Текст книги "Иллюзия жизни : пять мгновений любви. Эпизод первый (СИ)"

Автор книги: Маргокошка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

– Аудиенции, ему!– Разгневанно произнес конунг,– я ему такую аудиенцию сейчас покажу, что он своим задом с год посрать не сможет! Пусть ждёт,– и он отправился к дочерям, или “малышкам” – одной восемнадцать, другой двадцать. Которые теперь сидели в его покоях и ожидали гнева отца.

Но войдя в свои покои Герд был приятно удивлён, что в покоях его ожидала и Паола. Тотчас открыто и с облегчением, бросившаяся ему на шею, и расплакавшуюся от счастья, что он вернулся и теперь опять будет рядом. Он нежно обнял По и спросил:

– Испугалась, Малыш?

– Да!– Прижимаясь к нему и плача, ответила девчонка,– они мне такое обещали…

– Запомни Малыш. Надёжней Криги никого нет. И я был уверен, что мой друг сделает всё, чтобы мои нежные цветочки и дальше цвели в моём гареме. А уж тем более, он в первую очередь позаботился бы о той, что носит моего сына.

– А если бы я не была…

Но он её перебил:

– Ты есть и будешь. И мой сын тоже,– Герд нежно погладил её животик и добавил при этом,– мне сейчас не до тебя. Будь на своей половине. Освобожусь – пообщаемся.

– Угу!– Согласилась она и вышла, чтобы он смог поговорить с дочерьми.

– Она смогла бросить наших девочек,– недоумевал и поражался конунг, от поступка Биорги.

– Мама сказала, что ты нас любишь, и ничего нам не сделаешь,– пролепетала младшенькая , Габи,– даже Аннемари простишь беременность.

– Что?!!– Грозно зарычал Герхард,– Кто? Отец кто?

– Вильгельм,– совсем упавшим голоском ответила старшенькая. И Габи обняла её, пытаясь укрыть от отца.

– Как… ваша мать… допустила такое?!!– задыхаясь от гнева, просипел он.

– У них была договорённость: я с ним благосклонна, он нам – помощь,– уже плача, и не надеясь ни на что, ответила Аннемари.

– Я был женат на чудовище,– уже успокаиваясь, и понимая, что в ситуации меньше всего виновата его малышка,– не плачь, детка. Я тоже виноват. Слишком мало я уделял вам внимания, и слишком доверился этой твари. Иди ко мне дочка! Я ничего плохого тебе не сделаю. Но я не могу допустить, чтобы ты родила от урода. Верь мне, милая, что я желаю тебе добра.

Девушка со страхом приблизилась. Он её приобнял и поцеловал в лоб. Затем быстро, настолько, что она даже не смогла среагировать, ударил её в определённое место живота.

– Т-с-с,– подхватил, охнувшую и осевшую дочь, отец. И тут же связался с медблоком,– быстро сюда. У моей дочери, выкидыш.

Этот метод он не раз применял на любовницах. Конунга этому научил Храбан, который таким образом избавлялся от нежелательных беременностей подруг всех мастей. Единственное, для Моркадо этот метод не годился. По крайней мере, так утверждал его отец.

Крига наконец-то пришёл в себя, но был плох. Дочь спала после удаления последствий “случайного” выкидыша, медик заверил, что с ней всё будет хорошо. И Герд подумал: “Может ещё всё и обойдётся”. И тут его позвали к ярлу, который препятствовал его переносу в восстановительную капсулу и требовал встречи с повелителем.

– Помни, что обещал мне,-потребовал, уже еле сохраняющий сознание Крига.

– Излишне мне напоминать об этом!Я всегда держу слово! Борись с костлявой, мой дружище!– Подбодрил конунг ярла, и проводил его капсулу в хранилище, где под неусыпным наблюдением медсистемы Криге попытаются помочь выжить.

========== Мгновение расставаний ==========

Эконом ждал в гостевой уже три часа. И это говорило лишь об одном. Благодаря Вильгельму и Биорге они сейчас потеряют всё, и более того, теперь придётся приложить немало усилий, чтобы репрессии в отношении фон Кольбе закончились “малой” кровью. И хуже всего было то, что сюда же доставили пленённого цирекора.

Герхард всё же вспомнил, что и здесь надо “объяснить”. Да так, чтобы следующего раза не было. И теперь он влетел в гостевую, не собираясь тратить много времени на отступников.

– Ты ещё рот пытаешься открыть?– Надменно прервал попытку эконома начать разговор конунг,– а теперь внимательно послушайте меня. Альдерман бриллы теперь будет только из моего клана. Это-первое. Второе. И Клан Кольбе, и коруинги восстановят за свой счёт все разрушения в домейнах и бриллах. Мало того, вы оплатите потерю техники, чтобы мы смогли быстро восстановить свою подорванную мощь. Каждому человеку в результате нападения, получившему инвалидность, потерявшего кормильца или изнасилованной женщине, или мужчине вы выплатите щедрую компенсацию. Если вы, коруинги, не подчинитесь, я не оставлю камня на камне от ваших городов, применю самое мощное оружие массового поражения, чтобы во всем нашем мире точно знали, чем закончится неуважение к нам. Кроме того в течении трех дней вы предоставите мне места для создания контроль-гарнизонов. Строить вам не дам. Мало ли чего вы настроите! Относительно Кольбе: каждому ребенку вашего клана до двадцати лет введем капсулит с ядом. Активатор будет в надёжном месте. О котором буду знать я и действительно надёжные люди. Одно не подчинение и … думаю, что я понятно высказался. Теперь мой эконом и ярлы, свяжутся с вами. И лучше не сердите меня. Если хотите ещё пожить. “Свободны”!

***

Ночь принесла печаль конунгу. Его верного ярла и друга не стало. Герхард теперь сидел на кровати, обхватив голову руками, и горевал. По-мужски, беззвучно, не жалуясь, не плача. Паола, оказавшаяся с ним рядом в эту ночь, и хорошо помнящая свои переживания, искренне разделяла его потерю, прижавшись к нему, и пытаясь согреть Рыжего своим теплом. Он был ей благодарен за эту молчаливую попытку облегчить его горе.

Утром По предстояла ещё одна печальная обязанность – сообщить Олии о гибели хозяина.

***

Поминальный костер был пышно украшен. Ярл венчавший его верхушку был облачён в парадный мундир (который он не любил надевать), борода заплетена (как он любил). При этом выражение лица было безмятежным. Казалось, что он не умер, а просто уснул. Герд был серьёзен и печален. Под глазами пролегли темные круги. Олия, бледная и осунувшаяся, не плакала. Просто стояла и не реагировала ни на соболезнования, ни на сочувствие бывших согаремниц. Только попросила По не отходить от неё. Герд подошёл к ним и приобнял обеих.

Наконец все речи были произнесены, все слезы выплаканы, и горенцы* занялись ровным пламенем. Огонь, потихоньку пожирая тело, помог освободиться душе. И она полетела в обитель Великого Садовника. Пепел развеяли над Гроей, которую так любил ярл.

***

Олия осталась в домейне, ожидая своей участи. И спустя какое-то время конунг вызвал её к себе.

– Проходи, девочка моя,– дружелюбно предложил Герхард. На что Олия усмехнулась и всё же прошла. Он продолжил,– присаживайся. Как ты?

– Оставь,– ответила она. Понимая, что теперь от него зависит её будущее,– мне опять вернуться в гарем? Или…

– Он тебя любил, малышка,– нежно погладив её по щеке, посочувствовал он. Затем открыл сейф, достал силбумагу, карточку, пластпаспорт. Положив всё перед ней, пояснил,– это твои документы, отпускная. Да, ты теперь – свободна. И вот доверенность на драгоценности, что они твоя собственность. И на карточке кругленькая сумма. Я обещал, и теперь выполняю данное другу, обещание. Можешь остаться в домейне, на правах свободной женщины. Или поступить, как считаешь нужным. Дом -тоже твой.

– Я вернусь в Зерму.

– По расстроится,-удручённо высказался он, приобняв её по-дружески.

– Знаю. Но должна же я вспомнить, что такое свобода,– сдержав слёзы, улыбнулась девушка.

– Тогда послушай меня: когда родишь, сообщи мне, я помогу обязательно. Его дочка, ни в чём, не должна нуждаться. И потом, мне будет спокойней, если я буду следить за тобой, чтобы у вас с ней всё было хорошо. И если что, тут же связывайся со мной. Ты опять под моей защитой. И не переживай, больше тебя никто не утащит.

– Надеюсь, – ответила она и прошла к Паоле, обрадовать и одновременно расстроить свою подругу.

***

Личный прим-флайер конунга полетел, взяв курс на Зерму. Увозя Олию, Айшу и Киду. Последнее – к радости конунга. Хотя последние слова виртулы его озадачили:– “Второй сын станет твоим утешением, но любить ты будешь первого. Одному править, второму нести твой огонь.” При этом Герхард решил не пытаться понять её, напрямую виртулы говорят только проклятия. А это, по счастью, не этот случай!

Паола рыдала, но своей подруге она желала самого светлого и большого счастья. И сквозь слёзы, радовалась за неё. Надеясь, что и в её жизни наступит когда-то счастливая перемена участи.

Комментарий к Мгновение расставаний

* Горенцы – спрессованные в поленья, стружка и листва ценных пород деревьев.

========== Мгновения пролетевшего времени. Часть первая ==========

Ученица пребывала в состоянии восторга. Она и раньше покидала обитель их существования, но так получилось, что впервые увидела Воды Времени и, окружающие его Хрустальные Горы. Свет сиял здесь вечно, но сами горы не были статичным творением. Они неспешно, всё время меняли конфигурацию. Отчего свет, попадающий в них и отражающийся в бесконечных гранях, всё время создавал картинку игры бликов, сияние сверкающей россыпи, то усиливающегося, то затихающего свечения. Разбивая саму суть света на множество, составляющих его, оттенков. Которые окрашивали лежащее между гор озеро, наполняя его клубящиеся, туманные и плотные воды невообразимыми оттенками. Где периодически всплывали, вспыхивая, и тут же уходили обратно в пучину времени небольшие искры Семян. Уже вызревших и готовых к посадке. И сегодня Старшая привела её сюда, обучая навыкам правильного обращения с жизнью, подаренной Великим Садовником. Потому как впервые Ученица услышала Музыку Небесных Сфер.

– Не пытайся схватить то, что не тебе предназначено,– рассмеялась Старшая, понаблюдав, как Ученица пытается поймать эти искры.

– А что же делать?– расстроенно спросила та, и выжидающе посмотрела на Наставницу.

– Просто опусти руку в его воды и подожди. Семя, предназначенное тебе, само приклеится к руке. Тебе останется только посадить его.

Та послушалась, и через небольшое время они убрали пойманное Семя в шкатулку, смастерённую Вечными Мастерами из Древа Жизни, и устланную нежнейшим Мхом Забвения.

***

Прошло несколько месяцев.

Паола кричала. То, что будет так больно, она даже не догадывалась. Очередная схватка исторгла из неё очередную порцию вопля. Время между ними стремительно сокращалось. И медик всё время, как “напоминалка” твердил:

– Дышим, Детка. Правильно дышим,– и в очередной раз осмотрев По, убедившись, что шейка раскрылась достаточно, скомандовал,– делай вдох. И не выдыхая, тужься. Ещё! Давай!

***

Роды проходили за специальной ширмой в покоях Паолы. Конунг в нетерпении ждал первый крик сына. И хотя Герхард славился своей выдержкой, она ему теперь изменяла. И он, вскочив, расхаживал по её спальне, под понимающие взгляды своих самых доверенных ярлов: Майно, Дориджа и Васпы. Те плоско подкалывали его, но он беззлобно отшучивался и попытался заглянуть за ширму.

– Не стоит, повелитель. Ещё только головка показалась. Нам ещё немного времени надо. Вдох, тужься. Давай!– Уже обращаясь к девушке,– давай, моя хорошая.

– По! Ты же сильная! Тужься, Малыш!– Выкрикнул Герд, и Паола, рассердившись, что он заставил испытывать такие боли, прокричала, всё время тужась:

– Ненавижу тебя! Ы-ы-ааа!– Сделав последнее усилие, уже совсем теряя сознание, прохрипела она и … ребёнок скользнул в руки медика. Тот подхватил кроху и положил малявку на живот женщине.

***

Герхард стоял за ширмой и с наслаждением слышал крик сына. И не слышно, почти про себя, прошептал:

– Моя девочка, моя умница.

***

Паола плакала от счастья. Она любила своего сынишку, и её материнское сердце задыхалось от любви к этой крохе.. Дождавшись прекращения пульсации пуповины, медик обрезал её. Не забыв отделить небольшой кусочек для Родовой Панели Клана. Ещё через несколько минут, он опять заставил По потужиться, и на этом роды закончились. Он уже обработал малыша, и завернув его в родильный конверт, к огромной радости отца, передал ему сына.

***

Герхард сиял, как светодиод восьмого поколения! Он смотрел на сморщенное личико его отпрыска, и отцовское сердце млело от радости. Медик почему-то открыл верхнюю половину тельца его сына, но это не насторожило Герхарда. Он взглянул на ярлов, и его поразило, что вместо радости они напряжённо молчат. Он глянул на медика. Тот тоже не выражал радости. Очень медленно, понимая что произошло, конунг аккуратно развернул тыльной стороной правую ручку своего отпрыска. Там сияя золотом, горел знак “лидэок”. На языке Моркадо – ведущий.

***

Конунг молчал.

– Если бы был Крига,– вдруг подал голос Майно,-то он бы порадовался, что она родила тебе крепкого парня. Посмотри какой богатырь,– и он взял малыша из рук конунга,– да! Конунгом ему не стать! Но ты посмотри какой крепыш!

И он сбросив конверт до конца, продемонстрировал маленького богатыря. Герхард отобрал малыша обратно.

– Да уж – Моркадо, но это мой малыш! Веспа провозглашай рождение бастарда,– уже спокойно, приняв ситуацию, приказал конунг. И тут же решивись на ещё один шаг, добавил,– и после, провозгласи новое положение Паолы.

– Я правильно понял? Сначала рождение малыша, затем Паола? И ещё: раба не может быть, даже, аутленд-конунгелой,– имея ввиду, что мальчик, при такой последовательности объявления, утратит право на получение титула конунга, уточнил ярл.

Герхард помрачнел, но его ярл был прав. Конунгу пришлось достать уже подготовленный документ на силбумаге, подписать, закрепить подпись перстнем конунгов и отдать это Веспе.

– А что аристократия у нас поменяла свои убеждения?– попытался пошутить конунг,– и Малышу не надо сообщать об отпускной. Наших законов она не знает. Вот пусть и дальше пребывает в блаженном неведении,– уже занявшись малышом, нежно стал разговаривать с ним,– ну, правителем, даже если я перережу все кланы Грои мне тебя не сделать. А вот ярл из тебя получится отменный. Это я тебе, мой засранец, обещаю.

***

Паола кормила сына первый раз. Это было непреложно. Сыновья конунгов и ярлов должны впитать любовь ко Грое с молоком родной матери. А не от модных ныне, среди невоенных, но чужих для малышей, кормилиц.

Её сердце переполняла любовь к этому, пока ещё немощному малышу, зависящего сейчас от неё во всём. И она была точно уверенна, что сделает всё возможное, для того, чтобы сын был счастлив.

Где-то в Торкии.

Биорга зашла в номер Вильгельма. Тот как всегда был пьян и сердит. Кольбе не стала даже делать замечание. И так понятно, что обсуждение лучше провести без него. И хорошо, что она пользуясь случаем, смогла припрятать свои деньги, немного пополнив их, и из его счета. Он их пропьёт. А деньги сейчас будут нужны, как никогда. На помощь клана рассчитывать не стоит. Они вдвоём, теперь, изгои. Которых растерзают при любой попытке вернуться в Грою. Но она всё равно не спустит Герхарду ничего. И особо – аутленд-конунгельство этой нищебродки. Просто надо умнее подойти ко всему и добиться расположения опытных игроков на политической арене.

========== Мгновения пролетевшего времени. Часть вторая ==========

Виртула Айша аккуратно несла золотистый шпажник. Его было необходимо поставить перед главной дверью покоев Паолы. Потому что в мир пришла мужская половинка Моркадо. Конечно, специального постамента в домейне гролингов не найти. Но традицию соблюсти надо! И ещё она представляла лицо Герхарда, когда тот вернётся из Зермы. В её вечной жизни были свои маленькие радости и удовольствие. И увидеть, как вытянется его лицо, и с какой безнадёжностью он согласится принять её…

И предвкушая желаемое она поставила красивое, вытянутое, с крупными золотисто-лимонными цветками, растение там, где ему и положено было быть. И зашла в спальню Паолы.

***

Канцлер Зермы, Нуобо Дварт, и конунг не спеша шествовали по главному проспекту Акваполиса. Излишне говорить, что меры безопасности были беспрецедентные. Не только ярлы и дружники, но и СиБеЗ* с морпат** создали просто вакуумную зону вокруг высоких гостей. Хотя, эта зона, проживания бывших рабов и беженцев с других континентов, была самым безопасным местом на планете. И всё благодаря Моркадо.

– Неужели они способны на такую самодисциплину?– Поразился Герхард, искренне считающий, что его рабы могут только служить источниками получения дохода от продажи произведений искусств и сексуальных удовольствий. Ну ещё потешить песнями и плясками гостей.

– Неудивительно, что вы сомневаетесь. А ведь и у вас есть немало Моркадо, добывающих свой кусок хлеба интеллектуальной и социальной службой хозяевам. И не мало кланов, поддерживающих “Взаимное понимание”, которое пытается показать гролингам, что эта талантливая раса способна принести много пользы в наш мир. Вот, кстати, обратите внимание на те кружащие под куполом точки. Это молодёжь – Моркадо развлекается полётами на “пташках”. Так они называют разработку полётного ранца, использующего магнитное поле планеты, для передвижения по воздуху. Они даже проводят соревнования на дальность полёта. Рекорд – около девяти тысяч километров полёта, при грузоподъёмности сто -сто пятьдесят киллограмм.

– Поразительно,– произнёс конунг, в мозгу которого возникла совсем другая картинка, весьма отличающаяся от невинных полётов.

– И ещё сюрприз для вас. Посещение медцентра “Ниобиди Клиник’с Контрол”– хитровато сообщил канцлер и предложил пройти на трансплат. Вокруг которого сразу выстроилась куча мувмодулей***

***

Маттео уже закончил приём, и теперь со своей помощницей, Такирой, и интерном, Бирохом, сидел в кухонном отсеке и не спеша распивал с ними сурейский чай, выращенный в оранжереях немногочисленных солитариев, расположенных в самой сердцевине континента Суреи. Куда ещё, пока, гролинги не решались сунуться.

На столе щедро расположились вкусняшки, которые в изобилии приносили благодарные пациенты, не смотря на не низкие цены. И к тому же у Мета появились богатые покровители, с континента. Которые благодаря раскрутке Маринеччо и “сарафанному” радио рекомендовали друг другу его высококлассные услуги.

– А что? Конунг симпатичный?– Немного смущаясь, отхлёбывая из своей красивой, с разноцветными рисунками, чашки, заинтересованно спросила Такира.

– Увидишь,– проглотив очередной глоток чая, и получив удовольствие от любимого напитка, произнёс медик. При этом подумав, чем он её займёт, чтобы побыстрее убрать наивную девушку с глаз этого опытного кобеля.

– Я присмотрю за ней, – вдруг подал голос Бирох, как-будто поняв его мысли.

– И очень внимательно,– благодарно глянув на своего талантливого помощника, ответил Мет, допив чай.

– Просто она, по счастью, не была рабыней. Я, к сожалению, познал, что этакое. Как и то, кто такой гролинг,– и его взгляд вдруг посуровел.

– У кого ты был в бесправии?– Поинтересовался Мет, хорошо помнивший сексуальные пристрастия “элиты”.

– Лаусены.

– Только не говори, что у Фицроудела,– попросил врач, хорошо помнивший, как этот ублюдок любил совсем малолетних рабов заставлять вылизывать себе гениталии. Про то, что он делал со старшими, лучше и вовсе не вспоминать.

– У него. Меня “Взаимное понимание” спасло. И очень долго работали психопатологи. Но теперь я всё реже вспоминаю о тех годах. В конце концов, эта мразь уже мертва,– сжав кулаки от воспоминаний, ответил интерн,– а я жив. И обязательно буду счастлив.

– Прости,– положил свою ладонь на его сжатый кулак, поддержал его начальник,– и молодец, что не живёшь прошлым. А вот и гости,– посмотрев на визуализатор, соединённый с сенсором вызова, предупредил он своих подчинённых и отправился встречать гостей.

***

Олия потихоньку двигалась всё время, хотя срок беременности был уже большой. В ближайшие дни Маттео прогнозировал роды. Её малышка вела себя спокойно сегодня, хотя обычно “толкалась” и днём и ночью. Она как-будто понимала, что в её жизни грядёт перемена. И она вскоре покинет этот уютный, спокойный мир и познакомится с нечто большим, ещё для неё неведомым.

И теперь Олия стояла у видового окна и, открыв его, любовалась садом их сектора, в разбивке которого приняла участие и она. Позади неё вещал включённый на тихий режим информатор сектора, и вдруг её слух зацепил знакомое имя. “Значит он, здесь”,– подумала она и решилась ехать к Мету, чтобы поговорить с конунгом о По и её малыше.

***

Конунг прошёлся по владениям своего бывшего врача, обратил внимание на малышку, постоянно строившую ему глазки. Но её быстро оттеснил Моркадо, возраста “стабильности”****. И теперь врач демонстрировал новые разработки Меченных в медицинской области.

– Недооценили мы вас, недооценили,– задумчиво произнёс Герхард,теребя подбородок,– но я рад, что побывал здесь. Мне давно уже думалось, что в нашей жизни что-то надо менять. Теперь я вижу, что не ошибся. Действительно мы зажирели в победах и закоснели в кажущемся могуществе. Хороший урок я получил сегодня. Только вопрос: послушает ли меня аристократия? Ну, да ладно. Олия, как здесь? Давно что-то не коннектилась. Только не надо говорить, что ты не знаешь! Вы вдвоём мне не мало крови попортили. Или напомнить, как за моей спиной подчищали мой счёт, организовывали исчезновения рабов из гаремов, и подбили Малыша на побег?

– Паола сама изъявила желание,– решительно отверг последнее утверждение врач.

– Только осталось спросить: а кто её на это надоумил? Чего молчим?– ехидно спросил Герохард.

– Олия сейчас прибудет, если её пропустит охрана,– пропустив мимо ушей ехидство конунга, информировал Мет.

– Сейчас распоряжусь и её пропустят,– тут же проявил инициативу Ниобо, и отослал секретаря за начальником охраны.

Вскоре Олия и Маттео мило пообщались с конунгом и канцлером, провожая их к трансплату. Герхард опять попросил женщину Криги держать его в курсе новостей.

Комментарий к Мгновения пролетевшего времени. Часть вторая

*СиБеЗ – Силы Безопасности Зермы, силовая структура, осуществляющая контроль внутреннего и внешнего правопорядка в государстве.

** Морпат – Моркадо-патруль, добровольческая, не коммерческая организация осуществляющая поддержание порядка в зонах проживания Меченных.

*** Мувмодуль – средство передвижения по Акваполису.

****Возраст “стабильности” – двадцать пять лет, за которыми у не активированных Меченных не наступает старости, до встречи с Ожидаемым.

========== Мгновения затишья перед бурей с небольшим бонусом. ==========

Первое, что сделал конунг, по возвращении от зермийцев , так это эдельмит*, при котором присутствовали ярлы, альдерманы и главы кланов, даже от фон Кольбе, и где от фон дер Мёллендорфов присутствовал Эдмунд.

Теперь, когда все расселись, а прислужники обнесли всех напитками и закусками. В атмосфере непринуждённой беседы, где сначала поговорили о курсах на бирже, последних новостях со строек в Коруе, и стоит ли немного усилить налоговое бремя иноземных агентов, участвующих в подрядах транснациональных компаний гролингов, потихоньку перешли к обсуждению визита в Зерму.

– Так что тебя там так встревожило, Герхард?– Дегустируя вместе с главой клана Рильке торкионский коньяк, двадцатилетней выдержки и закусывая его (да простит этикет) икоркой благородных пород рыб, выращиваемых в аквациях Зермы, поинтересовался Эдмунд. В отличие от немногих поддержавших их, кто-то захотел сурейского чая с со сладостями, легкого вина и фруктов. Маслины пошли на “ура”. В общем настроение у всех было благодушное. И учитывая, что такие собрания всегда заканчивались, после принятия решения, обильным возлиянием и плотным обедом, ссориться или спорить никто не хотел. И именно в этот момент конунг решился поделиться впечатлениями от визита.

– “Встревожило” – не совсем то слово,– начал конунг,– мне пришлось сделать переоценку многих убеждений, глядя, как там устраиваются наши бывшие рабы.

– Они, что там, изобрели новый способ порадовать нас в любовных утехах?– Спесиво улыбнулся представитель клана Фарлагов. При этом откинувшись на спинку кресла, театрально воздел руки вверх и состроил “мечтательное” лицо. В ответ некоторые рассмеялись.

– Это хорошо, что вам весело. Только думается мне, что веселье закончится, когда хорошо вооружённые и одержимые мыслью отомстить, Меченные, внезапно, станут уничтожать нас.

– Это каким же образом? Насколько мне помнится, ещё никто не создал антилокационной аппаратуры, способной помешать нашим средствам засечь любую попытку проникнуть в Грою. А Меченные вообще – раса недоразвитых,– продолжил Фарлаг.

– Тогда, сначала, ответьте мне на вопрос: когда последний раз “прогулка” окончилась хорошей добычей? Я имею ввиду молодняк и не инициированных Меченных.

– У нас уже давно не было такой добычи,– высказался альдерман бриллы Кадос, и его поддержали все,– вообще-то складывается впечатление, что их кто-то предупреждает.

– Согласен. Но это значит, что такие “оповещатели” в каждом домейне.

– В том числе и вашем,– злорадно буркнул глава клана Лаусенов.

– Не отрицаю, и пытаюсь выяснить кто это,– согласился конунг,– но мы отвлеклись от главной темы. Так что, у нас теперь назрела проблема с получением новых рабов. Зато Зерма концентрирует у себя целый легион этих “недоразвитых”,– с упрёком посмотрел на Фарлага конунг,– и что интересно. Они не делают как мы: не ставят на них медицинских опытов, не тестируют био-и химоружие. Не гнобят их в урановых шахтах, и после того, как уже изрядно потрёпанные радиацией, впадают в кому, не выбрасывают тех в резервацию, где идут спонтанные мутации. Которые мы даже проконтролировать не можем. Зермийцы не используют их для охоты, вместо животных. Впрочем, чего продолжать, и так сами всё знаете.

– Но так мы поступали веками, и пока я не вижу оснований чего-то менять,– перебил конунга глава клана Рильке, основной держатель акций урановой добычи.

– Мы закоснели в своих привычках, в мнимом величии и могуществе,– с болью в голосе произнёс конунг,– зермийцы оказались мудрее нас. Они дают им образование, социализируют их в жизни, объясняют, что помимо искусства, есть области деятельности, где эта талантливая раса может принести что-то новое. И мало того, я убедился, что это уже даёт плоды.

– Да что могут эти недочеловеки, если даже для размножения им надо активировать свои метки?!!– Возмутился очередной представитель знати.

– Что могут?!!– грозно,в тон ему ответил Герхард,– например создать ранец, преодолевающий сейчас, пока, более девяти тысяч километров, с грузоподъемностью более ста килограмм,– и тут же жестом остановив попытавшегося ему возразить,– а теперь представьте нашего бывшего раба, вырвавшегося от нас, хорошо помнящего всё, и жаждущего отомстить за себя, и не одного, а миллионы. Одетых в шеллар, с пульсовиком для себя, и запасным, для собрата в домейне. Которого он предполагает освободить. Так ты говоришь – нет антилокаторов. Их детишки создали “шутейку” – штучку, которую не может найти ни один сканер , и в ней они прячут от родителей всё, чего захотят. А теперь усовершенствуй эту “шутейку” и прикрепи её к ранцу. И вот вам легион вооружённых, крепко мотивированных бойцов, внезапно валящихся на нас с неба и превращающих всё вокруг себя в руины.

Тишина ответила конунгу.

– Я смотрю уже не до смеха стало. Хорошо!

– И что ты предложишь?– спросил Эдмунд, посерьёзневший и задумавшийся не на шутку.

– Пересмотреть своё отношение к ним. Понять, что они люди. И наладить… Я ещё раз повторюсь – наладить отношения с ними. Вспомните моего врача Маттео. И его микстурку, которой мы все пользуемся. А там, кстати, он уже основал неплохой бизнес. Процветающий.

– Боюсь, что все эти страшилки мы выслушиваем из-за появления на свет одного нагулянного меченного, которого нам бы попытались навязать в виде конунга, если бы мы дали такую возможность,– надменно, и нарочито четко произнеся всё, высказался Лаусен.

– Ну, да, Грое угрожают не столько Меченные, сколько своя спесивая, недалёкая в политике знать,– горько подытожил Герхард.

– Ну, наш род подревнее твоего. И до сих пор живы, здоровы и процветаем, – самодовольно произнёс Лаусен,– и заметь в интригах посильнее вас будем. Но у нас с вашим кланом большие экономические завязки, оттого и поддерживаем вас. А ты нас пытаешься оскорбить. Неправильно, это. Хотя твои отцовские чувства понятны всем. Итак, я высказался – ничего менять не будем. И всегда можно нанести упреждающий удар, тем более по Зерме.

– Не говори за всех,– запротестовал глава клана Саркофф,– я понимаю, про что мой конунг попытался предупредить нас. И думаю, здесь надо не один раз собраться, и выработать компромисс. И насчёт ударов: наши нападения на солитарии – одно, а вот нападение на целый народ скорее всего развяжет глобальную войну. Не забывайте, что Коруя и Сурея спят и видят, как сбросить наш протекторат. Торкия вообще нашим другом никогда не являлась. И скорее всего такой глупостью, мы заставим их объединиться и ответить нам. И тем более странно слышать такое от вас, “сильных в интригах”

– Стоп! Прекращаем эту разборку! Клан Рильке поддержит идею конунга. Но, только в случае правительственной помощи модернизации процесса добычи радиоактивных руд. И конечно решение проблем с облучёнными Моркадо. Что касается рождения бастарда: конунг – нет; ярл – да.

– Давайте отложим дальнейшее обсуждение,– предложил Эдмунд, который понимал, что надо подсобрать доказательств, что опасения Герхарда правильны, или опровергнуть их. И вот тогда собрать эдельмит заново.

– Хорошо,– согласились многие и не спеша прошествовали в столовую, где все трения забылись за бокалом элитного вина и изумительными блюдами, приправляемыми очередной бутылочкой торкионского.

***

– Я так надеялся, что меня поймут и поддержат,– посетовал Герд, провожая дядю,– но всё, что удалось, это добиться понимания молодых кланов, а так же тех, что традиционно сотрудничают с нами. Другие предпочитают плыть по течению.

– Не торопи их, мальчик мой,– прощаясь предупредил Эдмунд,– на то ты и конунг, чтобы быть дальновиднее всех. Но твои слова серьёзно меня встревожили. И потому к следующему эдельмиту надо подготовиться посерьёзней. И поцелуй от меня своего карапуза. Надо отдать должное Паоле: она смогла родить крепыша,– довольно высказался Эдмунд, любящий рождение в клане таких бутузов.

***

Айша сидела в комнате По рядом с малышом. Он крепко спал. Сытый и обласканный матерью. Виртула улыбалась, глядя на него. Паола была тут же. Но утомлённая хлопотами тихо сопела, чутко подрёмывая. Стояла звонкая тишина, и пространство вокруг было заполнено спокойствием и любовью.

На этом разрешите закончить эпизод первый. Второй эпизод позволит проследить путь наших героев дальше.

***

Небольшой бонус. Всё же N -17.

Прошло три месяца. Всё это время Герхард её не беспокоил. Да ей было и не до этого. Весь горизонт её жизни заслонил сынишка. Который ел, спал, капризничал и рос. Она, любя его, уже вошла в ритм новой жизни, и совсем позабыла, что Рыжий терпеливо ждёт разрешения врача. Который следил за восстановлением По. Но сегодня ей с утра как-то было не по себе. Она решила принять ванну, и вызванная Ирма быстро приготовила всё, добавив любимые ароматы аутленд-конунгелы. Та спустилась в неё, и приятное тепло воды и аромата разнежило женщину. И она вдруг остро ощутила желание побыть с Герхардом. Опять вызвав Ирму, она попросила позвать конунга. Тот сразу же пришёл.