Текст книги "Алиментов, женись на мне на три дня (СИ)"

Автор книги: Лёля Зайкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 13.

Глава 13.

Родион

– Кот мой и останется со мной, – стою на своём.

Мне в общем-то совершенно не нужен питомец и забота, связанная с ним, но почему-то уступать не хочется.

– Значит, вы тиран и мне придётся связываться с правоохранительными органами, чтобы доказать, что вы издеваетесь над животными.

Чёрт на руках будто бы поддакивая Любе, а может быть, просто в ответ на наши взаимные крики и упрёки начинает ёрзать и недовольно мяукать.

– Вот видите, ему у вас не нравится, – замечает Любовь.

– Ему не нравится то, что вы мне перечите и называете его Чернышом. Да, Чертяка? – треплю кота за ушами и он затихает, – Видите, мы с ним прекрасно сойдёмся характерами.

– Но точно не потому, что вы белый и пушистый, а потому, что у Черныша идеальный характер, – опять принимается язвить эта невозможная, ко всему прочему чужая женщина. – Иди ко мне, мой сладенький.

Она принимается сюсюкать с котом и выхватывает его из моих рук. Он тут же к ней жмётся. Может быть потому что её фигура мягче и ему комфортнее на её руках.

– Хорошо, пусть выберет себе хозяина, – соглашаюсь я.

Пора включить логику. Кот был мне нужен только для того, чтобы чаще контактировать с Любой. Раз она выходит замуж, повод для общения не нужен. А Люба выходит и похоже не по любви, а только потому, что ей туда очень хочется. Её право. Пусть выходит и забирает кота. Всё у меня проблем меньше будет. И внезапно свалившаяся на голову женщина из мыслей уйдёт и кот не будет напоминанием наших перепалок, маячить перед глазами не будет.

– Ну вот так бы сразу, – улыбается Любовь. – Где я могу разместиться на эту ночь с Чернышом?

– С Чёртом, – повторяю на автомате.

– Какая вам разница, как я буду называть кота, если уже завтра он станет только моим питомцем?

Даже против сказать нечего. Сам удивляюсь, почему я так упорно стою на этом имени. Черныш, Чёрт, какая к чёрту разница?

– Можете здесь разместиться, здесь есть диван.

– А сами, наверное, на кровати будете спать?

– Ну вы же в гостях, а не моя дама сердца, чтобы претендовать на место в моей постели. Или вы хотите хорошенько развлечься перед свадьбой? Если что я не против? – произношу провокационно.

Люба запинается.

– Уверена, вы меня ничем не удивите. А значит, и не стоит с вами связываться. К тому же я женщина верная. Женихам не изменяю.

– Тогда располагайтесь, – говорю я и покидаю комнату.

Её близость одновременно и бесит, и будоражит.

Я не соврал в эту квартиру, не приводил ни одну женщину. Жильё купил специально рядом с офисом, чтобы не тратить время на дорогу. Квартира добротная, но не стала мне домом лишь местом нечастых ночёвок. Некоторые время отсиживаюсь у себя в комнате, но желудок напоминает о том, что я не ужинал. Люба, к слову, тоже. Морить гостью, даже не очень уж долгожданную. Пусть нарушающую мои планы и покой, и выходящую замуж за не пойми кого, не входит в законы гостеприимства.

Приходится покинуть спальню. Вхожу в зал и взгляд замирает на плавных изгибах женского тела, на бёдрах обтянутых красной тонкой материей трусиков.

– Ого, – невольно срывается с губ.

Люба оборачивается, даже не подумав прикрыться, и я имею возможность рассмотреть её спереди. Фигура у женщины достаточно пышная. Не могу сказать, что я большой любитель дам в теле, но взгляд тут же прилипает к явному достоинству – груди. Не знаю какого размера, но явно не маленького.

В брюках наливается тяжесть.

– У вас совсем с манерами плохо? Вас стучаться не учили? – произносит Люба, ничуть не смущаясь своего полуобнажённого тела.

Мне надо бы отвести взгляд, но он, так и липнет к груди, а потом соскальзывает вниз к треугольнику нижнего белья.

– Оцениваете то, что вам не достанется? Подсчитываете потери? – хмыкает Люба. – Ваши моральные принципы позволяют смотреть на чужую женщину, которая совсем скоро станет женой?

– Ну вы же не пытаетесь прикрыться! – бросаю ответ на претензию. – Значит и меня это не должно смущать.

– Вы зашли поглядеть? Или ещё какие-то цели преследовали? – интересуется, не спеша поднимая халат и одеваясь.

Мысли о том, зачем я сюда пришёл, формируются не сразу. Несколько замедленно.

– Я хотел предложить вам поужинать.

– В ресторан, меня хотели позвать?

– Ещё чего? С какого перепуга я буду гулять по ресторанам почти чужих жён?

– И правильно. Не надо. Я бы всё равно не согласилась с вами пойти.

Стараюсь не цепляться к очередному отказу. Она выходит замуж. Это норма. Отказ никак не связан со мной. Любому дала бы от ворот поворот.

– Я закажу доставку. У вас есть какие-то предпочтения? Или, может быть, вы что-то не едите?

– Я ем всё.

– И судя по всему не в малых количествах.

– У каждого есть свои недостатки, – пожимает плечами, скрытыми тканью халатика. – Лучше пусть они будут отражаться в килограммах, чем в мерзком характере.

С достоинством реагирует на мой выпад Люба.

Выхожу, чтобы позвонить. И вскоре нам привозят ужин.

Едим молча каждый свою порцию. Чёрт тоже хрустит сухим кормом, выглядит вполне довольным. После ужина Люба подхватывает его на руки и уходит, вежливо поблагодарив за ужин, а я провожаю её взглядом.

Меня особо не привлекали дамы в теле, но Люба цепляет. Может быть, даже не фигурой, внешностью, а тем как держит себя. Приятно на неё посмотреть. А, возможно, было бы приятно и пощупать.

Прохожу мимо зала, дверь которого она закрыла не плотно и слышу тихий уверенный голос.

– Кость, я подумала. Да, я согласна выйти за тебя, – произносит Люба.

А у меня почему-то опять ком в горле встаёт, который неимоверно хочется откашлять. Может, у меня аллергия на кошачью шерсть? Или на эту женщину? Не может забыть, что я так реагирую на её скорое замужество. Мне плевать. Я ещё не сошёл с ума, чтобы влюбиться. Ещё и в неё.

Глава 14.

Люба

Не могу, да и не хочу себе врать. Такая ложь себе дороже. Понравилась мне реакция Алиментова на новость о моём скором замужестве. Прям царапнула женскую сущность. Мне даже кажется, что впервые за всё время нашего общения Родион посмотрел на меня как на привлекательное создание, а не на как объект, который постоянно бесит и раздражает.

Когда он ввалился в комнату, не постучав, я испытала азарт. Мне хотелось видеть его реакцию, и я ею питалась, упивалась, лакомилась. До дрожи будоражили его взгляды щекотали моё “я”, когда этот нахал смотрел на меня, как на вкусняшку.

У меня нет проблем с самооценкой, комплексов и прочей ненужной дряни. Но женщина во мне цвела и пахла, когда мужчина, который утверждает, что он пуп земли, которому все должны поклоняться, смотрел на меня с огнём.

Конечно, я не дурочка, чтобы принимать эти взгляды за что-то серьёзное. Но как ни крути, приятно получать такую реакцию от того мужчины, который привык таскать в ЗАГС женщин модельной внешности.

Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не растечься патокой, держать себя с достоинством, делать вид, будто его взгляды мне безразличны. Но внутри, за грудиной, сиропом разливалось странное чувство, которое я ни разу не испытывала в обществе своих мужчин.

Это пугает, чертовски пугает. Я не из тех, кто прячется в кусты, я не привыкла пасовать. Но в голове то и дело яркими лампочками вспыхивают мысли “Бежать, бежать быстрее!”, “Какого чёрта я приехала к нему, осталась на ночь”, “SOS”, “Alarm!”, “Бежать!”.

Но я сижу и поглощаю ужин. Всё чаще взгляд сам собой прилипает к лицу Родиона, скользит по его фигуре. Я не могу не отметить, что есть в Алиментова и стиль, и шарм, и что-то такое прям мужское.

Нахальности, эгоизма в нём хоть отбавляй. Бесит он этими чертами, но в то же время, чем-то, сама не могу понять чем, влечёт. Но нужно ли мне поддаваться этому влечению? С его отношением к жизни, к женщинам – нет. Точно нет!

Но глаза так и манит он. Да ну к чёрту!

Взгляд опускаю на кота. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке, когда вспоминаю, как Черныша называет Алиментов. Кот лопает из миски, совершенно нас игнорирует, Чертяка.

Взгляд соскальзывает с животинки, возвращается к Родиону. И опять внутри пробегает вибрация. Такая, которую я не ощущала ни разу, такая, которая пугает.

Не хватало ещё действительно влюбиться в этого породистого козлика.

Нет, нет, нет! Такого счастья мне точно не нужно! Меня вообще-то замуж позвали! Куда позвали, туда надо и идти, а не думать о ерунде всякой.

Костя, пусть оказался не слишком надёжным, едва не свернул с желанного мной пути, но он на него вернулся. Может быть, это правда была порча. Главное, что вернулся. И мне надо возвращаться.

Толкаю мысли к нужному руслу, но они не хотят возвращаться к Косте. Его образы никак не хочет синтезировать сознание. В голове плотно, плотно сидит Родион.

Нет. Так не пойдёт! С этим надо бороться самыми радикальными методами!

Именно поэтому, едва вхожу в комнату, которую Алиментов предоставил мне, зажав кровать, звоню Косте.

Мне нужно услышать его голос, зацепиться за него. Напомнить себе, что вот он мой мужчина. Не думать о том, кто очень уж хочет заселиться в моей голове и в сердце. Нечего там делать Родиону. Вон! Кыш!

Поэтому, набрав побольше воздуха в лёгкие, едва мой жених отвечает на звонок, выпариваю:

– Кость, я подумала. Да, я согласна выйти за тебя.

Пора уже замуж. Тридцать на носу. Мама хоть один разочек за меня порадуется. Хоть один брак состоится как полагается, в срок. А то, что и эта попытка была на грани фола – мелочь. Не важно.

Я скоро стану женой. Очень скоро.

Но почему-то вместо того, чтобы вызвать радость, эта мысль пугает…

***

Утро прошло тихо и спокойно. Видимо, за ночь Алиментов осознал, что я почти замужняя женщина и потерял ко мне какой-либо интерес.

Он на меня даже не смотрит. Если вступает в диалог, то говорит односложно. На кота тоже претендовать перестал. С утра пораньше, перед работой, просто подвозит меня к моему дому вместе с Чернышом и всем его приданным.

А мне почему-то хочется назвать его Чёртом. Хочется, чтобы, когда я произносила кличку кота на свой манер, Алиментов сказал: “Нет, Чёрт, Чертяка”. Но он пропускает имя Черныш мимо ушей.

Мне кажется, Родион уже и не думает о том, что мы с котейкой были в его жизни и в квартире, пусть короткие мгновения, но были.

– Любочка, что там у тебя с личной жизнью? – спрашивает начальница, встретив меня в коридоре, когда я спешу в кабинет.

На работе уже привыкли, что к заявлению на брак на моё имя не стоит относиться слишком уж серьёзно. Свадьба может не состояться, а мой выходной по случаю бракосочетания и последующие три дня, которые я упорно прошу после назначенной даты, запросто могут стать рабочими.

– Всё прекрасно. Завтра прихожу не на работу, а в качестве невесты в белом платье, – отвечаю, улыбнувшись.

Около получаса вечером мы разговаривали с Костей. Он фантазировал о том, как я буду выглядеть в свадебном наряде, как пройдёт наше маленькое торжество. В связи со своей невезучестью ресторан на дату бракосочетания я не бронирую. Но всегда можно сходить в кафе в небольшой компании: свидетели, родители, мы.

– Может быть, тогда возьмёшь отгул, чтобы подготовиться? – предлагает Элеонора Никитична с улыбкой.

У моей начальницы тоже было несколько неудачных браков. Какие-то не состоялись, какие-то распадались через несколько дней после регистрации. Она, как никто, другой понимает мои эмоции.

– Не откажусь, – легко соглашаюсь я, говоря себе мысленно, что пора окунуться в атмосферу подготовки.

Надо померить платье, поиграть с причёской. А можно даже попытаться найти местечко в парикмахерской, записаться на визаж. Ведь не каждый день я выхожу замуж.

Но стоит войти домой и взять на руки Черныша, в голову опять плотным потоком лезут мысли о Родионе. Нету в них Кости, хоть убей. А завтра я стану женой не Алиментова, а Кости.

Это пугает…

Глава 15.

Глава 15.

Родион

Кажется, я всё-таки свихнулся. Потому что Люба не идёт с головы.

Никак не идёт. Мои попытки сделать вид, что мне плевать на её присутствие рядом, кажется, выглядели смешными. Я практически уверен, что Люба чувствовала, что я не хочу, чтобы она уходила, не хочу, чтобы она выходила замуж за своего Костю.

Он же её не любит.

Я вчера некоторое время стоял под дверью и, как школьник возле кабинета директора, подслушивал разговор. Но как бы это ни выглядело и как бы ни задевало мои моральные принципы, я узнал много нового.

Оказывается, этот Костик планировал сменить одну невесту другой. Переобуться в воздухе.

Люба ещё в день знакомства что-то такое говорила о том, что женишок переметнулся к другой даме. Что его метлой погнали в другой ЗАГС.

Но никак не мог представить себе, что женщина с такой самооценкой, как Люба, позволит ему вернуться, скажет: “да, я буду твоей*.

Что это? Безысходность? Такое яростное желание выйти замуж? Тогда что ей мешает выйти за меня?

Дурной характер? Наше противостояние?

Я периодически видел в её глазах искры, когда она смотрела на меня. Люба гасила их, но они были. Были. Не могли мне померещиться. Или же я просто упорно выдаю желаемое за действительное? Как вариант – я сошёл с ума.

Утром, пока я везу Любу домой, к ней домой, куда уже завтра может переехать жених, точнее, муж, хочется заорать: “Ты не должна выходить замуж только потому, что тебя зовут! Ну что это за брак без чувств?”.

Но каждый раз сдерживаю порыв, ловя себя на мысли, что все мои браки были именно такие. С моей стороны не было ничего. Не любви, ни привязанности. Даже симпатии махровой не имелось. Лишь надежда на то, что очередная жена выдержит испытания моего брата, и я выполню условия дедова завещания. Любовью не пахло.

Не все женятся по любви. Я вообще ещё вчера считал это чувство чем-то лишним. Так почему меня колбасит от понимания, что Люба совершает ошибку? Разве меня должно это касаться?

Нет. Не должно. И беспокоить судьба Любы тоже не должна. Но внутренности от нескончаемых мыслей о ней выкручивает.

Если я пока и не сошел с ума. Точно сойду, как только она выйдет замуж. Потому что буду представлять её в объятиях другого и беситься.

Мне никогда не были свойственны собственнические чувства, но они какого-то чёрта пробудились.

Вместо того, чтобы посвятить себя работе, как должен. Вместо того, чтобы думать, что делать с дедовым завещанием и как не дать времени утечь сквозь пальцы, я думаю о Любе и её мужике. Испытываю острую потребность доказать ей, что он не герой её романа. Как это сделать?

Да, элементарно!

Через своих людей узнаю фамилию Любы, через её начальницу выясняю, за кого она выйдет замуж. И вот уже еду к Монеткиному Константину Юрьевичу.

Меня аж передёргивает от мысли, что Люба может взять эту фамилию. Ну какая она нафиг Монеткина? Женщина с такой самооценкой, с роскошной фигурой и ясным взглядом – это купюра покрупнее. На ней как минимум портрет Франклина должен быть изображён, но никак не монетка. Хотя и монетки бывают разные, например, с Екатериной Великой монетка стоит столько, что не каждому по зубам и толщине кошелька её купить. На эту монетку Люба тянет.

Любин предполагаемый женишок оказывается длинным, как шпала, худощавым мужичком с тонкими пальцами, напоминающими барабанные палочки. Долговязый и немного дёрганный. При моем появлении дёргаться он начинает ещё больше. Но главное не это, а то, как загораются его глаза, когда я предлагаю ему немалую сумму за услугу.

Услуга пустяковая для него, судя по тому, что он без раздумий соглашается. Не манит его Люба, как должна, не вызывает чувств, которые заслуживает. А значит, не велика для неё потеря.

Не придёт Монеткин в ЗАГС, кинет в нужный день без предупреждения, без звонков.

Может быть, с моей стороны это подло. Люба безумно и одержимо мечтает о браке. К тому же я в курсе, что у неё попыток выйти замуж была масса. Её начальница напела.

Я обламываю ещё одну. Но не совсем обламываю. Меняю вводные. У неё будет вариант выйти замуж, если она этого захочет. Выйти замуж, но не за Монеткина – за меня.

Я даже соглашусь на это, если Люба опять поставит своё дурацкое условие про три дня. Пусть будет три дня дня. Это уже какой никакой шанс зацепить её, а в дальнейшем продлить брак. С чего-то надо начинать. Пусть с трёх дней, а там, может, они растянутся на три недели, три месяца, три года.

Мысли фонтанируют, и воображение рисует Любу рядом со мной, и каких-то неизвестных толстеньких, но точно наших детей. Кота с загипсованной лапкой. И мне, чёрт возьми, нравятся эти картинки.

Нравятся куда больше, чем перспектива многомиллионных сделок, идея получить дедово наследство.

Наверное, Люба ведьма, потому что никак не идёт из головы. Потому что наводит там свой порядок. Складывает мысли, чувства, убеждения в новый, совершенно непривычный для меня пазл.

Но мне впервые плевать на подобные изменения в себе. Мне не хочется бороться с чувствами, что живут во мне. Я даже признаю их существование. Причем спокойно.

Мне хочется другого: получить положительный ответ завтра, когда вместо Монеткина я приду в ЗАГС. Пусть действует срок три дня. Пусть. Главное “да”.

Глава 16.

Глава 16.

Люба

Белое платье в пол. Открытые плечи. Декольте. Вышивка. Корсет. Всё, как я хотела.

Образ безупречен, не хватает только улыбки. А вот с ней имеются некоторые сложности…

Верчусь у зеркала, а за спиной охает мама. Она всё-таки приехала и, наверное, очень надеется, что не зря.

– Какой же красавицей ты выросла, созрела…

Хочется сказать, что я даже немножечко перезрела, но молчу, не хочу портить маме настроение. У неё радость – дочь, наконец-то, с двенадцатой попытки выйдет замуж.

Да и неважно это. Зрелая, недозрелая, перезрелая. Мне самой нравится то, как я выгляжу. Мне всего тридцать лет. Я не первая, кто выходит замуж в достаточно зрелом возрасте.

Жених у меня тоже не юнец. Так что всё нормально. Я красотка сегодня и должна блистать.

Но почему-то не хочется выходить из комнаты, не хочется демонстрировать себя ещё кому-то. Впервые за период моих попыток выйти замуж я на грани того, чтобы самолично сбежать с регистрации.

Но мама этого не перенесёт. Надо держать себя в руках.

Я же хотела замуж за Костю. Вот он, уже совсем скоро будет ждать меня у стойки регистрации.

Мне же казалось, что этот мужчина мне идеально подходит, надо вернуться к этой мысли.

Но вместо этого в голову лезет то, что я его не люблю и не любила, что он меня, наверное, тоже не любит, раз едва не сменил на другую женщину.

Даже идиотская версия, что на нём мог быть приворот, не помогает обрести уверенность в том, что всё идет по плану.

Плакал мой план. Я умудрилась влюбиться в того, в которого влюбляться было никак нельзя.

Сама не поняла, как и когда, но влюбилась. Возможно, в момент наших перепалок, возможно, между ними.

Но, как ни крути, это так.

И мама, кажется, замечает, что я на измене.

– Любочка, это предсвадебная лихорадка, бывает у каждой невесты, – произносит она, не зная, что творится в моей голове.

Думает, наверное, что я думаю о Косте. Но его в моих мыслях нет. Точнее, как нет, он есть, но в контексте – не хочу замуж за Костю, хочу за Родиона. И тому подобные, совершенно неадекватные мечты.

Может, правда, не выходить замуж? Ну что мне там мёдом намазано?

Бросаю взгляд на встревоженную маму, будто ища поддержки. В комнату, где я наряжалась, входит моя свидетельница со стажем. Лера единственная близкая незамужняя подруга. Она всё мечтает погулять на моей свадьбе, и всё никак.

Не, такой обломом ни Лерке, ни маме устраивать я не могу. В конце концов поживём. Если поймём, что не сходимся характерами – разведёмся. Вон Алиментов шесть раз разводился и ничего. Я тоже разочек разведусь, если пойму, что брак с Костей не то, чего я хотела. Но печалька заключается в том, что я уже понимаю, что хочу не этого. Однако упрямо толкаю себя вперёд, заставляю улыбаться, заставляю делать вид, что всё хорошо.

А в груди теплится робкая надежда, что Костя не придёт. Одиннадцать раз женихи сбегали, может, и сейчас моя стабильная невезучесть в вопросе брака сыграет свою роль?

Может, Косте по дороге в ЗАГС встретиться возрастная женщина с тугим кошельком. Или та дамочка, которая должна была меня заменить, выест ему мозги, и он поймёт, что всё-таки хочет жениться на ней, не на мне.

Честно признаться, я даже не против, я даже этого хочу. Готова и в документы внести изменения.

Такси привозит нас к ЗАГСу, на пороге которого стоят мои коллеги. Все взбудоражены тем, что наконец-таки Любочка выскочит замуж.

– Жених не приехал? – спрашиваю я с затаёной надеждой.

– Приехал. Уже дожидается в зале регистрация. Его там Маришка развлекает. Мужчина – загляденье, плевать, что немножко БУ, – улыбается Машка.

Не очень понимаю, где ж она в Косте разглядела загляденье. Обычный, среднестатистический, худощавый мужик. Ничего особенного. Вот Родион, да. Тот подходит под определение мужчины мечты.

Встряхиваю головой, гоня прочь непрошенные мысли.

Я выхожу замуж за Костю, не за Родиона, вот о нём и надо думать, а не строить фантазии, которым не суждено стать явью.

Что нас связывает с Алиментовым? Пара встреч и котик, который теперь живёт у меня, которого так и хочется назвать Чёртом вместо Черныша.

Тому, что Машка применила к Косте термин БУ, объяснение нахожу легко – мужчина не то, чтобы слишком молод.

Но и я не юная девушка. Так что всё в пределах нормы.

Бросаю взгляд на маму, она растеряна. Так и жду, что она скажет: “дочка, бежим”, схватит меня за руку и потащит прочь, да я бы побежала быстрее неё. Но мама ничего не говорит, расплывается в улыбке.

Не получив желанного отклика и поддержки, поднимаюсь по ступенькам. Не позволяя себе струсить, нигде не останавливаюсь, движусь прямиком к цели.

Брак ещё не конец света! Я же мечтала? Мечтала!

“Ну-ка давай, Любка, мечтай по новой”, – подбадриваю себя мысленно, но ноги так и норовят врасти в пол, чтобы не ходить туда, куда ведёт разум.

Захожу в зал, и вот тут замираю статуей, потому что у стойки регистрации стоит действительно видный мужчина. Сегодня он нарядился так, что аж слюнки непроизвольно текут. И этот мужчина не Костя. Моему жениху не суждено выглядеть так. Не помог бы ни дорогой костюм, ни консультация стилиста. С Маринкой общается Алиментов.

– Что вы тут делаете? – спрашиваю вмиг севшим голосом.

– Замещаю вашего сбежавшего жениха. Выйдете за меня замуж, Люба? – спрашивает он и оборачивается, пронизывая меня моментально воспламеняющимися взглядом.