Текст книги "На шаг впереди (СИ)"
Автор книги: Erovin
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)
– Ричард, я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Потому что я лысею от донесений, которые получаю оттуда, где ты появляешься, – вполне мирно сказал координатор.
– Я ловлю Холла.
Рич поймал такси и велел довезти его до аэродрома. Там он всем желающим продемонстрировал своё удостоверение, а особо недовольным – зубы. Потом им, видимо, позвонил человек Саммерса, и служащие преспокойно заправили реактивный самолёт, на котором прилетел Роберт. Каково же было удивление альфы, когда он заметил, как по площадке к нему, прихрамывая, бежит Ваня, переодетый в военно-полевую форму.
– Какого хрена ты здесь делаешь? – заорал на него Ричард. У него уже просто не осталось сил сдерживаться. Этот мальчишка прилип к нему, как банный лист к заднице, и оказался больно уж изворотливым. Как он выбрался из больницы ещё полбеды, но добраться до аэродрома, раздобыть военную форму почти по размеру, ещё и так быстро. Рука чесалась отлупить русского и отправить… хотя куда его отправишь?
– Я полечу с тобой.
– Нет, – отрезал Рич.
– Вот ты злой, альфа! Я же помогаю тебе! Если ты меня оставишь – меня убьют! Опять засунут на ту базу и затрахают до смерти! Ты же говорил, что переживал бы за своего ребёнка! – надул губёшки Ваня.
– Но ты – не мой ребёнок! – Рич поднёс раскрытую ладонь с немного согнутыми пальцами к лицу Вани. Он не собирался бить. Это был всего лишь угрожающий жест.
– Что ты делаешь мне «злую руку»? Я же не кот! Серьёзно! Меня отдадут в полицию, а оттуда назад в «Дельту» или к вам в «Тету». Что там, что там – мне смерть!
Ричард собирался ещё что-то сказать, но бессильно махнул рукой. Он не желал смерти мальчишке, однако вешать его себе на хвост хотел ещё меньше. Но спорить не было сил. Для долгого и сложного перелёта нужно хотя бы подобие концентрации, а он не спал уже больше суток, и когда теперь ему это удастся – неизвестно. Ваня просиял от радости, когда понял, что ему можно полететь вместе с Ричардом. Он накинулся на альфу и сорвал сердитый рык, полный боли, когда задел больную руку и плечо. Казалось бы, человек с чувством самосохранения слинял бы подальше, а русский только виновато улыбнулся и пообещал, что до свадьбы заживёт.
Пока самолёт готовили к вылету, Ричард немного задремал. Его голову переполняли мысли, но все они путались и перемешивались, почему-то в итоге сходясь клином на Чарли и их отношениях. За это Ричард боялся больше всего – что, когда он вернётся, между ними уже ничего не будет как прежде.
***
Штольц позвонил из аэропорта в Нью-Йорке Филату. Он игнорировал правило не курить в здании и уже продемонстрировал одному особо рьяному служащему, почему у трудоголиков редко рождаются дети, приставив к яйцам крошечный нож и надрезав брюки. Он некоторое время не отпускал альфу от себя, наслаждаясь его испугом и мгновенно поменявшемуся поведению.
– Самолёт до Дакара летает два раза в неделю. Один сегодня, второй в среду. Мне брать билеты на вас с Сашей? – спросил он, кривовато улыбнувшись и немного разрезав альфе бедро. Тот стоял, как вкопанный, боясь шевельнуться, и отгораживал широкой спиной Альберта от посторонних глаз. По его лбу стекал пот, и он то и дело жмурился, словно надеялся, открыв глаза, не увидеть Штольца.
– Через сколько самолёт?
– Пять часов, – Аль решил убить этого альфу-слизня. Нужно быстро исправлять ошибки, а он только что сказал при нём, куда они летят. К тому же он уже так давно никого не убивал! Это ведь невыносимо, так и порядочным человеком недолго стать.
– Бери, – твёрдо распорядился Филат, подсчитав, хватит ли им времени, чтобы добраться.
Штольц прервал связь и мило улыбнулся альфе. До вылета самолёта ещё достаточно времени, можно уйти из аэропорта и прикончить альфу в какой-нибудь подворотне, чтобы здесь не подняли шум. Аль хорошо знал Нью-Йорк, он вспомнил расположение улиц и выбрал тихое местечко, где однажды уже бывал. Он ухватил служащего за галстук и повёл за собой к выходу. Тот что-то бубнил себе под нос про семью и детей, умолял отпустить его и клялся, что никогда никому ничего не скажет. Альберт только усмехался этому. Они успели дойти только до подземной парковки, когда Альберту надоело нытьё и мольбы.
– Прекрати скулить! Притворись, что ты альфа, – посоветовал Штольц и в следующую секунду вздрогнул от неожиданности. Альфа застыл на месте и угрожающе зарычал, следуя его совету. Альберт проглотил воздух, потеряв дар речи, и рванул альфу за подбородок, испугавшись его неожиданной реакции. В тишине раздался глухой хруст и грузное бесчувственное тело рухнуло на асфальт. Грудь омеги часто вздрагивала, и он старался поскорее прийти в себя. Угроза Филата о том, что если Штольц не будет слушаться, то его изнасилуют, подействовала. Он в считанные часы стал дёрганым и шугался альф больше обычного. В другой раз он и внимания бы не обратил, но только не сейчас. Отдышавшись, Аль порадовался тому, что на парковке нет камер, а в тихом и тёмном закоулке их не видно. Откинув желание оттащить труп подальше, Альберт вернулся в аэропорт. Он в считанные минуты забыл об убитом и, пристроившись у электронной кассы, заказал билеты на пятерых до Дакара. Там придётся взять машину и до Каолака добираться на колёсах, но что поделать? Его мысли переметнулись к Максу. Он всё ещё был в больнице, но теперь вокруг было оцепление «Теты», и добраться до него будет проблематично для Филата. Так что какое-то время он точно в безопасности. В случае чего, подстрахует Шер.
– Где ты был? – недовольно проворчал Луар, когда Аль вернулся в зал ожидания к нему и Нилу. Он жевал картофель фри и с мерзким звуком отхлёбывал пепси. Рядом, сцепив руки в замок и сжавшись от каких-то мыслей, на краешке стула пристроился Нил. Для него в последние дни было слишком уж много происшествий, а приказ Филата вовсе выбил его из колеи.
– Спустился на парковку, альфу убил, купил нам билеты в Дакар, – лениво ответил Аль.
– Ты совсем ебанулся? – возмутился Луар. Он боязливо огляделся по сторонам, убеждаясь, что их никто не слышит. – Это же аэропорт! Его найдут, и всё здесь поднимут на уши!
– Он мне не понравился. Ничего не смог с собой поделать, – пожал плечами Аль. – Ты мне тоже не нравишься. Сходим на парковку? – немец оскалил зубы, и его глаза сверкнули злобой и безумием. Труп альфы – не в счёт. Он испугался и не успел даже насладиться убийством, поэтому по-прежнему был голоден.
– Псих полоумный!
– Знаешь, а ведь это Макс не разрешал мне поменять местами органы твои и твоего сынка. Но сейчас его здесь нет. Можешь не сомневаться. Я убью тебя, как только появится возможность. Разрежу твоё жирное пузо, вытащу кишки и обмотаю их тебе вокруг шеи, – сладко пообещал Штольц, облизнув губы и глядя напуганному Луару прямо в глаза. В чём Макс не ошибался, так это в том, что если его собак вовремя не кормить, то им срывает крышу и они начинают кидаться на своих. А уж если Макса не станет, то все его психи сорвутся с цепи и управлять ими никто уже не сможет. С их уровнем подготовки и умом перебить их будет совсем не просто, вот только Филат наивно этого не понимал.
Довольный тем, что напугал Луара, Альберт уселся рядом, закинул ноги на соседнее кресло и прикрыл глаза. Ему ещё долгий перелёт терпеть этих двоих да ещё и Филата в придачу. Хорошо, что хоть Саша летит с ними, будет о чём поговорить. Ронвуд, несомненно, тоже знает новый пункт назначения, но ему хватит ума не сунуться сюда, потому что если он явится, то умрёт. Штольц хищно улыбнулся. Он уже наслушался от Луара рассказов о том, как Саша расправился с Мизинцем, и досадливо вздыхал оттого, что не ему позволили это сделать. Вот он бы тогда повеселился!
***
Рич приземлился в Каолаке поздно вечером. Если не считать без умолку трепавшегося Ваню, то полёт прошёл прекрасно, а посадка была лёгкой, как будто Рич летал последний раз вчера, а не пять лет назад. Всё-таки практика, даже на лётных тренажёрах – хорошая и полезная штука. Он немного показал русскому, как следить за приборами, и тот с удовольствием взял на себя роль второго пилота. Он удивительно быстро умел становиться серьёзным при необходимости и опять возвращаться в режим неугомонного ребёнка. У них долго проверяли документы, звонили кому-то, сердито косились на Ваньку, который предусмотрительно прятался за спиной Ричарда и прижимался лбом к его лопатке. Ричард чертыхался – он-то понимал, чем вызвана их задержка. Местные видели в Ване симпатичного молоденького омежку, а у Ричарда не было документов на него. А значит, по местным понятиям – омега был общим. Чёртовы тупые ниггеры.
– Всё, придётся тебя им отдать, – обернулся он к русскому. – Я потом на обратном пути тебя заберу.
– Ты что дурак, альфа? – не веря его словам, переспросил Ваня, распахнув и без того большие глаза. Он не заставил себя ждать, и по щекам тут же потекли слёзы.
Едва сдержавшись, чтобы не рассмеяться от такой наивности, Ричард опять посмотрел на местных и решил прибегнуть к старому, как мир, способу выяснения отношений между альфами. Он сморщинил нос и оскалил зубы, в груди медленно стал расходиться гремящий рык, который сначала тихо, но всё стойче и громче срывался с его губ. Он переводил агрессивный взгляд с одного на другого, ничуть не страшась автоматов у них в руках и численного превосходства. Так всегда говорил им с Роби отец: « Худший противник – страх. Победишь его – победишь всех!» Поначалу местные было оскалились, но почти сразу стушевались и отступили, стали отводить глаза. Куда им было тягаться с Ричардом? Больше их не задерживали.
На такси они доехали до мечети. Ваня всё время не отлипал от окна и постоянно на что-то показывал Ричарду. Ни дать ни взять – обычный подросток. Пока ему не дать пистолет или бутылку из-под виски.
– Послушай, а разве нам не нужно было сделать какие-нибудь прививки, ведь здесь есть другие вирусы и эпидемии? – обернулся Ваня к Ричарду, когда увидел на улице толпу грязных и пьяных местных.
– Я привит от всех вирусов, а тебя со мной никто не звал, – безразлично отозвался Рич. Попугать мальчишку было не лишним, а то ишь чего. Уже и сыном его назвался и дураком обозвал.
– Вот ты злой, альфа! – снова надулся Ваня, на что Ричард только усмехнулся. – Научишь меня так рычать? – почти сразу оттаял русский, никак не желая угоманиваться ни на секунду.
– Зачем тебе? Ты же скорее омега, чем альфа, – Рич окинул его быстрым взглядом. Такие мальчики нравились сейчас Киму. Невысокие, тонкие, со смазливой мордашкой. Нужно признать, что когда у Вани спал отёк с лица, стало ясно, что несчастные альфы будут влюбляться в него целыми пачками. Каково же будет их разочарование, когда они увидят его узел.
– Я гамма! А вовсе не альфа или омега!
– И что умеют гаммы? Альфы рычать, омеги шипеть, беты фыркать. А вы? – заинтересовался Ричард.
Ваня широко, задорно улыбнулся и зашипел сквозь зубы, через пару секунд шипение стало грубеть и клокотать, переросло в слабенький, подростковый, но всё же альфий рык, русский приоткрыл рот и сморщил нос. Сейчас он приобрёл неуловимое сходство с альфами, хотя внешность-то осталась прежней. Таксист заинтересованно посмотрел в зеркало заднего вида, а Рич улыбнулся шире таким фокусам. Напоследок Ваня сморгнул и громко смешно фыркнул.
– Понятно, универсальный пол – универсален во всём, – заключил Ричард, но не успел продолжить. Такси остановилось возле мечети, и они отправились в неё. В такое позднее время на улице уже почти не было людей. Рич придержал Ваню за локоть на входе.
– Сними обувь. Вон там висят хиджабы – надень. Говори только шёпотом, а лучше молчи. На альф глаза не поднимай. Не отходи от меня, – тихо проговорил он и тоже разулся. Повторения ситуации, случившейся в аэропорту, он не хотел, тем более в мечети. У Вани хватило благоразумия сразу же молча подчиниться и не спорить. Стоило им войти внутрь, как к ним подошёл чернокожий Мулла.
– Господин Ронвуд? – спросил он с очень сильным акцентом. Такой же был и у Тусо. Значит, он из этих мест? Здесь всё и началось? Неужели клубок начал распутываться?
– Да, – подтвердил Рич, удивляясь, какой он, оказывается, популярный и… предсказуемый. Эти двое его прямо на поводке за собой ведут!
– Кто с вами?
– Мой сын.
– Пройдёмте, – Мулла недоверчиво покачал головой, но спорить не стал. Они прошли через богато украшенный молебный зал, где, в отличие от пустынной улицы, находилось множество людей. Ричард глянул на часы – через полчаса начнётся вечерняя молитва, и альфы пришли для неё в храм. Омег в этом зале не было, они молятся отдельно – чаще всего дома. Для туристов делали исключения, но будь Ваня местным, ему ни за что не позволили бы войти в альфий зал. Даже сейчас альфы недовольно смотрели в его сторону и бубнили.
Мулла провёл их в небольшую тёмную комнату. Там, в старомодном инвалидном кресле сидел маленький ссохшийся старый омега. Он отреагировал на звук и повернул голову к пришедшим. Ричард почти не чувствовал его запаха, и в голову пришла бредовая мысль, что старик прячется здесь от смерти, будто его и нет вовсе, ни запаха, ни внешности толком.
– Господин Ронвуд, вашему сыну лучше подождать вас снаружи, – сообщил Мулла, удержав Ваню на пороге за локоть.
– Ваня, иди, подожди меня там. Только веди себя тихо, – отмахнулся Ричард. Он уже понял, что мальчишке хватит предосторожности не нарваться на неприятности, так что можно о нём не беспокоиться. Мулла вывел Ваню из комнаты и вышел следом, прикрыв за собой дверь.
– Мистер Ронвуд! Хорошо, что вы здесь. Шай просил меня поговорить с вами. Но в последние дни я чувствую себя очень плохо, так что вы вовремя. Меня зовут Аман Джариф, вы, вероятно, слышали обо мне? – едва слышно заговорил омега. У него была манера говорить с придыханием, и каждое слово, к тому же произносимое с сильным акцентом, разбиралось с трудом.
– Конечно же слышал, но думал, что вы мертвы, – Рич присел на корточки возле омеги и заглянул в его морщинистое лицо. Он тоже был «дельтовцем» в молодости. Врач по профессии, он изучал генетику и проводил различные опыты. После Второй Мировой у него появилось столько живого материала, что любой психопат бы возрадовался. Но вместо этого Джариф тайно отправлял пленных по домам. Подделывал им документы и организовывал вывоз. Потихоньку-помаленьку, под разными предлогами он спас больше трёх тысяч человек, пока его, наконец, не раскрыли. Эту историю знали все в «Тете», как пример того, что не все «дельтовцы» подонки. – Как вам удалось сбежать?
– Мне помогли мои друзья, – слабо отозвался Аман. Его инвалидное кресло противно скрипнуло, и на лице омеги стало ещё больше морщин.
– Те, кого вы спасли?
– Не-ет, – старик сильно закашлялся, а потом хрипло продолжил, – мои друзья-омеги из «Дельты». Раскрыли только меня, а нас было двенадцать – тех, кто освобождал пленных. Меня пытали, но я не рассказал о них. И потом ребята вытащили меня. Я больше их не видел, только узнавал время от времени об их гибели. Я последний. Вот.
Омега трясущейся рукой протянул Ричарду старую и потрёпанную чёрно-белую фотографию. Ричард забрал её. В темноте было проблематично разглядеть изображение, и он долго вертел фото, пока, наконец, не бросил это занятие и не подсветил себе фонариком с мобильника. На снимке рядом стояли двенадцать весёлых молодых омежек не старше двадцати. Они закинули руки друг другу на плечи и весело смеялись, глядя в камеру. Одеты они были по американской моде сороковых годов, хоть и не все были американцами. Каждого из них Рич без преувеличения мог бы назвать красивым. Ни тебе автоматов, ни крови, ни трупов вокруг. Обычные ребята, радостные и беззаботные, ничем не напоминающие террористов. Даже эта мумия в инвалидном кресле – Аман, тогда был подтянутым красавчиком-арабом с длинными волосами и гордым взглядом. Рич перевернул снимок и увидел на обратной стороне карандашом написанные координаты. Он прочёл их несколько раз, запоминая, а потом вложил фотографию в руку араба.
– Нет-нет. Оставьте себе. Когда я умру, хотя бы этот снимок будет напоминать о нас, – отказался омега.
Рич аккуратно убрал фото в свою сумку. Он, не прощаясь, покинул комнатку и, махнув Ване головой, направился к выходу, погружённый в тяжелые раздумья.
========== 17 глава ==========
Ричард вбил координаты в навигаторе и выяснил, что пункт назначения находится далеко в пустыне. Он понимал, что «Дельта» у него на хвосте, и его от них отделяет всего около четырёх часов. А ему нужно добраться до крошечного населённого пункта в песках, а потом ещё и выбраться оттуда. К тому же это пустыня – здесь не проедешь напрямик. Нужен был проводник, который знает дорогу и возможные опасности, типа ям, карьеров и зыбучих песков. Кто-то из местных.
– Нам нужно найти машину, – сказал Ричард скорее самому себе, чем Ване, но тот мгновенно отозвался:
– Если хочешь, чтобы я ради этого с кем-то переспал, то хрен тебе.
– Знаешь, что я решил? Если ты выживешь после всей этой заварушки, то я как следует надеру твою наглую задницу. Имей в виду.
– Вот ты злой, альфа! Я должен выбрать между смертью и поркой? – усмехнулся Ваня, ничуть не испугавшись. На самом деле угрожать ремнём тому, кого всего сутки назад пытали шокером и избивали двое альф, было даже смешно.
– Именно! – Рич отправился к небольшому серо-грязному джипу, припаркованному на грунтовой парковке возле мечети, и обошёл вокруг него, осматривая со всех сторон. Старое и проржавевшее уже кое-где авто, но выбирать долго не приходилось. Он ловко, в два движения, вскрыл его и кивнул русскому, чтобы забирался на заднее сидение. – Садись.
Вместо этого Ваня нырнул под руль и, оторвав панель, завёл джип проводами, а затем уселся на место водителя, рывком сдвинув сидение, чтобы ноги доставали до педалей.
– Поехали быстрее, – сказал Ронвуд, отмахнувшись от сомнений. Если он может завести машину без ключа, то уж точно умеет и водить. Ни один подросток не учится воровать машину, чтобы потом на ней не ехать. Он сел на пассажирское кресло рядом с ним. Ваня выжал сцепление и переключил тугую передачу, затем газ, и машина, неуклюже подпрыгивая, устремилась по неровному грунту.
Это была не дорога, а саванна, поросшая редким кустарником. Песок все время оседал под колесами, и Ваня для лучшей видимости хотел зажечь фары, но Рич помешал ему это сделать.
– Я не вижу, куда ехать, – заныл Ваня. – Наскочим на большой куст или угодим в яму.
– Не наедешь, поезжай медленно, но без фар, – ответил Ричард. Не хватало только, чтобы кражу джипа заметили и сразу же попытались их догнать и пристрелить. Он знал, насколько рискованно тащиться в пустыню одним, без проводника и хотя бы минимального запаса необходимых вещей. Хоть у него с собой и была сумка, собранная Роби, долго продержаться на ней не получится всё равно. Значит, одна надежда, что им удастся добраться быстро и малой кровью. Если в пустыне у них пробьёт колесо или слетит ремень с ГРМ – они покойники. Никто и никогда не найдёт их обугленные трупы в песках. Хотя нет! Тогда можно будет позвонить Чарли, и он, наполовину с матом и шипением, объяснит, как всё починить подручными предметами.
Снизив скорость и наклоняясь вперед, Ваня пристально вглядывался в темноту, стараясь вовремя объезжать иногда попадавшиеся деревья и высокие кусты. После пятнадцати минут езды, полной нервного напряжения, они наконец почувствовали, что грунт стал плотным. Это уже была дорога.
– Молодчина, – похвалил Ричард. – Теперь можно включить фары.
***
Компания из пяти «дельтовцев» добралась до мечети только к утру. Филат поговорил со стариком Аманом и разжалобил его до глубины души. Сказал, что подонки из «Теты» обманули Шайтана, используют в своих грязных целях, а Филат приехал его спасать. Аман даже старческую слезу пустил и негодовал, как мерзкие альфы умеют обвести вокруг пальца. И не постыдился беспринципный Ронвуд обмануть слабоумного старика, забрал координаты, мерзавец! Но Аман знает это место и может показать, куда ехать.
Филат договорился о машине с одним из местных, заплатив ему за неё минетом от Нила. На Луара даже у слепого уже не встанет, а совать чтобы то ни было в рот Штольцу – опасно. Этот псих откусит, пережует, проглотит и даже не подавится. Станет возмущаться, что мало и невкусно. Весь перелёт Филат не сводил с него взгляд, пытался разглядеть чувства, переживания. Но их будто бы вовсе не было. Убить Макса – легко! Родить от кого попало – плюнуть и растереть! Ни страха, ни расстройства, ни мизерного волнения даже.
– Езжайте вперёд. Мы с Сашей догоним, – сказал он Штольцу. – Позвоните, когда настигнете их. И не выключайте телефоны, мы поедем по вашему маячку, – Филат старался не забывать о мерах предосторожности и не оставлять двух собак Макса наедине. Мало ли, что они вдвоём могут задумать. Даже в самолёте он сел так, чтобы они не могли толком поговорить. Только перекидывались злобными шуточками и рассуждали, как лучше расчленить нерасторопного бортпроводника-бету. Эти разговоры пугали не только пассажиров, но и самого грека. Он вовсе не хотел оказаться на месте их жертвы.
Штольц сдержано кивнул и вышел. Он вообще всё последние пару часов делал, сцепив зубы. Разговор с Сашей в самолёте доканал его окончательно и теперь ему повсюду мерещилось мясо и кровь, он намеренно раскусил себе нижнюю губу, чтобы чувствовать металлический привкус во рту, который всегда успокаивал. Нужно продержаться ещё совсем недолго. Не позднее, чем сегодня вечером, он обязательно убьёт кого-нибудь. Уже плевать, кого именно. Луар и расстроенный Нил подождали, пока Штольц не подъехал, затем они аккуратно подкатили к машине Амана в его инвалидном кресле и пересадили его рядом со Штольцем, а сами устроились сзади. Нил тяжело и рвано вздохнул, он безмерно жалел, что ввязался во всё это. Как хорошо и уютно было сидеть на базе в Миссури, нянчиться с детьми. Там ему не приходилось отсасывать плохо пахнущему и грубому африканцу. Это вообще был первый минет в жизни Нила, и он остался полностью разочарован в оральном сексе.
– Куда ехать? – спросил Штольц, включая мотор, который сразу же мерзко завонял соляркой.
– Три километра по дороге, затем свернуть налево, – сказал старик, поудобнее устраиваясь на непривычном месте. Он закрыл окно, резонно опасаясь, что салон заполнит песок и пыль.
Луар приставил пистолет к шее старика и грубо зашипел, ткнув дулом в морщинистый затылок.
– Не вздумай шутить, сукин сын. Будешь с дыркой в голове.
Штольц оглянулся на него, как на ненормального, и поехал в указанном направлении. Это ж надо, угрожать пистолетом неходячему старикашке, который уже лет сто сорок назад должен был подохнуть. Он и жив до сих пор по счастливой случайности и только и ждёт, чтоб его кто-то прикончил. Машина грубо подскакивала на всех ухабах, коих попадалось немало. Казалось, будто вся дорога состоит из них. Штольц, словно рассерженный кошак, вцепился в руль и тихо ругался себе под нос на родном языке. Нил и Луар то и дело охали и даже вскрикивали на особо жёстких кочках. Аль опасливо поглядывал на Амана – как бы тот не сдох на полпути. Каолак уже кончался и замелькали окраины – бедные и безликие.
– У поворота сверните влево, – указал Аман и сильно закашлялся. – Держите скорость шестьдесят километров, или мы увязнем, – сказал он, восстановив дыхание. Он кашлял так сильно и долго, что Альберт едва удержался от того, чтобы стукнуть его пару раз по спине. Но побоялся убить.
Штольц чувствовал время от времени, как задние колеса иногда проскальзывали. Утренний воздух полыхал жаром, и его руки вспотели, а кожа будто плавилась от горячего ветра. Они иногда открывали окна, чтобы впустить новый воздух, но вместе с ним залетал песок, который доставлял ещё больше проблем, чем духота. Кругом раскинулась равнина, иногда мелькали кусты или разрозненные деревья. Они уже ехали около часа, но характер местности не менялся. Наконец Аман сказал:
– Сейчас будем съезжать с дороги. Будьте внимательны. Не меняйте скорость, чтобы не увязнуть, – он наклонился вперед и уставился на дорогу, как будто проверяя её. – Здесь опять сверните, но скорость не снижайте.
Ворча, Штольц свернул, направляя машину в сторону кустарника. Ему казалось сущим безумием тащиться в самое пекло, тем более в такую жару. Но Ронвуд каким-то парадоксальным способом опередил их, и теперь медлить было нельзя. Задние колеса начали слегка буксовать. Вдруг луч фар выхватил из утренних сумерек огромное дерево. Штольц попытался резко поменять направление, дёрнув рычаг тормоза и вывернув руль вправо, но мотор вдруг захлебнулся и заглох – машина встала. Альберт сердито выругался на собственную глупость.
– Луар, Нил, ну-ка, подтолкните! – приказал он. Те не стали спорить и неохотно вышли из машины. Только все усилия омег ни к чему не привели. Колеса тяжелого вездехода буксовали в песке, а сил у этой парочки было недостаточно. Сюда бы сейчас альфу – вот когда нужна тупая физическая сила!
– Надо набрать веток и листьев, – посоветовал Аман, – и подложить их под колеса. Только так можно столкнуть машину с места.
Штольц тяжело вздохнул, но признал, что старикашка прав. Он тоже вышел из машины, и они втроём стали выдергивать мелкий кустарник и подкладывать его под колёса автомобиля. Аман сидел в салоне и молча наблюдал за их действиями. Проработав минут десять, Аль выпрямился и осмотрелся. Он не увидел ни Луара, ни Нила. Оказалось, что он ушёл от машины довольно далеко и, задумавшись, надрал целую кучу веток.
– Эй, Луар! – крикнул он, сложив руки у рта. Луар вышел из темноты, с охапкой веток в руках. – А где же этот лягушонок? – зашипел Штольц, оглядываясь и нигде не замечая Нила.
– Он же работал с тобой, – растерянно ответил Луар, тоже озираясь в поисках парня. Вокруг была редкая рощица, но из-за пыли и песка, поднимающихся вверх, разглядеть что-то было очень сложно.
– Нет, с тобой! – заупрямился Альберт. Его накрыло неприятное предчувствие, и по позвоночнику пробежал холодок, невзирая на жар и духоту пустыни. Отбросив ветки, Луар подбежал к дереву, где в последний раз видел Нила.
– Нил, где ты? – закричал он. – Иди сюда!
– Он не мог далеко уйти, – пролаял Штольц и побежал в одну сторону с Луаром. Песок проваливался у него под ногами, и движения его были очень замедлены. Он захлёбывался в непонятной панике. – Я раздавлю его, как гниду, когда доберусь до него.
Луар, задыхаясь, бежал рядом. Вконец обессиленные, они остановились, едва переводя дыхание. Жар, поднимавшийся от раскаленного песка, обжигал их. Они стали осматриваться, и трепет у Альберта усиливался, он уже понимал, что случилось что-то неладное, но ещё не знал, что именно.
– Убежал! – вопил Луар, размахивая сжатыми кулаками.
– Чёрт с ним. Один в пустыне сдохнет. Его же проблемы, – махнул рукой Штольц. Назад, к машине, Луар едва тащил ноги. Жара пугала его. Они прошли позади какого-то дерева, наскочили на кусты и, отступая назад, обошли их. Штольц пристально огляделся вокруг, наконец поняв, отчего его так трясёт.
– Где же машина? – тихо, стараясь не пустить в голос панические нотки, спросил он.
– Она должна быть где-то здесь, – ответил Луар. Он растеряно крутил головой, всё ещё не понимая, что произошло. – А может быть, он вернулся и забрал машину?
– Нет, не может быть, – в голосе Альберта была дрожь. – Мы бы слышали шум мотора, – он боролся с чувством ужаса, который начал проникать в него. Он подошел к дереву и сел, прислонившись к его стволу.
– Что случилось? – раздался за их спинами удивлённый голос Нила. Он стоял с полной охапкой веток и часто хлопал длинными ресницами. Его лицо покраснело от солнечного ожога, и нос распух.
– Блять! – ругнулся Штольц. Он потянулся за пистолетом, который носил за поясом, в импульсивном порыве прострелить Нилу башку. Но рука схватила пустоту. И тогда он вспомнил, что его оружие осталось в машине, как и мобильный, и фляга с водой, – У кого с собой телефон? – печально спросил он.
Луар и Нил беспомощно похлопали по карманам. Во время долгой езды в жарких джинсах мобильники мешались в карманах, и те выложили их в машине. Они пропали! Посреди пустыни, без средств связи, чтобы сообщить и попросить помощи, и без капли воды. Штольц понимал, что они умрут. Он молча окинул Луара оценивающим взглядом.
Луар почувствовал что-то неладное и попятился. Ему неожиданно вспомнилась угроза Штольца в аэропорту убить его, и сейчас она показалась реальной, как никогда. Аль был зол и полон отчаянья. Он не сомневался, что умрёт, как и не хотел отказываться от последнего в жизни развлечения. Его переполняло предвкушение расправы над надоедливым мексиканцем, а заодно и Нилом. Ни к чему лишать себя двойного удовольствия напоследок. Он нащупал в кармане короткий складной нож и выхватил его из кармана. Прежде чем Нил и Луар успели среагировать, лезвие уже впилось в глотку Нила по самую рукоять. Тот распахнул удивлённые глаза и потянулся, чтобы вытащить нож, но руки ослабли и, словно плети, повисли вдоль тела, а затем и сам омега упал на горячий песок, дрожа от судорог, задыхаясь и натужно хрипя.
Луар, решив, что лучшая защита – это нападение, кинулся на немца. Он хотел схватить его за шею и больше уже не отпускать, выжать из мерзавца жизнь сильными руками. Но такая тактика была ошибочной и заведомо проигрышной. В отличие от него, Штольц частенько бывал в тренажёрном зале и не запускал своё тело. Он ловко увернулся от выпада и ударил Луара кулаком в висок. Конечно, ему не хотелось убивать его. Больше удовольствия, когда жертва кричит и умоляет о пощаде, а потом и о смерти. Но сейчас не тот случай, чтобы тратить силы, удерживая его. Луар упал на песок, но не потерял сознания. Он нащупал небольшой камень и запустил его в лицо Альберту, попал точно в левый глаз. Аль закричал и вскинул к лицу руку. Из-под ладони по щеке и подбородку потекла кровь. Луар воспользовался моментом и сбил его с ног, уселся сверху и с силой несколько раз опустил кулак на лицо, стараясь причинить максимум увечий и вывести психа из игры.
Штольц хрипло зашипел, когда у него на шее сомкнулись твёрдые пальцы. Он убрал руку от залитого кровью лица, оттолкнулся ногой от рыхлого песка и покатился по земле, вырвавшись из хватки. Вслепую захватив горсть раскалённого песка, он швырнул его в лицо противнику, сравняв их счёты. Левый глаз, если он ещё был на месте, пульсировал сильной болью, Аль стёр тыльной стороной ладони кровь со здорового века и прищуренно посмотрел на Луара. Он быстро оправился от песка и уже опять готовился наброситься. Голова трещала, и дезориентация никак не желала проходить. Штольц пополз назад, обжигая руки о раскалённый песок, спасаясь от наскока Луара. В следующую секунду в лицо ударил тяжёлый сапог, нос хрустнул и съехал в сторону.
