Текст книги "Мой свет (СИ)"
Автор книги: Elizabeth_Fox
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
– О чем ты говоришь?
– Ты родишь девочку, зачатую потомком Хагоромо во чреве потомка Хамуры. Прекрасно… – Он продолжал причитать. – А когда она вырастет, она подарит мне больше наследников, в которых будет течь и кровь лунных ниндзя. Род Ооцуцуки возродится еще более сильным и могущественным… – Казалось, он начал бредить.
Девочку… У них будет девочка…
Малышка Изуми…
Горло Хинаты сдавило от мысли, что ее дочь может ждать подобная участь. Ей было совершенно наплевать, через что придется пройти самой, но даже еще не рожденной дочери она не хотела такой судьбы. Даже в мыслях не могла допустить.
– Не нужно, пожалуйста. Отпусти меня…
– Я не могу отпустить тебя. – Он вдруг расширил глаза, словно в испуге. – Если ты вернешься на землю, ты умрешь вместе с остальными. А я не могу позволить своей любви умереть…
– Что ты такое говоришь, почему умру? – Дыхание вдруг перехватило и, почувствовав, что давление на плечи ослабло, она резко села.
– Я уничтожу землю и все живое на ней. Потому, что шиноби того мира не достойны жить. Та жертва, которую сделал Хамура, уходя на луну, она совершенно обесценилась. Все воюют, убивают друг друга… Я своими глазами видел сотни войн и десятки тысяч смертей…
Хината, казалось, сейчас задохнется от нахлынувшей панической атаки. Попытавшись взять себя в руки, она подскочила с софы, сотрясаемая злостью. Наверное, впервые она позволила себе такую реакцию, но сейчас казалось это самым уместным. Перед ней стоит настоящий маньяк, который готов лишить жизни всех из-за своих предубеждений.
– Ты не смеешь! – Прорычала она. – Ты не уничтожишь этот мир.
– Ошибаешься, Химе-сама. Я сделаю это как только мои глаза достигнут максимальной силы. – Он захохотал, а потом, схватившись за голову, пошатнулся. – Эти импульсы становятся все сильнее. Значит, перерождение Тенсейгана не за горами. Идем, любовь моя, я хочу поскорее связать нас узами брака… И тогда мы вместе разрушим землю…
Хината на мгновение потеряла контроль над своими эмоциями и поддалась порыву. Замахнувшись, она молниеносно крутанулась, впечатывая кулак, покрытый чакрой, в скулу Тонери, отчего тот пошатнулся и рухнул на пол.
– Ты не посмеешь! – Прорычала она, стараясь снова атаковать.
Тонери не был силен в тайдзюцу, но вместо отражения атак, которые предполагались в ближнем бою, он просто позволил Хинате еще раз нанести удар, а потом его марионетки скрутили девушку, напав сразу нескольким десятком на одну.
Лицо его не выражало ничего кроме холодной ярости. Тонери поднялся, положив ладонь на место удара, а потом резко бросил ей.
– Не смей больше никогда поднимать на меня руку. – Прошелестел он металлическим голосом.
– Я не позволю твоим отвратительным планам сбыться! – Хината прошипела это, сдерживаемая несколькими куклами.
На мгновение перед глазами всплыло воспоминание – она целовала его в том видении. Как она вообще может поцеловать его, если единственное, что желает – это вырвать его глаза?
– Что ж, тогда у меня не остается выбора… – Он печально вздохнул, вытянув руку в сторону и создавая новую зеленоватую сферу.
Подойдя на несколько шагов ближе к Хинате, он наклонился, поравнявшись своим взглядом с ее.
– Последний раз предлагаю тебе добровольно пойти со мной. Ты станешь моей женой, королевой луны, твое дитя так же станет моей супругой, когда вырастет, а пока я буду заботиться о ней, как о родной дочери… Я уничтожу все зло на земле и мы выстроим великую и непобедимую лунную империю, полную гармонии и силы… Где не будет войн…
– Ты монстр!
– Нет, я – истина! И ты будешь следовать мне! Желаешь ты этого, или нет!
Он сунул руку со сферой ей прямо в грудь, словно она была бесплотным духом.
Проклятие марионетки…
Едва сфера разместилась у нее в груди, мысли Хинаты резко очистились, освобождаясь от всего, что так мешало ей жить, оставляя лишь легкие и приятные, словно дуновение ветра желания, эхом уходящие в сознание. Она хотела его любви, тепла, ласки. Она хотела его всего без остатка – мужчину, без которого не мыслила жизни.
В ушах застучали барабаны, но теперь это не было раздражающим, приятный ритм, от которого хотелось просто шире улыбнуться и пуститься танцевать с ее Тонери по начищенному до блеска полу их с ним замка…
– Я стану твоей супругой. – Без оттенка эмоций произнесла Хината.
А сердце с трепетом сжалось от ожидания, когда же она, наконец осуществит эту мечту? Ведь, Хината всегда была настоящей Химе. И всегда принадлежала только ее Тонери.
– Потому, что ты хочешь этого?
Да… Да, она хотела!
Она желала это всем сердцем. И это желание стучалось о голову изнутри, словно даже причиняя боль. Он был необходим ей, как воздух.
– Я хочу стать твоей, хочу править луной и отдать свою дочь тебе, чтобы возродить клан Ооцуцуки и построить величайшую империю на луне…
Она действительно этого хотела? Что-то стукнулось внутри о грудную клетку и на миг она засомневалась, но всего лишь какой-то пустой миг. Шум барабанов усилился, стирая эту полыхнувшую искоркой мысль, растворяя ее.
– Тогда поклонись мне, своему королю и будущему мужу. Поклонись в знак принятия! – Тонери хохотал, а его марионетки тут же опустили руки Хинаты.
Ноги почему-то плохо слушались, живот на миг неприятно скрутило, но потом отпустило и Хината мгновенно выкинула это из головы. Поморщившись, сделала несколько уверенных шагов и, медленно, грациозно опустившись на колени, подняв руки вверх, полностью опустилась в поклоне – самом глубоком и почтительном.
Потому, что желала этого всем сердцем.
Он – ее король, ее любовь, ее мечта, которой она была всегда предназначена…
– Хината! – Услышала она какой-то знакомый голос.
Она чуть повернула голову, но так и осталась распростертая на полу в глубоком поклоне. В зал влетел мужчина, которого мгновенно придавило силой ее будущего мужа, она восхитилась тем, как могуществен Тонери, потому, что откуда-то знала, что ворвавшийся к ним шиноби является великим воином, победить которого практически невозможно.
Но только не для ее Тонери.
– О, это твой муж. – Его приятно вибрировавший в сладкой улыбке голос будоражил ее сознание. Тонери опустился вниз, цепляя за подбородок и приближаясь своими губами к ее. – Скажи мне, ты рада, что он сейчас умрет?
Как же она хотела, чтобы он поцеловал… Все ее мысли были лишь о его губах, таких желанных, нежных… Какое ей было дело до ее мужа, распластавшегося на полу.
Мужа?
Какие глупости! Тонери станет ее мужем. Только он достоин этого… Только о его любви она мечтала всю свою жизнь… Эти мысли сопровождались стуком барабанов, лишь усиливавших ее желание стать по-настоящему его королевой. Его женой и возлюбленной…
Его ли? – Эта мысль слабо трепыхалась в ее голове, а потом растворилась в стуке барабанов и сильнейшем желании ощутить наконец вкус его губ…
Она улыбнулась и едва заметно кивнула, отвечая на вопрос.
Конечно она была рада. Если этот мужчина умрет – она станет свободна для любви всей ее жизни – ее истинного будущего мужа – Ооцуцуки Тонери.
Комментарий к Часть 31
Ну как вам поворот? Махача так и не было, зато картина маслом – жена жадно смотрящая в рот Тонери. 😅
Ну, это так, лирическое отступление.
А у меня новости… Через три дня после выхода из локдауна, нас… Тадаааам… Садят на новый!
Диснейленд на Рождество отменяется 😭 Как и кафе по вселенной Наруто в Шанхае 😭😭😭
Добро пожаловать в наши реалии.
Всех обнимаю. Побежали мы делать ежедневный ПЦР тест 😅
========== Часть 32 ==========
Итачи влетел в зал, в котором четко улавливал чакру жены и источник той самой силы, которую он обнаружил в кукольной руке. То, что предстало его глазам – шокировало Учиху: Хината стояла на коленях перед белым человеком и, вытянув руки вперед, опустилась в поклоне. Взгляд лунного ниндзя излучал какое-то сумасшедшее безумие, словно он сошел с ума.
– Хината! – Итачи бросился к ней, но был остановлен силой гравитации, возникшей из ниоткуда.
Это было очень похоже на технику Пейна и Учиха прекрасно помнил, ей довольно трудно противостоять.
– О, это твой муж. – Ооцуцуки скривился в улыбке и медленно опустился вниз, приподнимая лицо Хинаты за подбородок. – Скажи мне, ты рада, что он сейчас умрет?
Тонери прошептал это ей в самые губы и Итачи с ужасом обнаружил, что его жена улыбнулась на этот вопрос и едва заметно кивнула головой.
– Вот и славно, моя хорошая девочка… – Приторно произнес он и облизал ее губы, раскрывающиеся на такой отвратительный жест.
Она хотела его поцелуя!!!
Итачи видел своими глазами, как Хината тянулась к его губам и как он накрывал ее рот поцелуем, проникая своим мерзким языком ей в рот.
Он целовал его жену! Ту, что носит его ребенка! Женщину, которую он любит и без которой уже не представляет своей жизни!
Сердце Итачи болезненно сжалось от лицезрения столь ужасающей картины.
– Хината! – Прокричал он так неистово, словно внутри полыхало черное всеуничтожающее пламя. – Что ты с ней сделал!!!
– О, она просто решила отдать свою любовь мне – поистине достойному ее мужчине. – Тонери распрямился и поднялся, оставляя девушку сидеть на полу, словно марионетку.
Марионетку…
Итачи понял, что происходит, однако, нитей чакры, которые обычно использовал Сасори в своих техниках, вокруг жены видно не было. Какое дзюцу он применил??? Как освободить Хинату. Итачи судорожно думал, придавливаемый гравитацией.
– Аматэрасу! – Прорычал он и его шаринган крутанулся, а по щеке полилась струйка крови.
Тонери взвизгнул, отпрянув и погасил черное пламя, однако отвлекся и гравитация перестала давить на тело Учихи. Это определенно сбило с толку лунного ниндзя, потому как его лицо сейчас выражало полнейшую досаду. Однако, через секунду он вновь приобрел этот полусумасшедший взгляд.
– Химе-сама, тебе стоит разобраться со своим супругом, иначе он так и будет мешать нашей любви. – С холодной улыбкой произнес Ооцуцуки и она медленно поднялась с пола.
Хината атаковала практически внезапно, сразу нанося шестьдесят четыре последовательных удара, которые Итачи моментально заблокировал. Затем последовала еще череда атак. Это отличалось от привычных им спаррингов – она была сильнее, словно ее переполняла чужеродная чакра, и вкладывала в удары всю свою силу, совершенно не так, как это происходило в их спаррингах.
Наверное, будь это простой тренировкой, Итачи похвалил бы ее, но, сейчас ему хотелось лишь максимально не навредить ей, уходя от ударов.
Ее чакра изменила цвет. Нет, он все еще ощущал ее природу и эта сила определенно принадлежала Хинате, но теперь вместо голубых всполохов силы, ее кулаки оплетала фиолетовая чакра.
– Хината. – Едва слышно прошептал он. – Ты слышишь меня?
Она не ответила, вращаясь, словно вихрь, окружаемый следами едва уловимой глазу энергии.
Любви… – Это слово эхом стукнулось о грудную клетку Учихи, причиняя неистовую боль.
– Ты не помешаешь нашей любви! – Прокричала она, снова атакуя Итачи в самую грудь.
Он не мог позволить себе поставить блок – потому, что сделал бы больно, вместо этого он поднырнул под ее руку, хватая жену с обеих сторон за талию, и мимолетной подсечкой повалил ее на пол.
– Хината, ты меня слышишь? – Говорил он ей, склонившись над ее лицом. – Хината?!
По лицу девушки пробежала тень, а потом она замерла, напрягая каждую мышцу своего тела…
***
Она уже видела эту картинку – лицо Итачи Учихи, склонившееся над ней, горящие глаза-шаринганы… Они излучали угрозу и холод… И… беспокойство? Он что-то говорил, но Хината лишь видела открывающийся беззвучно рот.
В ушах шумело, словно кто-то неистово колотил по барабанам. Как будто весь клан Хьюга бил в поминальный набат.
Поминальный? По ней?
Где? Где она это видела?
Хината замерла, пытаясь вспомнить, и вдруг ее осенило…
Озеро Ирико в первое полнолуние после ее восемнадцатилетия. Оно показало ей именно этот момент. И сейчас Учиха что-то говорил. По губам она читала свое имя, но зачем он его произносил?
Зачем он мешает ей быть счастливой с ее Тонери?
Снова этот гул барабанов в голове.
В животе что-то скрутилось в тугой узел и заныло…
Прижимаемая к полу, она старалась слишком напрягаться, чтобы выбраться из стальных тисков Итачи и что-то неприятно потянуло в самом низу ее живота.
Ребенок…
Да, она же ждет ребенка.
От Тонери?
Нет, между ними сильная любовь, но она не помнила близости. Но, помнила, что у нее будет ребенок…
Как это произошло?
Итачи все еще держал ее за плечи, навалившись на нее сверху. Почему он не делает больно? Почему так осторожен?
Через мгновение его губы прижались ко лбу Хинаты и внутри ее грудной клетки раздался оглушительный треск, словно взорвалась граната, начиненная стеклом.
– Хината. – Услышала она едва различимый голос Итачи, а потом он стукнулся лбом о ее лоб, крепко зажмурившись. С его словами барабаны в ее голове прекратили стучать поминальные ритмы.
Она узнала этот голос. Вспомнила, что любила эти мягкие нотки в скрытом непроницаемой маской лице. Сейчас она по новому взглянула на державшего ее мужчину – глаза излучали тревогу, печаль и… Любовь…
Это их ребенок.
Ее и Итачи… Она – Учиха Хината. И никому другому не будет принадлежать.
Слух вернулся в полной мере, когда еще один неистовый треск ощутился в ее грудной клетке. Снова в животе что-то скрутилось в тугой узел. Хината моргнула, приходя в себя и Видя, как осколки сферы, что вложил в нее Ооцуцуки, рассыпаясь, выливаются из нее сияющим зеленым потоком.
– Итачи! – Прохрипела она, и вдруг услышала вопль Тонери.
Хината обернулась на него и увидела, как он рухнул на начищенный до зеркального блеска пол.
– Последний импульс! – Прошипела она. – Его глаза преобразуются. Нам надо спешить!
Хината подскочила на ноги и, вместо того, чтобы вырвать глаза у Тонери, она схватила Итачи за руку и бросилась прочь из зала туда, где стоял этот сияющий сосуд, который она нашла до помещения в нее сияющей сферы.
– Помоги мне, пожалуйста! Нужно уничтожить артефакт. – Она задыхалась, от того, что та сфера, лопнув внутри, казалось, повредила ее легкие, от того, что живот с неистовой силой тянуло, словно кто-то засунул туда руку и пытался вырвать из ее чрева ребенка.
– Но глаза Ханаби…
– Итачи, это важнее!
Ему не нужно было объяснять, Учиха схватил Хинату, прижимая к себе, а потом, покрыв их завершенным Сусаноо просто взлетел, направляемый женой к той самой жемчужине.
– Тебе нельзя его касаться. – Услышал он ее обжигающий шепот. На лбу Хинаты появилась испарина, она закусила нижнюю губу и слегка дрожа прижалась к мужу. – Только потомки Хамуры могут коснуться артефакта. У остальных он выпьет чакру.
Они добрались до огромного, словно сияющее холодное солнце, артефакта, окружного золотыми кольцами и Хината, активировав бьякуган, оттолкнулась от груди мужа, сделав затяжной прыжок, высвободилась из-под покрытия Сусаноо и атаковала Тенсейган, покрывая свои руки фиолетовой чакрой.
Раздался глухой треск, но ничего не произошло. Она тяжело дышала, чувствуя, что ее сейчас вырвет от резкого упадка сил и боли, которая продолжала скручивать тело.
– Не вышло. – Прохрипела она, падая на колено. – Даже с даром Хамуры я не достаточно сильны для него…
– Давай попробуем вместе?
– Ты умрешь…
– Что если ты перенесешь Джухо Сошикен на ладонь Сусаноо, мы сможем атаковать его вместе. – Итачи опустился к ней, кладя ладонь ей на голову и пальцами утирая покрытый испариной лоб. – Давай постараемся сделать это? А потом займемся глазами твоей сестры.
– Хорошо.
Она сосредоточилась, покрывая свои руки фиолетовой чакрой, приобретающей облик львов, а потом, едва Итачи окружил их призрачным воином, передала свою силу мужу, отчего на руках Сусаноо появились точно такие же львы, только в разы больше.
Призрачный воин взлетел и Хината ощутила, как Итачи сильнее прижимает ее к себе, закрывая от всего на свете. А потом оглушительный удар и глухой взрыв наполнили пространство.
Высвободившись из объятий мужа, Хината узрела десятки тысяч глаз, разлетающихся в разные стороны.
– Бьякуганы… – Ахнула она. – Так много глаз…
Она зачарованно смотрела, как разлетается сокровище клана Хьюга в разные стороны, сияющим облаком накрывая все вокруг. То, что происходило все это время на луне – жестоко и несправедливо, и только что они с Итачи покончили с этим.
Спустя мгновение она услышала гневный вопль и вжалась в грудь мужа – Тонери появился перед ними с лучащимися ледяным светом тенсейганами в своих глазницах.
Он был в ярости, которая перепугала Хинату до ужаса, однако, уверенный взгляд Итачи и его крепкие руки, обнимавшие ее за плечи, говорили о том, что она в безопасности рядом с ним.
– Я не дам тебя в обиду. – Шепнул он ей на ухо. – Помнишь?
Она кивнула и робко улыбнулась в ответ. Тонери покрылся зеленым свечением и взмыл в небо, поднимая вихрем вокруг себя весь воздух.
– Ты принадлежишь мне! – Закричал он. – Всегда принадлежала только мне. И мне плевать, что потомок Хагоромо испортил тебя. Мы – дети Хамуры, мы должны сохранять чистоту нашей крови…
Он яростно атаковал Сусаноо, от чего щит призрачного стража покрылся трещинами. Итачи нахмурился. Попытка захватить его в гендзюцу провалилась, его глаза спокойно рассеивали его иллюзорные техники. Против него было сложно сражаться из-за устойчивости Тонери к любым техникам, особенно с силой таких глаз.
– Я поделюсь с тобой своей чакрой. – Шепнула Хината на ухо мужу.
Разогнав по рукам фиолетовое пламя, она обвила шею Итачи, мгновенно распространяя силу на него и призрачного стража, который тут же взлетел, расправляя крылья. Удар Сусаноо пришелся на голову врага – Тонери был прекрасен в бесконтактном бою, но совершенно не умел защищаться.
Он отлетел к стене, впечатываясь в нее с оглушительным хрустом и повис, лишенный сознания на несколько мгновений.
Сусаноо опустилось прямо перед Тонери и Хината сошла с него, ступая маленькими ножками на усыпанный пылью и каменной крошкой пол. Она чувствовала себя совершенно отвратительно – живот жгло раскалённым клинком, в грудной клетке словно разорвалась бомба хвостатого, к горлу подступала тошнота, но не смотря на это, она шагала уверено и гордо, как самая настоящая Химе клана Хьюга. Нет, не так.
Как жена главы клана Учиха.
– Я забираю глаза своей сестры, на которые ты не имел никакого права. – Холодно произнесла она, протягивая руку и безжалостно вырывая из его глазниц только что прижившиеся бьякуганы.
Раздался протяжный вопль, а потом Тонери вновь на секунду лишился сознания. Хината отступила назад, оборачиваясь на мужа и чуть пошатываясь от невероятной усталости, накатившей в один миг.
– Нужно покончить со всем этим. – Констатировал Итачи и, укрывая жену призрачной ладонью, бросил сияющий алым взгляд в сторону. – Аматэрасу. – Холодно произнес он.
И все бьякуганы, что были рассыпаны по этому месту вдруг вспыхнули черным пламенем, рассыпаясь пеплом по полу.
Все кончено. Артефакта больше нет. Глаза Ханаби вернулись. Однако, остался Тонери, который еще обладал силой.
Итачи выхватил из ножен катану в желании казнить врага, но Хината не позволила.
– Пожалуйста, не убивай…
– Почему? – Итачи непонимающе уставился на жену.
– Потому, что у него есть шанс получить прощение…
Комментарий к Часть 32
Ну что, it’s the final of countdown 🥹
Завтра в 12:00 по Мск выйдет предпоследняя глава, а в 14:00 – последняя.
Меня это невероятно будоражит 🥹🥰
Сажусь корректировать шапку фф и писать посвящения 🥰
PS: представьте себе, я чуть не забыла опубликовать главу 🤭
========== Часть 33 ==========
– Его нельзя оставлять в живых, Хината. – Итачи не шевельнулся, сдерживаемый ладонями жены. Но, в любую секунду готов был атаковать.
– Нет. Не пятнай себя его смертью. Мы лишим его сил, он больше не причинит никому вреда. Умоляю тебя… – Ей было тяжело стоять, но она старательно не подавала вида, что ей плохо.
Тонери что-то простонал, говоря, что приходит в себя и Хината обернулась на него.
– Что мне нужно сделать? – Спросил Итачи, обнимая ее и поддерживая, чтобы она не упала.
– Прикрой меня, пожалуйста. Я хочу кое-что сделать. – Она высвободилась от объятий мужа и снова подошла к залитому кровью лунному ниндзя.
Хината покрыла свои ладони фиолетовой силой, а потом, обращаясь в вихрь, атаковала Тонери, блокируя ток его чакры. Затем, аккуратно приподняла его залитое кровью лицо за подбородок, свободной рукой активируя медицинское дзюцу и стараясь залечить его пустые глазницы. С чакрой Хамуры ее силы возросли и даже такая сложная травма, как опустошенные глазницы, далась ей довольно легко.
Он простонал, хватаясь за голову и все еще опираясь о стену, в которую его впечатал удар.
– Зачем ты остановила меня?.. – Прохрипел он.
– Потому, что Хамура хотел не этого… – Раздался в ответ ее шепот.
Она боролась со своей болью, чувствуя, что что-то выкручивает ее изнутри. Ей казалось, что ее вот-вот вырвет, но все же старательно держалась, выпрямив спину и нацепив холодную улыбку Химе на лицо.
– С чего ты взяла?
– Ты чувствуешь мою чакру, не так ли? Чувствуешь, что в ней теперь вплетена сила Хамуры-сама? Там в храме он явился мне в видении, попросив уничтожить Тенсейган и остановить тебя от безумства. Ты ошибался, не правильно растолковав его волю. Хамура-сама ушел на луну, чтобы предотвратить гибель всего живого на земле. Его жертва была бы напрасной, уничтожь ты планету…
Тонери вздрогнул, чуть приподняв голову и пустыми глазницами уставился на Хинату.
– Химе-сама… – Прошептал он. – Я действительно чувствую его чакру…
– Тонери, ты больше не сможешь причинять другим зло. Я уничтожила твои основные тенкецу. Иссушила их силой Хамуры. Ты больше не воин и никогда им уже не будешь, но ты можешь все исправить. Оставь луну, отправляйся на землю и продолжай род Ооцуцуки там. Потому, что глядя отсюда, ты никогда не увидишь, что помимо войн и притязаний, на этой планете есть любовь, дружба, поддержка… В последнюю войну все шиноби скрытых деревень сплотились, чтобы встать плечом к плечу. Ты видел лишь то, что хотел видеть. Был ослеплен.
Как это иронично звучало… Ведь у Тонери даже не было глаз…
Хината стояла, борясь с тошнотой и болью. Голос ее слегка дрогнул, но набрав в грудь побольше воздуха, она продолжила.
– Ты сможешь по-настоящему увидеть все изнутри – отправляйся с нами на землю… – Позвала она его, понимая, что наверное лишь он знает, как добраться назад без портала.
Тонери вздрогнул, отрывая, наконец, спину от стены и поднялся, распрямившись. Лицо его не выражало эмоций, пустые глазницы смотрели прямо на Хинату и он, сделав шаг вперед, уткнулся ей лицом в плечо. Катана Итачи в этот момент оказалась прямо у шеи лунного ниндзя, но тот проигнорировал угрожающий жест.
– Я не уйду отсюда… – Прохрипел он. – Останусь здесь и доживу свой век в одиночестве… Вероятно, я этого и заслужил… Мне жаль, Химе-сама, что Тенсейган не послал тебя мне… Как бы я хотел, чтобы в ту ночь ты умерла для своей семьи, появляясь в моем замке… Теперь я понимаю, почему он не дал мне тебя… – Он издал короткий смешок, искривляя губы в вымученной улыбке. – А, ведь, мой отец действительно увидел предсказание тогда, да? Ты все-таки меня поцеловала…
Он отстранился, поднимая взгляд своих пустых глазниц на Итачи.
– В твоих руках сокровище рода Хамуры – самый чистый цветок и ты должен его беречь. Поклянись мне, что Химе-сама будет в безопасности.
Итачи кивнул не сказав ни слова, но ослепленный Тонери прекрасно увидел ответ, ему не нужны были глаза для этого.
– Я отдам вам свою последнюю колесницу. Отправляйтесь домой. Здесь вам больше делать нечего…
И он развернулся, медленно уходя во тьму опустевшего и померкшего замка ни разу не обернувшись назад.
Хината облегченно выдохнула едва его силуэт растворился в темноте и, сжавшись от очередного выкручивающего спазма, рухнула на колени. Ее вырвало, хотя желудок с самого утра был пустой, из горла полезла желчь. Итачи мгновенно оказался рядом, поддерживая ее за плечи.
– Нам нужно отправляться домой. – Прошептала она, едва шевеля губами.
– Сусаноо сможет пронести нас обратно. – Сказал Итачи, не желая пользоваться даром Ооцуцуки.
– Нет, пожалуйста, твоих запасов чакры может не хватить на столь долгий путь… – Ее начало лихорадить. Новый спазм подкатил к горлу и Хината простонала от боли.
– Хорошо. – Итачи поднял ее на руки и в несколько прыжков преодолел расстояние до колесницы, которая мгновенно взмыла в лунное небо и понесла их домой…
***
Они неслись сквозь космическое пространство с невероятной скоростью, словно по сияющему коридору света, но Хината не могла любоваться этой красотой. Ей казалось, что жизнь вдруг решила оставить ее здесь и сейчас…
– Итачи… – Прохрипела она, чувствуя, как в легких уже не остается места воздуху.
Хината сжала край его жилета трясущимися руками и пыталась что-то сказать.
– Держись, пожалуйста держись. – Он умоляюще прижал ее к себе в объятиях все еще держа жену на руках.
– Итачи… Я люблю тебя… – Она задыхалась… В слезах, боли, водовороте света. – Я очень тебя люблю…
– Только не оставляй меня, Хината… Я не переживу этого… – Прошептал он, целуя ее в лоб. – Умоляю тебя…
Глаза девушки закрылись, а руки безвольно повисли. Она держалась ровно столько, сколько могла.
Дышит… Все еще слабо дышит.
Итачи мысленно попросил колесницу ускориться не зная, сработает это, или нет. Она теряла время, которого оставалось все меньше. Хинату нужно было срочно спасти.
Они возникли в Конохе, словно из ниоткуда, уже вечерело и колесница, словно подчиняясь мысленному направлению Итачи принесла их прямо к госпиталю.
В этот момент из главных ворот здания выходил Хьюга Хиаши и замер при виде спускающейся с неба колесницы. Едва коснувшись земли, транспорт растворился с громким хлопком, окутывая Итачи с женой на руках золотистым облаком.
– Хината! – Прокричал отец, бросаясь к дочери, но Итачи остановил его одним взглядом.
– Ей срочно нужна помощь. – Стальным голосом произнес он. – Миссия окончена, Хината дома. Глаза Ханаби Хьюга тоже. Передайте это Шестому.
И Итачи перешел на сверхскорость бросаясь в госпиталь. Хината едва дышала, по телу проходили волны дрожи, словно ее било током, а глаза были плотно зажмурены.
Влетев в главные двери, он замер на секунду, но и этого ему хватило, чтобы выцепить взглядом ирьенина с розовыми волосами.
– Итачи-сан! – Сакура не стала ожидать, а бросилась к нему навстречу.
– Скорее, помоги ей.
Медик тут же запустила диагностику и не отрывая руки от ее тела, потянула Итачи в сторону.
– Сюда, по этому коридору до конца, там есть свободная палата. Я займусь ей. – Командным тоном приказала ирьенин. – Катари, отправь мне команду медиков! Срочно!
И они поспешили по тому самому коридору в операционную палату.
Едва Итачи уложил Хинату на кровать, она издала слабый стон и перестала дышать вовсе.
– Итачи-сан, вам нужно выйти. Все будет хорошо. Доверьтесь мне.
Он кивнул и мимолетно прижавшись губами к мокрому от испарины лбу жены, вышел из палаты, куда уже бежало еще два ирьенина врываясь внутрь и закрывая за собой дверь.
Он верил Сакуре, верил, нет, надеялся, что все будет хорошо, потому, что его жена в достойных руках – именно эта девушка, он помнил, когда-то исцелила его от болезни и вернула почти потерянное зрение. Она обладала невероятной силой и даже сама Пятая считала ее лучшим медиком всего альянса шиноби. А значит, с Хинатой все будет в порядке.
Но, ведь, она перестала дышать…
Итачи не мог думать о плохом. Он просто не сможет жить дальше, если жены и еще не рожденного ребенка не станет. Он мучился сейчас, сгорая в собственном аду страхов, смешанных с надеждами и не мог совладать с собой.
Через мгновение дверь приоткрылась и в коридор просунулась голова медика.
– Итачи-сан, Сакура-сан попросила передать, что дыхание вашей жены восстановлено. С ней все будет хорошо. – Едва медик это сказал, дверь снова закрылась, оставляя его в тишине.
С ней все будет хорошо…
Он выдохнул, глотая подступившие к горлу слезы облегчения…
Она будет жить…
***
Итачи так и остался стоять там, дожидаясь еще новостей.
В коридоре возник Хиаши. Бледный, словно выкрасивший свою кожу под цвет бумаги. На мгновение он замер, глядя на Итачи.
– Ты спас мою дочь… Моих обеих дочерей…
– Я спас свою жену и ее сестру. – Отрезал Учиха не желая слушать его.
Хиаши пошатнулся, а потом просто рухнул перед ним на колени в самом низком поклоне.
– Ты спас моих дочерей. Самое драгоценное, что когда-то у меня было…
Итачи опустился рядом не желая видеть подобных жестов от главы клана Хьюга.
– Встаньте. Мы можем говорить, как равные. – Он дождался, когда Хиаши поднимется с колен, а потом встал и сам. Учиха протянул флакон с глазами Ханаби отцу и с совершенно каменным лицом сказал. – Верните наследнице ее глаза. Моя миссия выполнена, я хочу первым войти к своей жене, когда медики закончат.
– Благодарю тебя. – Снова повторил старший Хьюга, принимая из рук Итачи глаза своей дочери.
А потом он растворился в коридоре, на который уже начал наползать ночной сумрак, оставляя Учиху одного ожидать, когда ирьенины выйдут из палаты.
Четверть часа спустя Харуно Сакура сама выглянула за дверь. Но, прежде чем она что-то сказала, Итачи выдохнул, потому, что медик улыбалась.
– Все хорошо. Она получила довольно серьезное повреждение изнутри, но мы смогли помочь восстановить пострадавшие ткани. Сейчас ирьенины заканчивают восстановление. – Харуно вытерла тыльной стороной ладони лоб. – С вашим малышом тоже все в порядке. Хината скоро придет в себя и вы сможете войти.
– Спасибо… – Едва слышно поблагодарил Итачи.
Сакура кивнула и снова скрылась за дверью.
Все в порядке. С ней все в порядке. И с их ребенком тоже.
Сейчас сохранять свою привычную безэмоциональную маску было еще сложнее и он просто облокотился о стену в ожидании, когда же ему дадут войти.
Хината пришла в себя спустя, наверное, час и Итачи мгновенно оказался у ее кровати, садясь прямо на пол, чтобы их глаза были на одном уровне.
– Как ты? – Прошептала она бледными губами.
– Ты лежишь в больничной палате, едва пришла в себя после похищения, сражения и путешествия через весь космос, разодранная изнутри и спрашиваешь как я? – Он действительно удивился.
– Да. Потому, что беспокоюсь за тебя.
– Я жив. – Как всегда лаконичный ответ Итачи вызвал у нее короткий смешок.
– Я начинаю привыкать к таким ответам.
Он едва улыбнулся, глядя в ее прозрачные глаза.
– Ты очень напугала меня.
Хината скривилась в бледной улыбке, но проигнорировала эту фразу.
– Я знала, что ты придешь за мной.
– Знала?
– Да. – Она зажмурилась на мгновение, а потом снова посмотрела на мужа, пытаясь сесть. – Ты не позволил бы мне пострадать. Ты сам говорил, что не дашь меня в обиду. Ты сдержал свое слово.
