Текст книги "Чужая. Цветок викинга (СИ)"

Автор книги: МАСТЕРИЦА

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА 10

И в это мгновение она поняла, что да! Она хочет жить!! Потому что она уже умирала. Она исчезла. Её нет в том мире. Но она ХОЧЕТ жить!! Хочет дышать, ходить, хочет видеть солнце, снег, дождь…

И эта жажда жизни в её душе была такой сильной, что она даже испугалась. Того, что теперь до конца осознала, что её жизнь в этом мире зависит от этого чудовища, что она видит рядом с собой.

Её начала бить крупная дрожь. Как ей выжить в этом мире, где она ничего не значит, где она всего лишь жалкая рабыня??

На инстинктах… Главный из которых – инстинкт самосохранения. Подал сигнал мозг. И она поняла…

Инстинктивно она подалась вперёд к Эйнару и рукой прикоснулась к его лицу. Пристально посмотрела в его стального цвета глаза, а затем потянулась и сама поцеловала его.

Он тут же подхватил её за бёдра, притягивая к себе и углубляя поцелуй. На мгновение оторвался от её губ, внимательно смотря ей в глаза. А затем снова набросился на её губы. Поднялся сам, поднял её из воды и вышел из купальни. Осторожно уложил её на кровать и накрыл её своим телом, не прерывая поцелуй.

Тепло, долгожданное тепло проникло в тело Уны. И это было так приятно. Даже его прикосновения не вызывали отвращения. Они дарили такое необходимое ей тепло. И когда он вошёл в неё, боли не было. Уне стало жарко от его объятий и движений внутри неё. Она прикрыла глаза, впитывая в себя ощущения. Сейчас он не был груб с ней. И всё было по другому. Вот, оказывается, как всё может быть…

Уна уснула в тот момент, как Эйнар вышел из неё и отстранился, притягивая её к себе и накрывая двоих одеялом. Ей было так комфортно и тепло, словно она прислонилась к печке.

Эйнар же не мог заснуть ещё долго. Он обнимал девушку, словно боялся вновь её упустить и вдыхал неповторимый аромат её влажных волос.

Проснулся же он от странного звука и не сразу понял, что происходит. Этот звук был страшным, глубоким и надсадным кашлем Уны. Он прикоснулся к ней. Она вся пылала. Эйнар вскочил с кровати. Быстро оделся и открыл дверь.

– Пришли сюда Хильду, быстро, – бросил он проходящей мимо служанке.

Та кивнула и тут же бросилась выполнять его поручение. А Эйнар повернулся и подошёл к девушке.

На щеках её выступил яркий румянец, а на лбу капли пота, тёмные кудри разметались по подушке. И по правде говоря, в этот момент она была так необычайно красива, что Эйнар не мог отвести свой взгляд.

Он тяжело вздохнул, вновь ощущая боль в плече, о которой практически забыл.

Вскоре в комнату вошла Хильда.

– Как ты, Эйнар? – спросила она.

– У неё жар, осмотри её, – сказал Эйнар, поднимаясь с кровати и давая блондинке осмотреть Уну.

В этот момент она снова закашлялась.

– Да она же вся пылает! – воскликнула Хильда, прикасаясь к девушке.

Она тут же принялась хлопотать возле неё. А Эйнар спустился на первый этаж. Его воины вчера так и не нашли стрелка. Поэтому следовало собрать отряд снова и прочесать всю округу, пока день не закончился и ещё достаточно светло.

Странное, не проходящее чувство тревоги не покидало его. Что там с девчонкой? Почему это его так беспокоит?

Поэтому, вернувшись вечером домой, так и не найдя ничего подозрительного, Эйнар устало спешился. Сам назначил воинов в караул и поднялся в комнату.

– Она вся горит, и ничего из того, что я делала, не помогает…

К нему тут же бросилась Хильда, едва он открыл дверь.

– Эйнар, боюсь, тут уже ничем не поможешь…

Он отстранил блондинку от себя и быстрым шагом пересёк пространство комнаты.

Уна металась по постели и всё так же надсадно кашляла.

– Моих знаний недостаточно в том случае, – услышал он голос Хильды, – но, я слышала, что в деревне неподалёку отсюда живёт старая знахарка…

– Так позови её, чего же ты медлишь?!

– Да, конечно, я ждала твоего возвращения и позволения. Я скажу Флоки, он приведёт её…

Хильда тут же вышла из комнаты. Эйнар же подошёл к камину. Огонь почти погас и он добавил немного дров, чтобы в комнате не было жарко. Но и холода он не хотел допустить. Он повернулся лицом к постели, ощущая странное чувство. Словно его душа рвалась на части. Хладнокровный, безжалостный воин в нём не желал что-то чувствовать к этой девчонке кроме ненависти.

Но… Что-то в глубине его души сопротивлялось. Потому что она вдруг стала ему так важна. Как?? Когда?? Незаметно пробралась ему под кожу и растворилась прямо в сердце. И он знал, что больше никогда не сможет причинить ей боли, как бы сильно не продолжал её ненавидеть. Дочь своего самого страшного врага… Девушку, которая в первый день их брака собиралась убить его по приказу отца…

Эйнар медленно подошёл к постели и присел на неё. Пригладил её растрёпанные волосы, провёл рукой по влажной от жара щеке.

Почему именно она? Почему именно ей он сам того не желая, отдал своё сердце?? Он и не подозревал, что способен хоть когда-нибудь испытать это чувство. То, которое накрепко связывало его мать и отца когда-то, Флоки и Хильду.

В своей жизни он видел примеры истиной любви, но не знал, что это чувство будет испытывать сам. Только его чувство было окружено ненавистью. Ненавистью, которую он не мог так просто отбросить. Поэтому он сжал кулаки и поднялся с постели.

– Я хочу мороженное…. Так хочу фруктовый лёд…

Внезапно донёсся до него её хриплый голос. Что? О чём это она? Эйнар снова присел на постель. Девушка всё ещё была без сознания и, кажется, слова она сказала неосознанно. И на каком-то непонятном для него языке. Что она говорила?

Но больше она не говорила ничего, только заходилась в приступах такого страшного кашля. В эти минуты Эйнар приподнимал её, прижимал к себе и гладил по спине. Кажется, это немного помогало…

Было совсем темно, когда на пороге комнаты появилась Хильда и знахарка. Пожилая женщина проворно зашла в комнату и осмотрела Уну. И именно в этот момент девушка начала биться в сильных судорогах. Её тело как будто тряслось и выгибалось дугой непроизвольно. И это было страшно. Эйнар никогда такого прежде не видел.

– Нужен лёд. И снег, – сказала она, – есть здесь купальня? Несите всё туда.

Эйнар тут же вышел и распорядился слугам принести всё необходимое.

Женщина же и Хильда в то время укутали Уну в большую полотняную ткань. Когда слуги натаскали в бадью снега и льда, женщина сказала отнести девушку туда.

Эйнар подхватил Уну на руки и понёс в купальню. Жар её кожи обжигал его руки.

– Это точно поможет? – с сомнением сказал он, – Смотри, будешь отвечать головой!

Женщина кивнула, и Эйнар погрузил девушку в бадью. Знахарка подошла ближе и начала зачерпывать горстями лёд и снег, и сверху посыпать на кожу Уны.

И, кажется, это помогло. Дыхание Уны начало выравниваться, судороги прекратились.

– Достаточно, – сказала знахарка, – теперь достаньте её, насухо оботрите и под одеяло.

Эйнар и Хильда сделали всё, как та сказала. Знахарка же достала из своей корзины какие-то корешки и отдала их Хильде.

– Нужно хорошенько проварить их, затем остудить и давать ей пить каждый час.

Блондинка кивнула и тут же отправилась на кухню.

Вскоре она вернулась, неся в глубокой чашке отвар. И начала отпаивать Уну. Эйнар оставил её на женщин, а сам пошёл дежурить во двор. Всё равно уснуть сегодня ему не удастся…

На рассвете, когда Эйнар вернулся в комнату, девушка уже спокойно спала. Он отослал женщин, дежуривших возле неё. Разделся и улёгся рядом с ней. Прикоснулся ко лбу. Кожа была прохладной. Эйнар притянул девушку ближе к себе и, зарывшись в её волосы лицом, уснул.

Уна проснулась, не понимая, что такое тяжёлое придавило ей грудь. Она непонимающе осмотрелась. Рука Эйнара лежала прямо на ней. Девушка глубоко вдохнула, слегка отодвинув руку. Она чувствовала себя так странно. Вроде и отдохнувшей, и выспавшейся, а вроде ещё немного уставшей.

Девушка повернула голову, рассматривая спящего Эйнара. Этот человек – её якорь. Её единственный шанс выжить в этом мире. По крайней мере, первое время. А дальше будет видно…

– Всё рассмотрела?

Уна вздрогнула от его голоса и попыталась отвернуться. Но грубая рука воина ухватила её за подбородок, и она невольно была вынуждена снова смотреть ему в лицо. Он же, нахмурясь, тоже всматривался в её лицо.

– Я хочу, чтобы ты была моей, – внезапно хрипло сказал он, проводя рукой от подбородка до шеи.

Уна непонимающе свела брови.

– Я и так ваша…

– Нет. Не так. Я не хочу, чтобы ты сопротивлялась мне. Я не хочу делать тебе больно…

Уна замерла. Кажется, он хочет, чтобы она сама, добровольно согласилась стать его женщиной. И это её шанс! Ей только нужно как можно глубже спрятать свой страх и ненависть. И она сможет жить в этом мире. А потом она как-нибудь выберется из всего этого… И найдёт маленький и тихий уголок в этом мире, где сможет жить одна.

– Я жду! – требовательно сказал Эйнар, смотря на её губы.

– Да… Я согласна…

Как только она произнесла это, мужчина впился в её губы жарким поцелуем. Но, девушка тут же отстранилась от него, закашлявшись.

Эйнар нахмурился.

– Я сейчас пришлю Хильду. Ты не до конца выздоровела, – сказал он, поднимаясь.

И этот и следующий день девушка провела в постели, блондинка отпаивала её отварами. И девушка вскоре почувствовала, что уже достаточно набралась сил и выздоровела. Пока она, под действием снадобий спала, унесли цепи и постилку. Кажется, всё начало меняться и в лучшую сторону.

Потому что сегодня Хильда принесла ей два абсолютно новых платья, несколько нижних рубашек из тончайшего полотна и пару удобных кожаных туфелек, а также шикарный гребень и ленты. И сказала, что Эйнар будет ждать её вечером в главном зале.

Уна после купания оделась, выбрав тёмно-зелёное шерстяное платье. Хорошенько расчесала волосы гребнем и заплела сама себе французскую косу, завязав волосы лентой. Как жаль, что здесь не было зеркала, и она не могла, как следует себя разглядеть.

Девушка выдохнула и спустилась в зал.

Эйнар в это время с Фроди и Флоки и несколькими другими воинами, обсуждал как можно лучше укрепить оборонительные сооружения замка. За зимой придёт весна, а в эту пору нередки набеги соседей.

– Эй, Флоки, хватит пить! – воскликнул вдруг Фроди, отбирая у брата кубок с вином, – Так ты ни на что не будешь способен.

Эйнар усмехнулся и кивнул. И именно в этот момент он увидел Уну, которая только что вошла в зал. Улыбка медленно сползла с его лица.

Как можно быть такой красивой?! Он с силой сжал кубок рукой, заметив, что его воины тоже заметили её появление. И ему не понравилось то, как некоторые из них смотрели на неё.

Эйнар едва удержался от порыва подхватить её на плечо и тут же унести в комнату. Он кивнул ей, призывая к себе. Он видел, как она настороженно оглянулась и пошла к нему.

По правде говоря, Уна чувствовала себя ужасно. Все эти люди, его воины, они не стесняясь рассматривали её. Конечно, они видели её и прежде, но лишь украдкой, мельком. Теперь же им представился шанс как следует рассмотреть эту девчонку, которую привёз Эйнар. И лишь немногие знали, что она была его законной женой.

– Садись здесь, – громко сказал он, как только она подошла, и указал на небольшую скамеечку у его ног возле его огромного кресла.

Уна на секунду замерла. Она знала, что это за место. Орм частенько усаживал, таким образом, своих любовниц, когда устраивал пирушки. Это статус любовницы. Не жены. Не равной…

Уна слегка улыбнулась. Что ж, она стерпит и это. Она готова пройти через многое, чтобы вновь начать жить. Она изящно присела.

Девушка опустила глаза, думая о том, что когда-нибудь сможет выбраться отсюда и жить в небольшом домике. Непременно на берегу речки. И, скорее всего, не здесь, а в краях потеплее.

Ощутив тяжёлую руку Эйнара на своей шее, девушка стиснула зубы. Она жива, она дышит. Её не бьют. Уже успешное начало новой жизни.

А в следующие несколько дней её жизнь вошла в довольно привычную колею. Ей снова было велено работать на кухне. Но теперь старый повар не так гонял её, как прежде. Всё же, теперь её положение было немного иным. Теперь, каждый вечер, приходя в комнату, она мылась в купальне, смывая с себя запахи кухни. Разжигала камин, о, она наконец-то научилась высекать искру двумя небольшими обтёсанными камешками. И ждала Эйнара. Который как голодный набрасывался на неё…

… С каждым днём его потребность в ней росла всё больше. И это не нравилось ему. Хоть в глубине души он и признался сам себе, что любит её, это состояние ему не было по душе. Потому что сейчас он как никогда чётко начал понимать, что девушка никогда не ответит ему взаимностью. И даже то, что её тело было в его полном распоряжении, не унимало бурю, поднимавшуюся в его душе, когда он был рядом с ней. Потому, что то, что она давала ему сейчас… Ему было мало! Очень мало!

А ещё его беспокоили странные слова Флоки, в тот вечер, когда они обсуждали укрепления, и Уна впервые сидела возле него. Когда она ушла, его друг, уже изрядно напившийся, произнёс:

– Она совсем не та, кем является… И вскоре мы дорого за это заплатим!..

Он почти слово в слово повторил слова той безумной старухи. Но, что вообще это значило?

ГЛАВА 11

Этим утром Уна проснулась на рассвете. Какая-то странная, непонятная тревога овладела ею. Она посмотрела на спящего Эйнара, а затем поднялась. Оделась и вышла. Теперь по замку она могла передвигаться одна и без сопровождения. За ней никто не следил. И это был очередной глоток такой желанной свободы! Ещё немного… Ещё немного и она наберётся сил и сможет сбежать отсюда. А пока она наблюдала и слушала. О жизни простых людей, об опасности, что могла встретиться на пути, об укладе здешней жизни.

Девушка вышла через дверь кухни и поднялась по внешней лестнице на стену замка. Она практически нависала над обрывом, укреплённая грудой утёса. Воды фьорда поблёскивали внизу.

Уна глубоко вдохнула морозный воздух, обводя глазами бескрайнее пространство. Как же это было красиво! Заснеженные огромные утёсы и морской залив.

– Холодно.

Услышала она голос Эйнара и ощутила на своих плечах тяжесть его мехового плаща. Всё, считай, утро испорчено… Она тяжело вздохнула и повернулась к нему.

– Вчера прибыл гонец, – сказал Эйнар, смотря на неё, – сегодня прибудут гости. Сам конунг и твой отец…

Девушка вздрогнула. Вот уж кого видеть в этом мире она больше никогда не хотела.

Повисла тишина и девушка отвернулась от него, вновь устремив взгляд на море.

– Вы ответите мне, если я спрошу? Почему вы так ненавидите моего отца и меня? Хотя нет… Вы не скажете. Вы такой же, как и он. Сколько бы я не спрашивала, почему он так меня ненавидит, он никогда не отвечал…

Эйнар развернул девушку к себе за плечи.

– Не смей сравнивать меня с этим чудовищем! – рявкнул он, разозлившись.

– А в чём разница? Вы для меня такое же чудови…

Уна резко осеклась, понимая, что её эмоции вышли из-под контроля, и она сказала лишнее. Она видела, что он разозлился на её слова, и не смогла вовремя закрыть рот.

– Простите… – пробормотала она взволнованно.

Ей это точно аукнется! Язык её – враг её! Она испуганно смотрела в искажённое злобой лицо и чувствовала боль на плечах от его рук, которые сжимали слишком сильно. Она перевела взгляд на его руки.

Эйнар проследил за её взглядом и его словно окатили холодной водой из ушата. Он резко отпустил её.

– Ты права, – сказал он, смотря на неё, – чтобы победить чудовище, я стал ещё большим чудовищем. Но я не жалею о своих поступках. Потому что всё, что я делал, всё для чего я жил – это месть. Опозорить Орма и уничтожить его – вот моя цель. А что касается тебя…

Девушка непонимающе смотрела на мужчину. О чём он говорит? Какая месть? В чём причина? И что, касательно её?? Он явно собирался высказаться.

Но в этот момент Эйнара отвлекли. На стену поднимался Флоки

– Сигурд и Орм прибыли, – сказал он, становясь рядом с Уной.

– Хорошо, я их встречу, проводи Уну в комнату, пусть подготовится и ждёт, – сказал Эйнар.

Он взглянул на девушку и поспешил спуститься.

Уна бросила последний взгляд на фьорд и повернулась к Флоки. И застыла под его тяжёлым взглядом. Он смотрел на неё враждебно. Девушка невольно сделала шаг назад. Флоки же, наоборот, сделал шаг вперёд, наступая на неё.

– Кто ты вообще такая? – внезапно спросил он, – Ты не та, за кого себя выдаёшь.

Девушка похолодела. И вот что ей на это ответить? Правду? Её сочтут спятившей.

– Ты околдовала Эйнара, – продолжил Флоки, – но не думай, что из-за того, что ты стала его женой, он избавится от идеи отомстить Орму.

Уна смотрела на воина и снова не понимала, о чём он говорит. В чём причина мести? Что её отец и тем более она, такого сделали?!

– Что я такого сделала? – не выдержав, прошептала она, – Почему меня все ненавидят? Почему все так обращаются со мной? И вы… А если бы на моём месте была ваша сестра или возлюбленная?.. Или кто-то из вашей семьи? Чтобы вы сделали с людьми, которые так обращаются с вашей семьёй?..

Лицо воина внезапно исказилось яростью, и он схватил её за плечи, совсем не замечая того, что делает ей больно.

– Не смей говорить об этом! – рявкнул он ей в лицо, – Если бы не ты и твой отец – она… Они все сейчас были бы живы!!

– Извините… – Уна попыталась отцепить от себя его руки, но безуспешно.

– Мне не нужны твои жалкие раскаяния!

Флоки внезапно оттолкнул её, и девушка больно ударилась спиной о край стены. Не удержав равновесия, она перемахнула стену, в последнюю секунду ухватившись за выступы руками. Она даже не смогла закричать, настолько всё быстро произошло. Она лишь беспомощно взглянула вниз. Там была бездна!

Девушка зажмурилась и почувствовала, как сильные мужские руки резко дёрнули её вверх. И вот она уже в безопасности. Она тяжело дышала и вся дрожала, прислонившись спиной к стене. Медленно сползла вниз по ней. Если бы она сейчас погибла… Это был бы конец… Конец всему её существованию… А она не готова была. Она хотела жить!!

Уна перевела взгляд на воина, который стоял напротив неё и тоже тяжело дышал.

– Поднимайся, – наконец сказал он, – я провожу тебя.

Девушка кивнула и неловко поднялась. На трясущихся ногах она спустилась вслед за Флоки по лестнице. Он же, время от времени недовольно на неё оглядывался.

Ей было велено идти в комнату и никуда не выходить. Она так и сделала. Просидела в одиночестве целый день. А вечером пришла служанка и сказала, что ей нужно спуститься в главный зал. Уна быстро собралась и спустилась. Что на этот раз её ждёт? Она несмело вошла в зал.

В своём кресле сидел Эйнар.

При взгляде на неё, он с силой сжал деревянные ручки кресла. Уна. Его жена. И ей рано или поздно придётся взять его сторону. Иначе просто смирится, что от своей мести её отцу он не откажется.

– Подойди к нам ближе, дитя, – сказал рыжеволосый мужчина, стоящий рядом с её отцом.

И Уна увидела, как Эйнар нахмурившись, кивнул и жестом подозвал её к себе. Она, под пристальным взглядом всех находящихся, пересекла пространство зала и остановилась рядом с креслом воина.

– До меня дошли слухи, что ты дурно обращаешься с моей дочерью, – громко сказал Орм, пристально глядя на неё, – я приехал проверить это и, если это правда – забрать её. Никому не позволю унижать её! Тем более такому псу, как ты!

Уна опустила глаза. Дрожь снова начала овладевать её телом. Почему-то, от слов отца, ей стало так же страшно, как и в тот момент, вчера утром, когда она едва не упала со стены. Она буквально кожей чувствовала угрозу, которая исходила от него. А если он и правда, заберёт её?? К лучшему ли это будет?

– Тише, тише, – прервал его рыжеволосый, – к чему так горячиться. Уна, дитя моё. Расскажи нам, как тебе здесь живётся. Не обижают ли тебя?

Девушка почувствовала прикосновение воина к своей руке. Он явно ощутил её дрожь и слегка сжал.

Но вот она подняла глаза и взглянула на Эйнара. Он спокойно смотрел на неё.

Тогда она слегка улыбнулась и положила свою руку на кисть воина.

– Всё в порядке. Я довольна своей участью, господин, – сказала она, смотря рыжеволосому в лицо.

Тот удовлетворённо кивнул.

– И всё же я сам хочу поговорить со своей дочерью, – настойчиво сказал Орм, – наедине.

Уна чувствовала, как напрягся Эйнар. Ей тоже не было особой радости в таком исходе событий.

Но всё решил рыжеволосый. Он отправил её и Орма в комнату для разговора.

– Я всеми силами пытался противостоять этому браку, – сказал Орм, как только они вошли в небольшую комнату, служившую гостиной, – И даже то, что ты сбежала тогда от меня, могло сыграть мне на руку. Но Сигурд сильно разозлился и приказал казнить меня, если я тебя не найду. Пришлось разыскать тебя.

– Почему вы так сильно не хотели этого? – осторожно спросила Уна, усаживаясь на лавку, и не особо рассчитывая услышать ответ.

Никогда прежде ни на один вопрос её отец в этом мире не давал ей ответа.

– Потому что Эйнар... Он бастард. Ребёнок, которого я считал своим сыном почти десять лет.

КАК ТЕБЕ ТАКОЙ ПОВОРОТ, КАРЛ??

Уна замерла и уставилась округлившимися глазами на Орма.

– Когда-то давно, я был женат на его матери. И она родила сына. Вот только не от меня, как я думал долгое время, а от своего любовника, с которым была ещё даже до нашей свадьбы. И за меня она выходила будучи уже беременной... Когда я узнал об этом, я уничтожил её и её любовника. Его не удалось. Его дед по матери заступился. И его всего лишь изгнали из рода. Пытаясь защитить, таким образом от меня, спрятать. И, первое время я подумал, что возможно это и к лучшему, не стал его преследовать. Но, когда я увидел его спустя много лет, я пожалел о своём милосердии. Потому что щенок превратился в волка. И он пытался мне навредить, отомстить за мать.

Уна изумлённо пыталась переварить эту информацию.

– Ты не помнишь мать. Ты была слишком мала, когда Эйнар убил её. Хотя его целью была ты. Моя единственная дочь. Мать лишь пыталась защитить тебя.

Уна приложила руку к животу. Слишком ужасная информация! Ей не справиться с ней.

Она посмотрела на отца. Откуда ей знать, говорит он правду или нет?

– Зачем вы это мне всё рассказали сейчас? – осторожно спросила она.

– Этот брак, который навязал сам конунг, выгоден для него. Но, я не думаю, что он откажется от своей мести. Рано или поздно – он убьёт тебя. Поэтому ты должна опередить его. Но так, чтобы тебя ни в чём не заподозрили.

…Я хочу, чтобы ты была моей….

Неужели, говоря эти слова, он собирался в будущем избавиться от неё?

От этого на душе стало так горько. И гадко. Словно её обманули, как малое дитя.

– Вот, добавляй это в воду, в еду, в воду для умывания, на его одежду по капле каждый день.

Орм протянул ей флакон с какой-то прозрачной жидкостью. Уна растерянно смотрела на него.

– Я не смогу… Никогда не смогу…

Она знала, что никогда не сможет навредить ему, что бы ей не пришлось пережить в прошлом от него.

– Снова пытаешься убрать меня со своей дороги руками своей дочери?!

Дверь в комнату распахнулась, и на пороге стоял Эйнар. Орм тут же досадливо бросил флакон в камин. Огонь полыхнул ярким пламенем, озаряя комнату.

– Собирайся, Орм, и уезжай, ты больше никогда не переступишь порог моего дома, – спокойно сказал Эйнар, сложив руки на груди, – и никогда больше не будешь разговаривать с моей ЖЕНОЙ.

Он сделал акцент на последнем слове.

– Или ты хочешь, чтобы всё, что здесь произошло, стало достоянием ушей Сигурда?

– Чёртов бастард! – выругался Орм, выходя из комнаты, – ты поплатишься, за всё поплатишься!..

Он ушёл, а Уна осталась в комнате с Эйнаром. Она несмело подняла на него глаза.

– Меня радует тот факт, что ты не собиралась меня травить, – сказал он, подходя к ней.

Встав напротив неё, он рукой приподнял её подбородок, так, чтобы она смотрела ему в лицо.

– Я и в первый раз не собиралась… – тихо сказала Уна.

И увидела, как Эйнар нахмурился. Он тоже вспомнил то, что последовало за тем, как старуха нашла свёрток. Она продолжала всматриваться ему в глаза.

– Вы убьёте меня? Правда, убьёте, как мою мать? – невольно вырвалось у неё.

Он молча смотрел на неё и видел, как её глаза наполняются слезами, и они крупными каплями катятся у неё по щекам. И ощущал, как рвётся на части сердце у него в груди.

Он чудовище. В её глазах…

– Я не убивал твою мать, – наконец сказал он, – но она погибла из-за меня. Она пыталась сбежать с тобой на руках от твоего отца. И я помог ей. Но не смог хорошенько спрятать. Твой отец нашёл вас. И не стал себя сдерживать с расплатой.

Уна сглотнула. Откуда ей знать, что он говорит ей правду? Так же как и отец, он мог солгать ей…

Но, почему-то, глядя ему в глаза, она верила ему.

– Ты моя жена, – сказал Эйнар, – а значит должна быть на моей стороне. Иначе тебе придётся просто смирится, что я не оставлю твоего отца в покое.

Эйнар убрал руку и подошёл ко всё ещё ярко пылающему камину.

– И кроме того, ты больше никогда не увидишься с ним, не заговоришь с ним. Ты всегда будешь рядом со мной. На моей стороне.

Он резко повернулся к девушке и замер. Она лежала на каменном полу совсем рядом со скамьёй. Эйнар тут же бросился к ней. Почему он не услышал? Она упала абсолютно бесшумно! Он убрал волосы с бледного лица девушки и прижал её к себе, прислушиваясь к дыханию. Оно было словно лёгкое дуновение ветра.

Эйнар осторожно поднял девушку на руки, поднялся вместе с ней в их комнату и уложил на кровать. Тут же открыл дверь и потребовал, чтобы немедленно привели Хильду. Тут же вернулся к Уне. Вскоре прибежала запыхавшаяся блондинка.

– Что с ней? – спросила она, усаживаясь рядом с девушкой.

– Я не знаю! Она просто упала…

Хильда взяла Уну за руку, она хотела послушать пульс. И замерла. В тех краях, где она жила до замужества, женщины её рода были повитухами и обладали сакральными знаниями. Этими знаниями обладала и она сама. Она нахмурилась, тревожно взглянув на Эйнара. Всё, что произошло в замке уже дошло до ушей её мужа и её. Они как раз с Фроди обсуждали это, когда её позвали к Уне.

– Что с ней? – требовательно спросил Эйнар.

Хильда закусила губу. Девушка была беременна. Она чётко знала это. Но, сказать сейчас об этом Эйнару? Или же прежде самой девушке?

– Просто обморок, – сказала она, поднимаясь.

Она прошла в купальню и взяла чашу с чистой водой. Подошла к девушке и побрызгала несколько раз ей на лицо. Уна наконец медленно начала приходить в себя.

– Эйнар, можно мне на пару минут побыть с ней наедине? – Хильда повернулась к воину.

– Нет, – хмуро отрезал тот, – что происходит? Что с ней? Если ты не выяснишь, я найду другого лекаря!

Хильда тяжело вздохнула. Она и прежде знала, что с Эйнаром спорить бесполезно. Поэтому она повернулась к девушке и слабо улыбнулась ей.

– Мне нужно задать тебе пару вопросов, – мягко сказала она, – как давно у тебя были девичьи крови?

Уна замерла, глядя на блондинку. Её вопрос был подобен взрыву в её мозгу. Её цикл здесь был нерегулярным. Но девушка списывала это на постоянные побои и недоедание. А последний раз они у неё были, кажется, за несколько дней до того, как их поженили. Девушка похолодела.

С того ужасного дня прошло чуть больше шести недель. И месячных у неё больше не было. По правде говоря, она даже не обратила на это внимание, но… Неужели она беременна??..

Только от одной мысли об этом ей стало плохо. Что может быть хуже этого?!!

– Ты можешь быть беременна, – подтвердила её мысли блондинка.