Текст книги "Аня. Байки двух рыжих котов (СИ)"
Автор книги: Липучка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
Глава 10
– Девчонки, мне такой сон приснился... – сладко потягиваясь, проговорила Аня и открыла глаза.
Незнакомый потолок и палатка, девушка тут же вспомнила вчерашний день. Резко села и осмотрелась по сторонам. Братьев рядом не было и вокруг стояла полная тишина. Посмотрела на часы. Ого! Уже десять утра. Она же проспала тренировку и завтрак! И вообще, впервые так поздно встала. Откинув одеяло, Аня стала искать по углам свою одежду. Замерла. Что-то было не так… посмотрела ещё раз на себя и обомлела. Она была в одном топе и трусиках. Щёки тут же залил румянец стыда, а мозг стал истерично вспоминать, что произошло прошедшей ночью. Но, кажется, всё закончилось тем, что она сняла толстовку и следом быстро уснула. Больше за ночь точно никаких событий не происходило. Значит, это всё-таки парни. Это так они держат обещание не трогать её?
Аня со злостью вскочила на ноги и, не найдя свою одежду, вышла в тамбур палатки. Тут тоже никого не оказалось. Все вчерашние разбросанные вещи были расставлены теперь по местам. А её кофта и штаны лежали аккуратно сложенные на кушетке. Девушка натянула на ходу вещи и выскочила на улицу.
Утреннее солнце ослепило. Пришлось невольно поднять ладонь к лицу, прикрываясь от ярких лучей. Рядом громко чирикали птицы. Пёс лежал тут же у входа в палатку. Увидев Аню, он подскочил на месте и стал радостно прыгать вокруг ног. Потрепала его за ухом.
– Молодец! Защитник. Кажется, вчера ты меня спас! – в ответ он радостно пискнул и завилял хвостом.
Аня обулась и направилась с собакой в центр лагеря. Вокруг ни души. Обычно в это время уже толпа народу снуёт туда-сюда, а сейчас словно все вымерли. От морозного утра поёжилась и направилась дальше в сторону столовой.
Тётя Тоня уже орудовала вовсю на кухне, видимо, готовясь к обеду, а рядом сидели и помогали чистить овощи рыжие братья. Они мило о чём-то болтали и подшучивали друг над другом.
– О! Аня проснулась! Доброе утро! – первым заметил её Женя.
– Где все? – девушка подошла к столу и схватила очищенную морковку.
Тётя Тоня строго зыркнула.
– Сначала умываться, потом полноценный завтрак, а следом уже все разговоры, – и указав ножом в сторону парней добавила, – вон погляди, мальчишки с утра уже не спят, мне помогают.
– А где остальные-то? – положила морковь обратно на стол.
– Ушли на вершину горы проводить очередную тренировку, – Саша смотрел на Аню снизу вверх и улыбался, – выспалась?
– Угу! Ещё бы не лез кто-то своими любопытными частями тела, куда не надо.
Парни замерли и, кажется, впервые в жизни она увидела, как братья одновременно покраснели. Что они так уставились? Ой! ма-а-амочки!! Аня перевела взгляд притихшую тётю Тоню, которая пыталась всеми силами спрятать улыбку.
– Я… я... вы не так поняли! – стыд вмиг пролетел по всему телу от кончиков пальцев ног до макушки. Зло “стрельнула” глазами в сторону братьев, – я, вообще-то, про руки и одежду! В частности, про штаны!
Быстро развернулась и размашистыми шагами направилась в сторону своей палатки за умывальными принадлежностями. Боже! Стыд-то какой! Как теперь возвращаться и смотреть в глаза тёте Тоне?
Их палатка выглядела ужасно, вся разорванная в клочья у входа. Возникло ощущение, что она поучаствовала как минимум в боях на передовой. Заходить было страшно, но Аня быстро нашла внутри рюкзак и, подхватив его, пошла умываться. Голод не тётка и, несмотря на внутреннее сопротивление и стыд, ноги уже через пятнадцать минут привели девушку обратно на кухню. На столе дымилась тарелка с горячей кашей, а рядом стояла кружка чая. Пёс крутился у ног кухарки.
– Давай быстрее садись! Надо съесть пока горяченькое, – тётя Тоня радостно засуетилась у стола.
– А парни где? – посмотрела по сторонам, но вокруг была тишина.
– Убежали куда-то, ничего не сказали. Ешь, я сейчас ещё бутербродов сделаю.
Пока Аня сидела за столом, настал обед. Голодный народ спустился в городок и немного отдохнув уже толпился в столовой. Тётя Тоня только успевала раскладывать еду по тарелкам. Братья тоже откуда-то вернулись и сели за стол напротив. Сытый и довольный пёс нежился у девичьих ног. Подошла Кира и заняла место рядом с Аней.
– Ну как ты после вчерашнего?
– Спасибо, хорошо.
– Ребята сказали, что ты перенервничала и поэтому не стали будить на тренировку.
– Спасибо, – Аня перевела взгляд на ребят. Рядом с ними на лавочку приземлилась Таня.
– Палатку починить не удастся, – сообщила Кира, – Семён спустится в деревню, но новую сможет достать только через два дня.
– Ну и замечательно! – воскликнула Таня, – значит, меняемся местами, и я сегодня сплю в палатке Саши и Жени.
– Нет, – хором отозвались рыжие.
– Но почему-у-у? – насупилась девушка и отчего-то зло посмотрела на Аню.
Аня притихла, кажется, за неё давно все уже решили братья, а спорить с ними было себе дороже. Да и тепло у них, что уж греха таить, и она наконец-то впервые смогла полноценно выспаться.
– Мы уже привыкли к Ане, и вдруг ты храпишь? А нам рано вставать.
– Не храплю я! – уже обиженно воскликнула Таня.
– А Аня нам уже как сестра стала, – продолжил Саша и, повернув голову в её сторону, подмигнул, – как тебе Ань? Будешь нашей сестрёнкой?
– А что! Послушай, как звучит, – подхватил тут же с полуслова Женя, – Анна ДюБуа!
– Вы совсем сбрендили? Какая ещё Анна ДюБуа?! – Таня со злостью оттолкнула тарелку с едой и выскочила из-за стола, – ну и чёрт с вами! – и она зашагала прочь в сторону леса.
– Пойду, пригляжу за ней, – произнес Паша тоже вставая, – как бы делов не натворила.
А братья, словно не замечая ничего вокруг, продолжали пристально разглядывать Аню.
– Что? – нервно воткнула вилку в кусок дымящегося мяса.
– Мне всё больше и больше нравится эта идея, – проговорил Саша, безотрывно наблюдая за её движениями.
– И мне...
– Прекращайте дурить, – Аня нехотя откусила кусок, – взяли и обидели девушку, она, между прочим, Саша, к тебе с серьёзными намерениями.
Рыжий пожал плечами и тоже воткнул вилку в еду.
– Ничем не могу помочь, у меня другие планы, – и кусок жаркого отправился ему в рот.
– Так скажи ей об этом, зачем мучить девушку, давая ей повод надеяться.
– Думаешь? – он поднял глаза и хитро прищурился.
– Я думаю, что правда – самый лучший способ решить все проблемы в зародыше, если бы все люди сразу говорили правду, можно было бы избежать многих проблем.
Братья снова переглянулись и как-то странно притихли. Саша продолжая жевать тихо заметил:
– Не всегда человек готов услышать правду сразу, порой должно пройти время…
Ей одной показалось, что они уже говорят давно не о Тане? Девушка вопросительно посмотрела на рядом сидевшую Киру, но та лишь в ответ пожала плечами, показывая, что она тоже потеряла суть разговора.
– Ладно, делайте что хотите, а я пошла готовиться к тренировке.
Аня вышла из-за стола. Она хотела поговорить с Таней, но нигде не смогла её найти, Паша тоже не попадался на глаза. Поэтому девушка и увязавшийся за ней пёс, направились в лес. Боги! Как же хорошо в лесу! Тихо. Тепло. Умиротворённо. Никаких тебе проблем и забот – только едва покачивающиеся на ветру деревья, бесконечное небо над головой, ты и рядом бегающий счастливый пёс. Вот это действительно было единение с собой, а не то что ваши йоги. Вспомнив о тренировке, Аня нехотя вернулась в лагерь.
Сегодня йога проходила в воде. Очень необычно. Две Катерины проводили тренировку одновременно. Закрыв глаза, участники пытались гармонизировать свой разум с душой и телом.
– Слушайте своё тело, – тихо, как вода, журчала Катя с каре и неизменно красной помадой на губах, – любое упражнение не должно приносить дискомфорта. Дыхание – основа любой тренировки. Ни в коем случае нельзя задерживать дыхание во время асаны, если это только изначально не предусмотрено упражнением. Если силовая нагрузка, то производим глубокий вдох и выдох, во всех остальных случаях просто ровно дышим.
Ага, хорошо им говорить, таким сильным и гибким. Обе Кати были в купальниках, и Аня теперь видела их натренированные тела, несмотря на худощавость девушек, у обеих были жилистые ноги и руки, а ещё пресс с кубиками… не то что жир у некоторых. Кажется, за последние дни Аня вместо того, чтобы укрепить тело, поплыла вширь. Конечно, печеньки на ужин и булочки на завтрак к добру не приводят. Всё, сегодня без точно ужина, а с завтрашнего дня не пропускать ни одной тренировки. Девушка тяжело вздохнула. Интересно, а тяжело вздыхать во время упражнения можно?
Два часа тренировок в воде пролетели незаметно. Уставшая и измученная Аня вернулась к палатке парней, но заметив, что внутри у них проходил сеанс массажа, села на стул и стала ждать перерыва. Через двадцать минут вышли женщина и парень. Поблагодарив массажистов, они направились в сторону лагеря. Братья, увидев Аню у входа, подошли ближе.
– Чего не заходишь? Ты же мокрая, простыть захотела? – Саша тут же в своей излюбленной манере нахмурился и осмотрел Аню с головы до ног.
– Не хотела мешать.
– Нет, так не пойдёт, – Женя подхватил девушку за локоть и завёл в палатку, – раздевайся.
Сил хватило лишь удивлённо приподнять бровь.
– Сеанс разогревающего массажа, ты вся продрогла. Ложись на любую кушетку. А в следующий раз просто молча проходи внутрь. Теперь это и твой временный дом.
– Разве сейчас у вас нет клиентов?
– Подождут.
– А если я не хочу, – она не сопротивлялась, спросила лишь из интереса.
– Мне тебя раздеть? – Женя опустил подбородок и устрашающе взглянул на неё исподлобья. Саша стоя рядом хитро улыбался. Ну вот что с ними делать? Спорить? Так всё равно настоят на своём. Убежать? Уже проходили это… два раза…
Молча стащила с себя штаны и кофту, осталась в одном мокром купальнике.
– Ложиться? – вопросительно глянула на Женю.
– И что не будешь убегать? – парень насторожился.
– А есть шанс убежать? – близнецы отрицательно помотали головой.
– И спорить не будешь и переубеждать? – Саша тоже замер. Кажется, их действительно удивило поведение Ани.
– А есть шанс переубедить? – братья в ответ снова синхронно замотали головой.
– Ну тогда быстрее приступим, быстрее закончим, так? – она забралась на кушетку, – буду относиться к этому как к горькой пилюле, которую неизбежно всё равно придётся выпить, чтобы от тебя отстали… братья, да?
Саша хмыкнул, а Женя потёр руки.
– Погоди, прежде переоденься в сухое.
– У меня рюкзак с вещами остался в столовой.
– Мы перенесли его уже сюда, – Саша показал головой на вторую часть палатки.
Вот же ж шустрые какие. Медленно слезла с кушетки, забралась в спальную зону и, переодевшись в сухое, вернулась.
Братья замерли в ожидании, их глаза горели огнём и не предвещали ничего хорошего, Аня засомневалась. И где та уверенность, которая была несколько минут назад?
– Это же просто массаж? – готова была уже шагнуть назад и спрятаться за хлипким замком.
– Эх, вот нельзя тебя одну оставлять и всё тут, – Саша тяжело вздохнул и похлопал по кушетке, – да, это просто массаж.
Шла как на эшафот. Каждый шаг давался с трудом. Ну почему с ними всегда так?
– Ну почему с тобой всегда так? – Женя нетерпеливо топтался на месте.
“Эээ! Это мои слова вообще-то!”
Мужские руки снова обжигали её тело. Растирали, гладили, продавливали болевые точки. Под уверенными движениями Аня быстро согрелась и теперь лежала, наслаждаясь массажем. Неужели, она уже настолько привыкла к тому, что братья так часто к ней прикасаются, что это ей стало нравиться? Плохо это... ой как плохо, говорила внутренняя совесть, но Аня, запихнув её в темный чулан, лежала и балдела. Через время все её тело накрыли нескольким полотенцами и простынями.
– Аня, сейчас не шевелись и не дёргайся.
– Ммм, – промычала разморённая девушка.
Кажется, запахло спиртом, за спиной раздался щелчок и всё тело обдало жаром. Было не больно, а скорее даже наоборот, очень хорошо. Горячо. Она любила тепло.
– Мы что горим? – пробубнила сонно под нос.
– Нет, огненный массаж, не волнуйся всё под контролем.
– Вы решили меня спалить? Как ведьму?
Близнецы засмеялись.
– Нет, ты нам живая нужна.
Ну да, ну да. Мальчики не наигрались ещё. Ну и ладно, устала уже сопротивляться. Видимо, через время от льющегося снаружи тепла девушка задремала, так как уже пришла в себя, когда её сонную и разморённую перенесли в спальню на руках.
– Я что спала?– спросила, не открывая глаз.
Никто не ответил.
– Надеюсь, не храпела?
Кто-то тихо засмеялся.
– Нет.
– А то вдруг выгоните ночью на улицу.
– Тебя не выгоним.
Так пора просыпаться, а то что-то парни притихли. Аня открыла глаза. Над её лицом нависал Женя. Он заворожённо разглядывал её губы. Машинально их поджала. Парень перевёл взгляд выше и уставился в глаза, снова не мигая и гипнотизируя.
– Пора на ужин. Саша уже ушёл.
–Я сегодня без ужина.
Женя сел рядом и удивлённо глянул на девушку.
– Это ещё почему?
– Потому.
– Почему "потому"?
– Не скажу.
– Какой конструктивный диалог. Как я тебе помогу, если ты не хочешь ничего говорить?
– Ты всё равно ничем не поможешь.
– А вдруг?
– Нет, об этом парням не говорят, вы не понимаете нашу боль.
– У тебя месячные?
– Дурррак! – со злостью хлопнула ладонью по его плечу. И смущённо добавила, – нет.
– Ну, о чём ещё стесняются говорить девушки парням?
– Если скажу, отстанешь? Не будешь донимать расспросами?
– Не уверен, но постараюсь.
Аня грустно вздохнула.
– Я толстая. В последние дни набрала, кажется, больше чем за все посление годы. Теперь я точно бегемотиха, как говорила Таня.
Женя молча осмотрел девушку с головы до ног и вернул взгляд обратно на лицо.
– Иди ужинать, а я тут пока побуду.
– Ань, ты не толстая, ты нормальная и даже худая, я бы даже настоял на том, чтобы ты ещё чуть-чуть поправилась.
– Хватит врать, – отвернулась от него набок и свернулась калачиком.
– Кто тебе вообще об этом сказал?
– Я сама всё вижу. Вон у тренеров кубики на прессе, а у меня сплошной жир.
За спиной возникла тишина. Потом раздались шорохи, и Женя молча вышел из палатки.
– Вот говорю, что не поймёт, – хотелось плакать, и зачем рассказала? Глупая! Кое-как переборов тоску и жалость к своей фигуре села. Спать совсем не хотелось, но и заняться особо было нечем. Вышла из палатки, погуляла вокруг, пса рядом не было, весь день где-то носился в округе. Вернулась, разделась, завернулась в спальник и снова легла. Сон не шёл, и Аня тихо лежала и предавалась унынию.
За стенкой послышались шорохи, и в палатку вошли братья. В рабочей зоне загорелся свет. Тихо вжикнул замок и парни шагнули в спальню.
– Анют, – тихо позвал Женя, – ты спишь?
– Да!
– А мы тебе вкусненького принесли.
Что-то зашуршало и по палатке тут же разнеслись ароматные запахи.
– Здесь плов и морс с бутербродами.
– Женя, ты меня вообще слышал? О чём я тебе говорила?
– Аня, не глупи, ты стройная, – Саша сел рядом.
– Ты что ещё и ему рассказал?!
Молчание. Тихие шорохи и Аню уверенно вытаскивают из-под одеяла. Прижимают её спину к крепкому телу и девушка, сопя, открывает глаза. Женя сидит напротив, на полу стоят тарелки с едой и термосом, видимо, с тем самым морсом. Запахло малиной. В животе тут же радостно заурчало, и Аня смущенно опустила голову, разглядывая пол.
– Аня, ты же знаешь что мы не отстанем.
– Нет, хватит искушать, в своём решении останусь непреклонна.
Женя открывает крышку у тарелки. Пар поднимается, разнося божественный аромат еды. Аня громче засопела и отвернулась.
– То есть вам вообще пофиг, что я говорю.
– Нет, не пофиг. Аня, ты очень стройная, хватит на себя наговаривать! Открывай рот, будем кормить, как маленькую, это для твоего же блага...
– Знаете, благими намерениями…
– Открывай ... – Женя протягивает ложку с пловом.
Аня выхватывает ложку и засовывает с едой в рот.
– Я не вебенок и вообфе в состоянии шама поефть! – ароматный и горячий плов во рту вызывает взрыв вкусовых ощущений, и Аня в блаженстве закрывает глаза. Осталось только простонать в удовольствии, но тут уж сдержалась. Она действительно была голодной. Женя пододвигает тарелку ближе и наливает в кружку морс.
– Порой кажется, что ребёнок, – вздыхает позади Саша, его дыхание треплет волосы на макушке.
Но Аня уже не обращает внимания на их болтовню. Ложка, ещё одна, и вот тарелка уже пуста.
“Что-то мало принесли, видимо всё-таки думают, что толстая”, – подумала Аня, облизывая ложку.
Женя подталкивает ближе тарелку с бутербродами и Аня, наслаждаясь, надкусывает первый, запивая его горячим морсом.
– Всё, – через время вытирает салфеткой рот, – довольны теперь? Это будет на вашей совести, если меня не повезут обратно так как будет перевес или я вообще не войду в дверь автомобиля.
Сзади тихо заходила ходуном стена. Саша беззвучно смеялся.
– И это не смешно!
– Пошли гулять, многострадальная наша.
– Во-о-от, ключевое слово много, меня везде много.
– А-а-а-а! – застонали в голос братья и подхватив Аню, силком вытащили из палатки.
На улице уже потемнело. Небо было ясным и в ночи было видно, как высыпали звёзды. Ярко горела луна. Было красиво и прохладно. Аня поёжилась, и Женя накинул ей на плечи свою куртку. Ребята гуляли вдоль берега и молчали. Кажется, впервые девушке было комфортно с братьями. Не было никаких споров и гонок. Никаких приставаний и пошлых намёков. Было просто хорошо. Пёс вернулся в лагерь и теперь крутился у ног. Аня подняла палку и бросила в сторону, играя с собакой.
– Почему ты не даёшь ему имя? – спросил Саша, смотря на то, как пёс поднял палку и теперь довольный несёт её обратно.
– Боюсь, что если дам кличку, то это окончательно привяжет меня к нему.
– Так он и без этого не отходит от тебя ни на шаг, – Женя выхватил палку из пасти собаки и бросил снова вперёд.
– Это странно, да?
– Ну почему, Паша говорит, что такая порода сама выбирает себе хозяина, один раз и на всю жизнь, видимо, этот приблудный пёс уже нашёл хозяина и, как бы ты ни противилась этому, он выбрал тебя.
– Что же мне с ним делать?
– Забирать с собой?
– Если только к маме, – троица уже повернула обратно, возвращаясь к лагерю, – домой везти некуда.
– Дочка разве не будет рада? – Женя снова поднял палку и бросил её вперёд.
Аня пожала плечами, говорить о семье и своих проблемах с братьями не хотелось. Откуда они вообще знают, что у неё именно дочь? Эх, мама-мама, с тобой в разведку точно не пойдёшь. Братья больше не настаивали на продолжении разговора, и в молчании ребята дошли до палатки.
– Мы отнесём тарелки, а ты ложись пока.
После ночной прохлады внутри под плотным тентом ощущалось тепло. Аня разделась и, юркнув под одеяло, притихла. Прогулка разогнала сон. Она думала о муже, о дочке и о Саше с Женей. Всё так внезапно закрутилось вокруг ее размеренной жизни, и самым большим вопросом нависали братья ДюБуа. Зачем они с ней играют? Делают вид, что она им нравится, да и как можно нравиться сразу двоим? Даже если бы она кого-то выбрала одного, отступил бы второй? Да и зачем она им? Она же старше обоих на несколько лет, зачем всё это, когда вокруг вертится много молодых девчонок. Странные. Настойчивые. Уверенные. И этой уверенностью заразили и её. Что их так долго нет? Аня глянула на часы – нет уже двадцать минут, может, что-то случилось? Сердце тут же пропустило удар. Кровь от волнения забилась быстрой жилкой на шее. Девушка вылезла из-под спальника и босыми ногами прошла к выходу. Вышла из палатки и замерла. Братья сидели на стульях и молча смотрели на звёздное небо. Пёс лежал рядом у Сашиных ног.
– Вы почему не идёте спать?
Оба брата встрепенулись. Неужели так глубоко задумались, что не услышали, как она вышла? Обернулись и молча посмотрели на Аню. Женя пробежался быстрым взглядом по раздетой фигуре.
– Аня, иди спать. Замёрзнешь.
– А вы ещё не идёте? – от холода кожа покрылась мурашками.
– Сейчас немного посидим и зайдём.
– Я тогда оденусь и к вам.
– Нет, – хором проговорили Саша и Женя.
– Аня, ты что уже соскучилась? – Саша повернулся к ней и решил подколоть, но Аня восприняла его вопрос серьёзно.
– Ну… нет... наверно, просто страшно без вас… и холодно, – последние слова дались с трудом и она проглотила вязкую слюну, так как в этот миг заметила, как братья на неё смотрят. Женя тряхнул головой и улыбнулся.
– Страшно и холодно, говоришь? Ну, пошли тогда спать.
Внутри Женя в своей манере быстро разделся до боксеров и нырнул под одеяло, Аня так продрогла, что особого приглашения ждать не стала и юркнула вслед за ним, а Саша замер у входа и долго смотрел в их сторону. Ане стало неудобно, может что случилось?
– Что-то произошло? – решилась спросить.
– Нет, с чего ты взяла?
– Молчишь, смотришь странно, если все нормально, то ложись спать.
– Ну если ты приглашаешь… – и он стащил брюки и тоже залез под одеяло.
Рыжие снова отвернулись к разным стенкам и через пять минут глубоко задышали. Заснули. А Ане сон не шёл. И вроде тепло и спокойно, ведь рядом оба брата, но, кажется, что-то не так. Повернулась к Саше лицом и стала рассматривать его шею и затылок. На кончиках пальцев закололо от желания прикоснуться к нему. Погладить горячую кожу, спуститься ниже и коснувшись талии прижаться к ней. Теперь эти мысли не давали покоя, заполонив внутри всё существо, и самое главное, что это теперь её нисколько не пугало. Почему когда запретное так близко, его хочется в разы сильнее. Устала сопротивляться. Пора признать, что она хотела этих несносных рыжих парней, не меньше чем они её. Саша словно почувствовав, что девушка на него смотрит, повернулся в её сторону. Аня зажмурила глаза. Нет, не готова она. Трусиха. Никогда не будет готова к таким парням, как братья. Посчитала до пяти и медленно приоткрыла глаза. Саша смотрел на неё в упор. Серьёзно, внимательно, без тени улыбки. Он всегда такой – чересчур серьёзный.
– Ты почему не спишь? – шёпотом, сердце бухало так сильно, что заложило уши.
– А ты? – также шёпотом в ответ.
– Почему я? – вопрос вырвался быстрее, чем она смогла спрятать его глубоко внутри за семью замками.
Саша продолжал молча её разглядывать в темноте.
– Зачем вы меня мучаете. Я ведь уже готова поверить, что всё серьёзно.
– Всё очень серьёзно.
– Не понимаю, почему я, – снова повторила она, – Я старше вас.
– Всего на четыре года.
– У меня есть муж.
– Ты с ним разведёшься.
– У меня ребёнок.
Сначала оглушающая тишина, а потом:
– И что? Этот твой ребёнок, значит он такой же желанный как и ты, мы твою дочь уже заочно любим.
Аня с горечью и недоверием хмыкнула, вспомнила похожий разговор, состоявшийся на днях с другим.
– Зачем рассказали Александру, что у меня есть муж и дочь?
– Он не достоин тебя.
– А кто достоин?
– Мы, – Женя откликнулся тихо из-за спины.
Аня снова горько улыбнулась.
– Если это шутка, скажите сейчас.
– Аня, это не шутка, – Саша медленно дышал, периодически задерживая воздух в лёгких, казалось, что он очень сильно сдерживает себя.
– Я не смогу выбрать одного, – и девушка, медленно высунув руку из-под одеяла, прикоснулась к Сашиному лицу. Убрала с лица чёлку и провела рукой по волосам. Было приятно. Парень прикрыл веки и замер, наслаждаясь такой невинной лаской.
– Не выбирай одного, будь с нами двумя, – Женя коснулся спины и широкой ладонью провёл вверх к нежной шее.
– Сумасшедшие, это ненормально, но, кажется, я такая же ненормальная, как и вы.
Саша открыл глаза, обхватил её талию руками и резко подтянул к себе. Шумный выдох прямо в губы и он впивается Ане в рот грубо целуя. Она обнимает его за шею и зарывается в волосы. Долгий, томительный поцелуй и они с трудом отрываются друг от друга. Оба тяжело дышат.
– Жень, – голос у Саши хрипит, – перехвати.
– Нет, – Аня крепче вжимается в его тело.
– Аня... – парень ошарашенно смотрит и сипло выдыхая выдавливает по словам, – боюсь не сдержусь, я не нежный Ань, тебе будет больно.
– Хочу тебя, – выдыхает прямо в губы и тянется за поцелуем уже сама.
Он грубый. Сильный. Сладкий. От него пахнет крепким парфюмом, от которого Аня сходит с ума. Саша перекатывает её на спину и нависает сверху. Долго смотрит в полумраке в глаза, пытаясь что-то разглядеть. Девушка проводит руками по крепкой спине, доходит до резинки боксеров и резко стягивает их вниз, её ладошки тут же перебираются к мужскому паху, и она касается пальцами напряжённого члена. Проводит рукой по всей длине. Упругий, горячий. Член подрагивает в её руках. Аня замирает и выдыхая поднимает глаза на Сашу. Всё! Стоп кран сорван и назад пути нет. Он резко раздвигает ей ноги и входит одним движением.
– Ааа! – она была готова его принять, но от неожиданности и чувства распирания на грани боли, Аня стонет и из глаза выкатывается слеза.
– Больно? – Саша резко замирает. Наклоняется и начинает целовать лицо, глаза, шею. Откидывает покрывало и поднимается над девушкой на руках.
Внутри член подрагивает и давит на стенки. От ощущения наполненности сносит крышу. А она впервые срывает всё с тормозов и просто кайфует. По телу бегут мурашки. Саша опускает голову и начинает целовать грудь, пытаясь аккуратно выйти из неё, но Аня обхватывает его ногами и тянется за поцелуем. Он понял без слов. Толчок и выход, почти на грани, и от этой пустоты становится не по себе и девушка снова тянется телом к мужскому торсу. Саша одной рукой поднимает её под попу и делает ещё один глубокий вход. Внутри, между ног зарождается жгучее желание, оно проносится по груди заставляя соски напрячься и проносится выше, выбивая из груди стон. Парень внимательно наблюдает за её реакцией и тут же начинает двигаться внутри: казалось, глубже войти невозможно, но он разворачивает девушку держа за попу так, как ему удобно и она не сопротивляется, отдаваясь сейчас под его полную власть. Он глубоко вбивается в нежное тело. Ещё один толчок, и обратно, почти на грани выхода, второй... Наклоняется и горячий язык проникает в рот, напористо, требовательно он не изучает, он подчиняет и она уже давно потеряна и ничего не соображает, откликается на каждый его призыв и требование, только обострённые чувства сейчас движут ими обоими. Во время очередного толчка он касается пальцами клитора и Аня взрывается. Бах! Оргазм взорвался вспышкой внутри, принося разрядку и удовольствие. Громкий стон и ей закрывает кто-то рот рукой, и она продолжает стонать уже в мужскую ладонь. Стенки внутри сокращаются и Саша в два толчка кончает, глухо рыча. По телу пробежала дрожь и от переполняющих ощущений закружилась голова. Вот так без прелюдий, грубо, резко и она кончила за считаные минуты. Тяжело дыша Аня лежала под Сашей и счастливо улыбалась. Стало невероятно хорошо, теперь, всё было так как надо. Так, как должно было быть с самого начала. Саша медленно вышел и лёг рядом.
– Так, хватит тебе нежится, дай её сюда.
И Аню бесцеремонно хватают руки Жени и прижимают спиной к своему телу. Его твёрдый член, упираясь в попу, без слов говорит о желании, но как только он касается пальцами девичьих складочек, внутри становится больно и неприятно. Ого, а она и не знала, что Саша такой напористый. Кажется, не скоро теперь сможет подпустить кого-то из них снова к себе.
– Же-е-ень, – мягко отстраняет его руку.
– Саша же говорил, что к нему надо подготовить, он у нас нетерпеливый парень, – она чувствует, как Женя улыбается ей в шею, целуя, – спи тогда упрямая, кажется, сегодня я остаюсь без сладкого.
Он гладит её тело, нежно касаясь чувствительных мест на коже.
– Прости… – невнятно бормочет Аня в ответ, от жара тела и ласковых касаний её в миг разморило.
– Спи… – шепчут снова в ухо, и она послушно засыпает.
