![](/files/books/160/oblozhka-knigi-semya-temnyh.-za-neskolko-let-do-si-377314.jpg)
Текст книги "Семья Тёмных. За несколько лет до (СИ)"
Автор книги: Эстелла Милс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
– Он сбежал.
– Но живёт-то здесь. Он вернётся, а я буду ждать.
– Вы же не вломитесь в его квартиру?
– Что-что, а это я умею неплохо.
– Не факт, что он вернётся.
– Искать людей – это по вашей части. А я чем могу, помогу.
Румпель вставил отмычку в замочную скважину.
– Поищу информацию. Кто он, что он, круг общения.
– Не надо. Это вам не Сторибрук, где вы делаете, что в голову взбредёт. Здесь это противозаконно.
– Я на стрёме.
– Генри, что? Да вас арестуют.
– Тогда мы встретимся с сыном в суде. Там и воссоедимся.
Замок щёлкнул, дверь со скрипом открылась.
– Нам здесь нельзя находиться.
– Он вообще не слушает.
Румпельштильцхен прошёл в дальнюю комнату. На полке он заметил толстую книгу. “Белоснежка и 7 гномов” и стикер, приклеенный к обложке “Она” и множеством закладок внутри.
– “Она”.
Голд взял книгу и вышел из комнаты.
– Что это, дорогуша?
Эмма держала в руках ловец снов.
– Ничего, так ерунда.
– На ерунду вы бы так не смотрели. Лукавите.
– Давайте искать дальше.
– Нет-нет-нет, вы что-то видели. Что же? Говорите.
– Вообще не понимаю о чём…
– Говорите!
– Генри, посиди в ванной.
– Может помочь…
– Генри, иди!
Мальчик прошёл мимо мага.
– Ничего здесь нет. Он как призрак.
– По-вашему, я идиот? Вы что-то скрываете. Что именно и почему?
– Ничего я не скрываю.
– Что он вам рассказал?
– Голд…
– Что он вам рассказал?!
– Ничего. Ничего не рассказал!
– Но вы всё же говорили.
– Пытаетесь подловить?
– Скажите мне! Скажите, или я вас заставлю.
– Тут магия не действует.
– Я обойдусь без магии.
– А стоит ли?
– Не провоцируйте! У нас уговор! Сделка! А со мной сделки нерасторжимы!
– Эй! Оставь её.
Бейлфайер открыл дверь квартиры.
– Бей. Ты пришёл.
– Я пришёл защитить её. От тебя. Как ты соблюдаешь свои сделки, я помню.
– Прошу, Бей, я всё объясню.
– Разговора не будет. Уходи.
– Никуда я не пойду.
– Вон из моей квартиры!
– Нил.
– Эмма, спокойно.
– Так вы знакомы. Вы знаете друг друга, да?
– Вы же сами меня послали…
– Нет-нет-нет! Хватит вранья! Откуда вы знаете друг друга?
– Мам! Что происходит?
– Генри.
– Кто это?
– Мой сын.
– Что?
– Это Бейлфайер?
– Можешь посидеть там ещё немного? Пожалуйста. Давай.
– А сколько тебе лет?
– Не отвечай.
– Сколько тебе лет?!
– Одиннадцать! И почему тут все орут?
– Одиннадцать.
– Мам?
– Это мой сын?
– Нет, мой отец – пожарный. Он погиб. Ты ведь так говорила, да? Что он…
– Это мой сын?
– Да.
Генри вылез через окно на балкон. Эмма пошла за ним.
– Бейлфайер. Прошу тебя, просто выслушай, умоляю.
– Выметайся.
– Ты вернулся защитить Эмму, чтобы она смогла выполнить условия нашей с ней сделки.
– И выполнила. Разговор окончен.
– Нет. Условием был наш с тобой разговор. Хочешь, чтобы она сдержала слово – поговори со мной. Другого выхода нет.
– Ровно три минуты.
***
– И вот он, тайник с нашим кинжалом.
На карте был отмечен крестик.
– Что ж, браво, Крюк. Дальше мы сами.
– Стой! Ты же обещала!
Киллиан отключился и упал, ударяясь о стол.
– Этот кинжал слишком хорош, чтобы тратить его на пирата.
– Постой, то есть всё это ради кинжала? Ради обладания всей мощью тёмной магии?
– Тот, у кого кинжал – хозяин Тёмного мага. Когда он вернётся в Сторибрук, мы прикажем ему убить Белоснежку, Принца и Эмму. Враги будут повержены, и всё же ты останешься чиста в глазах того, кто тебе дорог.
– Генри.
***
– Время пошло.
– Знаю, я не безгрешен. Но я всем сердцем хочу загладить вину. Нет мук страшнее раскаяния.
– А одиночество?
– Дай мне всё исправить.
– Интересно, как? Я рос сиротой. Безотцовщина. Как такое исправишь?
– Я знаю как.
– Две минуты.
– Поедем со мной в Сторибрук. Туда, где магия. Я поверну время вспять. Тебе будет четырнадцать, мы всё начнём заново.
– Четырнадцать? Вот уж чего мне не надо. Ты вообще, в своём уме?
– Конечно, потерянного времени не вернёшь. Но можно стереть воспоминания, боль.
– О том, кто я есть? Кто ты такой? Нет, спасибо. Одна минута.
– Бей, прошу. Дай мне шанс. Ты ведь любил меня.
– Когда ты был другим.
– Я сейчас совсем другой. Я изменился. Смотри, я прибыл сюда, в этот город без магии.
– Но хочешь прибегнуть к ней, чтобы исправить ошибки. Ты уверен, она решит все проблемы. Да нет, не решит. Тебе и не вообразить, что мне пришлось пережить. Твои муки? А знаешь, каково было мне? Каждую ночь, а их было столько, не сосчитать, каждую ночь перед тем как заснуть, я вижу твоё лицо. Мы вдвоём, на краю портала. Твоя рука держит мою и вдруг ты её разжимаешь. Меня затягивает, и я вижу по твоим глазам, что ты предпочёл эту вот магию своему сыну. И ты отпустил его. Теперь мой черёд. Я тебя отпускаю.
– Мне так жаль.
– Поздно. Как ты со мной, так и я не тобой. Уходи.
– Но, Бей…
– Всё. Время вышло.
***
– Реджина, ты уверена, что место то самое?
Королева сидела на стуле с кружкой кофе в руках и смотрела, как лопата, плавая в воздухе, роет яму.
– Крюк сам поставил крестик. Кинжал Румпельштильцхена здесь.
– А он ведь мог и солгать.
– Тогда где? Без Голда нам карту не расшифровать.
– Может…тебе попробовать?
– Мне? С чего это вдруг?
Кора замялась, но ответила:
– Ты его ученица, лучшая ученица. Уверена, ты знаешь некоторые его приёмы. А как найдём кинжал, даю слово, я заставлю Тёмного мага расправиться со всеми твоими врагами.
***
Нил и Генри зашли в одну из пиццерий, что была на улице недалеко от дома, оставив Голда и Эмму позади.
– Вы думаете нам стоит…
– Если бы мы были там нужны, нас бы пригласили. Прискорбно, но факт: самую сильную боль нам причиняют те, кто нам дорог.
– Это вы о своём, о наболевшем? Как Реджина?
– Не знаю, не звонила, не писала. Думаю, она занята другими делами. Кора в городе.
– Думаете, спелись?
– Уверен. Но не переводите тему, мисс Свон. Может, поговорите с ним? Попробуйте убедить вернуться с нами в Сторибрук.
– Насколько я помню, с меня причиталась одна лишь услуга. Так что, мы в расчёте.
– Это нужно не мне одному, но и Генри тоже.
– Почему это?
– Потому что однажды утром вы его хватитесь и поймёте, что он сбежал в Нью-Йорк. Как когда-то в Бостон к вам, его будет тянуть к отцу.
– Пока Нил его не предаст, а он предаст. Урок будет жестоким, но зато Генри поймёт, что это была ложь во спасение.
– Послушать вас, вы – вторая Джина. Мне кажется, на самом деле ваша ложь была самозащитой.
– Как это понимать?
– Чтобы не обжечься вновь.
– Каким образом?
– Он вам и теперь не безразличен.
– С чего вы это взяли?
– Прочёл по глазам)
– Вы не можете судить о…
– Что обсуждаем?
– Эмма, Нил предлагает сходить с ним в музей. Заскочим к нему домой за моим фотоаппаратом?
– Культура – дело хорошее, да?
– Хорошее. Ладно, давайте. Как Нью-Йоркская пицца?
– Класс! Сырная и без вранья)
Румпельштильцхен улыбнулся Эмме.
***
Сторибрук. Кабинет мэра.
Реджина сидела за своим столом, закинув на него ноги и вычерчивая какие-то линии на бумаге, поглядывая на карту мага.
– Ну как ты тут?
– Я? Смотри.
Королева кинула листы на стол и посмотрела на Кору.
– Небольшой успех.
– Да уж.
Телефон на столе начал вибрировать.
– Да?
– Генри? Сейчас приеду.
– Я к бабушке.
…
– Мам?
– Да, дорогая, я здесь.
Реджина зашла в свой кабинет.
– Я думала, ты домой пойдёшь.
– Да решила вот порассматривать фотографии из твоего дома.
– Какие?
– С Тёмным. Хоть это и была глупая шутка, вышло правдоподобно.
Кора протянула дочери большую стопку фото, но та просто положила их в сумку.
– Я отнесу их в лавку.
– Она ведь закрыта.
– Не для меня, как выяснилось.
– Хорошо, что там в “У бабушки”?
– Белоснежка решила наставить на путь истинный, ничего интересного. Иди домой, мама.
Реджина оказалось у входа в лавку Румпельштильцхена.
Дверь снова поддалась, и Королева не задерживаясь прошла в дальнюю комнату.
– Ну и бардак, неужели убраться не мог?
Реджина взяла в руки ящик с зельями и переставила на полку. Обернувшись, на освободившемся месте она увидела клочок бумаги с парой надписей.
– “Я допоздна на работе, не забудь проведать Генри”
– Какого…
Она взяла чистый лист, что лежал рядом и написала те-же самые слова.
Почерки были идентичны.
– Продолжаешь шутить, Голд.
Реджина выкинула листы в мусор и принялась за небольшую (большую) уборку.
…
Закончив со всем, она легла на кушетку, уставившись в потолок. Почувствовав, что засыпает, протянула руку и достала тонкое покрывало.
– Чтоб тебя, Румпельштильцхен!
Ткань насквозь пропахла её собственными духами.
Но всё же Королева уснула.
***
Зачарованный лес, темница Тёмного.
– Здесь только ты да я, покажись, дорогуша!
Перед прутьями из неоткуда появилась Королева.
– Ты всё им рассказал? Всё как задумывали?
– Конечно, они уже побежали выдумывать новый план по спасению своего дитя)
– Тогда твоё здесь пребывание бессмысленно, дорогой.
– Да-да-да! Давай!
Реджина полила прутья каким-то зельем, что появилось у неё в руке.
Замок щёлкнул, и Тёмный оказался на свободе. Он сразу впечатал Королеву в железо и настойчиво, скорее даже грубо поцеловал.
– Я скучал)
– Я тоже)
– Игра началась, душа моя)
***
Королева открыла глаза и села, поставив ноги на пол. Когда дыхание пришло в норму, она взялась за голову и прошептала самой себе:
– Это сон, всего лишь сон. Ничего из этого не может быть правдой. Не может!
С последними словами стакан воды, что оказался у неё в руке разбился о стену.
– Не может…
Реджина сделала глубокий вдох и набрала нужный номер.
– Голд.
– Реджина?
– Зачем ты это делаешь?
– Что?
– Зачем всё это? Как ты это делаешь? Проникаешь в мои мысли?
– О чём ты?
На той стороне послышался тяжёлый кашель.
– Ты…в порядке?
– Да, да, всё хорошо.
– А Генри?
– Он тоже в норме, не волнуйся, скоро вернёмся.
– Ты не ответил.
– Я понятия не имею о чём ты, но с удовольствием поболтаю чуть позже.
– Стой! Последний вопрос.
– Слушаю.
Снова кашель.
– Я могу приходить в лавку?
– Дай угадаю, только там чувствуешь себя в безопасности потому что войти можешь только ты.
– Да..
– Можешь перевезти свои вещи и жить там.
Звонок оборвался.
– Не дождёшься.
***
Нью-Йорк. Квартира Нила.
– Что она хотела? – спросила Эмма, забирая телефон из рук мага.
– Кажется воспоминания всплывают.
– Она всё вспомнила?
– Нет, отдельные фрагменты, как я понял.
– Хорошо.
Нил осмотрел место, куда ударил Крюк.
– Боже. Ему в больницу надо.
– Это без толку.
– Что за ерунда?
– Это яд, Крюк сам его готовит. И противоядия ему в этом мире нет.
– Но ведь что-то можно сделать?
– Можно-можно.
– Сторибрук. Ему нужно туда, где действует магия.
– Я вызову машину.
– Нет-нет-нет, не успеем, нужно что-то быстрее. Крюков корабль.
– Весёлый Роджер вместо машины?
– Самый быстрый корабль всех миров.
– Прекрасно, а кто его поведёт? Единственный, кто это умеет, жаждет вашей смерти.
– Я поведу.
– Бей?
– Я умею.
– Управлять пиратским кораблём?
– Да, поверь.
– Эмма!
– Генри?
– Прочти! Это очень срочно!
Эмма взяла телефон у сына.
– Плохие новости.
– Хуже, чем смертельный яд?
– Правда, что в Сторибруке спрятан кинжал, что может управлять Тёмным?
– Да.
– Кора и Реджина объединились и ищут его.
– Не найдут.
– Если Королева не вспомнит.
– Чего вы хотите?
– Может пора уже довериться? Мы теперь семья, как никак.
– Звоните отцу, я скажу, где искать.
***
– Он здесь! Хитрый тайник великого хитреца.
Прекрасные поднялись в часовую башню за кинжалом, который как сказал Голд был прикреплён к одной из стрелок часов. Там он и был.
– Нашли таки.
– Можно стать хозяином Тёмного мага.
– И кто им станет? Не вы же.
Кора и Реджина появились напротив.
– Вы опоздали.
– Напротив, мы появились как раз вовремя.
– Зря ты тогда меня не послушала. Добро всегда побеждает.
– Наивная Белоснежка. Полагаю, пора преподать тебе запоздалый урок.
Рядом с колдуньями, из сиреневого дыма, появилась няня Белоснежки из Зачарованного леса.
– Джоанна?!
– В конечном итоге, побеждает не добро и не зло. Сила.
Сердце Джоанны оказалось в руке Королевы.
– Выбирай.
– Не троньте её, она вообще здесь не причём!
– О, конечно причём.
– Чтобы бы они не требовали, не уступайте, – подала голос женщина.
– А-ну молчать.
Реджина сжала сердце.
Джоанна схватилась за грудь.
– Не надо! Умоляю!
– Ну хватит, довольно. Давайте кинжал. Мы все понимаем, ты – дочь своей матери, Белоснежка, и не способна на зло. Она ведь тебе завещала служить добру.
– Её слова. Откуда они вам известны?
– Подумай.
– Голубая фея велела никому не рассказывать про свечу. Не потому что это тайна. Это была не она.
– Итак, кинжал.
– Свечу мне дала не она, а вы. Моя мать заболела не с проста, верно?
– Зато как заболела)
– Это всё вы. Вы её убили!
– Кстати, свеча могла спасти её.
– Ценой чьей-то жизни? За что? За что вы её убили?
– Чтобы сделать дочь Королевой.
Реджина посмотрела на мать, но быстро отвернулась.
– Дай, наконец, кинжал.
– Нет! На этот раз по-вашему не выйдет!
– Ты уже мать потеряла. Много у тебя осталось близких людей? Сомневаюсь.
– Отдай кинжал, мы всё равно победим, – включился Принц.
– Не надо, Белоснежка, не надо!
Реджина снова сжала красное сердце.
– Чтобы сейчас сказала твоя мать? Будь она жива. Кинжал, дорогая.
– Хватит!
Кинжал оказался в руке Коры.
– Вот и умничка)
– Вы получили всё, что хотели.
Сердце вернулось на место.
– Всё, да не всё.
Кора махнула рукой, и Джоанна выпала в окно.
– Нет!
– Что и требовалось доказать. Делать добро себе дороже, – произнесла Реджина и они с матерью перенеслись в мэрию.
– Наконец-то, надоело скрываться.
Кора расположилась в кресле дочери.
– Тут уютно, надо сказать.
– Рада, что тебе нравится.
– Что-то случилось? Ты встревожена.
– А ты ведь не рассказывала мне про мать Белоснежки.
– Щадила твои чувства, как хороший родитель.
– Мать года. По-твоему мне не стоило знать, как именно я стала Королевой?
– Теперь знаешь.
– В тот день на прогулке, когда я спасла её, лошадь понеслась не случайно. Это твоими стараниями пересеклись наши с ней пути. Причём, именно тогда, когда отец Белоснежки странствовал по свету в поисках новой королевы.
– Что это меняет?
– Ты добилась своего. Я Королева. Но раз твоё желание сбылось, зачем тебе кинжал Румпельштильцхена?
– Боишься, что наши с тобой интересы разойдутся?
– Мой единственный интерес – мои дети.
– Генри будет тобой.
– И как? Дэвид и Белоснежка в курсе, что кинжал у нас, стало быть, убить их по-тихому руками Голда не получится. Да к тому же, с ним что-то не то.
– Как понимать?
– Я говорила с ним, он не в лучшей форме. Думаю, что-то серьёзное.
– Но если он умрёт, вся сила Тёмных исчезнет. Всё его могущество попросту растворится в воздухе. Нельзя этого допустить.
– И что ты сделаешь?
– Я заколю его кинжалом и сама стану Тёмным магом. Получу его силу и власть. И уж тогда, для меня невозможного не будет.
– Но Генри такое не простит никогда. А мы всё это затеяли…а ради чего всё это?
– Ради защиты семьи, Реджина.
– А может быть ради власти?
– Эта власть нужна не мне, а нам чтобы защититься, защитить Генри. Проиграв это сражение, мы больше никогда не сможем быть теми, кем нам дано быть. А я этого низачто не допущу.
– Ты не убьёшь Румпельштильцхена. У тебя не выйдет.
– Почему?
– Просто знаю. Ты не сможешь.
– Реджина, если ты что-то знаешь…
– Нет, это…это как предчувствие.
– И всё же я попробую.
***
Весёлый Роджер. Воды рядом со Сторибруком.
– Яд подбирается всё ближе.
– Хватит ломать комедию, Голд. Я помню, что ваша с женой жизнь неприкосновенна. Так почему вы изображаете умирающего?
– Я то не умру, но перспектива вечность пролежать в койке, мучаясь от боли отнюдь не радует.
– Так вот в чём дело. А кинжал?
– А что кинжал?
– Почему вы так просто сказали о его месте нахождения?
– Как бы вам сказать, мисс Свон, сила кинжала надо мной очень переоценена, и Джина знает об этом…знала. С этой стороны, хорошо, что её память изменена, они с Корой просто тянут время, занимаясь его поисками.
– Так что собираетесь делать?
Корабль остановился.
– Кажется, мы на месте. И да, для всех, я присмерти, а кинжал для меня как свисток для собаки.
– Почему?
– Так безопаснее.
…
– Эмма, нашли?
Эмма держала в руках пустую банку.
– Да, но здесь ничего…подождите.
– Мел-невидимка. Проведите черту перед входной дверью.
– И она никого не впустит?
– Кору – точно нет.
– А Реджина?
– Я не знаю.
– Не знаете?
– Эта лавка и её защита завязана на крови. Моей и её. Так что да, я не знаю, станет ли этот мел ей помехой.
– Тогда на удачу.
– Остальным, думаю, стоит готовиться к бою.
Все пошли к выходу из комнаты.
– Мэри-Маргарет, прошу, подайте покрывало. Оно там, на полке.
Белоснежка взглянула на полку, но там лежала не только ткань.
– Зачем вы её храните?
– На чёрный день.
На ладони Снежки лежала свеча с фителями по обе стороны.
– Ваша рана неизлечима, верно?
– Единственное спасение в этой свече. Больше никак.
– Я не пошла на это даже ради матери. Так почему вы думаете, ради вас пойду?
– Да потому что ты взрослая. И у нас одна цель на двоих.
– Её жизнь – за твою. Но Реджина возненавидит тебя.
– Эта Реджина – да, но не моя. Кора отравляет жизнь любой её ипостаси. Я не знаю как и когда, но я верну свою жену. И я знаю, ты сможешь сделать, что должна. Знаю, что ты этого хочешь.
– Убийство необратимо.
– И смерть, увы, тоже необратима. Смерть, что ждёт всех, кто тебе дорог.
– Если даже я и решусь, свеча подействует только если прошептать имя жертвы над самой жертвой.
– Сойдёт и серде.
– Сердце Коры…оно не в её теле.
– Возьми свечу, прокляни сердце, а затем…затем самое сложное.
– Это ещё не сложное?
– Нужно вернуть сердце обратно в тело Коры. Она умрёт, а я буду жить.
– Можно и по-другому. Я беру сердце Коры, она в моей власти становится на путь добра, а ты умираешь. И с двумя злодеями покончено.
– Я представил себе лицо бедного Генри, когда он узнает, что ты – убийца его деда)
***
– Защита слабеет. Кора прорвётся, – сказал Нил и сел на стул рядом с кушеткой.
– Хорошо, что Кора.
– Почему?
– Потому что Джина может меня убить.
– Как и её мать.
Румпельштильцхен усмехнулся.
– Нет, не может)
– Почему?
– Как-нибудь потом расскажу, если Королева не придёт.
– Не вздумай умирать, понял?
– Бей…
– Почему? Август говорил, что вас не разлучить никаким заклятьем, так в чем дело?
– Любовь сильна, когда о ней помнишь.
– Так помоги ей вспомнить. Неужели недостаточно просто любви?
– Я люблю её искренне, всем сердцем. Я говорил, что мы будем вместе, говорил, что никогда не оставлю, я поклялся, что так будет до конца. Сейчас между нами неприязнь, ненависть, но я никогда не нарушу данное ей слово. Чего бы мне это не стоило.
– Я и не помню тебя таким.
– О, любви во мне полно) Я же целую жизнь ищу тебя по свету, только чтобы сказать, что люблю.
– Ты подарил всю любовь ей.
– Нет, не только. Всё, что было ушло на двух девушек.
– Моя мать?
– Твоя сестра.
– Сестра? У меня есть сестра?
– Эстелла. Да.
– Где она? Где-то в городе?
– Нет, нет-нет-нет, её нет не в городе, не где-либо ещё.
– Она…
– Давно.
– Какой она была?
– Твоя противоположность) Она любила магию, использовала её как во благо, так и по примеру отца.
– Сколько ей было?
– 15.
– Она знала обо мне?
– Да. В 13 лет она сказала: “Власть была есть и будет тем, что мешает нам жить, стоит только прикоснуться к ней, больше не отпустишь”.
– Она умна.
– Она была всем для нас, а потом мы её потеряли.
– Если бы ты мог…как бы поступил тогда? Отпустил бы или пошёл со мной?
– Я не дал бы тебе уйти.
Нил улыбнулся и взял отца за руку.
– Тогда у малышки Эллы был бы трёхсотлетний брат)
– Румпельштильцхен.
Кора стояла в проходе.
Нил и Эмма схватили мечи и встали перед кушеткой.
– С дороги.
Обоих унёс сиреневый туман.
– Я знал, этот день придёт. Ответь мне только на один вопрос.
– Какой вопрос?
– Почему ты не даёшь нам быть вместе?
– Потому что…мы должны были быть вместе.
– Ты любила меня?
– А почему ты думаешь, я вырвала своё сердце? Ты был моей единственной любовью. Я люблю свою дочь, но она отняла тебя у меня.
– Ты сама от меня отказалась.
– Ты был моей слабостью. Но что прошло, того не вернёшь.
– Ты не убьёшь меня. Ты – не она и никогда ей не станешь.
Кора замахнулась, но кинжал выпал из её рук.
– Мама.
Колдунья держалась за грудь и смотрела на дочь.
– Мама!
Кора упала на руки Реджины.
– Мама, что с тобой?
– Мне…хватило бы тебя одной. Всё…остальное неважно.
Кора закрыла глаза.
– Мама? Мам! Нет! Что происходит?!
Королева посмотрела на Голда.
– Мама, умоляю, не уходи… Ты одна у меня осталась, я без тебя не смогу.
– Она тебя никогда не жалела.
– Молчать! Закрой рот! Это всё твои чары. Ты её убил.
– Ошибаешься.
– Реджина! Стой!
Прекрасные забежали в кладовую.
– Так это ты.
– Прости…
– Прости? Не долго тебе осталось, Белоснежка.
Реджина вместе с Корой исчезли из лавки.
***
– Ты что здесь делаешь?
Голд спустился в склеп, где Королева стояла над гробом матери.
– Хотел с тобой поговорить.
– Мне не до разговоров.
– Теперь ты хочешь отомстить Белоснежке, я прав?
– Конечно прав.
– Так может это плохая затея?
– А какая хорошая?
– Я уже отчаялся говорить, что твоя память – ложь, поэтому…хочу пойти по другому пути.
– Интересно, по какому?
– Ты говорила, что в лавке чувствуешь себя в безопасности, так может дело не в лавке?
– В тебе?
– Например.
– Ты сделал мне столько всего, как я могу чувствовать себя в безопасности рядом с тобой? Ты был моим учителем, наставником, тем, кто показал мне магию и её силу. Я благодарна тебе за это, но мы…мы – это за гранью фантастики. Если что-нибудь когда-нибудь переменится, я знаю куда идти.
– Позволь сделать тебе предложение.
– Руки и сердца?)
– Разреши мне быть рядом, давай попробуем сгладить все наши углы.
– Стать друзьями?
– Для начала.
– Ты поможешь мне убить Белоснежку?
– Нет.
– Тогда нет. Друзья должны помогать друг другу. Всего хорошего, Румпель.
***
Голд стоял на пороге дома Прекрасных.
– Убирайтесь.
– Вам стоит выслушать меня, поверьте. Ради неё.
Маг посмотрел в сторону Мэри-Маргарет, что лежала неподвижно на кровати.
– О чём это вы?
– О Реджине и её планах отомстить вашей матери.
– Как именно отомстить?
– Этого я не знаю.
– Нет, мало принести нам такую новость, вам же всё и разгребать. Вы обязаны.
– С какой стати?
– Не считая того, что мы одна семья, Мэри-Маргарет спасла вам жизнь.
Эмма, что стояла позади, посмотрела в глаза мага.
– Значит за вами должок, – продолжил Принц – а долг для вас святое, верно? Вот почему вы нам поможете.
…
– Заклятье неприкаянных.
– И как оно действует?
– Теоретически, как приворотное зелье.
– Разве это законно? Воскрешать мёртвых, заставлять любить насильно?
– Незаконно было то, что мы ворвались в её склеп. Это заклятье внушает человеку мысль, что ты ему дорог, а для Реджины, так отчаянно нуждающейся в любви, достаточно и этого.
– Вы простите, если не в своё дело лезу, но почему вы не можете решить эту проблему?
– Как только придумаешь как, дай знать, Принц. Я мог быть к ней ближе сейчас, но вместо этого отказал в помощи убить твою жену.
– Почему?
– Уж точно не потому, что она мне дороже Джины. Если Белоснежка и умрёт, то не от её руки точно, Генри этого не простит, и тогда ей будет ещё хуже.
– Так она применит заклятье ко мне?
– Генри, дружок, давай-ка к себе наверх, мы разберёмся.
– Нет! Эмма, ты обещала не врать мне. Так зачем маме всё это нужно?
– Магия для неё – способ получить всё, что нужно, а нужен ей ты.
– Но если нужен я…
Генри кивнул в сторону Мэри-Маргарет.
– У твоей матери сложный характер, она хочет заполучить и тебя и смерть своего заклятого врага.
– Чем тут поможет заклятье?
– Третий и последний ингредиент – сердце самого ненавистного тебе человека.
– Вы должны помешать.
– Ничего я не должен) Напротив, этим предостережением я вернул все долги.
– Какие долги? Ведь речь идёт о спасении жизни моей жены!
– И о жизни вашего внука.
– Войн без жертв не бывает.
– Класс!
– Этой кровной вражде, дорогуша, столько лет, что и не перечесть. И покончить с кровной враждой можно только кровопролитием. Другого способа устранить проблему моей жены я не вижу.
– Всмысле убить её?
– Рехнулись? Я хотел убить Белоснежку.
– Стойте! Вы себя слышите? Обсуждаете убийство близких мне людей!
Хороши герои, что с вами такое?
Мальчик выбежал за дверь.
– Генри!
Эмма пошла за ним.
– Как бы всё не обернулось, надо спрятать его и понадёжнее.
– Она права. Кора была опасна, но её дочь стократ опаснее.
***
Реджина появилась в квартире Прекрасных и уже почти подошла к кровати, как столкнулась с Румпельштильцхеном.
– Хорош друг, что путается под ногами.
– Как ты не хотела, чтобы мой путь к сыну начался с убийства, так теперь я не хочу, чтобы на твоём пути к Генри было убийство.
– Ты не сможешь караулить её вечно.
…
– Да, понял.
Голд положил трубку.
– Звонил ваш муж, Генри смог убедить Джину уничтожить заклятье. Значит мои услуги вам больше не нужны.
– Как у вас получается?
– Вы про что?
– Жить вот с этим. Знать, что вы причинили кому-то зло.
– Внушаешь себе, что цели были благими. Если внушать постоянно, сам в это поверишь.
***
Реджина быстрым шагом спускалась по лестнице, слыша надоедливый стук в дверь.
– Ты.
На крыльце стояла Белоснежка.
– Убей меня.
– Что?)
– Голд прав, наша вражда затянулась и обходится слишком дорого. Пока ещё кто-то не погиб, убей меня. Пожалуйста, просто убей.
– Генри мне этого не простит. Но знаешь в чём моя беда? Не учусь на своих же ошибках.
Сердце Белоснежки уже было в руке Королевы, когда девушка осознала, что сейчас её жизнь оборвётся.
Реджина посмотрела на ладонь и усмехнулась.
– Что?
– Это видела?
В красном сердце виднелась маленькая червоточина.
– Что ты с ним сделала?
– О, это не я. Ты сама. Твоё сердце чернеет.
– Нет. Нет, это неправда.
– Да, если в сердце поселилась тьма, оно становится всё чернее…и чернее. Поверь, я знаю.
– Раздави его. Ну же! Чего ты ждёшь? Раздави скорее!
– И облегчить твои страдания? Ну уж нет, ты погубишь себя сама, без моей помощи. А вместе с тобой погибнет и твоё славное семейство, за которое ты так долго и упорно сражалась. И тогда Генри станет моим.
– Пожалуйста, убей меня…
Реджина рассмеялась.
– Вот видишь) Можно получить всё!
Сердце с чёрным пятном вернулось на место.
– А вот теперь, пошла вон!
Дверь с громким хлопком закрылась перед носом Мэри-Маргарет.
***
***
– Уснул?
– Да, говорит, ему кошмары снятся.
– Ну с мамочкой Злой Королевой то конечно.
В Голда полетела подушка. Поймав её он рассмеялся, чем вызвал улыбку и на лице жены.
– Ну что, время серьёзных разговоров?
– Джина, я сегодня понял, что это не выбор между Бейем и Генри. Между Бейем и тобой.
– Ну тогда у меня нет шансов)
– Я отреагировал очень резко, потому что испугался своих мыслей.
– Не поняла.
Реджина села на кровать рядом с Румпельштильцхеном.
– Как только ты сказала, что не хочешь снимать заклятье, я уже согласился, потому что ты – самый важный в моей жизни человек, мне важно чтобы ты была счастлива, пусть мне придётся жертвовать даже сыном. Я всегда буду выбирать тебя.
– Ну а я тебя нет.
– Что?…
– Я не люблю тебя, всё очень просто)
***
Румпельштильцхен проснулся посреди ночи в холодном поту.
По окнам загородного дома барабанил дождь.
Мужчина прошёл на кухню, налил себе воды и осушил стакан, сделал глубокий вдох и вернулся в постель.
***
Фургон со свистом улетел вдоль улицы.
– Развлекаешься?) – спросила Реджина, стоящая через дорогу.
– У мистера Френча неудачный день, согласись, с кем не бывает?
– А что за цветы? Нашёл себе кого-то?
– Да нашёл одну, стоит здесь, температура ниже нуля, а она с пальто на распашку.
– Какие мы заботливые. Спасибо)
Реджина вздохнула цветочный запах в перемешку с морозным.
– В цвет шарфика. День Святого Валентина, дорогая. Дома или ресторан?
– В прошлый раз ты ресторан закрыл на весь вечер, так что не утруждайся, дома в 7, согласен?
– Как я могу спорить с Королевой?) Ты на работу?
– В магазин.
– Тогда я зайду домой за ключами от лавки, и даю слово, до вечера не потревожу.
Голд поцеловал жену.
– До вечера.
– Нет.
– Что?
– Я не люблю тебя, всё очень просто)
***
И снова сон, и снова та же фраза. Каждый день Тёмному снятся моменты их жизни и все они обрываются на одной и той же фразе, что не даёт ему покоя.
За окном уже светало, а значит ложиться не было смысла.
***
Детская площадка у набережной. Парой часов позже.
– Похоже мы оба на скамейке запасных.
Нил и Генри бились на деревянных мечах, бегая друг за другом.
– Доброе утро.
– Что твоему сыну нужно от моего?
– Вести до мэрии теперь доходят в последнюю очередь. Это отец Генри.
– Что?
– Объяснить, как так вышло? Мисс Свон с моим сыном…
– Генри тебе внук выходит?
– Родной, прошу заметить. Глаза у него мои)
– Это всё ты.
– Душа моя, поверь, для меня это тоже явилось шоком.
– Чушь. Ты то всё знал. При усыновлении это же ты всё так ловко организовал. Да кто поверит в такие совпадения?
– Это не совпадение. Судьба. Которая, впрочем, не лишена чувства юмора.
– Судьба. Значит, примеряешь роль любящего дедули? Не обольщайся, они тебя не примут. Ни твой сын, ни остальные.
– Посмотрим.
– Я насмотрелась, Румпель. Ты по жизни на стороне тьмы.
– Думаешь, знаешь меня от и до?
– Я знаю достаточно.
– Ты не знаешь ничего.
– И всё же никто, никто из них не примет тебя в свою прекрасную семью.
– Так может найдётся тот, кто примет в свою тёмную семью? Не хочешь сходить на ужин вечером? Сегодня.
– Что, свидание?
– Да)
– Нет)
***
– Здесь не занято?
Голд сел за барную стойку в кафе.
– Погуляйте пока, мне надо поболтать с Принцем.
– Всё нормально, Лерой, я сейчас.
Гном ушёл к остальным.
– И о чём же мы поболтаем?
– Реджина, она…она не даёт мне покоя.
– Впрочем, как и всегда.
– Нет-нет, вы не поняли. Я должен вернуть ей её память, а не это…непонятно что.
– А от меня что хотите?
– Как у вас получилось, при том, что вы оба были во власти проклятья? Дэвид Ноллан добился любви Мэри-Маргарет.
– Так вы за помощью?
– Уж точно не за неоправданно дорогой лазаньей.
– Не нравится, ешьте дома, – возразила бабушка.
– Хотелось бы, да готовить некому.
– Из-за вас моя жена убила человека.
– Который истребил бы весь ваш род. Слушайте, не хотите помочь – не надо, но поможете, я впервые буду должен вам услугу.
– Ладно. Когда Реджина наслала проклятье, в нас всё равно осталась частичка нас настоящих.
– Как достучаться до неё настоящей?
– Будьте тем, кого она полюбила.
– Это Тёмным что-ли?
– Если понадобится.
***
– Читаем про отца Генри? А может про его деда?
Реджина подсела на лавочку к шэрифу.
– Хотела бы узнать больше о Голде, пошла бы к вам.
– Долго собирались играть в молчанку?
– Давно бы рассказала, да была занята, вам с Корой приспичило перебить всё моё семейство.
– Зачем он приехал?
– Нил? Спокойно, он просто хочет пообщаться с сыном.
– Забавно, первые 10 лет он не проявлял к нему особого интереса, как и его мать, впрочем.
– Послушайте, Реджина, может вместо того, чтобы воспитывать других, попробуете всё-таки стать такой, какой вы нужны Генри? Пока он находится ещё рядом.