![](/files/books/160/oblozhka-knigi-chetvero-v-norvegii-ili-mashka-ostaetsya-doma-342055.jpg)
Текст книги "Четверо в Норвегии или Машка остается дома"
Автор книги: Ирина Романова
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Четверо в Норвегии или Машка остается дома
Рассказы из заграницы
Похороны по-итальянски
Моя подруга Синтия поехала в Италию. Подумаешь, ничего особенного. На то она и итальянка, чтобы в Италию ездить. Она там часто бывает – маму навещает, сестру… Я бы на ее месте еще чаще там бывала, потому что мама Синтии на озере Гарда живет. Но в этот раз повод был весьма прискорбный – у любимой старой тети муж умер. Тетя эта – богатая, а Синтия – наследница. Если, конечно, тетя еще раз замуж не выйдет.
Надо сказать, что покойный был очень нехорошим человеком! Настолько, что вся итальянская родня избегала общения с ним! Развестись тетя могла только по-итальянски. Старая генерация: истинные католики не разводятся, муж – это на всю жизнь и так далее. Короче, врожденная кротость мешала ей убить мужа. Когда он наконец скончался, рада была вся семья! Чтобы поздравить тетю, приехали все, даже те, кто жил за пределами Италии.
Как я уже говорила, была та тетушка не бедной и закатила мужу роскошную кремацию. Для останков дорогого супруга она купила самую дорогую урну! Тяжелую, чтобы наверняка. После траурной церемонии в крематории все подвыпили и всерьез стали предлагать варианты, что с этим пеплом хорошего можно сделать. Один другого лучше! Вплоть до того, чтобы спустить пепел в унитаз. Но в Италии есть такой дурацкий закон, что если покойный еще при жизни не пожелал этого сам и не задокументировал свою волю у нотариуса, то прах его нельзя смыть в канализацию или развеять по ветру! А также утилизировать каким-либо другим способом. Как вариант, урну можно захоронить на кладбище, замуровав в кладбищенской стене, или хранить бережно дома. Причем в последнем случае все соседи должны быть предупреждены и письменно поставлены в известность о таком соседстве.
Дома держать урну тетя не пожелала. Сказала, что хватит уже, нажилась она с ним! Купила местечко в стене повыше, потому что там дешевле было и, опять же, чтобы наверняка.
Хоронили прах усопшего всей дружной семьей. Пришли на кладбище, вызвали служителя со стремянкой. Он залез, открыл ячейку, а там занято! Другой какой-то прах лежит! Напутали, в общем, и не то место продали. С тетей – истерика, она вопит, что назад мужа не понесет, и готова уже упасть в обморок. Служитель кое-как уладил дело, нашел тут же другое место двумя этажами выше и быстренько произвел захоронение.
Кстати, стоило это недорого – чуть меньше двухсот евро за девяносто семь лет аренды ячейки. Во сколько обошлась кремация, я не знаю, а за урну с трогательной инкрустацией тетя отдала почти тысячу. Синтия сама эту урну от дома до кладбища тащила. Сказала, что это – самое малое, что она может сделать для любимой тети.
Мужик в трусах и мама в мухоморе
В нашем с мужем ближайшем окружении появились новые люди – Оля и Андрей. Ну, как в ближайшем… Муж с Андреем в теннис по пятницам играют, а потом они в кафе на набережной пиво пьют. Иногда, впрочем, они пропускают теннис и сразу переходят к культурной части программы. Из-за работы нашим приятелям приходилось много переезжать, страны они меняли чаще, чем иные люди – квартиры. Каждая страна дарила свой спектр эмоций, но настоящий культурный шок им приготовила Голландия!
Они только что закончили делать ремонт в недавно купленной квартире и принялись за уборку балкона. Наводит Оля порядок и видит в одном из горшков с землей какие-то незнакомые белые веточки. Горшок – в виде длинного ящичка, такой обычно с наружной стороны балкона вешают. Балкон их граничит с соседским, ящик придвинут вплотную к перегородке. Оля пожала плечами и принялась самозабвенно выдергивать веточки из земли, ломать их и засовывать в мусорный мешок.
Вдруг на балкон выбегает сосед и начинает что-то орать. Сначала – на голландском. Затем, видя, что его не понимают – на английском. И понятно, что человек – в отчаянии! Что у него – какое-то горе! Оля не то чтобы не понимает языка, но не понимает ситуации. Зовет в панике мужа, потому что сосед этот – человек странный. Живет один и в трусах по балкону разгуливает, не стесняясь соседей.
Муж, услышав зов супруги, выходит на балкон и спрашивает: «Чего тебе, мужик, надо?» Сосед начинает что-то эмоционально объяснять, и до Андрея постепенно доходит, что тот по веточкам убивается. Что это – его веточки и что они ему очень дороги! Но что они делали в чужом ящике на чужом балконе, было все равно непонятно.
Андрей утешает соседа:
– Да не расстраивайся ты так, хочешь, я заплачу тебе? Сколько они стоят: тридцать, сорок евро? – и деньгами уже идти собирается.
– Ты не понимаешь! Они мне по-другому дороги! Вы их не выбросили?
– Нет, вроде.
Андрей вытаскивает поломанные веточки из мусорного мешка и протягивает их соседу через изгородь. Мужик уходит, возвращается с изолентой, и начинает эти веточки реанимировать. Андрей не выдерживает и просит объяснить, в чем, собственно говоря, ценность веточек?
– Это – оградка.
– Какая оградка?
– Ну, как на кладбище. Мама у меня здесь, – и показывает на мухомор в углу, – Прах мамин я тут храню. Горшка с землей у меня нет, вот я в вашем ящике оградку и сделал.
Инцидент был, вроде как, исчерпан, но выходить на балкон Оля с тех пор опасается. Потому что там – мужик в трусах и мама в мухоморе!
Русские соседи с точки зрения одинокого голландца
Люди – вообще существа странные, а уж за границей – через одного с чудинкой. Как правило, я эгоистично рассматривала эти странности со своей точки зрения, а не так давно узнала, что о нас думают иностранцы.
Живет неподалеку от нас один голландец. Живет, как он говорит, с мамой. Не женат, работает на какой-то фирме руководителем среднего звена – что-то там с компьютерами. Нелюдимый, друзей нет, но при случае все-таки общается. Вот что он о себе рассказывает, дальше от первого лица.
Жизнь моя текла до недавнего времени размеренно и спокойно – приходил с работы, ужинал, слушал музыку, на балконе читал… Пока в соседнюю квартиру не вселилась семья иностранцев – русские. Вроде приличные люди, но собака у них дурная – маленькая и тявкает все время. Я сначала терпел, а потом в ответ лаять начал. Думал, может привыкнет ко мне со временем, успокоится или хотя бы охрипнет. Возвращаюсь каждый день с работы, прохожу мимо их двери, лаю негромко и дальше иду. А она аж из себя выходит, несмотря на вопли хозяйки.
А недавно дочка их придурочная ключ потеряла. Или в квартире оставила, а дверь захлопнула. Нормальный человек в таких случаях в сервис звонит. Приходит мастер, открывает при помощи кредитки дверной замок, берет свои двести евро за услуги и уходит, счастливый, домой. А эти ко мне ломятся! Дай, говорят мы с твоего балкона на наш переберемся! Я не понял сначала, зачем это? А потом подумал: пусть лезут. Может, свалятся, все потише будет.
Не свалились. На следующий день конфеты дурацкие мне принесли. Щас! Буду я их есть из чужих рук! На работу отнес.
А последний случай меня особенно возмутил. Сижу себе спокойно в трусах на балконе… Я всегда в трусах на балконе при теплой погоде сижу – книжки читаю или с мамой беседую. А она, соседка моя, на своем балконе убирается. Она в квартире все время убирается, по три раза на дню, а теперь и до балкона добралась. Мне ее шуршание надоело, и я в комнату удалился.
Возвращаюсь через полчаса, и аж дар речи потерял! Она весь палисадник мой разломала! Неужели не видно, что это – оградка?! Ну, да, сделал я ее в соседском ящике с землей, своей-то земли у меня на балконе нет! А тут так красиво – грибок в углу стоит, решеточка между балконами в тон горошку и белые прутики ограды в черной земле. Жалко ей, что ли? Все равно у нее там ничего не растет.
Я, как от шока отошел, орать начал. А она не понимает в чем дело и мужа зовет. Муж выскочил, что случилось, спрашивает? Когда понял, что в поломанной оградке дело, деньги мне совать начал. И сумма такая… Тридцать евро! Издевается, что ли?! И говорит еще: «Купи себе другие палки!» А не в деньгах дело, он на мамин покой покусился! А что в этом странного – мамин прах в керамическом мухоморе на балконе держать?
Я заметил после этого случая, что они за мной подглядывать и подслушивать начали, когда я с грибом, то есть, с мамой разговариваю. С тех пор я своих соседей еще больше не люблю. Я стал их опасаться, от таких всего можно ожидать. Одна надежда – может съедут скоро?
История эмиграции маленькой собачки из Манилы в Сингапур
Наши приятели Оля и Андрей живут сейчас в Голландии. Первой страной их профессиональной миграции по миру был Кипр. Но там молодой шеф честно сказал, что на пенсию он не скоро собирается, и в его компании возможностей для роста у Андрея нет. И тот с семьей переехал в Манилу, столицу Филиппин.
У них была маленькая собачка породы чихуахуа, звали ее Бакс. В Манилу его перевезли без особых проблем, а потом Андрей получил новый контракт в Сингапуре. И Бакса с собой забрать захотели, как же без него? Любое животное в другую страну вывезти трудно, но Сингапур отличается особой придирчивостью. Далее я буду излагать только факты, цена обозначена в американских долларах, отсчет пошел.
Необходимые прививки Баксику, само собой, сделали – стольник. Но их и так ежегодно делать надо, так что не считается. Анализ с подтверждением, что в крови есть антитела, тоже сделали, но тут возникла проблема. Сингапур признает результаты анализов одной единственной лаборатории, которая находится не на Филиппинах, а в Австралии! Отправили кровь в Австралию.
Разрешение на въезд собаки в Сингапур выдается только при наличии билетов на самолет. Пришлось купить билеты с открытой датой вылета, что в разы дороже, чем билеты с фиксированной датой. С открытой, потому что было неизвестно, когда вся эта история с анализами закончится.
По прибытию в Сингапур собаку нужно было продержать месяц или два на карантине в специальном пансионе. Напрямую там место не получить, все они выкуплены фирмой посредником, слуги которой стоят одну тысячу восемьсот долларов! Сутки карантина в пансионе стоят сорок долларов, правда, номер – просторный, площадью восемь квадратных метров, с балконом и кондиционером. Но свободных номеров в наличии нет, забито все на несколько недель вперед! Встали в очередь.
Тем временем подошло время переезда, а номеров все нет! Пришлось лететь одним, а Баксика оставить у понимающего ситуацию ветеринара с соответствующей посуточной оплатой.
Где-то через три недели в пансионе появилось место. Но одной собаке в самолете лететь нельзя, даже в багажном отделении. Нужно сопровождающее лицо. Нашли ответственного филиппинца, купили ему билет в оба конца и оплатили «командировочные».
У трапа собаку встречали люди в защитной одежде, маске и перчатках и сразу сопроводили ее в карантин. Посещать собаку можно было три раза в неделю по двадцать минут, но эта сволочь на хозяев обиделась и общаться с ними не хотела!
А вот теперь – вишенка на торте. Сингапур – страна с многочисленным мусульманским населением, и собака для них – грязное животное. Таксист, которого вызвал Андрей, чтобы поехать за Баксиком, оказался мусульманином и собаку сажать в салон отказался. Вызывай, говорит, индуса или христианина, а я поехал. Вызвал, забрал Баксика, приехал домой, ура, семья воссоедилась!
Когда после всей этой истории наши приятели подсчитали расходы, то оказалось, что эмиграция Баксика обошлась им в восемь тысяч долларов! Кстати, вскоре после переезда Баксик скончался. Не от нервов, старенький уже был.
Проверка души на русскость
Вы думаете, в эмиграции самое сложное – язык страны проживания выучить? Ничего подобного! Самое сложное – свой сохранить. Во всяком случае, для детей.
Старшему был год, когда мы привезли его в Германию. Я думала, что, как любая нормальная мамочка, посижу с сыночком до трех лет дома, а муж пусть немецкий штурмует и работу ищет. Как бы не так! На курсы языка пошли вместе, сыночка отдали в ясли. Ну, и работу после курсов оба нашли. Это я к тому, что большую часть дня сын в садике был и там по-немецки вещал.
Жили бы мы в Америке или во Франции, может, оно бы и ничего бы было, но немецкий мне чисто эстетически не нравился и дома я его слышать не хотела. Поэтому в семье начался языковой террор. Потом младший сын родился, и террор в доме усилился. Когда из немецкой школы дети перешли в английскую, к запрещенным языкам добавился еще один.
Переехав в Голландию, я обнаружила, что немецкий язык оказался очень даже ничего по сравнению с голландским. Дети по-прежнему пытались время от времени общаться друг с другом то по-английски, то по-немецки, я это пресекала, а они смеялись и говорили: «Да, без проблем! Только мы тогда на голландский перейдем».
К тому времени оба сына владели уже четырьмя языками, каждый был практически на уровне родного. Думаю, это потому, что с раннего детства они привыкли к языковой дисциплине и не смешивали языки в одну кучу. Когда их спрашивают, какой язык они считают родным, они и сами толком не знают, что ответить. А что касается души, то они давно поняли: русская она у них! Вы спросите, как пришло это понимание? А очень просто! Велосипед старший сын себе на ногу уронил – очень тяжелый! Очень ему тогда больно было! И в самый кульминационный момент он произнес в сердцах отнюдь не английское слово на букву «f», а наше, родное, на букву «б»! Правильно мы детей воспитали, значит!
Дети – дураки!
Все дети – дураки! Раньше, впрочем, я не была столь категорична и думала, что дураки – только мой старший сын и его одноклассники. Эксперименты сына с электрическим током помню не только я, но все учителя его бывшей школы, включая директора. Дети проверяли, на каком по счету мальчике закончится заряд электричества, если потрогать проволочную ограду, защищающую загон для коров от этих самых мальчиков.
Расскажу, как все выглядело. Один мальчик – мой сын, идея – его же, держится рукой за проволоку. Его шандарахает током, который передается другому мальчику, который держит за руку первого мальчика. Его держит за руку другой мальчик, которого тоже шандарахает током… И так далее, до последнего мальчика. Они думали, что под конец цепочки сила тока ослабнет, и последнему – восьмому мальчику, достанется меньше всего. Плохо они физику учили, а то знали бы, что быстрее мальчики закончатся, чем ток. Так что чистота эксперимента не была соблюдена, но коровам было интересно.
Так вот, я думала, что мой младший сын умнее старшего, потому что у меня были все основания так думать. Но он пришел вчера из школы с горящими глазами и рассказал мне чудную историю. Что если нарисовать на руке черное пятнышко или квадратик и сфотографировать его телефоном со вспышкой, приложив телефон тем местом, где находится вспышка, вплотную к черному квадратику, то тебя ударит током и довольно сильно. Это они испытывали всем классом во время урока математики. Интересно, заметил ли учитель, как они подпрыгивали? Когда сын продемонстрировал мне этот опыт, я даже маленький электрический разряд между пятнышком и телефоном увидела!
А вот сейчас я задумалась… Обязательно ли наличие черного пятна для возникновения электрического разряда, или достаточно приложить к телефону чистую руку? Сейчас сыну эсэмэску пошлю, пусть проверит. У него как раз контрольная по истории идет.
Восемь зубных щеток, черная дыра и семнадцать велосипедистов
В нашей квартире – двое детей и два душа. В детском душе, он же – гостевой, в стаканчике стоят восемь зубных щеток. Я даже сфотографировала их, но критически посмотрела на фотографию и решила никому ее не показывать. Я в тот душ редко заглядываю, оно мне надо? Раз в неделю-две напоминаю детям, чтобы отдраили, и все.
Я говорю Сашке, младшему: «Зачем вам столько щеток? Выброси лишние». А он мне: «Какие же они лишние? Эта – Джошуа, эта – Рика, эта – Майи, эта – Никиты…» Имена могут варьироваться, не суть.
Еще в его комнате на полу прописался матрас. Он уже месяц не убирается, а смысл? Я его комнату тоже сфотографировала для истории, но критически посмотрела на фотографию и тоже решила никому не показывать. Ладно, приезд Николь из Дрездена был давно запланирован. Она – дочь моей лучшей подруги, а мальчишки мои считают ее кем-то вроде сестры. Хотя Мишка ей нравился. Ха! А кому – нет? Сашку она с его рождения знает, а Мишка лет до пяти хотел на ней жениться, но потом передумал. Уж больно она была капризная. Все помню, сокрушался, что выбор русских жен в Германии – невелик. Мы там тогда жили.
Раньше у нас редко одноклассники ночевали, все больше Сашка в гости ходил. Особенно, к приятелям, у кого дома на каналах стояли, или другие детские увеселения поблизости были. А как ночная жизнь пошла, так все у нас тусоваться стали. Потому что мы в центре города живем и против визитов, в принципе, ничего не имеем. Особенно, когда гости приходят поздно, а уходят тихо и без завтрака.
А тут только Николь уехала, как Сашка меня спрашивает: в курсе ли я, что завтра к нам Майя на недельку приезжает, из Дании? Нет, говорю, не в курсе. Я эту Майю в последний раз пять лет назад видела. Они с Сашкой в начальной школе в одном классе учились, и она тоже считается его лучшей подругой.
Я – Сашке: «Сколько можно?! Не хватит ли?» А он мне: «А что ты хочешь, с такими-то родителями?» Действительно…
Приехала Майя и говорит мне: «Папа хочет, чтобы ты к нам в гости приехала. Ты, вроде бы, хотела посетить Данию?» А я ей: «А что мама говорит по этому поводу?» Папа не по-детски ко мне клеился одно время. Муж мой – в курсе, и мама Майи, по-моему, тоже. Поэтому я в Данию вряд ли поеду.
А насчет наших гостей, тут детям было чему поучиться. Помню, очень давно, еще до эмиграции, муж в Питере одного японца подцепил, и тот жил у нас неделю. Он учился в университете в Америке и через Россию возвращался домой. Очень ему было любопытно на нашу страну посмотреть!
По-русски он – вообще ни бум-бум, и муж его перед тем, как в поезд посадить, учил фразе: «Я – казах, это – провокация!» Ну, если его будут спрашивать, почему у него билет не дорогой, как у всех иностранных граждан, а дешевый, как у наших соотечественников. Тогда цены не билеты были еще дифференцированные.
Еще к нам приезжали семнадцать немецких велотуристов! К счастью, не ночевать, а только помыться и пообедать. Их притащил троюродный брат мужа. Он – физик, вообще-то, но в свободное от работы время велосипедные группы по всему миру возит. Очередной маршрут он проложил через нас, век его не забуду!
А еще один гость очень важное открытие на нашей кухне сделал, а мы этого даже не заметили! Он – тоже физик, занимается черными дырами, и, оказывается, в его работе телескоп вообще не нужен. Только ручка и бумага. Вот какая-то гениальная идея ему в голову между застольями и пришла. А может, во время застолья. Он нам потом экземпляр своей работы прислал, где мы нашу фамилию нашли, в том разделе, где он всех причастных к его научному труду благодарил. Нас, в частности, «за гостеприимство и способствующие творчеству условия». Профессор, между прочим, самый молодой в Австрии!
Что-то меня унесло далеко в этих воспоминаниях, а я, между прочим, в магазин за булочками и соком собиралась, дети вот-вот проснутся. Мы только вчера с мужем по поводу позднего засыпания детей дискутировали, когда он в двенадцать часов ночи спросил, где дети? Я ему ответила: «Гуляют дети, и это – хорошо! Чем позже они придут – тем позже заснут, чем позже заснут – тем позже проснутся, чем позже проснутся – тем позже проголодаются!» Потому что задолбалась я уже кормить это подрастающее поколение! Как же я их люблю!
Я люблю, когда плачут дети
Написано в защиту детей.
Голландки – самые плохие мамы на свете! Продукт, впрочем, на выходе получается неплохой, но когда это еще будет. Недавно я в очередной раз нарушила слово не летать больше голландскими авиалиниями. Живя в Голландии, держать это слово трудно, но я надеялась, что рейсы в не каникулярное время будут свободны от детей. В общем, делить пространство с голландскими родителями и их детьми, особенно тесное пространство самолета – нелегкий труд, и я не сдержалась. Выплеснула свои эмоции!
Итак… Я люблю, когда плачут дети. Обожаю ходить в кафе и слушать орущих, капризничающих младенцев! На шоппинге в больших торговых центрах переживаю еще более острое наслаждение, когда трехлетние карапузы выражают своим криком возмущение по поводу участия в этом женском празднике жизни. Недавно радовалась в парикмахерской при виде годовалого малыша, вертящегося на коленях у мамы и заходившемся в горьком плаче во время наведения красоты последней. Я слушаю детский плач и думаю: «Господи, какое счастье, что мои дети уже выросли!» Ну, и, конечно, нельзя скидывать со счета тот восхитительный момент тишины, когда детишки наконец замолкают.
Я никогда не таскала детей на шоппинг. От него надо получать удовольствие, а какое уж тут удовольствие, когда твоему спутнику поход в магазин не нравится. И неважно, что ему всего два-три года, он тоже имеет право на свое мнение и пока еще громко выражать его. И в парикмахерские детей не брала, зная, как раздражает ребенка запах лака и шум фена. А главное, невозможность все трогать и везде ползать и бегать! И, страшно представить – сидеть неподвижно! И не говорите, что вам не с кем оставить ребенка, если только вы не мать-одиночка-круглая-сирота-с-мерзким характером-без-единой-подруги!
И в самолетах я не заставляла своих попутчиков делить тесное пространство салона с моим несчастным, какающим в памперс, чадом. Голландские мамы не торопятся нести ребенка в микроскопический туалет и переодеть его, чтобы он, блин, не делился своим запахом со всеми! Они стойко держатся до самого конца полета, не вытирая носы, слезы и попы наследникам. А также не мешая им ползать под и между креслами, облизывая обувь других пассажиров. Мой старший сын сказал как-то жестокую фразу про одного младенца, орущего часа три без надежды на утешение: «Может, самолет рухнет в море, и он заткнется?» Я не столь экстремальна в своих желаниях, но отчасти поддерживаю его.
Я не должна любить чужих детей, и я не люблю их! И не надо считать меня чудовищем, дети – те же люди! Вы же не любите всех людей подряд? Дай бог, вам нравятся несколько особей, и уж куда меньшее их количество вы по-настоящему любите.
Кот в отпуске
«Если бы у меня был такой кот, я, может быть, и не женился бы», – явственно читалось в глазах моего мужа, когда я не пустила его в спальню. Не подумайте ничего такого, дело было белым днем, муж просто хотел отдохнуть часочек. Один! Но я сказала: «Там – кот, иди спи на Сашкину кровать!» Муж так удивился, что безропотно пошел в спальню сына.
Смех смехом, но я на полном серьезе предпочла бы общество этого кота обществу моего мопса, он больше на собаку похож. Я не всегда так думала, еще совсем недавно я смеялась над Анькой, хозяйкой кота, когда она взахлеб рассказывала об этом замечательном создании какой-то ориентальной породы. А я думала: «Ну, кот – и кот, болтает только много. Так это для кота – вообще не плюс!»
Еще он идет не на «кис-кис», а только на свое имя. Но это – ерунда! На что приучишь, на то и придет. Еще он чмокает тебя в нос с разбегу, руки нюхает, как собака, ходит за тобой хвостом, вылетая из самого глубокого сна. Не царапается вообще, даже знакомясь с той же собакой! Зубы только показывает. Разве что не рычит, что, опять же, тоже больше свойственно собаке.
Кота я взяла в дом в первый раз в жизни. Собак – сколько угодно, а тут – кот! Попал он к нам, можно сказать, случайно. Сидели мы у наших друзей Аньки и Кости на террасе, шашлыки ели и красным вином запивали. В расслабленном состоянии пребывали, одним словом. Анька и сказала, что им в отпуск ехать, а они еще не знают, у кого кота оставят. Я и предложила помощь, не подумав, что Машка, наш мопс, может быть против.
Хотя, это еще вопрос, кто будет против – Машка или Изюм! Она у нас – пофигистка, ей все равно с кем дружить. А Изюмом зовут кота, это – сокращение от чего-то жутко длинного и сложного, состоящего из многих слов. Но для меня и Изюм было сложно, и я предложила коту звать его Изей или Зямой. Кот не захотел и стал просто Котом.
Привезли его к нам со всем хозяйством. Здоровенное «дерево» под потолок – когти точить и с верхней платформы на нас взирать, матрасики, игрушки, мешок корма, наполнитель для кошачьего туалета и сам туалет. Машка первым делом в него забралась и попробовала наполнитель на зуб. Дура! Через какое-то время ее стошнило, и больше она его не трогала.
Первую ночь Кот провел под диваном, первый раз в жизни, наверное! Собаки боялся, и вообще… Так-то он с Анькой спит, но со мной такой номер не пройдет, я животных в постели не терплю. Я же – собачница, у меня все зверье по струнке ходит!
Вместо миски для воды Анька принесла эмалированный тазик. Сказала, что Изюм только из больших емкостей пьет. Уже когда Анька вернулась, и Изюм домой отправился, я сказала ей, что ни фига подобного! Что Изюм с таким же успехом пьет воду из бокала, стоящего на прикроватной тумбочке. Анька мудро улыбнулась и сказала, что она знает, просто не хотела заранее меня пугать. Сами, мол, разберетесь, что коту можно, а чего – нельзя.
А что тут разбираться-то! Коту можно все! Он – аккуратный и по-серьезному свалился всего один раз – с верхней полки кухонного шкафа. У меня там стаканы стояли и чашки. Счет шел на секунды: раз – кот взлетел на полку, два – кот свалился с нее, три – вслед за ним полетели стаканы и все остальное!
Что же касается постели, то тоже ничего страшного. Немного неожиданно, правда, когда к тебе в четыре утра мокрую губку для мытья посуды приносят, ну, так не надо оставлять ее на раковине! Стала убирать в шкафчик, но этот мерзавец проявил смекалку и научился его открывать. А может Машка помогла, они с Изюмом быстро общий язык нашли. Изюм пытался было из нее компаньонку для игр сделать, но тут Машка – пас. Годы у нее уже не те, чтобы с котом мяч гонять. Изюм раз ей под лапу теннисный мячик подкатил, второй, третий.... Понял, что игры не будет, подошел к Машке вплотную и отвесил ей подзатыльник, совсем как бестолковому ребенку! И в отместку сожрал Машкину еду и занял ее лежанку.
Про окно еще забыла рассказать. Перед тем, как кота к нам принести, Костя первым делом нашу квартиру на предмет безопасности проинспектировал. Подошел к огромному от пола до потолка окну, и сказал: «С этим надо что-то делать, кот выпрыгнет». А я ему: «Что он, дурак, что ли, с одиннадцатого этажа прыгать?» Костя ответил, что не дурак, но все равно сиганет, потому что любопытный. И пошел мастерить деревянную рамку с противокотовой сеткой. Мне этого показалось мало и я повесила на стекло объявление: «Окно не открывать!» И в скобках приписала: «А то коты улетят».
Почему я написала не «кот», а «коты», я сейчас объясню. Дело в том, что котов теперь – два! Чтобы Изюму было не скучно, Анька недавно еще одного кота завела. Тоже с каким-то длинным именем, которое тут же сократили и переделали в Фаню. А Изюм таки стал Зямой за компанию, так что теперь у меня сразу два кота будет – Зяма и Фаня. Мои приходящие коты в отпуске! То-то Машка будет рада!
Париж и брови
Вам дарили когда-нибудь брови на день рождения? Если еще нет, но собираются, то не берите! Отклоните дар под каким-нибудь благовидным предлогом! Их мне подарила Леночка, мой парикмахер. Она – очень хороший человек, и я понимаю, что сделала это она не нарочно. Брови получились – картинка маслом, то есть, хной, на раз-два не сотрешь. Леночка сказала, что через пару дней они будут просто загляденье, соболиные! А я говорю: «Какие пару дней, Леночка! Я завтра в Париж еду!» Париж – это мой второй подарок на день рождения после бровей, и как он, Париж, это перенесет, я не знаю.
Я, вообще-то, платиновая блондинка, что в сочетании с такими бровями выглядит ужасно. Леночка попыталась их скрабом потереть, но куда там. А я – человек воспитанный и тактичный, я только смеялась, глядя на себя в зеркало. «Ничего, – говорю, – я или накрашусь поярче, или припудрю их».
Домой иду – народ косится, я народ игнорирую. Зато сразу отпал вопрос с одеждой – что носить в Париже. Да, хоть голой ходи, никто и внимания не обратит, все на брови мои пялиться будут!
Как раз в день рождения мы с мужем собирались из Парижа в Фонтенбло поехать, по замку побродить. Но желание это после визита в парикмахерскую полярно поменялось. Чувствую – что угодно хочу, только не в замок! Не могу я в таком виде между гобеленами разгуливать! Хотя, если мушку на щеку нацепить… В общем, звоню я своей подруге в Париж… Её, кстати, тоже Ира зовут, чему я уже не удивляюсь, у меня многих подруг зовут Ирами. Говорю, скучно мне по парижским предместьям мотаться, нет ли сейчас у вас чего поинтереснее в культурном плане? «Есть, – говорит, – Дом Диора свой юбилей отмечает, шикарная выставка!» Вот Диор для меня сейчас – самое то. Там меня точно никто не заметит!
Главное, муж мой, когда пришел с работы и увидел меня, сказал: «Тебе очень идет эта прическа». Я передала его слова детям, они плакали от смеха. А я точно знаю, что и прически муж бы не заметил, просто он как раз мне звонил, когда я в парикмахерской сидела. Как я люблю своего мужа! Он только самую мою суть видит, а она у меня – с нормальными бровями!
Паспорт, я и почтальон
Сижу дома. Раздается звонок – не в дверь, а снизу, через домофон. У нас дом хороший, большой, в самом центре стоит… Пару раз бывало, что пентхаус грабили. Наша квартирка поскромнее, но мало ли. Редко, но бывает, люди просто так звонят – проверить, есть ли кто дома. Или попросить дверь в подъезде открыть, они, мол, ключ забыли. А у нас ключей нет, у нас – магнитные карточки, потому что в Голландии все, что можно и нельзя, модернизировано и компьютеризировано. Сплошная электроника, в общем.
Смотрю в экран домофона. А там почтальон стоит и говорит мне строго: «Спуститесь, пожалуйста, вниз, мне нужно вам что-то сказать. У меня – проблема». Одиннадцатый этаж, щас! У тебя проблема, ты и иди. Обычно почтальон сам поднимается и посылочку передает. А какие еще у почтальона с жителями дела могут быть? Этого я ему говорить не стала, молча кнопку, которая дверь открывает, нажала и в кухню пошла.
Через какое-то время почтальон звонит в дверь и говорит, что он письмо мне в почтовый ящик бросил, заказное, а просканировать его забыл. Ну, что тут скажешь? Говорю: «Хорошо, идите вниз, я сейчас спущусь». Я же дома – платье домашнее, носочки, тапочки… Переодеваюсь, спускаюсь. Открываю почтовый ящик, там – пусто. Парень делает удивленные глаза и говорит: «А может я письмо не в тот ящик бросил, или оно вообще – не вам?» Блин, а я знаю? Он начинает фонариком во все соседние ящики светить и пытается письма оттуда вытащить. Я ему говорю, что жду письмо с паспортом из консульства. А он мне говорит, что письмо было точно не оттуда, а из интернет-магазина. А я в интернет-магазине ничего не заказывала. Тогда он с надеждой смотрит на меня и высказывает предположение, что вдруг он письмо в машине забыл? «Все может быть, – говорю, – друг, ищи! Твое счастье, если оно в машине лежит! А то ты у меня до вечера у почтовых ящиков дежурить будешь, хозяев ждать, пока они ящики откроют и содержимое проверят». И ухожу.