Текст книги "Стальная (СИ)"

Автор книги: Кайнэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

– Это плохо… Я хорошо знаю твои контакты и как ты ищешь. – Кивнула женщина супругу. – Похищена семнадцатая жертва, а мы до сих пор не знаем, где она…

– Да надо на этого надавить… И все!

– Николай Петрович, он шизик, – проговорил Гарри, – вы скоры на расправу и на решения… Его признание стоит копейки, о последней жертве он мало что знает, и девочки, как показал обыск, у него не было найдено, как и следов пребывания других погибших детей… Так что пусть Галина Николаевна проведет следственный эксперимент, и он подтвердит или опровергнет все…

– А мотив?

– Николай Петрович, – сказала ему женщина, – я назначила подследственному судебно-медицинскую экспертизу Овечкину, но…

– Тогда наши споры действительно решит эксперимент. – Проговорил Тихонов. – Так, давайте поспорим… Кто за то, что Овечкин виновен?

– Я воздержусь, – сразу же проговорила Рогозина.

Круглов поднял руку.

– А кто за то, что он невиновен?

– Я, – проговорил Гарри. – Не тот персонаж. На лицо – холоднокровное и продуманное убийство, а тут – расстройство психики…

– Галина Николаевна, – к ним в буфет вошел Ромашин, – все для проведения эксперимента готово.

– Сейчас идем…

***

– Резал не он, – проговорила женщина. Как будто отрезала.

– У него был сообщник! – Круглов страстно не желал отказываться от версии «Овечкин – убийца».

– Это не он, майор, – сказал Гарри, – смиритесь. Будем искать дальше…

У Рогозиной-Поттер зазвонил телефон. Она, поговорив по трубке с невидимым собеседником, проговорила всем:

– Нашли очередное тело – девочка, со швом. Единственное отличие – она убита огнестрельным оружием… Поехали на место обнаружения трупа!

========== Глава 6. Часть 4. ==========

– Что надумал, Гарри? – проговорил Круглов. Мужчина морщился, напряженно думая. Не сразу, но он проговорил:

– Я вот что думаю… Там ли мы ищем?

– В смысле?

– Ну, смотрите… Жертв много, и они все в сознательном возрасте, – Гарри сел прямее в своем кресле. – Не спорьте, я говорю с точки зрения психиатрии… – быстро проговорил он, видя, что майор хочет возразить, – мы все знаем, что нам говорят родители: не открывай чужим и незнакомым, не разговаривай с незнакомыми людьми и прочее в таком духе… И, что – все дети шли за незнакомым добровольно? Ха!

– А ведь точно… – проговорил Тихонов. – Не все дети доверчивые…

– Могли заманить конфетой, игрушкой… Силой в конеце-концов!

– Ага… Николай Петрович, вы моих пацанов с Галей попробовали бы заманить… Один самбо занимается, другой – карате… Ни на какие конфеты и игрушки они не клюнут – у нас их раз похищали… И меня заодно в заложниках тоже держали… Из-за работы Гали… Но я-то стреляный воробей – в тот раз бандитам не повезло больше… И, в конце-концов – дети умеют орать, кричать, вертеться и кусаться… Как заманить детей, если ты – незнакомый взрослый? Для этого нужно знать психологию детей, уметь «читать» их… Это раз…

Круглов чуть призадумался.

– Возможно, ты прав… Кое в чем я с тобой согласен.

– Номер два. У всех детей вырезаны почки и печень. Профессионально. Значит врач-хирург.

– С этим согласны все.

– Номер три. Зачем вырезать печень и почки, если это не для трансплантации? Может, мы не с того конца зашли?

– Ты думаешь, – проговорил старый опер, – что органы преступник оставляет себе?

– Нет… Он хорошо скрывает следы. Скорее всего, он их выбрасывает или что-то иное… Так может, там тоже есть какой-то след?

– Точно! – Иван тут же всполошился, – некое… вещество, которым могли убить детей, могло оседать именно в этих органах!

– Условно назовем его яд. Итак, он полностью скрывает все следы своего преступления…

– Он – полный псих…

– Да… Либо дети ему нужны для чего-то, либо…

– Маньяк?

– Да. Итак, мы имеем полный портрет. Мужчина (я полагаю), довольно сильный и крепкий – чтобы утащить ребенка, умный – в его действиях все равно есть какая-то логика и холодный расчет (особенно как он скрывает все следы), вероятно врач-хирург и психолог в одном лице. Еще эта история с туристами… Нет, тут что-то глубже лежит…

– Иван, Гарри, Николай Петрович… Прошу любить и жаловать, – вошла в буфет Галина, держа за руку девушку с распущенными волосами, – наш новый баллистик, Татьяна Белая…

– Здравствуйте, – проговорила девушка. Круглов придирчиво осмотрел «невинное создание», претендующее на место баллистика.

– Привет, Татьяна, – кивнул Гарри.

– Ой, и вы здесь! – обрадовалась она, – как здорово!

– Конечно… Я тут секретарем… работаю.

Татьяна ушла следом за Рогозиной-Поттер, которая держала путь в морг. Морг наконец открыли для работы, и тела свезли в здание ФЭС. Там теперь обитал Петр Сергеевич, который трудился над телом предполагаемой семнадцатой жертвы Органиста…

***

– А как вы познакомились с этой девчонкой?

– Николай Петрович, она мастер спорта по стрельбе… Ну какая «девчонка»?! Она была Галиной студенткой…

(Год назад)

– Галина Николаевна, – виновато повесив голову, проговорила девушка, – простите, что пропустила ваши лекции…

– У тебя есть стоящая причина? – подняла глаза на нерадивую студентку от журнала посещений Рогозина-Поттер. Та часто опаздывала на начало ее лекций, а на последних парах вообще не была. – От зачета я тебя, заметь, не освобождала… И навряд ли допущу тебя до госэкзаменов!

– Да… я знаю… Но… Мама в больнице… Проходит курс химиотерапии… Я и завтра-то не могу задержаться…

– Ладно… – вздохнула преподавательница. Нужно было пойти навстречу ни в чем не повинной, но весьма талантливой девушке. – Тогда поступим так… Твою работу ты сегодня привезешь ко мне на дом, и отдашь моему мужу. Я его предупрежу… Там же мне, когда я вернусь, и сдашь зачет, только зачетку с собой принеси… Утром я в ведомости оценку тебе проставлю…

– Спасибо вам большое! – обрадовалась девушка.

Вечером она аккуратно позвонила в нужную дверь. Она стояла перед ней, гадая, как будет выглядеть муж «той самой» Рогозиной-Поттер, слывшей в универе самой строгой, сдержанной и принципиальной преподавательницей среди всех. О ее муже тоже слыли легенды, особенно об их необычной истории любви и знакомства…

Дверь ей открыл аккуратно одетый в темно-коричневое поло и джинсы, тёмноволосый, зеленоглазый и высокий мужчина приятной наружности.

– Здравствуйте, – чуть смутилась студентка, – я к…

– Я знаю, Галя меня на ваш счет предупредила, проходите…

– Вот реферат… – сразу же протянула она папку со своей работой мужчине.

Тот кивнул, беря ее из рук Татьяны, и закрывая за ней дверь.

– Проходите… Может, будете чай? Или кофе? Куртку можешь повесить на крючок… Да, сюда…

В квартире Рогозиных-Поттер было очень светло и чисто. Порядок царил идеальный – каждая вещь четко на своем месте. В самой дальней комнате изредка доносились негромкие детские голоса – они, по-видимому, делали уроки.

– Спасибо за чай… – поблагодарила мужчину Белая, вытаскивая учебник, чтобы повторить материал.

– Идем со мной, в другом месте повторишь. Не за кухонным столом…

Наверное, это был их общий кабинет. Большой и массивный стол, удобный стул, шкафы с книгами, и кожаный диван с подлокотниками.

– Садись на диван, а я присяду за стол… Мне нужно работать… – Гарри достал ноутбук из чехла из высокого шкафа.

– А над чем вы работаете? – поинтересовалась девушка, с удобством располагаясь с книгой на широком сидении.

– Открою тебе страшную тайну: я тоже студент. Учусь, точнее заканчиваю второе высшее. На психолога.

– Здорово… А вы правда из другой страны?

– Да… Когда-то я был английским поданным. А теперь я русский. Вот так…

Во входную дверь позвонили, и Гарри отправился ее открывать…

***

– Галь, ты бы отдохнула, – заботливо проговорил ее муж, – ты очень бледная сидишь… Тем более, еще сегодня даже еще не ела…

– Да поташнивает… слегка… Гарри, не бойся ты так, все нормально со мной. Ребенок ведет себя спокойно, иногда толкается… Мне нужно продолжать работать… Такое чувство, что мы чего-то не видим…

– Знаешь, я ведь вот до чего додумался…

Гарри рассказал ей о своих думах и рассуждениях.

– Ты считаешь, что он не для пересадки органы вынимает?!

– И не для продажи… Может, дашь мне осмотреть трупы? – спросил Гарри.

– Ну попробуй… Сейчас, позвоню Петру Сергеевичу…

***

Иван жаловался сидящей напротив него женщине на то, что ему хотелось дома отдохнуть, а не здесь:

– Отпустили бы хотя бы на ночь… Куда я от вас сбегу?!

– Да много куда, – раздался голос Гарри. Тот стоял в дверном проеме и холодно смотрел на программиста. – Ты, давай, гонору поменьше, и хоть глаза закрой минут на пятнадцать. Вон, беременная на изматывающую работу не жалуется – хотя у нее поводов для этого гораздо больше…

– Ой, Галина Николаевна, вы и правда беременны? По вам не видно… Почти.

– Да, Татьяна, мы и сами не ожидали, что так получиться… Врачи никаких прогнозов не ставили, сами были изрядно удивлены моей третьей беременностью. – Кивнула она, наслаждаясь тем, что можно слегка отдохнуть.

– Я кое-что нашел… След от инъекции…

– Да, – раздался голос Ромашина. Тот тоже пришел отдохнуть. – После того, как Гарри нашел на одном из тел след от укола, я еще более тщательно осмотрел все тела. Везде, кроме последнего тела, были сделаны такие вот, неявные уколы. Жертвам что-то вкалывали…

– Быть того не может! Я же проводила анализ крови – кровь чистая!

– Галь, значит жертвам что-то вкалывали… Тебе надо еще раз проанализировать их кровь… Пока Николай Петрович задерживает всех, кто причастен к последней жертве… Ему это по плечу…

– Она вообще какая-то не такая… Швы не совсем такие, и прочее…

– Если последняя жертва – не убита Органист, то тогда кто-то сработал под Органиста… – выдохнула Рогозина-Поттер и встала, – если все так, как вы говорите, то нужно еще раз проанализировать кровь всех жертв… Ничего не понимаю! Ничего!

– Галина Николаевна, – проговорил входящий в буфет милиционер, – к вам посетитель…

– Валя! – обрадовалась женщина входящей подруге, – как я тебе рада! Давай, я тебя кофе угощу!

========== Глава 7. ==========

– Валь, ну? – выжидательно уставилась на подругу Галина, – не выдержала дома?

– Да, любопытство посмотреть – как у вас тут все устроено, взяло верх… – призналась Валентина. – А как у вас дело Органиста движешься?

Рогозина-Поттер тяжело вздыхает:

– Никак…

– Что? Совсем?! – в голосе Антоновой проступило удивление. – Я думала, что ты легко раскрутишь его…

– Тут не все так просто… Мы ниточку-то нашли, чем жертвы связаны, но… Выйти на злодея не можем! Не можем, и все!

– А мотив? А тела? Осматривали?

– Единственное, что мы нашли… к-хм, Гарри нашел, – поправилась женщина, – это следы уколов… Но кровь чистая!

– Галь, ты сама понимаешь, что так быть не может… Если есть следы от уколов, значит жертвам что-то вводили!

– Да… Но что “что это”?

Вопрос повис в воздухе.

***

Рогозина оставила подругу и пошла снова изучать образцы крови жертв. Иван послушно притаскивал ей книги, и она снова и снова пыталась найти в крови и остатках тканей неизвестное вещество. Она уже пару раз вынуждено скидывала вызов Руслана Султановича – чтиво ее захватило, и она пыталась проанализировать прочтенное и сопоставить с образами крови.

Гарри беззвучно вошел в ее кабинет, и опустился напротив нее. Он не отвлекал ее – знал, что пока она работает, ее нельзя тревожить, иначе вероятен риск “получить” от нее резкие слова.

Она, отложив уже неизвестно какую по счету книжку, устало запустила пальцы рук в волосы, тем самым лишая себя строгой прически. Мозг просто лопался и кипел от переизбытка просчитанного, но у них остались считанные часы до смерти следующей похищенной жертвы. Что-то внутри говорило ей, что эта жертва – не последняя…

– Галь, – осторожно нарушил молчание и тишину ее муж, – пошли. В морг. Валя там вскрытие провела…

– Валя?! – удивилась Галина так, что выпустила из рук очередной том книги, – а-а-а…

– Да. Я думаю, она кое-что нашла… Там мы и подумаем… Пошли, а то ты тут засиделась…

***

Подняться на ноги было облегчением. Ребенок в утробе по-видимому уже либо спал, либо просто вел себя тихо – не пинался и почти что не шевелился, даже несмотря на то, что его сейчас потревожили. Накинув на себя халаты автоматическим движением, супруги вошли в морг.

Валентина, в халате, в маске и со скальпелем в руках, как раз осматривала очередное детское тело, а Ромашин ей ассистировал.

– Не удержалась? – проговорила полковник, чуть улыбнувшись ей.

– Да… – просто кивнула ей подруга, не отвлекаясь от осмотра трупа. – Галь, мне тут Гарри рассказал его версию, и, знаешь, я даже могу ее подтвердить…

– Да ты что???

Но более никто и ничего не смог сделать: за дверью послышались громкие голоса, и в морг влетел Степан Антонов, сдерживаемый изо всех своих сил молодым парнем-милиционером. Он был в ярости – он ждал-ждал свою жену дома, а она, оказывается, тут прохложалась!

– Галина Николаевна, – расстроено проговорил паренек, – я…

– Все нормально, пропусти его… – быстро разрешила Рогозина, нутром чуя ссору и скандал. Она понимала – Валентина, как и она сама, очень хочет работать, но Степан не хочет отпускать ее от себя. С Гарри, когда пришла пора решать, они просто серьезно поговорили – и уже чуть позже распределили обязанности. Тем более, Галя и сама пошла ему навстречу – он ведь еще вдобавок учился… А тут – двое детей, девяностые годы, непростые для всех…

– Степа, я работаю, – проговорила Валентина, чуть более холодно, – можно мы потом с тобой поговорим?

– Я не хочу, чтобы было все, как тогда! Ты немедленно идешь домой, к детям…

Рогозина, было, хотела вмешаться. Но Гарри просто закрыл ей рот руками:

– Они сами разберутся… Не встревай.

***

После того, как взбешенный ее отказом Степан вылетел из морга ФЭС, Валентина устало опустилась на стул, едва сдерживая слезы.

– Валь, успокойся… – проговорил Гарри, – эти угрозы забрать детей – всего лишь глупые слова. Тем более, ты у него не на привязи. Ты – самостоятельная и самодостаточная личность, ты женщина. И ты имеешь право выбора. Степан и так не ведает, что творит…

– Но я его люблю… А он…

– Валь, – проговорила Галина, – вам просто надо более серьезно поговорить. У нас когда-то давно с Гарри была такая же ситуация… И он меня отпустил, а потом – я его. Мы оба пошли на уступки друг перед другом. Брак подразумевает это – то, что каждый из вас рано или поздно уступит другому… Степан – жуткий собственник… Но и Гарри такой же, можешь мне поверить, – Гарри, кивнув, и привлекая внимание женщины, подтвердил этим движением ее слова, – даже похлеще – он постоянно меня ревнует…

– Но я смог с этим справиться, – жизнерадостно проговорил мужчина. – Галя… хм-м-м, специфическая женщина, и ее изредка надо просто ломать. Причем – сильно, это в ее характере. Мы же, как ты сама понимаешь “альфа-самцы”. И ужиться нам было трудно… И скандалы бывали, и ссоры, и битье посуды и истерики… И она детей забирала у меня, уезжая к деду…

– Да, а в итоге, вы страстно мирились, причем там, где придется, – ухмыльнулась Валентина. – Я помню…

–…Но все выдержали и притерлись. Сейчас у нас – тишь да гладь, да и вот-вот третий ребеночек появиться… Даже удивительно, что он наконец-то появится в спокойной обстановке…

– Я не знаю, как мне быть с семьей и Степаном. Просто ума не приложу!

– Просто поймите друг друга, вот и все, – проговорил Гарри. – Да, возможно, от этого чуть будут страдать дети, привыкшие к чрезмерному вниманию матери, но их пора уже учить самостоятельности… Мы не всегда будем ходить по этой земле, и поэтому это так важно…

– Гарри, а ведь ты абсолютно прав! Я дома со скуки(не считая детей) на стенку разве что не залезаю… Быт и рутина меня практически погребли под руинами… у нас со Степаном почти что никаких «телесных контактов»… Секс стал просто «супружеским долгом», а не “роматик” и неизменным атрибутом семейной жизни.

– Да, Валентина, рано ты себя похоронила… – проговорила Галина. – Ладно, коли мы все поработали сейчас «острой психологической помощью», давайте вернемся к делу… Что с трупами?

– Да… Итак…

***

Невольно их с Валентиной беседу о телах услышал Султанов, который приехал в ФЭС вместе с Кругловым(который отчитывался перед ним о проведенных мероприятиях по установлению личности маньяка). Последняя жертва – которая умерла от огнестрела, была не связана с Органистом, просто бандитам были нужны донорские органы для срочной пересадки «своему».

– Значит, Органист не связан с донорством органов?! – спросил Руслан Султанович вслух, чем напугал всех присутствующих(это были женщины, Гарри, получив задние, скрылся чтобы начать очередной обзвон) в морге, увлеченных беседой, – да?

– Да, – кивнула патологоанатом генералу. – Галя наконец-то выявила в крови убитых яд, и сейчас программисты вместе обшаривают интернет в поисках информации…

– Значит, наша первая версия – ошибочная?

– Боюсь, что именно так, товарищ генерал… – Печально отозвалась Рогозина. – И, самое главное, мы не можем пока сказать мотив столь чудовищных преступлений. И сколько будет еще жертв…

***

– То, что вы все выяснили, – начал говорить генерал МВД, – жутко. Ведь неизвестно, зачем, почему он убивает детей! Да еще и такой экзотикой!

Гарри аккуратно постучался к ним. Он был самым последним, кто вошел в переговорную, где собрались все, кроме Валентины – та еще не закончила работать с телами.

– Гарри, заходи… Что выяснил?

– Яд этой рептилии-змеи можно достать только в самом Китае. Нигде в другой точке земного шара. Я думаю, мы должны пошарить всех, кто был в Китае… Начиная со времен первого убийства. Синтезировать такой препарат в одиночку на основе яда – трудно… Либо, преступник еще и в химии смыслит…

Гарри сел на свободное место.

– Вань, а что у тебя? Что выяснил?

– У нас еще и Китай начал мелькать… Замечательно! – в сердцах сказал майор, скептически выслушавший Гарри как и до этого – Галину.

– Майор, – рыкнул Султанов, – вы уже поработали с этим делом… И что нашли? Ничего. Теперь позвольте Галине Николаевне поработать всласть. По крайней мере, теперь хотя бы есть хоть что-то!

Иван действительно все нашел, и даже больше, но его в этот раз, азартно настроенного на ловлю добычи, прервал Гарри:

– Не время для группы захвата… Время выждать и все тщательно выяснить. Одна ваша поговорка звучит так(примерно, я ее не помню): спешка важна лишь при ловле блох. Тем более, нам нужно время, чтобы синтезировать противоядие… Чтобы спасти ребенка. Да и нас самих обезопасить… Мало ли…

– Добро, – кивнул генерал на осторожное предположение Гарри, – коль состав яды вы знаете, приготовьте антидот… Но, Галь, – обратился он к женщине, – я еще, персонально тебе, советую отдохнуть… Ты нездорово выглядишь, а ведь ты в положении. Пару часов хотя бы поспи… Я думаю, что твой муж вполне справиться…

– Я не химик, – сразу же проговорил Гарри. – Я не могу… Я не возьму на себя такую ответственность…

– Зная ваше прошлое, Рогозин-Поттер, – проговорил генерал, вставая, – я думаю, что вам лично это по силам…

– Синтезировать наркоту или антидот – две разные вещи, – прошипел Гарри сквозь зубы в спину уходящему генералу. – Пусть даже я с химией дружу, но не настолько…

Изумление Круглова было не передать…

========== Глава 8. ==========

– А что генерал говорил про Гарри? – спросил майор у Валентины. – Почему он дал задание приготовить антидот мужу Поттер? Насколько я знаю, Гарри – не химик по образованию… Как он сможет его приготовить?

– Николай Петрович, юность Гарри проходила в адских условиях, – проговорила Антонова, направляясь вместе с ним в морг – нужно печать заключения о смерти всех детей, коль из экспертиз уже все вытянули и все известно, – насколько я знаю, в четырнадцать лет, не вынеся условий, он сбежал из школы и был вынужден жить пару месяцев на улице…

(Много-много лет назад. Лондон.)

С неба сыпалась снежная крупа. Воздух застывал в легких и вырывался паром. Мальчик, худощавый, грязный, в обносках и в холодных кроссовках, ничуть не согревающих его озябшие ноги, брел по узким, грязным улочкам с редко проходившими прохожими – погода испортилась, похолодало, и все большей частью проводили время у себя в теплых домах. Он трясся от холода, то и дело пытаясь согреть горячим дыханием ледяные руки.

Для себя он решил, что в этот ад больше не вернется…

Он зашел в какую-то черную подворотню в каком-то тупике. Тут было чуточку теплее, так как холодные ветра не добирались до нее, и Гарри с облегчением начал растирать замерзшие пальцы.

В животе недовольно и голодно забурчало. Есть хотелось все сильнее – но денег даже на кусок хлеба не было. Из одного кафе его прогнали, когда он едва туда сунулся, а до ближайшего лежбища бездомных или пункта благотворительной организации – слишком далеко… Он попросту дотуда не дойдет, и замерзнет.

В окрестных помойках он не находил ни остатков от булочек, ни холодного кофе – народ в городе не любил холод и холодную погоду…

Старый, рваный свитер, ставший из синего почти что черным, уже не согревал худых плеч подростка. Он начал промерзать до костей.

Единственный выход, чтобы не замерзнуть – нужно было искать незапертый подъезд, чтобы влезть на чердак, или подвал…

– Что ты забыл тут, парень? – раздался голос и Гарри круто обернулся: перед ним маячила черная тень. Она сделала шаг и попала в луч от ближайшего фонаря – этой тенью оказался высокий чернокожий юноша лет восемнадцати-семнадцати с дредами и разноцветной шапке. Одет был в теплую кожаную куртку, отороченную мехом. Типичный обитатель трущоб Лондона – таких Гарри повидал не мало за свою недолгую жизнь. Их называли «беженцами», и они в основном оседали в Германии или в других странах Европы. Чаше всего, они были и жили тут нелегально. – Вали!

– Холодно, – просто заметил Гарри, – я пришел сюда обогреться.

– Вот как… – негр оглядел его с ног до головы. Прищурил глаза: – Заработать пару фунтов и обогреться хочешь?

– Хочу, – тут же согласился мальчик. Он-то знал – другого шанса у него точно не будет…

– Тогда за мной.

Они шли недолго, минуты три до какого-то старого и заколоченного здания. Негр еще минуту постоял, оглядываясь и будто бы что-то проверяя, и двинулся прямо к нему. Гарри не отставал.

Они вошли через металлическую дверь, и тут же Гарри стало гораздо теплее – по-видимому, дом обогревался. Его работодатель пошел куда-то вглубь дома, и там раздался его низкий голос:

– Пацаны, я нашел нам курьера! Э-э-э, как тебя звать-то?

– Том, – быстро сказал парень, прекрасно зная, что на улице лучше всего не называть свое настоящее имя. Когда он вошел в центральную комнату, то обнаружилось, что это целая оборудованная лаборатория. А еще Гарри различил кусты какого-то зеленого растения, бурно росшего под светом от трех мощных ламп. Еще двое – мужчина и юноша не старше девятнадцати обнаружились сидящими на старых и обшарпанных разномастных креслах.

– Итак, Том… Ты должен будешь эти пакетики заложить в определенных местах… Справишься? – поинтересовался у него негр.

В маленьких пакетиках был какой-то белый порошок. Парень знал, что это либо «дурь», либо героин. Те, кто плотно сидели на этой дряни, без нее не жили ни дня, пытаясь купить ее за любые деньги… Многие, ради дозы, шли на любые преступления и даже на убийства.

– Справлюсь… Но деньги и еду вперед…

Негр и его дружки тут же заржали, но Гарри все же отвели в импровизированную кухню-столовую, всучили тарелку с лапшой быстрого приготовления, пакет сухариков и чашку с горячим чаем. Даже сахара ложку положили…

Так три месяца с лишним Гарри провел в одной из нарколабораторий, коими был насыщен город. Его из курьеров вскоре перевели на сами работы по «дури», найдя других, и он так или иначе невольно изучил химию, которую в общем-то и раньше знал не плохо. Даже придумал как оригинально маркировать наркоту «фирменным знаком». Его маркер так и назвали «маркер Тома».

Все кончилось в один миг.

Каждый раз Гарри выбирал все новый и новый подвал или чердак неподалеку. И однажды, когда он собрался уже идти в лабораторию, он последний раз метнул взгляд на улицу через чердачное окно. И с высоты увидел, как дом окружают люди в форме и с собаками. Полицейские пришли туда, явно по чей-то наводке…

Спустя несколько минут все было кончено – трех химиков и двух курьеров скрутили и погрузили в фургон, который спустя пару минут укатил по дороге, мигая фарами и воя сиреной. Но полицейские не стали спешно уходить, явно кого-то ожидая.

Гарри знал, что вероятно, ищут и его. Мало кто не сдавал другого, когда на кону – срок за хранение, сбыт и распространение наркотических средств. Хорошо, что он посмотрел в окно, иначе бы его «загребли» тоже. Осторожность его спасла. Но он постарался не оставлять отпечатков в лаборатории, и менять «лежбище» каждый день, не задерживаясь подолгу на одном месте. Единственное, на него могли выйти по запаху собаки, но и тут возможны варианты…

Он аккуратно улегся на старую попону, чудом сохранившуюся на этом чердаке и накрылся курткой. Бурю лучше переждать в одиночестве… Еда у него была, а воды можно сделать из снега. А пост и засаду снимут лишь спустя сутки-двое, и только после можно будет заглянуть в разореную лабораторию – наверняка там еще будет какая-то еда, если ее за это время не съедят крысы…

Он провел на улице еще три недели, пока чудом его не заметил один из учителей его школы, и не привел обратно…

– Коль, у Гарри не было ни семьи, никого. А жить и есть, и пить ему хотелось… И, кстати, это маркер стал довольно популярным среди торговцев смертью. Именно по нему стали отлавливать некоторых барыг и «торговцев смертью»…

– Ничего себе… – выдохнул потрясенно мужчина.

– Не проси Галю или самого Гарри рассказать о своем прошлом. Сейчас у них крепкая семья, и будет третий ребенок… Прошлое – пусть останется прошлому… Гарри давно оставил ту жизнь… Мне бы самой такую замечательную собственную и крепкую семью как у них обоих… – вздохнула патологоанатом. – Тем более, они друг друга любят до сих пор, хоть и не говорят об этом вслух и громогласно…

Круглов умолчал, что «русская Мата Хари» и ее супруг произвели на него неизгладимое впечатление. Наверняка Гарри держат как шпиона-информатора – очевидно все, как на ладони… Оба понимают друг друга с полуслова, даже молчание или косой взгляд. Гарри действительно осторожнее Галины, своей супруги…

– Николай Петрович, мне еще заключение писать по последним трупам… – нерешительно начала говорить женщина, надевая медицинский халат.

– Ой, да… – проговорил мужчина, – простите, Валентина. Задумался…

***

Делать было решительно нечего. Рогозина-Поттер куда-то спешно уехала (как она сама сказала, за таинственным «козырем»), предварительно позвонив на мобильный, на служебной машине, программисты и лаборанты частично ушли по домам – был конец рабочего времени, а основной состав остался ночевать, располагаясь в свободных комнатах и углах, кто – где.

В лаборатории кипела работа.

Иван Тихонов, как «невыездной», сидел в лаборатории и наблюдал, как Гарри раскладывает яд на составляющие на белой доске. Формула уже была им выведена часом ранее, а сейчас нужно было сделать и сам яд, и противоядие.

– А как мне все-таки к вам обращаться? – спросил юноша, рассматривая формулу и будто бы что-то просчитывая в уме.

Гарри, пишущий элемент за элементом, на секунду остановился, хмыкнул и проговорил:

– Ну, ко мне все по разному обращаются. Можно и «Поттер», «Гарри», «Гарри Поттер» и даже «Поттер-Рогозин» или «Рогозин». Или «мистер Поттер-Рогозин»… В основном, «Гарри». Мне тоже нравится. Слушай, подай вон тот учебник… Нам нужно хотя бы формулу вывести…

– Жаль, что отсюда нельзя выйти…

– Даже не думай! – жестко проговорил мужчина, задумчиво глядя на доску. – Я за тобой слежу, а от меня сбежать нереально…

– Я уже понял, – протянул грустно Тихонов, показывая Круглову отметены от захвата пальцев на одной из своих рук.

– За дело получил… – прошелестел голос Поттера.

– Да, я тоже считаю, что тебя надо драть как сидорову козу, – сказал майор, входя к ним и садясь на свободный стул.

Тихонов недовольно скрючился.

– Пошли в буфет, – проговорил Круглов.

– Я не пойду, – сразу же сказал Гарри, отворачиваясь к доске, – я обещал начать делать антидот…

***

Рогозина, которая засела с представителем УГРО в незаметном фургончике неподалеку от места прибытия «товара», молча ожидала конца спецоперации. Все снималось на видеокамеру, и она едва узнала друга – тот сильно заматерел, изменился… Да и он был спецом по маскировке – в форме байкера она с трудом его узнала.

– Ничего себе! Никогда бы не узнала… – проговорила она вслух.

Вскоре втроем – Сергей и двое мужчин направились к неприметной иномарке.

– Чего?! – рыкнул глава по рации, – задержались?! У меня там парень один!

Но все обошлось более благополучно: ОМОН задержал торговцев героином, и Рогозина плавно выскользнула из машины, чтобы предстать перед Сергеем.

– О-о-о! Какие люди! Начинается… – протянул Майский, узнав Рогозину в темноте.

– Я тебя и не узнала… – усмехнулась женщина.

– Здрасте-здрасте… Старался…

Мимо них уводили наркоторговцев. Рогозина коротко поставила друга в курс дела:

– В общем, Сережа, есть шанс поймать эту мразь… – подвела она итог.

– Ладно, Галь, только дай мне хоть возможность переодеться… Душ принять… Что за секта, ты говоришь?

– На Китае помешена, на древнем.

– О, обожаю китайскую кухню… Через час буду готов…

– Нет, давай завтра… У них сбор в шестнадцать часов…

– Хорошо…

Майский не отказался, чтобы женщина подбросила его на машине. Да и устал он на байке трястись…

– Ого, Галь, вы, чего, третьего ждете? – увидел он ее округлый силуэт, когда они вышли к ярко светившему фонарю, к месту, где был припаркован фэс-овский джип.

– Да, ждем с Гарри. Врачи называют эту мою третью беременность чудом…

– Класс? Кого? – спросил он.

– Надеемся, что будет дочь… Хотя я еще не ходила на УЗИ… – вздохнула будущая мать.

– Да, двое сыновей, защитников Родины, у вас уже есть, а дочки-то нет… – слегка заулыбался Майский. – И ты, «в положении», вынуждена расследовать этот кошмар с мертвыми детьми?!

– Султанов едва ли не на коленях просил… Сам прикатил…

– Ого! Лично что ли приезжал?

– Да… Велика честь…

***

– Гарри? Ну, как у тебя?

– Я яд сделал… Но насчет противоядия – никак… На ком бы мне яд проверить?

– Антидот я сделаю сама…

– Тебе поспать нужно… – возразил Гарри.

– Я его сделаю, и отдохну. Честно. Обязательно. Иван, проснись! – потрясла заснувшего программиста за плечо Рогозина-Поттер. – Спать не здесь, а на диване…

– Галь, Круглов Танюшку отпустил, пусть хоть три часа поспит… – сказал Гарри.

– Согласна. Она по пуле все сделала? – спросила полковник.

– И доказательную базу собрала, – подтвердил сонно зевающий Тихонов.

– Вань, иди поспи не диване… Завтра будет новый день… – проговорила женщина, глядя, как программист отчаянно борется с очередным зевком. – Сонные мы ничем и никому точно не поможем…