сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
− Спасибо, бабуль, − я встал и с нежностью поцеловал её в щеку. – Схожу-ка я в аптеку, ты вчера говорила купить что-то там, пока вареники не готовы. Проветрюсь и подумаю.
− Сходи. Список на тумбочке у меня в комнате, − кивнула бабуля, начиная быстро и виртуозно лепить маленькие тугие вареники.
Был тихий вечер, и я сидел на мостике, свесив босые ступни в прохладную воду речки, раздумывая о том, как мне подкатить к Виту. Жаль, я не обладал талантом флиртовать налево и направо. Обычно ко мне подходили сами и завязывали разговор. Если собеседник мне нравился, из этого могло что-то получиться, а Вит… Он бросал на меня взгляды, в которых проскальзывала заинтересованность, но и только. Может, его останавливала разница в возрасте, может то, что выглядел я слишком юным. Что поделать, такой уж уродился. Ростом я был всего-то метр семьдесят, весил шестьдесят килограмм, зато был очень симпатичен. Стильная короткая стрижка с забавной чёлкой на тёмных волосах, карие глаза и красивое притягательное лицо. Лично себе я всегда нравился. Не всем же быть двухметровыми бритоголовыми громилами с идеальным телом. Я так задумался, что не услышал шагов по деревянному настилу, или этот определённый громила просто умел ходить как кот? Скорее второе, с его военным прошлым-то. Он подошёл и присел рядом, оставив кожаные шлёпанцы на мостике.
− О чём грустишь, чудо? Влюблённых бурёнок или призрачных волков больше не встречал? – заботливо поинтересовался Вит, пряча в уголках губ улыбку.
− Припоминать долго будешь?
− Да. Я давненько так от души не веселился, − ответил Вит, потянулся и, заложив руки за голову, лёг спиной на дощатый настил. Глядя на натянувшиеся мышцы его живота, я сглотнул вдруг набежавшую слюну. «Как кот на сметану, блин», − с досадой одёрнул себя.
− Рад, что повеселил, хотя мне было не очень приятно, когда вы дружно надо мной ржали. Кстати, спасибо, что снял меня с дерева. Я тогда был не в настроении от души поблагодарить.
− Да ладно, проблем-то было. Прости за шутки, но уж больно забавно ты смотрелся. Прямо как перепуганная маленькая обезьянка, − усмехнулся Вит. Уже опустилась ночь, но было светло. Я поднял голову и заметил высоко в ночном небе луну. До полнолуния оставалось, судя по всему, несколько дней, потому и было светло. В городе как-то забываешь, насколько красиво и загадочно ночное небо. – А как тебя зовут? Виталий? А то всё Вит, да Вит.
− Мама меня назвала. В детстве своё имя терпеть не мог, потом оценил. Витольд. Витольд Кедров. Вполне обычная фамилия, в отличие от твоей. Интересно, как тебя в школе дразнили?
− Так же, как и в универе. Золотко. Хотя фамилия Гольдштейн переводится, скорее, как золотых дел мастер. И ничего забавного в ней нет. Вот Миценгендлер, что означает торговец шапками, забавно.
− Вот это фамилия. Язык сломать можно, − засмеялся Вит.
− А Вассерман, к примеру, водовоз.
− Золотых дел мастер мне нравится больше, − хмыкнул мой собеседник.
− Хочешь сменить фамилию? Тогда придётся выйти за меня замуж, − нагло заявил я, вытягивая ноги из воды.
− Был бы моложе, может и согласился бы. Надо же кому-то вытаскивать тебя из переделок, − приподнялся Вит на локтях.
− Для старичка тридцати двух лет отроду ты неплохо сохранился, − чуть наклонился я вперёд, приблизившись к его лицу. Так интересно и захватывающе было смотреть глаза в глаза. – Ты мне спать спокойно не даёшь которую уже ночь, старичок.
− Смелый какой. Разведку провёл, сплетни собрал? Рома, зачем я тебе? В город не уеду, ты не останешься здесь, а для случайного траха я всегда найду желающих. Ты, Рома, не похож на мальчика на одну ночь.
− Да ты тоже на одноразового не тянешь, Вит. Я, похоже, влип в тебя, как муха в мёд, − тихо признался я и рискнул. Быстро прикоснулся к его губам поцелуем, чуть не задохнулся от нахлынувшего возбуждения и, пока Вит не пришёл в себя, подхватил обувь и рванул домой.
Я залетел во двор со скоростью звука, сердце стучало где-то в висках. Стрелой взлетел по лестнице в свою комнату и остановился, переводя дыхание у раскрытого окна. Вит всё ещё был там, и это почему-то обнадёживало. Его слова что-то зацепили во мне. Следуя своим желаниям, я не задумывался, чего же хочу на самом деле. Вит постоянно был в моей голове, и этот факт заставил меня задуматься. Я окончил учёбу, но так и не решил, что делать дальше и куда направить свои стопы. Папа, даже не сомневаюсь в этом, с радостью помог бы организовать собственный бизнес, если бы я захотел. Обычно у меня было громадьё планов, но сейчас я был на перепутье. Может быть, вся эта история с картами возникла не просто так? Может, намёк свыше? А если я приехал в деревню, где не был сто лет, чтобы встретить его? Я вздохнул и устроился на широком подоконнике, глядя на одинокую фигуру на мостике, освещённую лунным светом.
========== Глава 4. О соблазнении, быках и мести. ==========
Утро я встретил в приподнятом настроении. Вит мне категорическое «нет» не сказал, так что шанс на близость у меня есть. Я принял душ, взбодрился хорошенько, плотненько позавтракал под умилительными взглядами бабули и опять поднялся к себе. Распахнув шкаф, я плюхнулся на постель и стал думать-гадать, в чём отправиться на розыски Вита. Необходимо было выглядеть прилично, стильно, но при этом так, чтобы слюнки на этот раз потекли у упрямого, но такого желанного «ковбоя». После долгого и упорного сверления взглядом содержимого шкафа, я остановил свой выбор на обтягивающей белой футболке, отлично сидящих на мне ярко-красных шортах до колен. Даже подходящие красно-белые кеды в сумке нашлись. Я, конечно, не Геракл, но себя в форме держу. У меня в меру подкачанная фигура и даже есть слегка прорисованные кубики на животе. Штанги я не таскаю, но поотжаться и побегать не против. Особенно побегать, благо парк рядом с нашим домом есть. Облачившись, причесавшись и надушившись дорогим одеколоном с запахом морской свежести, я отправился на розыски.
Новое детище Вита, животноводческая ферма, находилась, впрочем, как ей и положено, за пределами деревни. По словам бабули, Вит сейчас почти всё время пропадал там. Я ожидал многого: и колдобин на каждом шагу, и гор мусора всякого, и грязи, и ужасной вони. Но… действительность меня удивила. Нет, при подъезде к комплексу я почувствовал специфический запах, но он был вполне терпим. Так, слегка пахло сухим сеном, какими-то кормами и, куда же без него, навозом. Не ароматы Парижа, но дышать без слёз и затыкания носа платочком можно было. А через некоторое время, которое пришлось потратить на расспросы, даже свыкнуться успел, и обращать внимание перестал. Когда ехал в сторону открытых загонов для живности увидел Пашку, всего такого делом занятого. Штук десять забавных бело-рыжих телят были привязаны в рядок к длинной жерди, а мой друг что-то цеплял им на уши. Чуть вдалеке за ним внимательно наблюдали такие же бело-рыжие упитанные бурёнки. Отвлекать друга от дела я не стал, тем более что впереди увидел джип Вита.
За довольно высокой деревянной оградой, где-то около двух метров, послышался его голос. Я, внимательно осмотревшись, нашёл приоткрытую калитку и смело вошёл. Собеседником Вита оказался дядя Вася, отец Пашки. Они стояли возле большой коровы, опять же бело-рыжей. Наверное, какая-нибудь рекордсменка, ибо была она очень большой. Стояла и что-то флегматично жевала. Мужики меня не заметили и я, тихонько подкравшись, попытался выглянуть из-за плеча дяди Васи, он был ниже Вита. Вблизи буренка ещё больше впечатлила. По сравнению с остальными виденными мною рогатыми дамами, она выглядела как штангистка рядом с худенькими моделями.
− И много бурёнка даёт молока? И как такую гору доить-то? – вкрадчиво спросил я, но меня услышали. Дядя Вася вздрогнул и дал мне подзатыльник, Вит почему-то хитро усмехнулся и отошёл чуть в сторону, а бурёнка возмущённо и басисто что-то промычала, поворачивая ко мне голову со злыми глазами. Под таким взглядом я попытался заныкаться за широкую спину Вита, но не тут-то было. Он ловко увильнул в сторону, заставив нас с коровой опять уткнуться друг в друга взглядами. Я сделал шаг назад, а она ударила копытом в землю так, что камешки полетели. «Что-то мне это не нравится», − успел подумать, прежде чем услышал голос Вита.
− Похоже, Борька оскорбился, что его с коровой сравнили, − хмыкнул Вит. – Рома, а ты для кого такие яркие шорты надел? Боря такой цвет не любит. Очень.
− Му-у-у! – промычала… Боря???
− Беги, Рома! Быстро! – крикнул Вит, и я сорвался с места, слыша за спиной грозный стук копыт.
Я сам не заметил, как миновал метров пять открытого пространства и взлетел на высокий забор. Было до жути страшно. Сердце выпрыгивало из груди, а кровь стучала в ушах. И только приземлившись с другой стороны, я позволил себе оглянуться. Этот танк с рогами громко мычал, бил копытом и… рвался с привязи! Ну, Вит!!! Сквозь щели в заборе я видел, как дядя Вася прятал улыбку в усы, а Вит хохотал, согнувшись чуть ли не пополам. Опять! Всё, Кедров, ты у меня получишь по заслугам. Шутник, твою мать! Я гордо вскинул голову и похромал к своему скутеру. Слегка пятки отбил при приземлении, сноровку-то потерял без постоянных тренировок. Зато препятствие в виде высокой деревянной ограды взял зрителям на загляденье. И вот какого лешего я рванул к забору, если приоткрытая калитка была почти за спиной?
− О! Привет, приключение! Чего хромаешь? – раздался рядом ещё один знакомый голос. Я оглянулся и увидел того самого «ковбоя», который был рядом с Витом в первую нашу встречу.
− Привет, − буркнул я. – Оступился немного, вот и прихрамываю. Скоро пройдёт. Кстати, меня Романом зовут.
− Михаил, − протянул он здоровую лапищу. Я с опаской протянул руку в ответ, но Миша аккуратно её пожал, вполне соизмеряя силы.
− Интересно у вас тут. Для фермы как-то даже непривычно, слишком ухоженно и чисто, − покрутил я головой, и ничуть не покривил душой. Везде было чисто, даже дорожки и дороги имелись, посыпанные гравием.
− Стараемся, − довольно улыбнулся Миша, − хозяйство-то своё, не чужое. Знаешь, как приятно по колено в грязи ходить в резиновых сапогах?
− Я в городе живу.
− Повезло, значит, что не знаешь. Приятного мало, так что дороги – жизненная необходимость. Хотя многие раньше пальцами у виска крутили, мол, лишняя трата денег. А Вит по-своему сделал, потом оценили и бабы, и мужики, что на комплексе работают. Так что ты тут делал-то?
− Вита искал.
− Нашёл?
− Да. Мне пора. И это… Миша, передай своему шефу, что я в долгу не останусь. Он поймёт, − широко улыбнулся я и, стараясь больше не хромать, пошёл к своему верному железному пони.
Способ мести изобретал долго и мучительно, но так ни на чём и не остановился. Пакостить с членовредительством не хотелось… Нет, хотелось! Но свою кровожадность я постарался умерить. Господин Витольд Кедров был мне нужен в целости и сохранности. Я вновь сидел на широком подоконнике и наблюдал в дедов бинокль за коттеджем напротив. Спальня Вита оказалась на втором этаже и выходила окнами как раз в сторону реки. Это я заметил, когда там зажегся свет и в окне появился Вит собственной персоной. Он устало потянулся, расстегнул рубашку и… задвинул шторы. На самом интересном!!! Ну, что за человек? Вторя моему возмущению, где-то внизу заорал кот, за ним ещё один. «Вот это вопли! Чего они там не поделили? Одну кошку на двоих?» − усмехнулся я и… ещё раз довольно усмехнулся. Порой так бывает: ломаешь-ломаешь голову, а потом … бац! Идея тут как тут!
Следующим вечером, вновь сидя на подоконнике, я, наконец-то, увидел, как во двор одного интересующего меня коттеджа въехала, блеснув фарами, машина. Значит, хозяин уже дома. Я встал и метнулся к кровати, на которой был разложен мой шпионский наряд из чёрных штанов с карманами и чёрной же тонкой кофты с капюшоном, но вдруг остановился и прикусил губу в задумчивости. А если Вит меня поймает? Надежда ведь умирает последней? А вдруг мы с ним… Я метнулся к шкафу и вытащил из его глубин, так сказать, походный набор гея. Минут через пятнадцать я выбрался из ванной, быстро оделся, подхватил небольшую сумку, перебросил её через плечо и медленно, на мягких лапах спустившись вниз, покинул дом. Добежать до дома Вита было делом пары минут. Ещё столько же ушло, чтобы отдышаться, и я полез через забор. В саду было тихо и спокойно, никто, кроме меня там не шастал.
Крадучись, я подобрался под окна спальни Вита и вытащил из сумки стратегический запас, купленный сегодня в аптеке. Целых пять бутылочек с… валерьянкой! Я добрый, но кое-кому весёлую ночку обеспечу. Отвинтив крышечку с первой бутылочки, я вылил содержимое на стену коттеджа. Тару аккуратно спрятал в сумку. Остальное также тихо и аккуратно вылил рядышком, окропив и дорожку, и землю, и даже клумбу слегка полил. Будет котикам раздолье. Запах валерьянки поплыл в прохладном вечернем воздухе, а я усмехнулся, представив тот концерт, что вскоре ожидает Вита, и осторожными шагами пошёл в сторону калитки. Лезть вновь через забор желания не было. Не дойдя всего лишь нескольких метров до намеченной цели, почувствовал, как по спине вдруг пробежал холодок. Я осторожно оглянулся и в мгновение ока оказался на ближайшем дереве. Хорошо, что в этот раз мне попалась яблоня, хотя я залез бы и на кактус, был бы он приличных размеров.
− Вольф, ну что ты лаешь? – погладил Вит по лобастой голове огромного ротвейлера, почти слившегося с темнотой ночи, только глаза хищно сверкали. Я притих у себя на очередном насесте и наслаждался видом красивого мужского тела, на котором было только белое полотенце на бёдрах да шлёпанцы на ногах. Как говорится: и хочется, и колется. Вдруг он мне по шее настучит вместо бурного секса за несанкционированное проникновение на его территорию?
Пёс грозно гавкнул и устремился к моей яблоне. Этот страж порядка встал на задние лапы, опёрся о ствол и снова подал голос. Вит, не будь дураком, подошёл и, задрав голову вверх, внимательно вгляделся в ветви.
− И кто тут у нас такой, Вольф? – весело оскалился Вит, разглядев меня. – К нам Золотко пожаловало. И что ты здесь делаешь посреди ночи?
− Воздухом дышу. Прохладно-о, хорошо-о-о так, − протянул я.
− Слезай! – скомандовал Вит, и Вольф его тут же поддержал, отбив у меня всякую охоту спускаться.
− Не слезу. У твоей псины слишком голодный взгляд.
− У Вольфа хороший вкус. Он вредных еврейских мальчиков не ест.
− А я хороший и русский по маме. Таких мальчиков он тоже не ест?
− Рома-а-а, слезай! Пёс тебя не тронет, − гаркнул Вит, и я… слез, сразу же нырнув ему за широкую спину. – Вольф, сидеть!
− Я пойду, − тихонько вякнул я, делая маленький шажочек в сторону вожделенной калитки, но Вит меня перехватил и поставил перед носом замершей собаки.
− Вольф, нюхай, − приказал Вит и протянул псу мою руку, а у меня сердце замерло. Вольф послушно начал обнюхивать мою дрожащую длань. – Это свой, Вольф. Свой.
− И это… он меня не укусит? – с надеждой спросил я после процедуры обнюхивания.
− Нет. Он тебя запомнил. Итак, Роман. Зачем ты ко мне пришёл? – уставился Вит на меня мерцающими в полумраке глазами.
− Соскучился? – предположил я, на что чёрная бровь скептически приподнялась, и Вит махнул кистью, намекая на следующую попытку. Я вздохнул. – Хватит издеваться, Вит. Ты всё прекрасно понимаешь.
− Ромка… Чудо ты неугомонное, − покачал головой Вит, а я… жестом фокусника сдёрнул с него полотенце, тут же прислонившись к нему всем своим телом. Он замер, и я, приподнявшись на цыпочки, впился в его губы. Немного сухие, слегка обветренные, жесткие и горячие.
