Текст книги "Кара небесная или Мелкая, отвали уже, наконец! (СИ)"

Автор книги: Marna

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

– Почему ты так уверен в том, что я не остановлю тебя? – все же спросила девушка, которой надоело наблюдать за затаившимся Гажилом. Её раздражала тишина и тот факт, что на нее не обращают внимания, словно её не существует вовсе. Редфокс полностью сосредоточился на деле, забыв о своих неприятностях. Так быть не должно!

– Потому, что некоторые достойны смерти, – ответил мужчина. Ему было жаль Леви, не хотелось спускать её с небес на грешную землю, но иного выбора у него не было. Возможно, если она осознает, что не права, ей удастся успокоиться с миром. Кто сказал, что измениться должен именно он? И все же Гажилу было жаль…

– И кто же это решает? Ты?

– Сегодня выбор предстоит сделать тебе, мелкая зараза. И не думай, что будет просто.

– Почему? – девушка снова и снова задавала себе этот вопрос, но не находила ответа. Она устала, извелась, её и без того истерзанная сомнениями и страхами душа рвалась в клочья. Она уже ничего не понимала и не знала, все слишком запуталось.

– Сама увидишь. Я никогда не испытывал жалости к своим жертвам. Вы все для меня безликие и пустые. Я не знаю тех, кого должен убить, ничего к ним не испытываю… мне все равно, что с ними станет. Ты смогла меня удивить, но мне было плевать на твою жизнь и судьбу, – тихо произнес Редфокс, и сам не понимая, почему разоткровенничался. Наверное, все дело в том, что Леви самый верный его собеседник, а еще оттого, что она мертва и точно никому не поведает его тайны, не предаст. – Но бывают исключения. Иногда я ненавижу тех, кого должен убить. Иногда я готов убивать бесплатно, ради собственного удовлетворения и торжества справедливости. Люди, по большей своей части, мрази. Когда я убиваю таких, то испытываю моральное удовлетворение. Можешь считать меня маньяком, но это так и притворяться паинькой я не собираюсь, даже ради того, чтобы избавиться от тебя.

– Уже привык ко мне? – печально улыбнулась призрак. Она точно уже привыкла… глупо отрицать очевидный факт. И это не удивительно, ведь Гажил был единственным человеком, который мог видеть её, говорить с ней, лишь его тепло она ощущала, лишь ему в голову пришло успокоить её, когда она рыдала. Насмешка судьбы, не иначе.

– Немного, но это не значит, что я от тебя не избавлюсь.

– Скажи, если бы ты знал меня, то смог бы убить? – Почему она спрашивает об этом? Девушка все еще надеялась на то, что в Редфоксе осталось что-то хорошее, что у него есть принципы и та грань, через которую он никогда не переступит. Призрак все еще хотела верить в лучшее, видеть хорошее, она цеплялась за это желание, как тонущий – за спасательный круг.

– Не знаю. Я никогда не убивал тех, кого знаю.

– Поэтому у тебя нет друзей? Ты не хочешь однажды стать перед выбором убивать их или нет?

– И поэтому тоже, – Редфокс с сожалением подумал о том, что он не курит. Сейчас бы ему не помешало пара затяжек, вот только успешный киллер не может и не должен курить, ведь это может помешать работе или оставить нежелательный след-улику, что рано или поздно приведет к нему.

– Ты не очень-то разговорчив, – тяжело вздохнула девушка, в очередной раз прикасаясь к своему убийце. Ей нравилось это делать, ведь он был теплым, живым, настоящим.

– Глупо разговаривать с пустым местом.

– ЭЙ!!! – Леви дернула мужчину за волосы.

– Не обижайся. Тебя никто, кроме меня не видит, так что для всех я сейчас говорю с пустым местом, – тихо рассмеялся Гажил. Сейчас, когда он снова занят любимым делом, ему стало намного легче. Единственное, что его волновало, так это какое решение примет его проблема. Хватит ли ей духа признать, что она неправа, сможет ли она переступить через себя и сказать: «убей». И почему он только думает об этом? С каких пор для него важно мнение Леви?

– Хорошо, но не называй меня больше пустым местом. Я есть! Этого не изменить, – прошептала девушка. – Долго нам еще ждать? Может, уже пойдем домой?

– Нет, еще рано. Для начала нужно сделать работу, а тебе – выбор. Сегодня именно ты станешь судьей, – тонкие губы мужчины исказились в кривой ухмылке. На душе было мерзко и противно, но отступать было поздно. Кто-то должен измениться, кто-то должен осознать, что неправ. – А вот и он, – Гажил указал рукой на загоревшийся в одном из окон свет. – Идем, пора тебе увидеть того, кого я должен убить.

====== Ждать – мучительно. Забывать– больно. Но худшее из страданий – не знать, какое решение принять. ======

– Что я должна увидеть? С чего ты вообще решил, что я захочу кого-то убивать? – лепетала Леви, паря следом за Гажилом, решительно идущим к дому. На душе было тревожно и тоскливо, даже захотелось завыть от безысходности. – Не молчи! Я требую объяснений! Немедленно!!!

– Я все уже сказал, ты сама примешь решение, сама все увидишь и скажешь мне, отступить или убить, – совершенно спокойно ответил мужчина, хотя это спокойствие давалось ему нелегко. Редфокс никогда не отличался особым терпением, не любил, когда ему перечат или говорят подобным тоном, но в случае с призраком он не мог ничего предпринять. Леви невозможно ударить или убить, ей не прикажешь заткнуться и не запугаешь. Все, что ему оставалось – молчать и ждать, когда она успокоится и сама поймет, что настало время принять решение. Болезненное и неприятное, но столь необходимое для них обоих.

– Я никогда не попрошу тебя убить, – недовольно фыркнула Леви.

– Хорошо, тогда его жизнь будет на твоей совести, – Гажил застыл около дома, не подходя ближе, ведь тогда его могут заметить, а этого ему не нужно. Пока не нужно. – Иди. Посмотри, что творится в доме.

– Зачем мне это?

– Чтобы принять решение. Или ты боишься, что я окажусь прав, и тебе придется сделать выбор, который тебе не понравится? Ги-хи. Мелкая трусиха! Похоже, ты не способна ни на что, кроме высокопарных слов.

– Это не так! – Леви начала злиться. Опять этот взгляд, полный высокомерия и чувства собственного превосходства, ехидная ухмылка, от которой хочется сквозь землю провалиться. – Хорошо, я пойду и посмотрю, что там происходит, а после мы пойдем домой, и ты никого не убьешь.

Леви растворилась в воздухе, оставляя Гажила одного, девушка так и не услышала его последнюю фразу, брошенную её вслед тихим голосом: «Тогда убьет кто-то другой». Киллер никогда не был сентиментальным, не пытался никому помочь, но иногда случалось так, что его работа помогала миру избавиться от мразей, до которых никогда не дотянется закон. Иногда… Так бывало далеко не всегда, такие заказы скорее исключение из правил, но Редфокс был рад, что ему повезло и он сможет показать навязчивому призраку другую сторону своей работы, заставить задуматься о том, что он не так уж плох. Все правильно… Так почему на душе кошки скребутся? Почему хочется остановить Леви, закрыть ей глаза, чтобы она не видела ничего, заткнуть уши, чтобы она не слышала криков и мольбу о пощаде? Он собственными руками разрушал иллюзии своей жертвы, и это не нравилось безжалостному мужчине. Почему? На этот вопрос не находилось ответа. Неужели он начал привыкать к этой мелкой заразе? Неужели хочет отгородить от грязи мира? Это так на него непохоже, так разнится с тем, что он делает. Гажил не понимал сам себя, от этого не было спасения. Последнее время он слишком много думает, именно в этом его проблема – мысли это зло, намного проще жить бездумно.

Киллер опустился на землю, поднимая усталый взгляд к небу. Темному, беззвездному, такому тяжелому и мрачному, что становилось тошно идеальное небо для сложившейся ситуации. Оно соответствовало настроению мужчины, вторило ему. Гажил понимал, что долго так не протянет, его добивало вовсе не присутствие в его жизни Леви, а тот факт, что есть что-то, что он не способен контролировать. Если оглянуться назад, он все еще ни о чем не сожалел, ни о чем, кроме одного единственного поступка, который привел к этим обстоятельствам. Но если бы за заказ не взялся он, его бы выполнил кто-то другой. Интересно, тогда Леви тоже бы стала призраком, так же изводила бы своего убийцу, пытаясь исправить?

Губы Редфокса исказились в кривой ухмылке – он не хотел бы, чтобы его персональная проблема докучала кому-то другому. Еще один повод усомниться в собственном здравом рассудке.

– Я не изменюсь, – тихо прошептал мужчина. – Я не хочу меняться…

Время шло, а призрак все не возвращался, Гажил даже начал подумывать о том, что девушка решила сбежать от него и необходимости сделать выбор, принять непростое решение или просто сказать, что она на это не способна. Эти мысли были неприятными и разочаровывающими… Редфокс хотел верить в то, что Леви сильная духом, что она сама покажет ему пример и изменится, покажет, что это не так уж больно и страшно. Опустив взгляд на дорогие наручные часы, киллер недовольно покачал головой – уже час ночи, ждать дальше нельзя.

– Где же она? – Редфокс поднялся на ноги, направляясь к дому. Настало время выполнить свою работу, а заодно попытаться найти свое персональное приведение, обещавшее, что не позволит ему убивать.

Дожили! Он так отчаянно хотел избавиться от Леви, а вот теперь ищет её. Нет. Полюшка не права, ему точно лечиться надо, причем, долго и упорно…

Гажил бесшумно проник в дом. Внутри царила неприятная тишина, говорящая о том, что все уже закончилось. Мебель в гостиной была разломана и разбита, где-то виднелись осколки стекла и пятна крови. Убийца неприязненно поморщился и направился к лестнице, ведущий на второй этаж дома. Вот только думал он не о своей цели, а о Леви. Где же эта идиотка? Неужели сбежала?

Было бы неплохо…

Да, это было бы замечательно, вот только, кажется, он будет по ней скучать.

Редфокс не готовился к этому делу, не изучал жертву, решив действовать быстро и стремительно, использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах, а потому не знал, в какой именно комнате искать свою цель. Он тихо заглядывал во все комнаты, при этом не оставляя ни одного следа или улики за собой. Гажил давно усвоил, что ходить на дело нужно всегда в перчатках и бахилах, ничего не трогать и не забирать – осторожность превыше всего.

Толкнув очередную дверь, Редфокс нашел тех, кого искал. Его жертва спокойно спала в своей постели, а Леви стояла над ним, пристально рассматривая. Выражение её лица было таким, что сердце Гажила непроизвольно сжалось от жалости и ужаса. Еще никогда он не видел у призрака такого взгляда.

– Ждать – мучительно. Забывать – больно, – дрожащим голосом произнесла девушка, обращая свой остекленевший взгляд на киллера. – Но худшее из страданий – не знать, какое решение принять.

– И все же, сделать это придется, – так же тихо ответил Гажил, направляя пистолет на спящего мужчину. Ему было больно видеть Леви такой, но мужчина привык доводить начатое до конца. – Не подумай, что так бывает всегда, но сегодня тебе придется сделать выбор…

Призрак снова взглянула на мужчину, вспомнила все, что видела и чувство собственной беспомощности, когда она осознала свою неспособность остановить его. Её видит и слышит только Редфокс, лишь рядом с ним она способна прикасаться к вещам… Что же она выберет? Эта мразь не достойна жизни!!! Но разве она в праве решать это? Нет! Не в праве!!! Но если не сделать этого... Все повторится и будет повторяться изо дня в день! От этих мыслей становилось больно. В этой ситуации не получится не запачкаться, какое бы решение она ни приняла. Она в любом случае будет виновата: либо в жизни этой мрази и боли других, либо в его смерти. До чего же мерзко!!!

– Убей, – всхлипнула Леви, чувствуя, что внутри что-то оборвалось, а в следующее мгновение раздался тихий выстрел, похожий на хлопок где-то вдалеке.

====== В женской логике есть что-то убийственное по отношению к здравому смыслу ======

Леви молчала уже больше часа, но это не радовало Гажила, еще недавно требовавшего, чтобы она заткнулась.

Леви бледнела и угасала, словно выцветала, исчезая из этого мира, но это не дарило долгожданного облегчения.

Леви больше не требовала от него измениться, но это уже произошло, пусть и не так, как того ожидала призрак.

Редфоксу было тошно, но не от того, что он прикончил очередную мразь, а от того, что ему пришлось заставить свою мелкую проблему сделать выбор. Это было необходимо, но слишком жестоко. Гажил добился того, чего хотел, вот только выяснилось, что хотел он не совсем этого. Это было бы смешно, если бы не было так печально.

Что же теперь? Призрак исчезнет? Мужчина поймал себя на мысли, что уже не хочет этого. С тех пор, как Леви появилась в его жизни, несмотря на все проблемы и ощущения собственного безумия, ему стало немного легче. Она, как невидимый друг, бывающий у детей – никто её не видит, не слышит, но она есть и рядом. С ней Гажил перестал чувствовать себя одиноким, но ведь жизнь в обществе призрака его не устроит. Они никогда не смогут понять друг друга, а сама девушка не выдержит его жизни и работы, от которой он не откажется. Казалось, выхода нет.

– Так и будешь молчать? – мужчина уверенно вел автомобиль по ночным безлюдным улицам города. Он не хотел ехать домой, а потому просто кружил по Магнолии. Бесцельно, просто ради того, чтобы быть хоть чем-то занятым. Сейчас им с Леви не помешало бы выпить, но призраку это недоступно физически, а у него в доме не осталось ни капли спиртного.

– Почему он сделал это? – тихо спросила девушка. Её голос звучал глухо и потеряно, да и сама Леви выглядела подавленной и раздавленной, её даже немного трясло. Перед глазами до сих пор стояли жуткие картины увиденного, а на душе была пугающая уверенность в том, что она поступила верно. Все её идеалы и убеждения оказались ничем. Почему она так просто отказалась от них? Почему никогда не думала о том, что подобное может случится. – Это ведь было не в первый раз… И он бы не остановился, пока не убил их. Я видела это в его глазах, ухмылке, в том, как он держался, словно все это абсолютно естественно. Почему? Неужели он не понимал… не жалел… не видел? Почему никто не вмешался?

– Вмешался, потому-то я и получил этот заказ, – ответил Гажил и сам не понимающий, как можно ежедневно избивать жену и собственного ребенка, причем делать это с особым извращенным садизмом, а после запирать, не давая ни малейшего шанса к побегу и спасению. – По-другому было нельзя. Деньги в нашем мире решают все. Иначе эту мразь было не достать, а потому обратились к киллеру. Люди не всегда могут сами все исправить, иногда им проще сделать грязную работу, решить свои проблемы чужими руками. И тогда появляюсь я или мои коллеги. Не подумай, что все мои заказы такие, их даже не половина, скорее уж процентов пятнадцать от общей суммы. Я просто хотел, чтобы ты поняла, иногда убивать надо. Это просто работа, не более… Мне уже не встать на иной путь, не научится другому… Я слишком много видел и знаю, я прогнил насквозь.

– Пытаешься оправдаться?

– Я в этом не нуждаюсь, да и измениться уже не смогу. Поздно уже, – Редфокс смотрел только на дорогу, это помогало ему прийти в себя, приглушить неприятное ощущение, разрастающееся в душе.

– Если бы тебе заказали ту женщину и ребенка… – призрак поднял потухший взор на Гажила. Зачем она спрашивает? Что хочет услышать? Она уже ничего не знала и не понимала, ей было плохо и тошно.

– Её я бы убил. Она просто не смогла бы жить нормально после этого. В некотором роде смерть для нее была бы избавлением, – холодно ответил убийца, не собирающийся врать. Леви задала вопрос не для этого, она хочет знать правду и понять... – Готов спорить, она часто молила бога о смерти. Ребенка бы я не тронул. Такие заказы я не принимаю, хотя, наверно, иногда, стоило бы – после всего, этот мальчишка вполне может вырасти маньяком или убийцей, сам пойти по стопам садиста-папаши, спиться, стать наркоманом. Мы не можем знать, что для него было бы лучше… Да и не должны.

– Ну, хоть какие-то принципы у тебя есть, – Леви обхватила себя руками. Ей снова было холодно и тоскливо, невероятно одиноко. Она думала, размышляла над тем, что видела, слышала, поняла – её мир перевернулся, сердце очерствело, а розовые очки окончательно разбились вдребезги, да так, что их уже не склеить. Девушка понимала, что была наивной, хотела вернуться в те времена, когда все было просто и понятно. Увы, это невозможно, с этим придется существовать дальше, вот только теперь у нее не получится смотреть на мир с надеждой. Если бы она могла, то умерла бы, вот только высшие силы лишили её этого права. Горячие, настоящие слезы, катились про прозрачным щекам, падали на обивку сиденья, оставляли на них следы, прожигали насквозь. Хотелось кричать, но голос не повиновался. Хотелось сломать что-нибудь, но руки были не способны на это. Даже мысли оказались больше не подвластны призраку.

– Все! С меня хватит!!! – раздался пронзительный визг тормозов и автомобиль, дернувшись, замер на месте. Гажил бросил на Леви злобный взгляд, от которого бросило бы в дрожь. Как ни странно, это подействовало, девушка слегка отпрянула и сжалась. Она понимала, что Редфокс ничего не сможет ей сделать, но все равно ей было жутко. – Иди сюда!

– Зачем?

– Затем, что когда я тебя обнимаю, ты перестаешь быть такой заразой, как обычно, – оскалился мужчина. И что только на него нашло? Его сумасшествие прогрессирует, в этом нет никаких сомнений. – Давай быстрей, мое предложение не вечно. Сама же говорила, что я теплый, так грейся.

– Не буду, – насупилась девушка, чувствуя, что её щеки снова начинают светиться. Интересно, может это болезнь такая, и она превращается в светлячка?

– Не зли меня! Живо иди сюда, – угрожающе зарычал Гажил, начиная выходить из себя. Женщины! Вечно с ними одни проблемы! Сначала они сами не знают, чего хотят, а потому отказываются от того, что им нравится. И где, спрашивается, логика?

– Не пойду! Пусть мне будет плохо и тебе тоже, – истерично заявила Леви, которую начало трясти от напряжения и переполняющих её чувств, рвущих душу.

– Ги-хи. В женской логике есть что-то убийственное по отношению к здравому смыслу, – закатил глаза мужчина. – Мелкая, я кому сказал! Иди сюда, иначе хуже будет.

– И что же ты мне сделаешь? Забыл, я уже мертва.

– Не обнимешь меня, я не буду кормить твоего кота, – огрызнулся Редфокс.

– Что? – призрак замерла. А в следующее мгновение она уже высовывалась из машины, прямо через крышу, благо, что сквозь предметы проходить получается. Только сейчас она поняла, что Гажил привез её к дому, где еще недавно она снимала квартиру…

====== Если человек способен пожалеть кота, значит, он не так уж плох ======

– Почему? – вернувшись на свое место, Леви выжидающе смотрела на Редфокса. После того, как он упомянул её кота, на душе потеплело, а дурные мысли испарились. К ней даже вернулись краски, и больше не казалось, что призрак исчезает. Сейчас её волновал лишь один вопрос, с чего бы это убийца стал таким добрым и чутким? Где кроется подвох?

– Не знаю, само так получилось, – вздохнул мужчина, запуская пятерню в длинные взлохмаченные волосы. Сегодня что-то явно шло не так, но ничего изменить Гажил не мог, да и не хотел. Он просто устал. Устал от происходящего, от Леви, от самого себя, от жалких попыток вернуть прежнюю жизнь. Совсем, как раньше, не получится, Редфокс это понимал и признавал, но что с этим делать понятия не имел. Хорошо еще, что его персональная проблема пришла в себя. – Ну так что, обниматься будем или сразу за котом?

– Конечно же, за котом! Вот только у нас с собой поесть ничего нет! – девушка выбралась из машины. Она хотела поскорее увидеть своего верного друга, и не важно, что Лили её не сможет увидеть. Или сможет? Не зря же говорят, что коты это проводники в иные миры, они видят то, что недоступно человеку, чувствуют потусторонние силы.

– Ну вот, теперь я уже не так важен, – усмехнулся Гажил, тоже выходя из автомобиля. Вот только ему, в отличии от призрака, пришлось открывать дверцу. – Давно нужно было этого кота забрать, быть может, тогда ты меня бы не доставала.

– Мы бы тебя вместе доставали, – неожиданно заявила девушка, указывая рукой в сторону контейнеров с мусором. Именно там частенько можно было застать Лили, так и не ставшего домашним питомцем. Этот кот был слишком горд для подобного, именно это всегда и нравилось Леви в нем. И пусть на душе все еще было тошно и мерзко, пусть мысли и чувства находились в разладе, но поступок Редфокса вернул призраку надежду. Если человек способен пожалеть кота, значит, он не так уж плох.

– Сомневаюсь, – Гажил покорно шел за девушкой, продолжая размышлять о том, что ему делать с котом. Ну, накормить его он, пожалуй, сможет, а что еще? Ему же нужен лоток, игрушки, а если эта тварь начнет о мебель или него самого когти точить и гадить везде? Да и не привык он о ком-то заботиться! И все же, несмотря на мысли, Редфокс собирался забрать кота. – Ну, где твой кот? Давай покончим с этим делом поскорее.

– Обычно, вечерами он у мусорных контейнеров обитает, встречает меня с работы, – печально улыбнувшись, произнесла Леви. Она хотела жить, снова наслаждаться, любить, чувствовать, но это было невозможно. От этого душа рвалась на куски, было нестерпимо больно. Призрак отчаянно гнала от себя эти мысли – ей стоит радоваться тому, что о её любимом друге позаботятся. Сегодня был весьма странный день, заставивший девушку о многом задуматься. Что будет дальше? Как ей существовать дальше и зачем? Леви все еще не хотела, чтобы Гажил убивал, но уже начала понимать, что мало что сможет изменить, она и сама не просто захотела убить, но и попросила об этом. Она ничуть не лучше тех, кто заказал её убийство.

– Эй! Хватит витать в облаках! – раздраженно рыкнул Гажил, бросая недовольный взгляд на застывшую девушку. – Ищи своего блохастого друга, и пойдем уже домой!

Послышался шум, заставивший Редфокса напрячься и потянуться к пистолету. Он не боялся и был способен за себя постоять, к тому же у него не было врагов, лишь недоброжелатели и завистливые коллеги. И все же предосторожность не помешает.

– Лили!!! Мальчик мой! – Леви метнулась к своему любимцу, вальяжно появившемуся из-за мусорных контейнеров. Кот был весьма примечательным – черный, в меру упитанный, его морду украшал шрам, говорящий о том, что его хозяин не робкого десятка и побывал во многих переделках.

– Мяу? – кот замер, удивленно уставился на призрака.

– Ты меня видишь? – девушке показалось, что её давно остановившееся сердце забилось вновь. Она потянулась к пушистому другу, но тут же одернула руки – её прикосновения несут лишь холод и боль, так что трогать она будет только Гажила. Все равно он сам об этом просит…

– Мяу! – Лили припал к земле, прижал округлые ушки к голове. Казалось, что животное пребывает в недоумении и пытается осознать происходящее. При этом было видно, что происходит серьезный мыслительный процесс.

– Умный, ги-хи, – оскалился мужчина, подходя ближе и поднимая Лили за шкирку. – Да еще тебя видит! Точно забираем его с собой! Раз уж мы с ним товарищи по несчастью, то нам стоит держаться вместе!

Гажил никогда не любил животных, по крайней мере, он был в этом убежден, но сегодня, держа в руке маленький недовольно мяукащий комок шерсти, убийца готов был изменить свое мнение. Чем-то этот потрепанный жизнью кот, напоминал ему его самого, да и общее у них нашлось довольно-таки быстро. Они подружатся… наверное…

– Отпусти его! – возмущенно воскликнула Леви, в отличии от Редфокса знающая, что Лили не любит подобного и никому не позволит так с собой обращаться.

– Ги-хи. Да ладно тебе, я его не сломаю.

– Мяу!!! – заверещал кот, замахиваясь лапой. В следующее мгновение в щеку Редфокса впились острые когти, оставляющие за собой глубокие кровоточащие царапины.

– Ах, ты ж, тварь!

Гажил отбросил кота в сторону, но Лили было уже не остановить. Мало того, что человек, стоящий перед ним, осмелился взять его за шкирку, прикоснуться без дозволения, так еще виновен в несчастьях Леви. И вот последнего животное не могло простить. Молнией метнувшись к мужчине, кот впился когтями и зубами в его ногу. Он словно пытался вырвать кусок плоти из пытающегося избавиться от него человека, при этом Лили рычал, словно был не котом вовсе, а настоящей пантерой.

– Отвали! – Редфокс взвыл от боли. Все его пытки сбросить животное или просто схватить его были тщетными, а кот все не унимался и начал карабкаться по одежде своей жертве наверх. – Мелкая! Убери свою тварь, пока я не пристрелил его!!!

– Лили, малыш, хватит, – Леви с трудом сдерживала смех, а угрозы киллера не воспринимала всерьез. Всего его мастерства не хватит на то, чтобы навредить проворному коту. – Выплюнь эту гадость! Он не вкусный! Еще не хватало, чтобы ты от него заразился чем-нибудь.

– Мелкая!!! – злобно зарычал мужчина. С тех пор, как эта особа появилась в его жизни, все идет наперекосяк. Гажил даже подумать не мог о том, что однажды на него нападет кот и будет близок к победе. И ведь не пристрелишь его без риска ранить себя… Да и не хочется… Редфокс внезапно осознал, что проникся уважением к этому животному, которое проворно карабкалось по нему наверх, оставляя за собой весьма болезненные царапины.

– Лили, ну пожалуйста, – призрак заглянула в глаза своего друга. – Отпусти. У него дома есть колбаса и она вся твоя!

– Мяу! – победно провозгласил кот, спрыгивая со своей жертвы. Он был доволен собой – одежда наглеца разорвана в клочья, на его теле появились глубокие царапины, Лили даже смог забраться достаточно высоко на этого человека, чтобы выдрать клок волос из шикарной шевелюры мужчины. Это победа! Безоговорочная и полная! И даже приз за это будет получен, ведь всем известно, что нет ничего лучше колбасы.

====== Есть два убежища от жизненных невзгод: музыка и кошки ======

Леви была рада, что Лили теперь не один, что появился кто-то, кто будет кормить это пушистое недоразумение, иногда чесать за ушком и рассказывать ему истории. Теперь девушке было намного спокойней на душе, да и от осознания, что старый друг видит её, становилось легче. Знакомство Редфокса и Лили не прошло гладко, оно вполне могло бы положить начало долгой и ожесточенной вражде, её кот был вполне способен на это, но в то же время эти двое вполне могли подружиться. Тогда не только её кот, но Гажил не будут чувствовать себя одиноким.

А что же она?

Леви не знала, как и зачем ей существовать дальше, но и уйти в мир иной все еще была не способна. Она хотела изменить убийцу, объяснить ему, что нельзя отнимать чужую жизнь – в этом раньше призрак видела смысл своего существования! Но в итоге ей пришлось самой принять непростое решение, до сих пор болью отдающееся в сердце. Девушка размышляла о том, верно ли поступила и с ужасом понимала, что тот жестокий человек, годами измывающийся над женщиной и ребенком, достоин смерти. Это осознание пугало, а собственное решение заставляло усомниться во всем, что она знала, во всем, во что верила раньше.

Как с этим жить?

Призрак смотрела на то, как Гажил с абсолютно серьезным выражением лица объясняет коту правила проживания в его доме, а сам Лили при этом жует колбасу, изредка бросая на нового знакомого снисходительные взгляды – настоящая идиллия, в которой ей нет места. Леви печально улыбнулась, если бы она могла принять решение о том, чтобы уйти, она бы это сделала. Находиться в мире живых теперь стало особенно невыносимо и бессмысленно.

Зачем она осталась? Зачем существует? Если не для того, чтобы изменить Редфокса и спасти его будущих жертв, то для чего? Леви не находила ответа на этот вопрос и от того ей становилось тоскливо и больно. Бессмысленное существование тяготило. Девушка ощущала себя одинокой, никому не нужной, ей было холодно и хотелось плакать, забиться в дальний угол и исчезнуть. Казалось, что вовсе не Гажил убил, а она сама. Но разве это не спасло две жизни?

Вопросы. Вопросы. Сплошные вопросы, на которые не находится ответов. Еще никогда в жизни Леви не было так тошно и мерзко, даже после смерти. Хотела бы она понять, почему все происходит именно так, именно с ними, почему в ней, то пробуждается желание жить, то исчезает.

– Ги-хи, начинаю скучать по твоей глупой болтовне.

– Почему? Что в ней такого?

– Не знаю, – Гажил уселся на диван, Лили моментально пристроился у него на коленях и самозабвенно заурчал. Вокруг царила странная атмосфера умиротворения и печали, тесно переплетенных между собой. Не хотелось ни думать, ни говорить, но избежать этого было невозможно. То, что произошло этой ночью еще сильнее сблизило призрака и человека, чьи судьбы соединились в одну. – С тобой не так уж плохо, особенно, когда ты не зудишь и не умничаешь, не пытаешься делать вид, что знаешь все лучше других. Ты не видела жизни, не понимаешь, что иногда обстоятельства бывают сильнее людей. Наивная. Глупая. Если бы ты подумала, прежде чем писать статью о преступных схемах и тех, кто их использует, то была бы жива. Твоя правда никому не нужна!!! Неужели ты действительно думала, что твоему расследованию дадут ход?

– Редактор напечатал бы статью. Макарова не подкупить и не запугать, именно за это его уважают и ценят, – Леви ощутила, как в душе поднимается волна злости и негодования. Пусть она наивная и глупая, но все было не зря! Не каждый способен бороться за то, во что верит. Она могла и не сожалеет об этом. – После моей статьи полиция не смогла бы закрывать глаза на то, что происходит! Это имело смысл!

– Ты хотела спасти мир, – усмехнулся Редфокс, не зная, восхищаться этим или жалеть глупышку. Мужчина сам не заметил, как начал проникаться симпатией к своей проблеме, как это ни странно, но скрасившей его серую и невзрачную жизнь. Хотел ли он что-то изменить? Наверное, нет, ведь если бы он не убил Леви, это сделал бы кто-то другой и тогда они бы никогда не встретились.

– Да, можешь считать меня дурой, но я верю в то, что это возможно, – призрак печально улыбнулась. Этот разговор помог ей прийти в себя, вспомнить, кто она и для чего жила, во что верила и продолжает верить. То, что ей пришлось пережить и сделать чуть не сломало её, но она все еще оставалась прежней. – Я не могу изменить тебя, но если мир, в котором мы живем, станет другим, у тебя больше не будет повода убивать и ненавидеть всех вокруг.

– Наивная глупышка, – криво оскалился Гажил, машинально поглаживая мурчащего кота. Хорошо, что Леви все та же, хотя её взгляды на мир немного и изменились. Теперь ему не так тошно от того, что он заставил её сделать выбор, чуть не разрушил её душу. Но что им делать дальше? Они же не могут и дальше жить вот так! – Знаешь, есть два убежища от жизненных невзгод: музыка и кошки.

– Ну, кот у тебя теперь есть, – Леви в одно мгновение оказалась около музыкального центра. – Второе сейчас организуем, но не уверена, что нам станет легче.