355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Deserett » Ведьмы » Текст книги (страница 3)
Ведьмы
  • Текст добавлен: 24 марта 2017, 12:30

Текст книги "Ведьмы"


Автор книги: Deserett


Жанр:

   

Сказки


сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

КОПЖД


Только для участников собрания.

Помещение зарезервировано для ежегодных встреч членов Королевского общества за предотвращение жестокости к детям.

Дверь оказалась приоткрытой, и я заглянул внутрь. Комната показалась мне огромной. Перед сценой стояли рядами стулья, их было бессчетное количество. На сиденьях лежали красные кожаные подушечки, а сами стулья отливали позолотой. И здесь не было ни души!

Бочком, бочком я осторожно протиснулся в дверь. Какое прекрасное тайное убежище, как раз то, что нужно! Наверное, собрание КОПЖД состоялось накануне, а сегодня его участники разъехались по домам. Но даже если это и не так и они вдруг появятся здесь, разве эти удивительно добрые люди обратят внимание на маленького дрессировщика мышей, занятого своим делом?

В глубине помещения я заметил высокую ширму, расписанную китайскими драконами. Я сразу же решил, что самое безопасное место – за ширмой. Там я устроюсь и начну дрессировку мышей.

Я не испытывал никакого страха при мысли о членах Королевского общества, которые против проявления жестокости к детям. Я опасался лишь внезапного появления мистера Стрингера. Если только директор войдёт в эти двери и увидит меня здесь, я даже пикнуть не успею, как мои бедные мышки расстанутся с жизнью в ведре швейцара!

Я прошёл на цыпочках через весь зал и расположился за ширмой на толстом зелёном ковре. Здесь было просто отлично! Идеальное место для моих упражнений.

Я достал из карманов Вильяма и Мэри и посадил их на ковёр, они сидели тихо и послушно. Сегодня я намеревался обучить их лазать по натянутому шнуру. Вовсе нетрудно научить умную мышку хорошо исполнять этот трюк, но только при условии, что вы знаете, как это делать. Во-первых, нужен шнур или верёвка. Верёвка у меня была. Кроме того, вам потребуется кусок кекса. Любимое лакомство белых мышей – это чёрносмородиновый кекс, они по нему просто сходят с ума! Я захватил с собой слегка засохший кекс, который позавчера подавали нам к завтраку. А теперь сделайте вот что: туго натяните верёвку, но для начала руки нужно развести на ширину трёх дюймов

[2]

[Закрыть]
, не больше. Затем посадите мышку на правую руку, держа в левой руке кусочек кекса. Находясь так близко от лакомства, мышка видит кусочек и ощущает его аромат.

И вот движение вперёд и… она уже готова схватить кекс, но не тут-то было! Оказывается, чтобы добраться до ароматного ломтика, надо сделать ещё два шага. Всего два шага по туго натянутой верёвке. Мышка рискует двинуться вперёд, она ставит на верёвку одну лапку, потом другую. Если мышка хорошо держит равновесие, а большинство из них очень ловкие, то очень скоро она осваивает этот трюк.

Я решил начать с Вильяма. Он без колебаний рванул по верёвке прямо к кексу. Я позволил ему откусить маленький кусочек, чтобы возбудить у него аппетит, а потом снова посадил его на правую руку.

В следующий раз я сделал натянутую верёвку чуть длиннее. Я развёл руки дюймов на шесть в стороны. Но Вильям уже всё понял. Великолепно балансируя, он шаг за шагом прошёл по всей длине верёвки к своей цели. Я вознаградил его ещё одним кусочком кекса.

Вскоре он мог пробежать по натянутой верёвке целых двадцать четыре дюйма! Я с восторгом следил за его успехами. По всему видно, что и Вильям играет с удовольствием. Я старался держать верёвку невысоко над полом, чтобы в случае падения он не ушибся. Но он ни разу не сорвался вниз. Он балансировал на верёвке как настоящий акробат. Великий мышонок на натянутой верёвке!

Когда пришла очередь Мэри, я посадил Вильяма на ковёр возле себя и насыпал ему побольше сладких крошек. И приступил к занятиям с Мэри. Ведь моим страстным желанием было открыть однажды Цирк белых мышей, стать его директором, хозяином. Я не раз представлял миниатюрную сцену, крошечный красный занавес на ней. Вот занавес рас крывается, и публика видит прославленных на весь мир мышек. Они носятся по натянутому шнуру, качаются на трапециях, крутят сальто в воздухе, прыгают с трамплинов и делают ещё много чего забавного.

Я хотел бы научить белых мышек ездить верхом на белых крысах, которые носились бы по сцене, как лошади, в бешеном галопе, круг за кругом. В мечтах я уже видел себя путешествующим на поездах первым классом по всему миру вместе со своим прославленным цирком. Наша труппа даёт представления повсюду и даже выступает перед королевскими семействами.

Мы с Мэри уже добились кое-каких успехов, как вдруг я услышал голоса. Они звучали где-то за дверью, но становились всё громче. Шум нарастал, как будто множество сильных глоток производили его. Среди общего гула я расслышал голос ужасного мистера Стрингера, директора отеля.

– Господи, помоги мне, – прошептал я.

И ширма меня спасла. Я весь сжался, подглядывая за происходящим в щёлочку между двумя складными створками. Мне было видно почти всё пространство огромного зала, но сам я оставался в укрытии.

– Ну вот, милые леди, надеюсь, здесь вам будет удобно, – произнёс директор, появляясь в дверях в своём чёрном фраке. Он с важностью развёл руками, словно приглашая столпившихся дам войти. – Если вам что-нибудь понадобится, – продолжал он, – немедленно дайте мне знать. После окончания вашей встречи на Солнечной веранде для вас будет сервирован чай.

Поклонившись, директор удалился, а в комнату стремительным потоком хлынули представительницы Королевского общества за предотвращение жестокости к детям. Все они были одеты в красивые платья, а их головы украшали прелестные шляпки.


Собрание

И хотя директор вышел из зала, я не очень-то беспокоился. Что может быть лучше, чем оставаться в помещении, заполненном милыми дамами, озабоченными вопросами жестокого обращения с детьми? Вообще-то я мог бы и заговорить с ними и даже попросить их посетить нашу школу – чтобы они увидели, как там обстоят дела. Они могли бы оказать нам кое-какую помощь.

А между тем леди всё входили и входили, непрерывно болтая о чём-то. Они толпились в проходах между рядами, отыскивали свои места, и отовсюду слышались их возгласы:

– Иди сюда, садись со мною рядом!

– Милая, дорогая!

– О, привет, Беатрикс! Я тебя не видела с нашего последнего собрания!

– Какое у тебя прелестное платье!

Я всё же решил, что останусь в своём укрытии, пусть они проводят собрание, а я буду тихонько дрессировать мышек. А пока я наблюдал за дамами, подглядывая в щёлку ширмы. Сколько же их здесь? Я прикинул, что не менее двух сотен.

Они все словно стремились устроиться как можно дальше от сцены. Я обратил внимание на одну из них, в крохотной зелёной шляпке, она тоже примостилась где-то в последнем ряду зала. Эта леди непрерывно почёсывала свою шею. Меня удивило, что она буквально не опускала руку, а всё время скребла свою шею и волосы над ней. Если бы она только знала, что за ней наблюдают, она бы, наверное, очень сконфузилась. Может быть, она страдала от перхоти?

И вдруг я заметил, что ещё одна дама в последних рядах занята тем же. И ещё одна! Боже, и ещё! И ещё!

Оказывается, очень многие сидели, почёсываясь. Некоторые из них скребли свои волосы, как сумасшедшие, другие чесали свои шеи и затылки. Я даже подумал о блохах и вшах. У нас в школе был один неопрятный мальчик Эштон, так его заставили промыть волосы скипидаром, и ничего такого с ним не случилось, зато голова у него стала чистой. Меня уже начала беспокоить эта всеобщая страсть к почёсыванию.

Ужасно забавно наблюдать за человеком, который делает что-то не совсем пристойное и не подозревает, что кто-то его видит. Ведь беспрерывно почёсывать свою голову на людях не будешь, это не очень приятное зрелище.

И тут произошло нечто потрясающее. Одна леди, скребя свою голову, запустила пальцы прямо под волосы. И при этом копна волос на её голове слегка приподнялась! И тут я догадался, что под волосами леди почёсывает свой череп.

На ней был парик! И руки – в перчатках! Почему я раньше этого не заметил! Я окинул быстрым взглядом всё собрание, и вдруг в глаза мне бросилось, что все дамы – в перчатках.

Кровь в жилах моих заледенела. Меня била мелкая дрожь. Я с ужасом оглядел весь зал для игры в мяч, в надежде найти хоть какую-нибудь дверь, чтобы выскользнуть отсюда незамеченным. Но никаких других дверей не было!

Может, попробовать выскочить из-за ширмы и стремительно рвануть к главному выходу? Но двери уже закрыты, и возле них какая-то женщина! Тут я увидел, как она наклонилась и связала ручки дверных створок металлической цепочкой.

«Спокойно, – сказал я себе. – Ведь тебя ещё не заметили. Им просто незачем заглядывать за эту ширму».

Но я прекрасно понимал, что малейший звук выдаст меня. Тихое покашливание, шмыганье носом или ещё что-нибудь подобное – и я в лапах этих двухсот существ! На миг мне показалось, что я теряю сознание. Сколько всего сразу на меня свалилось! Разве под силу одному мальчику справиться с этим?

Но когда я понял, что мне отсюда не выбраться, я улёгся на ковёр и притих. Слава богу, что меня скрывала ширма! Вокруг стояла абсолютная тишина. Преодолевая свой страх, я всё же взглянул в щёлочку ещё раз и увидел, что…


Поджаренный, как лепёшка

Я увидел, что все женщины, то есть все ведьмы, сидели на своих местах и смотрели, словно загипнотизированные, в одну точку.

На сцене кто-то появился. Это тоже была женщина. Сначала меня поразили размеры её тела: она была очень маленького роста, не более чем четыре с половиной фута!

[3]

[Закрыть]
Она показалась мне молодой, лет двадцати пяти, и очень симпатичной. На ней было элегантное чёрное платье, спускавшееся до полу, и тёмные длинные, почти по локоть, перчатки. В отличие от всех присутствовавших, шляпу она не носила.

Она совсем не походила на ведьму. Но всё же это была настоящая ведьма! Иначе что бы она делала здесь? И почему, чего ради собравшиеся смотрят на неё с благоговейным ужасом и восхищением?!

И тут леди, стоявшая на сцене, неторопливым движением поднесла руки к своему лицу. Я заметил, что её затянутые в перчатки пальцы словно отстегнули что-то за ушами. И вдруг, о ужас! Она потянула себя за щёки и сняла с головы своё лицо! Теперь её прежде хорошенькое личико болталось у неё в руке. Да это была маска!

Сняв её, ведьма оглянулась и бережно положила на маленький столик, стоявший позади, а когда снова повернулась, я зажал себе рот руками, чтобы от ужаса не закричать.

Нечто, напоминавшее лицо, было высохшим, сморщенным, измятым, словно промаринованным в уксусе, и имело отвратительный вид. И вообще производило впечатление разлагающейся, гниющей материи.

Особенно мерзко выглядело это нечто по краям, впрочем, и рот, и щёки были тоже отвратительны. Мне даже показалось, что кое-где её новое лицо потрескалось и словно изъедено червями.

Иногда, стоит чего-то испугаться, и вас словно парализует. И это случилось со мной сейчас. От ужаса я не мог сдвинуться с места. Я словно оцепенел. Я не мог пошевелиться, а мой взгляд был прикован только к лицу этой женщины. Но вот что поразило меня больше всего – это змеиный взгляд, которым она злобно окидывала всё собрание.

Я, разумеется, сразу догадался, что передо мной сама Великая старшая ведьма. Понял я и то, почему она носила маску. Ведь в своём естественном обличье она вряд ли смогла бы показаться на людях или, например, заказать номер в отеле. Любой, увидевший её, от страха с воплем тотчас убежал бы.

– Двери! – приказала Великая старшая ведьма голосом, который заполнил собой всё свободное пространство и эхом отлетел от стен. – Двери на засове? Цепи закреплены?

– Да, ваше величество! – отозвался чей-то голос.

Сверкающий змеиный взгляд немигающих глаз, глубоко посаженных на её источенном червями лице, скользил по сидевшим перед ней ведьмам.

– Можете снять перчатки! – приказала она.

Я явственно услышал в её голосе тот металлический призвук, который поразил меня в голосе незнакомой леди, стоявшей тем вечером в нашем саду, под каштаном, на котором я сидел. Её голос скрипел и дребезжал, и в то же время она как будто порыкивала, а в некоторые мгновения – и взвизгивала.

Сидящие в зале стали стягивать перчатки. Мне хорошо были видны руки ведьм, находившихся в задних рядах. Мне хотелось убедиться в том, что моя бабушка была права, говоря об их пальцах.

О, да! Всё было именно так. Я увидел коричневые крючковатые когти на концах длинных пальцев. Они были не меньше двух дюймов в длину! И какие же это были острые когти!

– Можете снять и туфли! – пролаяла Великая старшая ведьма.

Я услышал всеобщий вздох облегчения, пронёсшийся над залом: ведьмы сбрасывали со своих ног узконосые туфли на высоких каблуках. Я бросил взгляд под кресла и вправду увидел широкие беспалые ступни. Они вызвали у меня неприятные ощущения.

– Можете снять парики! – прорычала Великая старшая ведьма.

Манера говорить у неё была довольно странная, и мне слышался в её речи иностранный акцент, какие-то грубые гортанные звуки, к тому же некоторые звуки ей не давались, и она произносила их с видимым усилием. Например, звук «р» она долго и неумело катала во рту, как кусочек хрустящей мясной корочки, и только потом словно выплёвывала его: р-р-р.

– Снимайте парики, пусть воздух освежит ваши головы, – прорычала она.

Над рядами снова пронёсся вздох облегчения. Все руки поднялись вверх, и в воздух взлетели парики с сидящими на них шляпками. Я с ужасом смотрел на ряды возвышавшихся над стульями лысых голов, целое море обнажённых черепов. Они казались мне воспалёнными, покрасневшими от натиравших кожу подкладок париков.

Я просто не в силах передать своё впечатление от этого ужасающего зрелища! И всё же было что-то карикатурное в этих лысых леди с квадратными беспалыми ступнями: ведь одеты они в великолепные платья. Картина была чудовищной!

«Господи, смилуйся надо мной! Помоги мне! – взмолился я мысленно. – Ведь эти мерзкие безволосые существа, все до единой, детоубийцы! А я здесь, среди них, словно заточён в тюрьме, из которой не выбраться!»

И в эту минуту ещё более ужасная мысль пронзила меня. Я вспомнил рассказ бабушки об их чутких носах с особенными ноздрями, которые способны распознать ребёнка, даже если он находится на другом конце улицы. Всё, что она говорила прежде, оказалось правдой. Поэтому я допускал, что кто-то из ведьм в последних рядах непременно меня учует, тогда комнату сотрясёт её пронзительный визг, а меня загонят в угол, как крысу. Я весь сжался в комок, боясь дышать.

Но тут мне вспомнилось кое-что ещё из бабушкиных историй о ведьмах. «Чем неопрятнее и грязнее ты будешь, тем труднее ведьме тебя учуять» – так она говорила. Я начал вспоминать, когда в последний раз принимал ванну. Не так давно. Я жил в отдельной комнате, и бабушка не вмешивалась в такие мелочи моей жизни. Выходит, последний раз я мылся в день приезда.

А когда же умывался? Точно, не сегодня утром. Может, вчера? Я посмотрел на свои руки – они были грязными, в каких-то подозрительных пятнах и разводах. Значит, у меня оставался шанс избежать расправы. Как говорила бабушка, флюиды моего тела не пробьются сквозь такие слои грязи. («Вонька» – так называют их ведьмы.)

Между тем Великая старшая ведьма хрипло воззвала:

– Ведьмы Инкландии!

[4]

[Закрыть]
(Я заметил, что ни парика, ни перчаток, ни узконосых туфель она не сняла. Ведьмы задвигались на своих местах, выпрямляя спины.) Несчастные ведьмы Инкландии! – продолжала Великая старшая ведьма. – Бесполезные, ленивые создания! Жалкие бездельницы! Вы – не больше чем кучка ничтожных червей!

Заметная дрожь пробежала по рядам. Ведьмы поняли, что их Великая предводительница находится не в лучшем расположении духа. Мне же снова пришла в голову мысль, что вот-вот произойдёт что-то ужасное.

– Когда сегодня утром во время завтрака я поглядела в окно, то я увидела… Как вы думаете, что я увидела? Это было возмутительное зрелище: на песке у моря играли тысячи мерзких, отвратительных детей! У меня мгновенно пропал всякий аппетит!!! – Эту фразу она буквально провизжала. – Почему бы вам не заняться этими мерзкими, вонючими существами?!

С каждым словом из её рта вылетали брызги бледно-голубой слюны.

– Так почему же, снова спрашиваю вас я? – прорычала ведьма.

Все молчали.

– От детей дурно пахнет, – продолжала она рычать. – Мир отравлен этой вонью, а вы не замечаете их, хотя они окружают нас повсюду!

Лысые головы разом закивали, словно соглашаясь с Великой предводительницей.

– Один ребёнок в неделю, – продолжала она, – разве это много? И это всё, на что вы способны?!

От её крика у меня звенело в ушах.

– Мы постараемся… Мы будем активнее… – забурчала испуганная публика.

– Постараемся… – снова взвизгнула их предводительница. – Это всё пустые слова. Я требую от вас максимальных усилий! Это мой приказ! Я приказываю очистить эту страну от вонючих детей. Их нужно стереть с лица земли! Растоптать! Разорвать на клочки! Ясно ли я выражаю свои мысли?

Глубокий вздох пронёсся над головами собравшихся. Я заметил быстрые испуганные и взволнованные взгляды, которыми обменивались ведьмы. И тут одна из них, из первых рядов, громко выкрикнула:

– Да, да! Уничтожить! Но ведь всех мы уничтожить не сможем!

Великая старшая ведьма быстро обернулась на этот выкрик, словно получила сильный удар шпагой.

– Кто это сказал? – огрызнулась она. – Кто смеет возражать мне? Это ты, не так ли?

Затянутым в перчатку пальцем, острым как игла, она ткнула в сторону одной из ведьм.

– Я не это имела в виду! – вскрикнула та. – Я не хотела вам возражать. Я просто рассуждала… вслух.

– Неправда! Ты посмела спорить со мной! – взвизгнула Великая ведьма.

– Нет, нет! Я говорила сама с собой! – почти рыдала несчастная. Она уже дрожала от страха. – Клянусь вам!

Великая старшая ведьма сделала медленно два шага вперёд, и, когда она заговорила, я оцепенел.

– Та ведьма, что хоть раз мне надерзит,

Пускай горит, пускай горит,

Пускай сгорит! -

продекламировала она, взвизгивая.

– Нет, о нет! – взмолилась бедная ведьма из первых рядов.

Но Великая старшая ведьма безжалостно продолжала:

– И если ведьма разума лишится,

Пускай в огне с шипеньем растворится!

– Помогите! Спасите! – Несчастная ведьма так завопила, что на секунду мне стало её жаль.

Но Великая старшая ведьма даже не взглянула в её сторону и продолжила свою декламацию:

– И если не умеет жить умом,

Пусть станет мяса жареным куском!

– Простите меня, ваше величество! – вопила невольная преступница. – Я ничего такого не хотела!

Но страшная декламация продолжалась:

– На дерзость отвечаю только так:

Уйди от нас навеки. Ты – нам враг!

И в тот же миг поток сверкающих искр, похожих на мелкие, добела раскалённые металлические стружки, брызнул из глаз Великой ведьмы в сторону ослушницы. Я увидел, как эти искры ударились о её тело, впились в него, от чего она ужасно завизжала. Облако дыма окружило её, и запах действительно чего-то жареного взвился в воздух.

Зал оцепенел. Все, как и я, с ужасом наблюдали за жестокой расправой. Когда всё кончилось, я увидел пустой стул. Только крохотное белое облачко поднималось над ним, исчезнув через мгновение в щели окна. Тяжёлый вздох пронёсся по рядам. Да, вместо сидевшей там женщины – только комочек материи, поджаренный, как лепёшка, а потом – это исчезнувшее облачко.

Великая старшая ведьма окинула зал своим змеиным взором.

– Надеюсь, больше никто из вас не намерен перечить мне! – заметила она жёстко.

Ответом ей была мёртвая тишина, повисшая в зале.

– Учтите, поджарим, как лепёшку, приготовим, как тушёную морковку, и больше вы её не увидите. Ну, а теперь займёмся делом.


«Формула-86 замедленного действия Создатель мышей»

– Дети возмутительны! – громче обычного взвизгнула Предводительница. – Мы должны стереть их с лица Земли! Уничтожить! Утопить их в канавах!

– Да, да! – завыли в унисон сидевшие в зале. – Стереть с лица Земли. Утопить в канавах!

– Дети слишком подлые существа! – гремела со сцены Великая ведьма.

– Дети грязные, от них дурно пахнет, – рычала она.

– Да, да! Правда! Правда! – вторил ей с ещё большим воодушевлением хор английских ведьм.

– От них пахнет собачьим дерьмом! – зловещий хрип со сцены повис над собравшимися.

– У-у-у! – завыли лысые леди. – Собачье дерьмо пахнет лучше!

– Это букет фиалок в сравнении с ними! – продолжала рычать Великая ведьма.

– Букет, букет! – выли ей в ответ ведьмы в зале, с восторгом встречавшие каждое слово со сцены.

Казалось, Предводительница полностью подчинила их своей воле.

– Мне больно говорить на эту тему! Мне больно даже думать о детях! – продолжала визжать она.

Здесь она сделала паузу и оглядела зал горящими глазами. Затихшие ведьмы в молчаливом нетерпении чего-то ждали от неё.

– Так вот, слушайте мой план, – начала она. – Это грандиозный план уничтожения всех детей в этой стране!

Зал затаил дыхание. Некоторые из ведьм обменивались дьявольскими ухмылками, выражающими восхищение.

– Да, – гремело со сцены, – одним ударом мы заставим их исчезнуть навсегда из этой страны!

– У-у-у! – снова в восторге завыли лысые ведьмы. – Вы великолепны, ваше величество! Вы фантастичны!

– Заткнуться всем! – раздался визгливый приказ. – Слушайте внимательно: на этот раз мы не можем позволить себе промахнуться!

Лысые леди подались вперёд в нетерпеливом желании поскорее услышать подробности колоссального «плана».

– Вы все немедленно вернётесь в свои города, в те места, где живёте. Там вы все увольняетесь со своей работы. Ясно? Все, абсолютно все, уходят в отставку!

– Ясно-о-о! – взвыли ведьмы.

– И после этого, – медленно продолжала Великая ведьма, – и… после этого… вы… покупаете… кондитерские… магазины!

– Ясно, ясно! – закивали ведьмы. – Какая смелая мысль! Какая остроумная ловушка!

– Вы покупаете самые лучшие магазины! Самые модные, самые роскошные в этой стране!

– Да, да! – неслось в ответ из сотен отвратительных глоток.

– Имейте в виду, это не должны быть какие-нибудь грошовые магазинчики, жалкие лавчонки, где продаются и сладости, и газеты, и табак! Нет! Только всё самое лучшее! Шикарное! Роскошное! Чтобы там всё блестело, а полки ломились от тысяч сортов конфет и шоколада!

Сделав паузу, Великая старшая ведьма продолжала расписывать свой грандиозный, фантастический план.

– Трудностей с покупкой магазинов у вас не будет. Предлагайте цены вчетверо выше тех, что стоят магазины. Ведь для нас, ведьм, деньги – не проблема, вам это известно. У меня с собой шесть чемоданов, набитых английскими банкнотами, новыми, хрустящими… – В этот момент она хитро и злобно подмигнула залу. – Домашнего приготовления, – добавила она.

Ведьмы осклабились в ответ на шутку своей Предводительницы, заухмылялись, скаля зубы.

И тут одна из глупышек, пришедшая в восторг при мысли, что она станет хозяйкой богатой кондитерской, вскочила и выкрикнула:

– Я знаю, дети толпами потащатся в мой магазин, чтобы купить у меня отравленные конфеты, и тут-то они и попадутся!

Все замерли.

Я заметил, что и крошечное тельце Великой старшей ведьмы словно одеревенело, она напряглась, разрываемая изнутри гневом.

– Кто это сказал? – гаркнула она. – Это ты?!

Новая невольная преступница быстро опустилась на свой стул, закрыв лицо когтистыми руками.

– Ты, болтливая чурка с глазами! – загремела Великая ведьма. – Безмозглая тупица! Ты не можешь понять, что, продавая отравленные сладости детям, ты через пять минут сама попадёшь в капкан! В жизни своей не слыхала большего вздора! Да ещё от ведьмы!

Сидевшие в зале съёжились, словно от холода. Я думаю, они все ожидали новой расправы, но ничего не произошло.

– Уж если ты не в состоянии придумать ничего лучше подобной чепухи, то не удивляюсь, что Англия кишит этими противными детьми,– заключила Великая ведьма. – Разве вы все забыли, – продолжала она, – что мы, ведьмы, владеем магическими способами устранения детей? – обратилась она с горящим взором к залу.

Лысые головы яростно закивали в ответ. Довольная Великая ведьма потёрла свои руки. Впрочем, тьфу, не руки, а костлявые лапы, обтянутые перчатками.

– Итак, представьте, что у каждой из вас есть своя роскошная кондитерская. Для начала вы помещаете в витрине яркое объявление о торжественном открытии торговли, – с раздачей детям бесплатных подарков. Их родители, эти тупые прожорливые животные, сами приволокут к вам своих детей. Они ещё будут толкаться в дверях, чтобы попасть к вам первыми, вот увидите! А затем вы хорошенько приготовитесь к этому дню. Каждое лакомство вы наполните моим новым коктейлем. Это «Формула-86 замедленного действия – Создатель мышей».

Ведьмы радостно взвыли, повторяя, как заклинание, название формулы.

– Она снова что-то придумала! – громко восхищались они. – Её величество печёт свои новые волшебные рецепты, как оладьи. Новые! Новые магические формулы уничтожения! Как это вам удаётся, ваше величество?! О! Волшебница!

– Потерпите, – ответила польщённая изобретательница. – Я объясню, в чём смысл моего нового изобретения. Будьте внимательны.

В нетерпении ведьмы вскакивали со своих мест, садились и снова вскакивали.

– «Формула-86» – это зелёная жидкость. Для одной конфеты или плитки шоколада достаточно всего одной капли. И тогда произойдёт следующее: ребёнок съедает лакомство с каплей моей «Формулы-86 замедленного действия»… Он идёт домой в прекрасном настроении… Он спокойно ложится в постель вечером… Утром он чувствует себя просто великолепно… В отличном расположении духа он идёт в школу… Вы поняли, что означает «Формула-86»?

Ответом были восторженные вопли зала:

– О великая! О разумная!

Великая ведьма торжественно продолжала:

– Действие моей «Формулы» начнётся ровно в девять часов утра, когда ребёнок приходит в школу! Неожиданно его тело начинает сморщиваться, съёживаться, покрываться шёрсткой. Появляется тонкий хвостик, но всё это длится не более двадцати шести секунд. На двадцать седьмой секунде перед нами уже не ребёнок, а… мышь!

Слушатели вновь восторженно завыли и заорали.

Великая ведьма продолжила:

– И вот классы наполняются мышами, начинается хаос! Повсюду в школах кромешный ад!!! – Великая ведьма уже сама орала во всю глотку, увлечённая своим рассказом. – Все будут носиться взад-вперёд, учителя полезут на парты, задирая юбки и визжа от страха, как поросята! Над всей страной повиснет вопль: «На помощь!»

Сидящие в зале, уже не зная, как выразить свой восторг, топали ногами и аплодировали, стуча когтями.

– И что же случится потом? – Великая ведьма вытянула вперёд тощую шею и оглядела сидящих, медленно растягивая губы в зловещей ухмылке, обнажившей зубы в лиловых пятнах. – А потом пойдут в ход мышеловки, – выпалила она с победоносным видом, – мышеловки и сыр! Именно учителя начнут бегать повсюду в поисках мышеловок, и они же начинят их сыром и расставят в классах и коридорах! Мышеловки начнут свою «стрельбу» тут и там – щёлк-щёлк! И покатятся, как шарики, мышиные головки! По всей стране! Только и будет слышно: щёлк-щёлк!

И тут, не удержавшись, Великая старшая ведьма пустилась в пляс. Она прихлопывала тощими руками и притопывала каблучками. Аудитория в экстазе присоединилась к ней. Начался такой шум и гам! Я был уверен, что вот-вот появится директор и забарабанит в дверь. Но он не пришёл.

Вдруг среди этого шума я расслышал какой-то особенно злорадный визг и вой, и даже начал различать отдельные слова. Оказывается, это пела Великая старшая ведьма. Вот её песня:

Мы одолеем их! По ним ударим!

Сотрём их навсегда с лица Земли!!!

Раздавим, и растопчем, и зажарим,

И разотрём останки их в пыли!

Наполним шоколад волшебным ядом,

Набьём карманы липким шоколадом,

Отправим их, объевшихся, домой,

Пусть крепко спят под наш весёлый вой!

А утром эти дурни и дурёхи

Отправятся по школам, как всегда,

Конфеток наших доедая крохи,

И не вернутся больше никогда!

Ах! Бедной девочке становится так плохо!

Ох! Побледнела, сморщилась, пищит!

Глядит назад, а у неё, дурёхи,

Мышиный хвост под платьицем торчит!

Ах! Бедный мальчик, шёрсткою покрытый,

Кричит: «На помощь!» Но его друзья

О том же молят, горем все убиты,

Зато смеюсь и торжествую Я!

Вчерашний дылда, самый длинный в классе,

Становится всё меньше. Вместо ног

Четыре тонкие лапки… В общей массе

Мышей тебя не различить, сынок!

Нет больше школьников и школьниц. На полу

Толпа мышей, дерущихся за крошки…

Один учитель взялся за метлу,

Учительница – прыгает в окошко…

Но кто-то уже мчится в магазин,

Летит домой: «Скорее! Мышеловку!»

А кто-то сыр насаживает ловко…

Род человеческий в несчастиях един…

«Всех изловить! Очистить дом от скверны!» -

Шум, гам и крик… Не слышен писк мышей,

Молящих о пощаде. Взрослым, верно,

И не узнать вчерашних малышей

В созданьях серых… Радуясь, как дети,

Считают щёлканья смертельные и тут

И там, сметая на рассвете

Мышей несчастных! Горы их растут…

И радость ведьм растёт с минутой каждой!

А детских голосов уж не слыхать

По всей стране… Но нас всё мучит жажда:

Уничтожать! Скорей уничтожать!

Назавтра в школах тишина немая.

Учителя всё ждут и ждут детей…

Их нет как нет… А ведьмы пролетают

Над школой, полной трупами мышей…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю