха. Она хотела обидеться, но не смогла. Хотела закатить скандал, но не знала, к чему прицепиться. Девушка была в шоке. Что здесь ещё сказать?

Проводив невесту в аэропорт, Том попросил таксиста отвезти его в ближайший зоомагазин. Но не найдя искомое и услышав, что щенков таких пород к ним не возят, расстроился. А самый ближайший питомник находился в Вене. Но не факт, что и там есть искомая порода собак.

Возвращаясь в Эльмау, Том постоянно думал о Билле и ребёнке. Для него это было странно, потому что девушка, которую он любил и собирался жениться на ней, тоже ждала от него ребёнка, но никаких эмоций не вызывала. Келер даже удивился себе, что так хладнокровно отправил её домой и не чувствует угрызений совести. А вот за Билла, за этого смешного мальчишку, переживал. Скучал по взгляду его карих глаз, которые всегда говорили не то, что озвучивал парень. Том скучал по хитринке в них. Даже готов был сам поставить на сноуборд и лыжи, лишь бы снова увидеть в глазах цвета древнего янтаря радость. Был готов пойти на всё, чтобы снова услышать звонкий смех и рассказ о том, как себя сегодня вёл ребёнок. Мужчина скучал, ощущая вину за произошедшее.

Прикрыв глаза, Келер расслабился. Последние три ночи он почти не спал. Мешали постоянные кошмары.

Громкая музыка била по ушам. Чёрный кожаный диван скрипел. На столике было много алкоголя. Это был ночной клуб, но народа в нём не наблюдалось. Том встал и оглянулся. На столиках в пепельницах медленно тлели недокуренные сигареты. Недопитый алкоголь остывал в высоких стаканах. Лёд таял, смешиваясь с ним. Разбросанные чипсы по чёрным столикам. Небрежно брошенная верхняя одежда покоилась на спинках диванов. Музыка продолжала играть, а диско-шар вертеться под потолком.

– Том? – позвал его знакомый голос откуда-то из глубины зала.

– Билл? Билл, это ты?

– Том, почему ты не идёшь ко мне? Я уже заждался.

– Билл, где ты? – прокричал Келер и бросился в сторону чилл-аутов. – Билли?

– Я здесь.

– Где?

– Здесь, – дверь с левой стороны от Тома резко распахнулась, приглашая войти.

– Билл? – позвал его мужчина, переступая порог.

– Ты долго шёл к нам, – медленно оборачиваясь, проговорил мальчишка, держа на руках ребёнка. – Мы тебя заждались…

– Приехали, – громкий возглас таксиста разбудил бизнесмена. Сонно хлопая ресницами, он осмотрелся по сторонам и сел прямо.

– Который сейчас час?

– Половина пятого.

– Можно в больницу?

– Конечно! – согласился таксист и выехал на дорогу, взяв курс на больницу.

В больнице были в пять вечера. До окончания приёмных часов оставалось два часа. Том очень надеялся, что ему хватит этого времени, чтобы побыть с Биллом и ребёнком. Он не знал, зачем, но точно знал, что хочет этого всем сердцем.

В палате было тихо. Не так давно мальчишку отключили от аппаратов искусственной вентиляции лёгких, так как кризис миновал. Слух мужчины уловил быстрое сердцебиение малыша. Для надёжности и достоверности док подключил нужную аппаратуру. Том улыбнулся. Его малыш был здоров и наверняка чувствовал себя превосходно.

Взяв стул у дальней стены, Келер приставил его к койке и уселся. Взял за руку Билла и попытался согреть холодные пальцы. По щеке предательски сбежала слеза.

– Я уже скучаю по тебе, – прошептал Том. – Поправляйся быстрее… Пожалуйста!

Бизнесмен замолчал, потому что не знал, о чём говорить. У него никогда раньше не было причин разговаривать с человеком без сознания, и данная ситуация немного смущала. Поэтому замолчал, продолжая согревать своим дыханием холодные пальцы Билла.

– Ты мне снился сегодня, – вдруг заговорил Келер. – Снился тот клуб, в котором мы познакомились. Та же самая комната. Ты с ребёнком на руках. Это было настолько пугающе и, одновременно, волнительно… Я даже помню, что растерялся, увидев тебя в той же комнате. Странно всё это.

Хмыкнув, Том снова замолчал и уставился на монитор, который измерял сердцебиение малыша.

– Оно так быстро бьётся. Ты ведь слышишь его, да? Ты не можешь не слышать, как быстро бьётся сердечко нашего сына. Уверен, что он будет похож на тебя. Такой смешной, смелый, рискованный и отважный… И такой же красивый. Он не может быть другим, потому что… потому что ты идеален во всём.

– Не во всём, – хриплым голосом возразил Билл и повернул голову к Тому.

– Ты очнулся, – радостно выдохнул тот, крепче сжав ладонь мальчишки.

– Ещё утром.

– Почему же мне не сообщили?

– Эмма сказала, что ты свою невесту в аэропорт повёз. Ты её выгнал или она сама?

– Сама. Как ты себя чувствуешь? Может, хочешь чего? Ты только скажи, я сделаю.

Назад к карточке книги "Незнакомец (СИ)"