Текст книги "Я - Демон? Том 3 (СИ)"

Автор книги: Извращённый отшельник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Алистер хмыкнул:

– Мой выход. Я рассчитываю на многое, милая Стелла. – довольный собой принц покинул кабинку.

На арене показалась Алета. Высокая, стройная, эдакая блондинка в голубом комбинезоне с кучей шрамов. Милая и одновременно строгая. Она тоже приковывала взгляд зрителей. Ей выдалась честь представить Алистера в этом состязании.

– Приветствую зрителей, – прозвучал её грубоватый голос. Как бы ни была она сильна в мастерстве меча, выступать на публике ей было сложно. Ох уж этот принц, словно издевался, приказав ей выступить в роли представителя.

– Он… красив…. Умён. И непобедим. Перед вами Алистер Вакедонский. Третий принц Харвуса.

Стоявшая напротив черновласая волшебница, не ожидавшая получить в соперники особу королевской крови, нахмурилась. Люди на трибунах зашептались. Неужели сам принц будет состязаться?

– Воля храма гласит не отступать и перед принцами. – проворчала Рина. Подумаешь принц? Сам вызвался на поединок, пусть и показательный.

Показательное состязание волшебников было схоже с битвой мечников. Если у тех были затуплены клинки, то на волшебников действовало ограничение в использовании заклинаний. Слишком мощные и опасные были запрещены, нарушители же данного табу могли понести строжайшее наказание вплоть до смертной казни.

Алистер показался на арене. Белая мантия, скрывавшая тело практически до щиколоток. На ногах тёплые ботинки из лиловой ткани, ярко-пшеничные волосы обрамлял золотой обод с сапфировым камнем посредине. Выглядела эта штуковина как женское украшение, однако, блестяшка ускоряла потоки маны, упрощая тем самым прокаст заклинаний.

Выйдя на обозначенную точку арены, принц всколыхнул руками полы мантии, закинув их назад. Похоже, настроен он был серьёзно.

– Хранительница, – обратился он к Рине Огненной. – Ты-то что забыла на арене? Ещё и в таком наряде.

Принц узнал в девушке одну из представительниц хранителей древнего храма Исидоры.

– Такой юный и в курсе нашего существования. Интересно. – на её красиво-стервозном лице появилась улыбка.

Алистер показал на свой лоб, указав тем самым на едва заметную телесную печать на лбу волшебницы. Сложный узор был практически не различим с цветом кожи, и всё же принц заметил. Да и она не скрывала данное клеймо, которое, по существу, было не только знаком секты, но и мощной руной усиления. Хранительницы были сильны, опасны, непредсказуемы. И что одна из них делала здесь, в Нефердорсе… Одному лишь Богу известно.

– Какой глазастый мальчишка.

– Прикуси язык! Или пожалеешь! – хмыкнул принц, не сумевший пропустить мимо ушей наезд на его возраст. – Хранительница или нет. Плевать. Начнём.

Герольд посмотрел на принца. Тот всем видом показал готовность. Повернулся к Рине, та кивнула. Взмах красным флагом, как сигнал к началу.

И Алистер и Рина, стоя напротив друг друга, в одно мгновение замахали руками в пространстве, вырисовывая магические печати. Выстрелы произошли одновременно.

– Воздушная волна!

– Огненный плевок!

Две простые магические атаки, слетев буквально с рук магов, встретились на средине арены. Огонь врезался в воздух словно в стену, разлетевшись как клякса.

– Магия природы! Лоза! – Алистер, сложив в сосредоточии пальцы, направил появившиеся из земли зелёные путы в сторону отскочившей Рины.

Волшебница, вовремя отпрыгнув назад от заклинания стана, успела прямо в полёте выполнить магический каст и сконтрить:

– Магия льда! Стужа!

И летевшие к её ногам путы обледенили прямо в воздухе, а через миг разбились на осколки. Но следом в неё уже летели каменные копья. Длинные и острые, словно гигантские иголки.

– Тц! – скривилась она недовольно. Этот мальчишка был неплох, такая быстрая читка заклинаний. Даже удивительно. – Магия ветра! Блик!

И волшебница, которую должны были нашпиговать копья, расплылась маревом и оказалась в нескольких метрах от опасности. Острые иглы влетели в снег, вспахав песок и грунт.

Народ заворожённо наблюдал. Все даже позабыли о правилах и о том, что принц скастовал смертельное заклинание! Ну, это же принц… Вот если бы инициатором выступила волшебница, возможно, бой был бы остановлен.

– Магия земли! Камнепад! – Рина за заклинаниями в карман не лезла. Совершенно не переживая теперь за последствия, она скастовала обширную печать в небе над головой принца. Тотчас из неё посыпались булыжники в хаотичном порядке, обрушиваясь на арену.

– Ах! Что за?!

Алистер пытался увернуться от десятков тяжеловесных камней, падавших с небес. Каждый из них мог расплющить его!

Он уворачивался как мог, и всё же травмы избежать не удалось. Один из булыжников зацепил плечо.

– Принц! – закусила губы встревоженная Алета. Ей вмешаться?! Помочь ему?!

Но Алистер чувствовал, что всё под контролем. Да, получил ранение, но сейчас он оторвётся на все сто на этой сучке! Он специально скастовал каменные копья, дабы проверить: остановят организаторы бой или нет. Но, похоже, здесь действительно деревенщины, ведь никто так и не прекратил бой. К тому же, судьи не заметили медальон проклятий на его шее. Один из тех, что мешал сопернику сконцентрироваться. Его аура действовала на достаточное расстояние, и определённо доставала до Рины. Но эта сучка-хранительница даже под дебафом, с урезанными способностями ранила его. Непростительно!

Камнепад окончился, следом полетело новое заклинание, и теперь оборонялся принц. Скоротечный размен простыми стихийными обстрелами, как Алистер снова перешёл черту, хоть и был до этого наказан. Смертельное заклятие прозвучало с его уст:

– Магия природы! Молниевый разряд! – из его рук яростно сорвалась жёлтая молния. Яркая, неуловимая. Но даже на это у Хранительницы нашёлся ответ.

– Каменная броня!

И разряд, влетев в земляной доспех, покрывший Рину, исчез в недрах арены. Хранительница же, усмехнувшись, сбросила броню и так быстро нарисовала печать, что было ощущение, как её руки превратились в ветер.

– Какая жалость. Игрушки тебе не помогли, принц Харвуса.

Да. Она поняла, что Алистер нечестно использовал амулет проклятий. Cказано это было негромко, дабы слышал только он.

– Цепи Аида. – улыбнулась Рина, закончив прокаст.

Прямо из пространства со звоном и скрежетом вырвались четыре ярко-красные цепи и намертво обхватили руки и ноги принца, распяв его как беспомощную куклу.

– Сука! Ты пожалеешь! – прохрипел он злобно.

Неужели проиграл?! Ещё и перед этими свиньями?!

– Но-но. – сделав блик, Рина оказалась перед его носом. – К чему ругательства, малыш? – её улыбка была ужасно довольной. Она сказала так тихо, что слышал только он. – Принц ты или нет, без разницы если вступил на арену. – и развернувшись, спокойным шагом направилась к выходу из которого и появилась на арене.

– Победитель! Рина Огненная! – огласил неуверенно герольд. По его лицу было видно, как не просто ему пришлось сделать данное объявление. Мало ли, вдруг молодой наследник затаит злобу.

– У-а-а-а!!! – завизжал радостно народ. Уж кому-кому, а простым людям было, определённо, хорошо от произошедшего зрелища. Люди свистели, выкрикивали имя хранительницы, посылали кучу комплиментов.

Принц же, заскрипев зубами, упал на землю после освобождения от заклинания.

– Мой принц!

Подбежала к нему Алета.

– Пошла прочь. – прохрипел он злостно, буквально задыхаясь. – Прочь. Все прочь…

Он поднялся с колен и направился на выход. Поверженный. Растоптанный. Злой. Он даже не стал возвращаться в вип-ложе. Настолько внутри кипела ярость. На хранительницу. На нефердорцев, радовавшихся на арене. На Стеллу. Разве не из-за неё это случилось? Точно. Она виновна в том, что он вышел на арену и этого он просто так не оставит.

Стелла же, наблюдав за всем из кабинки, перебирала пальцами тёмно-фиолетовый флакон.

– Может подбодришь его, доченька? – взглянула на неё Сицилия.

– Вряд ли у меня получится.

И сказала она это практически искренне. Её план провалился, так же как и выступление принца. Расчёт был на то, что он получит хоть какие-то раны и вернётся в ложе. Тогда она бы, как заботливая невеста, и дала ему испить из флакона зелье с одним из компонентов яда. Затем на ужине прикормила его вторым компонентом. В вине был бы третий. А на утро ни один из лекарей не смог бы определить от чего скончался принц. Но увы, завтра она не наденет уже подготовленное траурное платье. Тогда в следующий раз…

Глава 2

– Леди Эльза, позволите пригласить вас на танец?

На юную Ванштейн вопросительно смотрел лощённый франт. Высок, прекрасно сложен, и как все на данном званном балу – богат, с какой стороны ни посмотри, а парень, действительно, был хорош собой.

Красноволосая сдерживала рвотные позывы.

«Он слишком идеален. Это так раздражает. Наверняка под этой фальшивой улыбкой скрывается извращенец. Уже второй раз приплёлся.»

– Прошу простить, эм-м…

Кажется, она забыла его имя. Молодой аристократ улыбнулся, считая, что с большей вероятностью это одна из тех самых хитроумных женских ловушек, и сейчас эта девчонка пытается зацепить его.

– Сын маркиза Лаундра. Чарльз Лаундр Второй. – изобразил он улыбку.

Довольно снисходительную. Чарльз был наслышан о приезжей нефердорке, то ли нарочно нарушавшей этикет, то ли недостаточно воспитанной. И ему, как одному из представителей золотой молодёжи, а по совместительству и разгульному молодому человеку, вздумалось поиграть с новой игрушкой, особенно теперь, когда она вынудила его повторить своё имя. Однако, отчего-то рыбка с первого раза не клюнула на его милое слащавое лицо и дорогой костюм, так что пришлось делать второй заход.

«Правда о ней говорят. Просто дура, не понимает насколько я хорош.»

– Прошу простить, Чарльз, я собиралась отойти по своим женским делам.

Кавалер вопросительно взглянул на Эльзу, и она необычайно простецки уточнила:

– В уборную.

Эльза не знала как отшить вылизанного до блеска метросексуала, и сделала это так топорно, без вкуса. Именно об этом и говорил Лэнделл Ванштейн: ей давно пора научиться тому, как правильно держать себя в светском обществе. И сейчас наставления отца напрочь засели в её голове.

Всё-таки как же не повезло красноволосой очутиться на этом грёбаном балу в этом ненавистном уже ей Харвусе! Впервые за долгое время девчонка заскучала о родовой земле, Нефердорсе, академии, родном доме. Но долг перед семьёй нужно было исполнять, так что ей пришлось принять приглашение на данный вечер. При этом Фозах попросил её наладить связи, ведь это нужно не только семье, но и ей самой. Никто не знал, когда то или иное знакомство могло пригодиться. Но Эльзе до сих пор не удалось завести друзей, да и чувствовала себя на этом балу совсем чужой. Может из-за всеобщего фокуса внимания на её персону? Что если у неё не совсем модное платье? А может не та причёска? Только сейчас она поняла, что все присутствующие здесь молодые леди готовились к балу многие дни, заказывали платья, подбирали украшения, изучали новости, дабы быть в тренде повестки и местных слухов. И лишь она всё свободное время проводила за тренировками. Некогда ей было заниматься гонкой за модой и сплетнями.

«Прости, брат, я бесполезна…»

– Тогда не смею вас задерживать. – чуть смущённо ответил Чарльз, не ожидав такой откровенности от леди.

– Благодарю.

Эльза присела в реверансе и удалилась. Снова под всеобщим вниманием присутствующих. Её это так выбивало из колеи. Не то, чтобы она была обделена вниманием в Нефердорсе, но ведь там как бы все свои.

Красноволосая вошла в дамский туалет, выдохнула. Затем вдохнула. Как же корсет стягивал грудь. Дышать было так сложно, что хотелось разорвать шнуровку и снять с себя всё, но нужно продержаться ещё два часа, и этот чёртов бал, наконец, завершится.

Она опёрлась ладонями на мраморную раковину, взглянула в широкое зеркало, обрамлённое серебром. В отражении стояла настоящая красавица. Молодая, белокожая, с изящными чертами лица. Ярко-красные густые волосами заколоты изумрудным крабом, подобранным под цвет её зелёных глаз. Пухлые губы бантиком. Под левым глазом хорошо замаскирован синяк, полученный на тренировке. Девчонка специально не пила зелья исцеления, когда получала незначительные травмы, иначе организм не будет укрепляться. Так говорили мастера.

«Такой жизни ты хотел для меня, отец? Вечера. Праздничные балы, маскарады…» – она смотрела на себя, наряженную в одно из новейших платьев бордового цвета. Выглядела Эльза цепляюще. Как обжигающая комета, пролетевшая в холодном космосе. Как спелая красная ягода, упавшая на белый снег. Всё в ней было прекрасно, но никто не знал, как подступиться к этой девушке, как добиться её расположения и сорвать цветок невинности. А она никого и не рассматривала на эту роль. Нет ни одного человека в этом мире, кто был бы ей по вкусу. Такова Эльза. Все мысли её были лишь о своём воинском достоинстве.

– Ладно. Собралась. Пора обратно.

Вымыв руки, она отправилась в танцевальный зал.

* * *

От скуки и безделья в родовом поместье маялась Стелла Ди Мартинус. Cиневолосая давно завершила свой специальный экзамен на высшую и могла вернуться домой, в демонические земли, но нрав и принципы молодой девицы были неподступны и нерушимы. И если уж она встала в позу, то это надолго. Ни уговоры родной матери-демонессы, ни сухие приказы отца никак не повлияли на её решение остаться в Нефердорсе, среди людей. А ведь там её ждал новый жизненный этап, вхождение в истинную силу, наверняка замужество на высшем демоне и жизнь, полная интриг и наслаждений.

– Интересно, чем же ты занят, мой зверёк.

С садисткой ухмылкой она достала из тайника коробочку, из неё вынула свёрток, в котором находился отрубленный палец беса. Дабы найти Аполлона, Стелла всегда использовала его часть, поэтому без труда могла отыскать его в столице, где бы он ни был.

Начертив на нежной ладони пентаграмму и влив в неё ману, тем самым активировав заклинание, она взяла этой же рукой отрубленный палец и закрыла глаза, настраиваясь на поиск. Обычно при выполнении данного ритуала, Стелла открывала глаза и видела, как от потерянного пальца тянулась красная нить к телу Аполлона, но в этот раз что-то пошло не так.

– Странно. Не выходит… Я же находила его даже когда он стал панором… Не пойму.

С какой-то детской обидой она взглянула на палец. Попробовала ещё раз, но ничего не вышло. Затем встряхнула его и фыркнула, как обиженная кошка:

– Давай же, работай!

Но, очевидно, ничего не получилось. И в голове Стеллы закралась паническая мысль: если она не смогла установить связь, не значит ли это, что Аполлон мёртв?

В какой-то немой истерии, демоница резко прикрыла глаза, а через некоторое время спокойно выдохнула. Контракт активен, а значит с панором всё в порядке. Но почему не удалось установить связь? Это расстроило. Даже слишком. Настроение девчонки, собиравшейся прогуляться по ночному городу и навестить своего будущего домашнего питомца, знатно подпортилось.

Убрав палец в коробку, синеволосая почувствовала резонанс от активации демонического кристалла связи. Как же невовремя.

Достав минерал из тайника, она куклой упала в мягкое кресло, забросила лодыжку на угол стола и, проиграв пальцами от мизинца до крайнего, установила связь с домом:

– Я не вернусь. – произнесла Стелла вместо приветствия.

– Ещё как вернёшься. – прозвучал грубый мужской голос. – Сама. Либо тебя заберут силой.

– Отец? – приподняла синеволосая бровь, ожидавшая услышать мать.

Никогда ещё глава дома не выходил с ней на связь за все её восемнадцать лет жизни. Можно сказать: она второй раз слышала его голос. Первый раз был при рождении и отдаче приказа. Такая вот злая шутка с прямой наследницей демонического дома – прожить среди людей и выжить, не выдав в себе отпрыска демонов.

– Смышлёная. Всё-таки, выросшая среди людей, ты способна соображать.

– И принимать решения. – холодным тоном ответила Стелла. – Прощай, отец, спасибо, что не был рядом и я, действительно, выросла сообразительной.

Она отрубила связь. На застывшем от страха лице улыбка. Немного нервозная, ведь Стелла абсолютно трезво понимала, что оскорбила главу дома, обозвав тупоголовым. Выживет ли она после такого? Пусть синеволосая и являлась ему дочерью, но у демонов свои взгляды на смерть.

* * *

Вечерело. Боевые арены закрылись, довольный народ ринулся на отдых. Весь Нефердорс гулял, веселился, праздновал. Время турнира грело душу многим. Полны были таверны, забиты номера гостиниц. Пелись песни на каждом углу многочисленных городских улиц, не умолкали барды и музыканты, не отставали от них и уличные артисты. Столица сияла разноцветными огнями и восторженными улыбками горожан. Среди всей этой праздности, словно каменная неподвижная горгулья, на крыше одного из домов восседал молодой панор. Накинутый мешковатый балахон, скрывавший практически всю голову, украденная свеже стиранная одежда. Он был без маски, да и к чему она в такое-то время суток? Чёрные глаза внимательно наблюдали за горожанами. Могло показаться, будто он смотрел вовсе в никуда, но нет. Наблюдал он за мужчиной, как бы пошло это не звучало.

Тот одетый в высокий колпак и тёмно-синий плащ, неспеша шёл мимо таверн и торговых лавочек, то и дело здороваясь со встреченными по пути людьми. Судя по его одежде, мужчина был строг к своему внешнему виду, не беден. А значит мог позволить себе передвигаться в экипаже, но почему-то двигался пешком. Возможно, это был мимолётный каприз, а может решил прогуляться по вечерней столице.

Демон следил за каждым его шагом. Он терпеливо ждал. Ждал когда тот посетит ресторан, ждал когда купит какую-то побрякушку в лавке в честь турнира, когда поговорит со встреченной дамой. Порой отродье хотело броситься и убить его, но каждый раз, сдавливая когтями края черепицы, чудом сдерживало себя.

Наконец, мужчина покинул людные городские улицы и очутился в спальном районе второго уровня. Здесь уже не побегаешь по крышам, поэтому демону пришлось преследовать его по переулкам. Пару раз он едва его не упустил, когда нарвался на тупик в очередном обходе зримых мест. Но всё же чувство отмщения сильно. Оно не дало ему потерять этого человека из виду. Незаметной тенью демон крался за своей жертвой до самого её дома. Жертва, в свою очередь, словно что-то чувствовала, то самое ощущение, когда тебя кто-то преследовал. Но как ни старался человек взглянуть за спину, так и не увидел крадущегося панора. Повернув ключ в замочной скважине, а затем приложив ладонь к дубовой двери и влив ману, мужчина открыл свой дом. Сделав шаг за порог, он замер. От боли. Что-то острое пробило его спину. Затем ещё и ещё. Не было никакой жалости в этом нападении, никакой человечности. Цель была одна – убить. На этом всё.

Мужчина по-старчески захрипел, выпучил глаза. И демон, испытывавший к нему лишь омерзение, решил сказать напоследок что-то грязное, неприятное, ведь месть совершена, доставлена холодным блюдом, как и полагалось. Приблизившись к его уху, он мерзким голосом произнёс:

– Вот и всё, Штрук. Ты убит, хе-хе.

Чернодемон лыбился, как довольный ребёнок. Это была настолько безумная улыбка, насколько и искренняя, без игр и фальши. Он правда был доволен совершённым и знал, что Аполлон наблюдал за происходящим. Наблюдал за тем, как именно он – чернодемон совершил месть! Отомстил за всю боль и унижения их тела! Так кто теперь достоин им владеть?!

Штрук, находясь в сознании, повернул голову набок и увидел в темноте страшное зубастое существо в балахоне. Такое могло придти в кошмарах, явиться в видениях безумцев, найти место в старых ужасных легендах. Но магистр был опытным магом, успевшим повидать демонов, и совершенно точно опознал в Аполлоне одного из них. Кашлянув кровью, всё что Штрук смог в последние секунды жизни, так это царапнуть ногтем большого пальца по своей же ладони, выведя кровавый крест. Странный поступок в последние миги жизни.

– Магия времени… – прозвучал хрип с его испачканных в крови уст. – Отрицание…

И тело старика, засияв молочным оттенком, расплылось в пространстве и исчезло. Через мгновение Штрук появился у порога дома, целый и невредимый. Его чистое лицо изобразило улыбку:

– Что такое, неуж-то ты удивлён, демонское отродье?

Чернодемон и правда был поражён. Что сейчас произошло? Что за трюк?

– Вижу ты не понял. – усмехнулся магистр, при этом не торопясь доставая из-за пояса магический посох. Он стоял в пяти метрах от панора и мог позволить себе разговор. Уж теперь-то готовый к нападению.

– Всё просто, демон. Ты ведь демон, я прав? – не услышав ответа, Штрук продолжил внеклассную лекцию, показывая всем своим видом превосходство. – Не хочешь говорить. Ну и чёрт с тобой. Ты почти убил меня, даже странно. Только вот заклятие времени перенесло моё тело на десять ударов сердца в прошлое. Конечно, и цена этому заклинанию высока, но она ведь того стоит, правда? – на его лице чуть ли не вздрагивали губы от улыбки, неужели ему удалось использовать это заклинание времени? Сколько труда было вложено в его разработку вместе с профессором Клаусом и вот, труды оказались не напрасны.

«При мне такого заклинания не было.» – демон суровым взглядом смотрел на старика Штрука, прикидывая в уме, как теперь вести бой против заклинателя стихии, и что за первооснова у него? Всё же способности тела Аполлона ограничены и принимать удары магии данной ступени оно не готово.

– Кто послал тебя? – задал вопрос магистр, уже напитав ладони и посох эссенцией ветра, годной как для защиты так и нападения. Он и предположить не мог, что сбежавший бес смог эволюционировать и пришёл за местью. Слишком устойчивы были знания людей о демонах, слишком закостенелы.

– Кто послал меня? – прошипел панор, затем усмехнулся, а после не выдержав, приложил ладонь ко лбу и вовсю рассмеялся:

– Ты так глуп?! Старый маразматик?! – и расплывшись чёрной кляксой в воздухе, исчез в дыму.

Штрук мгновенно высвободил ауру ветра вокруг тела, как защитный доспех, ожидая нападения. Но прошла секунда, затем вторая. Неужели демон исчез, сбежал? Старик даже прикрикнул:

– Трус! Бесовское отродье! Только попадись мне на глаза! Испепелю! – и нервно вытерев сапоги о придомный коврик, деактивировал защитный доспех и проскочил внутрь, закрыв дверь на железные засовы. Весь на взводе и полный хаотичных мыслей: Демон сбежал? Почему? Что если он нападёт внезапно? Стоит ли сорваться на его поиски прямо сейчас? Или поспешить в гильдию и обо всём рассказать? А может лучше сразу в канцелярию? Нет, сейчас когда орден паладинов в столице это не лучшая идея, стоит рассказать лишь Луизе либо лично Дариусу, пусть сами решают как поступить. Да и потом, обратись он сейчас к стражникам или авантюристам что подумают о преподавательском составе академии? Магистр стихии испугался низшего демона? Позор.

С неоднозначными мыслями возбуждённый Штрук скорым шагом прошёл в гостиную, сорвал с плеч сине-тёмную мантию и сухо рявкнул:

– Свет!

Домашние кристаллы активировались, осветив просторную комнату с дорогой мягкой мебелью. Преподаватели академии жили довольно зажиточно, а уж Штрук, как владелец лаборатории, и вовсе не знал бед. Бросив взгляд на корзину с заморскими фруктами, старик даже не думал о еде. Стычка с демоном произошла внезапно, да и в такое позднее время. Он до сих пор испытывал адреналин от произошедшего. В голове была лишь мысль о том, как защититься. Демон всего лишь один, иначе уже напали бы гурьбой. Так как он – магистр может бежать за помощью и обесчестить своё честное имя? Какой-то низший демон не враг ему. Однозначно. На этом умозаключении маг бросился к рисовке печатей для обороны на случай проникновения демона в его дом.

Через час Штрук активировал магические ловушки по всему жилищу, на двух этажах, не забыв про ванную комнату и кухню. Закончив с десятками печатей, он присел на стул в гостиной и потёр глаза у переносицы, сам же не переставая размышлять: кто же нанял демона по его душу? Врагов у старика хватало, но никто бы из них не решился на связь с демоническими существами. Перебирая в голове варианты, он и не заметил как придремал. Ох уж этот возраст.

Прошло несколько часов. В небе мирно светила Луна, трудолюбиво освещая улицы Нефердорса. Штрук спал за столом, неподвижно, словно старая черепаха. Внезапный скрежет по входной двери пробудил его. Он тут же бросил взгляд в сторону входа.

– А вот и ты. – злостно прокряхтел магистр и, резво поднявшись из-за стола, активировал защитную броню, а после подскочил к двери. Резким движением вытащил железный засов и выглянул наружу, весь в магической ауре и готовый к сражению. На пороге никого не было. Старик взглянул по сторонам, на соседние подворья, на крыши:

– Покажись! – рявкнул Штрук так, что было слышно по всей улице.

Но ответом была лишь тишина. Может ему показалось от усталости? Тряхнув головой, старик закрыл входную дверь, прошёл на кухню, выпил кружку воды и направился по винтовой лестнице на второй этаж, в спальню. Возможно, ему и правда показалось, да и демон наверняка не решится забираться в его дом, пусть эти существа и агрессивные, но инстинктивно понимали, что нападать в чужой крепости себе дороже, а Штрук свой дом считал именно крепостью, поэтому, пусть и гложимый сомнениями, но отправился отдыхать.

Только он прилёг на кровать, прикрыл глаза, как по окну спальни что-то проскребло. Маг тут же выстрелил воздушным залпом прямо из-под одеяла, с дребезгом разбив мозаику. Активировав доспех, он подскочил к подоконнику, готовый атаковать.

Но выглянув наружу, магистр снова никого не увидел, лишь ночной город, да Луну в небе. Сквозь разбитое окно дул холодный ветерок, обдувая его озлобленное лицо. Не могло Штруку показаться и второй раз, эта тварь точно здесь!

Сжимая от злобы челюсти, старик спустился в гостиную. В руке посох, на плечах темно-синий плащ. Засев на кухне, как в засаде, он прислушался в надежде услышать посторонние звуки. Было тихо. Так тихо, что Штрук слышал как проглатывал собственную слюну. Ни шума с улиц, ни лай соседских собак. Кромешная, пугающая тишина. Вдруг послышался топот по крыше. Лёгкий, скорый, словно по черепице пробежал ребёнок. Затем смех со второго этажа. Пугающий до костей. Штрук перехватил пальцами посох крепче и тихим шагом направился к лестнице. Шаг за шагом, и раздался предательский скрип ступени. Старик скривился до невозможности, проклиная строителей до четвёртого колена. Если эта тварь в спальне, то вне всякого сомнения услышала скрип. Добравшись до двери, магистр резким движением плеча выбил её и тут же направил посох буквально во все углы. Но в спальне было пусто, лишь ветер безбрежно ласкал занавески через дыру в окне.

Внизу послышался топот. Плюнув на всё, Штрук прорычал:

– Магия света! Шар! – его посох вспыхнул, а на навершии образовался яркий светильник.

Быстрым, далеко не старческим, шагом он спустился по лестнице в гостиную, уже никак не таясь, и увидел его.

Чернодемон, как ни в чём не бывало, сидел на диване, вальяжно закинув ногу на ногу. На злорадном лице ухмылка, в руке он подкидывал странный камень.

– Видел бы ты своё лицо, магистр. Такой отстой.

– Магия ветра! Ветряные серпы!

И с посоха мага слетели острые, как бритвы, едва уловимые взгляду ветреные полумесяцы. Каждый из них был способен разрубить ящеровоза вдоль и поперек. Чернодемон, резко встав на ноги, вытащил из ножен меч и с размаху перерубил один из них. Второй серп пролетел над его головой, угодив в стену и оставив там глубокую борозду. Тряхнуло весь дом. На что демон лишь ухмыльнулся:

– Не волнуйся, нас никто не услышит.

Штрук покрутил головой, прищурил взгляд, словно пытаясь уловить зрением незримое. Видимо что-то почувствовав, ответил:

– Барьер.

– Ага. Ты думал, почему я так долго. Пришлось задержаться. Не силён я в этих барьерных штуках. А на улице так холодно. – демон обнял свои плечи, состроил обиженное лицо насколько это было возможно с его уродской рожей, и держа одной рукой меч, второй налил из кувшина вина и произнёс:

– За моё здоровье.

И с довольным взглядом пригубил бокал.

Штрук же лихорадочно анализировал происходящее: демон поставил звуковой барьер. А значит подготовился к битве с ним. Что логично предположить – отродье считает себя фаворитом в данном бою, и это несмотря на то, что Штрук являлся заклинателем стихии.

«Это. Это слишком унизительно. И я должен такое стерпеть?!» – на лбу старика вздулись вены от злости. Его недооценивают?! И кто?! Грязный демон?! Даже не высший?!

– Кто. Ты. – выдавил он из себя, буквально выплевав слова.

– Твоя сущность не способна познать данной истины, Штрук. Признаться, ты лишь горсть пепла, что останется после нашей битвы. Да и битвой я бы это назвал с лицемерной натяжкой. – катал демон вино в бокале.

– Гонора у тебя хватает, демон. – прищурился старик. – Вы все такие хвастолюбивые. Самолюбование – ваш главный порок.

– Да? – искренне удивился чернодемон, а может это был сарказм. Он по-хозяйски присел обратно на диван, опёр меч остриём в дорогой паркет и стал крутить его неспеша, бесчеловечно вырезая на дереве глубокие царапины.

– Пожалуй, отчасти соглашусь с тобой, Штрук. Только вот, когда захватываешь десятки крепостей, сотни городов. Когда ставишь на колени королей. Трахаешь лучших человеческих принцесс. – смаковал демон сказанное, словно копаясь в воспоминаниях. – Сложно не любоваться собой. Разве я не прав?

Штрук нахмурился. Обдумал сказанное и ответил:

– Громкие слова для низшего. – он посмотрел на чернодемона сверху-вниз. Впервые за их разговор.

Тот лишь криво улыбнулся зубастой пастью.

– Какая нелепая провокация. Под этим ковром магическая печать. Думал заманить меня в ловушку? Наглец ты, магистр. – усмехнулся демон и снова отпил вина.

Теперь Штрук почувствовал себя заведомо проигравшим ход в этой странной словесной партии, подкреплённой действиями. Во-первых, этому отродью удалось отразить ветряной серп. На такое способен лишь воин от ранга мастер. Во-вторых, он каким-то образом узнал о ловушках, что значит застигнуть его в расплох не удастся. И в-третьих, эта странная самоуверенность. Разве низшие ранги способны быть настолько высокомерными?

– По правде говоря, я пришёл забрать у тебя кое-что своё. Ну, и по настроению убить. Конечно, если ты станешь умолять весь в слезах и дерьме, то я подумаю сделать тебя слугой, однако, шансы не высоки. Уж больно рожа у тебя неприглядная, да и бесишь меня своими косичками. – указал чернодемон на седую бороду мага.

– И что же ты пришёл забрать? – Штруку не просто давалось вести беседу. Воздух в комнате был так раскалён, что скажи он нечто другое, агрессивное, то начнётся смертельный бой. Конечно, старик не боялся сражения, но пытался за этот странный разговор узнать о своём противнике хотя бы немного больше.