Текст книги "Психолухи. Индустрия обмана (интерлюдия) (СИ)"

Автор книги: Джонни Псих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Впрочем, у них там, наверное, вся семейка была такая. Так, упомянутая Элис, как она впоследствии писала в дневнике, уже в девятнадцать лет почувствовала себя «во власти бурных порывов истерии», разрываясь между желаниями убить себя и своего отца (по какой причине у неё были патрицидальные наклонности, так и осталось неизвестным). Десять лет спустя, её любимый брат Уильям женился. И с тех пор Элис, по её словам, чувствовала себя мёртвой. «Тем ужасным летом 78 года, я опустилась на дно глубокого моря, его мрачные воды сомкнулись надо мною, и я не знала ни надежды, ни покоя»,– писала она в своём дневнике незадолго до своей «настоящей», биологической, смерти.

Элис никогда не была замужем, и долгие годы жила с мучительным чувством одиночества и опустошённости. В 1882 году с ней случились два серьёзных нервных срыва. Нечто подобное повторялось неоднократно и в последующие годы. Несмотря на постоянное беспокойство о своём здоровье (она была ипохондриком), Элис умерла мучительной смертью от рака груди в 1892 году в возрасте 43 лет. Незадолго до её кончины Уильям писал ей письма, полные сострадания, в которых призывал её: «принимай столько морфия (или других форм опиума), сколько хочешь, не бойся стать опиумным алкоголиком. Так как для чего ещё существует опиум, если не для таких случаев?»

Известность Элис принёс её дневник, который она начала вести систематически в 1889 году, менее чем за три года до своей смерти. Элис надеялась, что дневник «может принести облегчение, как выход для того гейзера эмоций, ощущений, догадок и размышлений, который постоянно бурлит внутри моего бедного бренного тела». Дневник был полон едких, проницательных замечаний относительно реалий тогдашней действительности.

В то же время, общий тон дневника Элис был во многом таким же нездоровым, как вся её жизнь. Например, незадолго до смерти она словно выражала облегчение оттого, что ей наконец-то поставили диагноз неизлечимой болезни, и теперь она точно умрёт. Она писала об этом так: «Как говорится, ждите и дождётесь! Мои стремления могли быть эксцентричными, но теперь я не могу жаловаться, так как они блестяще исполнились. С тех пор, как я заболела (Элис считала себя больной с девятнадцати лет, когда с ней случился первый большой, «истерический», нервный срыв) я всё жаждала какой-нибудь осязаемой болезни, какой бы ужасной она ни была. Но вместо этого, мне приходилось каждый раз сгибаться под чудовищной тяжестью субъективных ощущений, за которые я несла персональную ответственность».

Действительно, с юных лет Элис слышала от докторов череду бессмысленных (по крайней мере, применительно к её конкретному случаю) диагнозов. Неврастения, истерия, ревматическая подагра, сердечные осложнения, позвоночный невроз, нервная сверхчувствительность и даже «душевный кризис». По поводу этих заболеваний доктора назначали ей различные совершенно бесполезные терапевтические процедуры, отражавшие несовершенство тогдашней медицины – от «целительного отдыха» до «электрического массажа».

Теперь же появилась определённость – болезнь, которую можно было почувствовать «на ощупь», и которая предсказуемо вела к гибели пациента: «...Уплотнение у меня в груди оказалось опухолью. На этот раз мне уже ничем не помочь, кроме как облегчить боль, и теперь это лишь вопрос времени...»

Умирая, Элис завещала дневник своей лучшей подруге Кэтрин Лоринг, с которой, согласно молве, её связывали лесбийские отношения, и просила её отправить копии братьям – Генри и Уильяму. К сожалению, несмотря на высокую оценку дневника, прозаик Генри – самый «нормальный» (в плане психологического здоровья) из известных людей в семье – был против публикации. Причиной тому было присутствие в дневнике резко негативных высказываний о современниках, к тому же упомянутых по имени. Как следствие, Генри опасался за свою репутацию.

Поэтому дневник Элис был впервые опубликован лишь много лет спустя после её смерти, в 1934 году, при участии Гарри, сына Уильяма (единственной прижизненной публикацией Элис было её письмо редактору журнала, подписанное «инвалид»). Дневник получил высокую оценку критиков и читателей, и со временем имя Элис стало одной из икон американского феминизма.

Таким образом, Уильям и Элис внесли большой общепризнанный вклад в развитие психологии и общественных движений соответственно, не обладая, мягко говоря, образцовым душевным здоровьем. Скорее, наоборот, такая необычность помогла им развиться в столь неординарных личностей.

Конечно, на это можно возразить, что Уильям Джеймс – «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой». Что ж, перенесёмся примерно на сто лет вперёд. И представим себе женщину – популярного автора, создателя собственного направления в психотерапии. А ведь было время, когда она принимала торазин (аминазин) и даже подвергалась электрошоковой терапии. В выписке из больницы её доктора не могли не отметить, что на протяжении большей части из 26 месяцев её госпитализации она была одним из самых буйных пациентов. Правда, оглядываясь назад, она считает себя тогдашнюю не столько шизофреником, сколько пограничницей.

Другая, не менее известная и признанная как специалист женщина, всю жизнь боролась с биполярным (или, как она предпочитает называть его на старый лад, маниакально-депрессивным) расстройством.

Кроме того, американские (ведь наши психолухи так любят приводить Запад вообще и Пиндосию в частности в качестве примера) лекторы и авторы учебников любят рассказывать о судьбах пациентов, которые хоть до конца так и не вылечились, однако выучились и теперь профессионально помогают другим строить тараканов в своих головах.

Таким образом, как показывают приведённые примеры, пусть для продуктивной работы человеку и нужно поддерживать минимальный разумный уровень адекватности функционирования психики, идеальное психическое здоровье никоим образом не является необходимым условием продуктивной деятельности в этой сфере.

Более того, необходимым условием не является, на самом деле, даже наличие диплома о высшем образовании! В качестве примера здесь можно привести Эрика Эриксона, писавшего о человеческой личности (не путать с «гипнотизёром» Милтоном Эриксоном!). Эриксон был одно время учеником Анны Фрейд (дочери Зигмунда Фрейда), однако так и не получил формального образования. Хотя он и оставался в рамках психодинамической перспективы, созданная им теория описывала развитие человека на протяжении всей его жизни, в противоположность психосексуальным стадиям З. Фрейда, где завершающей является генитальная фаза, в которую человек вступает в подростковом возрасте. Можно подумать, коль скоро у человека сформировались и достигли взрослого состояния гениталии, то ему уже и стремиться не к чему!

Таким образом, ни образцовое психическое здоровье, ни даже наличие профильного высшего образования не являются, строго говоря, необходимыми условиями плодотворной работы. Зачем же тогда об этом говорить? Видимо, просто кому-то это очень выгодно! Но какова же выгода? Как уже отмечалось, во-первых, согнать с дистанции своих наименее «адекватных» конкурентов – коллег, а во-вторых, отмазать психолухов в целом, как класс. Мол, действительно есть «дефективные», которые сами толком не вылечились, а потому с ними лучше не связываться. Но таковых нужно просто избегать и обращаться к правильным, а ответственность за выбор специалиста, естественно, лежит целиком на клиенте.

Есть, видимо, также и более тонкая, нетривиальная причина. Пример «неадекватных» психолухов, которые пошли учиться на психолога, вместо того чтобы обратиться за квалифицированной помощью, призван предостеречь потенциальных клиентов, упорно занимающихся самолечением. Мол, посмотрите, сколько времени и денег потратили эти люди! Они по несколько лет учились, сдали все экзамены, получили диплом, и, несмотря на это, серьёзные проблемы у них всё равно остались. Так прикиньте тогда, какие у вас реальные перспективы исцелить себя, прочитав в лучшем случае пару популярных книжек, даже написанных корифеями? А то и просто тупо просматривая статейки в интернете, зачастую написанные такими же психами, как вы, и даже хуже, если они даже не догадываются о своих проблемах.

Поднимется мститель суровый

Благодаря проведённому таким образом анализу, Джонни стал лучше понимать, почему его так бесили психолухи с их рекламой в интернете. Например, те же проститутки также несли людям зло, но они его так не раздражали. Психолухи же вели себя подобно наглым, агрессивным шлюхам, словно говорящим: «Иди ко мне, не стесняйся. Я же вижу, какие у тебя проблемы, я знаю – ты хочешь! Ты дрочишь каждый день, глядя на нарисованных тёток, чувствуя вину и стыдясь своей ущербности. Кстати, если ты не в курсе, учёные выяснили, что воздержание вредно для здоровья... А я могла бы открыть для тебя волшебный мир наслаждения полноценным сексом!..»

Казалось бы, какое дело Джонни до них? С одной стороны, есть люди, у которых, по их мнению (даже если оно навязано им теми же психолухами) имеются душевные, «психологические», проблемы. Которым, как им кажется, мог бы помочь психолух. С другой стороны – есть психолухи, готовые предоставить этим людям свои услуги. Таким образом, есть спрос, и есть предложение. Вот и удовлетворяли бы потребности друг друга! Так нет же, оказывается, всё несколько сложнее.

Оголтелые рекламные кампании психолухов вызвали неблагоприятные изменения в умах обывателей. Теперь, когда приходишь на какой-нибудь форум, дабы бесплатно, добровольно поделиться информацией о людях, представляющих опасность, начинают сыпаться дурацкие вопросы: А с какой целью ты всё это нам рассказываешь? А какие лично у тебя проблемы с этими людьми? А какое у тебя образование?.. И ни одного вопроса по существу!

Ещё неприятнее ситуация оборачивается, когда люди замечают твои странности. Если ранее это воспринималось как некая изюминка, «все гении были немного не в себе», то теперь на это смотрят иначе: ты не просто болен на голову, но ещё и лечиться не хочешь! А потому, вероятно, опасен. Особенно неприятные ситуации возникают, если ты творческий человек и пытаешься отстоять свою точку зрения. Но она никого не интересует – ведь ты того, а потому от тебя в принципе не может исходить ничего стоящего.

Джонни находил такую ситуацию нестерпимой. И ему безумно хотелось изменить мир, назло психолухам и их последователям. Как там: «Мой психиатр сказал мне, что я не смогу покорить мир... наивный раб!» По крайней мере, Джонни очень хотелось донести до людей доброй воли свои выстраданные на собственной шкуре знания.

На данном этапе его первоочередной задачей было закончить и обнародовать труд про Леночку. Джонни знал, что ему нужно было торопиться. Ведь состояние его здоровья ухудшалось с каждым днём, или, по крайней мере, ему так казалось.

Однажды Джонни проснулся утром с шумом в ушах, и почувствовал покалывание пальцев левой руки. Джонни не стал пытаться гадать, что хуже: тиннитус или парестезии. Ужасно было то и другое. Джонни вспомнил, как однажды мама призналась ему, что постоянно слушает «говорилку» (радио), чтобы заглушить шум в ушах. Через пару месяцев после этого разговора его мама могла ходить только под себя. И Джонни прекрасно понимал, какие у него теперь перспективы.

Как назло, в тот же самый день Джонни нужно было ехать по его работе в магазин за железками. Когда он вышел на улицу, у него закружилась голова. А нужно было идти пешком до метро. Он с большим трудом передвигался, словно пьяный, стараясь идти по стеночке, или там, где есть за что схватиться, чтобы не упасть в случае чего. Так, с горем пополам, в состоянии постоянной паники, он доехал до соседней станции метро, рядом с которой находился магазин. Однако когда до магазина оставались уже буквально считанные десятки метров, его накрыло до боли знакомое отвратительнейшее чувство нереальности окружающего.

Сколько Джонни себя помнил, по крайней мере, всю сколько-нибудь сознательную жизнь, его очень часто посещал безотчётный, мучительный страх смерти, по-видимому, обусловленный органической патологией центральной нервной системы. Вся его жизнь словно протекала под девизом memento mori. Однако теперь, в эти дни, обычный для него экзистенциальный ужас принял очертания вполне конкретного опасения не успеть реализовать свои планы, и в первую очередь – закончить и обнародовать книгу о Леночке. И ухудшавшееся самочувствие только усиливало эти опасения.

Невыносимо терзаемый такими страхами, Джонни вынужден был отказаться от первоначального замысла рассказать всё целиком, вплоть до недавнего окончательного расставания с Леночкой. К тому же, описание отдельных, особенно неприятных моментов их общения давалось ему слишком тяжело. От переживаний, вызванных нахлынувшими воспоминаниями, у Джонни болезненно сжималось сердце. И тогда к его страхам добавлялся ещё один: умереть от сосудистой катастрофы, спровоцированной сильными негативными эмоциями.

В итоге, Джонни кое-как скомкал финальную часть своих мемуаров, оборвав их на более-менее подходящем месте, когда он вроде как уже не предполагал более общаться с Леночкой. Впрочем, выбрать такое место было несложно, так как в их общении было много ситуаций, когда Джонни зарекался продолжать контакты на таких унизительных условиях, однако стоило Леночке поманить пальчиком, и его снова неудержимо влекло к ней.

А когда Джонни принялся вычитывать текст, на него неожиданно снизошло отрезвляющее просветление: написанное им было не просто бредом, но безграмотным, неуклюже написанным бредом. Ему самому неловко как-то было это читать. Однако теперь деваться было некуда – ведь столько сил уже было потрачено в процессе написания, столько неприятных моментов в какой-то мере пережито заново.

Джонни бросил вычитывание текста. Он рассудил так: если станут читать и людям понравится, то потом чисто техническую сторону можно будет довести до ума. А там, смотришь, и грамотные редакторы найдутся (впрочем, Джонни тут же оборвал полёт своей фантазии циничной мыслью «мечтать не вредно»)... Если же нет, то какой смысл тогда стараться?

Словно желая компенсировать недостаток качества своей работы количеством ресурсов, которые он обгадит своими шедеврами, при помощи поисковой системы google Джонни нашёл несколько десятков «сайтов для авторов». Причём сразу отсеял те, где либо требовалось утверждение редактора (эти точно не оценят!– скептически подумал Джонни, в чём, скорее всего, был прав), либо сначала нужно было прорецензировать несколько чужих работ (чукча не критик, чукча писатель,– думал Джонни). После чего принялся методично заливать свой бред про Леночку на оставшиеся ресурсы, один за другим.

Его работу приняли хуже, чем он мог себе представить в самых депрессивных мыслях. На наиболее посещаемых ресурсах, где было много читателей, в первый день его работу прочитали... да нет, нельзя даже утверждать, что прочитали, а просто открыли... скорее всего, тут же испытали отвращение и, плюнув, пошли дальше по своим делам, от силы два-три человека. Однако на таких популярных сайтах было много и писателей, а потому на следующий же день история про Леночку уже была на второй странице, потом ещё дальше, а потому её уже никто и не видел. Не зря же такие сайты предлагают своим авторам за деньги поднимать свои работы на заглавную страницу,-думал Джонни. И, таким образом, чтобы тебя заметили, нужно были либо иметь много денег, либо действительно хорошо, увлекательно писать. Увы, у Джонни было сложно с тем и другим, а потому ему по-прежнему было суждено прозябать в безвестности. На других же, менее посещаемых ресурсах, его и вовсе никто не читал.

Впрочем, всё же был один сайт, где Джонни не только читали чуть больше (человек десять, быть может), но даже появились первые отклики. Вот только оказались они едва ли не диаметрально противоположными тому, на что Джонни хотел бы надеяться. Это был ресурс для молодых, начинающих писателей. Джонни решил, что раз он молод душой (или инфантилен, «всё время детство в жопе играет», как это неприязненно формулировали тётки с сайтов знакомств), то он имеет моральное право выдавать себя за юное дарование. Но вот незадача: настоящая молодёжь, присутствовавшая на том сайте, не была готова оценить его порывы.

Первой отписалась девица, представившаяся как «красавица Еленочка». Она первым делом отметила оптимизм Джонни. Мол, писать труд такого объёма и надеяться, что кто-то его прочтёт до конца, по меньшей мере, самонадеянно. Тем более, если этот «роман» при ближайшем рассмотрении оказывается попросту записками больного человека. По словам Еленочки, там нечего даже обсуждать, поскольку сразу становится понятным: нормальные люди так не думают, а грамотные авторы так не пишут.

Джонни робко попытался оправдаться. Признал, что у него тяжёлый стиль, но он знает об этом и в дальнейших работах постарается исправиться. Еленочка, однако, была настроена скептична. По её словам, *такую* манеру письма может исправить только могила, а уж про полную неспособность понимать других людей и говорить нечего! Как сказала Еленочка, то, о чём пытается писать Джонни, называется «психология». Но он в ней ничего не понимает. А потому его потуги говорят больше о серьёзности его душевных проблем, нежели о людях, о которых он пытается рассказать.

Еленочке стал подпевать хор мальчиков – завсегдатаев сайта. Они рекомендовали Джонни обратиться к тому, кто сможет по достоинству оценить его творчество. А именно, к психиатру. Нет, безусловно, он тоже не будет читать *это* полностью. Зато может подсказать, о чём это свидетельствует и можно ли здесь как-то помочь в плане лечения.

Джонни понимал, как глупо обижаться на этих, по сути, детей. Ведь их сверстники уже чего-то добились, пусть даже в смысле, основанном на отвратительных понятиях нынешней российской действительности. Парни разводили на деньги и прочими способами эксплуатировали старшее поколение и прочих честных людей, вынужденных добывать своё пропитание содержательным трудом. Девушки... например, облизывая гениталии солидных мужчин постарше. Тем же, кто сидел на этом сайте, оставалось только скрываться в мире своих фантазий от психической травмы, связанной с признанием себя неудачником по жизни, проигравшим крысиные бега.

Безусловно, собравшиеся здесь ребята в той или иной мере были творческими людьми, и это замечательно. Однако их таланты растрачивались вхолостую в иллюзорных мирах, населённых полуголыми японскими школьницами, которых эти ребята не только никогда не видели в реальной жизни, но с которыми они даже не общались виртуально. Собравшиеся на этом сайте для молодых авторов половозрелые (или почти половозрелые) дети в основном писали нечто вроде «фанфикшн». Тем самым они лишь подстёгивали потребление, дополнительно обогащая и без того зажравшуюся (несмотря на благородную деятельность пиратов) мультяшную индустрию. И, естественно, это было очень на руку большим дядям – медиа магнатам.

Конечно же, Джонни также писал о не совсем обычных людях. Однако его героиня была срисована с реальных людей с серьёзной патологией личности, представляющих опасность для других и приносящих окружающим вред. Кроме того, Джонни собирался подробно рассказать людям доброй воли о приёмах, которые деструктивные типы могут использовать, чтобы обманом тянуть из них деньги, подло используя их доверчивость, стремление помочь другому, а также чувство одиночества и иные уязвимости психики. Как подобает произведениям, написанным в духе старого доброго критического реализма, не гнушался Джонни и суровых социально-экономических явлений, таких как бедность и классовая ненависть. Только он, пожалуй, делал больший акцент на отражении складывающейся ситуации в сознании человека. А потому Джонни предпочитал называть свой метод анализа действительности, используемый им в его произведениях, психическим реализмом.

К своему немалому удивлению, после полного провала своей кампании по размещению Леночки в интернете, Джонни не отчаялся окончательно. Скорее, ещё сильнее озлобился. Теперь уже не только на сучку, которая с ним так обошлась, а также прочих психопатов, но уже практически на весь окружающий мир, в котором совершенно никто не хотел его понять и принять. Люди даже даром и без просмотра рекламы не желали брать те знания, которыми он пытался поделиться.

Но более всего Джонни не давала покоя мысль о том, как сучка его использовала и пошла дальше искать себе новых жертв. А он, получается, понеся такие моральные и материальные потери, из этой истории ничего не вынес, так как даже сведения, добытые им столь дорогой ценой, оказались не нужными никому. Выходит, желая делать добро людям, он лишь подкармливал и вдохновлял мразей, презиравших его как лоха последнего.

Налившись гневом от этих мыслей, Джонни снова загорелся нестерпимым желанием пойти и тотчас же расправиться с мразью. Нет, не убить её совсем, но привести в такое состояние, чтобы она уже больше никогда даже не смогла ни на ком паразитировать, а жила на пособие по первой группе инвалидности, которую он ей постарается организовать. Однако при этой мысли физическое состояние Джонни напомнило ему о себе знать приступом головокружения, и ему пришлось есть. Пользуются моим слабым здоровьем, суки! Ничего, я всё равно с вами рассчитаюсь,– пытался утешать себя Джонни.

Неожиданно у Джонни зародилась идея, как он отомстит всему миру за невнимание к его персоне. Не хотите, значит, меня читать? А придётся! Джонни задумал писать одну за другой статьи со ссылками на свой сайт и размещать их в разных более-менее подходящих для этой цели местах в интернете. Если статей будет достаточно много, то человек встретит его материал один раз, другой, третий... а потом смотришь – не удержится и прочитает. Таким образом, даже несмотря на полный провал истории про Леночку, Джонни ещё не отчаялся. Напротив, он был исполнен решимости гадить своим бредом в интернете до тех пор, пока не помрёт, или не начнёт гадить под себя в самом буквальном смысле. Главное – успеть написать достаточно статей.

Джонни также подумал о целесообразности отказа от анально-перфекционистской тенденции слишком долго думать над статьями, пытаясь их усовершенствовать, а в результате только ухудшая. Джонни также не видел смысла стремиться к особой оригинальности материала в своих рекламных, по сути, статьях. Достаточно было только переписать фрагменты чужих текстов другими словами. К счастью, у Джонни не было в этом плане особых комплексов относительно плагиата и так далее.

За основу для первой подобной статьи Джонни решил взять записки блоггера, известного под погонялом Мозг Нудный. Этот весьма знающий человек писал о вопросах, очень интересовавших Джонни, а именно – о справедливости и мести. Таким образом, Джонни собирался противопоставить злу, исходящему от психолухов, свои соображения, дополненные сведениями, полученными от Мозга Нудного и других писателей – людей доброй воли в интернете. Каковы же были позиции его противников?

Психолухи поучали посетителей тренингов и читателей своих книжек примерно таким образом: Работая на чужого дядю, успеха в жизни не добьёшься. И даже если будешь пахать на себя, как папа Карло, богатства тебе не видать. Ты сможешь добиться процветания, лишь заставив других людей работать на себя. Однако просто так, по доброй воле, они этого, конечно же, не захотят. Соответственно, возникает вопрос, как этого добиться.

Конечно, самый прямолинейный способ – угроза физического насилия. Однако если ты не босс мафии, достаточно велики шансы быть убитым либо посаженным. Да и вообще, такие грубые способы подходят быдлу, а не интеллигентным людям. Более же грамотный подход заключается в том, чтобы научиться влиять на психику другого человека, манипулируя его мыслями и эмоциями. Тогда он (по крайней мере, какое-то достаточно продолжительное время) будет охотно делать то, что нужно вам, даже в ущерб своим собственным интересам.

Джонни находил очень показательным, насколько открыто и бесстыдно психолухи это проповедовали: «...этот кошмар и цинизм и есть наша жизнь. Я учу приемам психического подавления, учу способам манипулирования. В современном мире, как в спорте, побеждает лишь тот, кто умеет нападать»... «Порой так хочется кое-кого тихо придушить. Но почему-то нельзя. Нужно наклеивать улыбочку, кивать и беседовать, как ни в чем не бывало. Не волнуйтесь! В процессе вежливой беседы человека можно так по стенке размазать, что и родная мама не узнает. И все это проделать мило, тихо, аккуратно. После чего от вашей жертвы можно смело требовать все, что угодно. Главное: изучить искусство психоподавления»... «Смотрите на вашу будущую жертву как на некий «биологический объект». Как говорил герой одного фильма: «Когда я иду вышибать деньги, передо мной не человек, а запись в записной книжке»»... «Превратитесь в этакого киборга, Терминатора, у которого эмоции отсутствуют как таковые».

Примечательно было и то, как тот же автор считал мифами абсолютность порока и добродетели, стремление людей к справедливости и их потребность знать правду. И, естественно, для этого маститого психолуха «Деньги – это преимущество качественной жизни». А «если вы поддерживаете миф о том, что деньги портят людей, они уводят от духовности, вы действительно начнете находить подтверждающие это примеры, а денег так и не увидите. Ну, а примерами сыт не будешь».

Ещё один деятель, по фамилии Козлищев, основавший для обучения психологическим манипуляциям аж целую психосекту, считал себя большим учёным. По его мнению, понятия добро и зло относительны. Мол, что для одних зло, для других – добро. В этом господин Козлищев, несомненно, в некоторым смысле был прав. Зло, которое он нёс людям, гадя в их сознание на их же средства, было для него добром, т.к. приносило ему солидный доход. Он также интересным образом публично рационализировал обучение людей деструктивным межличностным приёмам. Мол, если я этому не научу, это сделают другие. Есть спрос – есть предложение. Джонни, читая его высказывания, не мог не подумать, что такой логикой можно оправдать обучение многим славным «профессиям», от киллеров до воров-карманников. И вообще, г-на Козлищева, как человека «науки», по его словам, особо не интересовали «оценочные суждения». Он, по его словам, всего лишь даёт людям знания, а уж как они ими распорядятся,– дело их выбора. Здесь, конечно же, г-н Козлищев лукавил. Уж он-то прекрасно знал, как станут применять полученные от него «знания» его слушатели и читатели. Более того, он время от времени явно наставлял их о лучших путях такого использования.

Джонни, конечно, понимал, что за последние годы (несмотря на героические усилия некоторых, обычно особо не признанных, героических личностей) наука, особенно гуманитарная (если её вообще можно называть наукой) во многом превратилась в продажную девку капитализма. Где за гранты, известность, статус многие готовы продать душу дьяволу. Но чтобы до такой степени...

Джонни больше всего беспокоило даже не то, чему эти деятели научат своих адептов. В конце концов, с познавательной точки зрения материалы их тренингов по большей части представляли собой лажу, имеющую в лучшем случае лишь маргинальную эффективность. Значительно опаснее была проповедь бездушно – инструментального отношения к людям, при котором они выступают лишь как средства решения определённых эгоцентрических задач, после чего за ненадобностью их можно исключить, выкинуть из своей жизни.

Каковы же были контраргументы Джонни, которыми он хотел поделиться со своими читателями? Во-первых, деньги действительно портят людей. Повышение благосостояния, особенно быстрые и лёгкие деньги, о которых так любят вещать психолухи на своих тренингах, делает людей менее честными, снижает их склонность помогать и проявлять сострадание, иными словами – лишает их качеств, характеризующих человека в высоком смысле слова. Впрочем, как Джонни довелось почувствовать в общении с троллями – завсегдатаями психологического форума, само понятие человека в высоком смысле слова во многом утратило смысл для обывателей, слишком увлечённых погоней за золотым тельцом и прочими идолами и фетишами потреблядства.

Психолухи любят отождествлять «деньги = качественная жизнь». Но как измерить реальное качество жизни? Наверное, резонно будет предположить, что качественно живущие люди считают себя счастливыми. Однако к настоящему времени уже достаточно достоверно установлено: коль скоро у человека есть некий разумный прожиточный минимум, он не становится счастливее от дальнейшего повышения благосостояния. (Впрочем, справедливости ради, этот базовый стандарт ощутимо выше официального прожиточного минимума в РФ, установленного теми, чьи доходы на несколько порядков выше и кому реально наплевать на судьбы неимущих). Получается парадокс: люди, тратящие столько усилий на то, чтобы стать богаче соседа, не начинают больше радоваться жизни, даже если им это удаётся.

Более того, многие победители лотерей (вот он, казалось бы, вожделенный идеал – лёгкие деньги, – который рисуют перед своей паствой разные «тренеры»!) становятся в итоге несчастными. Например, вначале они купаются в роскоши, а затем приходят в отчаяние, когда в отсутствие стабильного источника высокого дохода не способны далее поддерживать такой уровень потребления, от которого теперь им очень трудно отказаться. Или родственники и друзья сразу начинают хором просить помочь материально. Получая отказ, некогда близкие люди становятся врагами. В результате, сильно страдают социальные контакты «везунчиков», значительно более важные для счастья человека, нежели деньги как таковые.

В этом плане Джонни представлялась более разумной точка зрения, согласно которой важно не сколько у тебя денег (при наличии необходимого минимума), а то, как ты их тратишь. И в этом плане оптимальный вариант – расходовать какую-то заметную часть своих средств на других людей. Причём не в форме оплаты за какие-то услуги, а от чистого сердца, чтобы им помочь или просто сделать приятно. Эта идея была до некоторой степени эмпирически обоснована чуваком по имени Михаил, который ставил на людях опыты и чей ролик на эту тему Джонни видел в инете.

Более того, нечто подобное Джонни испытал на собственном опыте. Ведь у него всегда были идеи о том, как изменить мир, чтобы жизнь людей стала лучше. Однако даже из тех очень немногих знакомых Джонни, которые хоть как-то с ним общались, его глубокие мысли никто не хотел слушать, считая их бредом, даже если они ему из вежливости не говорили об этом открыто. Или предлагали не рассуждать абстрактно о благе для всего человечества, а помочь кому-то конкретными действиями.