Текст книги "Когда не ждешь (СИ)"

Автор книги: Marlu

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 7

 Долг супружеский третьим дублем не обошелся, потребовалось еще раз исполнять на «бис». Красноволосый довольно закатывал глазки и радостно подмахивал, постанывая от восторга.

– Вы как хотите, но я больше не могу, – заявил я, скатываясь с Ингебора к вящему недовольству последнего. – Если тебе мало, вон с Энтаном договаривайся!

– Маркус, прости, ты позволишь себя так называть? – вскинулся принц и, дождавшись согласного кивка, продолжил, – ты немного не понимаешь. Ингебор исмарэл, то есть избранный. Таких, как он, с детства воспитывают в специальных закрытых школах, и они не шлюхи и не рабы, как ты, может быть, неверно подумал, а люди с очень тонкой душевной организацией, которая не позволяет им жить самостоятельно. Когда исмарэл выбирает себе того, с кем собирается провести жизнь или значительный ее отрезок, то это удача, небывалое везение, понимаешь? Это престиж, тот, с кем случилось подобное чудо, счастливчик, которому завидуют, – разливался соловьем Энтан.

Я кивал, многое становилось понятным, но вопросы, вопросы оставались.

– Я все понял, меня выбрал ваш избранный, надо проникнуться, но, пардон, пока не могу въехать – он третий супруг или как? – решил идти до конца. В принципе ответа можно было и не ждать, круглые от удивления глаза принца и так дали понять, что вряд ли.

– Он твой спутник, – непонятно пояснил Энтан.

– А поподробнее для бестолковых иномирян? – попросил я.

– Все же просто! Он тебя выбрал, ты о нем заботишься, любишь, а он повышает твой социальный статус.

Гениально! Вот только стесняюсь спросить, а мое мнение кто-нибудь спросил?

– Я тебя выбрал и хочу еще один заход, – капризно произнес красноволосый, вновь изображая из себя то недоразумение, которым он был при первом знакомстве, только вот ошибочка вышла – он хоть и отлично играл, но теперь я ему не верил, правда, озвучивать это пока не собирался.

– Детка, – как можно ласковей и проникновенней сказал я, – такое сокровище, как ты, невозможно не хотеть, но сегодня был трудный день…

Ингебор надулся и выражал всем своим видом вселенскую печаль.

– Я пойду искупаюсь, – поспешно сказал Энтан, вскакивая с кровати и почти бегом скрываясь в ванной комнате при спальне, явно не желая участвовать в разборках.

– Но Марку-ус, ты до-олжен. Если совсем не можешь, я могу побыть сверху, – протянул красноволосый, надувая губки.

– Если так невтерпеж, договаривайся с Энтаном, – насмешливо улыбаясь, ответил я. – А вот сверху, милый, ты не будешь. Вдруг я опять каких-то законов и условностей не знаю?

– И тебе не жаль будет поделиться мной? – я с восхищением наблюдал метаморфозу по превращению несчастнейшего существа в томного соблазнителя.

– Аплодирую стоя, – хмыкнул я, – но не прокатит.

Ингебор сел на кровати, подтянув колени к лицу, в глазах плясали бесенята и плескалось чувство, похожее на восхищение.

– Почему? – спросил он.

Можно было уточнить, что он имеет ввиду, погрязнуть в рассуждениях и объяснениях, в которых не было бы ни слова правды, но унижать такой ерундой равного по силе противника не хотелось, и я ответил честно.

– Потому что сам прекрасно умею манипулировать людьми, узнаю приемы.

Красноволосый запрокинул голову и расхохотался абсолютно искренне.

Энтан настороженно выглянул из-за двери. Не углядев никакого криминала, расслабился и вышел, едва прикрытый полотенцем, поблескивая капельками воды, стекающими по гладкой коже.

– Господин разрешил нам слиться в экстазе, – тоном мальчика-отличника сообщил ему новость Ингебор, скромно опустив глаза.

– Почему? – опешил принц, у которого сегодня ломались все традиционные представления о правильности бытия.

– Мы с тобой супруги, – пояснил я, – брак теперь равный, поэтому считаю, что только справедливо, если исмарэл у нас будет общий. Пользуйся на здоровье! – не мог удержаться от мелкой пакости я и тут же получил чувствительный щипок от красноволосого, типа шутку оценил, но так просто с рук не спущу.

Я демонстративно отвернулся и натянул одеяло по самые уши, хотя это мало чем могло помочь, слишком уж близко были эти двое, а Ингебор явно задался целью донести до меня, неразумного, сколь много я потерял, и поэтому стонал и вскрикивал особенно страстно и усердно. Надо будет ему нашу земную порнушку, что ли, показать, уровень-то надо повышать, совершенствовать навыки, так сказать. Представив, как я все это довожу до сведения парня, и его лицо при этом, чуть не заржал, но вовремя закусил угол подушки – ломать кайф парням было бы жестоко.

«Сливались в экстазе» они не очень долго, я даже огорчился, ведь надеялся отдохнуть подольше, но видать, не судьба. Придется выползать из уютной постели и за каким-то фигом идти общаться со жрецами, которые, как и святоши из нашего мира, любили сунуть во все свои любопытные носы.

Я лежал и лениво размышлял, что надо бы пойти принять душ, но сил просто не было. Усталость и слабость диктовали свои условия; я уже почти принял решение поспать, игнорируя водные процедуры, а жрецов попросить прийти завтра, коли им так приспичило пообщаться, как Энтан вскинулся и затряс меня за плечо.

– Маркус, Маркус, не спи, надо идти.

Вот откуда они выкопали это имя? Ох, чувствую, что прилипнет оно ко мне, не отвяжешься.

– Не-а, – промычал я, отказываясь шевелиться, но одеяло было сдернуто чьей-то бестрепетной рукой, давая доступ прохладному кондиционированному воздуху к моей персоне. – Садисты, – сообщил я довольной собой парочке, но все же попытался хотя бы сесть. – Есть предложение дать вашим жрецам аудиенцию здесь, – пришла в голову гениальная по простоте мысль, заодно они увидят все своими глазами и почувствуют соответственно своими носами, ибо аромат секса, к которому мы уже принюхались, наверняка стоял крепкий.

Слуг в моем доме не водилось, да и до недавнего времени были они без надобности, а вот поди ж ты – ситуация! Как позвать уважаемых жрецов в комнату? Роль гонца согласился сыграть Ингебор, правда истрепав немало нервов и мне, и Энтану: одежды, подходящей ему по положению, в гардеробной не нашлось. Самой статусной оказалась нейлоновая полупрозрачная штора, висящая на окне и выполняющая чисто декоративную функцию.

– Вам должно быть стыдно, что исмарэл вынужден одеваться как последний оборванец, – с этими словами замотанный в бордово-золотистую полупрозрачную ткань Ингебор скрылся из глаз.

– У него должен быть соответствующий гардероб, а то перед людьми стыдно, – задумчиво произнес Энтан, морща лоб и по всей видимости прикидывая будущие траты.

– А по мне – так без разницы, и без одежды ему гораздо лучше, да и кто его здесь увидит-то? – зевая, сказал я.

– Как? – вскинулся принц. – Разве мы не будем жить во дворце?

– Радость моя, не хочется тебя сильно огорчать, но у меня в этом мире бизнес. Его и так будет довольно сложно вести с острова, но все же легче, нежели из другого мира. Поэтому вы с исмарэлом можете жить где угодно, а я остаюсь здесь.

Ответить принц не успел, помешало явление жрецов, которые недовольной толпой ввалились в спальню. Дальнейшая беседа свелась к пространному монологу одного из них, крайне недовольного равноправным союзом. Понимаю. Сочувствую. Обломали вас по полной программе, теперь надобно всю концепцию пересматривать и планы менять.

Когда надоело слушать, сообщил зарвавшимся товарищам, что не их собачье дело, что и как происходит в нашей семье. Пришлось даже повторить для особо непонятливых, но я был терпелив и внятно донес простую по форме и емкую по содержанию мысль до их светлых голов.

Ингебор сидел на ковре, изображая статую, с самым что ни на есть индифферентным выражением лица вплоть до самого момента ухода посетителей. После чего подскочил и, сверкая глазами, почти с восхищением произнес:

– Это было круто! Давно их никто так не прикладывал! Только они же злобу затаят, – грустно закончил он.

– Слушай, я не для того выставлял этих придурков, чтобы другие мне спать мешали. Сегодня был трудный день, иные люди за всю жизнь столько не переживают. Так что, дорогой супруг и дорогой не супруг, можете делать что вам угодно, но я буду спать. И если кто-нибудь разбудит меня раньше, чем я сам проснусь…

Угроза в голосе прозвучала так явно, что парни предпочли ретироваться, не дожидаясь обещанных кар небесных. Я усмехнулся и провалился в сон, последней мыслью перед этим было, что странные они какие-то – ведь на самом деле я им совершенно ничего сделать не могу, даже при сильном желании.

Глава 8

  Сколько проспал, не знаю, только когда открыл глаза, кажется, было уже позднее утро следующего дня, и в спальне, кроме меня, никого не было. Поваляться в постели организм не дал, настойчиво требуя немного подкрепиться, пришлось идти на кухню. В доме было тихо, ничто не напоминало о вчерашних событиях и странных визитерах, быть может, я бы постарался убедить себя, что все было странным сном, но вот четыре перстня, загадочно поблёскивающие четкими гранями драгоценных камней, не давали этого сделать.

– О! Наш долго спящий принц проснулся, – встретил меня на кухне ехидно улыбающийся Ингебор. – А мы уже почти все съели.

Я окинул взглядом стол со остатками трапезы: слово «почти» в данном случае следовало понимать буквально, и еды практически не было. Приглядевшись, понял, что обед или завтрак был явно приготовлен не из земных продуктов и не на моей кухне.

– Налаживаете пищевые связи? – как бы между прочим поинтересовался я, подходя к холодильнику и доставая замороженные сосиски. – Молодцы! Только если в следующий раз про меня забудете, я вам страшно отомщу.

Энтан следил за тем, как я кладу сосиски в микроволновку, выставляю время, и хмурился, не понимая, как воспринимать мои слова: как шутку или как угрозу, да и странные манипуляции его явно заинтересовали.

– Отомстишь? – нахмурил брови Ингебор. – Как?

– Откуда я знаю, как? – мне стало вдруг смешно. – «Мелкую пакость нельзя придумать, она приходит в голову сама при взгляде на ближнего!», – цитата из мультика всплыла в памяти сама собой.

Сосиски подозрительно быстро закончились, несмотря на то, что делиться ими я отказался наотрез. А что? Справедливо же: они сожрали в два лица завтрак на троих, а я с ними еще и последней едой делись? Парни немного подулись, но быстро смирились со своей участью, хотя мысль, что с помощью магии кое-кто оттяпал часть сосисок, не покидала голову, но не пойман – не вор. Надо будет потом разобраться с магией, ибо случаи похищения еды надо пресекать на корню.

– Нам надо решить несколько важных вопросов, – Энтан едва дождался, когда я поем, и нервно заходил по кухне.

– Конечно, – сыто улыбнулся я.

– Во-первых, надо все же переехать во дворец! Как наследный принц я должен участвовать в делах государства и…

– Как наследного принца тебя утопили, – мое замечание не понравилось Энтану. – Это раз.

– А два? – вылез Ингебор с вопросом.

– А два – вы можете работать где угодно, а я никуда переезжать не собираюсь.

– Почему? – спросили они одновременно.

– Потому что контракт подписан, и он предусматривает наше совместное проживание на острове, причем обращаю ваше внимание, что лично мне жить здесь не очень удобно, но это было разумное компромиссное решение. Связь с магом, стабилизация каких-то там потоков, а мой бизнес, между прочим, в Европе! – не знаю, что они поняли из этой речи, но лбы старательно наморщили.

– Я не понимаю, – сознался в конце концов принц.

– Слушай, я в вашей магии не силен. Что будет, если мы будем жить в разных местах? Ты бы вернулся во дворец, я в свой милый домик недалеко от столицы…

– А я? – требовательно вопросил красноволосый.

– Тебе бы лучше во дворец, – сказал я.

– Это все невозможно, потому что магия не даст нам жить врозь. Магический брак – он на то и магический, что предусматривает обмен энергиями не реже одного раза в неделю, а скорее всего, даже чаще, – возразил Энтан. – К тому же Ингебор выбрал тебя.

Так, перспективка вырисовывается веселая: уехать с острова даже на время можно только в сопровождении этой парочки. Представив реакцию общественности на появление в свете настолько колоритных особей, поежился. Надо что-то срочно придумывать, иначе весь мой бизнес накроется медным тазом. Сколько у меня еще от отпуска осталось? Неделя? Вот за семь дней и нужно все решить, а для того, чтобы не ошибиться, нужно собрать как можно больше информации.

– Я хочу посмотреть на ваш мир, – поставил я в известность парней.

– Конечно! – обрадовался Энтан. – Тебе обязательно понравится!

Ингебор лишь загадочно улыбнулся.

Мир Планат не произвел на меня того сногсшибательного впечатления, на которое рассчитывал принц. Средневековье, вот как есть средневековье. Улицы городов узкие, мощеные булыжником, дома малоэтажные, конные повозки, всадники верхом на лошадях… Деревни с хатками, крытыми соломой. Небо неестественного зеленовато-синего цвета, и в воздухе чувствуется легкий запах хлора, красноватое солнце… Нет, все это мне чуждо.

– Ты не смотри, что сейчас запустение, просто пока магии не было, тяжело пришлось, – пояснял принц во время экскурсий.

– А что, без магии и мозги отключаются? – не мог не съязвить я в ответ. – Поля без магии пахать и сеять нельзя? Производить руками что-то тоже нельзя? А если бы магию не удалось вернуть, то все, кранты, вымерли бы как мамонты?

– Мамонты? – оживился скучавший до этого Ингебор, и остаток дня пришлось рассказывать об эволюции животного мира Земли.

Три дня мы мотались по городам и селам, хотя все было ясно еще в первый. Закрытые школы, подобные той, где обучался Ингебор, храмы богини, в которые без надобности никто не заходил.

– А кто такие жрецы, как ими становятся? – поинтересовался я как-то вечером, когда, уставшие после долгой поездки в открытой повозке, мы ужинали на кухне.

– Жрецы? – пожал плечами Энтан. – Они есть, и ими никак не становятся. Это дела божественные, нам, простым смертным недоступные. Я в ванную, кто со мной?

Я отрицательно покачал головой, заметив тень улыбки, скользнувшей по губам Ингебора, кажется, у него было что сказать.

– Ну, колись, ты явно знаешь больше принца.

– Жрецы в прошлом исмарэлы, – выдал красноволосый, наслаждаясь произведенным эффектом.

– Та-ак, – заинтересованно протянул я.

– Ты же никому не скажешь, – интимно прошептал Ингебор.

– Как ты мог подумать такое про меня? – подыграл я в ответ.

– Видишь ли, это общество магов. Магическими силами гордятся, маги – уважаемые люди и могут хорошо зарабатывать. Немаг – человек второго сорта. Нас не так много, но мы как бы почти изгои, поэтому два раза в год жрецы ездят по городам и селениям и с помощью специального артефакта выявляют детей без дара и забирают в школы, где можно получить хорошее образование, научиться разным штукам, – он хитро улыбнулся, – а по окончании школы выбрать покровителя.

– И как вы их выбираете? – разговор тет-а-тет становился все интереснее, пока было непонятно, зачем Ингебору доверять мне такую тайну, хотя, общее тайное знание сближает.

– Тут приходится смотреть на должность, занимаемую при дворе – это полезно в плане изучения подводных политических течений, кого-то может привлечь наличие богатой библиотеки, разные факторы, которые могут помочь в дальнейшей карьере жреца.

– А ты? Почему ты выбрал меня?

– А я со временем хочу стать Главным жрецом, – Ингебор отсалютовал мне полным бокалом шабли.

Нет, ну если подумать, то парень не дурак, ой не дурак! Просчитал ситуацию, сделал выводы, молодец. Уважаю! Я вспомнил тот первый день, когда они только попали в этот мир: красноволосый явно колебался, кого выбрать, принц был отличным вариантом, но что-то склонило чашу весов в мою сторону, причем еще до явления жрецов народу.

– Так почему я? – повторил вопрос, не удовлетворившись ответом.

– Интуиция, – ответил он едва слышно с придыханием, обдавая теплым воздухом мое ухо. – Понравился очень, – интимно продолжал он, прижимаясь ближе.

– Не переигрывай, детка, – дернул его за косу, отстраняясь. – Почему со временем, почему не сейчас? Момент как раз очень подходящий…

Какое удовольствие видеть, как расширяются зрачки в прекрасных вишнево-карих глазах, слышать, как учащается дыхание. Азарт и предвкушение, мы с тобою одной крови!

– Я уже все, – разрушил очарование момента принц, появляясь на кухне, вытирая влажные волосы полотенцем.

Ингебор сморгнул наваждение, отшатываясь, и мгновенно взял себя в руки.

– Маркус, ты же поможешь мне вымыть волосы? – слега капризно, чуть-чуть просяще произнес он.

– Конечно, милый, – в тон отвечаю я.

– Ну! – в ванной передо мной вновь хищник, прижавший к стене и смотрящий прямо в глаза.

– А скажи-ка мне, милый, вашу богиню кто-нибудь видел?

– Нет, – ответ быстрый, взгляд стал еще острее, еще пронзительнее.

– Она как-то проявляла себя хотя бы когда-то? – продолжаю задавать уточняющие вопросы.

– Не-ет, – протянул он, обнажая зубы в опасной улыбке.

– Тогда, милый, ты ее избранник, – почти пропел я и, стряхнув его руки, залез в ванну и включил воду.

– Дразнишь? – обнаженный Ингебор оказался опять рядом и снова прижал меня спиной к кафельной стене.

– Немного, – согласился я, потянувшись за губкой. – Смотри, вас принесли в жертву, но вместо того, чтобы умереть, вы оказались в другом мире и вуаля – вернули магию на родину. Кто, как не ты, любимец богини и проводник ее божественной воли? Кто, как не ты, принесет процветание в ваш занюханный мир…

– А принц? – требовательно спросил Ингебор.

– А что принц? Это же не он хочет быть Главным жрецом, – пожал плечами я.

– Логично, – усмехнулся красноволосый, проводя кончиком языка по моей скуле и касаясь губ, отвлекая, пока скользкий от мыла пальчик пытался проникнуть между половинками.

– Не шали, – предупредил я, не делая попыток отстраниться, но он только хмыкнул. Ну что ж, я предупреждал.

– У-уй! – взвыл Ингебор, держась за пах и опускаясь на колени в ванне, когда моё колено взметнулось вверх и слегка приласкало его промежность.

– Хороший мальчик, – я погладил его по голове и, схватив волосы на затылке в горсть, силой наклонил к своему члену. Прежде чем взять его в рот, будущий Главный жрец поднял на меня глаза, в которых плескалось восхищение пополам с веселым изумлением.

Узурпация власти прошла практически без эксцессов, можно сказать, что никто ничего и не понял. Ингебор мастерски разыграл карты, вовремя доставал козыри и блефовал тоже грамотно, что не могло не вызывать моего восхищения. Энтану мы по понятным причинам ничего не говорили, во-первых, это могло негативно сказаться на судьбах людей-немагов, а во-вторых, он у нас был слишком честный, слишком порядочный, что тоже вызывало восхищение, но и сильное желание его защитить и сохранить душевный покой.

Единственным отличием нового Главного жреца от предыдущего было то, что он не жил постоянно в обители, а возвращался ночевать на остров, мотивируя это волей богини. Спорить никто не решался, наверное, боялись прогневить высшие силы.

Я по привычке подозревал всяческие подлянки со стороны жрецов и, как выяснилось на празднике урожая, оказался прав. Смещенный со своего поста предыдущий Главный жрец выступил с поздравительной речью перед народом.

– Дорогие братья и сестры, я с радостью сообщаю вам, что Великая Богиня сегодня во время всенощного бдения явила свою волю! Дабы не было ни у кого сомнений, что новый Главный жрец, новый проводник ее воли – истинный мой преемник, она повелела ему прийти во храм божий с чистыми помыслами, и тогда явит она некое чудо, великое таинство которое есть!

– И что это было? – поинтересовался я у бледного как мел парня.

– Это был последний день моей жизни, – слабо улыбнулся в ответ. – Но попробовать все равно стоило, я ни о чем не жалею. Спасибо!

– О чем это вы? – подозрительно спросил Энтан.

– Да так, – туманно ответил я, а еще недавно такой уверенный в себе Ингебор вдруг раскололся и стал просить прощения.

– Стоп, – словесный поток мешал сосредоточиться и ухватить за хвост мелькавшую мысль. – А что тебе надо сделать в этом храме ночью?

– Явить чудо, – вздохнул красноволосый под осуждающим взглядом принца.

– Какое? – не отставал я.

– Может быть, мы все же дома поговорим? – резко сказал Энтан. – Я уже замучился щит держать, чтобы никто не слышал твоих откровений!

Признав требование справедливым, мы молча отправились к переходу на остров. Настроение у спутников было паршивое, что явно отражалось на их лицах.

– Так какое чудо надо явить? Давайте придумаем, Энтан же маг, – не утерпел я и стал выяснять подробности, едва мы вошли в дом.

– Любое, – убито ответил Ингебор.

– На меня не рассчитывайте, – предупредил принц, и я уже хотел высказать все, что думаю по этому поводу, но тот продолжил, – в самом храме колдовать нельзя, магия там блокирована, да и не подпустят меня близко, за этим следят наверняка. По территории могут только жрецы перемещаться.

Ну надо же! А я-то думал, нам сейчас лекцию прочтут про то, какие мы нехорошие, а принц молодец, не бросил своих!

– Ага, рассуждая логически… чудо и таинство, – мысль, наконец, сформировалась, и я, посмеиваясь, ее озвучил, – предлагаю вариант с непорочным зачатием, что может быть чудесней! Ингебор выходит из храма и говорит, что богиня благословила его дитем. Ждите чуда через девять месяцев!

– Я, конечно, маг, но даже самому сильному из нас такое неподвластно, – попытался дискредитировать мою гениальную идею Энтан.

– Тебе и не надо, – усмехнулся я, – организуем суррогатную мать.

– У нас магический брак, – напомнил принц, – мы не можем изменять друг другу.

– А нам и не надо, искусственное оплодотворение никто не отменял!

– Это как?

– Медики знают, – отмахнулся я.

– Может сработать, – согласился Энтан, – давай, тащи сюда эту будущую мать. Только вот Ингебору надо будет изображать беременного…

– Изобразит, куда денется, – оскалился я, чувствуя просто нестерпимый зуд от проснувшегося азарта и желания заткнуть за пояс гадских жрецов. – Только сюда надо будет не только мать, но и врачей…

– Не надо врачей, я же маг или где? Будет ей искусственное оплодотворение с помощью магии, кстати, – он хитро улыбнулся, – можно сделать так, что ребенок унаследует частицы всех троих. Тогда ни один жрец, ни один маг не подкопается!

– Слушай, вот чего хочу спросить, – я перестал возбужденно метаться по кухне и остановился напротив Энтана, – а чего это ты так спокойно отнесся к признаниям в обмане и все такое, а?

– Детка, – принц насмешливо улыбнулся, – ты опять забыл, что у нас магический брак, так что я в курсе событий, в курсе! А еще я наследный принц, а значит политик, следовательно, мне выгодно иметь своих людей на ключевых постах, и разумеется, я на все сто за то, чтобы Главным жрецом был Ингебор, с которым мы всегда найдем общий язык, не так ли, милый?

– О боже, – я закрыл лицо руками, – кажется, мы все друг друга стоим!

– Конечно, – согласился принц, – Великая богиня знает, что делает!