Текст книги "Чужая. Цветок викинга (СИ)"

Автор книги: МАСТЕРИЦА

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА 12

Уна отрицательно покачала головой. Нет! Только не это! Она испуганно перевела взгляд с блондинки на Эйнара. Тот стоял, замерев, посреди комнаты. Руки его были сжаты в кулаки. А на лице словно застыла маска. Девушка не смогла прочесть ни одной эмоции.

– Хильда оставь нас, – спокойно сказал Эйнар.

Блондинка кивнула и вышла. А Уна осторожно села на край кровати.

– Мне не важно… Теперь не важно, что ты дочь Орма, – сказал Эйнар, – в любом случае ты принадлежишь мне и останешься со мной. И, если ты беременна – ты родишь мне наследника!

Девушка обхватила себя за плечи. Хорошо ему говорить! А ей каково? Родить ребёнка в этом жестоком мире??! А если будет девочка?! Это худший кошмар из всех! Как она может привести девочку в этот мир, полный злобы и несправедливости?

Холодный, липкий и панический страх заполз ей в душу. И она вздрогнула всем телом, почувствовав прикосновение Эйнара к своему лицу. Она так задумалась, что не заметила, как он присел на корточки перед ней и протянул руку к её лицу. Она резко дёрнулась, позволяя волосам скрыть её лицо.

– Я не буду просить прощения за свои поступки, – сказал Эйнар, тяжело вздохнув, – ни одно из них не исправит прошлого. Но я могу пообещать тебе только одно – лучшее будущее…

Уна лишь ещё больше отвернула голову. Неужели он думает, что ей нужны его извинения?!

– Пожалуйста, – тихо прошептала она, – я хочу побыть одна…

Эйнар молча поднялся, и вскоре она услышала, как хлопнула дверь. Уна улеглась на постель. Тысячи мыслей роились в её голове. Как она будет рожать здесь без медицинского сопровождения? Что будет, если родится девочка? Как теперь ей осуществить её план? Она ведь так хотела найти тихий уголок вдали отсюда. Но, она носит ребёнка Эйнара и он никогда теперь её не отпустит!

Слёзы полились из глаз, и девушка поддалась им. Возможно, ей станет хоть немного легче…

Уна уснула лишь на рассвете. Усталость всё же взяла своё. Ей снилась мама. Настоящая мама! Из её прошлой жизни. Она ласково улыбалась ей и гладила по голове. Девушка ощущала тепло ладоней у себя на щеках.

Она открыла глаза и поняла, что её и правда гладят по голове. Она резко отпрянула, избегая прикосновения. Рядом с ней сидела Хильда. Она замерла, увидев, что Уна проснулась.

– Извини, я не хотела тебя разбудить, – сказала она, – Эйнар попросил меня побыть сегодня с тобой. И ещё попросил, чтобы ты не выходила из комнаты.

– Почему? – тревожно спросила Уна.

– Для твоей безопасности…

– Почему? – к тревожности добавилась требовательность, вызванная внезапным страхом.

– Люди Орма пытались напасть на замок ночью, когда конунг Сигурд уехал. Думаю, твой отец хотел выкрасть тебя.

– Как??

– Они убил трёх верных воинов… Но им дали отпор. Не волнуйся. В стенах этого замка ты в безопасности.

Уна поёжилась. Орм. Этот человек крайне опасен! Она инстинктивно положила руку на живот. Поспешно отбросила одеяло и поднялась. Ей нужно умыться. И желательно холодной водой.

Когда она вышла из купальни, то увидела, как служанки заносят в комнату сундук и ставят его рядом с сундуками Эйнара.

– Ты жена владельца этих земель, теперь все в замке знают это. Эйнар признал тебя, – сказала Хильда, – и теперь ты должна одеваться соответственно.

Уна вздохнула. Ну да, теперь её статут здесь резко вырос. Из бесправной рабыни до жены. Вот только внутренне она ощущала, что стала, связана по рукам и ногам больше, чем была прежде…

Она позволила служанкам помочь ей одеться и заплести волосы. Одна из них осторожно достала из сундука что-то, отдалённо напоминающее зеркало. Плоская отражающая пластина. Уна наконец смогла хорошенько рассмотреть себя. Это была она – та самая Варвара из Москвы… И не она одновременно. Из зеркала на неё смотрела совсем молодая девушка. Но взгляд у неё был словно у прожившей сотню лет старухи…

Прошло несколько дней. Уна с трудом вживалась в роль жены Эйнара. Ей не нравилось, что отношение всех окружающих резко к ней поменялось. Даже служанки, прежде либо не замечавшие её, либо презрительно смотревшие на неё, теперь замирали и низко склоняли головы, стоило ей пройти мимо.

С Эйнаром же тоже всё было непросто… Он всё так же продолжал брать её, как свою женщину. Больно ей не было, нет… Она просто… Привыкла… Как говорится в той пословице – стерпится… Слюбится? Никогда! Никогда ей не забыть того, что с ней сделал Эйнар и его жестокость.

А вскоре в замке появилась новая повариха, когда старик Рамси решил, что уже не может работать. Уна слышала болтовню служанок, что та знахарка и ведунья.

Положив руку на живот, она часами размышляла о своей жизни. Как ей следует поступить?! Иногда страшные мысли одолевали её. И она никак не могла их прогнать. Ей следует избавиться от ребёнка и бежать. Бежать так далеко! В место, где Эйнар не найдёт её!

Она стала всё чаще наведываться на кухню к Торе, так звали женщину. Они подолгу разговаривали. И, наконец, Уна решилась! Она знала, что это страшный, непростительный поступок, но… Она раньше всегда осуждала девушек, идущих на аборт. И искренне не понимала, как так можно! Но, жизнь не такая уж лёгкая штука, оказывается… И прежде чем судить кого-то, влезь в его шкуру и проживи его жизнь.

Тора молча смотрела на неё несколько мгновений после её страшной просьбы. А затем кивнула.

– Я завтра сделаю тебе отвар, – сказала она, – только ты подумай ещё раз, хорошенько! Ведь сделаешь, назад не воротишь…

Уна кивнула и поднялась в комнату. Открыв сундук, она посмотрела на украшения, которые ей подарили в последнее время. Эйнар, жёны его верных воинов. Эти драгоценности она сможет продать или выменять на что-то в будущем.

Девушка захлопнула крышку сундука и уселась к нему спиной. Она раньше не была такой… Она была доброй, понимающей, принимающей, прощающей… Но она изменилась. Слишком сильно… И не в лучшую сторону! Она знала это. Она всегда считала себя хорошим человеком! Раньше. Не сейчас. Потому что в ней больше не было понимания и прощения для других людей. Даже для себя.

Она знала, что завтра выпьет отвар. И не найдёт прощения для самой себя. Но и привести младенца в этот мир она не может! Особенно девочку!!

В этот момент в комнату вошёл Эйнар. Увидев её сидящей на голом полу, он нахмурился.

– Что-то случилось? Что-то с ребёнком? – тревожно спросил он.

Уна тут же поднялась. С него станется, ещё бросится её поднимать.

– Всё в порядке, – сказала она, – я просто немного устала.

– Тебе нужно больше отдыхать, – сказал Эйнар.

Он подошёл к ней и положил руку ей на пока ещё плоский живот. Уна стиснула зубы. Как бы ласково он к ней не прикасался, ей никогда не забыть. Память тут же услужливо пододвинула ей момент их первой встречи. И как бы Уна не пыталась глубоко задвинуть воспоминания, они словно нарочно выползали наружу. Она и не хотела бы помнить… Но помнила. И это начинало сводить её с ума.

– Фроди и Флоки сегодня уезжают на родные земли на несколько недель, Хильда вместе с ними, – сказал он, – не хочешь попрощаться?

Он заметил в последнее время, что Уна общается только с Фроди. Флоки же она старательно избегала. А близнецы были его лучшими друзьями. И он хотел знать, в чём причина.

Уна равнодушно кивнула. Вот уж о ком она скучать не будет точно. Флоки.

– Что-то случилось между вами? – Эйнар пальцами приподнял её за подбородок, всматриваясь в её лицо, – Ты за всё это время ни разу не заговорила с ним.

Девушка молчала. Ну, расскажет она, что дальше? Это что-то изменит? Исправит?

– Уна, я задал вопрос, – терпеливо, но сквозь зубы произнёс Эйнар.

Но девушка упрямо молчала.

Эйнар отпустил её, задумчиво потерев подбородок. Флоки в последнее время вёл себя крайне странно. Либо сидел подолгу на одном месте, уставившись в одну точку, либо напивался до невменяемости. И он беспокоился за друга.

Выйдя из комнаты, он отправился на поиски Флоки. Другие воины ему сказали, что он на внешней стене. Эйнар поднялся туда. Флоки стоял, положив руки на край стены, и смотрел на бескрайние воды фьорда

– Ты что-то сделал Уне? – спросил Эйнар, смотря на друга.

– Она тебе рассказала? – Флоки повернулся к нему.

– Нет. Я хочу услышать от тебя.

Флоки нервно сглотнул и снова повернулся к водам фьорда.

– Я едва не убил её, в то утро, когда прибыли Орм и Сигурд… Едва не убил её… И, твоего ребёнка…

– Что ты сделал??

Эйнар стремительно подошёл к другу, развернул его и схватил за грудки.

– Я оттолкнул её… Она перелетела через стену и едва не полетела с обрыва, – на одном дыхании произнёс Флоки, смотря прямо в глаза другу.

– Повтори, что ты сказал?? – прорычал Эйнар.

– Я едва не убил её и твоего ребёнка, – прошептал тот.

Эйнар отпустил его, отерев свои руки о плащ.

– Уезжай завтра, – мрачно сказал он, – и никогда больше не смей появляться здесь…

Уна не спала всю ночь. И поднялась на рассвете. Она привела себя в порядок, надела тёплое платье и, стараясь не разбудить Эйнара, выскользнула за дверь. Осторожно спустилась на кухню. Тора уже была там.

– Ты не пожалеешь потом? – хмуро спросила она, ставя перед ней чашку с мутной жидкостью, – Это необратимо…

ГЛАВА 13

Уна оперлась на стол, вцепившись руками в деревянную столешницу. Даже если и пожалеет, она сделает это! Она поспешно схватила чашку и уже поднесла её к губам…

Как вдруг кто-то просто выбил ту у неё из рук.

– Что ты надумала! – закричала Хильда.

Всю ночь ей не спалось, и, поэтому она вышла из комнаты и просто бродила по замку. Все вещи уже собраны, а до отъезда ещё пару часов. И она шла мимо кухни, когда услышала голоса и увидела девушку и кухарку. И она всё поняла!.. И успела вовремя выбить чашку из рук девушки.

Уна растерянно смотрела на расплескавшуюся жидкость у своих ног.

– Почему ты хотела убить этого ребёнка? – тревожно спросила она, схватив Уну за плечи. Конечно же, она всё поняла….

– Что??!

На пороге появился Эйнар. Он проснулся, и, не обнаружив жену рядом, отправился на её поиски.

Уна вся сжалась под его взглядом, но затем резко выпрямилась, сбрасывая руки со своих плеч. Довольно! С неё довольно! Она устала! Боги, как же она устала! От постоянного страха, неопределённости, тревоги, чувства вины, своих ужасных, чёрных мыслей!..

– А как я могу привести ребёнка в этот мир?! – зашипела она, – Особенно девочку… Я не хочу обрекать свою дочь на такую же судьбу!.. Пусть лучше она никогда не родится!!

– Что ты такое говоришь??..

Хильда с ужасом смотрела на неё.

– Мы сможем защитить это дитя, – продолжила она.

– Защитить??? – крикнула Уна.

Она физически ощущала, как истерика накатывается на неё. Она затравлено осмотрелась, а затем вдруг расхохоталась. Нервы сдали окончательно…

– Защитить?? Как мой отец защитил меня?! Защитил меня от НЕГО??!!

Она видела, как Эйнар приближается к ней и сделала шаг назад. Она вытянула вперёд руку и снова отступила.

– Нет! Не смей подходить ко мне!! Не смей прикасаться ко мне! Я ненавижу тебя! Ненавижу вас всех! Я не буду рожать этого ребёнка!!..

Девушка захлёбывалась в слезах, вырываясь из рук Эйнара, который всё же схватил её за плечи. Она не видела, не могла видеть, что едва не упала в горящий очаг за спиной… И только реакция Эйнара спасла её.

Её тело сотрясала мощная истерика. Она отчаянно боролась с Эйнаром, который уже подхватил её на руки, и выносил из кухни. Она вырывалась, кричала, царапалась, пиналась, выплёскивая всю свою боль.

Немного пришла в себя она только тогда, когда Эйнар уложил её на постель, удерживая за руки.

– Ты родишь этого ребёнка, – гневно сказал он ей в лицо, – если он тебе не нужен, я сам займусь его воспитанием. Но ты родишь его, слышишь!

– Ненавижу тебя, ты мне отвратителен! – выпалила девушка, отворачивая лицо от него.

– Знаю… И поэтому обещаю, что не прикоснусь к тебе без твоего на то разрешения. Только выноси и роди мне этого ребёнка!

Он нежно обхватил её подбородок и повернул голову, всматриваясь в глаза.

– А если я никогда больше не позволю тебе прикоснуться ко мне? – прошептала она севшим голосом.

Она видела, как заходили желваки на его скулах и он на мгновение прикрыл глаза.

– Значит так тому и быть… Обещай мне, что родишь этого ребёнка!

Уна несколько долгих мгновений всматривалась в его лицо.

– Ты предлагаешь мне сделку, – наконец сказала она, – но как я могу тебе верить?

– Я клянусь, всеми богами Асгарда…

Уна сглотнула. Она знала, что эта самая сильная клятва в этих краях. И того, кто нарушит её, не пустят в Вальхаллу, их рай…

– Хорошо, я согласна, – выдохнула она.

Время тянулось медленно, как густая сладкая патока. За стенами замка дни сменялись на ночи, а после наступало новое утро. Очередное безрадостное утро. Которое Уна встречала жесточайшими приступами тошноты. И даже снадобья Хильды, которая уже вернулась домой, не помогали. И дни девушки стали похожи на оживший кошмар. Она не знала, что каждую секунду своей жизни можно чувствовать себя настолько плохо. Тревожные мысли о предстоящих родах одолевали всё сильнее. Она не выживет в них. Как она будет рожать в этой глуши без медицинской помощи. Она пыталась успокаивать себя, что миллионы женщин делали это и в гораздо худших условиях и выживали, но… Вдруг что-то пойдёт не так?..

После очередного жесточайшего приступа тошноты Уна с облегчением упала на кровать. Положила руку на живот. Вчера она почувствовала первое шевеление ребёнка. И это было… Ошеломляюще! Там, внутри неё жило и развивалось маленькое существо. Частичка её самой.

– Господи, хоть бы мальчик… – тихо прошептала она.

Мальчики сильнее. Они выживут в этом мире, смогут защитить себя. А привести в этот мир девочку…

Уне по-прежнему было невыносимо думать об этом.

– Как ты сегодня?

Дверь в комнату открылась и вошла Хильда. Не то, чтобы они подружились в последнее время, но хотя бы общались.

– Всё так же, – тихо ответила Уна.

– Я принесла новый отвар, – сказала Хильда и девушка заметила в её руках кубок, – если и это не поможет, то я здесь бессильна…

Хильда протянула кубок и Уна выпила. Напиток был похож на чай со смородиной, который ей в детстве готовила мама. И, сама того не желая, Уна расплакалась. От воспоминаний, от жалости к самой себе, от постоянных тревог и переживаний.

Хильда молча присела к ней на кровать и обняла её, поглаживая по плечу.

– Спасибо… – прошептала Уна, когда поток слёз немного иссяк.

– Тебе нужно выходить на свежий воздух, – сказала блондинка, – ты уже несколько недель не выходишь из комнаты. Хочешь, я погуляю с тобой.

Уна кивнула.

– Я только приведу себя в порядок, – сказала она и поднялась, чтобы пойти в купальню.

– А я схожу, надену плащ, – сказал Хильда.

Когда Уна привела себя в порядок и вышла, то увидела, что Хильда стоит в комнате и в руках держит плащ.

– Это подарок от Эйнара, – сказала Хильда, – на улице холодно, ты должна теплее одеваться.

Первым порывом Уны было отказаться от плаща, но… Она никогда прежде не видела столь красивой вещи. В этом мире так точно!

– Пару недель назад Эйнар заказал его у портного в городе и тот превзошёл сам себя. Посмотри, это же королевский подарок.

Хильда расправила плащ, чтобы Уна могла его хорошенько его рассмотреть. Он был сшит из такой мягкой шерсти, с капюшоном и оторочен каким-то невероятно мягким чёрным мехом. У горла он скреплялся чем-то вроде броши с каким-то драгоценным камнем.

Блондинка проворно накинула на неё плащ и застегнула его. Когда они спустились в главный зал, Уна увидела Эйнара и замерла. Как он и обещал, он не прикасался к ней. В комнате появлялся редко. Иногда только на рассвете, чтобы поспать пару часов.

И это было единственным светлым пятном в её нынешней жизни.

Уна глубоко вздохнула и сделала пару шагов к нему на встречу.

– Благодарю за подарок, – вежливо сказала она.

На это Эйнар лишь кивнул.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, всматриваясь в её лицо.

– После сегодняшнего отвара Хильды лучше. Гораздо лучше, – ответила она, с удивлением понимая, что это так.

– Мы выйдем ненадолго во двор, – сказала Хильда, – подышим свежим воздухом.

Эйнар кивнул. И девушки отправились во двор. Они неспешно прошлись по периметру двора.

– Расскажи мне о тех краях, откуда ты родом, – попросила Уна блондинку.

– Если подумать, это не так уж и далеко отсюда, – ответила та, – мой народ называют данами. А сюда, в земли норвегов я попала, ещё будучи подростком. И хочу сказать, зимы здесь гораздо суровее, чем в моих краях, но люди гораздо добрее.

Уна издала нервный смешок. Добрее??

– Я понимаю тебя, тебе так совсем не кажется. Особенно Эйнар. Но, именно он и Фроди спасли меня, ты знаешь это? Меня похитили из дома лихие люди и хотели продать в рабство. Но, слава всем богам Асгарда, на моём пути появились эти воины.

– Они отвезли тебя домой?

– Да, но по пути я и Фроди влюбились друг в друга и в итоге мы уже ехали на благословение к моим родителям. А после я повсюду следовала за ним.

– Каково это – любить? – задумчиво спросила Уна.

В своей прошлой жизни она ни разу даже не влюблялась. А уж в этой и подавно.

– Это не так легко, как говорят сказители. Этот человек, которого ты любишь, порой может злить и раздражать тебя. Он может порой совершать неправильные поступки, но… Ты всё равно не можешь от него отказаться. Не представляешь своей жизни без него… И, кроме того, когда любишь, белый цвет замечаешь гораздо чаще, чем чёрный.

– Вы так давно вместе. Извини, если мой вопрос заденет тебя… А дети?

Хильда вздохнула и посмотрела на Уну.

– Девочка. Несколько лет назад у нас родилась прекрасная маленькая девочка, – печально сказала она.

– Что – то произошло?

– Да… Малышки не стало спустя несколько месяцев…

– Прости…

– Ничего. Это было так давно… Но, словно вчера…

Уна кивнула. Скорбь по родному человеку. Как ей было это знакомо. И, сколько бы времени не прошло, это никогда не забудется…

– Ты ведь будешь рядом, когда я буду рожать? – внезапно спросила она.

– Конечно. Я не оставлю тебя, – сказала та, улыбнувшись и беря её за руку.

– Мне страшно. Так страшно, что я даже боюсь в этом признаться! Я боюсь всего: боли, того, что умру, что родится девочка...

ГЛАВА 14

Весна ворвалась в эти края внезапно. Ещё вчера Уна гуляла по заснеженному двору, а уже сегодня была капель и почти весь снег растаял. Когда земля впитала в себя всю воду, и стало относительно сухо, Эйнар разрешил ей гулять в сопровождении его воинов недалеко от замка.

Девушка искренне радовалась этой возможности. Потому что ходить ей было более менее удобно. Почему ей никто никогда не говорил, что лежать и сидеть, будучи беременной, жутко неудобно?! Тем более, что живот у неё уже был достаточно большой для пяти месяцев.

Уна осторожно присела, рассматривая цветок. Он едва-едва пробился из земли, и девушка с удивлением поняла, что знает, что это за цветок – это тюльпан!! Она сотню раз видела их, у бабушки в саду весной!!

– Этот цветок называют цветком викингов, – услышала она слова Эйнара и подняла голову, – его луковицы приживаются на всех землях, где бы ни побывали викинги. Даже на Снежной земле (Исландия).

Эйнар протянул ей руку, предлагая свою помощь, чтобы она поднялась. Стиснув зубы, девушка приняла её. Она как-то не подумала, что подняться самой будет очень трудно. Выпрямившись, она внезапно замерла и сдавленно ахнула. Первый, весьма ощутимый толчок малыша в животе!

– Что? – тревожно спросил Эйнар.

– Малыш… Он пинается…

Эйнар протянул было руку, чтобы прикоснуться к её животу, но тут же убрал её и нахмурился. Он прекрасно помнил о своём обещании. И, если для Уны это была радость, то для него настоящее мучение.

Сколько недель он не спал с женщинами? Хотя и мог бы. В верности он не клялся. Но, проблема была в том, что он не хотел других женщин. Только Уну…

– Он шевелится всё сильнее, чувствуете?! – воскликнула удивлённо девушка.

И, сама того до конца не понимая, она схватила его руку и приложила к животу. Ей так хотелось разделить этот необычный момент с тем, для кого это так же важно, как и для неё. А этот ребёнок постепенно стал для неё важен, очень важен. И, оглядываясь назад, она была благодарна Хильде, что та не позволила ей сделать непоправимую ошибку…

Эйнар чувствовал толчки ребёнка. И со дна его души поднимались такие чувства, о которых он давно забыл, что способен их испытывать. Он смотрел в сияющие глаза своей жены и понимал, вот он – один из самых знаковых и поворотных моментов в его жизни. Он причинил ей много боли, но он сделает всё, чтобы она забыла о ней…

– Да, я чувствую, – хрипло сказал он.

Уна внезапно словно очнулась ото сна и резко сделала шаг назад, рука Эйнара соскользнула с живота. Девушка видела, как заходили желваки на его скулах.

– Пойдём, – всё же спокойно сказал он, – ветер всё ещё довольно прохладный.

Уна кивнула, сегодня она и правда гуляла слишком долго. Но, в комнате ей было особо нечего делать. Она и так часами сидела у камина, в удобном плетёном кресле, которое Эйнар распорядился поставить для неё. Как же ей хотелось почитать книгу или посмотреть фильм или просто несколько часов к ряду с кем-то поговорить. Всё, что угодно, лишь бы не оставаться наедине со своими тревожными мыслями! Не думать о том, что произойдёт в ближайшее время…

А в ближайшее время произошло кое-что страшное. Событие, напугавшее её до глубины души. И давшее понять, насколько небезопасен этот мир, особенно для одинокой женщины. И то, что в этом мире – мужчина главный защитник…

На замок напали ночью. Уна не сразу поняла, что произошло. Она спала сегодня в постели одна, потому что Эйнар был этой ночью в дозоре. Она проснулась, услышав странный лязг металла и мужскую ругань. Затем в комнату в одной ночной рубашке, но с плащом в руках, залетела Хильда.

– Скорее, – взволнованно сказала она, запирая дверь на засов изнутри, – на нас напали! И их слишком много!

Уна поднялась с кровати.

– А остальные женщины? Дети? – тревожно спросила она.

– В нашей с Фроди комнате и в комнате Флоки.

Эти комнаты в замке были единственными, где двери запиралась изнутри на засов и были довольно прочными, Уна знала это. Поэтому выдохнула. Подошла к сундуку и вытащила оттуда пару платьев. Одно протянула Хильде, второе надела на себя.

– Кто эти люди? – спросила она у блондинки.

– Дальние соседи, которые решили проверить на прочность своего нового соседа, авось удастся отвоевать эти земли… – ответила та, – я предполагала, что это случится, но так скоро…

– А кто-то совсем недавно говорил мне, что в этих краях люди добрее, – прошептала Уна.

– Так я же имела в виду наших мужей, и, кроме того….

Хильда замолчала, прислушиваясь. Уна тоже насторожилась. Девушки переглянулись между собой. Прямо под дверью послышались незнакомые мужские голоса. А вскоре в дверь стали ломиться. Кто-то пытался выломать её. Хильда прижалась к Уне и та чувствовала, как та дрожит. Она и сама дрожала. Что делать? Здесь же даже оружия никакого нет! Да даже, если бы и было, она не умела с ним обращаться!

Спустя пару минут раздался оглушительный треск дерева, и дверь слетела с петель. На пороге стояло несколько низкорослых, но крепких мужчин. И они выглядели крайне свирепыми и агрессивными.

Уна схватила блондинку за руку, делая пару шагов назад, к стене комнаты. Она нервно сглотнула. И именно в этот момент раздался боевой клич и сзади за мужчинами появился Фроди. Он был в одних только кожаных брюках, торс был весь в крови. И он держал в руках топоры, которыми тут же принялся ловко орудовать, сражаясь с воинами, которые едва не вошли в комнату.

Но, силы были явно не равны. И Уна видела, как франкский меч одного с крупными зазубринами прошёлся прямо по животу Фроди, рассекая его. Она слышала крик Хильды и видела, как та медленно оседает на пол. Как в замедленной сьёмке, она видела, как Фроди падает на колени, а затем его огромное тело ударяется о каменный пол. Она смотрела, как прямо на неё, ухмыляясь, идёт коренастый светловолосый воин. И в следующий момент падает прямо перед ней, пронзённый топором в спину. Потому что появляется Эйнар и ещё несколько его воинов.

Они что-то громко говорят, но у Уны заложило уши. Она ничего не слышала. Она только видела огромного воина, который безжалостно расправлялся с врагами. Видела Фроди и огромную лужу крови, растекающуюся под ним.

Она закрыла глаза и почувствовала руки Эйнара на своих плечах. Она узнала бы эту тяжесть из тысячи других! И весь страх, которым она была объята секунду назад, внезапно схлынул.

Она открыла глаза и взглянула ему в лицо. Пару мгновений назад оно было искажено яростью, а теперь на нём застыла тревога.

– Ты в порядке?!

Наконец его голос пробился сквозь вату, которой заложило уши. Уна кивнула, глубоко вдыхая.

– Нужно помочь Фроди, – сказала она, – перенеси его на постель. Я пока приведу Хильду в чувства.

Эйнар кивнул, отдавая приказ воинам поднять Фроди. Наконец, Уна полностью пришла в себя. Она поняла, что практически все нападавшие были уничтожены. Она слышала, как Эйнар отдаёт распоряжения своим воинам и те тут же бросаются их выполнять.

Девушка склонилась над Хильдой. Принялась хлопать ту по щекам. Но та никак не реагировала, хотя грудь её поднималась и опускалась. Уна склонилась над ней, прислушиваясь к дыханию.

– Ну же, очнись, твоему мужу нужна помощь, – громко сказала она, наблюдая, как воины улаживают окровавленного Фроди на постель.

– Чистое полотно! – крикнула она, – Нужно принести как можно больше! Кипящую воду, иглу, нитки и любой алкоголь.

Девушка не сомневалась, что вскоре всё это принесут. И была права. Вскоре всё это принесли в комнату.

– Что с Хильдой? – спросил Эйнар, подходя к ним.

– Глубокий обморок. Её нужно уложить в постель… И позвать сюда Тору.

Эйнар кивнул и подозвал одного из воинов. Вскоре Хильду унесли. А Уна подошла к Фроди.

– Тебе не стоит этого видеть, – нахмурился Эйнар, становясь рядом с ней, – не в твоём состоянии.

– Всё нормально, – сглотнула Уна, – я могу помочь ему.

Она обработала руки и иглу. Мамины гены. Мамино спокойствие. В таких ситуациях они проявлялись в ней. Девушка вспомнила, как однажды была у родителей на работе, а в это время на каретах скорой помощи стали доставлять раненых после взрыва в метро. Помнила собранность и хладнокровие матери. Помнила, как сама так же хладнокровно помогала ей. Потому что там творился кромешный ад.

Как и сейчас в замке. Зашив страшную рану Фроди и, перевязав его с помощью Торы и Эйнара, Уна спустилась в главный зал. Там были десятки раненых. Отдавая распоряжения здоровым воинам, Уна и Тора создали импровизированный госпиталь прямо там.

Девушка видела, как Эйнар хмуро следил за её действиями. И даже едва ли не силой пытался заставить её пойти наверх отдыхать. Но Уна упросила его, сказав, что как только почувствует что что-то не так, тут же уйдёт.

– Я могу помочь, пожалуйста… – сказала она, прикасаясь к его руке, но он тут же отдёрнул её.

– Что это?

Девушка снова схватила его за руку и закатала рукав рубахи. Длинный глубокий порез опоясывал всю руку до локтя.

– Почему вы молчали? – спросила Уна, смотря на него.

– Это всего лишь царапина, – отмахнулся он, выхватывая из корзины позади неё чистый кусок ткани и обматывая руку, – помоги тем, кто действительно ранен. Я поднимусь к Фроди.

Уна молча смотрела ему вслед. Перед глазами почему-то встало его разъярённое лицо, тогда, в комнате… Он защищал её… Он спас её от того воина…

Девушка встряхнула головой, отгоняя видение, и принялась помогать раненым. Спустя какое-то время она взяла у Торы заживляющую мазь, сложила остатки чистой ткани в корзинку и поднялась наверх. Она вошла в комнату и увидела Хильду, которая видимо совсем недавно пришла в себя, а теперь сидела рядом с мужем.

Эйнар же сидел в кресле, устало откинувшись головой на край. Уна кивнула Хильде и подошла к Эйнару.

– Мне нужно осмотреть вашу руку, – тихо сказала она.

Он тут же открыл глаза.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказал он, – ты слишком долго была на ногах. Идём, я приказал подготовить комнату Флоки.

Эйнар поднялся и пошёл вперёд. Девушка пошла вслед за ним. Эйнар открыл дверь комнаты и пропустил её вперёд. Уна поставила корзинку на кровать.

– Сядьте, пожалуйста, – сказала она, – у вас серьёзная рана… Пожалуйста…

Уна задрав голову, смотрела ему в глаза. До неё вдруг только сейчас окончательно дошло. Именно этот человек её якорь в этом мире. Она выживет, если будет рядом с ним. Он защитит её и ребёнка. И что бы она не чувствовала к нему на данный момент, в будущем ей придётся сделать всё, чтобы принять его. Потому что у неё не было другого выбора. Найти тихий уголок в ЭТОМ мире, наполненном жестокостью, враждой и междоусобицами одинокой женщине невозможно. Если она не под защитой сильного мужчины. Поэтому ей придётся отбросить все установки девушек двадцать первого века: всё сама… И вверить себя в руки этого великана, который обещал больше никогда не причинять ей боли. Но так ли это? Но ведь всё равно другого выбора нет…

Эйнар смотрел на застывшую перед ним девушку, которая, не мигая, смотрела на него. Он позвал её. Она не отозвалась. Что-то не так!

– Уна!

Он видел, как она вздрогнула и моргнула.

– Простите…

Она схватила его за здоровую руку и подвела к кровати. Он сел, а она принялась обрабатывать его рану. Затем перевязала руку и аккуратно завязала концы повязки.

– Тебе нужно хорошенько отдохнуть, ложись, – сказал он, поднимаясь.

А ему ещё столько нужно сделать. Собрать уцелевших воинов, убрать тела врагов и своих воинов, захоронить погибших. Приступить к более активному укреплению замка. Две стены они уже перестроили раньше, сделав их высокими и непробиваемо-прочными. Третью не успели…

Эйнар весь остаток дня и вечер провёл с воинами, работал сам. Тёмной ночью он вернулся в замок. Зашёл в комнату, где спала Уна. Подбросил дров в небольшой камин. Он знал, что она и Хильда вечером осматривали раненых. Их было много, слишком много. И, не смотря на то, что почти все нападавшие были уничтожены, убитыми оказались и несколько его воинов. В том числе и одноглазый Эл…

Эйнар присел возле кровати, рассматривая мирно спящую девушку. Сколько же мужества и отваги в ней! Как он мог раньше думать о ней, что она хилая и никчёмная??

– Папа… – Пробормотала девушка во сне.

Эйнар нахмурился. То, что Орм затаился, тревожило его. Но, вся надежда была на Флоки, который перед своим отъездом пообещал следить за ним, и таким образом, хоть немного искупить свою вину. Он знал, если Флоки вцепится во что-то, его не оттащишь.

Он медленно и осторожно, чтобы не разбудить, провёл рукой по волосам девушки. Затем поднялся и пошёл в свою комнату, где разместился раненый Фроди. Всю ночь он дремал в кресле, прислушиваясь к дыханию друга.

Утром его разбудили тихие шаги. Он открыл глаза и увидел, что в комнату, осторожно обходя дверь, лежащую на полу, зашла Уна. Она подошла к Фроди и потрогала его лоб.