Текст книги "Посмотрим, кто кого… (СИ)"
Автор книги: Мари Стефани
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
ГЛАВА 16
Через час я сидела на веранде с бутылкой любимого папиного вина и смотрела, как вечернее солнце прячется за кроны деревьев, заставляя, их отбрасывать причудливые тени.
Мои мысли были далеко от этого уютного, теплого, умиротворенного вечера. Я пыталась осмыслить, как так случилось, что ещё недавно моя счастливая и беззаботная жизнь дала трещину и распалась на части. Как раньше уютный дом, где всегда была теплая, дружелюбная обстановка, превратился в безмолвные покинутые каменные стены.
Остовом нашей семьи был папа, при нем мы были единым целым. Но вот его не стало, и остов надломился. Надломилась наша целостность. У Васи любовь, ее приоритеты совершили поворот на сто восемьдесят градусов и ей фиолетово на проблемы, свалившиеся на наши головы. А я борюсь и изо всех сил, пытаюсь освободиться от навязанной няньки по имени Люцик, непонятным образом ворвавшейся в наш мир. Сколько бы сестра не говорила, что он появился в нашей жизни, чтобы помочь, я не верю. И уж точно не дам контролировать меня. Не в моем характере позволять кому-то распоряжаться моей жизнью.
Повертев в руке ножку бокала с рубиновой жидкостью, я чокнулась с бокалом, стоящим на столе. Не люблю пить в одиночестве, это признак маргилизма, поэтому всегда наполняю второй для невидимого компаньона.
После поднесла бокал к губам и пригубила терпкий напиток, наслаждаясь его вкусом и ароматом.
Где-то в отдалении хлопнула входная дверь, и раздался перестук каблучков. Окончательно разрушая идиллию моего одиночества, прозвучало:
– Паулина!
Не желая вступать в утомительные объяснения с сестрой, я промолчала. Вдруг решит, что меня нет, и побежит обратно к Огневу.
Послышались шаги на лестнице. Ага, Вася легко не сдается, отправилась искать меня в моей комнате. Пять минут блаженной тишины и быстрые, сбегающие шаги на лестнице, краткий миг и сестрица появляется на веранде.
– Вот ты где! Если бы не машина во дворе, решила бы, что ты ещё не вернулась.
Да, машина была моей ошибкой. Надо было поставить ее в гараж, хотя бы.
Игнорируя сестру, провожаю взглядом раскаленный диск солнца.
– Поль, ну, прости меня! – не выдержав моего молчания, извиняется сестра.
– Я, правда, настолько ужасна, что мне нельзя представить своего парня? – задаю мучивший меня все это время вопрос.
– Полечка, нет, конечно! Ты самая лучшая сестра в мире, и я тебя очень сильно люблю! Просто это же Огнев, которого ты недолюбливаешь! А он мне очень нравится. Да что там, я с первого взгляда запала на него. А тебе боялась признаться.
– Вася, я сколько угодно могу с ним препираться. Антон может меня бесить, а я желать его придушить, но это не значит, что он мне не нравится, как человек. Возможно, я бы и поворчала, что этот негодяй за моей спиной вскружил голову сестре. Но все это было бы несерьезно, потому что Огнев тот человек, на которого можно положиться. И зная с кем ты, я бы была спокойна и рада за тебя, – грустно произнесла я.
– Я не знала! – ответила Вася. – Я думала, ты будешь против наших отношений. Что запретишь нам встречаться. А мне Антон очень нравится, и я бы хотела, чтобы вы подружились.
Задумалась. Огнев – парень моей сестры, а значит, для меня, как мужчина существовать перестал, следовательно, и привлекать его внимание к своей персоне мне больше не требуется. Ну а он, когда поймет, что первая стерва универа, потеряла к нему интерес, тоже перестанет воспринимать меня в штыки, наверное.
– Не сразу, но думаю это, возможно, – уклончиво ответила сестре.
– Правда? – спросила Вася. – А может, нам всем вместе поужинать как-нибудь?
Похоже, сестрёнка решила время даром не терять и сразу налаживать отношения между, вероятно, будущими родственниками.
– Отличная идея, – с жизнерадостной, как мне казалось, улыбкой, поддержала я.
– Антон тоже будет рад с тобой примириться! – воскликнула Василина.
«Дай-то бог!» – подумала про себя я.
ГЛАВА 17
Несколько дней спустя
Я сидела в каршеринговом авто рядом с бизнес-центром и ожидала, когда одна не в меру трудолюбивая эмигрантка его покинет. Вот уже второй день я следила за уборщицей, имевший допуск на верхний этаж. Время моей практики в фирме заканчивалось, и перспектива попасть в кабинет Люцика таяла с каждым днём. Поэтому мне ничего не оставалось, как разыграть карту с уборщицей. Именно поэтому вот уже второй день я в арендованном авто слежу за Мадиной. Вчера после работы мне удалось узнать место обитания девушки, и сегодня, отпросившись с работы, я катаюсь за уборщицей по всему городу. Оказалось, «Мирстрой» не единственная ее работа. Мадина убиралась ещё в двух офисах, правда, поменьше, чем у Люцика. И вот время было обеденное, а девушка до сих пор не добралась до «Мирстроя». Хотя на прошлой неделе, когда я умудрилась впечататься в могучую грудь Люцика, она с утра была на работе. Проследив за девушкой вчера и сегодня, я поняла, что график ее перемещения хаотичен, поэтому никак не могла придумать, как воспользоваться ее пропуском. С вопросом, как его раздобыть, уже определилась. Скатится Загорская до банального грабежа, главное, никому не рассказывать. А мозг тут же подкинул картинку, на которой я в белом брючном костюмчике в продольную полоску от Армани, да за решеточкой. Даже передернуло от такого видения, и я поспешила его отогнать.
На преступление решилась, а вот как сделать так, чтобы Мадина не пришла в этот день в «Мирстрой», идей не было.
Ожидая, когда объект наблюдения покинет очередной офис, мои мысли переключились на вчерашний обед.
Василина, решив, примирить нас с Антоном, не стала с этим затягивать. Поэтому вчера я в кои-то веки ужинала не одна, а в компании влюбленной парочки. Не знаю, нужно ли говорить, но это был полный провал. Нет, поначалу все было вполне цивилизованно. Я с улыбкой встретила бывшего врага, как дорогого родственника, мило улыбалась и каждый раз, когда на языке вертелась очередная колкость, прикусывала его. Огнев тоже вел себя воспитанно, не отпускал ехидных замечаний и вообще был корректен по отношению ко мне. Парочка поведала, когда они успели сблизиться. Оказалось, моя идея фиктивного брака, стала знаковой для сестры. Антон ей тогда сразу понравился, поэтому она и была такой пришибленный, но я, занятая проблемой с Люциком, не обратила на это внимание. Огнев, как оказалось, тоже сразу запал на сестрицу, вот только в отличие от нее, очень хорошо это скрывал. Именно поэтому они с Соболевым на следующий день завались к нам на ужин под предлогом помочь с наследством. На самом же деле Огнев пришел в стан врага ради Васьки. Запала ему сестрица в сердце, и Антон пытался понять, как сильно она похожа на меня.
И вот старалась же не задевать парня, но с языка само слетело:
«Посади свинью за стол, она и ноги на стол!» А в нашем случае пустили отужинать, а он девице голову вскружил.
Антон тоже не сдержался, ответил в своей излюбленной издевательской манере. На меня с моим характером, сколько боровов за стол ни приглашай, ни один не позарится, так и умру в старых стервах, точнее, в девах. И вот прикусить бы мне вовремя язык, так нет характер и впрямь гадкий. В общем, психанула и заявила, что он корчил из себя человека, который стремится всего добиться сам, а в результате через Ваську из нищеты в люди выбиться решил!
Огнев, побелевший от ненависти ко мне, и едва сдерживающий себя, чтобы не придушить одну стерву, покинул наш дом, громко хлопнув дверью. Даже с Василиной не попрощался. Вася в слезах, я крайняя, и сестра со мной не разговаривает. Согласна, переборщила, но не я одна виновата. Огнев, вон тоже много чего наговорил, а мог бы и промолчать, он все же мужчина. А мне теперь извиняться еще.
Мой тяжкий вздох прервало появление в дверях здания Мадины. Я завела мотор и приготовилась следовать за девушкой, быстро шагающей на автобусную остановку. Как я и предполагала, она села на автобус, следующий в центр, туда, где находился офис Люцика. А через полчаса я наблюдала, как она направляется к входу в бизнес-центр. Но вот чего я никак не могла предположить, так это, что девушка, проходя мимо моей припаркованной на обочине машины, резко откроет пассажирскую дверь и завалиться ко мне в салон.
– Ты за мной следишь! – обвинительно заявила Мадина. – Зачем?
Я же от неожиданности потеряла дар речи.
«Мата Хари, мать вашу!» – пронеслось в голове. – «Меня вычислила какая-то гастарбайтерша! А если бы она всех своих соотечественников позвала, разобраться с несостоявшейся шпионкой?»
– Ааа… с чего ты решила, что я за тобой слежу? – наконец, проблеяла я.
– Я твою машину со вчерашнего дня вижу уже несколько раз. Наверняка знала бы, что ты следишь за мной, так хоть на автобусе сэкономила! – заявила наглая девица.
– А если бы за рулём был маньяк, а ты так смело, без своих, запрыгнула ко мне в машину? – не смогла не поинтересоваться я.
– Так, не только ты за мной следила! – улыбнулась Мадина. – Заметив, часто встречающуюся машину, я тоже незаметно стала за ней наблюдать и видела, как ты выходила, чтобы купить себе кофе. Поэтому была в курсе, что преследует меня не маньяк, а богатая сучка!
У меня даже челюсть отпала после ее слов.
– Ты бы выражения-то подбирала! – возмутилась я.
– А то что? Ты глупая, избалованная сучка, которая не только следить не умеет, но и при необходимости за себя постоять не сможет!
И ведь права, зараза! Если сойдёмся в рукопашной, коренастая Мадина, ловко орудовавшая шваброй, в два счета меня скрутит. Но так легко я сдаваться была не намерена.
– Зато посадить тебя смогу, если тронешь!
– Пока, что ты нарушаешь закон, преследуя меня! – заявила нахалка. – Говори, чего тебе надо, и я пошла! Мне ещё на работу идти!
И вот интуиция вопит не связываться с ушлой девкой, сказать, что ошиблась, и выгнать из машины, очень уж она шустрая для приезжей. Но желание порыться в кабинете Люцика, заставляет рискнуть.
И пока не передумала, я выпалила:
– Мне нужен пропуск в кабинет Мирного, – ответила я.
– Вот удивила! – вытаращилась на меня девица. – И зачем? А постой, сама догадаюсь, ты втрескалась в знойного красавчика и хочешь проникнуть к нему для какой-нибудь пикантной выходки, в результате, которой он будет вынужден на тебе жениться!
– С ума сошла! За каким лешим он мне сдался? Мирны, кроме того, что старый, так ещё и не в моем вкусе! – опровергла я ее предположение.
– Такой красавчик и не в твоём вкусе? Ни в жизнь не поверю!
– Это твои проблемы! – огрызнулась я.
– Ладно, допустим, что ты не собралась его охомутать, тогда для чего тебе нужно попасть в его кабинет?
– А может я шпионка из конкурирующей фирмы, – выпалила я и только потом сообразила, что ляпнула. Вот и Мадина закатилась в приступе истерического смеха.
– Ты шпионка! Шпионка, которая даже не может проникнуть в кабинет объекта слежки и просит о помощи уборщицу, вычислившую ее! Ну повеселила! – вытирая слезы с глаз, простонала девушка, борясь с судорожными конвульсиями смеха.
– Мне необходимо кое-что найти, – прошептала я, когда Мадина, отсмеявшись, вопросительно уставилась на меня. – Это личное, задета семейная честь.
Мадина пристально смотрела на меня с минуту или две, а затем произнесла:
– Мне нужны деньги!
Это и дураку было понятно, ведь не от любви к труду она пахала на трёх работах.
– Сколько? – не стала разводить демагогию я.
– Двести тысяч и пропуск у тебя в кармане. И сегодня я не выхожу на смену, – также прямо ответила девушка.
– По рукам! Сейчас выпишу чек, – полезла я в сумочку.
– Никаких чеков! Только наличные, – остановила меня девушка. Но я уже и сама вспомнила, что с некоторых пор мои расходы контролирует тип, в чей кабинет я собралась проникнуть. Кроме того, не стоило светить перед подругой по преступному сговору своим именем.
– Хорошо, встречаемся в центре у фонтана через час, я привезу деньги, – поразмыслив, сказала я.
– Я буду, даже не сомневайся.
Через час, как и было условлено, я передала девушке деньги из личных запасов, а она мне пропуск в святая святых Люцика.
– Да, это… я, – выходя из машины, произнесла Мадина. – Если тебя поймают, я скажу, что пропуск ты украла.
У меня даже челюсть отвалилась после ее заявления.
– Купила! За двести тысяч! – ответила я.
– В этом я не могу сознаться, иначе мне больше не найти хорошей работы в городе. А доказательств у тебя нет, – криво усмехнулась девушка и пошла прочь, оставить меня переваривать наглость некоторых.
ГЛАВА 18
От Мадины я узнала, что график ее работы в «Мирстрой» плавающий. Она может приходить в любое время, главное, чтобы все было убрано.
Торопиться на дело не стала. Решила дождаться, когда рабочий день закончится и офисный планктон покинет контору. Чем меньше человек меня увидит, тем лучше. Пока же отправилась в магазин спецодежды, не буду же я в самом деле надевать одежду гастарбайтерши.
В ближайшем супермаркете приобрела необходимые шмотки, парик и очки.
Около семи, оставив машину на стоянке, я спешила к служебному входу. На мне красовались парик с черными волосами, которые я собрала в гульку на затылке, и очки на пол лица. Ничто в моей внешности не указывало ни на Паулину Загорскую, ни на переводчицу Полину.
Без приключений добравшись до служебного помещения, где хранился инвентарь, надела спецовку поверх своей одежды, выкатила уборочную тележку и направилась к заветному лифту.
В холле в этот час было не многолюдно. Да и те, кто встретился мне на пути, спешили покинуть здание. Их поджидал вечер намного приятнее, чем задерживаться на работе и рассматривать уборщицу.
Держась как можно дальше от охраны, я направилась к стеклянному лифту. Достала из кармана пропуск, переданный Мадиной, и когда трясущимися от напряжения и страха пальцами уже собиралась приложить его к светящемуся табло, меня остановила чужая рука, по-хозяйски опустившаяся на плечо.
– Ты кто такая? – раздался над головой мужской голос.
Медленно обернувшись, я уткнулась в грудь настоящего великана. Судя по спецодежде, это был охранник.
Сглотнув, образовавшийся от страха в горле комок, я сипло прохрипела:
– Уборщица.
– Я знаю Мадину, ты на нее мало чем похожа! – пробасил мужчина, на которого я даже взгляд боялась поднять.
– Она заболела и попросила меня выйти вместо нее. Мадина очень дорожит своим местом, поэтому слёзно молила выручить, – вдохновенно врала я, молясь, чтобы охранник не пошел звонить наглой девице, которая заявит, что я украла у нее пропуск.
С минуту мужчина буравил меня взглядом, затем произнес:
– Соотечественница ее? Вы друг друга всегда стараетесь выручить.
А я выпала в осадок, минуту назад он заявлял, что я мало чем похожа на Мадину, и тут вдруг признал во мне соотечественницу девушки. Нет, я, конечно, нацепила темный парик, ещё и очки на лицо надела, но вот на уроженку Ташкента тяну мало. Как бы то ни было, я подтвердила умозаключение охранника, кивнув.
– Ну ступай, пропуск, я так понимаю, у тебя есть?
Вновь утвердительно кивнула.
– Ну и отлично, – вместо меня нажал на кнопку вызова он. – Тебя как зовут-то?
– Ааа, Гуля, – ляпнула первое, пришедшее в голову.
– Необычное имя Ааагуля, – хмыкнул мужчина.
В этот момент двери лифта распахнулись, и я поспешила вкатить в кабину свою тележку и скрыться от любопытного охранника. Спешно приложила пропуск к специальному табло, мысленно подгоняя двери лифта.
Пока лифт медленно поднимался на верхний этаж, я едва не извелась. Мне казалось, он сейчас догадается, что никакая я ни уборщица, вернёт кабину вниз, а меня под белы рученьки передаст в объятия стражей правопорядка.
Но нет. Кабина лифта медленно стукнулась и распахнула двери, приглашая меня на заветный этаж. Мне не верилось, что я всё-таки сюда попала.
Толкая тележку перед собой, я медленно пошла по коридору. Взяв в руки сметку-метелку и под предлогом якобы, смахиваю пыль, стала заглядывать в немногочисленные кабинеты. Нет, убираться я не собиралась, просто мне нужно было убедиться, что никого на этаже не осталось.
И вот он вожделенный кабинет передо мной. Осторожно открываю дверь в приемную и прислушиваюсь. Тишина. Эх, надо было заранее удостовериться, что Люцик покинул офис. Ну, да ладно, судя по тишине, его всё-таки нет. А если окажется на рабочем месте, буду изображать из себя обычную уборщицу.
Вкатила в приемную тележку, чтобы не маячила в коридоре, и прикрыла за собой дверь. Во владениях секретарши Люцика царил полный порядок. На столе по папкам разложены документы, карандаши с ручками в подставке и не единой пылинки. В углу, где готовился кофе для босса, так же царили вымытые кружки, ложки и кофейник.
– Хозяйственная секретарша, – хмыкнула я и направилась к ее столу.
Смахнула несуществующую пыль со стола, полок и потянулась за мусорной корзиной. Хотя бы видимость уборки стоило сделать, при этом я прислушивалась, что происходит за дверью, стараясь уловить, скрип кресла или дуновение воздуха. Тишина. Наконец, решившись, я, толкая впереди тележку, приблизилась к владениям врага. Открыв дверь, на миг замерла, напрягая слух. Но по-прежнему все было тихо, а сам кабинет тонул в полумраке, разгоняемого огнями ночного города через прозрачную стену-окно.
Кабинет был просторный, с огороженной лаундж-зоной и собственно рабочей, где разместился добротный стол и широкое кресло.
Проигнорировав лаундж-зону, я направилась к столу Люцика. Включив над монитором подсвечивающую лампу, я принялась перебирать бумаги, но довольно быстро поняла безнадежность этого занятия. Если Люцик и хранил интересующие меня документы на работе, то уж точно не на столе. Поэтому придав бумагам, как мне казалось первоначальный вид, я полезла в ящики. Но и здесь ждало разочарование. Интересующих меня бумаг не было.
– Черт! – выругалась я и плюхнулись в кресло Люцика, тут же утонув в его глубине. Крутясь из стороны в сторону, я медленно обшаривала стены взглядом, выискивая потайной сейф. Но стены имели девственный вид, без картин, дипломов и всяких грамот, за которыми могла бы находиться потайная ниша. Крутанувшись в кресле на сто восемьдесят градусов, я упёрлась взглядом в стену за спиной. Здесь и дипломы, и награды имелись, но углубиться в поиски я не успела. Моё внимание привлекло движение справа. Медленно повернувшись на кресле, я застыла с открытым от ужаса ртом.
Там скрытая стеллажом с документами, находилась ещё одна дверь, от входа ее не было видно. И только сидя за столом Люцика, она хорошо просматривалась. Я вообще ее, возможно, не заметила, если бы меня не поймали с поличным.
– Удобно? – раздался знакомый баритон.
Мужчина стоял в дверях и прекрасно видел, как за его столом сидит наглая уборщица. И вот вопрос! Как давно он там стоит и видел ли, что я роюсь в его документах?
И я со своей сообразительностью придумала, как выкрутиться, если бы не одно но. За дверью скрывалась душевая комната, а сам Люцик не более чем пять минут назад принимал душ. И сейчас он стоял в дверном проёме с обнаженным торсом и мокрыми волосами.
На этот раз мой рот неприлично приоткрылся от изумления, а взгляд вместо того, чтобы скромно потупиться, жадно, стараясь рассмотреть как можно больше, заскользил по рельефному телу. Широкие плечи, атлетическая грудь, плоский живот и тугие прокаченные канаты мышц под гладкой, шелковистой на вид кожей, красиво играющие при движении.
От открывшегося вида во рту пересохло и как-то сбилось дыхание, но вместо того чтобы прекратить глазеть, я продолжила изучать каждую чёрточку шикарного тела, отмечая плавные изгибы, сексуальные ямочки и мышечные бугры. Возникло желание к зрительному анализатору подключить и тактильный. Пальцы даже закололо от нетерпения прикоснуться там, где только что скользил взгляд. Изучению мужского тела воспрепятствовала резинка штанов. К сожалению, нижнюю часть великолепно слепленного тела скрывали спортивные штаны, которые наглым образом прикрывали, я уверена не менее шикарные ягодицы и ноги. Кажется, я даже застонала от разочарования вслух.
– Нравится? – подал голос объект моего изучения.
«Помятый Ламборджини! Он что видел, как я любуюсь его телом! А я любовалась Люциком? Не-е-ет!» – надавала себе мысленных затрещин.
Нет, вот вы мне скажите! За какие заслуги бог наградил этого мерзавца таким сногсшибательным телом? Так вообще нечестно!
Ну тут я вспомнила, что он меня о чем-то спросил и теперь терпеливо ждёт ответа. Напрягла извилины, чтобы вспомнить, что Люцик спросил, а когда вспомнила…
– Нет! – нагло соврала я, при этом сама не поверив в свою искренность, чего уж говорить о мужчине. Что он и продемонстрировал ехидной ухмылкой, а я, наконец, вспомнила, где нахожусь и кого изображаю. А теперь представьте картину: уборщица сидит в кресле начальника и взглядом полирует его обнаженное тело, вместо того чтобы выполнять вверенные ей обязанности.
«Упс!»
– Я за Мадину, это... пыль вытираю! – надо же хоть как-то объяснить наличие своей любительницы приключения в его роскошном кожаном кресле.
– Интересный способ вы выбрали! Но, похоже, малоэффективный, – подойдя вплотную к креслу и заблокировав мне путь к отступлению, Люцик пальцем провел по кожаной поверхности. Сей факт я отметила каким-то периферическим зрением и даже если бы нашлась, что ответить этому гаду, все равно не смогла.
Всего в каких-то паре десятков сантиметров от моего любопытного носа находилось все сногсшибательное великолепие.
В горле внезапно пересохло, язык присох к небу, а дыхание вырывалось изо рта рваными выдохами. До обоняния донёсся терпкий запах мужского тела. Внутри возникло непреодолимое желание прикоснуться к мужчине, и рука непроизвольно дернулась по направлению к желанному объекту. Даже не знаю, чем все закончилось, если бы…
– Ну и, нашла, что искала? – вкрадчиво произнес Люцик, вырывая меня из невменяемого состояния.
«Ааа… ээм... О чем он вообще?» – первые десять секунд тупила я.
Судорожно облизала пересохшие губы и, заметив, как дернулся кадык мужчины, поняла недвусмысленность проделанного жеста. И в следующую секунду выпалила:
– Я ничего не искала!
– А так ты в ящиках моего стола между папками тоже пыль протирала? – съязвил этот гад, пристально меня разглядывая.
«Помятый Ламборджини! Люцик видел, как я рылась в его бумагах! А если он принял меня за шпионку! Мамочки, ему же ничего не стоит сдать меня полиции! Вот влипла! И почему я Василину не послушалась? Сейчас бы сидела дома, пила лёгкий коктейльчик! А не извивалась, словно уж на сковороде. Блин, что же ответить? Как назло, ни одна умная мысль мою светлую голову не посетила».
И тут я ляпнула:
– Вам показалось!
– Правда? – искренне удивился Люцик. – Раньше галлюцинациями не страдал. Ну да чего уж там, можно же посмотреть запись с камеры наблюдения! – произнес он и указал пальцем в угол над дверью.
«Помятый Ламборджини, у него и камера стоит! Вот попала, так попала!»
– Ну, что, Паулина, скажешь, что искала в моем кабинете? – обманчиво мягким тоном произнес мужчина.
– Я, эээм это, – мысли в голове от страха разбегались, словно тараканы от дихлофоса и никак не хотели, складываться в слова. Ещё и близость полуобнаженного тела не давала здраво мыслить. В этот момент искорка подсознания зацепилась за что-то, что произнес мой пленитель. А когда я поняла, что меня насторожило, нервно дернулась и попыталась отъехать от мужчины.
Не тут-то было. Люциан вцепился своими лапищами в подлокотники и не дал креслу сдвинуться с места, поэтому я только сильнее вжалась в спинку.
– Т-ш-ш! – приблизился ко мне он.
Медленно поднимаю взгляд на Люцика, а он смотрит на меня и самодовольно улыбается.
– Узнал, значит! – гордо вскинув подбородок, процедила я. Дальше играть глупую уборщицу не было смысла.
– Не сразу, – признался мужчина. – Сначала подумал, что это уборщица копается в моем столе. Потом отметил ровную осанку и гордый профиль. Ну а присмотревшись, сквозь маскарад признал свою подопечную.
– И дальше что, сдашь меня полиции? – спросила, сверля его презрительным взглядом.
Люцик проигнорировал мой вопрос. Вместо ответа он задал свой:
– Расскажешь, что тебе понадобилось в моем кабинете? Зачем бесцеремонно в него вломилась?
– Нет! – нагло заявила я.
– А что так? Да ты не стесняйся, вдруг я смогу помочь? Не придется вновь, словно воришка, пробираться в чужие владения.
После его слов я даже зубами от злости заскрежетала и выпалила:
– Здесь только один вор, и это ты!
– О чем ты? – опешил Люцик.
– О том, что ты втерся в доверие к отцу в надежде прибрать к рукам «Загорские Полесья». Только ничего у тебя не вышло, отец перехитрил тебя! Своим завещанием он перечеркнул весь твой тщательно выверенный план. Управлять нашей фирмой можешь, а прибрать ее к рукам не удастся. И я больше чем уверена, это ты виноват в том, что папы не стало! Ты своим шантажом спровоцировал его болезнь. И имей в виду, я собираюсь вывести тебя на чистую воду! – высказала все мерзавцу в лицо.
Люцик удивлённо отпрянул от кресла, в котором я по-прежнему сидела, и уставился на меня во все глаза.
– Что ты несешь? – устало спросил он. – Какой шантаж, о чем ты? Мне не нужна ни ваша фирма, ни ваши деньги!
– Так, я тебе и поверила! – огрызнулась и поспешила воспользоваться тем, что Люцик отступил. Выскользнула из его кресла и укрылась за спинкой. – Тебе нужны были «Загорские Полесья», и ты шантажировал отца, чтобы он тебе их передал! Но папа был умным человеком, и он тебя переиграл! Ты получил руководство фирмы, но ее владельцем не станешь! А как только мне исполнится двадцать пять, и руководства лишишься!
– Так ты здесь искала бумаги, которыми я якобы шантажировал твоего отца? – устало потер лицо Люцик.
Какой проницательный, а?
Отвечать не стала. Вместо этого двинулась в сторону выхода. Пора было линять, пока Люцик обескуражен тем, как я его ловко вывела на чистую воду.
– Ты куда? – произнес мужчина.
– Пора и честь знать! – одарила врага фальшивой улыбкой. – А то тебе, чего доброго, придет в голову охрану вызвать.
– Ааа, – протянул Люцик, успевший сесть в свое кресло, и теперь провожал меня взглядом.
Когда я потянулась рукой к ручке двери и уже буквально поверила в свое спасение, этот гад произнес:
– Смотрю, у тебя чудесным образом исчезли рытвины после черной оспы…
