![](/files/books/160/no-cover.jpg)
Текст книги "СОбытИЕ"
Автор книги: Дамир К. Майкенов
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Страх до дрожи внутри;
множество вопросов без ответов;
беспокойные предположения;
зачатки нарастающей паники;
желание проснуться в другом дне;
тревога о скорой гибели;
сожаления о совершенных и несовершенных поступках;
сказанных и несказанных словах – все это смешалось в один громоздкий рой мыслей. Они беспорядочно метались внутри черепной коробки, как шары для пинг-понга во вращающемся барабане стиральной машины.
– Это как… – снова буркнул Сергей и опять умолк.
Ко всем его чувствам добавилось еще кое-что странное.
А именно – то осознание, что в случае проявления агрессии со стороны высокоразвитых пришельцев все вокруг в скором времени может исчезнуть, раствориться в огненном цунами, обратиться в прах. И останется лишь голая, каменистая, покрытая кратерами поверхность, на которой уже не будет никаких биологических шевелений.
И мертвая Земля останется безжизненной глыбой висеть в вечной черноте.
Разумом Сергей всегда понимал, что все окружающее когда-нибудь закончится, погибнет, трансформируется в нечто неузнаваемое…
Но не сегодня!
Не хотелось верить, что это произойдет сегодня!
Раньше сердце было спокойно от мысли, что конец всему настанет далеко потом. Но этим ранним утром все перевернулось с ног на голову, и сердце в груди забилось, как птица в клетке.
– Это как что? – спросила Светлана, неосознанно стараясь находиться как можно ближе к супругу.
Сергей покачал головой, не найдя, что ответить, затем вперил изумленный взгляд в пространство.
«Действительно, как что? – пронеслась мысль, словно пуля мимо виска. – С чем это можно сравнить? Наверное, ни с чем!»
Но вдруг пришла другая, безумная идея: «Осталось убедиться в наличии загробной жизни, затем можно со спокойной душой утверждать, что все интересные тайны в этом мире закончились».
«Да нет, бред какой-то!» – всплыл затем мысленный итог.
– О чем ты думаешь, Сергей? – Светлана пристально наблюдала за ним.
– Ни о чем.
Если бы он поделился с женой размышлениями, она бы тоже назвала их бредом. А его самого, как обычно, «придурком, выжившим из ума от проклятой фантастики».
Наконец Сергей вернулся в реальность и тихо произнес:
– Нет, это и вправду сон, наверное. Только невероятно правдоподобный. Такое иногда бывает. – Он обернулся к жене. – Верно ведь? Ты же мне сейчас просто снишься? Поэтому такая растерянная и ласковая одновременно. – И, скривив лицо, передразнил: – Серо-ожонька! Серо-ожонька!
– Сергей, ну хватит! – твердо попросила Светлана. – Сейчас вообще не до шуток.
– А я и не шучу. – Он натянуто улыбнулся и ущипнул себя за руку.
Лопасти вентилятора вдруг начали бесшумно вращаться.
На кухне угрюмо загудел холодильник, но этот тихий и равномерный звук был настолько привычен, что никто из супругов не обратил на него внимания.
– Это произошло по-настоящему, Сережа, – сказала Светлана, будто объясняя простенькую тему тупоголовому ученику. – Это точно не сон, я уверена. Я пока нормальная и отличаю сон от яви. И помнишь, ты сам мне говорил, что наши мысли якобы материальны. Все, что мы можем вообразить, существует…
– Это не мои слова. Это писал американский…
– Плевать мне, чьи это слова! – Светлана указала на окно. – Вот, гляди, сами на себя накаркали. Навоображали своей проклятой фантастикой, да? Скажи мне, что теперь? Как мы будем жить? Останемся ли мы жить?
– Почему ты меня об этом спрашиваешь? Откуда я могу это знать?
– Ты же у нас такой башковитый.
– Но я ведь не предсказываю будущее.
Светлана махнула на него рукой и отошла.
Сергей, заметив вращающиеся лопасти вентилятора, воскликнул:
– О, свет!
– Чего? – резко, но с надеждой обернулась жена.
– Я не тебе. В смысле, электричество дали.
– Ой, верно! – Светлана уткнулась в смартфон. Она вошла в WhatsApp и торопливо застрочила кому-то текст.
Скорее всего, Ирине, подумал Сергей. Он знал, что его домоседка-жена больше ни с кем не общалась. Подруг у нее не было, других родственников тоже.
Сергей снова схватил аэропульт и нажал на кнопку – «ширк».
В этот раз чернота экрана исчезла, телевизор ожил. Глянцевая поверхность превратилась в красочное меню с вкладками и списком телеканалов.
Комната при этом, кроме яркой полоски между шторами, в отражении исчезла.
Принцип действия столь необычного девайса как аэропульт оказался на удивление прост. Сергей еще накануне быстро с ним разобрался. Нужно было направить его на экран, как лазерную указку, и с помощью появившегося курсора выбрать соответствующее окно или вкладку.
Сергей машинально выбрал строчку «СТС», которая находилась на самом верху, то есть во главе списка настроенных телеканалов.
Отклик аэропульта был мгновенным, и каждое нажатие на кнопки сопровождалось противным шуршанием целлофанового пакетика…
«ширк»
«СТС»
Экран телевизора заполнил едкий синий фон с большим гербом МЧС, под которым равномерно мигал огромный титр в две строки:
«ОСТАВАЙТЕСЬ ДОМА!
СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ!»
– Что за черт? – удивился Сергей. – Канал ничего не транслирует.
– Не чертыхайся, – в который раз за всю совместную жизнь попросила Светлана.
Она намеревалась добавить еще что-то обидное, но ее опередил мужской голос, который неожиданно зазвучал из мощных динамиков телевизора:
– Уважаемые. – (Сергей и Светлана аж подпрыгнули от испуга). – Граждане. Российской. Федерации. – Голос четко выговаривал каждое слово. – Внимание. Внимание. Внимание…
Супруги вняли требованию и тревожно прислушались к вещанию.
Манера речи диктора была беспристрастной, как у робота, объявляющего собственную казнь. Голос явно прошел компьютерную обработку и воспринимался на слух немного неестественно. Он звучал, как виртуальный помощник Алиса, но с той большой разницей, что голос Татьяны Шитовой намного чувственнее и привлекательнее. Сергей никогда не говорил об этом жене, но меццо-сопрано известной актрисы дубляжа он считал одним из самых красивых женских голосов в мире. Особенно после просмотра фильма «Она» режиссера Спайка Джонса, в котором талантливая Татьяна Шитова озвучила операционную систему Саманту и нежно-нежно спела «Лунную песню».
А мужской синтетический баритон, громко звучавший сейчас из динамиков телевизора и не внушавший никакого доверия, продолжал упорно требовать:
– …Укройтесь. В своих. Домах. Не. Выходите. На улицы. Не. Впадайте. В панику…
Сергею надоело это слушать, и он нажал на кнопку «2».
«ширк»
«ТНТ»
На экране возникло то же самое: синий фон, герб МЧС и мигающий титр:
«ОСТАВАЙТЕСЬ ДОМА!
СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ!»
– …Все. Федеральные. И. Региональные. Органы. Власти… – продолжал механический голос.
– Убавь, пожалуйста, – попросила Светлана.
«ширк», «ширк», «ширк»
Индикатор уровня громкости лишился трех делений, но уменьшения звука будто и не произошло. Наверное, лишь собачий или дирижерский слух смог бы уловить разницу в изменении количества люфсов и децибелов.
– И где что? – Сергей начал терять терпение. – Куда все делось?
– Ты сам вчера каналы настраивал, – укорила его Светлана.
– Я пока еще не запомнил, где какой, – буркнул Сергей и снова мысленно уплыл куда-то.
– …Призывают. Граждан. Соблюдать. Все. Предписанные. Меры. Предосторожности… – беспристрастно продолжал синтетический голос.
– Давай дальше, ты чего застыл? – возмутилась Светлана.
Сергей выплыл из мыслей и торопливо нажал на кнопку «3».
«ширк»
«МУЗ-ТВ»
Экран лишь на долю секунды моргнул, но в итоге ничего не изменилось, будто Сергей нажимал на одну и ту же кнопку аэропульта.
– …Чрезвычайных. Ситуаций. И. Правоохранительных. Структур. Мобилизованы. В полном. Составе… – не унимался голос.
– Да что же это такое? – возмутился Сергей.
– Не поняла, ты развлекательные каналы сначала настроил? – удивилась Светлана. – Ты совсем дурачок? Обычно федеральные первыми в списке ставят. «Россия 1», «Первый канал» или «НТВ», чтобы новости смотреть. Вечно у тебя все шиворот-навыворот, не как у нормальных людей.
– На «ТНТ» я «Камеди» смотрю, – оправдался Сергей, – а на «СТС» иногда фильмы по вечерам хорошие.
– Опять ты со своими фильмами, надоел уже, – вздохнула Светлана и села на краешек дивана.
«ширк»
«ЧЕ!»
– Тут что-то есть! – воскликнул Сергей и тоже сел на диван.
В эфире шла программа «Улетное видео».
На экране появилось безоблачное голубое небо.
Благодаря положению солнца сквозь синеву земной атмосферы была хорошо различима освещаемая сторона инородного тела, которая имела цвет полуденной Луны – светло-серый.
Очевидец, находясь на открытой местности, снимал небо на смартфон. Он медленно панорамировал по всему инородному телу от восточного «торца» к западному.
Или наоборот?
Неважно.
Но благодаря этому Сергей увидел странный внеземной объект целиком.
Тот, как выяснялось, занимал существенную часть небосвода. Если считать по «торцам», угловой размер был не менее пятидесяти градусов.
И первое, что бросалось в глаза – это пульсирующие зеленоватым светом участки на громадном корпусе.
По предварительному мнению Сергея, это могли быть…
«Что же это может быть, мать их за ногу?!»
…ну, допустим, сопла.
«Сопла чего?»
Двигателей, конечно же!
«Каких?»
Уж точно не паровых или внутреннего сгорания!
Может, антигравитационных, пока еще неизвестных земной инженерии?
«А что светится зеленым?»
Ну, может, остатки отработанного радиоактивного топлива?
Или что?
Ну, пусть будет так!
Надо же хоть как-то назвать то, что видишь впервые в жизни.
Итог: это могли быть сопла «антигравитационных двигателей, выпускающие остатки отработанного радиоактивного топлива».
У Сергея не нашлось иного предположения, но свои догадки он не стал озвучивать вслух. Светлана один фиг не поняла бы ни слова и опять назвала его «свихнувшимся на фантастике придурком».
Человек, снимающий инородное тело, находился в многолюдном месте, поэтому отовсюду слышались удивленные возгласы множества других очевидцев.
Весь этот гулкий взволнованный ропот:
перешептывания;
вскрики;
кашли;
испуганные стоны;
тихие плачи;
восторженные вздохи;
и зовы какой-то потерявшейся в толпе Алены – все это сливалось в один так называемый интершум.
Другими словами – естественные звуки ближайшей обстановки.
Он жадно заглатывался микрофоном, затем через звукорежиссерский пульт телеканала цифровым сигналом добирался до динамиков телевизора Ивановых и плотно заполнял комнату.
На фоне интершума за кадром звучал дрожащий голос ведущего. После переключения канала он начал… вернее, продолжил с полуслова:
– …какие-либо предположения, идеи или гипотезы, то смело пишите нам на электронную почту и в социальных сетях.
В кадре тотчас показались адреса редакции в различных мессенджерах и сайтах: «ВКонтакте», Facebook, Twitter, Telegram и Instagram.
– Я хочу увидеть новости, – сквозь зубы прошипела Светлана.
– …также, если у вас есть оригинальное видео, – продолжил за кадром ведущий, – которое, по вашему мнению, стоит внимания миллионов…
«ширк»
«НАУКА»
В эфире шла программа «Самые важные открытия человечества».
В мрачной студии, напоминающей корабельный трюм, находился ведущий Олег Репетилов.
Этот импозантный мужчина в хорошем костюме казался немного уставшим и заспанным. Он только в полночь окончил запись последнего эфира, а затем – с учетом времени, потраченного на дорогу, – успел подремать лишь пару часов.
Взволнованный Олег Репетилов продолжил с полуслова:
– …несмотря на гигантские размеры он гравитационно не воздействует на движение нашей планеты вокруг оси и по орбите вокруг Солнца…
– Я нифига не понимаю, о чем он говорит, – возмутилась Светлана.
– Это научный канал, – ответил Сергей, – а не «Домашний» или «Спас».
– Иди на фиг.
Сергей вслушался в речь ведущего, который продолжал:
– …Его гравитация, видимо, недостаточна для смещения планеты с орбиты. Также не произошло его вращения с Землей вокруг общего центра масс. Видимо, этот объект не цельный, не монолитный, имеет не колоссально высокую плотность, что в свою очередь намекает на наличие внутри него множества пустот и полостей…
«ширк», «ширк», «ширк», «ширк», «ширк»
Индикатор громкости на экране показал увеличение на пять единиц.
– …Отмечу, – продолжал ведущий, – что сегодня для всех информационных каналов на вес золота стали ученые и различные эксперты-теоретики, которые могли бы хоть немного пролить свет на страшную ситуацию. Будь то астрономы, космологи, астрофизики или астробиологи…
– Сними этот целлофан с пульта, ради бога, – потребовала Светлана.
– Не хочу.
– Меня бесит его шуршание.
– Я не буду его снимать, – вскипел Сергей. – И тебе запрещаю.
– С фига ли?
– Телек еще на гарантии. Пульт совсем новый. Вдруг поцарапаем его или еще хуже. Не нравится шуршание, то заткни уши! – И решил с умной миной добавить: – И это не просто пульт, а аэропульт. Новая технология. Знай разницу!
– Ну так аэрофиг с ним! Хватит смотреть свою научную чушь. Ищи новости.
– …космонавты, – продолжал ведущий, – инженеры, сотрудники научно-технических музеев и другие специалисты, чья сфера деятельности хоть как-то связана…
«ширк»
«РОСКОСМОС»
В кадре появились северокавказские радиотелескопы, которые медленно и синхронно поворачивались в одну сторону – вверх.
Голос мужчины за кадром вещал:
– …экстренно изменили диапазоны для исследования электромагнитных излучений, которые могут…
– Я хочу новости! – крикнула на мужа Светлана.
– А это чем тебе не новости? – вскипел Сергей.
– Включи канал, где нормальные новости идут. Задолбал меня твой космос! Я хочу узнать, что теперь в городе и во всей стране происходит.
«ширк»
«РОССИЯ 1»
– Вот тебе новости, – прорычал Сергей. – Теперь довольна?
– Наконец-то. – буркнула Светлана. – Оставь здесь.
В просторной студии программы «Вести» за массивным столом находился давно знакомый всей стране ведущий Евгений Полонов.
Этот серьезный мужчина с умным лицом всегда умел вызывать к себе доверие (по его личному мнению), но сегодня он был явно не в себе от волнения.
Это казалось вовсе на него не похоже и выглядело очень непривычно.
Таким телезрители, небось, еще никогда его не видели.
Глаза его в свете павильонных софитов казались слезящимися. Дрожащие руки непроизвольно теребили бумаги на столе. И не совсем понятно было, читал он текст с телесуфлера или импровизировал, призвав все свое красноречие, но делал он это весьма торопливо, будто хотел как можно скорее сменить пугающую его тему.
Вместо привычного серого пиджака поверх рубашки и галстука на ведущем была легкая футболка. Видимо, из-за срочности он решил не тратить время на переодевание и вышел в эфир в повседневке. Благо, что она была не цветастая, не вычурная (не с рисунком, скажем, Микки Мауса), а однотонная темно-синяя, вполне подходящая под официальное оформление программы.
«Не пижама, и то хорошо», – промелькнуло в голове Светланы.
Сергей предположил, что Евгений Полонов мог быть еще и в пляжных шортах, которых не видно под столом, но сразу же выбросил эту мысль.
Правила дресс-кода сегодняшним утром перестали иметь значение.
На видеостене (то есть на большом экране позади ведущего) появилось статичное изображение Земли, одиноко висящей в межзвездном мраке.
Сергей узнал в этом снимке The Blue Marble11
«Голубой мрамор»
[Закрыть] – знаменитую фотографию планеты, сделанную в 1972 году с борта космического корабля «Аполлон-17» на расстоянии около двадцати девяти тысяч километров.
О подлинности этого легендарного снимка все еще продолжаются бурные споры. Скептики полагают, что это невероятно гиперреалистический рисунок, но…
«…и хрен с ним!» – Сергей выбросил и эту мысль из головы.
В конце концов, таких фоток уже тысячи, и все они друг на друга похожи.
Земля – она и в космосе Земля.
Верно? Верно! Точнее и не скажешь.
Супруги Ивановы прислушались к словам взволнованного ведущего.
Евгений Полонов после переключения канала продолжил с полуслова:
– …не находили научных подтверждений. Поэтому можно с уверенностью полагать, что сегодняшнее событие беспрецедентное в человеческой истории…
– Солидарен, – закивал Сергей.
– Что это значит? – не поняла Светлана.
– Что я согласен с его мнением. Ты реально настолько тупая?
– Что значит «беспрезидентный»?
– Означает: «произошло впервые». Отвали!
– …В связи с этим было организовано экстренное совещание в министерстве обороны, – продолжал Полонов. – В состав участников вошли командиры всех военных подразделений, ученые Российской академии наук, а также руководитель Роскосмоса. Президент страны в эти минуты внепланово встретился с главами профильных министерств и дал распоряжение в кратчайшие сроки…
– Ну их на фиг, переключи, – попросила Светлана.
Сергей нажал на следующую цифру аэропульта.
«ширк»
«ПЕРВЫЙ КАНАЛ»
В рамках экстренного выпуска программы «Время» взволнованный очевидец посреди оживленной улицы давал синхрон.
Другими словами – отвечал на вопрос корреспондентки.
Это был добродушного вида пенсионер в темном банном халате и со взлохмаченной седой шевелюрой, как у Эйнштейна.
Его окружала разношерстная толпа людей разных возрастов. Многие тоже были в домашнем облачении. Все они смотрели наверх и снимали инородный объект на смартфоны.
Корреспондентка Вера Патанина, находясь вне кадра (то есть сбоку от оператора) держала перед очевидцем микрофон с логотипом «1».
– …сначала было дрожание, – рассказывал пожилой мужчина. Глаза его бегали от объектива камеры на корреспондентку. Руки сцепились в замок у груди. Мысли его путались. – Знаете, такая противная мелкая дрожь, будто советская «Свияга» рядом гремит. Хотя вы слишком молоды, чтобы такие вещи помнить. Я не знаю, как было в других местах, но в своей квартире я ощутил, что земля немного дрожит. Вернее, пол дрожал. Я на первом этаже живу, поэтому, наверное, так ясно это почувствовал. Стекла серванта звенели. Я от этого звука проснулся, подумал сначала, что началось землетрясение, хотя на моей памяти его никогда у нас не было. Я очень испугался, сразу выбежал на улицу и увидел это! – Он поднял ошеломленный взгляд на небо, показав зрителям полость своего рта.
– А что было дальше? – спросила корреспондентка.
– Меня чуть кондратий не хватил, – продолжил пенсионер. – А я в одних трусах был. Поэтому забежал обратно в квартиру, чтобы халат накинуть, и снова выскочил. А еще мне показалось, будто воздух был немного наэлектризован. У меня волосы на теле дыбом встали…
– Ты почувствовала это? – спросил Сергей, не отрываясь от экрана.
– Нет, я крепко спала. – Светлана резко зевнула. – А ты?
– Я тоже спал, пока ты на меня не набросилась.
Светлана вскочила, подбежала к окну и сдвинула шторы вплотную.
Полоска света, отражающаяся на экране телевизора, исчезла.
Пожилой мужчина тем временем продолжал:
– …может, это из-за гравитации или каких-то электромагнитных полей. Я с наукой плохо дружу. Сорок пять лет историю в школе преподавал, с физикой всегда был на контрах. Потом свет выключили. Не знаю, что это…
Какой-то нетрезвый забулдыга, появившийся из ниоткуда, вдруг нагло влез в кадр и с неуместным восторгом шепеляво запел:
– Земля в иллюминаторе, земля в иллюминаторе…
Корреспондентка резко отвела от него микрофон, будто испугавшись за его сохранность.
Пожилой мужчина в банном халате оттолкнул пьяного, и тот исчез из кадра, продолжая:
– Как сын грустит о матери, как сын грустит… – Вскоре его голос утонул в интершуме, то есть в море взволнованных возгласов толпы.
Вера Патанина поднесла микрофон к себе.
– Спасибо вам большое! – поблагодарила она пенсионера, видимо, не только за синхрон, но и за спасение прямого эфира от выходки пьяного быдла. И добавила: – Удачи вам! Не паникуйте, пожалуйста, и сохраняйте спокойствие.
Затем она полностью вошла в кадр.
Это была симпатичная фитоняшка двадцати восьми лет с нежным лицом, ясными карими глазами и темными, как смоль, волосами. Она была в джинсах и светлом кардигане поверх испачканной и немного растянутой (видимо, домашней) футболки. На ней не было ни грамма косметики, но и без того девушка выглядела очень привлекательно.
– Они в такой день еще и на работу вышли, – сказала Светлана. В ее голосе прозвучал явный упрек, а не удивление.
– Профессиональный долг, – кратко ответил Сергей.
Пожилой мужчина в банном халате быстро потерял интерес к съемке. Он снова уставился в небо и затем постепенно растворился в толпе.
Вера Патанина, стараясь смотреть в объектив, – но периодически зыркая по сторонам, будто опасаясь еще какой-нибудь неожиданности, – обратилась к телезрителям:
– Примерно так очевидцы описывают свои первые впечатления. Сейчас, несмотря на раннее утро выходного дня, улицы города – и, я уверена, всей нашей страны, – буквально заполнены людьми. Многие в шоке. Никто не знает, что им думать и чего ожидать в дальнейшем.
Сама же Вера Патанина казалась вполне уверенной. Несмотря на ситуацию, она пыталась держать себя в руках, и ей это почти удавалось.
Может, подумал Сергей, девушка уже свыклась с будоражащей новостью, поэтому у нее получилось немного успокоиться и отдать себя работе.
«Или приняла какие-нибудь таблетки? – пришла мысль вдогонку. – Опрокинула рюмашку? Выкурила косячок? Нюхнула дорожку? Потеребонькала?»
Как бы там ни оказалось, волнение корреспондентки хоть и было немного заметно, но все же складывалось впечатление, что ее больше заботит качество прямого эфира (и ее профессиональная репутация), чем причина всеобщего шока.
Съемку эту вел телеоператор Руслан Виденко.
Его камера была связана с портативной станцией в специальном ранце за спиной. Сигнал передавался в аппаратную телеканала, а затем через инженерно-режиссерский пульт с n-секундной задержкой транслировался на экраны всех включенных телевизоров страны.
Об этом уведомлял титр «Прямой эфир» в левом верхнем углу кадра.
Съемка велась на улице Академика Королёва, почти у самого подножия Останкинской башни.
Сотрудники канала, выскочив с телеоборудованием, не стали отдаляться от редакции, поскольку «объект» (как его уже успели окрестить в СМИ) был виден с любой точки города.
К тому же очевидцев, из которых корреспондентка планировала вытянуть пару слов на камеру, было на этой улице пруд пруди.
Широкий проспект, который в обычные дни шумел автомобилями, сегодня напоминал многолюдную площадь во время городского праздника.
Вера Патанина поймала в толпе какого-то парня; задержала его за руку, когда тот намеревался прошмыгнуть мимо нее.
– Здравствуйте, – смело обратилась она к нему. – Можете в двух словах описать ваши чувства? О чем вы сейчас думаете? – Затем ткнула микрофон в направлении его рта.
Руслан Виденко выстроил кадр со вторым очевидцем.
Взволнованные люди вокруг невольно задевали оператора, отчего камера часто дергалась, придавая изображению элемент живой реалистичной съемки.
Парень-очевидец сперва испугался неожиданного внимания прессы к себе. Он взглянул в объектив камеры, словно в дуло ружья, неуверенно повернулся к Вере Патаниной и склонился к микрофону.
– Ну, как вам сказать? Никогда не думал, что доживу до такого. – Он вытаращил глаза. Голос его заметно дрожал от волнения. – Я много читал об этом в книгах, фильмы смотрел и документалки всякие. И думал, что даже если это произойдет, то через много-много веков и столетий. Я никогда мысли не допускал, что увижу нечто подобное своими глазами.
– Какие чувства вы сейчас испытываете? – выстрелила следующим вопросом корреспондентка.
Она решила не акцентировать внимание на то, что века и столетия – одно и то же. Оговорки у людей перед камерой случаются довольно часто. Обычно это поправляется на монтаже, но сейчас шел прямой эфир, и людям приходилось говорить «вживую». К тому же в сегодняшней ситуации, считала Вера Патанина, редакция телеканала простила бы даже откровенную матерщину.
Но это не точно!
– Я волнуюсь сильно. – Парень проглотил комок в горле, кадык его нервно подпрыгнул. – Мне очень страшно. Сердце бешено колотится. Вы не подумайте, я не трус. Просто это ведь действительно пугает. Когда в кино смотришь на такое, то понимаешь, что там спецэффекты, грим, пиротехника, все дела. Но когда видишь это над своей головой… – Он шумно выдохнул. – Фу-х, меня даже трясет немного.
– Что будет дальше, как считаете? – Вера Патанина, казалось, решила задавить бедолагу вопросами.
– Я не знаю. – Парень пожал плечами. – И никто не знает, наверное. Надеюсь, будет не как в голливудском кино.
– Это как?
– Ну, там… бум-бах-тарарах, – коротко ответил парень, имея в виду, как понял Сергей, почти любой фантастический боевик про пришельцев.
– Скажите, вы раньше допускали теоретическую возможность, что мы не одни…
Телевизор неожиданно выключился, экран его погас.
В отражении глянцевой поверхности снова появилась…
КОМНАТА
Сергей и Светлана сидели рядышком на диване, поджав колени и с немым шоком уставившись в «черное зеркало».
– Мать их за ногу! – выругался Сергей.
Лопасти вентилятора постепенно остановились.
– Иришка мне сказала, что у них тоже перебои, – еле слышно произнесла Светлана. – Во всем городе так. Может, во всей стране даже. Наверное, это из-за этой штуки наверху? Да, Сереж?
Он встал с дивана и задумчиво кивнул:
– Да, возможно. Теперь, кажется, все возможно. Я официально заявляю, что с сегодняшнего дня больше ничему в жизни не удивлюсь.
Светлана цыкнула.
– Будто ты раньше чему-то удивлялся. На любую странность у тебя всегда заготовлен ответ. – Она протяжно вздохнула. – Господи, хоть бы это и вправду был просто сон.
– К Господу сейчас обращаться бесполезно. Впрочем, как и всегда.
– Иди на фиг!
На стеллаже зазвонил смартфон, от сильной вибрации устремившись к краю полки. Сергей схватил его, мельком бросил взгляд на дисплей и ответил на звонок:
– Да, мам. Да, со мной все хорошо. Да, я дома. Да, с ней. Не волнуйся за меня! Что? – Сергей выслушал собеседницу, затем покачал головой. – Нет, я не знаю. Теоретически может быть, но я не уверен. Скорее, нет. Ладно, хорошо. Вы тоже сидите дома и никуда не выходите. Да, я тоже буду сидеть дома. Да-да-да, обещаю вам. Все, пока! – Сергей завершил вызов явно до того, как собеседница успела договорить, и вернул смартфон на полку.
– Что она сказала? – спросила Светлана.
Сергей подошел к окну, нырнул между штор и взглянул на небо.
– Они с отцом думают, что это масштабный эксперимент или грандиозный фокус. Может, огромная голограмма, оптическая иллюзия или… массовый гипноз.
– Дай бог, если так, – тихо ответила Светлана.
Сергей повернулся к ней и предложил:
– Может, на улицу выйдем?
– Ты же обещал родителям, что никуда не пойдешь.
– Мало ли, что я им обещал. Посмотри в окно, сейчас весь город на улице. Одни мы с тобой спрятались в четырех стенах. Там ведь обзор лучше, эту хрень в небе можно целиком увидеть.
– Я не хочу никуда выходить.
– Почему?
– Там очень много людей. Они все в панике. И там дофига пьяных после субботы. Вдруг драка начнется. По башке дадут, виноватых не найдешь. Я очень боюсь.
– Давай на крышу поднимемся.
– Не хочу.
– Я хочу.
– Она закрыта… – Светлана добавила «надеюсь» лишь мысленно.
– Я схожу, проверю.
Сергей намеревался покинуть комнату, но Светлана вскочила с дивана и встала на пути мужа, уперев в него руки.
– Я тебя никуда не пущу, – решительно заявила она.
– Это еще почему?
Светлана не нашла, что ответить, и состроила щенячьи глаза.
– Сереженька, пожалуйста, не бросай меня одну!
– Никто тебя не бросает, успокойся. Я туда-назад, скоро вернусь.
– Обещаешь? – Затем она вспомнила: – Тьфу, нафиг, я же знаю, как ты свои слова держишь.
Сергей раздраженно фыркнул. Он бросил аэропульт на диван и, обойдя жену, стремительно вышел из комнаты.
Светлана осталась у дивана.
– Только осторожней, Сережа! – строго крикнула она вслед, словно напоминала ребенку надеть шапку.
– Да-да, – послышалось из прихожей.
– Быстрее возвращайся, Сереженька! Слышь меня?
– Да не бойся ты, я мигом, – ответил Сергей, влезая в кроссовки.
Затем из прихожей донеслось, как торопливо открылась и закрылась входная дверь квартиры. Сергей выскочил на лестничную площадку и, судя по звукам, помчался наверх.
Светлана медленно, дрожа как лепесток на ветру, села на краешек дивана, сложила ладони и поднесла их к губам.
– Отче наш, сущий на небесах, – начала она шепотом молиться, – да святится имя Твое, да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе, хлеб наш…
На кухне загудел холодильник.
Лопасти вентилятора начали бесшумно вращаться.
Светлана, почувствовав поток воздуха, схватила аэропульт и…
«ширк»
«ПЕРВЫЙ КАНАЛ»
На экране появилась студия программы «Время» с ведущей Елизаветой Поремчук.
Это была стройная и красивая темноволосая женщина, которую наверняка тайно вожделела половина российских мужчин. Выглядела она максимум на тридцать семь, хотя Википедия утверждала, что у нее уже есть двое внуков.
На ней был голубой пиджак и белая блузка с расстегнутыми верхними пуговицами. Под ними в такт взволнованному дыханию вздымались и опускались груди не менее третьего размера.
Ведущая была в смятении от цейтнота, но старалась не выказывать этого и достойно работала в прямом эфире, читая с телесуфлера:
– …назад пресс-служба Роскосмоса предоставила нам видеоматериал с Международной космической станции. В настоящий момент на ее борту среди четырех членов экипажа находится один российский космонавт…
Началось воспроизведение цельного, не смонтированного видеоряда.
Камера, ведомая кем-то в невесомости, «плыла» по отсеку к круглому иллюминатору, в который смотрел шокированный американский астронавт. Он указал куда-то наружу. Камера, «подплыв» ближе, «выглянула» туда.
Ведущая Елизавета Поремчук продолжила вещать за кадром:
– …Видеозапись, которую вы видите сейчас на своих экранах, сделал бортинженер Вадим Коваленко. МКС в этот момент вышла на солнечную сторону Земли и проходила путь по орбите над Атлантическим океаном…
Камера, «выглянувшая» в иллюминатор, запечатлела следующее: на некотором расстоянии от безмятежно-голубой планеты, на фоне могильно-черного космического пространства, почти неосвещаемого слепяще-белой звездой по имени Солнце, застыл громадный объект явно искусственного происхождения.
Судя по странному дизайну и размеру, он действительно (как предположил Сергей) был создан отнюдь не человечеством.
С орбитального ракурса также различалось, что он имел несимметричную форму и состоял из многочисленных и разнообразных трехмерных фигур, будто слепленных друг с другом.
Его сложная внешняя конструкция не поддавалась иному описанию.
Светлана еще никогда не встречала ни одного бытового предмета, который хотя бы отдаленно был похож на эту…
«Что же это, Господи?» – подумала она.
…огромную штуковину, застывшую в холодном мраке, будто в капле смолы.
Это и вправду было что-то инопланетное, внеземное, нечеловеческое.
Это было несуразное нечто, далекое от здравого смысла.