Текст книги "Сначала заплати. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Мари Явь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Сначала заплати. Книга 2

Глава 1

– Доброе утро, Пай.

Я ненавижу тебя. Исчезни.

Нейтан пришёл проверить её, потому что на часах было уже больше полудня, но Мариса не выходила из комнаты, хотя и проснулась. Она лежала на кровати в том же виде, в котором он её оставил.

– Тебе плохо? Где болит?

А ты как думаешь?!

Он сел на кровать рядом с ней, но Мариса отвернулась к панорамному окну, не желая ни видеть его, ни разговаривать с ним.

– Я приготовил завтрак. Поешь, и поедем к врачу. Тебе сделают там экстренную контрацепцию, как ты и хотела.

Нейтан думал, что она сразу же воспользуется его щедрость, потому что именно об этом так просила вчера. Но Мариса и на это промолчала. Тогда он раздражённо процедил:

– Не выводи меня. По-твоему, я недостаточно мил с тобой? Будешь и дальше ломаться, я точно добрее не стану.

От угрозы в его голосе ей стало жутко. Теперь она знала, каково это – испытать его злость на себе. И она не хотела повторения.

– Я не ломаюсь, – ответила Мариса. – Я просто передумала,

– Передумала? – судя по интонации, Кисс никак этого не ожидал. – Хочешь забеременеть?

– Да. Вдруг захотелось.

Нейтан обошёл кровать и присел перед Марисой на корточки, проверяя, а не сошла ли она тут с ума, пока его не было.

– Ты что задумала? – недоверчиво прищурился он. – У тебя в голове созрел «гениальный» план, как мне отомстить?

– Может быть. Тебе страшно?

– Нет. Меня это не пугает, мне это льстит. Я даже не надеялся, что ты так быстро всему научишься. Ещё только вчера брезговала в себя принять, а уже сегодня не хочешь отдавать. Но, думаю, тебе пока ещё рановато иметь детей.

– Моя мама родила меня в пятнадцать, – напомнила Мариса.

– Спасибо ей, конечно, за это большое, но ты – не твоя мать.

– Разве? Меня тоже насилует богатый ублюдок, который думает, что ему всё на свете позволено. История повторяется.

Ему не понравился её тон.

– Я тебе заплатил, – напомнил Нейтан. – И ты стоила мне так дорого, Пай, что любой другой «богатый ублюдок» на моём месте не стал бы даже думать о том, что ему можно с тобой делать, а что нельзя.

– Плевать, если бы он делал это в презервативе.

Кисс мрачно глядел на неё исподлобья.

– Контрацепция – твоя зона ответственности, – ответил он в итоге. – Я много что должен контролировать по жизни, а в постели хочу расслабиться. Мне нравится секс, и нравишься ты. Это значит, что трахаться мы будем часто. Не хочешь при этом залететь? Предохраняйся. Ясно? Собирайся и поехали.

Несмотря на желание потрепать ему нервы, Мариса была вынуждена с ним согласиться. Даже если бы Нейтан использовал презерватив, ей бы всё равно захотелось показаться врачу, потому что между ног болело, и это была совершенно новая боль, с которой она раньше не сталкивалась.

Приподнявшись, она натянула одеяло до груди.

– Мне надеть нечего, – вспомнила Мариса. – У тебя есть женская одежда?

– Конечно, нет.

Было бы странно, ответь он иначе. Не хотелось думать, что он так часто портит одежду своих любовниц, что у него для таких случаев имеется запасной гардероб на любой размер.

– Найди, во что мне переодеться, – попросила Мариса, а сама ушла в ванную. На случай, если Нейтана опять переклинит, она закрыла дверь.

Осмотрев себя в зеркало, она поморщилась.

Вот же псих. Сколько следов он оставил?

Здорово было бы смыть их вместе с пеной, но нет, от них так просто не избавиться. Они задержаться там надолго, а когда начнут бледнеть, он просто оставит новые.

Попросить его, чтобы он больше так не делал? А то такое ощущение, что она до сих пор живёт с Роем.

Ты сама на это подписалась.

Да, так и есть. Но всё равно надо с ним обсудить границы дозволенного в сексе и график. Например, два раза в неделю поначалу. Больше она не выдержит.

Раньше надо было думать об этом. Прежде чем деньги брать.

Ладно, плевать, пусть делает, что хочет. Но ей обязательно при этом жить с ним? Она предпочла бы отель или съемную квартиру – свою личную территорию, где она сможет чувствовать себя в безопасности и приходить в себя после таких вот "свиданий" с ним.

Тебя только что вытащили с помойки, а тебе уже отель или квартиру подавай?

Мариса схватилась за голову, пытаясь остановить этот внутренний диалог.

Ей так нравилось считать Нейтана нищим бандитом из гетто, чьё будущее было ещё более беспросветным, чем её собственное. Они были на равных. А теперь их разделяет пропасть – социальная, финансовая и ещё одна – такая, которая возникает, если постоянно лгать.

Зачем ему вообще это понадобилось – притворяться нищим? Это такая игра? Эксперимент? Или он просто сошёл с ума на фоне своего баснословного богатства?

Нейтан был баснословно богат.

Он – младший сын Иэна Ривза, у него есть не совсем законный бизнес в финансовой сфере, а ещё клуб, где он отмывает свои бандитские деньги. Ей доводилось бывать у него в гостях – и там, и там. Довольно странно, что при этом познакомились они в университете, как обычные студенты.

Нейтан вёл двойную жизнь. Зная о её беде, он будто подталкивал её к пропасти, чтобы потом спасти в последний момент. С одной стороны, хорошо, что у него это получилось. А с другой – своё благородство он ставил выше своей вины.

Закрыв её долги, Нейт дал понять, что теперь она должна ему ещё больше. Она обязана ему жизнью.

Во всё это было трудно поверить даже после секса с ним.

Ненавидеть «босса», не зная, кто он такой, было так просто. А вот ненавидеть его, но при этом спать с ним… Это опасно для психики. Мариса не была уверена, что выдержит.

Ты разбил мне сердце, Кисс. И это почти так же больно, как и секс с тобой.

Теперь самое главное, чтобы от этого не было последствий.

Выйдя из душа, Мариса надела бельё, а платье бросила в мусорку. Она бы всё равно его больше не надела, испачканное кровью человека.

Ричард… Он в порядке?

Нет, конечно, его вчера избили до полусмерти.

Имеет ли она право теперь беспокоиться о нём? Не с точки зрения Нейтана (тут всё понятно), а с точки зрения самого детектива Харта. Если вдруг она решит узнать, в какой больнице он лежит, а потом позвонит туда, тревожась о его самочувствии… насколько лицемерным это ему покажется?

В лучшем случае, он её к чёрту пошлёт. Вот насколько.

Выйдя из ванной комнаты, Мариса осторожно пошла по просторному, длинному коридору.

Зачем одному человеку столько площади? Эта квартира была слишком большой, чтобы сразу понять, где находится её хозяин.

Нейтан сидел в гостиной на диване, переписываясь с кем-то по телефону.

Выглядывая из-за угла, Мариса смотрела на него.

– Что ты там делаешь? – Он не сразу её заметил.

– Ничего. – Она предпочитала держаться от него на расстоянии.

– Сюда иди. – Нейт указал на стопку одежды, лежащую рядом. – Надевай. Ничего меньшего размера у меня нет.

– Что это? – Она приблизилась.

– Моя школьная форма.

Серьёзно?

Марисе было интересно на неё посмотреть, но примерять её на себя…

– Ты меня разыгрываешь? – настороженно спросила она.

– Нет.

– Решил посмеяться, точно.

Подняв взгляд от телефона, Кисс заявил:

– Если не нравится, можешь ехать в одних трусах.

Как великодушно. Даже трусы можно оставить?

Мариса взяла в руки жакет бордового цвета, на котором был вышит герб. Знакомый символ очень престижного места. Всяким отщепенцам вроде неё можно было даже не мечтать надеть форму этой школы… даже при таких обстоятельствах.

– Расслабься, я её почти не носил, – сказал Нейтан, когда Мариса замешкала.

– Прогуливал, как всегда?

– Подрался незадолго до выпускного. Эта новая.

Он в своём репертуаре.

– Странно, что ты решил её сохранить. Иногда ты такой сентиментальный, оказывается.

– Её привезли сюда с остальными вещами при переезде, – ответил он, не вдаваясь в подробности.

Отойдя в сторону, Мариса надела рубашку через голову, а потом штаны, утягивая их ремнём на талии. Даже будучи школьником, Нейтан был выше и крупнее неё.

Она подошла к зеркалу, окидывая взглядом свой новый лук. А потом опустила голову, набычившись:

– Меня зовут Нейтан, чё, чё. Ты нарываешься? Подраться хочешь, э?

– Я не разговариваю так, – возразил Кисс, наблюдая за ней.

Мариса закатала рукава и штанины и стала выглядеть ещё более нелепо.

– Могу представить, каким ужасным подростком ты был, – проговорила она. – С детства богат, окружён друзьями-подлизами и учителями, которые боятся твоего отца.

– Думаешь, если бы я жил в нищете и переезжал с места на место каждые полгода, как ты, я бы вырос хорошим мальчиком? – спросил он, не нуждаясь в ответе. – Подойди. Тут ещё галстук есть.

– А это обязательно?

– Просто хочу посмотреть.

Значит, обязательно. Его «просто хочу» возводилось в ранг приказов с некоторых пор.

Приблизившись, Мариса забрала бордовый галстук из его рук. Подняв воротничок рубашки, она обернула шею лентой и завязала её бантом.

– Его не так носят, – подсказал Нейтан, хотя она и так знала.

– Мне не идёт? – уточнила Мариса, и он поднялся с дивана, чтобы ей помочь.

Развязав бант, он сделал по-своему, поэтому в итоге галстук стал похож на собачий поводок. Выпустив из петли воротничок рубашки, он затянул «ошейник» потуже на её обнажённом горле.

Так его не носят тоже!

– Вот теперь тебе идёт, – ответил Кисс.

Притянув к себе за галстук, он наклонился и поцеловал её так страстно, будто она дала повод. Опять завёлся на ровном месте.

– У тебя что, на твою школьную форму встал? – не могла понять Мариса, отворачиваясь.

Ей казалось, что это самый НЕэротичный наряд на свете. Но, очевидно, у Нейтана своеобразные предпочтения в сексе. То, что он выбрал именно её для их удовлетворения, это лишний раз доказывает.

– Внизу сильно болит? – хрипло спросил он.

– Очень.

– Я посмотрю?

– Не раньше, чем это сделает гинеколог.

Он мог оспорить приоритетность… но не стал.

– Поехали, – решил Кисс, отстраняясь. – Позавтракаешь в машине.

Глава 2

Они ехали в напряжённой тишине. Пока дорога оставалась свободной, это ещё было терпимо. Но как только столичный трафик проявлял себя во всей красе, атмосфера в салоне стала откровенно неуютной. Колючей.

Стоя в пробке, Нейтан курил и нетерпеливо барабанил пальцами по рулю. Самое подходящее время для серьёзного разговора.

Или нет.

– У моей мамы предварительное слушанье через неделю, – сообщила Мариса. – Хорошо, если на нём судья назначит залог. Но для этого нужно, чтобы адвокат подал ходатайство, а у Виктории нет адвоката.

– Окей. Дам ей двух.

Его щедрость была условной.

– Нужен один, но лучший. Твой, – попросила она, на что Нейтан натянуто улыбнулся.

– Меня в суде защищает Лео. И мы сейчас с ним в состоянии войны. Знаешь, почему?

– Ты опять его избил, – догадалась Мариса, вспоминая лицо его брата.

– Да, но что гораздо хуже – я не сдержал слово, которое дал ему.

– Что за слово?

– Не трогать Роя. Я отдал его Лео, чтобы он помогал тому с... Неважно. Долго объяснять, – бросил Нейт, не желая вдаваться в подробности.

– Если в чём ты и виноват, Кисс, то только в том, что и его не грохнул.

Он посмотрел на неё, впечатлённый её кровожадностью.

– Всё к этому и шло, – признался Нейтан. – Я хотел, чтобы он закинулся наркотой. Тогда получилось бы обставить всё, как пьяную ссору и суицид после. Но пришла твоя мать и всё к херам испортила своей истерикой.

– Истерикой? – переспросила Мариса.

– Она начала меня подначивать и торопить. В тот момент это было бы больше её местью, чем моей. Так что у меня всякое желание отпало.

– Одно желание отпало, а другое появилось. Поэтому она теперь сидит в тюрьме вместо него?

Нейтан утомлённо вздохнул, туша сигарету.

– Она сидит в тюрьме, потому что согласилась в ней сидеть. И с Роем она жила, потому что согласилась с ним жить. Обвиняя других в её несчастьях, ты забываешь, что это – её выбор. Может, хватит уже её так опекать?

– Я опекаю её, потому что она не справится одна. Не в её состоянии. Она на втором месяце беременности, чтоб ты знал, – сообщила Мариса, обозначая главную причину своего волнения. – Она не может оставаться в изоляторе дольше. Там нет условий для женщины в её положении.

Но Нейтан был абсолютно безжалостен.

– Теперь это решает суд, а не я.

– До суда ей нужно найти адвоката.

– Я посоветуюсь с Лео…

– Сам Лео, – выбрала Мариса, и Кисс устало потёр висок.

– Я же сказал. Он не будет защищать её.

– Почему? Для его репутации это лучше, чем защищать Роя, – рассудила она, добавляя шёпотом: – И для его лица – тоже.

Нейт усмехнулся.

– Мне очень нравится твой подход, Пай, но угрозы на нём не сработают. Вообще, зачем тебе именно Лео? Хочешь отомстить ему?

– Нет. Просто это личное. Это касается и твоей семьи тоже. Ты хочешь, чтобы в это дело лез кто-то посторонний? Чтобы мама рассказала постороннему, как всё было на самом деле?

– Не важно, чего хочу я. Ты не слышишь? Лео не станет помогать ей из принципа.

– Ты – его брат, просто попроси его по-братски.

Это была запредельная наглость, и Нейтан не стерпел.

– Я – его брат, но вы ему – никто, – отрезал он. – Лео – юрист нашей семьи и защищает только тех, кто в этой семье состоит.

Мариса замолчала и отвернулась к окну.

Хреново, что Рой значит для его семьи больше, чем она, но с этим было бессмысленно спорить.

Пустое место.

Она никогда не займёт статус выше девушки для постельных утех. Не то чтобы Мариса претендовала… просто факт: их отношения были обречены с самого начала.

– Вылезай, – распорядился Нейтан, когда припарковался, но Мариса помедлила, глядя на комплекс зданий, выполненных в лучших традициях хай-тек архитектуры.

Даже для столицы это был очень яркий, амбициозный проект. Один раз увидишь такую городскую достопримечательность, запомнишь её навсегда.

– Это место… Я уже была здесь.

– Я привозил тебя сюда, когда тебя наркотой накачали, – подсказал Кисс, открывая для неё дверь.

Это была одна из частных клиник его отца.

Зайдя в здание следом за Нейтаном, Мариса помедлила в фойе, чтобы осмотреться. Этот простор, обилие света, растения в дизайнерских горшках и абстрактные картины…

Точно, она уже была здесь. Не как клиентка: её страховка не покрыла бы визит сюда. И не как курьер: здесь не жаловали фаст-фуд. А как волонтёр, когда зарабатывала бонусные баллы для поступления в Глорию.

Она приходила сюда вовремя благотворительной акции, посвящённой детям, которые нуждались в срочной трансплантации. В тот раз она была так очарована мужественностью пациентов и профессионализмом врачей, что не особо задумывалась над тем, откуда эти самые органы берутся.

«Посмертное» донорство, ну да.

Мариса подошла к стойке регистрации, возле которой остановился Нейтан. Он болтал с медсестрой, которая заполняла её карту.

– Вашу руку тоже стоит осмотреть, – заметила вежливо женщина, обращаясь к нему. – Не помешает сделать рентген.

– Всё в порядке. – Нейт потёр разбитый во вчерашней драке кулак. – У меня крепкие кости.

Заметив прозрачную вазу с забавными пластырями на краю стойки, Мариса подошла и вытащила один. Тот самый. С сердечками.

Как сентиментально…

– Держи, – Кисс подошёл и протянул ей медицинскую карту. – Тебе на пятый этаж. Там тебя обследуют и сделают кое-какие анализы. Больно быть не должно. Лифтовый холл вон там. Я возьму кофе и тоже поднимусь. Ты будешь?

– Нет. – Взяв карту, Мариса осталась стоять на месте в нерешительности.

– Тебя проводить? – не понял Нейтан.

– Не надо… Лучше сам сходи на рентген. Рука, правда, выглядит плохо.

Он поднял правую руку, предлагая ей самой заняться его лечением, раз уж её это так заботит и раз уж она взяла пластырь. В прошлый раз его оскорбил этот детский сад, а сейчас он сам напрашивался, чтобы его бо-бо полечили.

Ну ладно.

Отклеив цветную липкую ленту, Мариса взяла его за руку и закольцевала её вокруг безымянного пальца, закрывая вытатуированную в готическом стиле «I».

– Выходи за меня, – произнесла она, поднимая взгляд.

Нейт моргнул.

– Чё?

– Я делаю тебе предложение, – пояснила Мариса, продолжая его шокировать.

– Шутить со мной вздумала? – прищурился он, оскорблённый этим розыгрышем. Вот только это был не розыгрыш.

– Нет, я серьёзно.

– Ты делаешь предложение мне? Здесь? «Серьёзно»?

Это была худшая помолвка всех времён и народов.

– Если ты назначишь мне аудиенцию с твоим отцом, я попрошу у него твою руку и сердце официально, – предложила Мариса, не то чтобы горя желанием.

Оглядевшись, Кисс наклонился к ней.

– Та наркота, которую тебе дали неделю назад, до сих пор действует? То ты хочешь забеременеть, то теперь жениться…

– Ты сам сказал, что Лео будет защищать только членов вашей семьи. Что ещё мне делать? Давай породнимся. После такого он не станет помогать Рою в ущерб моей матери.

Сообразив, к чему она клонит, Нейтан уточнил:

– Получается, делая мне предложение, ты больше хочешь Лео, чем меня?

– Слушай, давай без этого. Я просто предлагаю тебе договор. Я подпишу брачный контракт, чтобы не претендовать на твоё имущество. Я вообще ни на что претендовать не буду. А когда всё образуется, разведёмся.

Нейтан недовольно сузил глаза, выдавая:

– Я не дам тебе развод!

Почему-то гипотетическое расторжение брака возмущало его сильнее, чем сам гипотетический брак.

Глава 3

– Двойной эспрессо. Сэр?

Нейтан поднял тяжелый взгляд на бариста.

Он вообще-то никогда не пил, но сейчас не отказался бы от чего-нибудь покрепче кофе.

Всем шампанского! Мне сделали предложение. Я – невеста.

Мариса оспорила его первенство в таком сугубо мужском деле, и теперь они будто поменялись ролями. Хотя вообще-то это он лишил её девственности. Делать предложение после такого – его ответственность и прерогатива.

Сбавь обороты, Пай. Я не успеваю за тобой.

Сказав "да", Нейтан всё равно не понял, понравилось ему это или нет.

В смысле… он был рад любым шагам Марисы ему навстречу – продавала она себя в сексуальное рабство или предлагала присвоить её на более законных основаниях. Рано или поздно у него и самого возникла бы такая мысль. Потому что он собирался дойти в своей одержимости до конца.

Но с другой стороны, Нейт понимал, что это предложение никакого отношения к нему лично не имеет. Марисе нужны были его привилегии, связи и новый статус, чтобы сохранять достоинство, пока он будет её использовать. Раз уж он обещал ей защиту и помощь, то начать стоило с её репутации. Грязных слухов, в любом случае, не избежать, но эти слухи не должны перерасти в новую травлю.

Кинув двадцатку перед собой, Нейт взял бумажный стакан.

– Сдачи не надо.

Выйдя из кафетерия, он направился через фойе к лифтам. Он зашёл в большую кабину последним из ожидавших и нажал кнопку нужного этажа. Отстранив руку от панели, Нейтан расправил пятерню и медленно поднёс её к лицу, разглядывая детский пластырь на безымянном пальце пристальнее, чем он того заслуживал.

Кто бы мог подумать, что он будет рад получить обручальное кольцо, сделанное из какого-то мусора. Все эти сердечки – такая прелесть. Даже немного жаль, что эта милая херня смотрится на его разбитом кулаке так нелепо. Хотя драгоценности там смотрелись бы не лучше. Он слишком часто ввязывался в драки, чтобы носить ювелирку всерьёз и на постоянной основе. Синяки и порезы – самые походящие «украшения» для него теперь, когда о них есть кому позаботиться.

Чувствуя, что проигрывает Марисе в каком-то соревновании, Нейтан достал смартфон и набрал своему секретарю.

– Свяжись с менеджером Ван Клиф, – попросил он, выходя из лифта. – Узнай, что они могут предложить из бриллиантов для помолвочного кольца.

Мужчина на линии немного подвис.

– Вы собираетесь сделать предложение?

– Не тупи.

– Э… ладно. – Секретарь так и не понял, поздравлять его уже или пока ещё рано, но уточнять не стал. – Будут ещё какие-нибудь поручения?

– Пришли машину к клинике через час.

Завершив разговор, он проверил время на экране и устало потёр лицо.

Что теперь? Звонить Лео? Или сразу отцу?

Кольцо с бриллиантом – отличная причина выйти за него замуж сама по себе, но условия их с Марисой брачной сделки были совсем другими.

Свобода Виктории Мелони. Этой назойливой, истеричной, жадной дамочки, которая раздражала его ещё до того, как они лично познакомились. И как ему просить Лео защищать её в суде, если Нейт сам этого не хотел? Она должна отсидеть по полой программе, может, это её научит быть благодарной и уважать авторитеты.

Если Виктория отделается условным сроком, её высокомерие взлетит до небес. Она почувствует себя неприкосновенной. Вседозволенность и деньги распустят её донельзя. Она начнёт выкручивать ему яйца, используя свою дочь. Или ещё хуже – подбивать её на предательство.

Этот ублюдок обижает тебя? Я тебя отлично понимаю, со мной было так же. Просто сбеги от него. Думаю, ты можешь его даже убить, только надо сначала забеременеть. Ну, ты понимаешь, о чём я…

Нейт задумчиво провёл ладонью по голове, приминая непривычную колючесть.

Решив что-то для себя, он снова залез в телефон. Он сделал неофициальный звонок в изолятор через одного из подмазанных надзирателей. Тот отнёс свой сотовый Виктории, которая сидела в одиночке, не зная, чем заняться.

– Алло? – испуганно раздалось в динамике.

Она уже догадалась, кто мог звонить ей по телефону охранника, поэтому приготовилась бояться заранее.

– Ого, вот это у вас там акустика. – Нейт прислушался. – Вы реально в карцере? Сколько вы там уже?

– Я… я не знаю…

– Охранник сказал, что вы избили сокамерницу. Прекращайте создавать всем вокруг проблемы, серьёзно.

Виктория огрызнулась:

– Она сама напросилась! Она воровала мою еду! А я – будущая мать! Тут и так кормят ужасно!

– Ужасно? Это даже забавно.

– Забавно?! – сорвалась она слабонервно.

– Буквально неделю назад вы сидели напротив меня в шикарном ресторане. Я снизошёл до вас и ваших проблем уже тогда, но вы вели себя так заносчиво, не думая ни о себе, ни о своём будущем ребёнке. А теперь вы дерётесь с какой-то сукой за объедки. Это реально умора.

– Так ты поэтому звонишь? – прошипела Виктория. – Добить лежачего? Захотелось позлорадствовать?

– Нет, я такой хернёй не занимаюсь.

– Тогда что тебе надо? Это из-за Марисы? Что ты с ней сделал?!

– Ничего, – ответил он, упуская некоторые подробности.

– Ты врёшь! Стал бы ты звонить из-за ничего!

– Вот это да. Оказывается, даже вы иногда переживаете о дочери. – Нейт вздохнул, мечтая закурить. – Не знаю, может, вы не такая уж и плохая мать, но я уже так устал слышать про вас. «Мама», «мама»… Она чирикает, как потерявшийся птенчик. Но я всё понимаю, Мариса в отчаянии. Сколько бы я ей ни давал, она всё равно чувствует себя обделённой, и поэтому вытворяет чёрте что мне назло. Откажи я ей в главном, она ведь зайдёт ещё дальше. А я не знаю, куда можно зайти дальше, чем продавать себя мне.

– Что?.. – ахнула женщина.

– Слушайте сюда. Очень внимательно, – попросил Нейт. – Через неделю на предварительном слушании вас будет защищать адвокат, у которого ставка за час – полторы тонны. Делайте всё, что он говорит беспрекословно: этот мужик и так убить вас хочет, не давайте ему лишнего повода.

– Ч-что… – повторила она шёпотом.

– Я сказал, что вытащу вас. Но не для того, чтобы освободить. А чтобы посадить в новую тюрьму, – пояснил Нейтан тихо, но абсолютно серьёзно. – Я не спасаю вас, а беру в заложники. Вы для меня – рычаг давления на Марису, мой козырь. Если она или вы выкинете какую-нибудь подозрительную херню… я не посмотрю на то, что вы ребёнка носите. Дошло? – Его слова были встречены шокированным молчанием. – Всё это время вы были под защитой копов, мисс Мелони, и даже не поняли этого. Помиритесь со своей сокамерницей. Поверьте, вы будете по ней скучать.

Договорив, Нейт сбросил и задумался.

Он не перегнул палку?

Нет, ведь самого главного он ей не сказал.

Я женюсь на вашей дочери. Вы рады?