Текст книги "Когда умрёт Солнце (СИ)"

Автор книги: Missis Stranger

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

16.

16.

Она молчала, внимательно наблюдая за ним, и в ее глазах читалось не только удивление, но и что-то еще, что он не мог разобрать. Тревога поднималась в нем волной, подталкивая к тому, чтобы забрать сказанное обратно, зарыться в привычную броню цинизма. Но было поздно.

– Любой может причинить боль, если захочет. А ты хочешь быть таким? – спросила она тихо, глядя ему прямо в глаза. – Хочешь обманывать, предавать и разрушать?

Мужчина продолжил, словно повинуясь какой-то неведомой силе:– Я не хочу этого. Не хочу быть тем, кто ранит тебя. Ты... ты заслуживаешь лучшего. Я боюсь, что рано или поздно моя темная сторона возьмет верх, и тогда... Тогда я причиню тебе страдания, которые ты не заслужила.

Он поднял глаза и встретился с ее взглядом. В нем не было ни осуждения, ни отвращения, только какая-то глубокая печаль. Это было хуже, чем если бы она кричала или отвернулась от него. Он чувствовал себя обнаженным, уязвимым, словно перед ней распахнулась дверь в самые темные уголки его души.

– Но если ты – злодей – произнесла она, – Тогда тебе придется очень постараться, чтобы меня впечатлить. Я слышала, у злодеев обычно очень интересные планы.Александр почувствовал, как внутри него что-то меняется. Ее слова, ее взгляд...Они заставляли его забыть о всех тех правилах и принципах, которыми он жил раньше.

Он больше не хотел быть тем, кем его видели другие. Он хотел быть тем, кем его видела она – загадочным, немного опасным, но безумно интересным.– Мой план? – он придвинулся ближе, его голос стал хриплым, как шепот ветра. – Мой план – это ты. Завоевать тебя, очаровать, свести с ума. Готова ли ты к этому?

Ее глаза вспыхнули вызовом. Она не отступила, не дрогнула под его пристальным взглядом. Наоборот, в них заиграла искра азарта, словно она была готова принять его игру.– Завоевать? Очаровать? Свести с ума? – повторила она, словно пробуя слова на вкус. – Что ж посмотрим, на что ты способен. Но предупреждаю, меня не так легко покорить.

Мужчина улыбнулся, довольный ее ответом. Это было именно то, что он хотел услышать. Ни испуг, ни отказ, а вызов. Он знал, что завоевать ее сердце будет несложно, но он был готов к борьбе. Готов раскрыть все свои карты, показать все свои грани, даже те, которые он тщательно скрывал от других.

Александр взял ее руку в свою, нежно, но крепко. Ее кожа была теплой и шелковистой на ощупь. Он почувствовал легкое дрожание, но она не отдернула руку.Не отрывая взгляда от ее лица, он медленно провел большим пальцем по ее ладони, вызывая волну мурашек. Он чувствовал ее напряжение, улавливал малейшие изменения в ее настроении.

Ее дыхание участилось, губы слегка приоткрылись, а глаза... в них плескалось смятение, любопытство и ожидание. Он задержал палец на самом краю ее ладони, словно играя, дразня ее чувства. Он знал, чего она ждет от него, и наслаждался моментом предвкушения.

Вокруг них словно образовался вакуум, отсекая все посторонние звуки и движения. Остались только они двое, связанные невидимой нитью притяжения. Он чувствовал, как в нем нарастает желание, как кровь приливает к щекам, и как сложно становится контролировать собственные импульсы.

Мужчина поднял ее руку и медленно поднес к своим губам, касаясь нежной кожи на запястье губами. Она вздрогнула, и он уловил слабую дрожь в ее пальцах. Он видел, как расширились ее зрачки, как она почти перестала дышать. Он чувствовал, что она на грани. Как и он сам.

Затем, медленно, почти благоговейно, он поцеловал ее ладонь, чувствуя, как ее тепло проникает в него. Поцелуй был легким, невесомым, словно прикосновение бабочки, но он говорил о многом. О желании, о нежности, о зарождающейся страсти.

– Тогда пристегни ремни, – прошептал он, наклоняясь ближе к ее лицу. – Потому что эта история обещает быть захватывающей. Я покажу на что способен, но помни, я предупредил тебя. Ты сама этого захотела.

Ее взгляд был прикован к его губам. Она почувствовала, как внутри нее все сжимается в тугой узел. Он дразнил ее, играл с ее чувствами, и ей это нравилось. Ей нравилась эта власть, которую он над ней имел.Ладони девушки вспотели, и она украдкой вытерла их о платье.

Мужчина наклонился ближе, его дыхание опалило ее щеку. Его запах, терпкий и притягательный, заполнил все вокруг, лишая ее способности мыслить. Она закрыла глаза, готовая отдать всю себя во власть этого момента, этой необъяснимой химии, что возникла между ними.

Элиза знала, что это опасно, что он играет с ней, как кошка с мышкой. Но ей было все равно. Ей нравилось это чувство полной зависимости, когда он контролировал каждый ее вдох, каждый ее жест. Она давно перестала сопротивляться, утонув в океане его обаяния– Я люблю захватывающие истории, – ответила она, слегка приподнимая уголки губ.Но терпеть не могу, когда меня обманывают.

Мужчина усмехнулся, прекрасно понимая намек, но он не мог игратьчестно.Он хотел бы чтоб всё было иначе, чтобы она выбрала его сама, осознанно и по доброй воле, но от него в этой ситуации ничего не зависело.Как и от неё.Они оба были лишь пешками в чужой игре.

Его пальцы коснулись ее подбородка, нежно приподнимая ее лицо. Она открыла глаза и встретилась с его темным, пронзительным взглядом. В нем читалось желание, смешанное с какой-то темной, скрытой страстью. Она почувствовала, как по ее спине пробежала дрожь.– Ты точно знаешь, чего хочешь? – прошептал он, его голос был хриплым от возбуждения.

Девушка молчала, не в силах произнести ни слова. Да, она знала.Она хотела его.Всего. Целиком и полностью.Хотела этого чувства принадлежности.Хотела этой опасной игры, этого безумия, которое он в ней пробудил. И она была готова заплатить любую цену за этот миг.Ее сердце бешено колотилось, отбивая ритм.

Элиза кивнула, едва заметно, но достаточно, чтобы он понял ее ответ. Уголки его губ приподнялись в легкой, самодовольной усмешке. Он знал свою власть над ней, и наслаждался ею.Александр медленно приблизил свое лицо к её, его губы коснулись ее щеки, спускаясь к уголку рта.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Девушка замерла в ожидании и приоткрыла губы, словно умоляя его о поцелуе.Но внезапно мужчина отстранился, оставив ее в состоянии легкого шока. Ее глаза распахнулись от удивления и разочарования. Она не понимала, что произошло. Еще секунду назад она была готова сдаться на милость его губ, а теперь он отстранился, словно обжегшись.

– Что случилось? – прошептала Элиза, чувствуя себя обнаженной и уязвимой под его пристальным взглядом.Он молчал, продолжая смотреть на нее своим пронзительным взглядом.В его глазах читалась борьба, словно он пытался удержать внутри себя то, что рвалось наружу.

Наконец, он глубоко вздохнул и отпустил ее подбородок.– Не здесь и не так. Это не правильно, – произнес он тихо, словно говоря это самому себе.Ее разочарование мгновенно сменилось злостью. Как он смеет так поступать? Дразнить ее, довести до предела и просто отступить? Она хотела высказать ему все, что о нем думает, но слова застряли в горле.

Девушка не понимала, что происходит, что заставило его изменить свое решение?Александр отвернулся от неё и подошел к стеклу, уставившись на ночной город. Его плечи напряглись, словно он нес на себе непомерную тяжесть. Она видела, как он борется с собой, и впервые почувствовала проблеск сочувствия к этому загадочному мужчине.

Возможно, за его самоуверенностью и обаянием скрывается что-то большее, какая-то боль, которую он тщательно скрывает.– Я не могу...– прошептал он, не оборачиваясь, – Прости меня.Истина, которую она не осознавала, заключалась в том, что несмотря на свою притягательность, они были связаны не взаимными симпатиями, а скрытыми механизмами неблагоприятной судьбы, как куклы на ниточках.

Элиза подошла к нему, не зная, что сказать. Его отказ задел её, как ни странно. Но сейчас она увидела в нем не соблазнителя и манипулятора, а человека, который испытывает смятение и боль.

17.

17.

Девушка протянула руку и коснулась его плеча:– Посмотри на меня, Макс.Мужчина вздрогнул.Его плечи напряглись под её легким касаниемОн чувствовал запах её желания, чувствовал как бьётся её пульс.Александр сглотнул, пытаясь унять сухость во рту и чувствуя, как прорезались клыки.

Он был голоден во всех смыслах.Мужчина закрыл глаза, позволяя себе на мгновение раствориться в этом ощущении. Запах ее кожи, смесь ванили и чего-то неуловимо дикого, сводил с ума. Он знал, что стоит сделать один неверный шаг, и все изменится навсегда. Граница между тьмой и светом, между зверем и человеком, становилась все тоньше.

Он осознавал, что её присутствие пробуждает в нём нечто примитивное, что-то, что давно было подавлено силой воли и общественными рамками. Ощутил, как в нём вскипает животный инстинкт. Она была слишком близко, слишком желанной, и этот запах всё сильнее заполнял его сознание, вытесняя из него рассудок.

Его пальцы невольно сжались в кулак.Он слишком давно не охотился, пытаясь подавить и взять под контроль свою вторую суть, но сейчас она рвалась из глубин его нутра наружу.В этот момент он вновь ощутил себя в плену своей жажды.

Он вспомнил прошлое – ночи безумной погони, когда охота превращалась в мгновения, полные опасности и наслаждения. И вот он снова на грани, на краю реальности, где желание стало его единственным спутником. Зачем же так сильно влекло его к ней?

Он чувствовал ее тепло, ее податливость. Желание жгло его изнутри, требовало выхода. Но он знал, что должен сдержаться. Нельзя поддаваться инстинктам. Нельзя причинить ей вред.– Не надо, – прохрипел он, силясь отстраниться, – Ты не знаешь о чём просишь.

Его голос звучал чужим, словно принадлежал другому существу. Он чувствовал, как тьма внутри него рвется наружу, грозя поглотить их обоих.Она не должна была видеть его таким, но жажда, накрывающая его, была слишком сильна.Но девушка не отступила.И в этот момент, когда тьма почти полностью поглотила его, когда зверь внутри рвался на свободу, она шагнула ещё ближе, не обращая внимания на его предупреждение.

– Я знаю, чего хочу, – произнесла она с легкой дрожью в голосе.Эти слова стали катализатором его борьбы с самим собой. Он знал, что её слова, подобно спичке, могли легко разжечь пожар, который тлел в нём долгое время.

Александр взял себя в руки, собравшись с последними остатками разума. Он резко открыл глаза и посмотрел на неё. Девушка была как светлая звезда в кромешной тьме – притягательная, но опасная. Каждый момент её присутствия становился испытанием, каждым движением она словно подталкивала его к решению, к шагу, о котором он боялся даже думать.

– Ты не понимаешь, – произнес он, стараясь вернуть себе контроль – В тебе что-то пробуждает во мне то, что я тщательно стараюсь держать в узде. Это не просто желание, это нечто большее... и это неизбежно рано или поздно приведёт к катастрофе.

– Я не боюсь тебя, – произнесла она тихо, словно это могло каким-то образом успокоить демонов, бушующих в его душе.

Жажда шипела внутри него, ее холодные щупальца обвивали сердце, искушая его сдаться, наполняя каждую клетку нереальным вожделением. Но она была тут и ждала. Её пальцы, невесомые, но настойчивые, удерживали его внимание.

В тот момент, когда её пальцы коснулись его кожи, тьма вокруг них заколебалась. Он почувствовал, как её свет проникает в его мрак, словно исцеляющий бальзам. Но стоило ему лишь на мгновение расслабиться, как зверь внутри снова рванулся к свободе, угрожая разрушением всего, что он так старательно защищал.

– Тебе лучше держаться от меня подальше, ты должна быть осторожна. Пошли я отвезу тебя домой, уже поздно, – прохрипел он, стараясь, чтобы голос звучал ровно и бесстрастно. Но запах ее желания, густой и пьянящий, проникал в каждую клетку, отравляя рассудок пока он вёл её к выходу.

Он не мог допустить, чтобы она увидела его истинную сущность, чтобы узнала, с каким чудовищем он живет внутри.– Прости, – прохрипел он, отводя взгляд. – Я просто… устал.

Он отступил на шаг, затем еще один, пока между ними не образовалось достаточно пространства, чтобы он мог дышать. Ему нужно было бежать, скрыться в темноте, где он мог контролировать себя, где его жажда не представляла опасности для неё.

– Макс, что с тобой? – Ее голос звучал встревоженно, но он не мог остановиться. Он уже чувствовал, как его тело начинает меняться, как ноет челюсть, а рот наполняется слюной. Он должен был уйти, прежде чем станет слишком поздно.– Пойдём, нам пора, – повторил он, направляясь к выходу.

– Я не хочу уходить, – тихо произнесла она.Он почувствовал, как искушение подступает к самой границе его контроля, порождая внутренний шторм.Его тело напряглось, каждый мускул стал стальным канатом, готовым лопнуть от сдерживаемого напряжения.

Он крепче сжал её руку, чувствуя, как её пальцы дрожат в его ладони."Не искушай меня, – пронеслось в его голове, – не толкай меня к краю, с которого нет возврата." Но слова остались невысказанными, застряв в горле как ком.

Он обернулся к ней, его взгляд был полон борьбы, мольбы и тёмной страсти, которую он тщетно пытался скрыть. Лунный свет, проникавший сквозь витражные окна, играл на её лице, делая её еще более соблазнительной, нереальной, словно видение из сладкого кошмара.– Ты не понимаешь, что творишь,– прошептал он, почти беззвучно.

Она подняла на него свои огромные, полные желания глаза. В них не было ни страха, ни сомнения, лишь обжигающая потребность.Он знал, что должен остановиться, что должен уйти, пока не стало слишком поздно. Но ноги, словно вросли в пол, а разум отказывался подчиняться командам разума.Он был обречен.

– Элиза, я тоже не хочу уходить, но это необходимо, поверь мне.Мужчина чувствовал, как жажда внутри него нарастает, как она стремится вырваться наружу, поглотить все светлое и чистое, что было рядом с ним. Элиза была для него лучом света, надеждой на искупление, но в то же время – самым сильным искушением, самым опасным вызовом его проклятию.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он видел в ее глазах отражение своей собственной тьмы, но в ней не было страха, лишь принятие и какое-то странное, пугающее понимание. Это было одновременно и благословением, и проклятием. Он не хотел ее потерять, но знал, что оставаясь рядом, подвергает ее опасности.

Почему? – прошептала она, приближаясь к нему. – Почему ты должен уходить? Чего ты так боишься?Ее прикосновение было легким, едва ощутимым, но оно обжигало его кожу, словно раскаленное клеймо. Он отшатнулся, словно от огня, пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию, хоть какой-то контроль над ситуацией.

Мужчина зажмурился, пытаясь удержать последние остатки человечности, но жажда неумолимо наступала, стирая границы между ним и чудовищем. Он чувствовал, как его клыки удлиняются, как когти прорываются сквозь кончики пальцев, как взгляд становится хищным и нечеловеческим.

– Я боюсь себя, Элиза, – прохрипел он, с трудом выговаривая слова. – Я боюсь того, что могу с тобой сделать.– Не бойся, Макс, – прошептала она, протягивая к нему руку. – Потому что я не боюсь тебя.Он был словно пойман в ловушку, заперт между своей тьмой и ее светом.

Александр отшатнулся от ее прикосновения, как от раскаленного железа. Его нутро разрывалось от боли и отчаяния. Он жаждал ее близости, ее тепла, но одновременно с этим понимал, что его прикосновение теперь – смерть для неё. Он видел в ее глазах сострадание, и это делало его страдания еще невыносимее. Ведь он должен был её защищать, а теперь сам представлял для нее смертельную угрозу.

– Я не могу остаться, скоро рассвет.Она видела его борьбу, чувствовала его страх, но не могла понять его причины:– Что ты такое говоришь, Макс? – тихо спросила она, сбитая с толку, стараясь не спугнуть его. – Что случилось? И при чём здесь рассвет?

18.

18.

В отчаянии он попытался оттолкнуть её, освободиться от наваждения, но вместо этого лишь крепче прижал к себе. Её тепло и запах сводили его с ума, разжигая пламя внутри, грозящее испепелить его остатки человечности. Он чувствовал, как зверь внутри ликует, предвкушая долгожданную свободу.

– Я не могу тебе сказать, Элиза, – прохрипел он, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. -Просто поверь мне на слово: нам нужно идти.С этими словами он развернулся и, не оглядываясь, пошёл прочь. Элизе ничего не оставалось как пойти за ним следом.Перед выходом он снова завязал ей глаза:– Так необходимо, – произнёс он.

Девушка не стала спорить или спрашивать, она чувствовала себя опустошенной. Словно её сказочный хрустальный замок рухнул на глазах и она не знала что делать дальше. Единственное, что она знала наверняка – она доверяла ему.

Несмотря на все его тайны, на внезапную перемену в настроении, она все еще верила.В голове роились вопросы, но она не решалась их задать. Боялась услышать ответы, которые разрушат последние осколки ее мира.Они шли, Элиза спотыкалась на каждом шагу, доверяя лишь руке, крепко сжимавшей ее ладонь.Она чувствовала себя маленькой птичкой, попавшей в силки, слепо следующей за своим ловцом.

Наконец, они остановились.– Я сам отвезу тебя домой, произнёс мужчина, помогая ей забраться внутрь.– А где водитель?-удивилась она.– Я его отпустил.

Элиза молча кивнула, усаживаясь на мягкое кожаное сиденье. Машина тронулась, и она почувствовала, как её охватывает странное оцепенение. Завязанные глаза лишали её возможности ориентироваться, и она полностью полагалась на своего спутника. Тишина в салоне давила, каждый вдох казался оглушительно громким.

Александр чувствовал, как ее присутствие обжигает его, словно раскаленное клеймо.Пальцы мужчины сжали руль так сильно, что кости заныли, но это было ничто по сравнению с болью, которая терзала его изнутри.

Она сидела рядом, ее тепло касалось его кожи даже через расстояние, которое он старался сохранить. Каждый ее вздох, каждое движение отзывалось в нем эхом, которое он не мог заглушить.

Он знал, что проигрывает, что с каждым мгновением его защита из цинизма рушится. Он закрыл глаза, пытаясь собраться, но было уже слишком поздно. Ее слова, ее прикосновения, ее запах – все это сливалось в одно, затягивая его в водоворот, из которого он не хотел выбираться.

Дорога казалась бесконечной. Элиза пыталась угадать маршрут по едва уловимым поворотам и изменениям дорожного покрытия, но тщетно. Наконец, машина остановилась.– Мы приехали, – услышала она его голос. – Я помогу тебе выйти.Мужчина снял повязку с её глаз.

Элиза открыла глаза и увидела свой дом.Он вышел и открыл ей дверь. Легкий ветерок трепал его волосы, и в свете уличного фонаря она заметила едва заметную улыбку на его губах.Девушка вышла из машины и замерла не зная, как вести себя дальше.Элиза почувствовала грусть, от того что пришло время прощаться.Она не хотела, чтобы этот вечер заканчивался.

– Спасибо, – тихо произнесла она, стараясь не смотреть ему в глаза. – Мне очень понравилось.Мужчина подошел ближе, и Элиза почувствовала, как участилось ее сердцебиение.

Александр нежно взял ее за руку, его прикосновение было легким, но уверенным. Он поднес ее ладонь к своим губам и коснулся ее кожи невесомым поцелуем.– Ты завтра работаешь?– Да, но у меня короткая смена, в десять освобожусь.

– Тогда до завтра? – тихо спросил он.Элиза не смогла сдержать улыбки. Она кивнула, чувствуя, как краска заливает ее щеки. Этот вечер был похож на сказку, и ей не хотелось, чтобы она заканчивалась. Она знала, что должна войти в дом, но никак не могла оторвать взгляд от его глаз.

Его взгляд, теплый и глубокий, словно обволакивал ее, заставляя забыть обо всем на свете. Она утонула в его глазах, как в бездонном океане, чувствуя, как в груди разливается тепло. Сейчас важен был лишь этот момент, это тихое обещание встречи, витавшее в воздухе.

– До завтра, – прошептал он и, улыбнувшись, развернулся и ушел, оставив Элизу стоять на пороге в полном замешательстве и с надеждой в сердце.Рассвет неумолимо приближался, а вместе с ним и новая глава в их сломанной истории.

Зайдя домой Элиза вытащила телефон из сумки и увидела кучу сообщений от Дженни, почти все были об одном: как всё прошло?Она сама не знала как.Вроде бы всё было волшебно, но девушка не могла избавиться от ощущения, что Макс просто сбежал от неё.А ещё теперь она была точно уверена, что он от неё что-то скрывает и это что-то ей сильно не понравится.

Элиза глубоко вздохнула, пальцы нервно забарабанили по экрану, словно пытаясь найти ответ в череде уведомлений."Всё прошло хорошо?" – гласило одно сообщение. "Ты в порядке?" – спрашивало другое."Он тебе понравился?" – допытывалось третье.

Элиза не знала, что ответить. Понравился ли он ей? Да, безусловно. Макс был обаятельным, внимательным и забавным. Вечер был наполнен смехом, интересными разговорами и легким флиртом. Но в финале...Ощущение, будто он сбежал, терзало ее. Может, она что-то сделала не так? Или, что еще хуже, он просто понял, что она ему не интересна?

Пальцы задрожали, когда Элиза набрала ответ Дженни:"Всё сложно".Она не хотела вдаваться в подробности по переписке. Ей нужно было выговориться, увидеть реакцию подруги, услышать ее совет. Но сейчас она чувствовала себя слишком вымотанной, чтобы звонить.

Девушка бросила телефон на тумбочку и поплелась на кухню.Автоматически поставила чайник, достала из холодильника корм коту. Пока чайник грелся, Элиза машинально наполнила кошачью миску.Марсель подошёл к ней и с аппетитом захрустел кормом."Хоть у кого-то всё стабильно," – подумала Элиза, поняв, что слишком устала, чтоб пить чай.

Поэтому стянув платье она приняла душ и легла в постель.Но сон не приходил, несмотря на усталость и присутствие верного кота рядом, который мурчал рядом.Элиза автоматически почесала его за ухом.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В памяти всплывали обрывки сегодняшнего вечера, разговоры, его смех, его прикосновения. Каждое воспоминание причиняло острую боль. Она пыталась понять, где произошел переломный момент, когда все пошло не так. Но ответ ускользал, как песок сквозь пальцы.

– Марсель, кажется я влюбилась, прошептала она коту, – но я не уверена, что нравлюсь ему тоже.Рыжик в ответ лишь потерся мордочкой о ее щеку, словно пытаясь утешить. Элиза закрыла глаза, пытаясь унять бурю эмоций. Ей казалось, что она снова и снова прокручивает этот вечер, как заезженную пластинку, в надежде вспомнить что-то новое, что-то, что объяснит поведение Макса.

Ночь тянулась бесконечно. Элиза то проваливалась в короткие, беспокойные сны, то вновь просыпалась в холодном поту, преследуемая смутным чувством тревоги.

Марсель перебрался ей на грудь, устроившись поудобнее и усилив мурлыканье. Тепло его тела немного успокаивало, словно маленький якорь в бушующем море ее мыслей. Элиза закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на ровном дыхании кота

Под утро она все же смогла заснуть, но сон был поверхностным и не принес облегчения.Ей снились лабиринты, из которых она не могла выбраться, и темные силуэты, преследовавшие ее.Стены лабиринтов сужались, давили, словно стремясь раздавить ее.

Темные силуэты приближались, их очертания расплывались, не позволяя разглядеть лиц, но ощущалась их злобная, неумолимая воля. Она бежала, спотыкаясь, падала, поднимаясь вновь, но лабиринт казался бесконечным, а преследователи – неумолимыми.

Каждый поворот приносил лишь новые коридоры, новые тупики. Отчаяние сковывало движения, подтачивало волю. Голос внутри шептал о бессмысленности сопротивления, о неминуемой участи.

Ей хотелось кричать, звать на помощь, но горло сдавливал комок, и она не могла произнести ни звука. Слезы стояли в глазах, но она сдерживала их, боясь, что если даст им волю, то утонет в собственном бессилии.

Преследователи уже были рядом, они окружили ее, не давая шанса на спасение. Она закрыла глаза, в ожидании неминуемого и вдруг раздался зловещий смех, которыйпронзил тишину, казалось, он исходил из самих стен лабиринта, из каждой трещины, из каждой тени.

Она открыла глаза, и силуэты стали еще ближе, почти осязаемыми. Они тянули к ней руки, холодные и костлявые, словно из могилы. Страх парализовал ее, превращая в статую, неспособную двигаться, говорить, даже дышать.