Текст книги "Гриф, струны и лады (СИ)"

Автор книги: Irmissmy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Мне наплевать на Нотта, а ты можешь проваливать на все четыре стороны, – Драко не выдержал и толкнул Гарри ладонями в грудь, не в силах стоять с ним так близко. Так близко, что видно каждое колечко в ухе, каждую трещинку на губах и каждую подрагивающую от злобы ресницу.

Он очень надеялся, что густые чёрные тени на веках надёжно скрывают его покрасневшие от обиды глаза.

– Ну, раз ты разрешаешь, то я, пожалуй, действительно свалю, – рявкнул Гарри, больно хватая Драко за кисть и дёргая его на себя, словно куклу. – Только давай, скажи мне, – хрипло шептал он, обжигая своим дыханием губы Малфоя. Он него пахло чем-то горьким и яблочным. – Посмотри мне в глаза и скажи, чтобы я ушёл.

Драко не мог смотреть ему в глаза. Он мог только смотреть на его приоткрытый рот и два маленьких колечка, плотно обхватывающих полную нижнюю губу. Мог смотреть на пульсирующую вену на напряжённой шее, на чёткую линию подбородка, на покрасневшие скулы, но не в глаза, чёрт побери, нет.

Конченный Поттер.

– Скажи же… – почти неслышно повторил Гарри, ослабляя хватку на тонкой кисти. Драко почувствовал, как он стал невесомо поглаживать большим пальцем выступающую косточку на руке, и неконтролируемое, взбешённое близостью желание лизнуло его шершавым языком по позвоночнику, считая позвонки.

– Я не хочу… – с трудом собрав в лёгкие воздух, прошептал Драко и несколько раз моргнул, окончательно теряя способность видеть в фокусе. – … не хочу, чтобы ты уходил…

Поттер выдохнул с тихим стоном, и Драко задрожал, отчаянно пытаясь найти опору для своих ног. Он закрыл глаза, когда почувствовал, как Гарри заправляет ему за ухо выбившуюся прядь и медленно ведёт пальцами по скуле до подбородка.

Гладит. Вырисовывает.

Сердце долбилось в уши, больно хлопая неровным ритмом по барабанным перепонкам. Их дыхание смешивалось, воздух тяжелел и давил на головы, но Гарри медлил. Дьявол, да он сам весь трясся, будто раздираемый чем-то изнутри.

Поттер вдруг замер. Нежно оттянул большим пальцем нижнюю губу Драко, обнажая белоснежные зубы и, отпустив её, осторожно прикоснулся губами.

Совсем легко. Едва касаясь. Щекоча кончиком носа его покрасневшие щёки. Не выпуская тонкую беззащитную кисть из своих пальцев.

Драко вжался в него, обнимая за худые плечи, хныкая и отчаянно борясь с желанием снова расплакаться. Гарри целовал его медленно и жадно, отрываясь на полсекунды с влажными звуками, только чтобы сделать это снова. Он дразнил кончиком языка его кожу, мягко поглаживал пальцем возле уголков их соприкасающихся губ и шумно дышал через нос, тихо мыча от удовольствия.

Он забрался руками под расстёгнутую куртку и смял в кулак тонкую ткань дизайнерской футболки, толкая на себя худое тело.

Нежность рассыпалась, зажатая между их телами. Впиталась в кожу и сгорела.

Драко случайно прикусил себе язык, почувствовав, как ему в бедро упирается возбуждённый член, и в голос застонал от боли и восторга.

– Ох… чёрт… – выдохнул ему в губы Поттер, резко схватив Малфоя за задницу в кожаных штанах и потираясь об него пахом. – Драко, да… – чувствительный укус куда-то в шею. – Боже… какой ты…

Он напирал, толкаясь снова и снова, ведя их обоих к чёрной блестящей столешнице. Поттер весь горел и пылал, словно был охвачен горячкой, и эта запредельная температура плавила кости прямо сквозь кожу.

Гарри одним резким движением развернул Драко к зеркалу, придерживая за бёдра. Малфой опёрся ладонями в столешницу, – массивные кольца на руках громко звякнули, – и изумлённо охнул, когда Поттер вжался своим пахом в его зад. Он уже стащил с него куртку, отбросив её куда-то на пол и забираясь ладонями под футболку.

Драко видел в зеркале, как Поттер ласкал его. Как обводил руками плоский живот, страстно вылизывая его ухо. Как сжимал до белых костяшек узкие мальчишеские бёдра, собирая под пальцами складки чёрной кожи. Как смотрел на него пьяными глазами в отражении и пошло стонал, не сдерживаясь.

Его глаза закатились, когда Гарри сжал сквозь ткань брюк его твёрдый и уже влажный член. Он прерывисто поглаживал его, толкаясь в Драко сладкими волнообразными движениями – такими, как будто он уже его трахал. Да, трахал, туго пробиваясь в горячее нутро.

– Забудь о нём, посмотри на себя… – шептал Гарри ему на ухо, медленно, блядь, чертовски медленно высвобождая его ремень из брюк. – Я только о тебе и думаю…

Драко зажмурился, когда под пальцами Поттера затрещала молния. Он закусил губу, заметив затуманенным взглядом, как Гарри водит пальцами по краю белого фирменного белья.

– Я бы ни за что от тебя не ушёл… – Поттер тёрся носом об короткие волосы у него на затылке, опаляя шею влажным дыханием. – И я не собираюсь тебя никому отдавать. – последняя фраза звучала властно и зло, совсем не похоже на милого мальчика Поттера.

– Ох, стой… – выстонал Драко, как только Гарри обхватил пальцами его член.

Господи, они же в гримёрке. Сюда может зайти кто угодно, Забини, Блэк, эта рыжая дура или какой-нибудь ушлый фотограф.

Они увидят, как Поттер трётся членом об его задницу. Услышат его хриплые стоны, заметят, как дёргается в кулаке его рука, или ещё хуже – запечатлят на свои грязные камеры, как он стянет с него штаны, облизнёт ладонь и сунет руку между ягодиц.

Боже…

– Ты хочешь, чтобы я остановился?.. – Поттер ласкал большим пальцем влажную головку его члена, и Драко еле сдерживался, чтобы не начать толкаться в него под свои громкие стоны.

– Гарри, – было больше похоже на всхлип, а не на просьбу. – Гарри, пожалуйста…

– Сделать тебе хорошо?.. – он мокро лизнул его ухо и чуть приспустил кожаные штаны на ягодицах. – Скажи мне, как тебе нравится… Я хочу вылизать тебя всего, Драко, особенно когда ты поёшь… – Гарри говорил всё это и не спускал с него глаз в отражении. Он с чувством сминал полуголые ягодицы Драко, сладко дрочил ему, чуть прихватывая яйца, и смотрел ему прямо в глаза, облизывая свои проколотые губы.

– Твой голос, я с ума схожу…

Драко стиснул зубы, чтобы не умолять. Чтобы не закричать, как он хочет, чтобы Гарри Поттер встал на колени и взял в рот. Чтобы член тёрся о серебряные колечки в его покрасневших губах, чтобы красивые пальцы сжимали у основания, чтобы браслеты и фенечки царапали его ягодицы, когда он сожмёт его задницу, заглатывая до самого конца…

Драко оставалась секунда, чтобы кончить. Одно движение, один хриплый вздох Гарри в самое ухо. Он распахнул глаза, чтобы видеть его лицо, чтобы видеть его напряжённую кисть со вздутыми венами…

Он распахнул глаза. И подавился воздухом, увидев позади Поттера в отражении зеркала ухмылющееся лицо Теодора Нотта.

***

(1) Имеется в виду гитара Fender Stratocaster (или Strat) – является одной из самых известных и распространённых моделей электрогитар в мире. У Гарри старая винтажная модель из 80-х, снятая с производства.

(2) PRS Guitars (также известная как гитары Пола Рида Смита – ПРС) – более современный инструмент, но технически совершеннее того же «Фэндера». На кастомных моделях маркеры ладов изображаются не в виде точек, а в виде летящих птиц или лун.

(3) Майкл Джаггер – английский рок-музыкант, актёр, продюсер, вокалист рок-группы The Rolling Stones. (Про Квинов и Радиохеад не стала ничего писать, думаю, все знают, кто это такие)

========== Идол ==========

Надо отдать должное, железная выдержка Гарри Поттера могла легко посоревноваться в прочности с хромом, адамантием, «свежим» хлебом из соседней булочной и моральными принципами Кларка Кента (1).

Он не смутился ни на йоту, пряча за своей спиной судорожно застёгивающего кожаные брюки Драко. Более того, Гарри даже не стеснялся недвусмысленной выпуклости в своих облегающих джинсах и даже будто бы гордился ею, подчёркивая её формы донельзя уверенной позой.

Крайне уверенной.

– О, простите, не знал, что вы здесь заняты, надо же как неудобно, – картинно заохал симпатичный темноволосый парень с косой чёлкой, мгновенно опознанный Гарри как Тео Нотт. В его приторно-вежливых словах не чувствовалось и капли сожаления или искренности. Бывший гитарист «Тайной Комнаты» совершенно по-хозяйски обошёл тесную гримёрную и уселся на маленьком диване, где ещё пару минут назад отдыхали Гарри с Джинни.

– А я смотрю, ты, Драко, своим вкусам не изменяешь, – елейно протянул он, закинув руку на мягкую спинку и скрестив длинные ноги в клетчатых штанах. – Всё также предпочитаешь крепких парней, которые умело обращаются с длинными палками? – Теодор противно поиграл бровями и даже подмигнул Поттеру, посчитав свой выпад жутко остроумным.

Аж блевать потянуло.

Малфой стоял к Нотту спиной, дрожащими руками справляясь с люверсами ремня, и шумно дышал, покраснев до самых кончиков ушей. Гарри нарочито лениво нагнулся, подбирая с пола грубую кожаную куртку, и сразу же передал вещь владельцу, на уровне инстинктов сообразив, как сильно сейчас Драко захочет в неё укутаться.

Малфой быстро принялся засовывать руки в рукава, чувствуя себя отвратительно неловко.

– Теодор Нотт, верно? – нахмурился Гарри и присел на гладкую столешницу, сунув пальцы в карманы джинс. – Прости мы не знакомы, я Гарри Поттер, а ты, видимо, специалист по длинным палкам? Или по низкосортным шуткам? Прости, я что-то запутался…

– Ты и правда запутался, Гарри Поттер, – Теодор кивнул в сторону Малфоя, вздёрнув подбородок. – Специалист здесь Драко, а я всего лишь…

– Мне вызвать охрану, или ты сам уберёшься? – Драко наконец взял себя в руки и набрался смелости обернуться, как только все предметы его гардероба вернулись на свои места. Он не мог полностью привести себя в порядок после ласк Гарри, но был благодарен хотя бы тому, что возбуждение больше не натягивало тонкие кожаные брюки, которые ничуть не скрывали подобных нюансов физиологии. – Тебя сюда не приглашали.

– А мне не нужно твоё приглашение, – Нотт говорил так, будто пытался снять на панели дешёвую проститутку. Заискивающе и со свистящим шелестом купюр между слов. – Ты ведь не забыл, что всю музыку для твоей всемирно известной группы написал я?

– Не приписывай себе подвигов, которых не совершал, герой, – Малфой так эффектно откинул волосы со лба, что Гарри тут же нестерпимо захотел прижать его к себе и прямо на глазах у Нотта впиться губами в красивую шею.

– Последи за языком, Драко, твой рот годится совсем не для острот, – Теодор влажно облизнул губы и довольно улыбнулся с видом льва, только что прикончившего молодую антилопу. Стоит признать, что Нотт был довольно привлекательным. Даже красивым с некоторых ракурсов, но всю красоту портил злой холодный взгляд ярко-голубых глаз, которые в приглушённом свете казались почти синими. И до странного уродливыми.

Как и всё, что он говорил.

Гарри посмотрел на Малфоя, восхищаясь его тонкими правильными чертами и невероятно трогательными губами, которые по-детски дрожали, когда он слишком сильно нервничал. Вот как сейчас. Такого Драко поклонникам и журналистам никогда не узнать. Сцена делала с ним что-то невероятное, превращая из эмоционального юноши в настоящую звезду, от одного мимолётного взгляда которой, начинаешь благоговейно трепетать. И до безумия фанатеть.

Нотт ему совершенно не подходил.

– Думаю, тебе пора, – жёстко, но без лишних эмоций вмешался Гарри, искоса продолжая поглядывать на трясущегося Драко. – В самом деле, Теодор, ревность, как и зависть – очень плохое чувство.

– Боже упаси нам, простым смертным ревновать Драко, – Нотт вскинул руки ладонями вверх и обнажил блестящие зубы. – Он же достояние общественности, принадлежит всем и никому одновременно, да, малыш? – от этого скользко-сладкого «малыша» у Гарри задёргался глаз и свернулся в узел желудок.

То самое плохое чувство грозилось покорить его быстрее чем Эверест.

– Вообще-то я тебя искал, – Нотт попытался изобразить из себя невинность и манерно окинул взглядом свои ногти. – Хотел дать совет коллеге только и всего. Слушай внимательно, Гарри, и не пускай нашего истеричного Драко к себе в штаны, как только ему захочется от грусти раздвинуть ноги. Ой, – Теодор приложил пальцы к губам и скривился. – Видимо, я опоздал, судя по тому, что ты не гитарный гриф наглаживал…

– Сука! – с надрывом заорал Малфой и кинулся на Нотта с кулаками. – Мародёрская шлюха!

Гарри схватил его за плечи и ощутимо получил отдачей куда-то в грудь. Стиснув покрепче зубы, он усилил хватку и дёрнул Драко на себя, в попытках увести его подальше себе за спину.

– Не говори мне, что я тебя не предупреждал, Гарри, – совершенно спокойно сказал Теодор и поднялся с дивана, одёрнув свой пижонский пиджак. Малфой всё ещё брыкался, пыхтя и рыча, словно загнанный зверь. Поттер держал его за куртку, бросая в ненавистного музыканта предупреждающие взгляды.

– Он сядет тебе на шею и утопит в слезах, ему нужен папочка, а не ёбырь. – Нотт приблизился к выходу, но у самой двери остановился и бросил через плечо: – И играешь ты дерьмово, Поттер. Бомжи у метро и то виртуознее орудуют банками для мелочи. Счастливо оставаться.

Теодор открыл дверь и сразу же встретился на пороге с двухметровым Забини, который грозно возвышался над этим самодовольным щёголем, и с лица которого тут же сошла задорная улыбка. Стоящий рядом Маркус Флинт потопил смех за недовольным кашлем, придав своему лицу непривычную воинственность.

Похоже, что никто из участников «Тайной Комнаты» так и не смог до конца смириться с предательством друга.

– Какого хрена? – вместо приветствия сказал Блейз, настороженно заглядывая в гримёрную. – Нотт, ты адресом не ошибся?

– А вот и мамочка пришла, – пробормотал себе под нос Теодор и толкнул Забини плечом.

Кажется, он сказал что-то ещё, но в коридоре стоял такой шум, что расслышать было невозможно, но, судя, по разъярённому лицу Забини, мерзкий гитарист снова проехался своим липким языком по личностям.

Ребята зашли в гримёрную, и Маркус поморщился, словно от неприятного запаха. – Что забыл здесь этот недоумок?

Малфой выдернул свой рукав из ослабевшего поттеровского захвата и, расталкивая одногруппников плечами, сбежал с места происшествия, предоставив Гарри великую честь давать объяснения самому.

Прекрасно.

***

– Драко, стой! – орал Гарри, выскочив на улицу без куртки и шапки. В середине октября. – Куда ты пошёл?

Драко уверенно нёсся по огромной парковке у клуба, желая поскорее спрятаться в тёплой машине. Спрятаться в ней и никогда больше не вылезать. Никогда больше не петь, не выходить на сцену и не иметь никаких дел с проклятыми музыкантами. В особенности с гитаристами.

Больше. Никогда. В жизни.

– Оставьте меня все в покое! – истерично бросил он через плечо, вышагивая в неизменных «Мартинсах» по влажному асфальту. От стыда и унижения у него горело лицо вместе с внутренностями, ему казалось, что ещё немного, и он просто сойдёт с ума или бросится под поезд.

Драко поплатился за свои чувства. Дважды.

Он дважды ошибся. Сначала по глупости, второй раз из-за собственной жадности. Ну, надо же, так растечься перед Поттером, когда он после своей Уизли даже остыть не успел. И показаться в этом виде Нотту. Высшая степень идиотизма. Кому-то слава не слабо ударила по мозгам, втаптывая весь имеющийся интеллект за отрицательные значения. Если прислушаться, то можно услышать звук спущенной в унитазе воды – это рок-исполнитель Драко Малфой отправил свою последнюю гордость в долгое путешествие в один конец.

«Сука, сука, сука!»

Гарри бежал за Драко, сотрясаясь от холода, охранники бежали за Гарри, расталкивая по пути галдящих фанатов, которых не пустили в клуб. Эта странная процессия разрезала парковочную площадь неровной пунктирной змеёй.

Поттер до смерти боялся упустить светловолосую макушку за стройными рядами высоких внедорожников. Кажется, Драко плохо понял его слова о том, что он не собирается его никуда отпускать.

– Малфой! – заревел он, чувствуя, как зубы бьются друг об друга от озноба. Позади слышалось недовольное ворчание телохранителей и истошные крики фанатов, которые точно также выкрикивали имя знаменитого солиста на все лады.

Психбольница. Просто чёртова психбольница.

Драко остановился у чёрной «Тойоты» – «общей» машины группы, которую сто лет назад купил Сириус, и которой пользовались все без каких-либо ограничений. Он быстро запрыгнул на заднее сидение, и Гарри просто чудом умудрился не подвернуть по пути ногу, когда резко пришлось припустить, срываясь на спринтерский бег.

Он чуть не врезался лицом в скользкое стекло пассажирской двери и успел заметить, как лишь скрылись пепельные пряди в темноте салона. Непроницаемое окно съедало его собственное отражение непроглядной темнотой.

Он не успел.

Внедорожник сорвался с места, скрипнув шинами, и Гарри отскочил, хватая себя за замершие плечи.

Кто-то из подоспевших охранников набросил на него куртку и потащил обратно к клубу. Как будто бы стало только холоднее.

Поттер вяло переставлял ноги и никак не мог оторвать взгляд от опустевшей парковки, сознание зациклилось на звуке хлопнувшей перед носом двери. Раз за разом.

Драко снова сбежал от него. Так есть ли смысл каждый раз пытаться его догнать?

***

Гарри спотыкался и матерился, пробираясь в темноте гостиной к входной двери. Кто-то монотонно и настойчиво давил в звонок, пытаясь разбудить, кажется, не только Поттера, но и всю улицу Гриммо вместе с Букингемским дворцом и королевской семьёй.

Коробки, сваленные в кучу книги, антиквариат неизвестного происхождения, манекен без одной руки (Боже, откуда он здесь?) так и норовили объединиться в команду, броситься под ноги и пасть смертью храбрых – Гарри готовился к переезду в небольшую квартиру поближе к студии. Содержать такой большой дом, доставшийся в наследство, у него уже не было ни возможности, ни времени, ни нервов.

Ещё меньше нервов осталось, когда он всё-таки врезался босой ногой в древний дубовый стол – жуткого монстра, от которого нужно было избавиться в первую очередь. Ублюдок поджидал за каждым углом, не иначе, а то как ещё объяснить вечно израненные ступни и укусы на пятках от вездесущих резных ножек?

До двери Поттер уже прыгал на одной ноге, придерживая домашние шорты, чтобы они, не дай бог, не свалились с его костлявых бёдер прямо перед гостем. Ладно, не перед гостем, а перед наглым козлом, решившим испытать последние хилые ряды нервных клеток Гарри в три часа ночи по лондонскому.

Он молился, чтобы это был заплутавший доставщик круглосуточной пиццы – хоть какая-то была бы польза от ночных прогулок среди хлама и кусающихся столов. Поттер ориентировался в прихожей на ощупь, чувствуя под ногами жёсткий ковёр, подставку для зонтиков и разбросанную обувь.

Ещё шаг и скрипят старые половицы у двери.

Поворот замка. Свет уличного фонаря на мгновение ослепляет. Холодно и… дождь?

– Твою мать, три часа но… Драко? – Гарри запнулся и даже забыл про пострадавшую ногу, не веря собственным глазам.

С него капала вода. Стекала ручьями, будто он только вышел из бассейна прямо в одежде. Потемневшие волосы облепили лицо, макияж потёк тёмными разводами по красивым скулам. Он ловил губами дождь. Прятал руки в длинных рукавах всё той же куртки и часто моргал, стряхивая крупные капли с ресниц.

За его спиной на чёрном горизонте блеснула молния, лужи пузырились от хлёсткого ливня.

– Драко, заходи скорее в дом, ты же весь промок! – Гарри схватил его за рукав и попытался затащить в дом, но Малфой словно окаменел. Он не сдвинулся с места, будто невидимый барьер не давал ему переступить порог.

– Почему, Гарри? – спросил он, перекрикивая дождь. – Что я тебе сделал?

– Что? – Поттер чувствовал, как заледенели ноги, как вода набиралась в прихожую и мочила небрежно разбросанную обувь. – О чём ты, Драко? Просто зайди в дом, я прошу тебя!

– Ты ведь с этой рыжей Уизли, – казалось, ему вообще наплевать и на дождь, и на собачий холод, от которого они оба могли подхватить воспаление лёгких в эту самую минуту.

Он хотел ответов. Не спал всю ночь. Ненавидел себя и, не сумев обрести покой на дне стакана, на дне горячей ванны и на дне звенящей тишины своей огромной квартиры, решил найти ответы у единственного человека, которому ещё верил.

Который слишком сильно нравился ему, чтобы просто взять и уйти.

– Почему ты… Зачем ты со мной…

– Господи, Драко, я не встречаюсь с Джинни! – закричал Гарри, нервно переминаясь с ноги на ногу по ледяному полу. – Она моя подруга, подруга, Драко, и больше ничего! Думаешь, я стал бы целовать тебя, если бы у меня кто-то был?!

Малфой беззувчно открывает рот. Замирает на секунду, думает, виновато опускает голову, и это шанс.

Гарри резко поддаётся вперёд, хватает его за шиворот и, как нашкодившего щенка, втаскивает в дом. Дверь гремит об раму.

Снимает с него одним нетрепеливым рывком тяжёлую куртку. Бросает на вешалку. На пол тут же накапывает лужа. Плевать.

Он проталкивает Драко в свою спальню, обходя коробочные препятсвия, затем в ванную. На ковре остаются мокрые следы.

Он включает горячую воду и снимает с Драко промокшую насквозь футболку. Холодная пояжелевшая ткань неприятно сворачивается у него в ладонях, когда Поттер, торопливо стягивает её через голову Драко.

Футболка звучно шлёпается об пол. Гарри замирает, его рот наполняется слюной. Он закусывает щёку изнутри – у Малфоя проколоты соски. Блядь… Под левой грудью татуировка – надпись, две строчки из «Плаксы Миртл», и, чёрт, так хочется провести по ней пальцем.

Поттер приходит в себя, только когда Драко, заметно вздрогнув, откидывает мокрые волосы со лба. Гарри толкает его на какую-то коробку с бытовой техникой. Усаживает и снимает грубые ботинки, Боже, он даже носков не надел.

– О чём ты только думал, придурок, – бормочет себе под нос, пытаясь согреть в ладонях окоченевшие ступни.

Драко молчит и мелко дрожит, уставившись невидимым взглядом в стену. Штаны пришлось стаскивать общими усилиями – тонкая кожа безнадёжно испорчена.

Стараясь не смотреть на белые упругие ягодицы и нежные очертания стройных бёдер, Гарри помог Малфою забраться в душ и тут же начал стаскивать с себя одежду.

Ему тоже до смерти холодно. А ещё немного страшно. Он хочет согреться. Согреть.

Настойчивые струи воды били Гарри по голове и затылку, когда он бережно обхватил руками испачканное чёрной тушью лицо и прижал стройное тело к себе. Колечки в сосках царапнули сову на груди. Малфой часто моргал, слега расфокусированный взгляд блуждал по его лицу.

– Ну, что с тобой? – Гарри попытался большим пальцем стереть чёрный развод на щеке. От Драко пахло сигаретами и дождём. – Ты напугал меня до чёртиков.

– Гарри… – Драко схватился за его талию, не стесняясь своего наливающегося возбуждения.

Ох, чёрт.

– Я с тобой, я тебя… – Поттер нежно его поцеловал. На кончиках пальцев осталась разбавленная водой тушь. – Тысячи людей любят тебя… – поцелуй в уголок губ. – Поют твои песни… Восхищаются тобой. Неужели, какой-то урод может…

– Не может, – и в ту же секунду Поттер резко оказался прижатым щекой к тёмному кафелю.

Драко властно держал его за бёдра и зарывался носом в мокрые волосы на затылке. Крылья совы заходили на плечи и виднелись даже со спины. Он поцеловал одно белое пёрышко.

– Можно я тебя… – шепчет в ухо и прихватывает губами серебряные колечки в мочке. – Гарри, мне это нужно… Я так хочу, я тебя сейчас…

– Да… – Поттер больно схватил его за ягодицу и притянул к себе. Горячий возбуждённый член проехался по его заднице. – Пожалуйста… Драко, я прошу тебя…

«Трахни меня» утонуло под шумом воды и разлилось по животу густой сладостью.

Он действительно этого хотел. Показать Драко, кто он на самом деле. Принц альтернативного рока. Идол. Кумир миллионов. Самый невероятный, самый охренительный исполнитель в Британии. Человек, покоряющий чужие сердца одним голосом. Одним взглядом. Одним движением руки.

Покоривший его самого.

Он бы дал ему всё, что угодно. Защиту, свою музыку, время, жизнь… себя.

Всё, чтобы он только вспомнил, кто он есть.

Драко запаниковал лишь на секунду. Он никогда не был ведущей роли и никогда её не хотел, но… прижатый к стене Гарри. Возбуждённый от одного лёгкого поцелуя Гарри. Упругая задница Гарри, на которой выступали ямочки от напряжения – он никогда не хотел ничего сильнее.

Взять и принадлежать одновременно. Первый раз в жизни трахнуть мужчину самому, и, о, Господи, Гарри так этого хочет, что толкается сам, упираясь ладонями в стену и прижимаясь к ней лбом.

По сильной спине нетерпеливо перекатываются мышцы, и Драко гладит их языком сквозь кожу, покусывает, оставляет следы и засосы, пачкает тушью светлую кожу. Вдыхает её запах.

Запах соли, сигарет и сладкого алкоголя.

Опускает голову и разводит руками округлые ягодицы. Трётся между ними членом и быстро заменяет его на пальцы, всего лишь ласкает, гладит, наслаждается чужим бешеным желанием.

Как же хорошо.

Поттер абсолютно расслаблен. Он лишь коротко вздыхает, когда в него входит щедро смоченный слюной палец. Вода бьётся им по плечам, хлещет по ногам и глушит хриплые стоны, но они слишком близко друг к другу, чтобы не услышать.

– Драко, – хнычет Гарри, подмахивая бёдрами.

– В тебе… так… узко, – еле выговаривает Малфой и свободной рукой пытается дотянуться до полочки с шампунями. Он случайно заметил там смазку, и страшно представить, как Гарри игрался сам с собой, используя её.

Плохой мальчик.

И такой хороший, о, Боже…

Наверняка, он был нежен и нетороплив, растягивая себя и сжимая от нетерпения яйца. Трогая себя, фантазируя и крича так, чтобы отдавалось от гладких стен.

И теперь он хочет, чтобы это был Малфой.

Флаконы, баночки и тюбики летят с полки им под ноги и ударяются об голые ступни, когда Драко, не в силах оторваться от Гарри, достаёт смазку.

– Ох, блядь, Драко… – выдыхает Гарри, когда в него скользят сразу два пальца.

– Наклонись, – просит Малфой, слегка подталкивая его ладонью между лопаток.

Гарри выгибается, и Драко больше не может терпеть. Он ритмично, но осторожно трахает его пальцами, трётся членом о ягодицы и хочет, чтобы Гарри выкрикивал его имя.

Чтобы орал под ним и просил ещё, ещё и ещё…

– Драко, пожалуйста…

– Думаешь обо мне, когда дрочишь здесь? – о, чёрт, Малфой ещё не никогда не был таким развратным.

«…он принадлежит всем и никому одновременно…»

Нет. Нет.

Нет!

Сейчас только Гарри. Только ему. С ним так хочется быть грязным и грубым. Вколачиваться и тянуть за волосы. Раздвигать пошире ноги или стоять перед ним на коленях. Чтобы слюна капала с губ ему на задницу, смешанная с его собственной спермой.

– Гарри, – Драко вытаскивает пальцы и обнимает его за талию, лаская головкой раздроченный собственными пальцами вход. – Я так люблю твои руки, Гарри… – и медленно входит, задержав дыхание и зажмурив глаза.

В нём горячо, влажно и до искр в глазах хорошо.

«Я вижу, я знаю, я чувствую, что ты… ты… меня…»

– Глубже, – просит Поттер, как только гладкие яйца вжимаются ему в задницу. – Выеби уже меня, Драко.

Его грязный, грязный язык посылает по телу Драко сотни мурашек. Вставляет, словно крепкая травка, которую любит таскать Флинт втихаря от Блэка и Блейза. Ударяет в голову так, что горизонт качается, и ноги утопают в земле.

Внезапно всё, что случалось с ним до этой секунды оказалось полней хернёй. Теодор со своими слюнявыми поцелуями и лживыми признаниями в любви, его грубые руки, хватающие до синяков и равнодушный вид после.

Всё чушь.

Подумать только, Малфой был уверен, что это и есть секс. Может быть, даже страсть. Чаще всего он путал это с любовью. Господи, ничего общего с тем, что сейчас было перед ним. Кто был перед ним. Под ним.

– Чёрт, Гарри… – Драко прижимается грудью к его спине, вылизывает мокрую шею и ногтями царапает живот.

Двигается. Медленно. Со вкусом покачивая бёдрами. Так, чтобы ему точно нравилось.

И ему нравилось.

У Гарри идеальный рост. Идеальная задница и стройные жилистые ноги. Красивые руки с выступившими венами, которые вжимаются в тёмную блестящую плитку.

Ещё.

Охренительные глаза. Чувственные губы, по которым так хочется провести языком. Низкий ласкающий голос и просто невероятно сексуальная манера выговаривать его имя. Такая, что, Драко слышал этот голос в голове каждый раз, когда касался себя. Какой же ты, Гарри…

Господи, быстрее…

– Драко, я…

– Да, – Малфой скользит по его плоскому животу ладонями и обхватывает пальцами стоящий колом член, умело двигая рукой и доводя до исступления. – Да, Гарри, давай… – его яйца уже шлёпают о поттеровские ягодицы, он без стеснения пытается нагнуть его ещё ниже, раскрыть ещё больше, взять ещё сильнее. Подрочить ему жёстче, чтобы знал…

Чтобы чувствовал, блядь, что это не его берут, а он. Забирает собой всё, заслоняет чёртов мир, музыку, всех людей, всё, что было до.

Он и есть, то о чём Драко поёт. Это он. Здесь. Внутри. Это Гарри.

Два. Один.

Драко делает несколько резких толчком и изливается в него беззвучно. Кусает за шею, словно животное, помечающее свою территорию. Хрипит его имя. Зовёт. Умоляет. Преклоняется.

Принадлежит.

– Кончи мне в рот, – не простит, а приказывает.

Драко аккуратно разворачивает ослабевшего Гарри, и присаживается на корточки, еле справляясь с координацией. Он лишь успевает сжать его член посильнее и обхватить губами нежную головку, прежде, чем получает то, чего так хотел. Горькое и самое лучшее на вкус.

Гарри кончает с криком, хрмурится и запускает дрожащие пальцы в его мокрые волосы. Он смотрит на Драко сверху вниз. На размазанную по щекам тушь, на покрасневшие глаза и искусанные губы, которые он жадно облизывает, не сводя с него глаз.

Его всё ещё потряхивало после оргазма, когда он сполз по стене и впился в Малфоя собственническим поцелуем, горьким и горячим, как они оба.

Гарри еле дышит. Не чувствует своего тела. Устраивается у Драко между ног и кладёт потяжелевшую голову на плечо. Обводит дрожащим пальцем витиеватую надпись под грудью. Он знал эти слова наизусть. Как и вкус этой кожи.

Шепчи, если хочешь, чтобы я услышал.

Оглянись, мой призрак сразу за тобой.

***

Гарри проснулся от того, что у него замёрзли ноги и болела задница. Не так, чтобы сильно, но вполне ощутимо. Он с трудом приподнялся на развороченной постели и протёр кулаками глаза, впуская в голову воспоминания о прошедшей ночи. Им обоим так нетерпелось, что Драко почти его не растянул. Вода быстро смывала смазку, а он вдавливал его в стену так сильно, трахал его так уверенно и умело, что Гарри не помнил боли.

Он помнил только, как сильно хотел, чтобы это никогда не заканчивалось.

Игнорируя ноющую спину и лёгкую головную боль, Поттер поднялся и оглядел спальню. Без линз и очков зрение подводило, но они и нужны, чтобы заметить пустую постель.

Гарри быстро натянул первую попавшуюся пижаму и побежал в ванную. Ботинки Драко так и валялись на полу, кожаные штаны бесформенной кучей свисали со стиральной машинки. Он быстро почистил зубы и выглянул в узкий коридор, прислушиваясь к звукам. Дом не ответил и лишним шорохом, и Гарри начал всерьёз беспокоиться.