Текст книги "Алиментов, женись на мне на три дня (СИ)"

Автор книги: Лёля Зайкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

Алиментов, женись на мне на три дня

Глава 1.

Три дня! Осталось всего три дня! И я стану замужней дамой! Наконец-то! Открываю на телефоне галерею и с улыбкой смотрю на фото своего свадебного платья. В этот раз я решила не экономить, не ограничивать себя арендой платья, купить.

Это платье точно должно стать счастливым!

Лиф на корсете прекрасно держит грудь, прозрачные спущенные плечики придают женственности и нежности. Пышная юбка акцентирует талию. Вышивка на корсете и юбке ненавязчивая, лёгкая, красивая и витиеватая.

Может быть, платье больше подошло бы юной девушке, но мне хочется чтобы всё прошло идеально. Мне уже тридцать, и я обязана наконец-то стать счастливой. Поэтому никаких экономий. Пусть траты станут вкладом, подкупом удачи. Пусть она наконец-таки повернётся ко мне тем местом, которым должна повернуться.

За спиной одиннадцать неудачных романов, которые доходили даже до предложения руки и сердца, но, увы, в здание ЗАГСа, в котором я работаю, ни с одним из этих мужчин я так и не вошла. Мужчины существа ненадежные, ветреные. Это только говорят, что легкомысленность – свойство женщин.

Ничего подобного. Каждый раз, когда у меня появлялся мужчина, я чётко знала, чего хочу, что я хочу связать с ним свою жизнь. А вот они, видимо, были в этом не то, чтобы сильно уверены. Наши браки не состоялись не из-за моей легкомысленности. Не из-за того, что я передумала, испугалась или что-то ещё. Передумали они все. Одиннадцать мужиков до этого вполне душевно сделавшие мне предложения руки и сердца.

И пусть я всей душой верю, что с Костей у нас всё будет иначе, я волнуюсь, искренне волнуюсь. Неудачный опыт сказывается. Васька за неделю до свадьбы переключился на мою подругу. Но, к счастью, этот порог мы уже преодолели. Не стоит об этом думать.

Петька за два дня до подачи заявления решил перебраться в Питер и меня брать с собой не захотел. Сейчас заявление подано, так что мы с Костей на шаг впереди.

У Ивана случилась предсвадебная лихорадка, и он решил остаться холостяком. Очень надеюсь, Костя у меня мужчина более сдержанный, не подверженный эмоциям.

Лёшка по пути в ЗАГС попал под колеса к милфе и когда выполз из-под бампера, переполз к ней на шею, где уже удачно болтает ногами целых три года. Очень хочется верить, что моему новому жениху никакие дамы по пути не встретятся. Чтобы обезопасить его и наш брак, я даже готова нарушить правила, по которым жених заезжает за невестой, и сопроводить Костю до ЗАГСа для надёжности.

Пока предвестников очередной неудачи нет, но волнение не отпускает. А когда на телефоне отображается имя моего жениха, меня и вовсе посещает желание не отвечать. Ведь если мы не поговорим, он не сможет отказаться от брака.

Вот только, увы, это не заставит Костю дойти до ЗАГСа и исполнить мою, ставшую заветной, мечту о семье и детях. Не поможет ему стать любящим супругом, о котором я всей душой мечтаю.

Вызов принимаю. Интонация голоса моего мужчины не вселяет надежду в лучшее. Неужели я зря покупала платье? Неужели и оно несчастливое? Я же его покупала в день семьи, любви и верности, чтобы наверняка.

– Люба, ты прекрасная женщина, – произносит Костя, позволяя понять, что плакали мои мечты.

– Но ты встретил другую… – говорю за него.

Больно обидно, но разве я могу что-то изменить? Разве моя истерика поможет?

– Вот, я же говорю, ты чудесная, еще и понимающая.

Эти слова лести не вызывают ничего кроме горечи.

– Удачи тебе, Кость… – произношу с тоской.

В первые несколько попыток я пыталась бороться за свой шанс, но борьба не принесла результата, насильно мил не будешь. А мне не хочется брака ради брака. Мне, как любой женщине, хочется настоящей семьи, любви, мне хочется деток, чтобы муж был рядом и если даже не носил на руках, мои восемьдесят пять килограмм поднять непросто, то хоть просто бы проявлял знаки внимания и заботы. Был готов выполнять мои желания, когда я забеременею и меня будет тянуть то на селёдочку, то на клубнику.

– Люб, тут такое дело. Мы же всё равно записаны на роспись. Можно поменять имя невесты?

Вопрос Костика острым ножиком вонзается в сердце. Он не передумал жениться, он просто решил сменить невесту.

Ну и чем я ему не угодила?

Нетвёрдой походкой подхожу к зеркалу, перед которым невесты обычно убеждаются в том, что выглядят прекрасно перед тем, как впорхнуть в зал регистрации.

Из зеркала на меня смотрит яркая женщина с каштановыми красиво переливающимися волосами в зелёном насыщенного цвета костюме. Он подчеркивает и тяжёлую грудь, и покатые бёдра, талию. Фигура “гитара”... Чего Костю не устроило?

Да, я не Дюймовочка и рост у меня приличный, и мать природа отвесила всех частей тела, за которые любят подержаться мужчины. Но я совсем не безобразная, не жирная. Почему я никак не могу найти того единственного, неповторимого, моего мужчину? Не иначе на мне порча…

– Подайте заявление в другой ЗАГС, – советую мужчине, который так и не станет моим суженным.

Мне, как сотруднице ЗАГСа, ничего не стоит поменять ФИО невесты, но я этого не хочу. Не готова я смотреть, как не я, другая, войдёт в это здание, как ей, не мне, Костя наденет кольцо на палец.

Пусть их расписывают в другом месте. Пусть их счастье будет лучиться где-то подальше от меня. А мне что делать? Может, правда пойти к бабке? Вдруг, правда, порча? Вдруг стоит её снять, позвонит Костя и скажет, что его бес попутал, что он любит только меня, что та женщина, чьё имя он просил вписать в бланк регистрации, результат минутного затмения.

Да. Надо сходить. А вдруг?

Глава 2.

Глава 2.

Как же тоскливо смотреть в счастливые лица брачующихся, когда на своей собственной физиономии стоит штамп “проклята быть одинокой”. Но ничего. Мы с этим проклятием ещё поборемся, порчу снимем, мужика найдем. Требования у меня невысокие, внешность привлекательная, энергетика притягивающая. Всего-то тридцать. Но перед носом сегодня, как назло, маячат совсем юные девушки. И как они уломали своего мужика дойти до ЗАГСа?

Печально, что надо улыбаться, спрашивать “А согласны ли вы?..”, вместо того, чтобы устроить допрос с пристрастием на тему: “Может, ты секрет какой знаешь, как довести мужика до зала регистрации? Колись!”. Паяльник тоже не возьмёшь для более надёжного выяснения обстоятельств и перенятия опыта.

И мужчинам не предложишь: “А не хотите ли сменить невесту? У меня и платье есть, и опыта побольше”. Эх…

За этими невесёлыми мыслями и желанием поскорее прогуглить адресок какой-нибудь бабки, что снимает порчу, течёт мой день.

Адресок я нахожу в обеденный перерыв. Уже становится полегче морально. Появляется надежда, что не всё потеряно, даже с Костей. Из списка я нас не удаляла. Порчу сниму вечерком, он покаяется, прощу его дурака в угоду счастливому союзу и обзаведусь семьёй.

По дороге в зал бракосочетания, где я сегодня веду регистрации, меня останавливает начальница.

– Сейчас к тебе пара подойдёт. Внеплановая. Их нужно быстренько расписать, – произносит она потирая полные, вечно липкие ладони.

Этот жест Элеоноры Никитичны значит, что она хорошенько приняла в эту самую ладошку и счастлива, а мне предстоит отрабатывать. Расписывать мужчину, внезапно сошедшего с ума и возжелавшего жениться прям сегодня, с женщиной, которая точно знает тайну “как женить на себе мужчину”.

Хотя, может, инициатива шла от него. Чего ж мне такие не попадаются-то? Шансов сорваться было бы куда меньше.

Спросить бы у этой стремительной невесты, где жениха откопала, вот только бесполезно это… Где был, уже нет. Спешит в зал регистрации и этот тоже не со мной.

“Не завидуй, Любушка”, – мысленно наставляю себя, но не завидовать не очень-то получается. Хочется, безумно хочется счастья и любви. Ну не бывает же Любовь без любви. Должна она мне встретиться! Должна!

Где-то ходит-бродит тот самый мой мужчина. Просто где-то заплутал. Знать бы где, направила бы на путь истинный…

Но приходится, вздохнув идти в зал, регистрировать молодожёнов-скорострелов.

Под музыку входит пара. Женщина моей комплекции, только росточком пониже. На ней красивое свадебное платье, он выглядит так, будто сошёл с обложки журнала Форбс.

Первые шаги оба совершают решительно, а потом застывают. По лицам пробегает тень сомнения.

Регистрации не будет? Не одна я такая неудачливая?

– И что, теперь бросите меня в ЗАГСе? Скажете, что передумали? Вы же женщина. Да, Ольга Александровна? – произносит мужчина.

Вот это интересненько, они ещё и на “вы”, любопытные молодожёны.

Ольга, та которая Александровна, она же счастливая брачующаяся подбочинивается, смотрит на своего спутника с вызовом.

– О, нет, Гордей Александрович. Почему же я должна отказываться? Вы в запаре даже забыли о брачном контракте. А значит, никаких условий у этого брака не будет. И я, когда вам наскучат ночи со мной, надоест играть в семью, стану весьма обеспеченной дамой. Поэтому я скажу вам “да”.

Мужчина скрипит зубами, но на бегство не решается.

– А что, Ольга Александровна, если за время, пока я буду с вами играть и наслаждаться ночами, которые мне в общем-то понравились, вы влюбитесь в меня по уши?

Теперь приходит очередь женщины скрипеть зубками. Я молча наблюдаю за ними, не решаясь начать церемонию. Пусть определятся сперва, надо им это или нет. А то, чего я даром буду воздух сотрясать то?

Пауза затягивается, и её прерывает жених.

– Ну что, Ольга вы обещали сказать “да”.

– Вас даже не пугают миллионные потери? Да вы игрок! И что дальше?

– Мы поедем ко мне. Буду наслаждаться вами в качестве своей жены.

Прикрываю глаза. Ну зачем мне эти подробности? Мне ж теперь тоже будет хотеться жаркой ночи… А у меня жениха нету. Даже такого, с которым я была бы на “вы”. Черт бы с ним. И ругаться я готова. Лишь бы искрило, как между этими двумя.

– Что ж… Вы сами напросились, – предупреждает Ольга и, подойдя ко мне, берет большее кольцо.

Так. Стоп. Я же должна сказать обязательные слова, задать вопросы, но такой возможности мне не предоставляют.

– Я согласна, – заявляет невеста.

– Я тоже согласен, – вторит ей жених.

Без каких-то моих наставлений парочка обменивается кольцами.

– Можете поцеловать свою невесту, а потом распишитесь в бумагах, – говорю я.

Надо же хоть что-то сказать, раз уж они сыграли свадьбу по своему сценарию.

Поцелуй состоится, да такой, словно эти двое решили тут и брачную ночь провести. Приходится призвать их к подписи документов, пока платье и прочая свадебная атрибутика не оказались на полу.

Счастливые сумасшедшие супруги покидают зал, а мне приходится нашёптывать себе всё ту же фразу:“Не завидуй, и на твоей улице будет праздник!”.

По завершению рабочего дня, едва не вприпрыжку лечу к бабке, в надежде, что она решит мою проблему.

Вот только оказывается ни порчи, ни сглаза, ни венца безбрачия на мне нет.

Что в таком случае за напасть на меня напала? Почему двенадцать мужчин сбежали от меня? Почему именно от меня? Есть ли шанс что с тринадцатым повезёт? На Костю надежды уже нет…

Глава 3.

Настроения нет никакого. Я не то чтобы очень подвержена унынию, но сегодня оно меня атакует очень настойчиво и потихоньку просачивается в кровеносную систему.

Ещё и Костя вчера звонил, извинялся, просил помочь ему с обретением семьи. Ведь я регистратор, я, как никто, должна понимать, как важно создать ячейку общества.

Я понимаю и очень мечтаю о своей ячейке, но в неё никак не хочет влетать самец-оплодотворитель. Но почему я должна помогать пролетевшему мимо самцу уединяться и брочеваться со своей заменой, я не понимаю.

ЗАГС в городе у нас не единственный. Есть ещё один. Пусть чешут туда. Или здесь регистрируются, но без моего участия. А я выходной возьму, чтобы не смотреть, как мой двенадцатый несостоявшийся муж целует другую, как надевает ей на палец золотой ободок, который должен был стать моим.

Сегодня регистраций, к счастью, нет. Брачных. Но никто не отменял разводы. В моём сегодняшнем настроении и это благо. Есть шанс воочию убедиться, что свадьба не всегда заканчивается счастливой семьей и очаровательными детками. Даже посочувствовать можно некоторым дамочкам, которым до этого несколько месяцев, или пару лет назад, я чуточку завидовала, когда они вплывали в зал в белом платье.

Открываю список тех, кто сегодня должен прийти за паспортами с штампом “свободен” и “свободна” и тут же вижу знакомую фамилию – Алиментов.

Этот мужчина предмет наших частых обсуждений, на него у нас даже индивидуальная статистика имеется. И нет, фамилия у него не говорящая, несмотря на то, что сегодня он оформит шестой развод, платить алименты ему некому. Все браки были скорополительными и очень быстро заканчивались. От вальса Мендельсона до визита с целью подать заявление на развод проходило от трех до тридцати дней.

Не всякий раз медовый месяц отгулять успевали.

Заглядываю в данные его последнего брака. Рекорд Алиментов не поставил. Выдержали он, или его супруга, или они оба совместными усилиями, всего двадцать один день. Немного, совсем немного…

Вот только несмотря на то, что этот брак не удался и надо бы посочувствовать дамочке, испытываю зависть. А всё потому, что Алиментов пусть и не становится идеальным семьянином и не дарит женам долгий, счастливый брак, он преподносит им весьма необычный подарок.

Вначале казалось, что это случайность, но пять случайностей – это уже закономерность.

Все его бывшие жёны до единной выходят замуж в срок не более чем один год, и их новые мужья через девять месяцев-полтора года приходят к нам, чтобы зарегистрировать отпрысков.

Неудачный брак с Алиментовым в какой-то степени дар в копилку новых счастливых отношений.

Я бы тоже не отказалась от такой платы. К тому же Алиментов весьма симпатичный мужчина, видный, уверенный, обеспеченный. Запросто можно провести с ним три или тридцать дней.

И тут меня посещает идея. Сомневаюсь, конечно, что его сейчас интересует брак, но пока Алиментов не пошел на поиски седьмой жены, у меня есть шанс снять своё проклятие безбрачия.

В том, чтобы не добирался до ЗАГСа, Алиментов замечен не был. Тут подвоха быть не должно. Может, именно с его помощью я смогу добиться того, что ищу? Если пять его жен уже удачно вышли замуж, а шестая, наверное, уже на пути к новой семье, то должно повести и мне. Чем я хуже?

Всего-то навсего надо убедить мужчину, что и ему это надо, чертовски надо! Потом надо сходить замуж ненадолго, можно на минимальный срок – три дня. Потом потерпеть еще какой-то годик, и я счастливая жена. Ещё полтора и – мать.

Идея настолько захватывает меня, что когда претенденты на развод – Алиментов и его будущая бывшая жена – входят в кабинет, не могу нацепить на лицо сочувствующее выражение лица. Улыбаюсь, словно сегодня самый счастливый день. Уверена, он и станет таким, если Алиментов согласится.

Не свожу глаз с мужчины, рассматриваю его. Сегодня он выглядит прекрасно, совсем не видно, чтобы он был огорчён. Крепкое тело обтянуто белой рубашкой, словно он сегодня жених, а не разведённый. Словно у него сегодня праздник.

Задерживаю взгляд на его руках. Предплечия крепкие, пальцы длинные, и мне кажется, сильные. Таким рукам можно позволить себя немного полапать.

Вообще мужчина выглядит почти как мой идеал. Даже цвет радужки мой любимый. Карие глаза смотрят на меня с надеждой, с явным облегчением и желанием поскорее всё закончить и уйти поскорее.

Но нет, милый, не так быстро…

Когда документы на развод подписаны, Родион, именно так зовут Алиментова, встает с кресла, но я его задерживаю.

Теперь он свободный мужчина, и степень моего интереса к нему растёт. Я отдаю себе отчет, что даже если получу согласие, наш брак, мой первый, а его седьмой, продлится недолго. Но и это время можно провести с пользой и удовольствием.

Мы взрослые люди. Мне тридцать, ему без малого сорок. Самое время брать от жизни всё.

– Минутку, пожалуйста, – прошу облизывая губы.

Нервничаю. Мне очень надо, чтобы он согласился. Откажется и всё… пи-пи котёнку…

– Я что-то не подписал? – спрашивает он.

– Вы можете быть свободны, – заявляю его бывшей жене, лишние уши мне не нужны.

Смерив и меня, и Родиона недовольным взглядом, дамочка уходит.

– Я что-то должен подписать? – повторяет свой вопрос мужчина.

Игнорирую его. Дожидаюсь, пока за бывшей Алиментовой закроется дверь. Мы остаёмся вдвоём, и я выпаливаю:

– Алиментов, женитесь на мне на три дня!

Глаза мужчины расширяются в удивлении, даже цвет радужки меняется, становится похожим на расплавленный шоколад.

Аппетитно…

– Ничего не говорите, не спешите, – останавливаю возможный отказ. – Выбор у нас с вами небольшой. Либо вы сейчас скажете мне “нет” и станете тринадцатым несчастным отказавшим мне в браке, либо вы порадуете меня словом “да”, и я стану вашей счастливой седьмой женой. Подумайте, мы можем друг другу помочь. Уверена, после брака с вами я найду себе идеального мужа. Вдруг и после меня вы наконец-то встретите ту, ради которой шесть раз играли свадьбу? Решайтесь! Это наш с вами едва ли не последний шанс! – сгущаю краски, дарю иллюзии.

Сейчас я готова на всё ради заветного “да”.

Глава 4

Глава 4

Родион

Все мужчины нашей семьи до тридцати пяти лет встречали свою половинку, обзаводились наследниками. Я же в этом возрасте ещё наслаждался прелестями холостяцкой жизни. Семейный бизнес приносил хорошие дивиденды, успешно развивался в моих руках, креп. Работа давно стала основной составляющей жизни – единственной любимой женщиной. Да и проблем с тем, чтобы найти женщину в качестве временной любовницы не было. Меня всё устраивало.

Мясо отдельно, мухи отдельно, как говоря. Я не смешивал личную жизнь с плотскими удовольствиями.

Мне так было комфортно. Всё шло отлично, пока дедуля, чей бизнес я перенял, не встал в позу.

“Работа работой, а семья нужна”.

“Под сраку лет, а семьи и деток нет”.

Дед, несмотря на почтенный возраст – девяносто лет – всё ещё полностью не передал мне дело своей жизни, числился в аппарате управления. Может, на фоне старческого маразма, а, может, из большой любви ко мне и желания видеть меня счастливым, он решил взяться за мою личную жизнь.

Написал завещание, да такое, что пришлось срочно прощаться с холостяцкой жизнью. С его лёгкой руки, в случае, если до сорока лет я не обзаведусь любящей и верной женой, я лишусь дела, в которое вложил неимоверно времени и сил, которое вывел на новый уровень, где довел до автоматизма каждый механизм.

Вхожу в ЗАГС и бросаю взгляд на свою шестую попытку выполнить дедово условие. Ярослава держится с достоинством, всем видом показывая, что ничуть не жалеет о разводе. Ей и не стоит, она неплохо заработала на том, что не задержалась в моей жизни и в моём паспорте.

А я жалею. Очень жалею. Потому что время уходит. Сорок уже не за горами, и терять бизнес из-за женской неверности и меркантильности совсем не хочется.

Говорят мужчины народ гулящий. Я вот ни одной из своих шести жён не изменил. А мне все… Что самое противное, ещё и за бабки. Продали меня.

В дедовом завещании, к счастью, ни слова не было о том, что я должен пылать чувствами к избраннице, поэтому жениться было несложно. Я просто отдавал предпочтение женщинам, у которых в моём присутствии блестели глаза. Шесть раз спутал зачатки чувств с любовью к бабкам. Искать седьмую?

Сдаваться глупо, но и надежды, что в этот раз всё пойдет иначе, не осталось. В дедовом чудо-завещании указано не только то, что мне достанется бизнес в случае, если я выполню условия. Там отмечено и куда он уйдёт, если до сорока я не обзаведусь любящей женой. Дело попилят между собой три моих троюродных брата. И если двоих, увлечённых искусством, мягко говоря это не слишком заботит. Даже, напротив, они бы с радостью отказались от бизнеса, что будет отвлекать от того, что любят по-настоящему. А вот Макар очень даже не против увеличить своё финансовое положение и статус. Дело своего отца он уже просрал и теперь тянет руки к тому святому, в которое я вложил жизнь.

Когда я женился в первый раз, прямо на свадьбе он предложил Анне, так звали мою первую супругу, секс с ним за пол ляма с тем, что это станет известно мне. Аннушка согласилась.

Тогда я набил ему морду, обвинил в нечестности, но дед занял сторону брата и в последующие мои браки даже спонсировал его выходку с благородным обоснованием, что это прекрасный способ отсеять тех, кто меня не любит.

Мне безумно приятна их забота, но если у меня характер не сахар и со мной и жить-то не просто, не говоря о любви, то, что я должен потерять то, чему посвятил годы?

Дольше всех продержалась Лена. Двадцать семь дней. Наш брак и без Макара грозился развалом, и она решила получить доход. При разводе в срок до года брачному договору ей ничего не светило, а так ушла не с пустыми руками.

Пропускаю Ярославу в кабинет, где нас разведут. Даже ощущаю облегчение. По всему дому не будут стоять всякие склянки и банки, и мне больше не придется слушать, в каком торговом центре лучше спускать моё состояние. Не привык я к тому, что кто-то постоянно маячит перед глазами. Даже отношения сроком до месяца для меня много. Может забить?

Сотрудница ЗАГСа поднимает взгляд, стоит нам войти, внимательно меня рассматривает. Я от нечего делать отвечаю ей тем же. Женщина лет тридцати, полная, но не запущенная, достаточно миленькая. На бейдже имя “Любовь”.

Пока мысли не понеслись в направлении поисков той, кто меня полюбит, переключаюсь на бумаги, которые эта Любовь мне подаёт, подписываю вроде бы все, но она просит задержаться. Меня. Яру решительно прогоняет.

На общение с сотрудниками ЗАГСа у меня времени нет, дела ждут, но девушка явно нервничает, и это меня напрягает. Может, какую не ту бумажку мне подсунула, и тут же совесть взыграла? Шестой развод, я лишь поверхностно просмотрел, под чем ставлю подпись.

Едва за Ярославой закрывается дверь, Любовь выпаливает:

– Алиментов, женитесь на мне на три дня!

От неожиданности едва не теряю челюсть. Только хочу спросить, давно ли она навещала психиатра и не пила ли с утра, как она начинает частить.

– Ничего не говорите, не спешите. Выбор у нас с вами небольшой. Либо вы сейчас скажете мне “нет” и станете тринадцатым несчастным отказавшим мне в браке, либо вы порадуете меня словом “да”, и я стану вашей счастливой седьмой женой. Подумайте, мы можем друг другу помочь. Уверена, после брака с вами я найду себе идеального мужа. Вдруг и после меня вы наконец-то встретите ту, ради которой шесть раз играли свадьбу? Решайтесь! Это наш с вами едва ли не последний шанс!

Предложение и аргументы звучат более, чем дико. Любаше точно надо лечиться, но в очередной раз глянув на неё, вспоминаю, что Макар у нас очень разборчив и дам носящих размер больше сорок шестого считает чем-то из области “фу”. Может, он не станет проворачивать свою схему с этой Любой?

– А почему на три дня? – спрашиваю, решив, что можно потратить ещё немного времени, раз уж мне пообещали стать седьмой счастливой женой.

Счастливая будет жена или не очень, мне в общем-то всё равно. Мне бы верную и любящую.